Дело № 2-1146/2020 21 января 2020 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красносельский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Цыганковой Ю.В.

при секретаре Цыба Ю.А.

помощник судьи Кечаева А.В. 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к Санкт-Петербургскому государственному бюджетному образовательному учреждению дополнительного образования детей «Детская школа искусств» Красносельского района о признании приказа незаконным, взыскании компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

Истцы обратились в суд с названным иском, в котором, ссылаясь на те обстоятельства, что состояли с ответчиком в трудовых отношениях.

В период нахождения сторон в трудовых отношениях ответчиком 20.08.2018 года был издан приказ № 31-од об установлении режима рабочего времени, согласно которому установлен режим рабочего времени с 09-00 до 21-30, обеденный перерыв с 13-00 до 13-30.

ФИО2 и Корней О.П. об изменении режима рабочего времени за два месяца уведомлены не были. Указывают на то, что при издании данного приказа не был учтен режим работы учреждения с 09-00 до 21-00 и график работы вахтера. 

Указывают на то, что работодателем созданы неблагоприятные условия труда, поскольку установлен 12-часовой рабочий день с одним 30-минутным перерывом. 

Указали названные истцы на то, что ранее совмещение осуществляли параллельно основной должности, поскольку работа взаимосвязана. При этом ранее режим осуществления работы по совмещению им не устанавливался.

Полагают, что права истцов нарушены.

Просят признать приказ № 31-до от 20.08.2018 года незаконным, взыскать с ответчика в пользу каждого из истцов компенсацию морального вреда 10 000 руб.

Представитель в судебное заседание явился, настаивал на удовлетворении требований иска.

Представитель ответчика явилась в судебное заседание, возражала против требований иска, указала, что оснований для признания приказа незаконным не имеется, права истцов нарушены не были, ссылалась на то, что истцы обратились с заявленными требованиями за пределами установленного законом 3-месячного срока.

Выслушав стороны, изучив материалы гражданского дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов настоящего дела, усматривается следующее.

На основании трудового договора №205 от 20 июня 2011 года ФИО2 принята в СПб ГБОУ ДОД «ДШИ» Красносельского района на должность заведующего складом. 

Кроме этого указанный работник принят ответчиком по внутреннему совместительству в должности костюмера (0,5 ставки) в соответствии с приказом № 242-лс от 01.09.2017 года.

Согласно трудовому договору №207 от 1 августа 2011 года, а также дополнительному соглашению к нему от 1 сентября 2017 года, Корней О.П. принята в СПб ГБОУ ДОД «ДШИ» Красносельского района на должность контрактного управляющего.

Кроме этого указанный работник принят ответчиком по внутреннему совместительству в должности работника контрактной службы (0,5 ставки) в соответствии с приказом № 242-лс от 01.09.2017 года.

ФИО3 на основании трудового договора №279 от 17 ноября 2014 года принята в СПб ГБОУ ДОД «ДШИ» Красносельского района на работу в должности коменданта.

Кроме этого указанный работник принят ответчиком по внутреннему совместительству в должности специалиста по охране труда (025 ставки) в соответствии с приказом № 242-лс от 01.09.2017 года.

Приказом от 24 августа 2018 года №182-лс ФИО2 уволена с должности заведующего складом с 3 сентября 2018 года, а приказом №187-лс от 24 августа 2018 года с должности костюмера с 3 сентября 2018 года (л.д.130-131 том 1).

Приказом от 24 августа 2018 года №183-лс Корней О.П. уволена с должности контрактного управляющего с 3 сентября 2018 года, а приказом №187-лс от 24 августа 2018 года с должности работника контрактной службы с 3 сентября 2018 года (л.д.141, 131 том 1).

Приказом от 23 октября 2018 года ФИО3 уволена с 31 октября 2018 года в связи с сокращением штата работников организации (пункт 2 части первой статьи 81 Трудового кодекса Российской Федерации).

Решением Красносельского районного суда Санкт-Петербурга от 24.06.2019 года истцам отказано в удовлетворении требований к ответчику о восстановлении на работе. (л.д. 77-86).

Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 10.10.2019 года решение суда от 24.06.2019 года оставлено без изменения (л.д. 123-137).

20 августа 2018 года приказом №31-од утвержден режим рабочего времени, согласно которому с 21 августа 2018 года по основному месту работы режим установлен с 9 часов до 17 часов 30 минут, а для внутреннего совместительства – с 17 часов 30 минут до 21 часа 30 минут (0,5 ставки), до 19 часов 30 минут (0,25 ставки).

Указанные истцы ознакомлены с приказом: Корней О.П. и ФИО2 - 20 августа 2018 года, ФИО3 – 04.09.2018 года.

Истцы заявили требования о признании незаконным данного приказа, указали, что данным приказом не учтен график работы учреждения – до 21-00 час., приказом установлен 12-часовой рабочий день с одним перерывом на 30 минут, ссылались на то, что трудовые договоры на работу по совместительству заключены не были.

