Дело № 2-2417/2023 КОПИЯ 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 августа 2023 года город Пермь

Пермский районный суд Пермского края в составе:

председательствующего судьи Мелединой Е.Г.,

при секретаре судебного заседания ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к ФИО4 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО3 обратилась к ответчику ФИО4 с иском (в редакции уточнённого иска – л.д.75а-76.) о взыскании денежных средств в виде утраченного заработка в размере 90 184 рубля 42 копейки, компенсации морального вреда в размере 30 000 рублей, стоимости лечения и приобретения медикаментов в размере 3 637 рублей.

В обоснование предъявленных требований истец ФИО3 указала, что ДД.ММ.ГГГГ в период 17 часов 25 минут – 17 часов 40 минут она выгуливала на поводке свою декоративную собаку породы Вест ФИО1 на площадке между домами по 

<

адрес>. В это время собака ответчика породы Овчарка бегала по улице с несовершеннолетним сыном ответчика, собака была без намордника, не пристегнута на поводок, к ней был привязан детский тюбинг. Собака ответчика подбежала к ней, рычала, лаяла, бегала вокруг неё, агрессивно вставала передними лапами на неё, пытаясь напасть на неё и на ее собаку, которую она успела взять на руки. Собака ответчика кружила вокруг неё, в результате чего шнур от тюбинга обмотал ей ноги. Она упала назад на левый бок и локоть, ударилась головой, в результате чего получила тяжелую травму руки, а именно: закрытый перелом головки левой лучевой кости локтевого сустава и долгое время находилась на амбулаторном лечении по листу временной нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Она была вынуждена проходить курс лечения от причиненных травм в больнице по месту жительства, приобретать медикаменты, посещать физиотерапевтический кабинет для увеличения интенсивности лечения, поскольку в результате перелома локтевого сустава произошло осложнение заболевания. На приобретение лекарственных препаратов и проезд в медицинское учреждение для принятия медицинских процедур затрачена денежная сумма в размере 3 637 рублей. Кроме того, она потеряла свой доход от трудовой деятельности в виде окладной части и премиальных денежных средств за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. За указанный период утраченный заработок составил 90 184 рубля 42 копейки. От действий собаки, принадлежащей ответчику, она испытала физические и нравственные страдания, физическую боль при падении, испугалась за свою жизнь ввиду агрессии напавшей собаки, получила сильнейший стресс. Периодические боли от перелома возникают до сих пор, рука полностью не восстановлена, она вынуждена принимать обезболивающие препараты. Она оценивает компенсацию морального вреда в сумму 30 000 рублей.

Истец ФИО3 не явилась в судебное заседание, извещена о времени и месте судебного разбирательства. В предыдущем судебном заседании истец ФИО3 просила об удовлетворении предъявленных требований на основании доводов, изложенных в иске. Кроме того пояснила, что последствия полученной травы появляются по настоящее время, вынуждена была пройти санаторно-курортное лечение, при этом исковые требования оставляет прежними. 

Ответчик ФИО4 не явилась в судебное заседание, извещена о времени и месте судебного разбирательства. В предыдущем судебном заседании ответчик ФИО4 не согласилась с иском, пояснив, что её собака не причиняла вред истцу, она не имеет собаку породы «Овчарка», во дворе их дома гуляют бездомные собаки, которые могли напасть на истца. Просила учесть, что в настоящее время она не работает, имеет на иждивении ребёнка, сожитель также не имеет работы.

Представитель ответчика ФИО6, ранее принимавший участие в судебном заседании, просил в удовлетворении требований отказать ввиду отсутствия доказательств причинения увечья истцу именно собакой, принадлежащей ФИО4 В своих пояснениях указал, что является сыном ответчика, ФИО4 имеет двух собак породы Лабрадор и метиса, собаки породы Овчарка у нее нет. ДД.ММ.ГГГГ в районе 18.00 часов его брат ФИО2 находился дома, собаки также находились дома. В этот день в вечернее время он сам выгулял собак и они с братом пошли в спортзал. ФИО2 в силу своего возраста не может выгуливать двух собак одновременно, поэтому он сам лично выгуливает собак. ФИО11 ни разу не обращалась к нему по вопросу разрешения инцидента. 

