Р Е Ш Е Н И Е

ИФИО1

27 декабря 2017г. 

<

адрес>

Кировский районный суд г.Астрахани в составе:

председательствующего судьи Кольцовой В.В.,

при секретаре Нурмухамедовой Р.И. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску Общества с ограниченной ответственностью «Шторм», ФИО2 к ФИО3, индивидуальному предпринимателю ФИО4, индивидуальному предпринимателю ФИО5 о признании недействительным договора оказания возмездных услуг от 12.05.2014г., заключенного между ФИО3 и индивидуальным предпринимателем ФИО4,

УСТАНОВИЛ:

ООО «Шторм» и ФИО2, как участник ООО «Шторм», обратились в Кировский районный суд г.Астрахани с иском к ФИО3, ИП ФИО4, ИП ФИО5 о признании недействительным договора оказания возмездных услуг от 12.05.2014г., указав следующее. Договор оказания возмездных услуг от 12.05.2014г. был заключен между ФИО3 и ИП ФИО4 Согласно условий данного договора ИП ФИО4 оказывает ФИО3 юридические консультационные услуги, представительство в суде РФ, в том числе обязался подготовить необходимые документы, заявления в суд, на всех инстанциях АПК РФ, службу судебных приставов и т.п., связанных с признанием недействительными сделок купли-продажи ООО «Шторм» по отчуждению всего имущества общества афиллированным лицам участника ФИО2, а ФИО3 должен принять и оплатить услуги. Вознаграждение ИП ФИО4 определяется соглашением сторон и составляет 10% от рыночной стоимости спорного имущества, но не менее 750.000 руб., иные услуги, согласно выставленного счета исполнителя. ИП ФИО4 с привлечением третьего лица ИП ФИО5 в рамках договора оказания возмездных услуг от 12.05.2014г. представлял интересы ФИО3 по арбитражному делу №А06-4171/2014. Все решения по делу состоялись в пользу ФИО3 Решением Кировского районного суда г.Астрахани от 27.06.2017г. с ФИО3 по договору оказания возмездных услуг от 12.05.2017г. была взыскана оплата из расчета 10% от рыночной стоимости спорного имущества – 1 466 401 руб. Истцы указывают, что оспариваемый договор оказания возмездных услуг, датированный 12.05.2014г. с указанием цены 10% от рыночной стоимости спорного имущества, но не менее 750.000 руб., 12.05.2014г. не заключался. Он был заключен после рассмотрения арбитражного дела №А06-4171/2014, т.е. по результатам состоявшихся судебных решений, и увеличение стоимости оплаты была связана с целью причинить ущерб ООО «Шторм», поскольку с ООО «Шторм» подлежали взысканию понесенные ФИО3 судебные расходы, в том числе оплата услуг представителя. Истцы полагают, что ИП ФИО4 и ФИО3 допущено злоупотребление правом, а сделка - договор оказания возмездных услуг от 12.05.2014г., совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности. Просят признать договор оказания возмездных услуг от 12.05.2014г. недействительным.

Истец ФИО2 в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие, обеспечив участие его представителя ФИО6 Представитель ФИО2 и ООО «Шторм» ФИО6 поддержал исковые требования, подтвердил вышеизложенные обстоятельства, просил признать договор оказания возмездных услуг от 12.05.2014г. недействительным.

Ответчик ФИО3 в судебном заседании исковые требования признал, указав, что он заключал с ИП ФИО4 договор оказания возмездных услуг. Однако в договоре, который подписывался им 12.05.2014г. в пункте 4.1 раздела 4 (Цена и порядок оплаты услуг исполнителя) размер оплаты был согласован и указан в сумме 750 000 руб. Договор оказания возмездных услуг, датированный 12.05.2014г. и оспариваемый по настоящему делу, в котором в пункте 4.1 увеличено вознаграждение ИП ФИО4 до 10% от рыночной стоимости спорного имущества, но не менее 750.000 руб., он подписывал, но после того, как было окончательно рассмотрено арбитражное дело. При этом инициатором увеличения суммы оплаты представительских услуг был ИП ФИО4, который знал о сложных и неприязненных отношениях между ним и ФИО2 и предложил таким образом получить от ФИО2 и ООО «Шторм» больший объем денежных средств, при этом убедив его (ФИО3), что в этой ситуации он ничем не рискует, поскольку по сложившейся арбитражной практики суд взыскивает с проигравшей стороны расходы на представителя в полном объеме. Из-за неприязненных отношений с ФИО2 он переподписал с ИП ФИО4 в сентябре-октября 2015г. договор оказания возмездных услуг от 12.05.2014г., где было увеличено вознаграждение ИП ФИО4 до 10% от рыночной стоимости спорного имущества, но не менее 750.000 руб.

