РЕШЕНИЕ

 № 7-37/2017

6 декабря 2017 года пос. Власиха Московской области 

Судья 3 окружного военного суда ФИО1, при секретаре Лифшице А.М., с участием лица, привлеченного к административной ответственности, - ФИО2 и его защитника Терентьева А.В., рассмотрев административное дело по жалобе Терентьева А.В., на постановление судьи 94 гарнизонного военного суда от 30 октября 2017 года, в соответствии с которым 

ФИО2, ,

привлечён к административной ответственности, предусмотренной ч. 1 ст.12.26 КоАП РФ, на основании которой ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30 000 рублей, с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 11 месяцев.

Заслушав выступления ФИО2 и его защитника Терентьева А.В., поддержавших доводы жалобы,

установил:

Согласно постановлению судьи, административное правонарушение совершено ФИО2 при следующих обстоятельствах.

12 июня 2017 г., в 8 часов, после управления автомобилем , на парковочной зоне у дома _ по _ города _, нарушив требования п. 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, Монахов отказался выполнить законное требование инспектора ДПС о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, чем совершил административное правонарушение, предусмотренное ч.1 ст.12.26 КоАП РФ.

В жалобе Терентьев, считая вынесенное постановление незаконным, просит его отменить и прекратить производство по делу, в обоснование чего приводит доводы, суть которых заключается в следующем.

Так, Терентьев утверждает, что при рассмотрении дела об административном правонарушении, было установлено существенное нарушение инспекторами ДПС порядка направления ФИО2 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, поскольку сначала ФИО2 было предложено пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, а только затем пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, что является нарушением Постановления Правительства РФ от 26 июня 2008 года № 475 «Об утверждении Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформление его результатов, направление указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения..» (далее «Правил»). Данное обстоятельство подтверждается видеозаписью сделанной инспектором ДПС. При этом, судья в постановление неверно указал, о том, что первоначально инспектор ДПС предложил ФИО2 пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, а только затем освидетельствование на состояние опьянения. 

По мнению Терентьева, вышеизложенное обстоятельство подтверждается тем, что допрошенные судьей инспекторы ДПС показали, что у них с собой не имелось прибора для освидетельствования ФИО2 на состояние алкогольного опьянения. Кроме того, допрошенные понятые А и С показали, что при них, инспектора не предлагали ФИО2 пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения.

Обращает внимание Терентьев и на то, что понятой С показал, что он протокол об отстранении ФИО2 от управления транспортным средством не подписывал, а подпись исполненная в нем от его имени, ему не принадлежит. Не было подписано им и его объяснение. 

Кроме того, Терентьев обращает внимание на то, что Монахов около 4 часов 12 июня 2017 года совершил дорожно – транспортное происшествие, а инспекторы ДПС прибыли на место ДТП около 6 часов и предложили ФИО2 пройти медицинское освидетельствование на состояние опьянения, на что Монахов ответил отказом, поскольку в это время водителем не являлся. После этого инспекторы ДПС оформили протокол об отстранении от управления транспортным средством, протокол о направлении на медицинское освидетельствование и протокол об административном правонарушении, а после 8 часов, когда инспекторами были остановлены понятые С и А, они с понятыми подписали эти документы. При этом, копия протокола об административном правонарушении ФИО2 вручена не была.

С учетом вышеизложенного автор жалобы утверждает, что судья, рассматривая материалы дела об административном правонарушении, исказил фактические обстоятельства дела, положив в основу своего постановления недопустимые доказательства и не дал оценку действиям инспекторов расписавшихся в протоколе об отстранении от управления транспортным средством вместо понятого С.

Изучив материалы дела и, проверив доводы жалобы, не нахожу оснований для отмены или изменения правильного по существу постановления судьи.

Согласно статьям 26.1 и 26.2 КоАП РФ, обстоятельства, подлежащие выяснению и доказыванию по делу об административном правонарушении, устанавливаются на основании доказательств, под которыми подразумеваются любые фактические данные, на основании которых судья устанавливает наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела. 