В своем заключении помощник прокурора указал, что требования о компенсации морального вреда являются законными и обоснованными, поскольку факт нападения на истца собаки ответчика, повлекшем причинение вреда здоровью, нашел свое подтверждение. 

Суд, изучив гражданское дело, материал КУСП от ДД.ММ.ГГГГ №, установил следующие обстоятельства.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1). Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода) (пункт 2).

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания ответственности за причинение вреда, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. 

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ, в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

При таком положении по делам о возмещении вреда суд должен установить факт причинения вреда, вину причинителя вреда и причинно–следственную связь между неправомерным действиями (бездействием) причинителя вреда и причиненным вредом.

Из статьи 13 Федерального закона от 27 декабря 2018 года № 498-ФЗ «Об ответственном обращении с животными и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» следует: 

при содержании домашних животных их владельцам необходимо соблюдать требования к содержанию животных, а также права и законные интересы лиц, проживающих в многоквартирном доме, в помещениях которого содержатся домашние животные (часть 1); 

выгул домашних животных должен осуществляться при условии обязательного обеспечения безопасности граждан, животных, сохранности имущества физических лиц и юридических лиц (часть 4);

при выгуле домашнего животного, за исключением собаки-проводника, сопровождающей инвалида по зрению, необходимо соблюдать следующие требования:

1) исключать возможность свободного, неконтролируемого передвижения животного при пересечении проезжей части автомобильной дороги, в лифтах и помещениях общего пользования многоквартирных домов, во дворах таких домов, на детских и спортивных площадках; 

2) обеспечивать уборку продуктов жизнедеятельности животного в местах и на территориях общего пользования; 

3) не допускать выгул животного вне мест, разрешенных решением органа местного самоуправления для выгула животных (пункт 5). 

Из заявления, поданного в Отдел МВД России по 

<

адрес>, справки травматологического пункта ГБУЗ ПК «ГКП №», объяснений ФИО3, данных в судебном заседании следует, что ДД.ММ.ГГГГ в период с 17 часов 25 минут – 17 часов 40 минут она выгуливала на поводке свою декоративную собаку породы «Вест ФИО1» на площадке между домами № и № по 

<

адрес> в 

<

адрес>. В это время собака ответчика породы Овчарка бегала по улице с несовершеннолетним сыном ФИО4, собака была без намордника, не пристегнута на поводок, к ней был привязан детский тюбинг. Собака ФИО4 подбежала к ФИО3, рычала, лаяла, бегала вокруг нее, агрессивно вставала передними лапами на нее, пытаясь напасть на нее и на ее собаку, которую она успела взять на руки. Собака ФИО4 кружила вокруг ФИО3, в результате чего шнур от тюбинга обмотал ей ноги. ФИО3 упала назад на левый бок и локоть, ударилась головой, в результате чего получила тяжелую травму руки, а именно: закрытый краевой перелом головки левой лучевой кости локтевого сустава (л.д.15, 20-21, 43).

Согласно сообщениям Отдела МВД России по 

<

адрес>, сообщению Государственной ветеринарной инспекции 

<

адрес> при рассмотрении материала проверки КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ, поступившего из Отдела МВД России по 

<

адрес>, о нарушении требований к выгулу домашних животных (собак) установлено, что в действиях ФИО4 усматриваются нарушения требований частей 4, 5 статьи 13 Закона № 498-ФЗ, а именно: ФИО4, являющаяся владельцем собаки, допустила свободное, неконтролируемое передвижение собаки на придомовой территории возле домов № и № по 

<

адрес> в 

<

адрес> (л.д.11, 13-14).

В судебном заседании, состоявшемся ДД.ММ.ГГГГ, опрошена свидетель ФИО7, которая показала, что в феврале 2022 года ФИО3 выгуливала свою собаку, к ФИО3 подбежала собака породы Овчарка. Владельцем данной собаки является ФИО4; собака была без намордника, к собаке был прикреплен тюбинг, собака находилась под присмотром десятилетнего ребенка (ребёнок гулял с собакой). Из окна квартиры она видела, что сначала ФИО3 стояла, собака кружила и прыгала на нее, потом ФИО3 упала. После приезда из травмпункта она вместе с ФИО3 пошли к ФИО4, которая не отрицала факт нападения принадлежащей ей собаки на ФИО3, но отказалась возмещать ущерб. В тот момент в квартире ФИО4 находились две собаки, одна из которых та, что напала на ФИО3 Ранее были уже инциденты с собакой ответчика, жалобы от соседей поступали неоднократно. 

