Дело № 2-18/2019

Кизеловского городского суда

Пермского края

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Кизел 22 января 2019 года

Кизеловский городской суд Пермского края в составе: 

председательствующего судьи Коваль А.А.,

при секретаре судебного заседания Горн Н.Л., 

с участием заместителя прокурора Кизеловской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях прокурора Ивакина А.Н., 

представителя ответчика ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю ФИО1, 

представителя ответчика ФСИН России, ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО3 к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю о взыскании 5 000000 рублей в счет компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 (Далее – истец) обратился в Кизеловский городской суд с исковым заявлением к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю о взыскании 5 000000 рублей в счет компенсации морального вреда.

Определением Кизеловского городского суда от 26 декабря 2018 года к участию в деле в качестве соответчика привлечена Федеральная служба исполнения наказаний, наделенная полномочиями выступать от имени Российской Федерации по заявленному истцом требованию.

В судебное заседание истец не явился, поскольку отбывает наказание в виде лишения свободы. О времени и месте рассмотрения дела истец извещен надлежащим образом. При подготовке дела к рассмотрению в судебном заседании ему были разъяснены права, предусмотренные ГПК РФ, в том числе право на участие в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи. Так, указанное право было разъяснено в определении от 26 декабря 2019 года (л.д.2-3), копия которого была вручена истцу 28.12.2018 г. (л.д.100), после чего ходатайства об участии в судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи истец в суд не направил. Учитывая изложенное, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие истца.

В исковом заявлении истец указал, что отбывает наказание в виде лишения свободы. В период с мая 2017 года по февраль 2018 года находился в ФКУ СИЗО-3 г.Кизел, где содержался в невыносимых условиях, не соответствующих требованиям закона. В камерах сборного отделения была повышенная влажность, поскольку осенью и весной их топило водой; на окнах установлены гладкие металлические ограждения исключающие попадание солнечного света, а искусственный свет от лампы был тусклый; отсутствовал санузел, вместо него стоял бак, из которого исходил зловонный запах. В камерах, в которых он содержался, не было достаточно света, была повышенная влажность, санузел и канализация были в отвратительном состоянии, вместо унитазов была дыра в полу, на стенах камер присутствовали «грибковые заболевания», спальные принадлежности были в плохом состоянии, вместо деревянных полов была плитка, в камерах были мыши и тараканы. Отсутствовал должный медкабинет, а медпомощь оказывалась ненадлежащая. Данные обстоятельства причинили истцу нравственные и физические страдания, что сказалось на его здоровье. 

Представитель ответчика ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю ФИО1 с исковыми требованиями не согласна. Поддержала доводы, изложенные в письменных возражениях (л.д.103-115). Считает, что истец привел доводы, а не доказательства, не предоставив реальных доказательств, которые доказывали бы неблагоприятные последствия его психического и физического здоровья. Доказательства причинения морального и физического вреда истцу не представлены.

Представитель ответчика ФСИН России, ФИО2, с исковыми требованиями не согласна по доводам письменных возражений и отзыва. Указала, что обстоятельства, на которых истец основывает свои требования, вопреки статье 56 ГПК РФ не доказаны. 

Заместитель прокурора Кизеловской прокуратуры по надзору за соблюдением законов в исправительных учреждениях, Ивакин А.Н., в заключении указал, что в иске следует отказать, поскольку условия содержания истца в спорный период отвечали нормативным требованиям.

Суд, обсудив возможность рассмотрения дела в отсутствие не явившихся в судебное заседание лиц, признав в соответствии со ст.167 и ст.45 ГПК РФ возможным рассмотрения дела при данной явке, изучив представленные доказательства, выслушав стороны по делу, изучив представленные доказательства, пришел к следующему.

В соответствии со ст. 3 Конвенции о защите прав человека и основных свобод никто не должен подвергаться ни пыткам, ни бесчеловечному или унижающему достоинство обращению или наказанию.

Согласно статье 2 Конституции Российской Федерации человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации в силу статьи 17 Конституции Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с настоящей Конституцией.

Достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию (ст. 21 Конституции Российской Федерации).

В соответствии со статьей 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

По тем же правилам возмещается причиненный моральный вред - физические и нравственные страдания.

При этом следует отменить, что возмещение морального вреда за счет казны Российской Федерации по указанной норме права возможно только в случае доказанности виновных незаконных действий должностных лиц, повлекших за собой причинение такого вреда.

Истец просит суд признать факт причинения ему морального вреда, причиненного в результате создания ответчиком СИЗО-3 ненадлежащих условий содержания в СИЗО-3, за что просит взыскать в свою пользу с ответчиков компенсацию морального вреда в размере 5 000000 рублей. 