В последующие судебные заседания ФИО3 не являлся, обеспечив участие своего представителя ФИО7, который также признал исковые требования, представляя в качестве доказательств их позиции, переписку в электронном виде при подписании оспариваемого договора. 

Ответчик ИП ФИО4 исковые требования не признал, утверждал, что оспариваемый договор был заключен датой, которая указана в нем – 12.05.2014г., условия договора не менялись. Полагал, что ФИО3 не представлено доказательств, что оспариваемый договор был заключен в другую дату и указанный спор направлен на уклонение от ответственности. Пояснял, что в рассматриваемый период им не велось никакой другой предпринимательской деятельности, в том числе не подавались сведения в налоговые органы, им не велась деятельность по оказанию юридических услуг в интересах других лиц, не подавались иные иски, на которых бы у него возникла необходимость в использовании печати. Просил в удовлетворении иска отказать.

Третье лицо ИП ФИО5 исковые требования не признал, возражал против удовлетворения иска.

Суд, выслушав стороны по делу, изучив материалы дела, приходит к следующему.

В соответствии с п.1 ст.10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В соответствии с п.2 ст.10 ГК РФ в случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Из «Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации №1 (2015г.), утвержденной Президиумом Верховного суда Российской Федерации 04.03.2015г. следует, что согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ).

В соответствии с п.7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015г. №25 «О применении судами некоторых положений раздела первого части первой Гражданского Кодекса Российскрй Федерации» если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ).

Согласно п. 1 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. В силу п. 2 ст. 168 ГК РФ, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.

Злоупотребление правом при совершении сделки нарушает запрет, установленный ст. 10 ГК РФ, поэтому такая сделка признается недействительной на основании ст. 10 и 168 ГК РФ.

В соответствии с п.1 ст.56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Оценив по правилам ст.67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации доказательства, на их относимость, допустимость, достоверность как каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, судом установлено следующее: 

ФИО2 и ФИО3 являлись участниками ООО «Шторм». ФИО2 были приняты меры по фактическому отстранению ФИО3 от участия в управлении ООО «Шторм», а также выводу имущества из данного общества. Эти обстоятельства повлекли за собой возникновение гражданского спора и обращение ФИО3 в Арбитражный суд Астраханской области для защиты своих имущественных прав, как участника ООО «Шторм». Иск ФИО3 рассматривался арбитражным судом Астраханской области по делу №А06-4171/2014.

Для защиты и представления своих интересов в арбитражном суде ФИО3 привлек ИП ФИО4, заключив договор оказания возмездных услуг.

В арбитражном суде 

<

адрес> дело №А06-4171/2014 было рассмотрено 23.12.2014г., 30.12.2014г. был изготовлен полный текст решения. 

05.03.2015г. дело было рассмотрено двенадцатым арбитражным апелляционным судом, 18.08.2015г. дело окончательно было рассмотрено Федеральным арбитражным судом 

<

адрес>. 

Согласно состоявшимся решениям, были удовлетворены требования ФИО3 как участника ООО «Шторм» и признаны недействительными многочисленные сделки, заключенные между ООО «Шторм» и ФИО8 в отношении недвижимого имущества, расположенного по адресу 

<

...>, в том числе на земельный участок площадью 2 700 кв.м., земельный участок площадью 8 351 кв.м.. 

Как следует из заявления ФИО3 в адрес Арбитражного суда Астраханкой области о взыскании с ООО «Шторм», ФИО8, ООО «Бивер-Центр», ФИО9 понесенных судебных расходов, стоимость оказываемых услуг, исходя из балансовой стоимости спорного имущества в 17 900 000 рублей, составляет 1 790 000 руб.

Согласно договора возмездного оказания услуг, датированного от 12 мая 2014 года, являющегося предметом данного спора, ИП ФИО4 обязался оказать юридические услуги ФИО3, п.4.1. договора предусмотрено вознаграждение, которое определяется соглашением сторон и составляет 10% ( десять) процентов, от рыночной стоимости спорного имущества, но не менее 750 000 ( семьсот пятьдесят тысяч) рублей, иные услуги, согласно выставленного счета Исполнителя. 

Решением Кировского районного суда г.Астрахани от 27 июня 2017 года по иску ФИО5 ( действующего на основании договора цессии, заключенного между ним и ИП ФИО4) к ФИО3, с последнего взыскано 1 466 401 руб. по договору возмездного оказания услуг, неустойка в сумме 93 953 руб., судебные расходы. 

