САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Дело № 1-138/2020 Судья Алхазова Т.Г.

Рег. №22-555/2021

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Санкт-Петербург 11 марта 2021 года

Судья судебной коллегии по уголовным делам Санкт-Петербургского городского суда Азовцева О.А., 

с участием прокурора отдела прокуратуры Санкт-Петербурга Мининой А.Г.,

осужденного ФИО1,

адвоката Брызгиной А.И., представившей удостоверение №... и ордер №..., 

при секретаре Скворок Е.С.,

рассмотрела в открытом судебном заседании 11 марта 2021 года материалы уголовного дела № 1-138/2020 по апелляционной жалобе адвоката Мазаева Р.А. за защиту осужденного ФИО1 на приговор Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 3 августа 2020 года, которым 

ФИО1 

<

...> гражданин РФ, 

<

...>, не судимый, 

осужден:

по ст. 318 ч.1 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 30 000 (тридцати тысяч) рублей,

по ст. 319 УК РФ к наказанию в виде штрафа в размере 15 000 (пятнадцати тысяч) рублей.

В соответствии с ч.2 ст.69 УК РФ путем частичного сложения назначенных наказаний назначено окончательное наказание по совокупности преступлений в виде штрафа в размере 40 000 (сорока тысяч) рублей.

Заслушав доклад судьи Азовцевой О.А., объяснения осужденного ФИО1 и адвоката Брызгиной А.И., мнение прокурора Мининой А.Г., апелляционный суд

У С Т А Н О В И Л:

Приговором Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 20 ноября 2020 года ФИО1 признан виновным в совершении применения насилия, не опасного для здоровья, в отношении представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей, и в совершении публичного оскорбления представителя власти в связи с исполнением им своих должностных обязанностей,

Преступления совершены в период с 16 часов 30 минут до 16 часов 40 минут 17 мая 2019 года на территории Калининского района Санкт-Петербурга при обстоятельствах, изложенных в приговоре. 

На данное судебное решение адвокатом Мазаевым Р.А. подана апелляционная жалоба, в которой указывается на незаконность и необоснованность приговора суда и наличие оснований для его отмены.

В обоснование жалобы защитник указывает на несоответствие выводов суда о доказанности вины ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 318 УК РФ, показаниями свидетелей С3 и С2, поскольку указанные свидетели не поясняли о том, что они находились у входа в магазин «Семья», указав, что ФИО1 увидели за магазином «Семья», когда М. пытался посадить ФИО1 в кунг полицейского автомобиля. 

Анализируя показания свидетеля С4, допрошенного в зале суда, адвокат обращает внимание на то, что он не был свидетелем событий, произошедших 17.05.2019 г., а по предложению участкового М. дал ложные показания взамен на обещание М. прекратить за примирением сторон уголовное дело, по которому М. является потерпевшим по ст.319 УК РФ, а он (С4) – обвиняемым, что подтверждается приговором Калининского районного суда от 04.07.2019 г. 

Кроме того, адвокат просит учесть, что показания свидетеля С4 в ходе предварительного следствия также содержат противоречия, поскольку с того места, где находился этот свидетель, невозможно видеть и слышать все, что происходило между подсудимым и потерпевшим. Недостоверность изложенных свидетелем сведений подтверждается записью камер видеонаблюдения, на которой не видно присутствия С4 возле полицейского автомобиля и не видно, чтобы М. уходил в направлении мусорных бачков, чтобы сообщить о боли в руке С4. 

По мнению адвоката, показания потерпевшего М., являются противоречивыми и не соответствующими фактическим обстоятельствам дела, поскольку противоречат выписке из банковской карты ФИО1, видеозаписи, протоколу об административном правонарушении, показаниям свидетелей С4, С3 и С2, заключению судебно-медицинской экспертизы, акту медицинского освидетельствования Попова. 

