Дело № 2-1217/17

Р Е Ш Е Н И Е

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

8 сентября 2017года г.Красноярск 

Советский районный суд г.Красноярска в составе: 

председательствующего судьи Колывановой О.Ю.,

с участием прокурора Кускашева В.А.,

при секретаре Алексеевой Е.Е., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда, 

У С Т А Н О В И Л:

Истцы обратились в суд с иском к ответчику, мотивируя тем, что их отец (

<

данные изъяты>.) ДД.ММ.ГГГГ. обращался в КГБУЗ «ККБ», поскольку ответчиком медицинская помощь не была своевременно оказана, в этот день он умер. Просили взыскать с ответчика в их пользу в счет компенсации морального вреда 1 000 000руб.

В судебном заседании истцы, представитель ФИО1-ФИО3 (по ходатайству) на удовлетворении заявленных требований настаивала.

Представитель ответчика ФИО4 (по доверенности) полагала требования не подлежащими удовлетворению.

Суд, выслушав стороны, принимая во внимание заключение прокурора, полагавшего заявленные требования не подлежащими удовлетворению, исследовав материалы гражданского дела, оценив показания допрошенного свидетеля, считает исковые требования не подлежащими удовлетворению. 

Как следует из ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ. умер 

<

данные изъяты>. (свидетельство о смерти-л.д.4).

ФИО2, Коротких (до заключения брака-Тарасова) А.Г. – дочери ФИО5 (свидетельства о рождении, свидетельство о заключении брака-л.д.5-7).

Из медицинской карты 

<

данные изъяты> представленной в материалы дела КГБУЗ «ККБ», (л.д.34-73) следует, что 

<

данные изъяты> был доставлен ДД.ММ.ГГГГ. в КГБУЗ «ККБ» скорой медицинской помощью, ему проведено обследование, после которого рекомендовано амбулаторное лечение. 

Из пояснений истцов и представителя, данных в ходе судебного разбирательства, следует, что ответчиком не оказана в полном объеме медицинская помощь 

<

данные изъяты>., при условии помещения в стационар и наблюдения за пациентом ему могла быть сохранена жизнь. Физические и нравственные страдания истов заключаются в том, что в сложившейся ситуации, связанной с потерей близкого человека, истцы испытали стресс, подавленность, небольшие нервные срывы. 

<

данные изъяты> проживал со своей супругой, истцы с ним вместе не проживали, но поддерживали общение.

Как следует из возражений представителя ответчика, по общему правилу ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если имеются доказательства наличия вины. При этом из представленных в материалы дела документов не следует наличие вины ответчика, пациент поступил в больницу в связи имеющимися у него заболеванием, возникшим без участия КГБУЗ «ККБ». Как следует из заключения судебно-медицинской экспертизы, пояснений допрошенного судом 

<

данные изъяты>, дополнительного лечения в условиях стационара пациенту не назначалось, потому что все, что требовалось пациенту, было назначено амбулаторно. Наступление внезапной смерти предотвратить в условиях стационара было бы не возможно. Какой-либо связи между действиями персонала КГБУЗ «ККБ» и наступлением смерти в ходе судебного разбирательства не установлено, в удовлетворении требований надлежит отказать.

Свидетель 

<

данные изъяты>. суду пояснил, что пациенту 

<

данные изъяты> при поступлении в приемное отделение КГБУЗ Краевая клиническая больница» были взяты общий анализ крови, биохимия, выполнена электрокардиография, ЭКГ в динамике, рентгенография грудной клетки, и выставлен диагноз - 

<

данные изъяты>. В дальнейшем пациент отпущен на амбулаторное лечение. Существуют определенные показания для экстренной госпитализации, наличие типичного болевого приступа, наличие изменений в лабораторных показателях, не стабильное состояние, критически высокое артериальное давление, дыхательная недостаточность, с учетом таких показателей врач определяет нестабильную стенокардию, таких данных у пациента не было. На момент осмотра у пациента отсутствовала угроза жизни. При госпитализации пациента ленты его ЭКГ остаются в истории болезни, а если ему отказывают в госпитализации, то ему на руки отдаются ленты ЭКГ. В больнице имеется только амбулаторная карта, которая заведена при поступлении пациента. Ситуация развития заболеваний такого рода такова, что около 50% пациентов умирают дома внезапно, более половины пациентов, у которых развивается 

