№ 44г-9/2017

Судья Леонтьева Н.В. 

ГСК Козлова Е.В. - предс.,

ФИО2 – докл.

ФИО3

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

президиума Тверского областного суда

24 апреля 2017 года город Тверь

Президиум Тверского областного суда в составе:

председательствующего Карташова А.Ю.,

членов президиума Аксеновой О.В., Каневской Г.В., Райкеса Б.С.,

при секретаре Кирилловой Ю.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании по кассационной жалобе ФИО4, ФИО5, ФИО6 на апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 13 декабря 2016 года по делу по иску ФИО4, ФИО5, ФИО6 к Министерству обороны Российской Федерации о признании права собственности на квартиру в порядке приватизации,

Заслушав доклад судьи Серёжкина А.А., президиум Тверского областного суда

установил:

ФИО10 обратились в суд с вышеуказанным иском.

Исковые требования мотивированы тем, что квартира 

<

адрес> предоставлена по ордеру, выданному КЭЧ 05 января 1995 года военнослужащему ФИО4, на состав семьи, включая супругу и двоих детей. В 2011 году Тверская КЭЧ расформирована. В реестрах государственной и муниципальной собственности квартира не состоит. Письмом Департамента имущественных отношений Министерства обороны Российской Федерации истцам отказано в приватизации данного жилого помещения.

Решением Пролетарского районного суда г. Твери от 07 июля 2016 года исковые требования В-вых удовлетворены, судом постановлено:

- признать за ФИО4, ФИО5, ФИО6 право общей долевой собственности на 1\3 долю за каждым квартиры 

<

адрес> в порядке, предусмотренном Законом РФ «О приватизации жилищного фонда в РФ».

Указано, что настоящее решение, вступившее в законную силу, на основании статьи 17 Федерального закона «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» является основанием для государственной регистрации права общей долевой собственности за ФИО4, ФИО5, ФИО6 на 1\3 (одну третью) долю за каждым квартиры 

<

адрес>.

Разрешен вопрос о судебных расходах. 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 13 декабря 2016 года удовлетворена апелляционная жалоба Министерства обороны Российской Федерации, решение суда от 07 июля 2016 года отменено, принято новое решение, которым в удовлетворении исковых требований ФИО4, ФИО5, ФИО6 к Министерству обороны Российской Федерации о признании права общей долевой собственности на квартиру № в 

<

адрес> отказано.

07 февраля 2017 года в Тверской областной суд поступила кассационная жалоба ФИО7, в которой содержится просьба об отмене судебных актов судов первой и апелляционной инстанций и направлении дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование жалобы указывается о несогласии с выводами судебной коллегии о статусе занимаемого истцами жилого помещения как служебного, о том, что договор приватизации спорной квартиры от 06 июня 2006 года не подтверждает принятие Министерством обороны Российской Федерации решения о ее приватизации. Полагают, что судами разрешен вопрос о правах и обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле.

22 февраля 2017 года в целях проверки доводов жалобы дело истребовано в Тверской областной суд, куда поступило 02 марта 2017 года.

Определением судьи Тверского областного суда Серёжкина А.А. от 30 марта 2017 года дело передано на рассмотрение президиума Тверского областного суда.

Проверив материалы дела, обсудив доводы жалобы, возражений на жалобу, заслушав объяснения ФИО4, ФИО5, ФИО6, президиум Тверского областного суда находит кассационную жалобу подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с требованиями статьи 387 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Такие нарушения допущены судами первой и второй инстанций.

Судом установлено, что ФИО4, ФИО5 и ФИО6 являются нанимателем и членами семьи нанимателя квартиры 

<

адрес>, предоставленной ФИО4 в период прохождения им военной службы на состав семьи из четырех человек по ордеру №, выданному 05 января 1995 года КЭЧ Тверского района Московского военного округа.