В частности, недостоверны показания потерпевшего что свидетели, С3, С2 и С4 присутствовали в момент удара у входа в магазин «Семья», что ФИО1 находился в состоянии сильного алкогольного опьянения, в части времени совершения преступлений, о том, что ранее не знал С2 и С3, о состоянии своего здоровья, о наличии перелома, полученного в результате удара Попова, и локализации этого удара, своих действий, совершенных в отношении Попова, а также иных обстоятельствах, относящихся к предмету доказывания.

Оценивая заключение судебно-медицинской экспертизы № 1853, адвокат обращает внимание на показания эксперта Н., которая указала, что при определении давности образования ушиба, основывалась прежде всего на пояснения М., поскольку методика определения давности отсутствует. 

Таким образом, адвокат указывает на необходимость проведения дополнительной комплексной судебно-медицинской экспертизы, в том числе, для решения вопроса о возможности появления ушиба в другое время, возможности возникновения болезненной отечности 

<

...>, однако его ходатайство было необоснованно отклонено судом. Просит учесть, что потерпевший не предоставил амбулаторную карту для проведения судебно-медицинской экспертизы. 

Далее адвокат в жалобе указывает на исследованные в ходе судебного следствия выписки из банковской карты ФИО1, согласно которым он приобрёл продукты в магазине «Семья» 17 мая 2019 г. в 16 час.36 мин., что соответствует видеосъёмке с CD-диска и записью с тыльной стороны от входа магазина «Семья», произведенной в период с 16 час.38 мин по 16 час.49 мин.39 сек. от 17 мая 2019 г., что противоречит времени совершения преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ, установленного как период 16 часов 30 минут до 16 часов 40 минут 17 мая 2019 года, и свидетельствует о нарушении требований ст. 252 УПК РФ, поскольку суд первой инстанции вышел за пределы предъявленного обвинения, существенно изменив фактические обстоятельства установленные в ходе судебного рассмотрения. 

При этом ходатайство стороны защиты о возвращении уголовного дела прокурору в связи с неустановлением времени, места и иных обстоятельств, судом необоснованно оставлено без удовлетворения. 

По мнению защитника, оснований ссылаться на показания свидетелей С3 и С2, потерпевшего М., утверждавших в ходе следствия, что видели нанесение удара П-вым по руке М. возле входа в магазин «Семья», у суда не имелось. Кроме того, адвокат выражает несогласие с отказом суда в удовлетворении ходатайства в проведении лингвистической экспертизы, поскольку показания свидетелей С3 и С2, данные в ходе следствия, фактически произведены путем компьютерного копирования показаний М. с их частичным изменением. 

Адвокат в жалобе обращает внимание на нарушение судом состязательности процесса, выразившееся в отказе в удовлетворении иных ходатайств стороны защиты, направленных на сбор доказательств, связанных с установлением обстоятельств дела, В частности, отказ в истребовании приказа Калининского УМВД СПб «О распределении административных участков участковых уполномоченных полиции Калининского района Санкт-Петербурга» для установления номера участка, который обслуживает потерпевший, поскольку его показания в этой части противоречивы. Отказ в допросе понятых, присутствовавших при составлении протокола об АП в 16 часов 40 мин. 17 мая 2019 г. в дежурной части 

<

...> отдела полиции СПб, и в допросе директора «Семья», которая предоставила справку об отсутствии видеосъёмки по техническим причинам, при этом часть видеозаписи была получена потерпевшим М.. 

Адвокат полагает, что суд необоснованно отказал в дополнительном осмотре CD-диска с видеозаписью, поскольку в судебном заседании просмотренный файл был произведен в ускоренном режиме и события происходившие на файле в течении 11 минут, на видео происходили в течении 25 секунд.

Перечисленные обстоятельства, по мнению защитника, повлияли на законность и обоснованность приговора, в связи с чем он подлежит отмене, а уголовное дело – возвращению прокурора Калининского районного суда Санкт-Петербурга в порядке ст. 237 УПК РФ.