<

данные изъяты>, не успевают даже вызвать скорую помощь в момент нарушения сердечного ритма, который наступает от спазма. По материалам вскрытия у пациента по данному делу не было каких-то серьезных кардинальных нарушений, на кардиограмме также не были обнаружены изменения. Из акта медицинского исследования трупа следует, что 

<

данные изъяты>, но данные показания не являются основанием для проведения хирургических вмешательств. Пациентам с такими признаками показана медикаментозная терапия. Наличие 

<

данные изъяты> говорит о том, что 

<

данные изъяты>, который может вызвать смерть, не было, а спазм, который приводит к развитию нарушения 

<

данные изъяты>, предусмотреть практически невозможно. Причины появления спазма могут быть различными, это может быть физическая нагрузка, повышение артериального давления. В момент осмотра у пациента показатели были нормальные, динамика была в нормальном состоянии, кардиограмма пациента врача не смутила, давление было в пределах нормальных цифр. При наличии определенных критических показателей врач рекомендует госпитализацию, но у пациента их не было. В подобных ситуациях при внезапно возникающем спазме и нарушениях 

<

данные изъяты> предотвратить летальный исход пациента практически не возможно, поскольку мониторное наблюдение за пациентами не предусмотрено, процент риска смертельного исхода в палате, особенно в период сна, такой же, как и дома. 

По ходатайству представителя истцов ФИО6 по делу назначена судебно-медицинская экспертиза, на разрешение экспертов поставлены вопросы: 

1.Какие заболевания имелись у 

<

данные изъяты>. на момент обращения в КГБУЗ «ККБ»?

2.Имелись ли объективные данные, свидетельствующие о необходимости круглосуточного врачебного наблюдения за 

<

данные изъяты>., помещения его в стационар на момент его обращения за оказанием медицинской помощи?

3.Каков механизм наступления смерти 

<

данные изъяты>., носит ли он острый (внезапный) характер? Имеется ли причинно-следственная связь между некачественно оказанной КГБУЗ «ККБ» медицинской помощью и смертью 

<

данные изъяты>.?

4.При наличии имеющихся у 

<

данные изъяты>. заболеваний какова вероятность острой (внезапной) смерти 

<

данные изъяты>. в случае его госпитализации после обращения за оказанием медицинской помощи?

5.Правильно ли установлен диагноз 

<

данные изъяты>. на момент его обращения за медицинской помощью, в полном ли объеме оказана медицинская помощь, соответствовали ли рекомендации, данные 

<

данные изъяты>. в приемном отделении КГБУЗ «ККБ», состоянию его здоровья, имеющейся симптоматике и требованиям утвержденных порядков оказания медицинской помощи?

Оценивая вышеуказанные обстоятельства дела, представленные сторонами доказательства, суд приходит к выводу о том, что обстоятельства указанные истцами, ссылавшимися на некачественное оказание медицинской помощи 

<

данные изъяты>., не нашли свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, опровергаются экспертным заключением № от ДД.ММ.ГГГГ., из которого следует: 

По данным медицинских документов при обращении 

<

данные изъяты>. в КГБУЗ «ККБ» у него имелись следующие заболевания: Основное заболевание- 

<

данные изъяты>. Фоновое заболевание: 

<

данные изъяты> тяжелое течение. Вопрос о тактике ведения больного решает лечащий, либо дежурный врач. Врач кардиолог 

<

данные изъяты>. провела 

<

данные изъяты> обследование (осмотр, ЭКГ, лабораторная диагностика), по полученным результатам исключила наличие 

<

данные изъяты> и выставила диагноз: 