Данные объяснения согласуются с объяснениями ФИО7, данными УУП ДД.ММ.ГГГГ. (материал КУСП №). 

В судебном заседании ответчик ФИО4 указала, что её собака не причиняла вред истцу ФИО8, она не имеет собаки породы «овчарка».

В подтверждение данных возражений ответчик ФИО4 представила справку ГБУВ 

<

адрес> «Пермская станция по борьбе с болезнями животных», письменные заявления граждан о том, что ФИО4 не имеет собаки породы «овчарка», собаки ФИО4 не являются агрессивными, всегда послушны и находятся под присмотром (надзором) владельцев (л.д.150-155). 

При этом к письменным объяснениям граждан суд относится критически, поскольку об ответственности за дачу ложных показаний они не предупреждались, поэтому в качестве доказательств по делу не могут быть приняты.

В судебном заседании ФИО3 пояснила, что напавшая на нее собака очень схожа с породой «Овчарка», она так указала в своем обращении в полицию, чтобы можно было визуально представить собаку, ее размеры, принадлежность к агрессивным и крупным породам собак. Когда вместе с ФИО7 они пришли в дом к ФИО4, именно эта собака находилась в их квартире. Она не могла ее спутать с другими собаками, которые живут на улице. 

В своих объяснениях УУП ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ около 19.00 часов вернулась домой с работы, младший сын ФИО2 гулял на улице, собаки Лабрадор и дворняжка находились дома. Около 20.00 сын вернулся с прогулки. В районе 21.00 часа к ним домой пришли старшая по дому ФИО12 с ФИО11 и еще одной неизвестной ей девушкой и сообщили, что во время прогулки с собакой у соседки произошел инцидент с их собакой: из-за того, что к собаке была привязана «ватрушка», собака обвила ей ноги от чего она упала и получила травму. Из разговора с сыном ей стало известно, что сын гулял Лабрадором, его друг ФИО13 гулял с другой собакой. Когда соседка вышла на прогулку со своей собакой, их «дворняжка» побежала за ней, пытаясь поиграть с ее собакой, тем самым обвила ей ноги, от чего она упала. ФИО14 незамедлительно подбежал и оттащил собаку (материал КУСП №).

Оценивая представленные доказательства, суд находит, что доводы ФИО4 и ее представителя являются несостоятельными, поскольку они опровергаются показаниями свидетеля ФИО7 и письменным объяснением самой ФИО4, данным ею при проведении органом полиции проверки обращения ФИО3, согласно которым исключительно от действий собаки, владельцем которой является ФИО4, произошло падение истца ФИО3 

Иные доводы представителя ответчика о том, что в объяснениях самой ФИО11 и свидетеля ФИО15 имеются противоречия, правового значения не имеют, поскольку по фактическим обстоятельствам произошедшего противоречий судом не установлено. 

Учитывая изложенное, суд находит, что ответчик ФИО4 допустила свободное, неконтролируемое передвижение животного, принадлежавшего ей, то есть ненадлежащее содержание животного; в результате такого неправомерного бездействия владельца животного истцу причинён вред.

Таким образом, суд полагает, что имеется причинно–следственная связь между действиями собаки, принадлежащей ответчику, соответствующим бездействием ответчика и травмой истца. 

Из представленных истцом копий медицинской карты амбулаторного больного, справки (л.д.43) следует, что ФИО3 находилась на лечении в травматологическом пункте ГБУЗ ПК «Пермская ЦРБ» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом – закрытый краевой перелом лучевой кости слева без смещения (МКБ – S 52.10). Травма в быту – ДД.ММ.ГГГГ около 17 часов 30 минут толкнула соседская собака, пациентка упала на левый локтевой сустав. Первично обращалась в травматологический пункт ГБУЗ ПК ГПК №, где пациентка осмотрена травматологом, выполнены рентгенограммы левого локтевого сустава, на левую в/конечность наложена гипсовая лонгета. В травматологическом пункте ПЦРБ проведено лечение – фиксация перелома гипсовой лонгетой (общий срок фиксации – 29 дней); ЛФК для пальцев левой кисти; занятия изометрической гимнастикой; кетонал 100 мг*2 р/день – 5 дней; ЛФК для локтевого сустава после снятия гипса, физиопроцедуры; симкоксид 200 мг по 1т.*2 р/день – 14 дней (л.д.43, 44-57). 