В судебном заседании осужденный ФИО1 и адвокат Брызгина А.И. поддержали доводы жалобы, просили приговор суда отменить, уголовное дело возвратить прокурору.

Прокурор Минина А.Г. возражала против доводов жалобы, полагала приговор суда законным, обоснованным и справедливым.

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, проверив доводы апелляционной жалобы, выслушав мнение сторон, приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, вина осужденного ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ст. 318 ч.1, ст. 319 УК РФ установлена совокупностью собранных доказательств, правильно оцененных судом, и подтверждается, в том числе, 

показаниями потерпевшего – 

<

...> участкового уполномоченного 

<

...> отдела полиции УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга М. об обстоятельствах совершенных в отношении него преступлений, в частности, о том, что 17.05.2019 он заступил на службу по охране общественного порядка. Около 16:30 примерно в 10 метрах от входа в магазин «Семья», расположенного по адресу: 

<

адрес>, он увидел ранее незнакомого Попова, который выражался нецензурной бранью, при этом имел признаки алкогольного опьянения, был агрессивно настроен. Он сделал Попову замечание и попросил предъявить документы, на что тот показал проездную карточку. Он (М.) предложил Попову проехать в отдал полиции для составления протокола об административном правонарушении, после чего Попов сказал, что никуда не поедет, ударил его по левой руке в область предплечья – в сгиб локтевого сустава, причинив ему сильную физическую боль, оскорбил его грубой нецензурной бранью и убежал. Он стал преследовать Попова на служебном транспорте, настиг его за магазином «Семья» возле склада для мусорных отходов и сказал, чтобы тот сел в служебный автомобиль, после чего Попов вновь стал громко кричать, выражаясь в его адрес нецензурной бранью, словесно оскорбляя его как сотрудника полиции, делая это в присутствии мужчины и женщины, оказавшимися С3 и С2. С помощью С3 ему удалось усадить Попова, который сопротивлялся, в автомобиль. После этого к нему подошел С4, который сказал, что он видел и слышал, как Попов вырывался и кричал нецензурной бранью. Далее он с П-вым проследовал в 

<

...> отдел полиции для составления административного материала, после чего обратился в травмпункт; 

показаниями свидетеля С2, данными им в ходе предварительного следствия, в том числе, в ходе очной ставки с обвиняемым ФИО1, и подтвержденными в суде, согласно которым она подсудимого не знала, 17.05.2019 около 16:30 она гуляла с С3, около магазина «Семья», расположенного на углу ул.Академика Байкова и Светлановского проспекта увидела их участкового М. в форменном обмундировании, который разговаривал с мужчиной, как потом выяснилось, ФИО1, который выражался грубой нецензурной бранью и вел себя неадекватно, ударил М. по левой руке и убежал за магазин «Семья», после чего она с С3 пошли за М. за магазин и заметили, как Попов сидел на корточках рядом со складом для отходов. Далее М. пытался усадить Попова в автомобиль «УАЗ», но он сопротивлялся, и С3 помог участковому усадить Попова в автомобиль. Попов вел себя неадекватно, выражался в адрес участкового нецензурной бранью, оскорблял его.

показаниями свидетеля С3, данными им в ходе предварительного следствия, в том числе, в ходе очной ставки с обвиняемым ФИО1, и подтвержденными в суде, о том, что 17.05.2019 около 16:30 он находился у магазина «Семья» адресу: 

<

адрес>, и увидел участкового М. в форменной одежде, которого ФИО1, выражавшийся грубой нецензурной бранью, около магазина ударил по руке, после чего убежал за магазин «Семья», а участковый сел в автомобиль и поехал за ним. Они со С2 пошли туда же, за магазин и увидели, как Попов прячется за мусорными баками. Участковый М. попросил Попова проследовать в служебный автомобиль, на что Попов стал ругаться матом в адрес участкового. М. попросил его (С3) усадить Попова в автомобиль «УАЗ», при этом Попов сопротивлялся, находился в состоянии алкогольного опьянения, выражался в адрес участкового нецензурной бранью. Когда Попов ударил участкового, он (С3) находился на расстоянии примерно 5 метров. Пытаясь усадить Попова в автомобиль, М. жаловался на боль в руке;

