Судья Зимина Е.А. Дело № 22-284/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Калининград 27 марта 2025 года

Калининградский областной суд в составе 

председательствующего судьи Станкевич Т.Э.,

при секретарях судебных заседаний ФИО1, ФИО2, 

с участием прокурора Черновой И.В., 

осужденного М.

его защитника – адвоката Кадацкой С.Ю.,

потерпевшей П.

её представителя – адвоката Гутника В.В.

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело с апелляционной жалобой потерпевшей П. на приговор Ленинградского районного суда г. Калининграда от 19 декабря 2024 года, по которому 

М., родившийся ДД.ММ.ГГГГ года в 

<

данные изъяты>, несудимый, 

осужден по ч. 1 ст. 109 УК РФ к исправительным работам на срок один год шесть месяцев с удержанием в доход государства 10 % заработка;

взыскано с М. в пользу П. в счет возмещения морального вреда 700 000 (семьсот тысяч) рублей, в счет компенсации материального ущерба 30 000 (тридцать тысяч) рублей; 

взысканы в пользу потерпевшей П. за счет Федерального бюджета Российской Федерации процессуальные издержки в сумме 30 000 (тридцать тысяч) рублей за счет Управления судебного департамента в Калининградской области из средств федерального бюджета Российской Федерации;

возложена обязанность по выплате указанной суммы на Управление судебного департамента в Калининградской области;

взыскано в регрессном порядке с осужденного М. 30 000 (тридцать тысяч) рублей в доход государства;

доложив материалы дела и существо апелляционной жалобы, заслушав выступление потерпевшей П. и её представителя – адвоката Гутника В.В., поддержавших апелляционную жалобу, выступление осуждённого М., его защитника – адвоката Кадацкой С.Ю., а также мнение прокурора Черновой И.В., возражавших против отмены или изменения приговора, 

УСТАНОВИЛ:

В апелляционной жалобе потерпевшая П. выражает несогласие с приговором суда ввиду несправедливости назначенного М. наказания, вследствие его чрезмерной мягкости. Считает, что суд в нарушение ст. 297 УПК РФ не привел достаточных мотивов для назначения самого мягкого вида наказания, предусмотренного санкцией ч.1 ст.109 УК РФ. Назначенное наказание противоречит ч.2 ст. 6 УПК РФ, не соответствует степени тяжести совершенного преступления и преступного поведения М.

Не соглашаясь с размером компенсации морального вреда, обращает внимание, что с момента смерти С., она испытывает душевные страдания; не может проживать в квартире, в которой ранее проживали совместно с С.; не может вести нормальный образ жизни, посещать какие-либо мероприятия из-за душевных страданий и переживаний; она часто плачет, постоянно находится в подавленном состоянии. Считает, что размер компенсации взысканной с М. не компенсирует в полном объеме нарушенные личные неимущественные права П.

Оспаривая квалификацию действий М., обращает внимание на то, что суду представлены конкретные данные о том, что М. занимался боевыми искусствами. Полагает, что обстоятельства нанесения М. удара локтем и его характер, присущий спортсменам с высоким уровнем подготовки, установленные в ходе судебного следствия, в том числе, путем допроса специалиста Г., а также наличие на теле С. иных телесных повреждений, указывало на явное желание М. причинить С. тяжкий вред здоровью. С учетом изложенного, считает, что в действиях М. явно усматриваются признаки состава преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ, однако суд необоснованно квалифицировал его действия по ч.1 ст. 109 УК РФ, отказав без какого-либо анализа исследованных в ходе судебного следствия доказательств в удовлетворении ходатайства о возвращении уголовного дела прокурору. 

Просит приговор суда отменить и возвратить уголовное дело прокурору для переквалификации действий М. на более тяжкий состав преступления, предусмотренный ч.4 ст. 111 УК РФ. В случае несогласия с позицией потерпевшей о возврате дела прокурору, просит назначить осужденному М. наказание в виде реального лишения свободы, а также увеличить размер компенсации морального вреда до 1 200 000 рублей.

