Дело №

Р Е Ш Е Н И Е

 

именем Российской Федерации

<

адрес> 27 сентября 2017 года

Судья Лешуконского районного суда 

<

адрес> 

Кокотова Е.И.

при секретаре ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Лешуконского районного суда 

<

адрес> гражданское дело по иску ФИО1 к государственному бюджетному учреждению социального обслуживания населения 

<

адрес> «Лешуконский комплексный центр социального обслуживания» о признании незаконным дополнительного соглашения о внесении изменений № к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ, признании права на ежегодный основной удлиненный оплачиваемый отпуск продолжительностью 56 календарных дней, компенсации морального вреда, 

установил:

ФИО1 обратилась с иском к государственному бюджетному учреждению социального обслуживания населения 

<

адрес> «Лешуконский комплексный центр социального обслуживания» о возложении обязанности устранить нарушения трудовых прав, признании права на ежегодный основной удлиненный оплачиваемый отпуск продолжительностью 56 дней с момента издания дополнительного соглашения о внесении изменений № к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ, компенсации морального вреда в размере 50000 рублей.

В обоснование заявленных требований истец указал, что она (ФИО1) работает ГБУСОН 

<

адрес> «Лешуконский комплексный центр социального обслуживания» в должности воспитателя с ДД.ММ.ГГГГ, по настоящее время. Согласно трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между ГБУ СОН 

<

адрес> Лешуконский комплексный центр социального обслуживания» и ней (ФИО1), в ее трудовые обязанности входит выполнение работы воспитателя в социальном приюте для детей и подростков, а в п. 4.3 данного Договора указано, что ей предоставляется ежегодный отпуск продолжительностью: основной-56 дней и дополнительный 24 дня. Кроме того в п. 2.1 Трудового договора № предусмотрено, что она, как работник имеет право на ежегодный оплачиваемый отпуск, гарантии и компенсации, предусмотренные действующим законодательством, а в п. 2.2 указано, на то, что работник обязан добросовестно выполнять должностные обязанности, предусмотренные должностной инструкцией. В п. 3.4 Должностной инструкции воспитателя социального приюта для детей и подросток ГБУ СОН 

<

адрес> «Лешуконский КЦСО» указано право воспитателя на социальные льготы и гарантии, установленные законодательством. В августе 2016 года она получила уведомление о том, что в соответствии с Постановлением Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «0 ежегодных основных удлиненных оплачиваемых отпусках», статьи 91 Федерального закона № от ДД.ММ.ГГГГ «Об образовании в РФ», в трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ, внесены изменения о том, что основной отпуск составляет- 28 дней, дополнительный-24 дня (за работу в районе Крайнего Севера), дополнительный за вредные условия труда- 4 дня. В соответствии со ст. 334 Трудового кодекса РФ педагогическим работникам предоставляется ежегодный основной удлиненный оплачиваемый отпуск, продолжительность которого устанавливается Правительством Российской Федерации. Согласно разделу 1V Приложения к постановлению Правительства Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ N 466 «О ежегодных основных удлиненных оплачиваемых отпусках» право на ежегодные основные удлиненные оплачиваемые отпуска в размере 56 дней имеют педагогические работники, должности которых указаны в разделе 1 номенклатуры должностей, работающие в организациях в том числе, в организациях, осуществляющих социальное обслуживание. А в Номенклатуре должностей педагогических работников организаций, осуществляющих образовательную деятельность, в разделе 1 указана должность воспитателя. Ссылка работодателя на ст. 91 Федерального закона № от ДД.ММ.ГГГГ «Об образовании в РФ» является необоснованной, поскольку соискателями лицензии на осуществление образовательной деятельности являются образовательные организации, организации, осуществляющие обучение, а она (ФИО1), как работник, не должна отвечать за бездействие работодателя по получению лицензии, поскольку это компетенция исключительно руководства образовательной организации. Считает, что право на ежегодный удлиненный оплачиваемый отпуск, связано с родом деятельности работника, а не отсутствием у организации необходимой лицензии.

ФИО1 в предварительном судебном заседании заявленные ею исковые требования уточнила и просила признать незаконным дополнительное соглашение о внесении изменений № к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ, признать право на ежегодный основной удлиненный оплачиваемый отпуск продолжительностью 56 календарных дней в соответствии с п.4.3 трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, а также взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей. Уточненные исковые требования в судебном заседании поддержала, просила их удовлетворить по указанным в иске основаниям. 