В связи с данными медицинскими рекомендациями ФИО3 были приобретены лекарственные препараты на общую сумму 3 289 рублей, что подтверждается кассовыми чеками (л.д.17).

В целях лечения от полученной травмы и ввиду возникновения осложнений (контрактура левого локтевого сустава) ФИО3 были назначены физиотерапевтические процедуры, что следует из карточки физиотерапевтического кабинета (л.д.16).

Учитывая, что физиотерапевтический кабинет лечебного учреждения (ГБУЗ ПК «Пермская ЦРБ») находится в 

<

адрес>, истец ФИО3 понесла расходы на оплату транспортных услуги в сумме 348 рублей (на проезд на общественном транспорте от места жительства в лечебное учреждение и обратно). 

Факт несения данных расходов, связанных с лечением, подтверждается билетами (л.д.18-19). 

Ответчик ФИО9 не оспаривала стоимость лечения истца ФИО3 от полученной травмы, необходимость несения истцом расходов на проезд к месту проведения лечения. 

В силу пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации суд может уменьшить размер возмещения вреда, причиненного гражданином, с учетом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинен действиями, совершенными умышленно.

Приведенные положения закона направлены на обеспечение баланса интересов потерпевшего и причинителя вреда и не исключают возможности защиты прав последнего, находящегося в тяжелом материальном положении, путем уменьшения размера причиненного вреда в целях сохранения для него и лиц, находящихся на его иждивении, необходимого уровня существования, с тем чтобы не оставить их за пределами социальной жизни. 

Основанием для уменьшения размера возмещения являются исключительные обстоятельства, связанные с имущественным положением гражданина, влекущие для него тяжелые, неблагоприятные последствия и признанные таковыми судом. 

В обоснование таких обстоятельств, обосновывая тяжелое материальное положение, ответчик ФИО4 указала, что на её иждивении находится ребёнок, она не имеет работы, её сожитель также не имеет работы; она имеет заболевание, имеется необходимость нести расходы на лечение. 

Ответчик ФИО9 является матерью несовершеннолетнего ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что следует из свидетельства о рождении.

Согласно трудовым книжкам ответчик ФИО9 не состоит в трудовых отношениях с ДД.ММ.ГГГГ; её супруг не состоит в трудовых отношениям с ДД.ММ.ГГГГ.

Ответчик ФИО4 не представила доказательства отсутствия у неё недвижимого, движимого и дорогостоящего имущества, на которое может быть обращено взыскание, не представила документы об отсутствии счетов в банковских учреждениях. 

При таком положении, оценивая возражения ответчика, суд находит, что сами по себе записи в трудовых книжках ответчика и ее сожителя о расторжении ими трудовых договоров безусловно не могут свидетельствовать об отсутствии дохода (заработка) у ответчика и члена его семьи; наличие на иждивении несовершеннолетнего ребёнка, наличие заболевания безусловно не могут указывать на определенное (недостаточное) имущественное положение ответчика.

Соответственно, суд находит, что ответчик ФИО4 не представила достаточных и объективных доказательств в обоснование тяжелого имущественного положения, которое не позволяет исполнить решение суда, учитывая, что согласно представленным ответчиком выпискам по счетам принятое ранее заочное решение исполнено ответчиком в полном размере. 

Следовательно, суд не находит оснований для применения положений пункта 3 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера вреда, подлежащего возмещению ответчиком, то есть для уменьшения размера возмещения вреда с учётом имущественного положения ответчика.

При таком положении, принимая во внимание, что причинение вреда здоровью ФИО3 в виде закрытого краевого перелома лучевой кости слева без смещения произошло в результате нападения собаки, принадлежащей ответчику, то есть стало следствием небрежности ответчика, суд считает, что имеются основания для удовлетворения требований истца о возмещении материального (имущественного) ущерба (вреда) в размере стоимости лекарственных препаратов, рекомендованных врачами при лечении полученной травмы, и расходов на транспортные услуги в связи с назначенным лечением в размере 3 637 рублей (3289 рублей + 348 рублей). 

Требование истца о компенсации морального вреда вытекают из нарушения личных неимущественных права на жизнь и здоровье.

