УИД 71RS0001-01-2025-000095-70

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

10 марта 2025 года г. Алексин Тульской области

ФИО1 межрайонный суд Тульской области в составе: 

председательствующего Барановой Л.П., 

при секретаре Богдановой Т.В.,

с участием помощника Алексинского межрайонного прокурора Филиппова С.Н., 

представителя истца ФИО2, действующей в порядке п. 6 ст. 53 ГПК РФ, ФИО3,

представителя ответчика АО НПО «Тяжпромарматура», действующей на основании доверенности, ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Алексинского межрайонного суда Тульской области гражданское дело № 2-445/2025 по иску ФИО2 к АО НПО «Тяжпромарматура» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием,

установил:

ФИО2 обратился в суд с иском к АО НПО «Тяжпромарматура» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием.

В обоснование заявленных исковых требований указал, что он осуществлял свою трудовую деятельность с 01.09.1989 на Алексинском заводе «Тяжпромарматура». С 01. 09.1989 по 14.11.1990 - 

<

данные изъяты> №; с 14.12.1992 по 22.11 2000 - 

<

данные изъяты> в механосборочном цехе № АО «ФИО1 завод тяжелой промышленной арматуры», с 23.11.2000 по 10.09.2002 - 

<

данные изъяты> (до 16.03.2001), 

<

данные изъяты> ЗАО ««Тяжпромарматура»; с 11.09.2022 по 29.11.2023 - 

<

данные изъяты> (до 20.02.2003 - 

<

данные изъяты>) АО НПО «Тяжпромарматура». 29.11.2023 расторжение трудового договора по инициативе работника (п.3 ч.1 ст. 77 ТК РФ).

Стаж работы в условиях воздействия вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов 22 года 7 месяцев (п. 9 Акта о случае профессионального заболевания от 29.06.2023).

Согласно карты специальной оценки условий труда № от 30.04.2021, подручный сталевара при работе подвергается воздействию химического фактора (сернистый ангидрид, формальдегидные смолы), шума, кремния диоксида кристаллического при содержании пыли от 10 до 70%, ультрафиолетового излучения, теплового излучения – 

<

данные изъяты> % рабочего времени условия труда отнесены к классу 3.2 (вредный 2-й степени) (п. 4.1 санитарно - гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) от 03.11.2022 №).

Согласно производственной характеристике условий труда подручного сталевара цеха № (выписка) п. 9. Факторы условий труда, п.9.1 условия труда: работа в цехе, общая оценка условий труда - класс 3.2: микроклимат - класс - 3.2; хим. фактор - класс - 2; аэрозоли ПДФ - класс 3.1; шум - класс 2.

В п. 9.1 характеристики указано, что согласно карты специальной оценки условий труда № от 30.04.2021 г (профессия - подручный сталевара электропечи, код 16767) и протокола измерений воздуха рабочей зоны (АПФД) №; максимально-разовая концентрация кремния диоксида кристаллического при содержании пыли от 10 до 70 % составляла 3.2 мг/м3, при ПДК = 6.0 мг/м3, среднесменная концентрация кремния диоксида кристаллического при содержании пыли от 10 до 70% составляла 2.9 мг/м3, при ПДК = 2.0 мг/м3.

Согласно результатам анализов ЦЗЛ АО «Тяжпромарматура», цех №, плавильное отделения (у печей): в период 2018 - 2022 годов, концентрация в воздухе рабочей зоны составляла: кремниевосодержащая пыль - 2.0 - 5.36 мг/м3, при ПДК = 6.0 мг/м3.

Согласно экспертному заключению филиала ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Тульской области в г. Алексин» от 01.11.2022 № по результатам санитарно-эпидемиологической экспертизы и протокола лабораторных испытаний № от 01.11.2022 (воздух рабочей зоны): максимально - разовая концентрация пыли (дисперсная фаза аэрозолей на рабочем месте подручного сталевара составила 9.1 +- 2.2 мг/м3 при величине допустимого уровня - 6.0 мг/м3 (дисперсная фаза аэрозолей) - кремний диоксид кристаллический при содержании в пыли от 

<

данные изъяты> % зарегистрировано превышение допустимого уровня в 1.52 раза.