<

данные изъяты>. Однако провести дифференциальную диагностику 

<

данные изъяты>, уточнить наличие у 

<

данные изъяты>. показаний для госпитализации, не представляется возможным ввиду отсутствия лент ЭКГ для оценки его состояния и динамики. По описанной в медицинской карте клинической симптоматике, у 

<

данные изъяты> на момент осмотра КГБУЗ «ККБ», имелась 

<

данные изъяты>, для наблюдения которой целесообразнее было его госпитализировать в кардиологическое отделение для круглосуточного врачебного наблюдения, проведения коронарографии и реваскуляризации миокарда, согласно Приказу МЗРФ № 198н от 15.11.2012г. «Об утверждении порядка оказания медицинской помощи больным с сердечнососудистыми заболеваниями». Причиной смерти 

<

данные изъяты> явилась острая форма 

<

данные изъяты>, обусловленная 

<

данные изъяты>, сопровождавшаяся нарушением сократительной функции 

<

данные изъяты>, что и явилось непосредственной причиной смерти. 

<

данные изъяты> внезапно, протекала на фоне самостоятельного длительно существующего заболевания – 

<

данные изъяты>, поэтому причинно-следственной связи между оказанной медицинской помощью в КГБУЗ «ККБ» и смертью 

<

данные изъяты> не усматривается. При условии госпитализации после обращения 

<

данные изъяты> за медицинской помощью, при наличии имеющихся у него заболеваний 

<

данные изъяты>, риск развития 

<

данные изъяты>, явившейся причиной его смерти, тоже высок. Диагноз: 

<

данные изъяты>», поставленный 

<

данные изъяты> на момент обращения за медицинской помощью в приемном отделении КГБУЗ «ККБ» установлен правильно. Диагностические мероприятия проведены в полном объеме. 

Оценивая изложенное суд приходит к следующему. 

В соответствии с п. 1 ст. 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 настоящего Кодекса.

На основании ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с ч. 2 ст. 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная 

<

данные изъяты> и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной 

<

данные изъяты>, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Из анализа вышеприведенных норм права следует, что моральный вред возмещается на общих условиях ответственности за причинение вреда (если это только прямо не предусмотрено законом), при наличии одновременно четырех условий: вреда, противоправного поведения (действия, бездействия) причинителя вреда, причинной связи между противоправным поведением и наступившим вредом и вины причинителя вреда.

Как следует из заключения проведенной по делу судебно-медицинской экспертизы, 

<

данные изъяты> возникла у 

<

данные изъяты> внезапно и протекала на фоне самостоятельного длительно существующего заболевания – 

<

данные изъяты>, поэтому причинно-следственной связи между оказанной медицинской помощью в КГБУЗ «ККБ» и смертью 

<

данные изъяты> не усматривается.

Эксперты пришли к выводу о том, что при условии госпитализации после обращения 

<

данные изъяты> за медицинской помощью, при наличии имеющихся у него заболеваний 

<

данные изъяты>, риск развития 

<

данные изъяты>, явившейся причиной его смерти, тоже высок. Диагноз: 

<

данные изъяты> поставленный 

<

данные изъяты>. на момент обращения за медицинской помощью в приемном отделении КГБУЗ «ККБ» установлен правильно. Диагностические мероприятия проведены в полном объеме.

При таких обстоятельствах суд не усматривает вины в действиях ответчика.

Истцы, дочери ФИО5, ссылались на ухудшение состояния их здоровья в связи с нахождением в стрессовой ситуации, связанной со смертью отца. 

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями п. 3 ст. 123 Конституции РФ и ст. 12 ГПК РФ, закрепляющими принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В этой связи правовых оснований для удовлетворения требований о взыскании компенсации морального вреда у суда не имеется, в удовлетворении требований суд полагает отказать.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, 

Р Е Ш И Л:

Отказать ФИО1, ФИО2 в удовлетворении исковых требований к Краевому государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Краевая клиническая больница» о взыскании компенсации морального вреда. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Красноярский краевой суд через Советский районный суд г.Красноярска в течение месяца с даты составления мотивированного решения суда, т.е., с 25.09.2017года

Председательствующий О.Ю.Колыванова