Суду представлены ФИО3 скриншоты, датированные 23.09.2015г., 28.09.2015г. полученные им по электронной почте от ИП ФИО4. Согласно электронной переписки в указанные даты ИП ФИО4 направлял в адрес ФИО3 для согласования и подписания договор оказания услуг (как с номером 05/05/2014, так и без такового), датированный 12.05.2014г., где п.4.1. договора предусматривает оплату услуг исходя из 10% от рыночной стоимости спорного имущества, но не менее 1 000 000 руб., иных услуг, согласно выставленного счета исполнителя, также были направлены акт выполненных работ на сумму 1 400 000 руб., а также дополнительное соглашение об изменении пункта 4.1 договора оказания услуг на сумму 1 430 000 руб., датированные 04.12.2014 года. 

ИП ФИО4 подтвердил, что, все указанные документы он направлял 23.09.2015г. и 28.09.2015г. ФИО3 по электронной почте. Однако пояснить с какой целью они были направлены ФИО3 после рассмотрения дела №А06-4171/2014 не смог. 

Оценивая содержание указанной переписки, суд приходит к выводу, что она свидетельствует, что в указанный период времени стороны обсуждали редакцию Договора возмездного оказания услуг, при этом рассматривались различные варианты договора, содержащие данные по оплате вознаграждения. Предметом их переговоров являлась стоимость услуг, оказанных на тот момент ИП ФИО4 в полном объеме. Данные переговоры были направлены на увеличение размера вознаграждения ИП ФИО4 за проделанную работу. 

Таким образом, указанная переписка, взаимосвязана с показаниями ФИО3 в судебном заседании, в связи с чем у суда нет оснований сомневаться в их достоверности. Признание ФИО3 иска, обстоятельств данного спора согласуется с представленными им и письменными доказательствами.

При этом, представитель ФИО3 пояснил, что последний безусловно доверял в тот период ФИО4, в связи с чем, внеся ему денежные средства за оказание юридической помощи в период с 1 мая 2014 года по 23 января 2015 года в сумме 750 000 руб., он ограничился получением по электронной почте от ИП ФИО4 квитанций об оплате, на котором стояла как подпись, так и печать ИП ФИО4 Исходя из фактического внесения денежных средств в размере 750 000 руб., между ними была согласована редакция п.п.4.1. как указано в оригинале договора в виде 10% ( десять) процентов, от рыночной стоимости спорного имущества, но не менее 750 000 ( семьсот пятьдесят тысяч) рублей.

Поскольку в силу положения ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, суд исходит из того, что фактические взаиморасчеты между сторонами ( ИП ФИО4 и ФИО3), не являются предметом данного спора и не влияют на рассматриваемые обстоятельства при этом судебном разбирательстве. 

С целью определения давности изготовления спорного договора оказания услуг от 12.05.2018г., по делу была назначена судебная экспертиза. Указанная экспертиза была назначена по ходатайству представителя истца ФИО2 – ФИО6 и поддержана представителем ФИО3 – ФИО7

Производство экспертизы было поручено ООО «Бюро Независимой Экспертизы» г.Волгограда, от руководителя которого поступило ходатайство о необходимости предоставления сравнительных образцов документов, датированных апрелем-июнем 2014 года с оттиском печати аналогичного содержания, что и в договоре возмездного оказания услуг от 12.05.2014 года. По показаниям эксперта, проводившего данное исследование, дополнительно запрошенные материалы позволили бы провести сопоставление качественных характеристик свободных образцов оттиска печати с представленным на исследование эксперту. 

Указанные данные были затребованы у ИП ФИО4, последнему разъяснена как возможность оказания ему судом содействия в истребовании этих данных, так и последствия, предусмотренные п.3 ст. 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, при непредставлении стороной экспертам необходимых материалов и документов для исследования. 

ИП ФИО4 по запросу суда не предоставил данные материалы, ссылаясь на их отсутствие, указав, что в рассматриваемый период времени им велось лишь одно гражданское дело с участием ФИО10, им не сдавались ни декларации в налоговый орган, ни иные документы в контролирующие органы, не заверялись иные документы, в те же судебные инстанции. 

Согласно выводов эксперта ООО «Бюро Независимой Экспертизы» ФИО11 установить время выполнения всех реквизитов договора: записи «Данилин Станислав Станиславович», подписи от его имени, подписи от имени индивидуального предпринимателя и оттиска печати «Предприниматель ФИО4» в представленном на экспертизу договоре от 12.05.2014г. не представляется возможным.

