Дело № 2-461/2019 (10RS0016-01-2019-000517-20)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Сегежа 23 мая 2019 года

Сегежский городской суд Республики Карелия

в составе председательствующего судьи Скрипко Н.В.

при секретаре Шараповой Н.Ш.,

с участием прокурора Стыцюн А.С.,

истца ФИО1, представителя истца адвоката Салимгареевой О.А., действующей на основании ордера, 

представителей ответчика директора ООО «Сегежа Сети» ФИО2 и ФИО3, действующей на основании доверенности, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Сегежа Сети» о восстановлении на работе, взыскании невыплаченной заработной платы и материальной компенсации морального вреда, 

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ответчику ООО «Сегежа Сети» по тем основаниям, что 28 февраля 2019 года он был уволен на основании приказа № 3 по п. 3 ч. 1 ст. 77 ТК РФ по инициативе работника, тогда как он заявление на увольнение не писал, летом 2018 года при продлении трудового договора работодатель заставил его написать заявление об увольнении без указания даты, в связи с чем просит суд восстановить его на работе, взыскать с ответчика в его пользу заработную плату за период вынужденного прогула в сумме 35 754 руб. 40 коп. Помимо этого просит взыскать оплату сверхурочных часов, которая на предприятии не производилась с октября 2017 года, в сумме 103 258 руб. 60 коп., невыплаченную компенсацию за неиспользованный отпуск в сумме 3 707 руб. 72 коп., материальную компенсацию морального вреда в сумме 10 000 руб. 

В дальнейшем истец исковые требования уточнил, просит восстановить его на работе в должности слесаря тепловых сетей 4 разряда, взыскать с ответчика не выплаченную заработную плату за время вынужденного прогула с 1 марта 2019 года по 15 мая 2019 года в сумме 80 944 руб. 80 коп., компенсацию за неиспользованный отпуск в сумме 21 776 руб. 01 коп., оплату за сверхурочную работу за период с октября 2017 года по февраль 2019 года в сумме 103 258 руб. 60 коп., компенсацию морального вреда в сумме 10 000 руб., расходы на оплату услуг представителя в сумме 12 000 руб. 

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель Салимгареева О.А. заявленные требования поддержали по изложенным в иске основаниям, дополнительно ФИО1 пояснил, что заявление об увольнении по собственному желанию летом 2018 года было написано им вынужденно, без указания даты, так как на других условиях директор отказывался продлевать с ним трудовой договор. Официально он был уволен 28 февраля, однако на самом деле 1 марта 2019 года он вышел на работу по графику, ближе к обеду ему по телефону сообщили, что он уволен и может покинуть рабочее место. Он в этот день подпись в приказе об увольнении ставить отказался, без его присутствия был составлен акт об отказе от подписи, в дальнейшем, когда его пригласили забрать трудовую книжку, он подписал приказ, почему в нем стоит дата ознакомления 28 февраля 2019 года пояснить не может, не обратил на это внимания. Мастером ФИО4 велся журнал учета рабочего времени, где отражено реальное время, которое слесари отработали за смену, сведения из данного журнала в последующем поступали в бухгалтерию для начисления заработной платы. Помимо устранения аварий они в неурочное время также исполняли иные поручения работодателя – копали траншеи, работали на ЦБК и т.д. В обоснование взыскания материальной компенсации морального вреда указал, что женат, его супруга трудоустроена неофициально, на иждивении находится двое малолетних детей, тот факт, что его уволили, стал для него шокирующей новостью. 

Представители ответчика директор ООО «Сегежа Сети» ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании заявленные требования не признали, пояснили, что заявление об увольнении ФИО1 написал собственноручно в кабинете директора в середине февраля 2019 года, ФИО2 оставил заявление у себя, в бухгалтерию передавать не стал. 28 февраля 2019 года по истечении двухнедельного срока он передал данное заявление для оформления документов, при этом, по какой причине поставил резолюцию «без отработки» пояснить в судебном заседании не смог. С требованиями истца о взыскании оплаты сверхурочных часов не согласны, так как оплата истцу и всем остальным работникам производится в соответствии с трудовыми договорами, все дежурства учтены и оплачены премиями. Не отрицали, что слесари тепловых сетей осуществляют дежурство в выходные и праздничные дни на случай аварии. Если происходит авария, работников вызывают для ее устранения, те исполняют свои трудовые обязанности до завершения работ по ликвидации аварии, в том числе в рабочие дни после 17.00 час. Указанные работы всегда оплачивались премиями, ранее они выплачивались с личной карты ФИО2 за счет средств предприятия, которые он брал под отчет, в заработную плату указанные выплаты не учитывались, налоги на них не начислялись. В сентябре 2018 года был вынесен приказ на предприятии, в соответствии с которым сверхурочная работа стала оплачиваться официальными премиями. Представленный в материалы дела журнал не заверен надлежащим образом, подпись стоит только на первой его странице, кто и когда его заполнял, установить не представляется возможным. Оплата за неиспользованный отпуск произведена истцу в полном объеме. 