Как указанно в п.10.1 характеристики, согласно карты специальной оценки условий труда № от 30.04.2021 (профессия - подручный сталевара электропечи, код №) и протокола измерений шума №: эквивалентный уровень звука на рабочем месте подручного сталевара составлял 83 дБА, при ПДУ = 80 дБА, зарегистрировано превышение ПДУ на 3 дБА.

Согласно п. 11 характеристики зарегистрированы и нарушения показателей микроклимата для производственных помещений, не соответствуют установленным нормам и параметры неионизирующих электромагнитных полей и излучений, превышают ПДУ.

Обстоятельством возникновения профессионального заболевания послужило несовершенство санитарно-технических установок.

Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных веществ (п. 18 Акта).

На основании результатов расследования установлено, что заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия вредных производственных факторов - химических факторов и фиброгенной пыли выше ПДК.

Непосредственной причиной заболевания послужило воздействие серы диоксида, углерода оксида, пыли, содержащей диоксид кремния 10 - 70%. В воздухе рабочей зоны выше ПДК (п. 20 Акта). При этом, вины работника нет.

Впервые признаки заболевания (одышка, кашель) у него появились в 2019 году, он обратился к терапевту по месту жительства. 04.11.2019 была выполнена рентгенография, на которой были выявлены признаки 

<

данные изъяты> (выписной эпикриз ПУЗ ТО № 10 г. Тулы от 05.05.2023).

13.01.2020 на консультации врача-пульмонолога ГУЗ ТО «Тульская областная клиническая больница, клинико-консультативный отдел КДЦ был выставлен диагноз: 

<

данные изъяты>.

Он стал далее обследоваться и лечиться, обратился к врачу-профпатологу, прошел обследование и лечение в ГУЗ ТО № 10 г. Тулы, по результатам которого выставлены: диагноз MKB: 

<

данные изъяты>

Таким образом, заболевание является профессиональным и установлено впервые (выписка из протокола заседания подкомиссии центра профпатологии ГУЗ «Городская больница № 10 г. Тулы») № от 05.05.2023.

Далее, он был направлен для прохождения медико-социальной экспертизы (БСМЭ).

Результатами освидетельствования ему было установлено 

<

данные изъяты> % утраты профессиональной трудоспособности (справка серии МСЭ-2006 № от 19.09.2023, выдана ФКУ «ГБ МСЭ по Тульской области» минтруда России Бюро МСЭ № 15).

21.11.2023 ему установлена третья группа инвалидности по профессиональному заболеванию (справка серии МСЭ-2023 № от 23.11.2023 выдана ФКУ «ГБ МСЭ по Тульской области» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № 15).

29.11.2023 он вынужден был уволиться, так как состояние его здоровья не позволяло ему работать на прежнем месте.

С 13.08.2024 по 27.08.2024 он проходил лечение в ГУЗ «Городская больница № 10 г. Тулы по поводу прогрессирования своих профессиональных заболеваний. 

В последующем был направлен для прохождения медико-социальной экспертизы. Результатами освидетельствования 27.11.2024 ему было установлено 

<

данные изъяты> % утраты профессиональной трудоспособности. 26.11.2024 ему установлена 

<

данные изъяты> инвалидности по профессиональному заболеванию.

Таким образом, на настоящий момент он имеет два профессиональных заболевания, вынужден постоянно обследоваться и лечиться у профильных специалистов. Работать может только в специальных допустимых условиях труда (п. 34 программы реабилитации пострадавшего в результате несчастного случая на производстве и профессионального заболевания от 05.11.2024).

Он испытывает постоянные физические страдания в течение несколько лет: сильный кашель с трудноотделяемой мокротой, 

<

данные изъяты>, проходить курсы лечения по назначению врача.

Такие физические страдания вызывают у него и нравственные страдания: чувство собственной неполноценности, обиды, страха за будущее.

Считает, что в его случае работодатель не выполнил обязанности по обеспечению безопасности условий и охраны труда при исполнении договорных обязательств - трудового договора.

Исходя из вышеизложенного, считает, что ответчиком нанесен моральный вред, который он оценивает в 600 000 руб.

Так как он не обладает юридическими навыками, он обратился за юридической помощью к ФИО3, с которой 05.01.2025 заключил договор на оказание юридических услуг и оплатил ее работу в размере 25 000 руб.