На основании статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В силу статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации к нематериальным благам отнесены жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты>, право свободного передвижения, выбора места пребывания и жительства, право на имя, право авторства, иные личные неимущественные права и другие нематериальные блага.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Из разъяснений, указанных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» следует:

под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную 

<

данные изъяты>, честь и доброе имя, 

<

данные изъяты> переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина (пункт 1);

наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (пункт 18).

моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (статья 1101 ГК РФ) (пункт 22);

суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 ГК РФ, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований (пункт 25); 

определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26); 

тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни. При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага (пункт 27); 

под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (пункт 28); 

разрешая спор о компенсации морального вреда, суд в числе иных заслуживающих внимания обстоятельств может учесть тяжелое имущественное положение ответчика – гражданина, подтвержденное представленными в материалы дела доказательствами (например, отсутствие у ответчика заработка вследствие длительной нетрудоспособности или инвалидности, отсутствие у него возможности трудоустроиться, нахождение на его иждивении малолетних детей, детей-инвалидов, нетрудоспособных супруга (супруги) или родителя (родителей), уплата им алиментов на несовершеннолетних или нетрудоспособных совершеннолетних детей либо на иных лиц, которых он обязан по закону содержать). Тяжелое имущественное положение ответчика не может служить основанием для отказа во взыскании компенсации морального вреда (пункт 29); 

при определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 ГК РФ). В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 ГК РФ), устранить эти страдания либо сгладить их остроту. Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» судам следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

При таком положении суд полагает, что в связи с получением травмы и при последующем лечении истец безусловно испытывал физические и нравственные страдания, в том числе боль, сильный стресс, испуг, чувство дискомфорта, был вынужден длительное время находиться под наблюдением врачей и принимать лекарственные препараты, поэтому имеются основания для взыскания с ответчика в пользу истца компенсации морального вреда.

При определении размера компенсации морального вреда суд учитывает фактические обстоятельства дела, степень вины ответчика, характер полученных истцом повреждений, степень причиненных ему физических и нравственных страданий, связанных с причинением вреда здоровью, продолжительность нахождения на лечении, факт того, что последствия травмы ощущаются истцом по настоящее время.

При этом суд принимает во внимание, что жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной, что указано в статье 3 Всеобщей декларации прав человека и статье 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах. Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. 

Следовательно, возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим, поскольку причинение морального вреда предполагает негативные изменения в психической сфере человека, выражающееся в претерпевании потерпевшим физических и нравственных страданий, нарушение психического благополучия.

В соответствии с абзацем 1 пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен. 

Согласно разъяснению, данному в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», основанием для уменьшения размера возмещения вреда применительно к требованиям пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса РФ являются только виновные действия потерпевшего, при доказанности его грубой неосторожности и причинной связи между такими действиями и возникновением или увеличением вреда. 

Ответчик ФИО4 не представила доказательства грубой неосторожности в действиях истца ФИО3 

Суд не усматривает наличия условий для уменьшения компенсации морального вреда по данному основанию. 

Поскольку между травмой, полученной истцом и поведением ответчика, имеется причинно–следственная связь, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для возложения на ответчика обязанности по компенсации причиненного морального вреда, учитывая, что жизнь и здоровье относятся к наиболее значимым человеческим ценностям, их защита является приоритетной.

При таком положении с учётом характера физических и нравственных страданий истца (истец в момент произошедшего испытала сильную физическую боль, находилась на лечении с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, возникшие осложнения; возникновении периодических болей по настоящее время, рука полностью не восстановлена), степени вины ответчика, фактических обстоятельств (причинения вреда неумышленными действиями, принимая во внимание, что ответчик не принес истцу извинений после произошедшего), суд считает, что запрошенная истцом компенсация морального вреда в размере 30 000 рублей соответствует требованиям разумности и справедливости, имеются правовые основания для компенсации ответчиком морального вреда, причинённого истца, в указанном размере. 

Также истец предъявил требование о взыскании с ответчика суммы утраченного заработка в размере 90 184 рубля 42 копейки, исходя из периода нетрудоспособности.