Прокурор Стыцюн А.С. в своем заключении указал, что исковые требования в части восстановления ФИО1 на работе являются законными и обоснованными, нашли свое подтверждение в ходе судебного заседания, в связи с чем подлежат удовлетворению, также как и требования о взыскании с ответчика заработной платы за вынужденный прогул, при этом полагал необходимым взять за расчет среднедневного заработка расчет, представленный в материалы дела ответчиком, так как подсчеты истца произведены исходя из сумм предполагаемых выплат с учетом сверхурочной работы. Оснований для взыскания компенсации за неиспользованный отпуск не имеется, так как расчет, представленный в материалы дела ответчиком, является верным. В части взыскания оплаты за сверхурочную работу считал требования подлежащими удовлетворению частично, поскольку стороной ответчика верно заявлено о пропуске срока исковой давности в части взыскания сверхурочных за период с октября 2017 года по февраль 2018 года включительно. Помимо этого после вынесения 1 сентября 2018 года приказа об оплате сверхурочной работы, истцу выплачивались премии, что подтверждается расчетными листками. Исходя из представленного в материалы дела расчета сверхурочных часов ФИО1, оплаченные премии соответствуют отработанному времени сверх нормы, в связи с чем полагал необходимым взыскать в пользу истца оплату сверхурочной работы за период с марта по август 2018 года включительно исходя из представленного в материалы дела расчета ответчика. Материальную компенсацию морального вреда полагал необходимым взыскать в сумме 5 000 руб. 

Заслушав участвующих в деле лиц, заключение прокурора, допросив свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям. 

В силу ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с настоящим Кодексом.

На основании ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель имеет право расторгать трудовые договоры с работниками только в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) основаниями прекращения трудового договора является, в том числе расторжение трудового договора по инициативе работника (статья 80 настоящего Кодекса). 

Из положений ст. 80 ТК РФ следует, что работник имеет право расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя в письменной форме не позднее чем за две недели, если иной срок не установлен настоящим Кодексом или иным федеральным законом. Течение указанного срока начинается на следующий день после получения работодателем заявления работника об увольнении.

По соглашению между работником и работодателем трудовой договор может быть расторгнут и до истечения срока предупреждения об увольнении. До истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление.

Анализ приведенных норм права свидетельствует о том, что трудовое законодательство допускает увольнение работника до истечения двухнедельного срока по соглашению между работником и работодателем. В этом случае в заявлении об увольнении должно быть указано, с какого числа работник просит его уволить.

Если в заявлении работник не указал конкретную дату увольнения, с которой он просит расторгнуть трудовой договор, работодатель не вправе расторгать его до истечения двух недель после подачи заявления о расторжении договора, поскольку работнику законом предоставлено право отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию.

В подпункте «а» пункта 22 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» разъяснено, что расторжение трудового договора по инициативе работника допустимо в случае, когда подача заявления об увольнении являлась добровольным его волеизъявлением. Если истец утверждает, что работодатель вынудил его подать заявление об увольнении по собственному желанию, то это обстоятельство подлежит проверке и обязанность доказать его возлагается на работника.

Таким образом, обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по инициативе работника, являются: наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию, которое может быть подтверждено только письменным заявлением самого работника, и добровольность волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию.

В судебном заседании установлено, что ФИО1 работал в должности «слесаря тепловых сетей 4 разряда» в ООО «Сегежа Сети» с 2 октября 2017 года на основании трудового договора без номера от 2 октября 2017 года, п. 4 указанного договора установлен срок его действия – по 1 октября 2018 года, с учетом дополнительного соглашения от 2 октября 2018 года № 2 – срок трудового договора продлен до 1 октября 2019 года, что также подтверждено копией трудовой книжки истца.