На основании изложенного, просил взыскать с АО НПО «Тяжпромарматура» в его пользу сумму морального вреда, причинённого профессиональным заболеванием, в размере 600000 руб., сумму судебных расходов за услуги представителя в размере 25000 руб.

В судебное заседание истец ФИО2 не явился, о дате, месте и времени слушания дела извещен судом надлежащим образом. 

Представитель истца, допущенный к участию в деле в порядке п. 6 ст. 53 ГПК РФ, ФИО3 в судебном заседании заявленные исковые требования поддержала в полном объеме, дала пояснения аналогичные, изложенным в исковом заявлении, просила исковые требования удовлетворить. Полагала, что сумма компенсации морального вреда в размере 600000 руб. соответствует принципам разумности и справедливости.

Представитель ответчика АО НПО «Тяжпромарматура» - «ФИО1 завод тяжелой промышленной арматуры» по доверенности ФИО4, в судебном заседании возражала против удовлетворения заявленных исковых требований, поддержав позицию, изложенную ранее в адресованных суду возражениях, указав, что требования истца не отвечают требованиям разумности и справедливости. Просила отказать истцу в удовлетворении заявленных требований. Также возражала против требований истца о взыскании расходов на оплату услуг представителя, поскольку сумма представительских расходов в размере 25000 руб. является завышенной и не соответствует принципу разумности.

Суд, с учетом положений ст. 167 ГПК РФ и мнения участников процесса, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившегося истца.

Выслушав пояснения участвующих в деле лиц, заключение помощника Алексинского межрайонного прокурора Тульской области Филиппова С.Н., полагавшего, что заявленные истцом требования о взыскании компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению в размере 200 000 руб., исследовав письменные доказательства по делу, суд приходит к следующему.

Всемирная организация здравоохранения определяет здоровье, как «состояние полного социального, психического и физического благополучия». Право человека на здоровье понимается, как его личное неимущественное право находиться в состоянии полного физического и психического благополучия.

Согласно ст. 212 ТК РФ, обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

В соответствии со ст. 22 ТК РФ, работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации; исполнять иные обязанности, предусмотренные трудовым законодательством, в том числе законодательством о специальной оценке условий труда, и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и трудовыми договорами.

Как следует из ст. 184 ТК РФ, при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

Виды, объемы и условия предоставления работникам гарантий и компенсаций в указанных случаях определяются федеральными законами.

Согласно ст. 237 ТК РФ, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Из разъяснений, содержащихся в п. 32 Постановления Пленума № 1 от 26.01.2010 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» следует, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Согласно ч. 3 ст. 8 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», возмещение застрахованному лицу морального вреда, причинённого в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как установлено судом и следует из материалов дела, истец ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, осуществлял свою трудовую деятельность на Алексинском заводе «Тяжпромарматура»: с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ - ученик 

<

данные изъяты>; с 14.12.1992 по 22.11 2000 - 

<

данные изъяты> в механосборочном цехе № АО «ФИО1 завод тяжелой промышленной арматуры», с 23.11.2000 по 10.09.2002 - ученик 

<

данные изъяты> ЗАО «Тяжпромарматура»; с 11.09.2002 по 29.11.2023 - 

<

данные изъяты> цеха № (до 20.02.2003 - ученик подручного сталевара цеха №) АО НПО «Тяжпромарматура»; 29.11.2023 трудовой договор расторгнут по инициативе работника (п.3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ), что подтверждается записями в трудовой книжке истца 

<

данные изъяты> №.

Стаж работы в условиях воздействия вредных и опасных производственных факторов 22 года 7 месяцев (п. 9 Акта о случае профессионального заболевания от 29.06.2023, утвержденного и.о. начальника Алексинского территориального отдела Управления Роспотребнадзора по Тульской области 30.06.2023).

С 21.04.2023 по 05.05.2023, с 13.08.2024 по 27.08.2024 ФИО2 находился на стационарном лечении в профпатологическом отделении ГУЗ «ГБ № 10 г. Тулы»

Как следует из выписного эпикриза, номер истории болезни 3167, ГУЗ «ГБ № 10 г. Тулы», истцу был установлен диагноз: основной 

<

данные изъяты>). Сопутствующий диагноз: 

<

данные изъяты>.