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, в отношении которых в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, регулируются Федеральным законом от 15.07.1995 N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений".

Данным законом установлено, что содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности, справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом, гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституцией Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а также международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершении преступлений, содержащимся под стражей (статья 4); в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей (статья 15); подозреваемым и обвиняемым создаются бытовые условия, отвечающие требованиям гигиены, санитарии и пожарной безопасности, норма санитарной площади в камере на одного человека устанавливается в размере четырех квадратных метров (статья 23); лечебно-профилактическая и санитарно-эпидемиологическая работа в местах содержания под стражей проводится в соответствии с законодательством об охране здоровья граждан. Администрация указанных мест обязана выполнять санитарно-гигиенические требования, обеспечивающие охрану здоровья подозреваемых и обвиняемых (статья 24).

В соответствии с частью 2 статьи 77.1 УИК РФ при необходимости участия в судебном разбирательстве в качестве свидетеля, потерпевшего, обвиняемого осужденные могут быть по определению суда или постановлению судьи оставлены в следственном изоляторе либо переведены в следственный изолятор из исправительной колонии, воспитательной колонии или тюрьмы. При этом, осужденные содержатся в следственном изоляторе в порядке, установленном Федеральным законом от 15 июля 1995 года N 103-ФЗ "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений" (далее - Федеральный закон "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений"), и на условиях отбывания ими наказания в исправительном учреждении, определенном приговором суда. 

Приказом Минюста РФ от 14.10.2005 N 189 утверждены "Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы" (Далее - Правила), которыми установлен порядок материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых.

Установлено, что истец ФИО3 содержался в ФКУ СИЗО-3 (Т.1 л.д.102-103) в статусе обвиняемого и осужденного в периоды: с 26 мая по 01 июня 2017 г.; с 09 по13 июня 2017 г.; с 23 по 27 июня 2017 г.; с 07 по 20 июля 2017 г.; с 13 августа по 13 октября 2017 г.; с 27 октября 2017 г. по 20 февраля 2018 года (л.д.44). 

В указанные периоды истец помещался в камеры №№ 1, 2, 3, 7, 9, 11, 18, 25, 36, 39, 42, 59, 66, 80, 81, 82, 83. (л.д.45).

Приказом Минюста РФ от 14.10.2005 N 189 утверждены "Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы" (Далее - Правила), которыми установлен порядок материально-бытового обеспечения подозреваемых и обвиняемых.

Согласно п.15 указанных Правил при прибытии в СИЗО на период оформления учетных документов подозреваемые и обвиняемые размещаются в камерах сборного отделения на срок не более одних суток с соблюдением требований изоляции либо на срок не более двух часов в одноместные боксы сборного отделения, оборудованные местами для сидения и искусственным освещением. Время помещения подозреваемых и обвиняемых в одноместные боксы и время их перевода в другие помещения фиксируется в Книге дежурств по корпусному отделению.

Пунктом 42 Правил предусмотрено, что камеры СИЗО оборудуются, в том числе, напольной чашей (унитазом).

В судебном заседании установлено, что по прибытию истца в СИЗО-3 26.05.2017 г., 09.06.2017 г., 23.06.2017 г., 07.07.2017 г., 13.08.2017 г.. 27.10.2017 г., его помещали с другими заключенными в камеры сборного отделения на срок не более двух часов, бытовые условия в которых не соответствовали требованиям Правил, поскольку в указанных камерах отсутствовала напольная чаша (унитаз). В камере имелись только лавки, искусственное и естественное освещение, вызывная сигнализация.

Указанное обстоятельство подтверждается пояснениями представителя СИЗО-3, показаниями свидетелей: Свидетель №1, Свидетель №2 и Свидетель №3

Доводы представителей ответчиков, что отправление естественных надобностей лицами, содержащимися в камерах сборного отделения, предусмотрено в отдельно стоящем санузле, куда по просьбе заключенных дежурный мог их препроводить, в рассматриваемом случае не свидетельствуют об обеспечении истцу надлежащих условий содержания в камере сборного отделения в виду следующего.

Отсутствие в камерах сборного отделения санитарного узла с условиями приватности, учитывая период содержания истца в камере сборного отделения, при отсутствии со стороны ответчика доказательств наличия возможности воспользоваться одновременно всем желающим в камерах сборного отделения санитарным узлом в другом помещении в условиях строгой изоляции при указанных обстоятельствах является нарушением администрацией СИЗО-3 требований закона по созданию бытовых условий, отвечающих требованиям гигиены, санитарии.