показаниями свидетеля С4, данными им в ходе предварительного следствия, и исследованными в порядке ст.281 ч.3 УПК РФ, согласно которым он подрабатывает дворником у магазина «Семья», расположенного по адресу: 

<

адрес>, 17.05.2019 около 16:30 он находился у мусорных бачков за магазином «Семья», увидел, как ему навстречу бежит мужчина, как потом выяснилось – ФИО1, который спрятался за мусорными баками, после чего на территорию заехала полицейская машина «УАЗ», из которой вышел сотрудник полиции в форме – М., который потребовал мужчину пройти в полицейскую машину, в ответ на это Попов стал выражаться в адрес сотрудника грубой нецензурной бранью, на замечания М. не реагировал. Затем М. и еще один мужчина усадили Попова в служебный автомобиль, после чего М. пожаловался ему (С4) на сильную боль в левой руке.

В основу приговора судом также обоснованно положены иные доказательства, в том числе,

протокол осмотра места происшествия от 01.09.2019 (с фототаблицей), проведенный с участием потерпевшего М., в ходе которого потерпевший указал на место нанесения ему удара ФИО1 в область предплечья – участок местности, расположенный непосредственно около входа в административное здание по адресу: 

<

адрес>, в котором расположен магазин «Семья», и на место, куда побежал ФИО1 и где последний оскорблял потерпевшего – участок местности за домом 

<

адрес> в Санкт-Петербурге, около мусорных баков, расположенных под навесом (т.1. л.д.161-169);

заявление М. от 17.05.2019 о привлечении к уголовной ответственности ФИО1; 

копии листов книги задержанных, согласно которой ФИО1 был доставлен в отдел полиции УУП М. 17.05.2019 в 16:40 в связи с административным правонарушением (ст.20.1 ч.1 КоАП РФ);

сведения о закреплении автомобилей за водителями, согласно которому М. 17.05.2019 в 09:00 принял автомобиль УАЗ 

<

...>; 

график работы, согласно которому 17.05.2019 рабочая смена М. начиналась в 15:00;

должностной регламент старшего участкового уполномоченного полиции, согласно которому в должностные обязанности старшего участкового уполномоченного полиции входит, в том числе, пресечение противоправных деяний, производство профилактического обхода административного участка;

выписка из приказа начальника УМВД России по Калининскому району Санкт-Петербурга № 5 л/с от 26.01.2015 о назначении с 01.02.2015 М. на должность 

<

...> участкового уполномоченного 

<

...> отдела полиции УМВД России по Калининскому району г. Санкт-Петербурга (т.1, л.д.31);

копия протокола об административном правонарушении от 17.05.2019 в отношении ФИО1; 

заключение судебно-медицинской экспертизы, согласно выводам которой у М. установлен ушиб 

<

...> левого локтевого сустава в виде болезненной отечности (1). Это повреждение не влечет за собой кратковременного расстройства здоровья и расценивается как повреждение, не причинившее вреда здоровью. Характер повреждения свидетельствует о том, что оно возникло от действия тупого твердого предмета по механизму удара или давления, не исключена возможность его образования от удара кулаком, в указанный в постановлении срок (17.05.2019). Для образования повреждения достаточно одного травмирующего воздействия; 

протокол выемки 17.08.2019 у потерпевшего М. видеозаписи с камер наружного наблюдения, расположенных на магазине «Семья», расположенном по адресу: 

<

адрес>;