Как следует из протокола врача-профпатолога центра профпатологии ГУЗ «ГБ № 10 г. Тулы» от 17.09.2024, ФИО2 установлен диагноз MКБ: (

<

данные изъяты>.

Сопутствующий диагноз: 

<

данные изъяты>.

Как следует из санитарно-гигиенической характеристики условий труда работника ФИО2, при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) № от 03.11.2022, утвержденной главным государственным санитарным врачом по Тульской области, общий стаж работы ФИО2 в условиях воздействия опасных, вредных веществ и неблагоприятных производственных факторов, которые могли вызвать профзаболевание (отравление), составляет 21 год 11 мес. (п.3.3).

Согласно представленных письмом филиала АО НПО «Тяжпромарматура» ль 01.11.2022 в обязанности 

<

данные изъяты> входит: ведение технологического процесса выплавки стали и сплавов в электропечах разных типов емкостью 3 т, наращивание и установка электродов, выпуск плавки под руководством сталевара электропечи. Очистка подины от остатков шлака и металла после выпуска плавки. Заправка печи и наварка подины, завалка шихты, разравнивание ее после завалки, подача флюса в печь. Скачивание шлака, перемешивание металла и наблюдение за состоянием электродов. Отбор проб металла и шлака на химический анализ. Разделка и заделка выпускного отверстия и обеспечение исправного его состояния. Наблюдение за состоянием и подготовкой главного желоба воронок для заливки металла в печь.

Согласно карты специальной оценки условий труда № от 30.04.2021, подручный сталевара при работе подвергается воздействию химического фактора (сернистый ангидрид, формальдегидные смолы), шума, кремния диоксида кристаллического при содержании пыли от 10 до 70%, ультрафиолетового излучения, теплового излучения – 90 % рабочего времени условия труда отнесены к классу 3.2 (вредный 2-й степени) (п. 4.1 санитарно - гигиенической характеристики условий труда работника при подозрении у него профессионального заболевания (отравления) от 03.11.2022).

В п. 9.1 указанной характеристики указано, что согласно карты специальной оценки условий труда № от 30.04.2021 г (профессия - подручный сталевара электропечи, код: 16767) и протокола измерений воздуха рабочей зоны (АПФД) №; максимально-разовая концентрация кремния диоксида кристаллического при содержании пыли от 10 до 70 % составляла 3,2 мг/м3, при ПДК = 6.0 мг/м3, среднесменная концентрация кремния диоксида кристаллического при содержании пыли от 10 до 70% составляла 2.9 мг/м3, при ПДК = 2.0 мг/м3.

Согласно результатам анализов ЦЗЛ АО «Тяжпромарматура», цех №, плавильное отделения (у печей): в период 2018 - 2022 годов, концентрация в воздухе рабочей зоны составляла: кремниевосодержащая пыль – 2,0 – 5,36 мг/м3, при ПДК = 6,0 мг/м3.

Согласно экспертному заключению филиала ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии в Тульской области в г. Алексин» от 01.11.2022 № по результатам санитарно-эпидемиологической экспертизы и протокола лабораторных испытаний № от 01.11.2022 (воздух рабочей зоны): максимально-разовая концентрация пыли (дисперсная фаза аэрозолей на рабочем месте подручного сталевара составила 9,1 +- 2,2 мг/м3 при величине допустимого уровня – 6,0 мг/м3 (дисперсная фаза аэрозолей) - кремний диоксид кристаллический при содержании в пыли от 10 до 70 % зарегистрировано превышение допустимого уровня в 1,52 раза (п. 9.1).

Как указанно в п.10.1 характеристики, согласно карты специальной оценки условий труда № от 30.04.2021 (профессия - подручный сталевара электропечи, код: 16767) и протокола измерений шума № эквивалентный уровень звука на рабочем месте подручного сталевара составлял 83 дБА, при ПДУ = 80 дБА, зарегистрировано превышение ПДУ на 3 дБА.

Согласно п. 11 характеристики зарегистрированы и нарушения показателей микроклимата для производственных помещений, не соответствуют установленным нормам.

На основании результатов расследования установлено, что настоящее заболевание является профессиональным и возникло в результате длительного воздействия вредных производственных факторов - химических факторов и фиброгенной пыли выше ПДК.