Согласно статье 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации размер подлежащего возмещению утраченного потерпевшим заработка (дохода) определяется в процентах к его среднему месячному заработку (доходу) до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им трудоспособности, соответствующих степени утраты потерпевшим профессиональной трудоспособности, а при отсутствии профессиональной трудоспособности – степени утраты общей трудоспособности (пункт 1). В состав утраченного заработка (дохода) потерпевшего включаются все виды оплаты его труда по трудовым и гражданско–правовым договорам как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом. Не учитываются выплаты единовременного характера, в частности компенсация за неиспользованный отпуск и выходное пособие при увольнении. За период временной нетрудоспособности или отпуска по беременности и родам учитывается выплаченное пособие. Доходы от предпринимательской деятельности, а также авторский гонорар включаются в состав утраченного заработка, при этом доходы от предпринимательской деятельности включаются на основании данных налоговой инспекции. Все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов (пункт 2). Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается путем деления общей суммы его заработка (дохода) за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, на двенадцать. В случае, когда потерпевший ко времени причинения вреда работал менее двенадцати месяцев, среднемесячный заработок (доход) подсчитывается путем деления общей суммы заработка (дохода) за фактически проработанное число месяцев, предшествовавших повреждению здоровья, на число этих месяцев. Не полностью проработанные потерпевшим месяцы по его желанию заменяются предшествующими полностью проработанными месяцами либо исключаются из подсчета при невозможности их замены (пункт 3). В случае, когда потерпевший на момент причинения вреда не работал, учитывается по его желанию заработок до увольнения либо обычный размер вознаграждения работника его квалификации в данной местности, но не менее установленной в соответствии с законом величины прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации (пункт 4). Если в заработке (доходе) потерпевшего произошли до причинения ему увечья или иного повреждения здоровья устойчивые изменения, улучшающие его имущественное положение (повышена заработная плата по занимаемой должности, он переведен на более высокооплачиваемую работу, поступил на работу после получения образования по очной форме обучения и в других случаях, когда доказана устойчивость изменения или возможности изменения оплаты труда потерпевшего), при определении его среднемесячного заработка (дохода) учитывается только заработок (доход), который он получил или должен был получить после соответствующего изменения (пункт 5).

Из разъяснений, изложенных в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни и здоровью гражданина», следует:

по общему правилу, установленному пунктами 1 и 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред (пункт 11); 

размер утраченного заработка потерпевшего, согласно пункту 1 статьи 1086 ГК РФ, определяется в процентах к его среднему месячному заработку по выбору потерпевшего – до увечья или иного повреждения здоровья либо до утраты им профессиональной трудоспособности, а в случае отсутствия профессиональной трудоспособности – до утраты общей трудоспособности. Определение степени утраты профессиональной трудоспособности производится учреждениями государственной службы медико – социальной экспертизы (Постановление Правительства Российской Федерации от 16 декабря 2004 года № 805 «О порядке организации и деятельности федеральных государственных учреждений медико-социальной экспертизы»), а степени утраты общей трудоспособности – судебно-медицинской экспертизой в медицинских учреждениях государственной системы здравоохранения (статья 52 Основ законодательства Российской Федерации об охране здоровья граждан, утвержденных Постановлением Верховного Совета Российской Федерации от 22 июля 1993 года № 5487-1). Среднемесячный заработок (доход) потерпевшего подсчитывается в порядке, установленном пунктом 3 статьи 1086 ГК РФ. При этом учитываются все виды оплаты труда потерпевшего как по месту основной работы, так и по совместительству, облагаемые подоходным налогом, и не учитываются выплаты единовременного характера (пункт 2 статьи 1086 ГК РФ). Утраченный заработок (доход) потерпевшего подлежит возмещению за все время утраты им трудоспособности. В силу пункта 5 статьи 1086 ГК РФ, если в заработке (доходе) потерпевшего до причинения ему увечья или иного повреждения здоровья произошли устойчивые изменения, улучшающие его имущественное положение (если его заработная плата по занимаемой должности повышена, он переведен на более высокооплачиваемую работу, поступил на работу после окончания образовательного учреждения по очной форме обучения и в других случаях, когда доказана устойчивость изменения или возможности изменения оплаты труда застрахованного), при подсчете его среднего месячного заработка может учитываться заработок (доход), который он получил или должен был получить после соответствующего изменения (пункт 28). 