В возражении на апелляционную жалобу адвокат Кадацкая С.Ю. в интересах М. считает постановленный приговор законным, обоснованным, справедливым, соответствующим ст.ст. 299, 307 и 308 УПК РФ. Полагает, что действия М. квалифицированы судом верно, с учетом фактических обстоятельств, установленных в ходе судебного следствия. Выводы о неосторожном характере действий М. основаны на совокупности исследованных в судебном заседании доказательств. Указывает, что проведенная по делу судебно-медицинская экспертиза является допустимой и достоверной, не содержит противоречий о механизме причинения телесных повреждений С. и причине его смерти, в связи с чем считает, что правовых и фактических оснований для квалификации действий М. по более тяжкому составу преступления, о чем ставится вопрос в апелляционной жалобе, не имеется. 

Указывает, что суд надлежаще мотивировал вид и размер назначенного осужденному наказания, с учетом имеющихся смягчающих обстоятельств и отсутствии отягчающих. Полагает, что доводам потерпевшей о том, что М. занимался боевыми искусствами, и показаниям специалиста Г. суд первой инстанции дал надлежащую оценку, обоснованно отвергнув их. 

Полагает, что размер компенсации морального вреда в пользу потерпевшей П. определен судом с учетом характера личных отношений потерпевшей с погибшим С. характера причиненных ей моральных и нравственных страданий, степени моральной и материальной зависимости потерпевшей от С. является разумным и справедливым. С учетом изложенного, просит постановленный приговор оставить без изменения, апелляционной жалобу потерпевшей без удовлетворения.

Изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, возражения на нее, заслушав выступления сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующему. 

Согласно ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены приговора в апелляционном порядке является несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции. 

В соответствии с п.2 ст. 389.16 УПК РФ приговор не соответствует фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом, если суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на его выводы. 

Такие нарушения закона допущены судом первой инстанции.

Так, суд пришел к выводу о совершении М. преступления по неосторожности, установив, что он 28.12.2023 в период с 10 часов 16 минут до 10 часов 45 минут, находясь на участке местности у дома 

<

данные изъяты> по улице Чувашской в г. Калининграде, в ходе ссоры с С. возникшей на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к последнему в связи с дорожно-транспортным конфликтом, не имея умысла на убийство С. и причинения тяжкого вреда здоровью последнего, действуя небрежно, не предвидя возможности наступления смерти С. хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог предвидеть наступление общественно опасных последствий своих неосторожных действий в виде смерти С.., нанес не менее одного удара локтем правой руки в область лица С. в результате чего последний потерял равновесие и упал на асфальтированный участок дороги, ударившись при этом правой теменно-затылочной областью головы, а также другими частями тела, туловища, верхних и нижних конечностей об асфальт, получив в результате совершения М. вышеуказанных неосторожных действий, в результате падения телесное повреждение в области головы в виде закрытой тупой черепно-мозговой травмы, которая квалифицируется как причинившая тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и состоит в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти С. в 23 часа 05 минут 03.01.2024 в ГБУЗ КО «Городская клиническая больница скорой медицинской помощи» по адресу: г. Калининград, ул. А. Невского, д. 90; а также иные телесные повреждения, на теле, туловище, верхних и нижних конечностях, которые не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, поэтому расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью, в прямой причинной связи с наступлением смерти С. не состоят.

Делая вывод о совершении М. преступления по небрежности, суд положил в основу приговора показания осужденного, указавшего на нанесение им С. одного удара локтем правой руки в область лица, а также показания потерпевшей и свидетелей, не являвшихся очевидцами события преступления, заключение судебно-медицинской экспертизы о характере, механизме и степени тяжести причиненных С. телесных повреждений, придя к выводу о том, что совокупность исследованных в ходе судебного следствия доказательств, подтверждает обоснованность как предъявленного М. обвинения, так и квалификации его действий по ч.1 ст. 109 УК РФ. 