21 апреля 1995 года ФИО4 и ФИО5, а впоследствии и ФИО6 вселились в указанное жилое помещение и проживают в нем на момент разрешения спора. Право на приватизацию истцы не использовали.

Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции со ссылкой на положения статьи 2 Закона Российской Федерации «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», установив, что Министерство обороны Российской Федерации осуществляет полномочия собственника в отношении имущества данного министерства, пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований.

Судебная коллегия, отменяя решение суда от 07 июля 2016 года и отказывая в удовлетворении исковых требований, руководствуясь положениями статьи 15 Закона Российской Федерации от 22 января 1993 года N 4338-I «О статусе военнослужащих» и статьи 104 Жилищного кодекса РСФСР, действовавших на момент предоставления жилого помещения, исходила из того, что жилое помещение, относящееся к жилищному фонду Министерства обороны Российской Федерации, предоставлено ФИО4 в качестве служебного. 

Судебная коллегия также указала, что, поскольку занимаемая истцами квартира не передана в установленном законом порядке в муниципальную собственность города Твери, она продолжает находиться в собственности Российской Федерации, не утратила статус служебного, в соответствии со статьями 92, 93 Жилищного кодекса Российской Федерации относится к специализированному жилищному фонду и в силу запрета, установленного статьей 4 Закона Российской Федерации от 4 июля 1991 года № 1541-I «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации», не подлежит приватизации.

Давая оценку договору приватизации квартиры от 06 июня 2006 года, в соответствии с которым спорное жилое помещение передано в собственность истцам, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что настоящий договор не подтверждает принятие решения Министерством обороны Российской Федерации о приватизации служебного жилого помещения, поскольку не подписан представителем этого министерства, кроме того не была осуществлена государственная регистрация договора, тогда как до01 марта 2013 года действовали правила о государственной регистрации сделок с недвижимым имуществом, содержащиеся в статьях 558, 560, 574, 584 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Данные выводы суда апелляционной инстанции основаны на неправильном применении норм материального права и противоречат имеющимся материалам дела.

По состоянию на 05 января 1995 года статьей 104 Жилищного кодекса РСФСР предусматривалось, что в соответствии с Основами Жилищного законодательства Союза ССР и союзных республик в случаях, определяемых Советом Министров СССР, служебные жилые помещения могут предоставляться отдельным категориям военнослужащих.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Закона Российской Федерации от 22 января 1993 года № 4338-I «О статусе военнослужащих» военнослужащим, проходящим военную службу по контракту и совместно проживающим с ними членам семей на первые пять лет военной службы (не считая времени обучения в военных образовательных учреждениях профессионального образования) предоставляются служебные жилые помещения или общежития. При продолжении военной службы свыше этих сроков им предоставляются жилые помещения на общих основаниях.

По смыслу приведенных положений закона, действующего на момент предоставления ФИО4 спорного жилья, государственная гарантия предоставления служебных жилых помещений распространялась на заключивших контракт лиц, проходящих военную службу в первые пять лет. Указания об исчислении пятилетнего срока с момента заключения контракта закон не содержал. Военнослужащим, проходящим военную службу за пределами пятилетнего срока жилые помещения подлежали предоставлению в общем порядке.

Как следует из материалов дела, подполковник ФИО4, являясь выпускником 

<

данные изъяты> 1976 года, несмотря на заключение в июне 1994 года контракта о прохождении военной службы, к моменту предоставления квартиры в январе 1995 года имел выслугу военной службы более 19 лет в календарном исчислении (за вычетом времени обучения в военном училище), то есть применительно к указанной норме права, вне зависимости от заключения контракта, не являлся лицом, проходящим военную службу первые пять лет.

Каких-либо иных положений законодательства, позволяющих отнести спорное жилое помещение к специализированному жилищному фонду, в том числе и в случае нарушения порядка такого отнесения, в апелляционном определении не приведено. 

Следовательно, не имеется и правовых оснований для вывода о предоставлении истцам, как военнослужащему и членам его семьи, жилого помещения, имеющего исключительно статус служебного.