протокол осмотра признанного вещественным доказательством CD-R диска с видеозаписью (т.1, л.д.195-198), а также результаты исследования указанного вещественного доказательства в ходе судебного заседания с участием подсудимого, потерпевшего и свидетелей С3 и С2, согласно которым на видеозаписи отображен участок местности, который согласно пояснениям всех участвующих лиц является участком за магазином «Семья», где расположены мусорные баки; на видеозаписи имеется отображение экрана, на котором указана дата 05-17-2019 и время. На записи отображено, как в 16:40:12 в кадр начинает въезжать автомобиль УАЗ 

<

...>, также виден человек, движущийся в сторону от автомобиля. Далее автомобиль останавливается, из него со стороны водительского сидения выходит мужчина в форменной одежде сотрудника полиции, проходит вперед, выходит из кадра, в течение нескольких секунд возвращается, при этом ведет к автомобилю другого мужчину, указанные лица подходят к автомобилю, после чего заходят за него, конкретные действия, происходящие за автомобилем, не видны. Затем мужчина садится в автомобиль, после чего к автомобилю подходит еще один мужчина, дверь открывается и происходит разговор между водителем и подошедшим мужчиной, после чего служебный автомобиль полиции уезжает. Согласно пояснениям потерпевшего М. указанная запись является записью исследуемых событий, человеком, движущимся в сторону от автомобиля, являлся Попов, с которым он позже возвращается к автомобилю, при этом ведет Попова левой рукой; человеком, который подошел к автомобилю и разговаривал с ним, являлся С4. Согласно пояснениям свидетеля С2 она себя и С3 на записи не видит, автомобиль полиции соответствует тому, который она видела. Согласно пояснениям свидетеля С3, он себя на записи не видит, сотрудник полиции похож на М., место расположения автомобиля полиции соответствует месту, где Попова сажали в машину, он и С2 подошли с левой стороны кадра, куда машина развернута задней частью, которая в кадре не видна, позже ушли в ту же сторону; подсудимый относимости видеозаписи к рассматриваемым событиям не отрицал;

акт медицинского освидетельствования, согласно которому 17.05.2019 в 21:05 у ФИО1 в выдыхаемом воздухе обнаружен алкоголь в концентрации 0,132 мг/л, состояние опьянения не установлено. 

Анализ собранных по делу и исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств свидетельствуют о правильности установления судом фактических обстоятельств дела и вывода о доказанности вины ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ст. 318 ч.1, ст. 319 УК РФ.

Оснований для отмены приговора суда по доводам апелляционной жалобы адвоката Мазаева Р.А. суд апелляционной инстанции не усматривает.

Все доказательства, положенные в основу приговора, тщательно исследованы в ходе судебного разбирательства, подробно приведены в судебном решении и надлежащим образом оценены в приговоре как отдельно, так и в совокупности, выводы суда об их относимости, допустимости, достоверности и достаточности для вынесения обвинительного приговора в отношении ФИО1 являются обоснованными.

Вопреки доводам жалобы, суд обоснованно положил в основу приговора показания потерпевшего М., свидетелей С2, С3, поскольку они являются достоверными, не содержат противоречий, которые могут повлиять на выводы суда о виновности ФИО1 и о квалификации его действий, взаимно дополняют друг друга, согласуются с протоколами следственных действий, заключением судебной экспертизы. 

Апелляционный суд также соглашается с выводами суда первой инстанции о достоверности показаний свидетеля С4, данных им в ходе предварительного следствия, поскольку именно эти показания объективно согласуются с иными собранными по делу доказательствами, в том числе, показаниями потерпевшего М., протоколом осмотра вещественного доказательства - CD-R диска с видеозаписью.

При этом апелляционный суд учитывает, что допрос потерпевшего и свидетелей в ходе предварительного и судебного следствия произведен с соблюдением требований УПК РФ. Объективных данных, свидетельствующих о наличии у потерпевшего и свидетелей оснований для оговора подсудимого, суду представлено не было. 