Истец ФИО3 трудоустроена в Публичном акционерном обществе «Сбербанк России» в должности менеджера по ипотечному кредитованию Центра ипотечного кредитования № Управления по работе с партнерами и ипотечного кредитования Пермского отделения № Волго-Вятского Банка ПАО Сбербанк.

Согласно представленным медицинским документам и электронным листкам нетрудоспособности в связи с получением травмы от падения истец ФИО3 имела нетрудоспособность в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. 

Из сообщения работодателя истца следует, что за двенадцать месяцев работы, предшествовавших повреждению здоровья, доход (заработок) ФИО3 составил 845 600 рублей 01 копейка; из такого дохода исключён доход истца в размере 32 950 рублей, не подлежащий налогообложению; за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ сумма квартальной премии, недополученной ФИО3 в связи с нетрудоспособностью, составила 9 472 рубля 66 копеек.

Таким образом, среднемесячный заработок (доход) потерпевшей ФИО3 составил 70 466 рублей 67 копеек (845 600 рублей 01 копейка / 12 месяцев).

Соответственно, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ утраченный заработок истца ФИО3 определяется денежной суммой в размере 131 685 рублей 53 копейки (14 835 рублей 09 копеек + 70466 рублей 67 копеек + 36 911 рублей 11 копеек + 9 472 рубля 66 копеек) согласно следующему расчёту:

за 4 рабочих дня февраля 2022 года: 70 466 рублей 67 копеек / 19 рабочих дней по пятидневной рабочей неделе в феврале 2022 года х 4 рабочих дня = 14 835 рублей 09 копеек; 

за 22 рабочих дня марта 2022 года: 70 466 рублей 67 копеек / 22 рабочих дней по пятидневной рабочей неделе в марте 2022 года х 22 рабочих дня = 70 466 рублей 67 копеек;

за 11 рабочих дней апреля 2022 года: 70 466 рублей 67 копеек / 21 рабочий день по пятидневной рабочей неделе в апреле 2022 года х 11 рабочих дня = 36 911 рублей 11 копеек; 

сумма недополученной квартальной премии в размере 9 472 рубля 66 копеек.

В силу статей 7 и 8 Федерального закона от 16 июля 1999 года № 165-ФЗ «Об основах обязательного социального страхования» временная нетрудоспособность является страховым риском, а пособие по временной нетрудоспособности – видом страхового обеспечения по обязательному социальному страхованию. При временной нетрудоспособности гражданин полностью освобождается от работы и поэтому, в данном случае, утрата им трудоспособности на весь этот период предполагается. 

В соответствии с частью 1 статьи 13 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 255-ФЗ «Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством» назначение и выплата пособий по временной нетрудоспособности, по беременности и родам, ежемесячного пособия по уходу за ребенком осуществляются страхователем по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица (за исключением случаев, указанных в частях 3 и 4 названной статьи). 

Порядок исчисления пособия по временной нетрудоспособности определен в статье 14 Федерального закона от 29 декабря 2006 года № 255-ФЗ. 

Вместе с тем названным Федеральным законом не ограничено право застрахованных работников на возмещение вреда, осуществляемое в соответствии с законодательством Российской Федерации, в части, превышающей обеспечение по страхованию в соответствии с указанным законом. 

Из приведенных правовых норм следует, что при наступлении страхового случая в виде временной нетрудоспособности застрахованному лицу по месту работы назначается и выплачивается пособие по временной нетрудоспособности. При этом пособие по временной нетрудоспособности является компенсацией утраченного заработка застрахованного лица, возмещение которого производится страхователем (работодателем) в счёт страховых взносов, уплачиваемых работодателем в Фонд социального страхования Российской Федерации. 

Соответственно, лицо, причинившее вред, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред.

Из сообщения работодателя истца, расчётных листков, сообщения Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по 

<

адрес> следует, что за первые три дня периода нетрудоспособности за счёт средств работодателя ФИО3 выплачено пособие по временной нетрудоспособности в размере 6 520 рублей 89 копеек (после вычета налога на доходы физических лиц – 5 672 рубля 89 копеек); за остальной период нетрудоспособности (с 4 дня нетрудоспособности) за счёт средств бюджета Фонда ФИО3 выплачено 108 681 рубль 50 копеек (после вычета налога на доходы физических лиц – 94 553 рубля 50 копеек).