Из представленного в материалы дела заявления ФИО1 об увольнении следует, что указанное заявление было зарегистрировано в ООО «Сегежа Сети» 28 февраля 2019 года за № 62. 

Допрошенные в судебном заседании свидетели показали:

Щ. – что является юристом ООО «Сегежа Сети», 14 февраля 2019 года, находясь на совещании с директором предприятия ФИО2, видел, как в кабинет вошел ФИО1, положил на стол лист бумаги и вышел. Из пояснений директора ему стало известно, что это было заявление истца на увольнение. Лично заявления он не видел, когда оно было зарегистрировано, ему не известно. Истец был уволен 28 февраля, от подписи в соответствующем приказе в указанный день ФИО1 отказался, о чем был составлен акт 1 марта 2019 года без участия при этом истца.

Д. – является работником ООО «Сегежа Сети», в ее обязанности входит, в том числе регистрация входящей корреспонденции. Когда именно было зарегистрировано заявление ФИО1 об увольнении, не помнит, до 28 февраля 2019 года она его не видела, ей известно, что истец лично передал его директору, когда именно – не знает. 28 февраля ее пригласили вручить истцу трудовую книжку, последний от подписи в документах отказался, книжку не получил, покинул кабинет директора без разъяснений. Ими на следующий день был составлен акт об отказе от подписи соответствующего приказа, а ФИО1 направлено почтой предложение получить документы. 

Показания указанных свидетелей доводы представителей ответчиков не подтверждают, так как Щ. лично заявления истца об увольнении в середине февраля 2019 года не видел, все сведения ему известны со слов ФИО2, Д. до 28 февраля 2019 года заявление ФИО1 не видела, когда оно было зарегистрировано, не помнит. 

Принимая во внимание, что заявление истца об увольнении не содержит в себе даты его подписания ФИО1, даты, с которой истец желает прекратить трудовые отношения с ООО «Сегежа Сети», с учетом проставленной директором ООО «Сегежа Сети» ФИО2 резолюции – «без отработки», даты его регистрации – 28 февраля 2019 года, прекращение с истцом трудовых отношений на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ в день подачи работником соответствующего заявления свидетельствует о нарушении работодателем процедуры увольнения истца, поскольку нарушает право работника отозвать свое заявление об увольнении по собственному желанию.

При таких обстоятельствах ФИО1 подлежит восстановлению на работе в должности «слесаря тепловых сетей 4 разряда» в ООО «Сегежа Сети».

В соответствии со ст. 394 ТК РФ в случае признания увольнения или перевода на другую работу незаконными работник должен быть восстановлен на прежней работе органом, рассматривающим индивидуальный трудовой спор.

Оснований считать датой увольнения истца 1 марта 2019 года суд не находит, достоверных доказательств данному факту истцом суду представлено не было, показания свидетелей П., К. и М. в данной части противоречат как друг другу, показаниям свидетелей Щ. и Д., так и представленным в материалы дела документам, в том числе заявлению ФИО1, поданному в Прокуратуру Сегежского района 1 марта 2019 года, в связи с чем суд приходит к выводу, что последним днем работы истца является 28 февраля 2019 года и ФИО1 подлежит восстановлению на работе с 1 марта 2019 года. 

Орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы (ст. 394 ТК РФ).

В силу пункта 62 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при взыскании среднего заработка в пользу работника, восстановленного на прежней работе, или в случае признания его увольнения незаконным выплаченное ему выходное пособие подлежит зачету.

Пункт 2 Постановления Правительства РФ от 24 декабря 2007 года № 922 «Об особенностях порядка исчисления средней заработной платы» (далее – Постановление Правительства № 922) предусматривает, что для расчета среднего заработка учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя, независимо от источников этих выплат. К таким выплатам относятся, в том числе премии и вознаграждения, предусмотренные системой оплаты труда.

Средний дневной заработок, кроме случаев определения среднего заработка для оплаты отпусков и выплаты компенсаций за неиспользованные отпуска, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, учитываемые в соответствии с пунктом 15 настоящего Положения, на количество фактически отработанных в этот период дней (абз. 5 пункта 9 Постановления Правительства № 922).

В силу п. 10 Постановления Правительства № 922 средний дневной заработок для оплаты отпусков, предоставляемых в календарных днях, и выплаты компенсации за неиспользованные отпуска исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за расчетный период, на 12 и на среднемесячное число календарных дней (29,3).