В заключении о состоянии условий труда (п.24) указано, что рабочее место подручного сталевара электропечи цеха № характеризуется воздействием серы диоксида, углерода оксида, пыли содержащей диоксид кремния 10 % – 70 % в воздухе рабочей зоны, уровней шума, ультрафиалетового излучения, температуры воздуха, теплового излучения, превышающих допустимые величины.

Из акта о случае профессионального заболевания от 29.06.2023 усматривается, что профессиональное заболевание возникло при обстоятельствах и условиях: несовершенство санитарно-технических установок.

Причиной профессионального заболевания послужило длительное воздействие на организм человека вредных производственных факторов или веществ: максимально - разовая концентрация углерода оксида составила 26 мг/мЗ при ПДК = 20,0 мг/м3; максимально - разовая концентрация серы диоксида составила 11 мг/м3 при ПДК = 10,0 мг/м3; среднесменная концентрация кремния диоксида кристаллического при содержании в пыли от 10 до 70 % составила 2,9 мг/м3 при ПДК = 2.0 мг/м3; максимально-разовая концентрация кремния диоксида кристаллического при содержании в пыли от 10 до 70%> составила 9,1+- 2,2 мг/м3, при ПДК = 6,0 мг/м3 (п. 18 Акта).

Как следует из акта о случае профессионального заболевания от 29.06.2023, вина работника в причинении вреда его здоровью не установлена. Ответчиком не представлено таких доказательств и в ходе рассмотрения дела в суде.

Как следует из справки серии МСЭ-2006 № от 19.09.2023 ФКУ «ГБ МСЭ по Тульской области» Минтруда России, ФИО2 установлена утрата профессиональной трудоспособности – 

<

данные изъяты> %, 

<

данные изъяты>, срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. 

Как следует из справки серии МСЭ-2006 № от 27.11.2024 ФКУ «ГБ МСЭ по Тульской области» Минтруда России (бюро №), истцу установлена утрата профессиональной трудоспособности – 

<

данные изъяты> %, 

<

данные изъяты>, срок установления степени утраты профессиональной трудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справке серии МСЭ-2023 № от 21.11.2023 ФКУ «ГБ МСЭ по Тульской области» Минтруда России Бюро № - филиал, ФИО2 установлена 

<

данные изъяты> инвалидности, причина инвалидности – 

<

данные изъяты>, на срок до ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно справке серии МСЭ-2023 № от 26.11.2024 ФКУ «ГБ МСЭ по Тульской области» Минтруда России, ФИО2 установлена 

<

данные изъяты> инвалидности, причина инвалидности – 

<

данные изъяты>, на срок до ДД.ММ.ГГГГ.

Статьей 1101 ГК РФ предусмотрено, что компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Установленные обстоятельства позволили суду прийти к выводу о том, что профессиональное заболевание работник получил в период исполнения трудовых обязанностей, работодатель не обеспечил в соответствии с требованиями законодательства безопасные условия труда, в связи с чем, ответственность за причиненный моральный вред истцу должна быть возложена на работодателя в силу закона. 

Согласно положениям Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (статья 2); каждый имеет право на жизнь (пункт 1 статьи 20); право на жизнь и охрану здоровья относится к числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите; Российская Федерация является социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь человека (пункт 1 статьи 41)

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, а взыскивается с учетом конкретных обстоятельств дела с целью смягчения эмоционально-психологического состояния потерпевшего, денежная компенсация должна отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

Кроме того, определение конкретного размера денежной компенсации морального вреда является прерогативой суда.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает: конкретные обстоятельства дела, что работа истца была связана с вредными условиями; установленный диагноз профессионального заболевания и степень утраты профессиональной трудоспособности; наличие причинно-следственной связи между действиями ответчика и наступившим у истца профессиональным заболеванием; степень вины ответчика, который в нарушение требований законодательства не обеспечил безопасные условия труда; непредставление ответчиком доказательств отсутствия его вины в возникновении у истца профессионального заболевания; отсутствии прямой вины самого истца как работника; длительный, постоянный характер заболевания, полученного истцом в период работы у ответчика; индивидуальные особенности личности истца и его семейное положение; невозможность полного выздоровления и необходимость дальнейшего постоянного лечения; очевидность и неизгладимость наступивших последствий для истца, в том числе вынужденное изменение им вследствие этого привычного образа жизни с учетом установленных ему ограничений по медицинским показаниям, которые приводят к снижению качества жизни, утрате активного образа жизни, значительным неудобствам в повседневной деятельности, а также к ограничениям трудоспособности; что профессиональное заболевание получено истцом в активном и работоспособном возрасте, так на момент прекращения трудового договора возраст истца составлял 

<

данные изъяты>; требования разумности, справедливости и соразмерности компенсации последствиям нарушения прав.