И.о. директора государственного бюджетного учреждения социального обслуживания населения 

<

адрес> «Лешуконский комплексный центр социального обслуживания» ФИО4 в судебном заседании исковые требования не признала в полном объеме, пояснив, что в связи с вступлением в силу Постановления Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О ежегодных основных удлиненных оплачиваемых отпусках», утратило силу Постановление Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О продолжительности ежегодного основного удлиненного оплачиваемого отпуска, предоставляемого педагогическим работникам». Постановление Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О ежегодных основных удлиненных оплачиваемых отпусках» устанавливает продолжительность ежегодных основных удлиненных оплачиваемых отпусков работникам, замещающим должности педагогических работников, а также руководителей образовательных организаций, заместителей руководителей образовательных организаций, руководителей структурных подразделений этих организаций и их заместителей. Согласно статье 2 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № - Ф3 «Об образовании в Российской Федерации» педагогический работник физическое лицо, которое состоит в трудовых, служебных отношениях с организацией, осуществляющей образовательную деятельность, и выполняет обязанности по обучению, воспитанию обучающихся и (или) организаций образовательной деятельности. Согласно Уставу государственного бюджетного учреждения социального обслуживания 

<

адрес> «Лешуконский комплексный центр социального обслуживания» утверждённому министерством здравоохранения и социального развития 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ № - ро, государственное бюджетное учреждение социального обслуживания населения 

<

адрес> Лешуконский комплексный центр социального обслуживания» не осуществляет образовательную деятельность и соответственно у нее отсутствует лицензия на образовательную деятельность. Поскольку работники организации, чья деятельность не связана с реализацией на основе лицензии образовательных программ и напрямую не соотносится с педагогической деятельностью лишаются права на удлиненный отпуск. При этом права детей на обучение пребывающих в отделении социальной реабилитации несовершеннолетних не нарушаются, так как образовательные услуги им предоставляет структурное подразделении «Юромская основная школа», согласно договору № от ДД.ММ.ГГГГ о сотрудничестве МБОУ «Устьвашская средняя общеобразовательная школа» и ГБУ ФИО2 «Лешуконский комплексный центр социального обслуживания». В связи с чем, просила в иске отказать. 

Выслушав истца, представителя ответчика, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что истец состоит с ответчиком в трудовых отношениях в должности воспитателя.

При переводе на указанную должность с должности специалиста по социальной работе отделения профилактики безнадзорности детей и подростков ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 был заключен трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ, являющийся договором по основному месту работы (л.д.71-73).

При переводе на указанную должность были согласованы следующие условия труда: оплата труда в размере 3500 рублей (п.4.1 трудового договора), продолжительность основного оплачиваемого отпуска 56 календарных дней, дополнительного 24 календарных дня (п.4.3 трудового договора).

В соответствии со ст. 67 ТК РФ трудовой договор заключается в письменной форме, составляется в двух экземплярах, каждый из которых подписывается сторонами. Один экземпляр трудового договора передается работнику, другой хранится у работодателя. Получение работником экземпляра трудового договора должно подтверждаться подписью работника на экземпляре трудового договора, хранящемся у работодателя.

Указанный трудовой договор № от ДД.ММ.ГГГГ, подписанный сторонами ФИО1 и директором ГБУ ФИО2 «Лешуконский КЦСО» ФИО5 был представлен истцом в материалы дела, как договор, подтверждающий трудовые отношения с работодателем.

Между тем, как пояснила в судебном заседании и.о. директора ГБУ ФИО2 «Лешуконский КЦСО» ФИО4 указанный договор у работодателя отсутствует и на основании приказа № от ДД.ММ.ГГГГ в связи с неправильным указанием даты начала работы признан недействительным.

В силу ст. 57 ТК РФ если при заключении трудового договора в него не были включены какие-либо сведения и (или) условия из числа предусмотренных частями первой и второй настоящей статьи, то это не является основанием для признания трудового договора незаключенным или его расторжения. Трудовой договор должен быть дополнен недостающими сведениями и (или) условиями. При этом недостающие сведения вносятся непосредственно в текст трудового договора, а недостающие условия определяются приложением к трудовому договору либо отдельным соглашением сторон, заключаемым в письменной форме, которые являются неотъемлемой частью трудового договора.

Поскольку Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит оснований для признания трудового договора недействительным, довод ответчика о недействительности трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ суд находит несостоятельным. 