При этом судом сделан вывод о том, что телесные повреждения, имевшиеся как в области головы С. так и в области других частей его тела, туловища, верхних и нижних конечностей, образовались в результате совершения М. описанных выше неосторожных действий, следствием которых стало падение С. на асфальтированный участок местности и удары о него правой теменно-затылочной областью головы, а также другими частями тела, туловища, верхних и нижних конечностей об асфальт. 

Вместе с тем, как обоснованно указано в апелляционной жалобе потерпевшей, данный вывод суда противоречит как исследованным доказательствам, так и фактическим обстоятельствам, установленным в ходе судебного следствия. 

В частности, судом не дана оценка выводам эксперта, содержащимся в заключении судебно-медицинской экспертизы № 70 от 13 марта 2024 года согласно которым, помимо обнаруженной на трупе С. закрытой тупой черепно-мозговой травмы, от которой наступила смерть С. и которая могла образоваться в результате как минимум одного ударного травматического воздействия, причиненного в правую теменно-затылочную область головы, каким-либо тупым твердым предметом с плоской преобладающей поверхностью, а также при однократном падении человека на плоскости из вертикального положения или близкого к таковому с ударом правой теменной-затылочной областью головы о твердую поверхность, на трупе С. обнаружены и иные телесные повреждения, а именно: 

<

данные изъяты>, которые не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности, поэтому расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью, в прямой причинной связи с наступлением смерти не состоят.

Учитывая характер, морфометрические особенности и локализацию данных повреждений на трупе, все они образовались в результате травматических воздействий (как минимум 9) какими-либо твердыми тупыми предметами либо при ударе о таковые. При этом локализация указанных телесных повреждений на различных частях и в различных плоскостях тела пострадавшего позволяют с большой вероятностью исключить возможность их образования в результате однократного падения с высоты собственного роста. 

Указанное заключение эксперта содержит сведения о том, что телесные повреждения в области головы, а также тела и конечностей С. образовались в один и тот же период времени - в срок незадолго до поступления в медицинский стационар, куда С. был доставлен 28.12.2023 года в 11 часов 34 минуты. 

Таким образом, содержащийся в обвинительном заключении и приговоре суда вывод о том, что все обнаруженные на голове, теле и конечностях С. телесные повреждения были получены им в результате нанесения М. по небрежности одного удара локтем в область лица С. и последующего его падения на асфальтированный участок дороги, с ударом о него головой и другими частями тела, противоречит приведенному выше заключению эксперта, содержащему выводы об ином количестве травматических воздействий в область головы С. и механизме образования обнаруженных на голове и теле С. телесных повреждений. 

Судом не дана оценка показаниям потерпевшей П. что утром 28.12.2023 года, перед событиями преступления, у С. никаких телесных повреждений не имелось. 

Кроме того, судом первой инстанции не дана оценка представленным потерпевшей сведениям о то, что М. занимался рукопашным спортом; на его страницах в социальных сетях имеются сведения о центре боевых искусств в Калининграде, спортивном питании, фотографии из спортивного зала, а также в спортивной экипировке и спортивных стойках, а также пояснениям самого М., который не отрицал, что посещал занятия у тренера по кикбоксингу.

Не дана судом оценка и показаниям специалиста – тренера смешанных единоборств Г. который указывал, что удар локтем используется в единоборствах, наряду с ударом коленом. Данные удары могут привести к «нокауту» и «нокдауну», поскольку по силе воздействия в 2,5 раза превышают обычный удар.