При этом доводы стороны ответчика о том, что истцу было известно о вредном характере его работы, не освобождает работодателя от исполнения обязанности по обеспечению безопасных условий труда, направленных на предотвращение возникновения профессиональных заболеваний работников.

С учетом изложенного, суд полагает необходимым взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 200000 руб.

Оснований для большего взыскания суммы компенсации морального вреда судом не усматривается, поскольку взысканная судом сумма компенсации морального вреда, по мнению суда, соответствует требованиям разумности и справедливости, а также в полной мере соответствует перенесенным истцом нравственным страданиям.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, которые согласно ст. 88 ГПК РФ состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ, подлежащей применению при возмещении расходов на оплату услуг представителя, стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 (заказчик) и ФИО3 (исполнитель) заключен договор оказания юридических услуг, в соответствии с которым исполнитель обязался оказывать следующие юридические услуги заказчику:

- составить исковое заявление о возмещении морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием;

- представлять в суде первой инстанции интересы заказчика с истребованием, составлением и подачей всей необходимой для разрешения спора документации, а заказчик обязуется оплачивать эти услуги в порядке и сроки, которые предусмотрены настоящим договором.

Сумму, составляющую стоимость работы и указанную в п. 5 настоящего договора, заказчик уплачивает следующим порядком: в момент заключения договора – 25000 руб. (п. 5.1 договора).

ФИО3 получила денежные средства в сумме 25 000 руб. от ФИО2 в качестве оплаты по договору оказания юридических услуг от 05.01.2025 (составление искового заявления о возмещении морального вреда, причиненного профессиональным заболеванием, ведение дела в суде первой инстанции (ФИО1 межрайонный суд Тульской области), что подтверждается распиской ФИО3 от 05.01.2025. 

По смыслу названной нормы разумные пределы являются оценочной категорией, четкие критерии их определения применительно к тем или иным категориям дел не предусматриваются. В каждом конкретном случае суд вправе определить такие пределы с учетом обстоятельств дела, сложности и продолжительности рассмотрения дела, сложившегося в данной местности уровня оплаты услуг адвокатов по представлению интересов доверителей в гражданском процессе.

Кроме того, в определении Конституционного Суда РФ от 21.12.2004 года №454-О указано, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования ст. 17 (часть 3) Конституции РФ.

Исходя из сложности данного дела, объема защищаемого права, количества судебных заседаний, а также из принципа разумности и справедливости суд считает возможным взыскать в пользу истца с АО НПО «Тяжпромарматура» судебные расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 руб. 

В силу ст.103 ГПК РФ, подп. 3 п. 1 ст. 333.19 НК РФ, п. 2 ст. 61.1 Бюджетного кодекса РФ в бюджет муниципального образования город Алексин подлежит взысканию с АО НПО «Тяжпромарматура» государственная пошлина в размере 3 000 руб., от уплаты которой истец был освобожден.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Взыскать с АО НПО «Тяжпромарматура» (ИНН №, ОГРН №) в пользу ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца 

<

адрес> (паспорт серии 

<

данные изъяты> № выдан ДД.ММ.ГГГГ) компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в размере 15 000 руб., а всего 215 000 (двести пятнадцать тысяч) руб.

В удовлетворении остальной части заявленных исковых требований ФИО2 отказать.

Взыскать с АО НПО «Тяжпромарматура» государственную пошлину в бюджет муниципального образования город Алексин Тульской области в размере 7 000 руб. 

Решение может быть обжаловано в Тульский областной суд путем подачи жалобы в ФИО1 межрайонный суд Тульской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме. 

Председательствующий Л.П. Баранова

Мотивированное решение изготовлено 19 марта 2025 года.

Председательствующий Л.П. Баранова