Отклоняя представленный истцами договор от 06 июня 2006 года и по мотивам отсутствия в нем подписи представителя Министерства обороны Российской Федерации, судебная коллегия в то же время не дала оценки тому обстоятельству, что полномочным государственным органом, осуществившим передачу квартиры в собственность В-вых, в указанном договоре поименовано территориальное управление Федерального агентства по управлению федеральным имуществом по Тверской области.

Из постановления Главы администрации города Твери от 11 октября 2006 года № 3650 усматривается, что основанием принятия в муниципальную собственность неприватизированных квартир в жилых домах согласно приложения от Тверской КЭЧ Московского военного округа, в том числе жилого дома 

<

адрес>, также послужило распоряжение Федерального агентства по управлению федеральным имуществом от 19 июля 2006 года № 3049.

Однако мотивы, по которым судебная коллегия сочла, что на момент заключения договора именно ответчик осуществлял полномочия собственника жилого помещения, в апелляционном определении не приведены.

В силу указанных судом апелляционной инстанции в оспариваемом судебном акте положений статей 558, 560, 574, 584 Гражданского кодекса Российской Федерации на момент заключения договора приватизации подлежали государственной регистрации договоры: продажи жилого помещения, предприятия, дарения недвижимого имущества, отчуждения недвижимого имущества под выплату ренты. 

В соответствии со статьей 7 Закона РФ от 04 июля 1991 года № 1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» передача жилых помещений в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым органами государственной власти или органами местного самоуправления поселений, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном законодательством. 

Исходя из смысла положений статьи 2 и 17 Федерального закона от 21 июля 1997 года № 122-ФЗ «О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним» государственная регистрация не подменяет собой договор, в силу которого у сторон возникают соответствующие гражданские права, не затрагивает самого содержания этого права; она призвана лишь удостоверить со стороны государства юридическую силу правоустанавливающего документа.

Согласно статье 131 Гражданского кодекса Российской Федерации государственной регистрации в едином государственном реестре органами, осуществляющими государственную регистрацию прав на недвижимость и сделок с ней подлежит право собственности и другие вещные права на недвижимые вещи, ограничения этих прав, их возникновение, переход и прекращение.

Каким-либо нормативным актом не предусмотрена обязательная государственная регистрация договора приватизации жилых помещений.

В данном случае судебной коллегией не учтено, что договор приватизации государственной регистрации не подлежит и является заключенным с момента его подписания сторонами (статьи 432 и 433 ГК РФ).

В соответствии с частью 2 статьи390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела по существу суд кассационной инстанции проверяет правильность применения и толкования норм материального права и норм процессуального права судами в пределах доводов кассационной жалобы, представления.

Вместе с тем, в случае выявления допущенных судом существенных нарушений закона, не указанных в доводах жалобы, суд в интересах законности вправе выйти за пределы доводов жалобы и обратить внимание на допущенные судом иные существенные нарушения закона, учесть их при принятии своего решения по результатам рассмотрения кассационной жалобы.

Под интересами законности, как следует из смысла статьи2 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, которые дают суду, рассматривающему дело, основания для выхода за пределы кассационной жалобы, следует, в частности, понимать необходимость проверки правильности применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права в целях защиты нарушенных или оспариваемых прав, свобод и законных интересов участников гражданских, трудовых (служебных) и иных правоотношений, а также в целях защиты семьи, материнства, отцовства, детства; социальной защиты; обеспечения права на жилище; охраны здоровья; обеспечения права на благоприятную окружающую среду; защиты права на образование и других прав и свобод человека и гражданина; в целях защиты прав и законных интересов неопределенного круга лиц и публичных интересов и в иных случаях необходимости охранения правопорядка.