Принимая во внимание, что в силу закона все виды заработка (дохода) учитываются в суммах, начисленных до удержания налогов, суд находит, что размер пособия по временной нетрудоспособности, являющегося компенсацией утраченного заработка истца, подлежит определению в сумме, начисленной до удержания налога, то есть в размере 115 202 рубля 39 копеек (6 520 рублей 89 копеек + 108 681 рубль 50 копеек).

Учитывая изложенное, суд полагает, что недополученный (утраченный) заработок истца составил 26 748 рублей 67 копеек (131 685 рублей 53 копейки минус 115 202 рубля 39 копеек), имеются правовые основания для взыскания данной суммы утраченного заработка с ответчика в пользу истца, так как в результате виновного поведения ответчика истцу причинён вред.

Расчет утраченного заработка, приведенный истцом, основан на неверном толковании норм действующего законодательства, не соответствует положениям ст.ст. 1085-1086 ГК РФ.

При таком положении суд находит, что имущественные требования подлежат удовлетворению частично на сумму 20 120 рублей 14 копеек; неимущественное требование – на сумму 30 000 рублей.

На основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.19 Налогового кодекса Российской Федерации при предъявлении уточнённого иска о взыскании денежной суммы в размере 93 821 рубль 42 копейки подлежит уплате государственная пошлина в размере 3 014 рублей 64 копейки, за требование неимущественного характера (о взыскании компенсации морального вреда) подлежит уплате государственная пошлина в размере 300 рублей.

При подаче искового заявления истец ФИО3 уплатила государственную пошлину в размере 3 687 рублей 19 копеек, что следует из чека и подтверждения платежа (л.д.9-10).

Учитывая частичное удовлетворение имущественных требований, суд считает, что пропорционально удовлетворённым требованиям, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 946 рублей 49 копеек ((20 120 рублей 14 копеек х 3014 рублей 64 копейки / 93 821 рубль 42 копейки) + 300 рублей).

Заочным решением Пермского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ с ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО3 взыскана денежная сумма в размере в размере 126 857 рублей 96 копеек (утраченный заработок в размере 90 184 рубля 42 копейки, компенсация морального вреда в размере 30 000 рублей, имущественный вред в размере 3367 рублей и расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 306 рублей 54 копеек) (л.д.88-92).

Для принудительного исполнения данного судебного постановления выдан исполнительный лист, на основании которого в отношении должника ФИО4 возбуждено исполнительное производство о взыскании денежной суммы в размере 126 857 рублей 96 копеек, что следует из сопроводительного письма, сообщения подразделения службы судебных приставов (л.д.100, 116-134). 

Определением Пермского районного суда 

<

адрес> от ДД.ММ.ГГГГ указанное заочное решение отменено, производство по делу возобновлено (л.д.163-164).

Из расширенных выписок по счётам и расширенной выписки по вкладу следует, что задолженность в размере 126 857 рублей 96 копеек взыскана с должника ФИО4 посредством обращения на денежные средства должника, находящиеся на счёте (вкладе), осуществлённого в период с 02 по ДД.ММ.ГГГГ.

В судебном заседании истец ФИО3 пояснила, что денежная сумма в размере 126 857 рублей 96 копеек, взысканная в её пользу заочным решениям суда, получена ею.

При таком положении, учитывая, что при новом рассмотрении дела с ответчика ФИО4 в пользу истца ФИО3 взыскана денежная сумма в общем размере 51 066 рублей 63 копейки (16 483 рубля 14 копеек + 30 000 рублей + 3 637 рублей + 946 рублей 49 копеек), суд считает, что решение суда не подлежит исполнению.

Руководствуясь статьями 194-198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО3 к ФИО4 удовлетворить в части.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 материальный ущерб в виде утраченного заработка в размере 26748 (двадцать шесть тысяч семьсот сорок восемь) рублей 67 копеек, компенсацию морального вреда в размере 30 000 (тридцать тысяч) рублей, расходы на лечение в сумме 3 637 (три тысячи шестьсот тридцать семь) рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 1 276 (одна тысяча двести семьдесят шесть) рублей 44 копеек.

В остальной части требования оставить без удовлетворения.

Решение в исполнение не приводить.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме в Пермский краевой суд через Пермский районный суд Пермского края.

Судья Пермского районного суда (подпись) Е.Г. Меледина