В соответствии с ч. 2 ст. 67 ТК РФ трудовой договор, не оформленный надлежащим образом, считается заключенным если работник приступил к работе с ведома или по поручению работодателя или его представителя.

Согласно ст. 60.1 ТК РФ работник имеет право заключать трудовые договоры о выполнении в свободное от основной работы время другой регулярной оплачиваемой работы у того же работодателя (внутреннее совместительств) и (или) у другого работодателя (внешнее совместительство).

В соответствии со ст. 60.2 ТК РФ с письменного согласия работника ему может быть поручено выполнение в течение установленной продолжительности рабочего дня (смены) наряду с работой, определенной трудовым договором, дополнительной работы по другой или такой же профессии (должности) за дополнительную оплату.

Поручаемая работнику дополнительная работа по другой профессии (должности) может осуществляться путем совмещения профессий (должностей). Срок, в течение которого работник будет выполнять дополнительную работу, ее содержание и объем устанавливаются работодателем с письменного согласия работника.

Работник имеет право досрочно отказаться от выполнения дополнительной работы, а работодатель - досрочно отменить поручение о ее выполнении, предупредив об этом другую сторону в письменной форме не позднее чем за три дня.

В силу прямого указания закона совместительство предполагает работу в свободное от основной работы время.

Как указывалось выше, с 01.09.2017 года истцы приняты на работу по совместительству в соответствии с приказом № 242 от 01.09.2017 года.

С данным приказом истцы ознакомлены, о чем свидетельствуют их личные подписи, возражений о несогласии с приказом не высказывали.

Как следует из обжалуемого приказа, по основному месту работы режим установлен с 9 часов до 17 часов 30 минут, а для внутреннего совместительства – с 17 часов 30 минут до 21 часа 30 минут (0,5 ставки), до 19 часов 30 минут (0,25 ставки).

То есть режим работы для внутреннего совместительства не превышает четырех часов, что не противоречит требованиям ст. 284 ТК РФ.

Следует отметить, что режим рабочего времени по внутреннему совместительству в отношении ФИО3 установлен до 19 час. 30 мин, поскольку она принята на работу по совместительству на 0,25 ставки. То есть по совместительству у ФИО3 установлен режим рабочего времени 2 часа.

Ответчик обращает внимание на то, что истцу ФИО2 приказом № 57-лс от 15.03.2018 года «О назначении ответственным за сдачу и снятие охранной сигнализации» назначена доплата в размере 3 000 руб. в месяц в связи с производственной необходимостью пропорционально отработанному времени.

При этом в ходе рассмотрения настоящего дела, при рассмотрении дела № 2-2677/2019 установлено, сторонами не оспаривались те обстоятельства, что с 01.09.2017 года по момент увольнения истцы фактически были допущены и исполняли трудовую функцию по внутреннему совместительству, о принятии истцов на работу по внутреннему совместительству ответчиком был издан соответствующий приказ, с которым истцы были ознакомлены, приказ исполняли, данная работа истцов соответствующим образом оплачивалась, факт работы истцов по внутреннему совместительству ни истцами, ни ответчиком не оспаривался.

Ответчик не оспаривал, что трудовые договоры о приеме на работу по совместительству в письменном виде не оформлялись, что подтверждается актами (л.д. 56, 57).

Между тем, учитывая положения ч. 2 ст. 67 ТК РФ, трудовые договоры с истцами о приеме на работу по внутреннему совместительству следует считать заключенными.

В соответствии со ст. 66 ТК РФ, по желанию работника сведения о работе по совместительству вносятся в трудовую книжку по месту основной работы на основании документа, подтверждающего работу по совместительству.

Доказательств обращения истцов к ответчику, являющемуся истцам работодателем как по основному месту работы, так и по месту работы по внутреннему совместительству, с заявлениями о внесении в трудовые книжки соответствующих записей истцы не представили, соответствующих требований при рассмотрении настоящего спора истцами не заявлено.

Принимая во внимание вышеизложенное, отсутствие оформленного в письменном виде между сторонами трудового договора о приеме истцов на работу по внутреннему совместительству, не свидетельствует о нарушении прав истцов.

Доводы истцов о том, что приказ о приеме на работу истцов по внутреннему совместительству датирован 01.09.2016 года, не свидетельствуют о нарушении прав истцов, при этом, суд учитывает пояснения ответчика о том, что в части даты приказа допущена опечатка, должна быть указана дата 01.09.2017 года, дата принятия истцов на работу по совместительству в данном приказе также указана 01.09.2017 года.

Истцы ссылаются на то, что об изменении режима рабочего времени, установленного приказом № 31-од от 20.08.2018 года истцы не были уведомлены за 2 месяца.

При рассмотрении дела № 2677/2019 о восстановлении на работе истцы, ссылаясь на незаконность данного приказа, указывали на то, что им никогда не устанавливался режим работы, трудовые обязанности по совместительству им не определялись, трудовая функция не конкретизировалась.

Между тем, следует принять во внимание те обстоятельства, что на работу по совместительству истцы приняты и осуществляли трудовую функцию по совместительству с 01.09.2017 года, оспариваемый приказ принят 20.08.2018 года.