Для расчета среднедневной заработной платы для определения размера компенсации невыплаченной заработной платы в связи с вынужденным прогулом суд принимает представленные в материалы дела стороной ответчика сведения о начисленных и выплаченных доходах истца за последний год, поскольку указанные в нем фактически отработанное время и суммы, выплаченные ФИО1, подтверждаются расчетными листками за 2018 года. 

Вместе с тем в судебном заседании было установлено, в том числе подтверждено стороной ответчика, что ФИО1 до 1 сентября 2018 года выплачивались премии за дополнительный объем работ сверх начисленной в соответствии с действующим законодательством заработной платы. Оплата указанных премий и их размер подтверждается представленными в материалы дела копиями платежных ведомостей №... от 20 апреля 2018 года, №... от 24 мая 2018 года, №... от 22 марта 2018 года, №... от 15 ноября 2017 года, №... от 15 декабря 2017 года. 

Указанные выплаты в расчетных листках истца отражены не были, при произведении расчета среднедневного заработка не учитывались, в связи с чем суд считает необходимым произвести расчет среднедневного заработка ФИО1 самостоятельно с учетом выплаченных премий за март 2018 года в сумме 9 500 руб. и апрель 2018 года – 14 500 руб. Всего истцом получен доход в размере 363 459 руб., в связи с чем размер среднедневного заработка составляет 1 033 руб. 73 коп. (363 459/351,6 дней). 

Принимая во внимание, что в марте 2019 года было 20 рабочих дней, в апреле 2019 года – 22 рабочих дня, в мае 2019 года (на дату вынесения решения суда) – 12 рабочих дней, суд приходит к выводу, что в пользу истца подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула в размере 55 821 руб. 42 коп. (1 033,73х20) + (1 033,73х22) + (1 033,73х12). 

Выходное пособие истцу не выплачивалось, что сторонами в судебном заседании не оспаривалось. 

Расчет среднедневного заработка, представленный в материалы дела истцом, судом не принимается, поскольку произведен исходя из предполагаемого ФИО1 заработка, подлежащего оплате с учетом времени, отработанного им сверхурочно, который фактически не выплачивался.

Истцом не представлено суду доказательств оплаты его труда за последние 12 месяцев в большем размере. 

В части взыскания с ответчика невыплаченной компенсации за неиспользованный отпуск в размере 21 776 руб. 01 коп. суд приходит к следующему. 

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что на день увольнения работника – 28 февраля 2019 года, неиспользованный отпуск последнего составлял 62,34 дня, что подтверждается запиской-расчетом № 3 от 28 февраля 2019 года и истцом не оспаривалось. 

В соответствии с расчетом оплаты отпуска, подписанным бухгалтером предприятия, среднедневной заработок ФИО1 на день увольнения рассчитан в размере 965 руб. 47 коп. исходя из количества дней расчетного периода 351,60, компенсация за 62,34 дня составляет 60 187 руб. 39 коп. Истцу также начислена и выплачена заработная плата за февраль 2019 года в размере 27 000 руб., всего начислено 87 187 руб. 39 коп., из которых удержано налогов и ранее выплаченного аванса в сумме 22 470 руб., всего перечислено в соответствии с реестрами денежных средств №... от 4 марта 2019 года и №... от 1 марта 2019 года – 64 717 руб. 39 коп. 

Оснований считать, что ответчиком произведены неверные расчеты выплаченной за неиспользованный отпуск компенсации, не имеется, истцом не представлено суду доказательств получения заработной платы в большем размере, чем указано в расчетных листках, в связи с чем в удовлетворении требований истца о взыскании невыплаченной компенсации за неиспользованный отпуск в размере 21 776 руб. 01 коп. суд считает необходимым отказать. 

В части взыскания в пользу истца невыплаченной заработной платы за сверхурочную работу суд приходит к следующему. 

Согласно ст. 135 ТК РФ заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда. Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права.

В силу положений ст. 91 ТК РФ, рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с ТК РФ, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени. Нормальная продолжительность рабочего времени не может превышать 40 часов в неделю.

Согласно ст. 91 Трудового кодекса Российской Федерации на работодателей возлагается обязанность по учету времени фактически отработанного каждым работником.

В соответствии со ст. 99 Трудового кодекса Российской Федерации сверхурочная работа - работа, выполняемая работником по инициативе работодателя пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени - сверх нормального числа рабочих часов за учетный период (ч. 1).

Продолжительность сверхурочной работы не должна превышать для каждого работника 4 часов в течение двух дней подряд и 120 часов в год (ч. 6).