Суд обоснованно признал несостоятельными показания свидетеля С4 о том, что в ходе предварительного следствия он дал недостоверные показания по обстоятельствам преступления, фактическим свидетелем которых не был, поскольку об этом его попросил потерпевший в обмен на прекращение уголовного дела в отношении самого С4, потерпевшим по которому также является М. При этом суд правомерно сослался на показания следователя С5, допрошенного в качестве свидетеля, согласно которым он допрашивал свидетеля С4, какого-либо давления на него не оказывал, показания записаны со слов свидетеля, который прочитал протокол, замечаний не имел. О том, что М. являлся потерпевшим по другому уголовному делу, подсудимым по которому был С4, он (С5) не знал. Допрошенный по этим обстоятельствам потерпевший М. факт оказания давления на свидетеля С4 также отрицал. Кроме того, в ходе судебного разбирательства свидетель С4 неоднократно заявлял о том, что потерпевший настаивал на даче им (С4) показаний об имевшем месте избиении М., свидетелем которого якобы был С4 Вместе с тем, согласно показаниям С4, данным им в ходе предварительного следствия, последний не указывал на то, что был свидетелем нанесения П-вым ударов М.. Вопреки доводам адвоката, показания С4 положены в основу приговора только в качестве доказательства совершения ФИО1 преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ, поскольку, как указано выше, С4 не был очевидцем нанесения ФИО1 удара М.

При таких обстоятельствах факт вынесения Калининским районным судом Санкт-Петербурга 4 июля 2019 года приговора в отношении С4, по которому М. также является потерпевшим, не ставит под сомнение выводов суда о достоверности показаний свидетеля, данных в ходе предварительного следствия в рамках настоящего уголовного дела.

При этом апелляционный суд не усматривает противоречий в показаниях данного свидетеля, признанных судом достоверными, поскольку его показания и показания потерпевшего М. согласуются между собой и подтверждаются записью камеры видеонаблюдения в части, касающейся отображения на ней разговора, состоявшегося на месте преступления, между С4 и М..

Апелляционный суд также находит несостоятельными доводы защитника о противоречивости показаний потерпевшего М., поскольку показания потерпевшего в ходе предварительного и судебного следствия носят последовательный характер, подтверждаются иными собранными доказательствами, приведенными в приговоре и надлежащим образом оцененными судом.

Вопреки доводам жалобы, свидетели С2 и С3 в ходе предварительного следствия указывали на то, что видели, как Попов выражался нецензурно, ударил потерпевшего по руке, затем убежал за магазин «Семья», куда они также проследовали, и стали очевидцами того, как потерпевший пытался усадить в машину ФИО1, который сопротивлялся, выражался нецензурно в адрес М., оскорблял его. Данные показания, которые свидетели подтвердили в суде, объективно согласуются с показаниями потерпевшего, заключением судебно-медицинской экспертизы, показаниями свидетеля С4, данными им в ходе предварительного следствия.

Судом сделан обоснованный вывод об относимости и допустимости вещественного доказательства - CD-R диска с видеозаписью, поскольку данное доказательство было получено с соблюдением предусмотренной уголовно-процессуальным законом процедуры, осмотрено в ходе предварительного следствия, а также в ходе судебного разбирательства с участием потерпевшего, свидетелей С2 и С3, которые подтвердили, что запись относится к исследуемым событиям, сделали соответствующие комментарии, указав о своем месторасположении. Подсудимый ФИО1 также не оспаривал относимость данного доказательства.

Апелляционный суд принимает во внимание показания потерпевшего М. о том, что данная видеозапись была сделана им на камеру своего мобильного телефона в день происшествия 17 мая 2019 года с видеозаписи камеры наружного наблюдения магазина «Семья». Таким образом, ответ директора магазина «Семья» на запрос следователя от 27 июня 2019 года, то есть спустя более месяца после события преступления, об отсутствии видеозаписи, не ставит под сомнение достоверность представленной потерпевшим видеозаписи. 