В силу п. 2.3.2 ПДД РФ водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Основанием привлечения к административной ответственности по ч. 1 ст. 12.26. КоАП РФ является зафиксированный в протоколе об административном правонарушении, факт невыполнения водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения. 

Как видно из обжалуемого постановления, вывод о совершении ФИО2 указанного правонарушения основан на совокупности исследованных в судебном заседании, подробно приведенных и проанализированных в постановлении доказательств.

Так, факт совершения ФИО2 административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26. КоАП РФ, подтверждается протоколами об административном правонарушении и о направлении на медицинское освидетельствование, рапортами инспекторов ДПС и объяснениями понятых, в том числе тем, что в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения Монахов указал, что отказывается пройти это освидетельствование.

Из видеозаписи и материалов дела следует, что инспектор ДПС, установив признаки алкогольного опьянения (запах алкоголя из полости рта и нарушение речи) у ФИО2, в присутствии понятых, после того, как он отказался проходить медицинское освидетельствование, а затем и освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, составил протокол о направлении его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Однако, Монахов отказался выполнить законное требование инспектора пройти это освидетельствование, о чем свидетельствует его подпись в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

При таких данных, отдельные отступления от «Правил», о порядке направления на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, не может быть признано существенным и не влияет на вывод судьи о наличии в содеянном ФИО2 признаков административного правонарушения предусмотренного ч. 1 ст. 12.26. КоАП РФ.

Что касается довода Терентьева о том, что судья якобы исказил содержание видеозаписи, то он является ошибочным, поскольку, как усматривается из обжалуемого постановления, в нем судьей были перечислены виды освидетельствований, без указания на то, какое освидетельствование было предложено ФИО2 пройти первым.

Мнение Терентьва о том, что в присутствии понятых ФИО2 не предлагалось пройти освидетельствование на состояние алкогольного опьянения, является несостоятельным и опровергается указанной видеозаписью, согласно которой в присутствии понятых ФИО2 было предложено пройти это освидетельствование. Кроме того, из объяснений понятых, не смотря на то, что ФИО3 не подписал свое объяснение, следует, что в их присутствии Монахов вовсе отказался проходить освидетельствования. Не влияет на вывод судьи о виновности ФИО2 в совершенном административном правонарушении и то, что у инспекторов ДПС отсутствовал прибор для проведения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Довод Терентьева о том, что в протоколе об отстранении от управления транспортным средством имеется подпись, не принадлежащая С, также не свидетельствует о невиновности ФИО2 в совершении указанного административного правонарушения. Более того, фактически Монахов не был отстранен от управления автомобилем.

То обстоятельство, что ФИО2 не была вручена копия протокола об административном правонарушении, не повлекло нарушение его прав на защиту, поскольку с этим протоколом он был ознакомлен, а затем его копия была вручена ФИО2 в судебном заседании. 

Были известны суду первой инстанции и отдельные, допущенные инспекторами ДПС неточности, касающихся указания о времени в протоколах и объяснениях понятых, которым судом первой инстанции была дана надлежащая оценка.

Мнение судьи о достаточности исследованных по делу доказательств, для вывода о виновности ФИО2 в совершении административного правонарушения, сомнений в своей правильности не вызывает. В данной связи, убеждение Терентьева о том, что судьей при рассмотрении данного дела были искажены обстоятельства дела, не была дана оценка допущенным инспекторами ДПС техническим и другим ошибкам, сделанной ими подписи, от имени понятого С в протоколе, является несостоятельным.

Иные доводы жалобы не могут повлиять на вывод о законности и обоснованности судебного постановления.

На основании изложенного и руководствуясь ст. 30.6 и п. 1 ч. 1 ст. 30.7 КоАП РФ, 

решил:

Постановление судьи 94 гарнизонного военного суда от 30 октября 2017 года о назначении административного наказания ФИО2, оставить без изменения, а жалобу его защитника Терентьева А.В. – без удовлетворения.