Одновременно ч. 7 ст. 99 Трудового кодекса Российской Федерации обязывает работодателя вести точный учет продолжительности сверхурочных работ, выполненных каждым работником.

В силу ст. 152 Трудового кодекса Российской Федерации сверхурочная работа оплачивается за первые два часа работы не менее чем в полуторном размере, за последующие часы - не менее чем в двойном размере. Конкретные размеры оплаты за сверхурочную работу могут определяться коллективным договором, локальным нормативным актом или трудовым договором. По желанию работника сверхурочная работа вместо повышенной оплаты может компенсироваться предоставлением дополнительного времени отдыха, но не менее времени, отработанного сверхурочно.

Согласно ст. 153 Трудового кодекса Российской Федерации работа в выходной или нерабочий праздничный день работай получающим оклад (должностной оклад), оплачивается в размере не менее одинарной или часовой ставки (части оклада (должностного оклада) за день или час работы) сверх оклада (должностного оклада), если работа в выходной или нерабочий праздничный день производилась в пределах месячной нормы рабочего времени, и в размере не менее двойной дневной или часовой ставки (части оклада (должностного оклада) за день и работы) сверх оклада (должностного оклада), если работа производилась сверх месячной нормы рабочего времени.

Каждый час работы в ночное время оплачивается в повышенном размере по сравнению с работой в нормальных условиях, но не ниже размеров, установленных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права. Минимальные размеры повышения оплаты труда за работу в ночное время устанавливаются Правительством Российской Федерации с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений (ст. 154 Трудового кодекса РФ).

Постановлением Правительства РФ от 22 июля 2008 года № 554 «О минимальном размере повышения оплаты труда за работу в ночное время» установлено, что минимальный размер повышения оплаты труда за работу в ночное время (с 22 часов до 6 часов) составляет 20 процентов часовой тарифной ставки (оклада (должностного оклада), рассчитанного за час работы) за каждый час работы в ночное время.

В соответствии с пунктом 9 трудового договора от 2 октября 2017 года ФИО1 была установлена пятидневная рабочая неделя, режим рабочего дня и отдыха – в соответствии с правилами внутреннего распорядка. 

Факт установления на предприятии 8-часового рабочего дня с 8.00 до 17.00 час. с перерывом на обед на 1 час подтверждается представленными в материалы дела табелями учета рабочего времени за период с октября 2017 года по февраль 2019 года включительно, положением об оплате труда и премировании работников, утвержденного 1 июня 2016 года, и сторонами не оспаривался. 

Из положения об оплате труда и премировании работников, утвержденного директором ООО «Сегежа Сети» 1 июня 2016 года (далее – Положение), следует, что в компании устанавливается повременно-премиальная система оплаты труда, если трудовым договором работника не установлено иное (п. 2.1 Положения). 

Оплата труда работников включает в себя заработную плату (оклад в соответствии со штатным расписанием) и премии (за высокие трудовые показатели, за рационализаторские предложения по совершенствованию процесса труда и т.д.) (п. 2.2 Положения). 

В соответствии с п. 2.3 Положения ежемесячная заработная плата состоит из двух частей: постоянной и переменной. Постоянная часть оплаты труда рассчитывается исходя из должностного оклада, а переменная складывается из премий, надбавок и доплат за условия труда, отклоняющихся от нормальных. 

Размер должностного оклада работника (без учета премий, доплат и надбавок) устанавливается в трудовом договоре и не может быть ниже МРОТ (при условии, что работник полностью отработал норму рабочего времени) (п. 2.5 Положения). 

Согласно пункту 10 трудового договора от 2 октября 2017 года ФИО1 установлен должностной оклад в размере 12 500 руб., районный коэффициент 30% и процентная надбавка за работу в местностях приравненных к Крайнему Северу – 50%, на основании решения Работодателя возможно премирование работника размером до 100% должностного оклада. Решение о премировании работника оформляется соответствующим приказом с указанием мотивов принятого решения. Премирование работника является не обязанностью, а правом работодателя. 

В соответствии с дополнительным соглашением к трудовому договору № 1 от 1 июля 2018 года пункт 10 трудового договора изложен в новой редакции, в соответствии с которой размер оклада изменен на 15 000 руб., соглашение вступило в силу с 1 июля 2018 года. 