В соответствии с разъяснениям, содержащимися в пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от11 декабря 2012года № 29 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регулирующих производство в суде кассационной инстанции» суд кассационной инстанции проверяет законность только тех судебных постановлений, которые обжалуются, и только в той части, в которой они обжалуются (часть 2 статьи390 ГПК РФ). Однако если обжалуемая часть решения обусловлена другой его частью или иным судебным постановлением, вынесенным по этому же делу, которые не обжалуются заявителем, то эта часть решения или судебное постановление также подлежат проверке судом кассационной инстанции.

С учетом изложенного и в интересах законности представляется возможным и необходимым при рассмотрении кассационной жалобы В-вых выйти за пределы ее доводов и обратить внимание на допущенные судебными инстанциями существенные нарушения норм права, не указанные в доводах жалобы, по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 1 части 1 статьи 21 Федерального закона от 24 апреля 2008года№48-ФЗ «Об опеке и попечительстве» опекун без предварительного разрешения органа опеки и попечительства не вправе совершать, а попечитель не вправе давать согласие на совершение сделок по сдаче имущества подопечного внаем, в аренду, в безвозмездное пользование или в залог, по отчуждению имущества подопечного (в том числе по обмену или дарению), совершение сделок, влекущих за собой отказ от принадлежащих подопечному прав, раздел его имущества или выдел из него долей, и на совершение любых других сделок, влекущих за собой уменьшение стоимости имущества подопечного. Предварительное разрешение органа опеки и попечительства требуется также во всех иных случаях, если действия опекуна или попечителя могут повлечь за собой уменьшение стоимости имущества подопечного, в том числе при отказе от иска, поданного в интересах подопечного.

Определением Пролетарского районного суда г. Твери от 07 июля 2016 года принят отказ представителя ФИО8, действующей в качестве законного представителя несовершеннолетней ФИО1, от исковых требований к Министерству обороны Российской Федерации о признании за ребенком права собственности на спорную квартиру.

Однако согласие органа опеки и попечительства на совершение действующим на основании доверенности представителем ФИО8 такого процессуального действия судом не было истребовано, в связи с чем вывод суда о наличии оснований для принятия отказа от иска является преждевременным.

Поскольку принятым судом отказом от иска несовершеннолетней обусловлено изменение остальными истцами исковых требований путем увеличения размера отыскиваемых каждым из них долей в праве собственности на квартиру с 1/4 доли до 1/3 доли и, как следствие этого разрешение судами таких требований по существу, имеются основания для проверки судом кассационной инстанции законности и вышеуказанных определения и решения суда от 07 июля 2016 года. 

Допущенные судом и судебной коллегией при рассмотрении дела нарушения норм материального и процессуального права являются существенными и непреодолимыми, они повлияли на исход дела, и без их устранения невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов истцов. Поскольку вышеуказанные обстоятельства судом не устанавливались, определение о принятии отказа от иска, решение суда и апелляционное определение подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении дела суду, исходя из числа участников приватизации квартиры, надлежит определить круг лиц, подлежащих привлечению к участию в деле, и разрешить спор по существу в соответствии с установленными по делу обстоятельствами и подлежащими применению нормами закона.

Руководствуясь статьей 387 и пунктом 2 части 1 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум Тверского областного суда 

постановил:

решение Пролетарского районного суда г. Твери от 07 июля 2016 года, определение Пролетарского районного суда г. Твери от 07 июля 2016 года о принятии отказа представителя ФИО8, действующей в качестве законного представителя несовершеннолетней ФИО1, от исковых требований к Министерству обороны Российской Федерации о признании за ребенком права собственности на спорную квартиру и о прекращении производства по делу в указанной части, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Тверского областного суда от 13 декабря 2016 года по делу по иску ФИО4, ФИО9, ФИО6 к Министерству обороны Российской Федерации о признании права собственности на квартиру в порядке приватизации отменить, дело направить на новое рассмотрение в Пролетарский районный суд г. Твери.

Председательствующий А.Ю. Карташов