Из пояснений представителя СИЗО-3, письменных возражений (л.д.108), показаний свидетеля Свидетель №2 установлено, что в камерах №№ 7, 9, 11, 18, 25, 36, 39, 42, 59, 66, 80, 81, 83, в которых содержался истец в спорный период, полы были выполнены из кафельной плитки.

В данном случае суд считает доказанным, что условия содержания истца в указанных камерах не соответствовали положениям, установленным Нормам проектирования следственных изоляторов и тюрем Минюста России СП 15-01 от 2001 года.

В целях обеспечения условий содержания лиц, заключенных под стражу, в соответствии с требованиями вышеуказанного Федерального закона "О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлении" и обязательствами, принятыми Российской Федерацией при вступлении в Совет Европы, приказом Министерства юстиции Российской Федерации от 28.05.2001 N 161-дсп утверждены Нормы проектирования следственных изоляторов и тюрем Министерства юстиции Российской Федерации (СП 15-01 Минюста России).

Нормами проектирования (п. 9.10) предусмотрено оборудование пола камер деревянным настилом, что в рассматриваемом деле установлено не было.

Вместе с тем, иные доводы административного искового заявления о ненадлежащих условиях содержания в СИЗО-3 не нашли своего подтверждения и опровергаются показаниями свидетелей: Свидетель №1, Свидетель №2, Свидетель №3

Так, свидетель Свидетель №1 пояснила, что она является начальником здравпункта в СИЗО-3 и по роду обязанностей она либо её подчиненные производят совместно с сотрудниками дежурной смены ежедневный обход камер. За время пребывания ФИО3 в СИЗО-3 ежедневно проверялось состояние камер. Нарушений требований их санитарного состояния установлено не было. В камерах ежеквартально производилось и производится дератизация и дезинсекция. Наличие тараканов и мышей в камерах никогда не фиксировалось. Температурный режим в камерах соблюдался, о чем ежедневно делались отметки в соответствующие журналы. Жалоб от ФИО3 на условия его содержания в СИЗО-3 никогда не поступало. Камеры никогда не подтопляло. Ни одна из камер не находится в подвальных помещениях. Замечаний на работу искусственной вентиляции не было. В каждой камере установлены унитазы «Чаша Генуя». Спальные принадлежности в надлежащем состоянии. В каждой камере имеется как естественное, так и искусственное освещение. Медицинские услуги оказываются в соответствии с нормативными требованиями. ФИО3 неоднократно обращался за оказанием ему медицинской помощи, в чем ему никогда не было отказано. При этом ФИО3 были впервые диагностированы ряд хронических заболеваний: 

<

...>.

Свидетель Свидетель №2 пояснил, что является заместителем начальника СИЗО-3 по хозяйственной части. До мая 2018 года занимал должность дежурного помощника начальника СИЗО, и по роду обязанностей производил ежедневный обход камер. За время пребывания ФИО3 в СИЗО-3 ежедневно проверялось состояние камер. Нарушений требований их санитарного состояния установлено не было. Температурный режим в камерах соблюдался. Жалоб от ФИО3 на условия его содержания в СИЗО-3 не поступало. Камеры в СИЗО-3 никогда не подтопляло. В камерах имелась как естественная, так и искусственная вентиляция. В каждой камере установлены унитазы «Чаша Генуя». Спальные принадлежности выдавались ФИО3 в надлежащем состоянии. В каждой камере имеется как естественное, так и искусственное освещение. Окна в камерах были заставлены только решетками, допускающими возможность их открывания для проветривания. В камерах, как и во всех других помещениях СИЗО-3, ежеквартально производилось и производится дератизация и дезинсекция, что исключает наличие тараканов и мышей. Ни одна из камер СИЗО-3 не находится в подвале. 

Свидетель Свидетель №3 пояснила, что с 2016 года отбывает наказание в виде лишения свободы в СИЗО-3, и работает уборщицей помещений в режимных корпусах. За все время её пребывания в СИЗО-3 камерные помещения не затоплялись. Тараканов и мышей в них никогда не было. Все камеры убраны, стены и потолки выбелены и выкрашены. Никаких следов плесени нет. Везде исправно работает вентиляция, как естественная, так и искусственная. Ни в одной камере, в том числе и камерах сборного отделения, окна не огорожены металлическими щитами, а только решетками. В каждой камере установлены унитазы «Чаша Генуя».