Исследовав в судебном заседании заключение и опросив эксперта в соответствии со ст.67, п.3 ст.86 ГПК РФ суд приходит к выводу, что данное экспертное заключение нельзя признать достоверным доказательством.

К данному выводу суд пришел, исходя из следующего: 

Суд оценивает экспертное заключение с точки зрения соблюдения процессуального порядка назначения экспертизы, соблюдения процессуальных прав лиц, участвующих в деле, соответствия заключения поставленным вопросам, его полноты, обоснованности и достоверности в сопоставлении с другими доказательствами по делу.

В соответствии с п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 июня 2008 г. N 13 (в ред. от 9 февраля 2012 г.) "О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении и разрешении дел в суде первой инстанции" при исследовании заключения эксперта суду следует проверять его соответствие вопросам, поставленным перед экспертом, полноту и обоснованность содержащихся в нем выводов.

Согласно ст. 41 Федерального закона от 31.05.2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации" судебная экспертиза может производиться вне государственных судебно-экспертных учреждений лицами, обладающими специальными знаниями в области науки, техники, искусства или ремесла.

На судебно-экспертную деятельность лиц, указанных в части первой настоящей статьи, распространяется действие статей 2, 4, 6 - 8, 16 и 17, части второй статьи 18, статей 24 и 25 указанного Федерального закона.

Согласно статье 8 указанного закона, эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме (п. 1). Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных (п. 2).

Как следует из заключения экспертизы, эксперт при исследовании использовала методику определения давности выполнения реквизитов в документах по относительному содержанию в штрихах летучих растворителей. 

Судом была истребована указанная методика и экспертное заключение проанализировано на ее соответствие.

Так, согласно п.6 Методики, она включает несколько стадий, в том числе подготовительную, на которой эксперт должна оценить возможность решения поставленной задачи, достаточность представленных материалов. Поскольку, из экспертного запроса дополнительных материалов, следовало, что они необходимы для исследования, суд приходит к выводу, что на данной стадии эксперт понимала, что решить поставленные вопросы возможно лишь при получении дополнительной информации относительно печати, используемой ИП ФИО4 

В силу ст. 16 Федерального закона от 31.05.2001 года N 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", эксперт обязана провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам; составить мотивированное письменное сообщение о невозможности дать заключение и направить данное сообщение в орган или лицу, которые назначили судебную экспертизу, если поставленные вопросы выходят за пределы специальных знаний эксперта, объекты исследований и материалы дела непригодны или недостаточны для проведения исследований и дачи заключения и эксперту отказано в их дополнении, современный уровень развития науки не позволяет ответить на поставленные вопросы;

Аналогичная норма содержится в ст. 85 ГПК РФ, где указывается обязанность по информированию суда о невозможности дать заключение, если поставленные вопросы выходят за пределы специальных знаний эксперта либо материалы и документы непригодны или недостаточны для проведения исследований и дачи заключения, однако, данная обязанность экспертом не выполнена, что говорит о нарушениях при проведении экспертизы.

Эксперт, не получив запрошенных от суда дополнительных материалов, приступила к производству экспертиза, проведя мероприятия, приведшие к уничтожению предмета исследования, что, по мнению суда, повлекло неполноту экспертного исследования. 

Также, согласно методики, использованной экспертом, эксперт должна была провести моделирование процесса старения красящего вещества в исследуемых штрихах ( аналитическая стадия). 

Данный этап предполагает составления графика уменьшения контрастности и/или изменения цветовой гаммы штрихов реквизитов документов, что позволило бы обосновать абсолютную давность исполнения/нанесения рукописных или нерукописных реквизитов в экспертном заключении. Представленное экспертное заключение данную обязательную стадию исследования не содержит.

С учетом вышеприведенных доводов, суд приходит к выводу, что экспертное заключение не отвечает требования полноты и обоснованности. При этом, неполнота исследования вызвана в том числе и непредставлением со стороны ИП ФИО4 запрошенных материалов, в связи с чем суд приходит к выводу, что в данном случае следует применить положение п.3 ст. 79 ГПК РФ.

Оценив все представленные доказательства в их взаимосвязи, суд приходит к выводу, что в судебном заседании доказано, что оспариваемый Договор возмездного оказания услуг, датированный 12 мая 2014 года, в представленной редакции п.4.1 был составлен ФИО3 и ИП ФИО4 после завершения рассмотрения гражданского спора между участниками ООО «Шторм» ФИО3 и ФИО2 и имел цель взыскания с последнего судебных расходов на оплату услуг представителя ФИО3 в большем размере, нежели при первоначальных договорённостях. Изначально участники данного договора определили стоимость услуг в размере 750 000 руб. 