То обстоятельство, что хронометраж записи согласно отраженному на ней времени составляет 11 минут, а в судебном заседании видеозапись была воспроизведена в ускоренном режиме, также не свидетельствует о недопустимости данного доказательства, поскольку относимость данной записи к делу после ее просмотра в суде была подтверждена потерпевшим и свидетелями С3 и С2, которые не указывали на то, что запись в таком формате не позволяет идентифицировать либо искажает отображенные на ней события. 

Судом правомерно не усмотрено оснований для назначения дополнительной комплексной судебно-медицинской экспертизы. Мотивируя свое решение в этой части суд обоснованно согласился с изложенными в экспертом заключении выводами, указав на то, что экспертиза была проведена экспертом, имеющим значительный стаж экспертной работы, предупрежденным об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, исследовательская часть экспертизы содержит подробный анализ и мотивы, по которым эксперт пришел к соответствующим выводам.

Кроме того, в ходе судебного разбирательства был допрошен эксперт Н., которая подтвердила выводы судебно-медицинской экспертизы, и пояснила, что представленные ей медицинские документы были достаточными для ответа на вопросы, поставленные следователем; вопрос о давности установленного повреждения решался исходя из сведений, изложенных в базовых монографиях по хирургии, травматологии, судебной медицине и иных источниках медицинской литературы, конкретного нормативного документа, закрепленного приказом министерства, не имеется. Также эксперт изобразила схему, на которой указала расположение локтевого сустава, который формируется на стыке между нижней третью области плеча и верхней третью области предплечья.

При таких обстоятельствах, доводы защитника о возможности возникновения болезненной отечности левого локтевого сустава потерпевшего 

<

...>, несостоятельны, поскольку экспертом сделаны однозначные выводы о возникновении данного повреждения от действия тупого твердого предмета по механизму удара или давления, при этом не исключена возможность его образования от удара кулаком, в указанный в постановлении срок (17.05.2019), от одного травмирующего воздействия. При этом ходатайств о предоставлении каких-либо дополнительных документов на потерпевшего экспертом не заявлялось, сведения о невозможности дать заключение в деле также отсутствуют. 

Вопреки доводам жалобы, суд правильно установил время совершения преступлений, в том числе преступления, предусмотренного ст. 319 УК РФ, которое не выходит за рамки предъявленного ФИО1 обвинения. При этом суд обоснованно учел показания потерпевшего и свидетелей, а также отраженные в представленном суду отчете о движении денежных средств по банковской карте ФИО1 сведения о времени осуществления им банковской операции, которая была зафиксирована банком 17.05.2019 в 16:36., а также документы (материалы КУСП, административного производства) согласно которым Попов был доставлен в отдел полиции в 16:40. 

При таких обстоятельствах сведения, содержащиеся на видеозаписи, согласно которой автомобиль под управлением М. в 16 часов 40 минут только подъехал с обратной стороны магазина, после чего произошли события, относящиеся к преступлению, предусмотренному ст. 319 УК РФ, как правильно указал суд, не могут являться безусловным доказательством времени совершения данного преступления, поскольку данные о точном соответствии времени, установленного на видеозаписывающем устройстве, реальному времени, у суда отсутствовали. А иные достоверные доказательства позволили суду сделать правильный вывод о времени совершения ФИО1 преступлений в период с 16 часов 30 минут до 16 часов 40 минут 17.05.2019.

Апелляционный суд не усматривает нарушения принципа состязательности сторон при рассмотрении настоящего дела судом первой инстанции, о чем указывает в жалобе адвокат. В соответствии с требованиями ст. 271 УПК РФ суд разрешил все заявленные ходатайства и мотивировал принятые по ним решения, которые являются правильными. Кроме того, с учетом наличия у суда исчерпывающих данных относительно обстоятельств, подлежащих доказыванию по уголовному делу, отказ в удовлетворении заявленных защитой ходатайств не отразился на правильности принятого по делу решения.