Доводы административного искового заявления о ненадлежащих условиях содержания в СИЗО-3 опровергаются также письменными доказательствами: техническим паспортом нежилых зданий (строений) (л.д.46-71), выпиской из медицинской карты на ФИО3 (л.д.72); справкой здравпункта (л.д.73); справкой - выпиской из журналов учета предложений, заявлений, жалоб к администрации СИЗО-3 (л.д.75, 74); копиями из журнала контроля температур режимного корпуса камер корпусов СИЗО-3 (л.д.77-82); копиями государственных контрактов (л.д.84-89); справками отдела КБИ и ХО СИЗО-3 (л.д.90, 116); справкой начальника СИЗО-3 (л.д.117); справкой здравпункта СИЗО-3 (л.д.119-125); копиями государственных контрактов (л.д.126-136); копиями актов комиссии СИЗО-3 по списанию материальных запасов (л.д.136-151), а также исследованными в судебном заседании журналами: учета белья, сдаваемого в стирку; учета заявлений, предложений и жалоб подозреваемых, обвиняемых и осужденных в устной форме режимного корпуса №2; учета №32 режимного корпуса №1; №15 санитарное состояние режимных корпусов ФКУ СИЗО-1.

Согласно камерной карточке (л.д. 45 оборот) истцу при поступлениях в СИЗО-3 в спорные периоды времени в полном объеме выдавались необходимые постельные принадлежности, в соответствии с требованиями, о чем истец собственноручно ставил свои подписи в камерной карточке при получении.

Доказательств, опровергающих данные обстоятельства, истцом не представлено.

Таким образом, доводы искового заявления о том, что в камерах сборного отделения была повышенная влажность, что осенью и весной их топило водой; что на окнах были установлены гладкие металлические ограждения, исключающие попадание солнечного света, а искусственный свет от лампы был тусклый; что в камерах, в которых он содержался, не было достаточно света, была повышенная влажность, санузел и канализация были в отвратительном состоянии, вместо унитазов была дыра в полу, на стенах камер присутствовал грибок, что спальные принадлежности были в плохом состоянии, вместо деревянных полов была плитка, в камерах были мыши и тараканы; что отсутствовал медкабинет, а медпомощь оказывалась ненадлежащая, а также об иных нарушениях условий содержания в СИЗО-3 не нашли своего подтверждения. 

Поскольку судом установлены факты содержания истца в условиях, не соответствующих установленным нормам, повлекшие за собой причинение страданий и переживаний истцу в степени, превышающей неизбежный уровень страданий, присущий ограничению свободы, поэтому суд считает, что действиями администрацииСИЗО-3истцу был причинен моральный вред, подлежащий компенсации в силу ст. ст. 1069, 1071 Гражданского кодекса РФ за счет средств казны РФ.

В соответствии со ст. 1101 Гражданского кодекса РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает фактические обстоятельства дела, а именно причинение истцу нравственных страданий действиями администрации СИЗО-3, на которое в соответствии с ч. 1 ст. 10 УИК РФ возложены обязанности уважения и охраны прав, свобод и законных интересов подозреваемых, обвиняемых и осужденных, отсутствие негативных последствий для истца, принцип разумности и справедливости, и считает возможным определить денежную компенсацию морального вреда истцу в размере9000 рублей. При этом суд принимает во внимание как совокупное влияние этих условий, так и время, и периодичность нахождения заявителя в указанных условиях.

Учитывая, что следственные изоляторы уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации входят в состав территориальных органов уголовно-исполнительной системы Министерства юстиции Российской Федерации, в данном случае ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю в соответствии с подпунктом 6 пункта 7 Положения о Федеральной службе исполнения наказания, ФСИН России осуществляет функции главного распорядителя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание уголовно-исполнительной системы и реализацию возложенных на нее функций, суд приходит к выводу о взыскании компенсации морального вреда в размере 9 000 рублей с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации за счет казны Российской Федерации.

В удовлетворении остальной части исковых требований к ФСИН России надлежит отказать.

Поскольку надлежащим ответчиком по делу является ФСИН России, в иске ФИО3 к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю, надлежит отказать. 

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

решил:

Иск ФИО3 удовлетворить частично.

Взыскать в пользу ФИО3 с Российской Федерации в лице Федеральной службы исполнения наказаний Российской Федерации за счет казны Российской Федерации 9000 рублей в счет компенсации морального вреда. В удовлетворении остальной части иска отказать.

В иске ФИО3 к ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Пермскому краю, отказать.

Решение может быть обжаловано в Пермский краевой суд через Кизеловский городской суд Пермского края в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме 25 января 2019 года.

Судья:подпись.

Верно. Судья А.А.Коваль 

Секретарь Н.Л.Горн