При этом, суд также учитывает, что данный договор не был представлен ни в одну их судебных инстанций за период всего судебного разбирательства. 

Поскольку оспариваемый договор возмездного оказания услуг, датированный 12.05.2014г., заключенный между ФИО3 и ИП ФИО4 с редакцией пункта 4.1 договора «вознаграждение исполнителя составляет 10% от рыночной стоимости спорного имущества, но не менее 750.000 руб.» 12.05.2014г. не изготавливался и не подписывался, имел цель неправомерно завладеть денежными средствами ООО «Шторм» за счет представления фиктивных данных о реальных денежных обязательствах ФИО3 перед ИП ФИО4 за представительские услуги при судебном разбирательстве, стороны этой сделки действовали недобросовестно, суд приходит к выводу, что п.4.1. данного договора в настоящей редакции следует признать недействительным в силу ничтожности.

Рассматривая доводы ответчиков, что ООО «Шторм» и ФИО2 не вправе в настоящее время инициировать спор о признании договора недействительным, поскольку события, которые могут затронуть его права не наступили, суд приходит к выводу, что этот довод не обоснован.

В соответствии с п.1 ст.110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Поскольку решение арбитражного суда Астраханской области по делу №А06-4171/2014 состоялось не в пользу ООО «Шторм», то соответственно с ООО «Шторм», как с проигравшего ответчика по делу, подлежат взысканию в силу п.1 ст.110 АПК РФ судебные расходы, в том числе оплата услуг представителя, понесенные ФИО3

В связи с чем, размер оплаты услуг представителя является существенным материальным фактором для ООО «Шторм» и ФИО2, как участника этого общества.

В силу ч.2 ст. 166 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Статья 2 ГПК Российской Федерации определяет, что целью гражданского судопроизводства является защита нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов граждан, организаций, прав и интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований, других лиц, являющихся субъектами гражданских, трудовых или иных правоотношений. В развитие закрепленной в статье 46 Конституции Российской Федерации гарантии на судебную защиту прав и свобод человека и гражданина часть первая статьи 3 ГПК Российской Федерации устанавливает, что заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве, обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов. Тем самым в нормах гражданского процессуального законодательства, конкретизирующих положения статьи 46 Конституции Российской Федерации, находит свое отражение общее правило, согласно которому любому лицу судебная защита гарантируется исходя из предположения, что права и свободы, о защите которых просит лицо, ему принадлежат и были нарушены (либо существует реальная угроза их нарушения).

Поскольку в судебном заседании было установлено, что оспариваемый договор в редакции п.4.1. как предусматривающий вознаграждение исполнителя в размере 10% от рыночной стоимости спорного имущества, но не менее 750 000 руб. был заключен его участниками в целях последующего предъявления к истцам по настоящему делу: ООО «Шторм» и ФИО2 завышенных требований имущественного характера, суд приходит к выводу, что у истцов имелись основания предполагать о реальной угрозе нарушения их прав, в связи с чем, у них имеется право на обращение в суд с настоящим иском. 

Вместе с тем, суд не усматривает оснований для признания недействительным договора возмездного оказания услуг от 12 мая 2014 года в целом, поскольку факт оказания ИП ФИО4 юридических консультационных услуг ни кем не оспаривался. Следует признать недействительным редакцию п.4.1. данного договора, предусматривающую вознаграждение в размере 10% от рыночной стоимости спорного имущества, признав при этом, что цена договора изначально была определена в 750 000 руб. 

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194-197 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования Общества с ограниченной ответственностью «Шторм», ФИО2 к ФИО3, индивидуальному предпринимателю ФИО4, индивидуальному предпринимателю ФИО5 о признании недействительным договора оказания возмездных услуг от 12.05.2014г., заключенного между ФИО3 и индивидуальным предпринимателем ФИО4 удовлетворить.

Признать недействительным п.4.1 Договора оказания возмездных услуг от 12.05.2014г., заключенный между индивидуальным предпринимателем ФИО4 и ФИО3, в части предусматривающей вознаграждение в размере 10% от рыночной стоимости спорного имущества.

Решение может быть обжаловано в Астраханский областной суд в течение одного месяца с момента вынесения решения в окончательной форме. 

Решение в окончательной форме изготовлено 12 января 2018 года.

Судья В.В.Кольцова