Из представленных в материалы дела табелей учета рабочего времени следует, что ФИО1 за весь период работы в ООО «Сегежа Сети» работал в пределах нормальной продолжительности рабочего времени – 8 часов в рабочие дни, без выхода на работу в выходные и праздничные дни. 

В соответствии с представленными расчетными листками ФИО1 оплата труда производилась исходя из указанных табелей учета рабочего времени. 

Вместе с тем допрошенные в судебном заседании свидетели П., К. и М. дали аналогичные друг другу показания, в соответствии с которыми в случае аварии на тепловых сетях в рабочие дни бригада исполняла свои трудовые обязанности вплоть до ее ликвидации, в том числе за пределами установленного рабочего времени, также и ночью. В выходные и праздничные дни слесари осуществляли дежурство – в случае аварии мастер звонил и вызывал их для ее устранения. Мастер Л. осуществлял учет сверхурочного рабочего времени, указанные сведения передавал в бухгалтерию для дальнейшей оплаты труда. 

1 сентября 2018 года директором ООО «Сегежа Сети» был вынесен приказ, в соответствии с которым в компании установлен следующий порядок оплаты работникам Общества сверхурочной работы, оплаты труда в выходные и нерабочие праздничные дни, оплата труда в ночное время – производится в размере, указанном в ст. 152, 153, 154 ТК РФ путем выплаты работникам премии по итогам расчетного месяца. 

Указанные обстоятельства представителями ответчика директором ФИО2 и ФИО3 в судебном заседании были подтверждены, в связи с чем суд приходит к выводу, что факт осуществления истцом трудовых функций за пределами нормального рабочего времени нашел свое подтверждение в судебном заседании. 

В соответствии со ст. 392 Трудового кодекса РФ работник имеет право обратиться в суд за разрешением индивидуального трудового спора о невыплате или неполной выплате заработной платы и других выплат, причитающихся работнику, он имеет право обратиться в суд в течение одного года со дня установленного срока выплаты указанных сумм, в том числе в случае невыплаты или неполной выплаты заработной платы и других выплат, причитающихся работнику при увольнении. При пропуске по уважительным причинам сроков, установленных частями первой, второй и третьей настоящей статьи, они могут быть восстановлены судом. 

Как разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации в пункте 56 Постановления от ХХ.ХХ.ХХ. N 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дела по иску работника, трудовые отношения с которым не прекращены, о взыскании начисленной, но не выплаченной заработной платы надлежит учитывать, что заявление работодателя о пропуске работником срока на обращение в суд само по себе не может служить основанием для отказа в удовлетворении требования, поскольку в указанном случае срок на обращение в суд не пропущен, так как нарушение носит длящийся характер и обязанность работодателя по своевременной и в полном объеме выплате работнику заработной платы, а тем более задержанных сумм, сохраняется в течение всего периода действия трудового договора.

Вместе с тем из смысла вышеприведенного пункта постановления следует, что для признания нарушения трудовых прав длящимся необходимо соблюдение определенного условия: заработная плата работнику должна быть начислена, но не выплачена. Таким образом, работник (сотрудник), зная, что работодатель исполнил свою обязанность по начислению соответствующей оплаты за труд, в период действия трудового договора вправе рассчитывать на выплату причитающейся ему суммы. Именно поэтому такие правоотношения носят длящийся характер.

Пропуск указанного срока, о применении которого заявлено ответчиком, является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований на основании ч. 4 ст. 198 ГПК РФ.

Исковые требования о взыскании оплаты за сверхурочную работу ФИО1 заявлены за период с октября 2017 года по февраль 2019 года включительно, исковое заявление подано в Сегежский городской суд Республики Карелия 27 марта 2019 года.

Представителем ответчика сделано заявление о пропуске срока исковой давности. 

В судебном заседании установлено и сторонами не оспаривалось, что оплата за сверхурочную работу ООО «Сегежа Сети» истцу начислена не была, доказательств обратному в материалы дела представлено не было, в связи с чем суд приходит к выводу, что ФИО1 пропущен срок для подачи искового заявления о взыскании с ответчика оплаты за сверхурочную работу за период с октября 2017 года по февраль 2018 года включительно, принимая во внимание п. 3.1 Положения, в соответствии с которым заработная плата на предприятии (окончательный расчет) выплачивалась 15 числа каждого месяца. 

Ходатайства о восстановлении срока исковой давности стороной истца заявлено не было. 