При этом, в силу прямого указания закона совместительство предполагает работу в свободное от основной работы время.

Судом при постановлении решения по делу № 2-2677/2019, оставленным без изменения определения Апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда, указано относительно оспариваемого истцами приказа, что действия работодателя по конкретизации трудовой функции по совместительству, её обособление от основной работы не только соответствует закону, но и в контексте требований эффективности расходования бюджета выступает единственным способом работодателю определить необходимость сохранение тех или иных должностей.

Доводы о нарушении ответчиком процедуры увольнения истцов не подлежат исследованию при рассмотрении настоящего дела, учитывая положения ст. 61 ГПК РФ, поскольку процедура увольнения истцов ответчиком являлась предметом исследования и оценки суда при разрешении требований истцов о восстановлении на работе, нарушений ответчиком прав истцов при увольнении истцов не установлено, в удовлетворении требований истцов отказано, постановленное судом решение вступило в законную силу.

При таком положении, факт нарушения прав истцов ответчиком подтверждения в ходе рассмотрения настоящего дела не нашел.

Статья 237 Трудового кодекса Российской Федерации предусматривает возможность возмещения работнику морального вреда, причинённого неправомерными действиями или бездействием работодателя.

При этом Трудовой кодекс Российской Федерации не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в случае нарушения имущественных прав работника.

Соответствующее разъяснение содержится в части 2 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации, а также в абзаце 2 пункта 63 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации».

Учитывая, что факт нарушения прав истцов ответчиком не установлен, оснований для взыскания компенсации морального вреда с ответчика в пользу истцов не имеется.

Статья 392 Трудового кодекса Российской Федерации направлена на обеспечение функционирования механизма судебной защиты трудовых прав и в системе действующего правового регулирования призвана гарантировать возможность реализации работниками права на индивидуальные трудовые споры (статья 37, часть 4, Конституции Российской Федерации), устанавливая условия, порядок и сроки для обращения в суд за их разрешением.

Предусмотренный частью первой статьи 392 Трудового кодекса Российской Федерации трехмесячный срок для обращения в суд является более коротким по сравнению с общим сроком исковой давности, установленным гражданским законодательством. Однако такой срок, выступая в качестве одного из необходимых правовых условий для достижения оптимального согласования интересов сторон трудовых отношений, не может быть признан неразумным и несоразмерным, поскольку направлен на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника и по своей продолжительности является достаточным для обращения в суд; при пропуске срока по уважительным причинам он согласно части третьей данной статьи может быть восстановлен судом (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 года N 1033-О, от 17 февраля 2015 года N 240-О, от 23 июня 2015 года N 1264-О и др.).

Предусмотренный частью первой данной статьи трехмесячный срок для обращения в суд исчисляется со дня, когда работник узнал или должен был узнать о нарушении своего права, чем обеспечивается возможность надлежащего обоснования исковых требований. Такое правовое регулирование направлено на оптимальное согласование интересов сторон трудовых отношений и на быстрое и эффективное восстановление нарушенных прав работника.

В качестве уважительных причин пропуска срока обращения в суд могут расцениваться обстоятельства, препятствовавшие данному работнику своевременно обратиться с иском в суд за разрешением индивидуального трудового спора (например, болезнь истца, нахождение его в командировке, невозможность обращения в суд вследствие непреодолимой силы, необходимость ухода за тяжелобольными членами семьи) (п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации").

При этом, в каждом конкретном случае суд оценивает уважительность причины пропуска работником срока обращения в суд за разрешением индивидуального трудового спора, проверяя всю совокупность конкретных обстоятельств дела, в том числе характер причин, не позволивших работнику обратиться в суд в пределах установленного законом срока.

Истцы заявили требования о признании незаконным приказа № 31-од от 20.08.2018 года. Как указывалось выше, с данным приказом истцы ознакомлены: Корней О.П. и ФИО2 – 20.08.2018 года, Сергеева Н..В. – 04.09.2018 года.

Истцы обратились в суд с данными требованиями 25.10.2019 года, то есть со значительным пропуском установленного законом срока.

При этом доказательств, свидетельствующих о наличии уважительных причин, препятствующих своевременному предъявлению таких требований, суду не представлено, восстановить пропущенный срок истец не просит, оснований для восстановления пропущенного срока не имеется. 

Согласно статье 199 Гражданского кодекса Российской Федерации истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

В ходе рассмотрения дела представитель ответчика заявил о пропуске истцами предусмотренного законом срока для обращения в суд с требованиями о признании незаконным приказа № 31-од от 20.08.2018 года.

Учитывая вышеизложенное, суд приходит к выводу о том, что в удовлетворении заявленных требований истцам надлежит отказать.

Руководствуясь статьями 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 в удовлетворении иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца.

Судья: Цыганкова Ю.В.

Решение суда в окончательной форме принято 2 марта 2020 года. 

Судья: Цыганкова Ю.В.