Приказом директора ГБУ ФИО2 «Лешуконский КЦСО» ФИО5 № от ДД.ММ.ГГГГ было определено внести изменения в трудовые договоры старшего воспитателя и воспитателей отделения социальной реабилитации несовершеннолетних ГБУ ФИО2 «Лешуконский КЦСО» о предоставлении ежегодного отпуска продолжительностью: основной - 28 календарных дней, дополнительный - 24 календарных дня (за работу в районах Крайнего Севера), дополнительный отпуск за вредные условия труда продолжительностью - 4 рабочих дня, заключить дополнительные соглашения с воспитателями до ДД.ММ.ГГГГ, уведомить воспитателей об изменении до ДД.ММ.ГГГГ (л.д.42). 

Исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации одним из основных принципов правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признается свобода труда.

Согласно ст. 9 ТК РФ в соответствии с трудовым законодательством регулирование трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений может осуществляться путем заключения, изменения, дополнения работниками и работодателями коллективных договоров, соглашений, трудовых договоров.

В силу ч. 1 ст. 16 ТК РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим кодексом.

Статья 56 ТК РФ определяет трудовой договор как соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

В силу ст. 72 Трудового кодекса Российской Федерации изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от ДД.ММ.ГГГГ №-О указал, что ч. 1 ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривая, в исключение из общего правила об изменении определенных сторонами условий трудового договора только по соглашению сторон (ст. 72 данного Кодекса), возможность одностороннего изменения таких условий работодателем, в то же время ограничивает данное право случаями невозможности сохранения прежних условий вследствие изменений организационных или технологических условий труда. Одновременно законодателем в той же статье Трудового кодекса Российской Федерации установлены гарантии, предоставляемые работнику в случае одностороннего изменения работодателем условий трудового договора: запрет изменения трудовой функции работника (часть первая); определение минимального двухмесячного (если иной срок не предусмотрен данным Кодексом) срока уведомления работника о предстоящих изменениях и о причинах, их вызвавших (часть вторая); обязанность работодателя в случае несогласия работника работать в новых условиях предложить ему в письменной форме другую имеющуюся работу, которую работник может выполнять с учетом состояния его здоровья (часть третья); запрет ухудшения положения работника по сравнению с установленным коллективным договором, соглашением при изменении условий трудового договора (часть восьмая).

Таким образом, законодатель установил возможность внесения изменений в заключенный трудовой договор в двух случаях. Первый - по соглашению сторон, второй - в связи с изменением организационных или технологических условий труда, с соблюдением, установленных для данного случая гарантий трудовых прав работника.

Руководствуясь ст. 72 Трудового кодекса Российской Федерации, истец и ответчик имели право изменить любое условие заключенного ими трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ при условии достижения взаимного согласия, оформления такого согласия в письменной форме (в данном случае - в виде дополнительного соглашения к трудовому договору) и соответствия такого соглашения требованиям ст. 9 указанного Кодекса.

В материалах настоящего дела имеется уведомление об изменении условий оплаты труда № от ДД.ММ.ГГГГ, в котором ФИО1 извещается о предстоящих изменениях в части продолжительности отпуска и о том, что по истечению двух месяцев с даты подписания уведомления, у нее будут изменены определенные сторонами обязательные условия трудового договора. В случае согласия продолжать работу в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора в части оплаты труда, в ней будет заключено дополнительное соглашение к трудовому договору до ДД.ММ.ГГГГ. В случае отказа от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий договора в части оплаты труда, по истечению двух месяцев с даты подписания настоящего уведомления трудовой договор с нею будет прекращен по п. 7 ст. 77 ТК РФ (л.д.38).

Как пояснила в суде и.о. директора ГБУ ФИО2 «Лешуконский КЦСО» ФИО4 сведений об ознакомлении с указанным уведомлением и вручении одного экземпляра работнику ФИО1 у работодателя не имеется. ФИО1 продолжала работать в должности воспитателя и трудовой договор с ней не расторгался. 

Представителем работодателя приобщен к материалам дела лист ознакомления работников с уведомлением об изменении условий трудового договора, заполненный ДД.ММ.ГГГГ, однако, пояснить в суде с каким именно уведомлением и об изменении каких условий договора речь идет в данном листе ни руководитель ГБУ ФИО2 «Лешуконский КЦСО», ни ФИО1 не смогли. 

Как следует из содержания предоставленного ответчиком дополнительного соглашения к трудовому договору с работником от ДД.ММ.ГГГГ, оно заключено к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.37). 

Между тем, как пояснили стороны в судебном заседании трудового договора с такими реквизитами между ФИО1 и ГБУ ФИО2 «Лешуконский КЦСО» вообще не заключалось. 