На основании изложенного суд приходит к выводу, что в удовлетворении требований истца о взыскании оплаты сверхурочной работы за период с октября 2017 года по февраль 2018 года включительно необходимо отказать. 

В соответствии с копией приказа ООО «Сегежа Сети» от 1 сентября 2018 года истец с указанным документом был ознакомлен, о чем имеется его подпись. 

Факт начисления и выплаты премий ФИО1 в соответствии с приказом от 1 сентября 2018 года подтверждается представленными в материалы дела расчетными листками и выписками из приказов: 

№ 10 от 30 сентября 2018 года о поощрении сотрудника, в соответствии с которым постановлено премировать ФИО1 за дополнительный объем работ в сумме 6 300 руб.;

№... от 31 октября 2018 года – в сумме 5 940 руб.; 

№... от 30 ноября 2018 года – в сумме 4 320 руб.;

№... от 31 декабря 2018 года – в сумме 6 660 руб.; 

№... от 31 января 2019 года – в сумме 9 090 руб. 

Принимая во внимание, что размер указанных премий соответствует представленному в материалы дела расчету ответчика о подлежащих выплате истцу суммах в счет оплаты сверхурочной работы за указанные периоды времени, суд не находит оснований для взыскания с ООО «Сегежа Сети» оплаты сверхурочной работы за период времени с сентября 2018 года по январь 2019 года включительно, в связи с чем полагает в удовлетворении исковых требований в указанной части необходимым отказать. 

Сведений о начислении и выплате истцу премии за сверхурочную работу за февраль 2019 года стороной ответчика суду представлено не было, что также подтверждается расчетными листками за указанный месяц. 

На основании изложенного с учетом отказа в удовлетворении части требований истца, подлежит взысканию оплата за сверхурочную работу ФИО1 за период времени с марта 2018 года по август 2018 года, за февраль 2019 года. 

При расчете подлежащей взысканию суммы оплаты сверхурочной работы суд принимает во внимание сведения о вызовах аварийной службы в связи с авариями, возникавшими на тепловых сетях за период с октября 2017 года по май 2019 года, представленные Администрацией Сегежского муниципального района от 20 мая 2019 года №... с указанием дат и периода времени ликвидации аварии. 

Из указанной справки следует, что в период времени с мая 2018 года по август 2018 года аварийная служба в связи с авариями на тепловых сетях не вызывалась, что сторонами в судебном заседании не оспаривалось. 

Представленная в материалы дела копия журнала «Город. Табель учета рабочего времени» судом в качестве доказательства по настоящему делу не принимается, поскольку заверена Л. только на титульном листе, листы не прошиты, не пронумерованы, каждый лист, приложенный к обложке, не заверен, также как и копия журнала в скрепленном виде в целом, в связи с чем является недопустимым доказательством, принимая во внимание, что оригинал журнала учета рабочего времени суду для обозрения представлен не был. 

Показания допрошенных в судебном заседании свидетелей П., К. и М. в части ведения журнала учета рабочего времени судом также не принимаются, поскольку ни один из свидетелей не смог достоверно утверждать, какой именно табель учета рабочего времени ведется мастером Л., свидетель Л. дважды по повестке в судебное заседание не явился, 22 мая 2019 года направил в адрес суда заявление, в соответствии с которым явиться в судебное заседание не смог по личным причинам. 

Показания допрошенных в судебном заседании свидетелей У. и М. судом в качестве доказательств по делу не принимаются, так как указанные лица в ООО «Сегежа Сети» в спорный период времени трудоустроены не были. 

Доказательств, подтверждающих осуществление трудовых функций истцом за пределами нормальной продолжительности рабочего времени в иные периоды, нежели указано в сведениях от 20 мая 2019 года, либо в ином объеме, суду представлено не было. 

В основу настоящего решения суд кладет расчет оплаты сверхурочных часов, представленный в материалы дела ответчиком, поскольку последний произведен в соответствии с требованиями действующего законодательства, на основании установленного ФИО1 оклада (в соответствии с трудовым договором от 2 октября 2017 года и дополнительного соглашения от 1 июля 2018 года). 