Согласно п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29 ноября 2016 года № 55 «О судебном приговоре», в описательно-мотивировочной части приговора, исходя из положений п.п. 3,4 ч.1 ст. 305, п. 2 ст. 307 УПК РФ, надлежит дать оценку всем исследованным в судебном заседании доказательствам, как уличающим, так и оправдывающим подсудимого; при этом излагаются доказательства, на которых основаны выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, и приводятся мотивы, по которым те или иные доказательства отвергнуты судом. 

Однако, судом первой инстанции приведенные выше правила оценки доказательств были нарушены. С учетом приведенных выше выводов, содержащихся в заключении эксперта, показаниях потерпевшей, представленных потерпевшей сведений о том, что М. занимался спортом, не устранены имеющиеся противоречия относительно количества нанесенных С. телесных повреждений, а также механизме их образования, в то время, как количество, характер и локализация телесных повреждений, механизм и способ их образования, должны быть учтены при решении вопроса как о направленности умысла, так и о форме вины осужденного. 

При изложенных обстоятельствах, правильность выводов органов предварительного следствия и суда о том, что преступление совершено М. по небрежности, при отсутствии умысла на причинение тяжкого вреда здоровью С. как обосновано указано в апелляционной жалобе, вызывает сомнения, поскольку изложенные выше обстоятельства являются основанием для квалификации действий М. как более тяжкого преступления, что не позволяло суду принять законное и обоснованное решение на основании составленного в отношении М. обвинительного заключения. 

Вместе с тем, в ходе судебного следствия судом первой инстанции без приведения аргументированных суждений и оценки доводов потерпевшей, оставлено без удовлетворения ходатайство о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, в связи с наличием оснований для квалификации действий обвиняемого, как более тяжкого преступления, что с учетом приведенных выше выводов суда апелляционной инстанции, свидетельствует о том, что постановленный в отношении М. приговор нельзя признать законным и обоснованным. 

В соответствии с ч. 3 ст. 389.20 УПК РФ в случае выявления обстоятельств, указанных в ч. 1 ст. 237 УПК РФ, суд апелляционной инстанции в соответствии с п. 7 ч. 1 ст. 389.20 УПК РФ выносит апелляционное постановление об отмене приговора и возвращении уголовного дела прокурору.

Согласно положений п. 6 ч.1 ст.237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случаях, если фактические обстоятельства, изложенные в обвинительном заключении, свидетельствуют о наличии оснований для квалификации действий обвиняемого, либо в ходе судебного разбирательства установлены фактические обстоятельства, указывающие на наличие оснований для квалификации действий указанного лица как более тяжкого преступления. 

В соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона никто не может быть признан виновным в совершении преступления иначе как по приговору суда, который должен быть законным, обоснованным и основанным на правильном применении уголовного закона. Между тем, неправильная квалификация судом фактически совершенного деяния, неверное установление основания уголовной ответственности влекут вынесение неправосудного решения. Учитывая, что согласно требований уголовно-процессуального закона, в судебном разбирательстве не допускается изменение квалификации деяния в сторону ухудшения положения подсудимого, суду, при установленных выше обстоятельствах, надлежало принять решение о возвращении уголовного дела прокурору по основаниям, предусмотренным п.6 ч.1 ст. 237 УПК РФ. 

Поскольку допущенные судом первой инстанции нарушения не могут быть устранены судом апелляционной инстанции, приговор подлежит отмене, а уголовное дело возвращению прокурору для устранения препятствий его рассмотрения. 

В связи с отменой приговора по указанным основаниям суд апелляционной инстанции не рассматривает иные вышеизложенные доводы апелляционной жалобы потерпевшей, и они подлежат проверке на последующих стадиях уголовного судопроизводства.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 389-20, 389-28 и 389-33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л :

Приговор Ленинградского районного суда г. Калининграда от 19 декабря 2024 года в отношении М. отменить.

Уголовное дело возвратить прокурору Ленинградского района г. Калининграда для устранения препятствий его рассмотрения судом. 

Апелляционную жалобу потерпевшей П. удовлетворить.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции. 

Судья: Т.Э. Станкевич