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ГБУ ФИО2 «Лешуконский КЦСО» было заключено дополнительное соглашение о внесении изменений № к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ в части продолжительности ежегодного отпуска (л.д.39), однако, в судебном заседании установлено, что указанный трудовой договор прекратил свое действие в связи с переводом истца на должность воспитателя и заключением с ФИО1 трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ. При этом, трудовой договор от ДД.ММ.ГГГГ регулировал условия труда ФИО1, как специалиста по социальной работе отделения профилактики безнадзорности детей и подростков (л.д.34-35), и не являлся в соответствии с приказом директора ГБУ ФИО2 «Лешуконский КЦСО» ФИО5 № от ДД.ММ.ГГГГ объектом для внесения изменений и заключения дополнительных соглашений. 

Таким образом, заключенное сторонами ДД.ММ.ГГГГ дополнительное соглашение о внесении изменений № к прекратившему свое действие трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ, суд находит незаконным, а требования истца в указанной части подлежащими удовлетворению.

Между тем, как установлено в судебном заседании и не оспаривается ни истцом, ни представителем ответчика, соответствующее соглашение в части изменения продолжительности ежегодного основного отпуска к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ сторонами подписано не было.

При таких обстоятельствах, до подписания соответствующих дополнительных соглашений к трудовому договору от ДД.ММ.ГГГГ, право на ежегодный основной отпуск продолжительностью 56 календарных дней, предусмотренный п. 4.3 трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, за ФИО1 сохраняется. 

В соответствии со ст. 22 ТК РФработодатель обязан соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ воспитатель ФИО1 обратилась с заявлением на имя руководителя о предоставлении ей части ежегодного основного отпуска в количестве 21 дня, однако, как пояснила в судебном заседании представитель ответчика ФИО4, данное заявление не было удовлетворено в связи с ранее заключенным дополнительным соглашением от ДД.ММ.ГГГГ.

Такие действия работодателя, связанные с нарушением имеющегося у ФИО1 права на ежегодный основной удлиненный отпуск, суд считает неправомерными. 

В соответствии с частью 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьями 12, 56, 57 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. В силу принципа состязательности каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. При этом они сами несут ответственность за полноту предоставленных ими доказательств, от которых зависит правильность и полнота решения дела. 

Данное требование закона разъяснялось участникам процесса.

Доказательств, подтверждающих правомерность действий ответчика, последним не предоставлено. Не получено таких доказательств и в судебном заседании. 

Истцом заявлено требование о компенсации морального вреда в размере 50000 рублей. 

В соответствии со ст. 237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Принимая во внимание, что работодателем были нарушены трудовые права ФИО1, требования о возмещении причиненного морального вреда являются законными и обоснованными. 

Вместе с тем, указанную истцом сумму суд считает завышенной, поэтому с учетом характера причиненных нравственных или физических страданий ФИО1, требований разумности и справедливости, полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 500 рублей.

При таких обстоятельствах, заявленные ФИО1 исковые требования подлежат удовлетворению. 

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов в федеральный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований. 

Поскольку судом принято решение об удовлетворении иска ФИО1в полном объеме, государственная пошлина в сумме 300 рублей за рассмотрение требований неимущественного характера, от уплаты которой истец был освобожден, подлежит взысканию с ответчика в доход федерального бюджета. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к государственному бюджетному учреждению социального обслуживания населения 

<

адрес> «Лешуконский комплексный центр социального обслуживания» о признании незаконным дополнительного соглашения о внесении изменений № к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ, признании права на ежегодный основной удлиненный оплачиваемый отпуск продолжительностью 56 календарных дней, компенсации морального вреда, - удовлетворить. 

Признать незаконным дополнительное соглашение о внесении изменений № к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенное ДД.ММ.ГГГГ между государственным бюджетным учреждением социального обслуживания населения 

<

адрес> «Лешуконский комплексный центр социального обслуживания» и ФИО1.

Признать за ФИО1 право на ежегодный основной оплачиваемый отпуск продолжительностью 56 календарных дней, предусмотренный п. 4.3 трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ. 

Взыскать с государственного бюджетного учреждения социального обслуживания населения 

<

адрес> «Лешуконский комплексный центр социального обслуживания» в пользу ФИО1 500 рублей в счет компенсации морального вреда, причиненного неправомерными действиями работодателя.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения социального обслуживания населения 

<

адрес> «Лешуконский комплексный центр социального обслуживания» государственную пошлину в размере 300рублей.

Решение может быть обжаловано в Архангельском областном суде путем подачи апелляционной жалобы через Лешуконский районный суд 

<

адрес>) в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме. Мотивированное решение составлено ДД.ММ.ГГГГ.

Судья Е.И. Кокотова