Вместе с тем суд считает необходимым произвести самостоятельный расчет оплаты сверхурочной работы ФИО1 за февраль 2019 года и май 2018 года, так как за указанные месяцы расчет ответчиком произведен не был, работа сверх нормальной продолжительности рабочего времени истца подтверждена сведениями Администрации Сегежского муниципального района от 20 мая 2019 года и составила:

за февраль 2019 года - 12 час. 30 мин., из которых 9 час. 30 мин. в выходной нерабочий день и 2 час. 50 мин. в ночное время выходного нерабочего дня (9-10 февраля 2019 года) 4 245 руб. 25 коп. (27000/159)х2х12,5 час.)+101 руб. 88 коп. (20% от оклада); 

за май 2018 года – 2 час. 15 мин. в выходной праздничный день 9 мая 2018 года - 679 руб. 25 коп. (22500/159)х2х2,4 час.). 

Так в пользу истца подлежит взысканию с ответчика оплата сверхурочного рабочего времени в сумме 15 808 коп. 92 коп. (9084,94+1697,60+4 347,19+679,25). 

Из положений части 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что во всех случаях причинения работнику морального вреда неправомерными действиями или бездействием работодателя ему возмещается этот вред в денежной форме.

В пункте 63 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 марта 2004 года N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" указано, что в соответствии с частью четвертой статьи 3 и частью девятой статьи 394 Кодекса суд вправе удовлетворить требование лица, подвергшегося дискриминации в сфере труда, а также требование работника, уволенного без законного основания или с нарушением установленного порядка увольнения либо незаконно переведенного на другую работу, о компенсации морального вреда.

Учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы).

В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Истец в судебном заседании пояснил, что увольнение стало для него неожиданностью, прекращать трудовые отношения с ответчиком он не намеревался. У него на иждивении находятся двое малолетних детей, супруга официально не трудоустроена. 

Допрошенные в судебном заседании свидетели П., К. и М. дали аналогичные друг другу пояснения, в соответствии с которыми ФИО1 к увольнению не был готов, это стало для него неожиданностью, из-за чего истец сильно переживал. 

В связи с тем, что ФИО1 был уволен с занимаемой должности с нарушением установленного порядка, исходя из степени причиненных в связи с этим истцу нравственных страданий, суд считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 5000 руб.

Согласно ст. 396 ТК РФ решение о восстановлении на работе незаконно уволенного работника, о восстановлении на прежней работе работника, незаконно переведенного на другую работу, подлежит немедленному исполнению.

Помимо этого истцом заявлено требование о компенсации понесенных в связи с рассмотрением настоящего дела судебных расходов на оплату услуг представителя в размере 10 000 руб., на составление искового заявления в суд в сумме 2000 руб. 

В подтверждение понесенных расходов истцом в материалы дела представлены: квитанция к приходному кассовому ордеру №... от 24 апреля 2019 года, в соответствии с которым ФИО1 было оплачено 10 000 руб. за представление его интересов в суде по трудовому спору к ООО «Сегежа Сети», квитанция к приходному кассовому ордеру №... от 24 апреля 2019 года на 2 000 руб. за составление искового заявления по трудовому спору к ООО «Сегежа Сети». 

Принимая во внимание характер и сложность спора, требования ст. 100 ГПК РФ о разумности, соразмерности и справедливости взыскания данных судебных расходов, тот факт, что исковые требования истца удовлетворены частично, суд находит необходимым взыскать с ответчика расходы по оплате юридических услуг за составление искового заявления и представительство в суде в размере 6000 руб. 

В соответствии с требованиями ст. 98 ГПК РФ с ООО «Сегежа Сети» в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб. 

В силу ст. 103 ГПК РФ с ответчика в бюджет Сегежского муниципального района подлежит взысканию государственная пошлина в размере 2129 руб. 12 коп. 

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса РФ, 

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Восстановить ФИО1 на работе в Обществе с ограниченной ответственностью «Сегежа Сети» (г. Сегежа) в должности «слесаря тепловых сетей 4 разряда» с 1 марта 2019 года.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Сегежа Сети» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула за период с 1 марта 2019 года по 23 мая 2019 года в размере 55 821 руб. 42 коп., оплату сверхурочной работы за период с марта 2018 года, апрель 2018 года, февраль 2019 года в размере 15 808 коп. 92 коп, материальную компенсацию морального вреда в размере 5000 рублей, расходы на оплату услуг представителя в размере 6000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 300 руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Сегежа Сети» в бюджет Сегежского муниципального района государственную пошлину в размере 2129 руб. 12 коп.

Решение суда о восстановлении на работе подлежит немедленному исполнению.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Карелия через Сегежский городской суд РК в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Судья Н.В. Скрипко

Решение в соответствии со ст. 199 ГПК РФ изготовлено 28 мая 2019 года.