При этом суд апелляционной инстанции не усматривает нарушений требований уголовно-процессуального закона при допросе свидетелей С3 и С2 в ходе предварительного следствия, а потому соглашается с выводами суда об отсутствии оснований для проведения лингвистической экспертизы протоколов допросов указанных лиц. 

Также апелляционный суд не усматривает неполноты предварительного следствия, выразившегося, по мнению защитника, в отсутствии приказа Калининского УМВД СПб «О распределении административных участков участковых уполномоченных полиции Калининского района Санкт-Петербурга», поскольку занимаемая М. должность 

<

...> участкового уполномоченного 

<

...> отдела полиции УМВД России по Калининскому району г.Санкт-Петербурга, а также его полномочия и график несения службы 17 мая 2019 года были надлежащим образом установлены судом на основании исследованных доказательств. Оснований для удовлетворения ходатайства защитника в части допроса понятых, присутствовавших при составлении протокола об АП в 16 часов 40 мин. 17 мая 2019 г. в дежурной части 

<

...> отдела полиции СПб, а также в части допрос директора «Семья»

<

...> С1, которая предоставила справку об отсутствии видеозаписи от 17 мая 2019 года суд первой инстанции обоснованно не усмотрел, при этом пришел к правильному выводу о достаточности доказательств для установления обстоятельств, подлежащих доказыванию, и постановления обвинительного приговора в отношении ФИО1 

Неустановление у ФИО1 в ходе медицинского освидетельствования состояния алкогольного опьянения в момент совершения инкриминируемых деяний не свидетельствует о его невиновности и не ставит под сомнение показания потерпевшего и свидетелей С3 и С2, высказавших по данному поводу свое субъективное мнение.

Таким образом, выводы суда о виновности ФИО1 в совершении преступлений, предусмотренных ст. 318 ч.1, ст. 319 УК РФ, основаны на исследованных в ходе судебного следствия доказательствах, собранных с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в связи с чем сомнений в правильности юридической квалификации действий осужденного у судебной коллегии не имеется.

Оснований для отмены приговора суда и возвращения уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ. 

Наказание осужденному ФИО1 назначено в соответствии с законом, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности осужденного и обстоятельств, влияющих на наказание. 

При назначении наказания в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, судом учтено, что ФИО1 впервые привлекается к уголовной ответственности, совершил преступления небольшой и средней тяжести, является лицом пенсионного возраста, работает, имеет хронические заболевания, и сделан обоснованный вывод о возможности исправления подсудимого без реальной изоляции от общества, с назначением ему наказания в виде штрафа. 

Назначенное ФИО1 наказание является справедливым по виду и размеру. Оснований для его смягчения апелляционный суд не усматривает, поскольку все обстоятельства, влияющие на определение вида и размера наказания, учтены судом при его назначении.

Гражданского иска потерпевшего о компенсации морального вреда разрешен судом правильно. При определении размера компенсации суд руководствовался требованиями справедливости и соразмерности, учел характер причиненных потерпевшему преступлениями физических и нравственных страданий, степень вины подсудимого и его материальное положение. Оснований для изменения приговора суда в этой части апелляционный суд также не усматривает. 

На основании изложенного и руководствуясь ст.389.13, ст. 389.20, ст. 389.28, ст. 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Приговор Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 20 ноября 2020 года в отношении ФИО1 оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Мазаева Р.А. – без удовлетворения. 

Кассационные жалоба, представление на приговор, решение Санкт-Петербургского городского суда, вынесенное в апелляционном порядке, могут быть поданы в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции через районный суд в течение шести месяцев. 

В случае пропуска указанного выше срока или отказа в его восстановлении кассационная жалоба, представление на приговор или иное итоговое судебное решение могут быть поданы непосредственно в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции. 

Осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции. 

Председательствующий: