Дело №2-47/2018 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

03 мая 2018 года пгт Пряжа

Пряжинский районный суд Республики Карелия в составе председательствующего судьи Михеевой С.А., при секретаре Гомза А.В., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску акционерного общества «Эссойла» к ФИО1 о взыскании материального ущерба,

УСТАНОВИЛ:

АО «Эссойла» обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании в порядке регресса материального ущерба в размере 449 284 руб., причиненного работником. В обоснование исковых требований указано, что ДД.ММ.ГГГГ между ЗАО «Эссойла» и ФИО1 был заключен трудовой договор б/н, на основании которого ответчик был принят на работу по профессии водителя-экспедитора. Одновременно с заключением трудового договора между сторонами был заключен договор о полной индивидуальной ответственности работника. 17.01.2017г. в нерабочее время (в 17 часов) ответчик, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, выехал на встречную полосу движения, где совершил столкновение с двигавшимся по полосе встречного движения автомобилем, в результате ДТП погиб пассажир, а автомобилю 

<

данные изъяты>, который находился у истца на основании договора аренды, заключенного с ЗАО «РМЗ», причинены механические повреждения. Согласно заключению об оценке № от 11.12.2017г. А. материальный ущерб, причиненный повреждением транспортного средства, составил за минусом годных (ликвидных) остатков 449 284 руб. На основании претензии истец возместил ущерб в указанном размере собственнику автомобиля ЗАО «РМЗ». По результатам служебного расследования по данному факту ДТП был составлен Акт и издан Приказ № от ДД.ММ.ГГГГ. «О наложении дисциплинарного взыскания за нарушение производственной дисциплины и принятых мерах по возмещению материального ущерба в связи с гибелью Автофургона 17.01.2017г.». 

Поскольку ФИО1 на момент совершения ДТП состоял в трудовых отношениях с АО «Эссойла» истец, указывая на то, что ДТП произошло во вне рабочее время, в досудебном порядке ответчик отказался возместить материальный ущерб, просит взыскать с ФИО1 в пользу АО «Эссойла» материальный ущерб в размере 449 284 руб., судебные расходы по оплате заключения в размере 6 000 руб., по оплате государственной пошлины в размере 7 700 руб. 

В процессе рассмотрения дела истец заявлением от 02.04.2018 г. увеличил исковые требования, просил взыскать с ответчика убытки, причиненные истцу в связи с утратой ответчиком коленчатого вала стоимостью 20 000 руб. и мясной продукции на сумму 4 558 руб. 16 коп. Таким образом, всего взыскать с ответчика денежную сумму в размере 473842 руб. 16 коп., судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 7998 руб. 42 коп., расходы по оплате экспертизы в размере 6000 руб.

Определением суда от 15.01.2018 г. к участию в деле в качестве третьего лица привлечено акционерное общество «Ремонтно-механический завод».

В судебном заседании представители истца АО «Эссойла» - ФИО2, ФИО3, действующие на основании доверенности исковые требования поддержали в полном объеме по основаниям, указанным в иске и заявлении об увеличении исковых требований. 

Ответчик ФИО1 в судебном заседании исковые требования не признал. Пояснил, что в день произошедшего ДТП он въезжал и выезжал из территории ЗАО «РМЗ» дважды, второй раз проводил ремонт машины; в личных целях автомобиль им не использовался, цель поездки была связана с трудовой деятельностью, ДТП произошло при его возвращении из рейса из 

<

адрес>. Факт погрузки в автомашину мясной продукции не оспаривал, однако полагал, что в ДТП она не была повреждена в полном объеме, поскольку находилась в фургоне, а удар пришелся в кабину автомашины. При списании продукции он не присутствовал, чем были нарушены его права. Коленчатый вал он в автомашину не грузил, в связи с чем ответственность за его утрату не несет.

Представитель третьего лица АО «Ремонтно-механический завод» - ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании полагала заявленные исковые требования подлежащими удовлетворению.

Заслушав стороны, свидетелей, исследовав материалы дела, материалы уголовного дела №, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 232 ТК РФ сторона трудового договора (работодатель или работник), причинившая ущерб другой стороне, возмещает этот ущерб в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами.

В силу ч. 1 ст. 233 ТК РФ материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено ТК РФ или иными федеральными законами. Каждая из сторон трудового договора обязана доказать размер причиненного ей ущерба.

В соответствии с ч. 1 ст. 238 ТК РФ работник обязан возместить работодателю причиненный ему прямой действительный ущерб.

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за его сохранность), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работником третьим лицам (ч. 2 ст. 238 ТК РФ).

Согласно ст. 241 ТК РФ за причиненный ущерб работник несет материальную ответственность в пределах своего среднего месячного заработка, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами

Согласно ч. 1 ст. 242 ТК РФ полная материальная ответственность работника состоит в его обязанности возмещать причиненный работодателю прямой действительный ущерб в полном размере.

В соответствии со статьей 243 ТК РФ материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба возлагается на работника в следующих случаях:

1) когда в соответствии с данным Кодексом или иными федеральными законами на работника возложена материальная ответственность в полном размере за ущерб, причиненный работодателю при исполнении работником трудовых обязанностей;

2) недостачи ценностей, вверенных ему на основании специального письменного договора или полученных им по разовому документу;

3) умышленного причинения ущерба;

4) причинения ущерба в состоянии алкогольного, наркотического или иного токсического опьянения;

5) причинения ущерба в результате преступных действий работника, установленных приговором суда;

6) причинения ущерба в результате административного проступка, если таковой установлен соответствующим государственным органом;

7) разглашения сведений, составляющих охраняемую законом тайну (государственную, служебную, коммерческую или иную), в случаях, предусмотренных федеральными законами;

8) причинения ущерба не при исполнении работником трудовых обязанностей.

В соответствии с разъяснениями, данными Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в пункте 4 Постановления от 16 ноября 2006 года N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", к обстоятельствам, имеющим существенное значение для правильного разрешения дела о возмещении ущерба работником, обязанность доказать которые возлагается на работодателя, в частности, относятся: отсутствие обстоятельств, исключающих материальную ответственность работника; противоправность поведения (действия или бездействие) причинителя вреда; вина работника в причинении ущерба; причинная связь между поведением работника и наступившим ущербом; наличие прямого действительного ущерба; размер причиненного ущерба; соблюдение правил заключения договора о полной материальной ответственности.

При недоказанности работодателем хотя бы одного из перечисленных обстоятельств материальная ответственность работника исключается.

Трудовое законодательство не содержит понятия умысла. Вместе с тем, исходя из общего смысла закона, умысел работника в причинении вреда имуществу работодателя состоит в том, что работник сознательно совершил действия, направленные на причинение работодателю прямого действительного ущерба, знал о наступлении таких последствий и желал их наступления либо относился к ним безразлично. При этом для привлечения к материальной ответственности необходимо наличие причинно-следственной связи между умышленными действиями работника и наступившими последствиями для работодателя.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ между ЗАО «Эссойла» и ФИО1 был заключен трудовой договор б/н, на основании которого ответчик был принят на работу по профессии водителя-экспедитора.

Одновременно с заключением трудового договора ДД.ММ.ГГГГ между сторонами был заключен договор о полной индивидуальной ответственности работника.

В период работы ФИО1 в АО «Эссойла», 17.01.2017г. в 17 часов ответчик, управляя автомобилем 

<

данные изъяты>, двигаясь по дороге «Петрозаводск-Суоярви» Пряжинского района РК в направлении 

<

адрес>, при прохождении левого поворота на 58 км автодороги «Петрозаводск-Суоярви» выехал на полосу встречного движения, где совершил столкновение с автомобилем 

<

данные изъяты>, чем нарушил п. 1.5, 8.1, 9.10 и 10.1 ПДД РФ. В результате ДТП погиб пассажир автомобиля 

<

данные изъяты> Б.

Постановлением Пряжинского районного суда РК от ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ прекращено в связи с примирением с потерпевшим. Постановление вступило в законную силу 26.02.2018 г.

Согласно заключению об оценке № от 11.12.2017г. А. материальный ущерб, причиненный в результате ДТП от 17.01.2017 г. в связи с повреждением транспортного средства 

<

данные изъяты>, составил за минусом годных (ликвидных) остатков 449 284 руб. На основании претензии истец возместил ущерб в указанном размере собственнику автомобиля ЗАО «РМЗ», что подтверждено платежными поручениями от ДД.ММ.ГГГГ на сумму 150 000 руб., ДД.ММ.ГГГГ на сумму 185 000 руб., ДД.ММ.ГГГГ на сумму 114284 руб. Расходы АО «Эссойла» за проведение экспертизы составили 6000 руб., что подтверждено документально. Указанные обстоятельства сторонами не оспаривались.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту - ГК РФ) юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Согласно п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих, обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

В силу п. 1 ст. 1081 ГК РФ лицо, возместившее вред, причиненный другим лицом (работником при исполнении им служебных, должностных или иных трудовых обязанностей, лицом, управляющим транспортным средством, и т.п.), имеет право обратного требования (регресса) к этому лицу в размере выплаченного возмещения, если иной размер не установлен законом.

Нормы главы 39 ТК РФ представляют собой исключение из общего правила п. 1 ст. 1081 ГК РФ, устанавливающие исчерпывающий перечень случаев привлечения работника к полной материальной ответственности, предусмотренный ст. 243 ТК РФ, при отсутствии которых применяется правило об ограничении размера материальной ответственности работника пределами его среднего месячного заработка (ст. 241 ТК РФ).

Согласно договору о полной индивидуальной материальной ответственности, заключенному между ЗАО «Эссойла» и ФИО1, работник принимает на себя полную материальную ответственность за сохранность вверенного ему работодателем имущества: автомобиль 

<

данные изъяты>, за недостачу вверенного ему работодателем имущества, а также за ущерб, возникший у работодателя в результате возмещения им ущерба иным лицам (п. 1-3 договора). Из п. п. "а" п. 3 договора о полной индивидуальной материальной ответственности следует, что работник обязуется бережно относиться к переданному ему для осуществления возложенных на него функций (обязанностей) имуществу работодателя и принимать меры к предотвращению ущерба.

Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, установлен Постановлением Министерства труда и социального развития Российской Федерации от 31 декабря 2002 года N 85 "Об утверждении перечней должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности, а также типовых форм договоров о полной материальной ответственности".

В раздел I данного Перечня включены должности экспедитора по перевозке и других работников, осуществляющих получение, заготовку, хранение, учет, выдачу, транспортировку материальных ценностей. В разделе II Перечня поименованы работы по приему и обработке для доставки (сопровождения) груза, багажа, почтовых отправлений и других материальных ценностей, их доставке (сопровождению), выдаче (сдаче).

Таким образом, в Перечень входят должности и работы, связанные с транспортировкой, доставкой материальных ценностей.

Договор о полной материальной ответственности с водителем-экспедитором не может заключаться в отношении транспортного средства, на котором осуществляется перевозка груза, поскольку транспортное средство не является вверенным ему для транспортировки или доставки имуществом предприятия, а представляет собой материально-техническое средство, используемое и необходимое для исполнения трудовой функции водителя.

Анализ представленного в материалы дела договора о полной материальной ответственности позволяет сделать вывод о том, что перечисленные в нем трудовые функции и работы, выполняемые ответчиком, подпадают только под должность экспедитора, в связи с чем, ответчик мог бы при определенных условиях нести полную материальную ответственность только в отношении вверенного ему перевозимого груза.

Материальная ответственность в полном размере причиненного ущерба может возлагаться на работника лишь в случаях, предусмотренных Трудовым кодексом Российской Федерации или федеральными законами.

По утверждению стороны истца автомобиль был поврежден ответчиком не при исполнении последним его трудовых обязанностей, поскольку ДТП произошло в 17 час., то есть в нерабочее время ответчика, которое оканчивается в 16 час., следовательно, ФИО1 в момент ДТП не исполнял свои должностные обязанности, при совершении ДТП не действовал и не должен был действовать по заданию АО «Эссойла» и под его контролем.

Как следует из письменных материалов дела, 17.01.2017 г. ФИО1 на основании путевого листа, в 08 час. по заданию работодателя убыл из 

<

адрес> с целью доставки молочной продукции по магазинам, ремонта автомобиля, получения продукции в 

<

адрес> для доставки в 

<

адрес>.

Допрошенная в судебном заседании свидетель В. работающая 

<

данные изъяты> АО «Эссойла» подтвердила, что 17.01.2017 г. ФИО1 убыл в рейс в 08 час. и до 16 часов в автопарк не вернулся.

В соответствии с трудовым договором, заключенным между сторонами, ответчику был установлен режим работы (окончания рабочего времени) в 16 час. Пункт 5.3 Правил внутреннего трудового распорядка ЗАО «Эссойла», утвержденных директором ЗАО «Эссойла» ДД.ММ.ГГГГ предусматривает, что в рабочее время не включается время следования до рабочего места до начала работы и обратно по окончании работы. Трудовой договор понятия места работы ответчика не содержит. 

Из путевого листа за 17.01.2017 г. следует, что ответчику был установлен маршрут следования: 

<

данные изъяты>. Вместе с тем, из представленных истцом товарных накладных за 17.01.2017 г., следует, что ФИО1 поручалась доставка груза, в том числе в 

<

адрес> и 

<

адрес>. Указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии установленного 17.01.2017 г. работодателем для ответчика подробного маршрута следования. 

В связи с этим, доводы истца о том, что после 13 час. 40 мин. ФИО1 самовольно использовал рабочее время и транспортное средство в личных интересах, а не для исполнения своих трудовых обязанностей, объективно ничем не подтверждены, доказательств, подтверждающих самовольное использование работником транспортного средства, работодателем не представлено. Сам факт того, что ответчик до 16 часов не вернулся на автомобиле в автопарк, не является основанием для привлечения ответчика к полной материальной ответственности, в силу действующего трудового законодательства. С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что 17.01.2017 г. в 17 час., ФИО1, управляя транспортным средством 

<

данные изъяты>, двигался по автодороге «Петрозаводск-Суоярви» в 

<

адрес> в автотранспортный парк, действуя по заданию работодателя и с его ведома, находясь при исполнении трудовых обязанностей и выполняя трудовую функцию.

При таких обстоятельствах, учитывая, что представленный в том числе, в обоснование заявленных требований о взыскании ущерба за поврежденный автомобиль договор о полной индивидуальной материальной ответственности не может служить основанием для возложения на ответчика материальной ответственности в полном размере причиненного ущерба, при этом иные, предусмотренные статьей 243 ТК РФ основания для возложения на ответчика полной материальной ответственности за причиненный работодателю ущерб за поврежденный автомобиль в данном случае отсутствуют, в пользу истца подлежит взысканию причиненный ответчиком ущерб в размере среднего месячного заработка, который согласно расчету истца составляет 11 793 руб. 99 коп. В остальной части иска отказать.

Кроме того, истцом заявлен ко взысканию с ответчика ущерб в связи с утратой последним коленчатого вала стоимостью 20 000 руб. и мясной продукции на сумму 4 558 руб. 16 коп.

Пунктом 2 части 1 статьи 243 Трудового кодекса РФ предусмотрен случай возложения полной материальной ответственности за недостачу вверенного работнику имущества.

Поскольку должность ответчика – экспедитор входит в Перечень должностей и работ, замещаемых или выполняемых работниками, с которыми работодатель может заключать письменные договоры о полной индивидуальной или коллективной (бригадной) материальной ответственности ответчик несет полную материальную ответственность в отношении вверенного ему перевозимого груза.

Из письменных материалов дела следует, что 10.01.2017 г. АО «Эссойла» передало ЗАО «РМЗ» для выполнения ремонтных работ вал коленчатый 

<

данные изъяты> 

Как следует из приемо-сдаточного акта б/н от 17.01.2017 г., Г. получил в ЗАО «РМЗ» отремонтированный вал коленчатый 

<

данные изъяты> Указанные обстоятельства подтверждены соответствующими приемо-сдаточными актами. 

Допрошенный в судебном заседании свидетель Д. пояснил, что 17.01.2017 г. около 14 часов в процессе ремонтных работ служебной автомашины ответчика он погрузил в указанную автомашину коленвал.

18.01.2017 г. вал коленчатый 

<

данные изъяты> в соответствии с актом о списании товаров, был списан по причине утраты вала при транспортировке в результате ДТП.

Ответчик в судебном заседании отрицал факт приемки им для транспортировки коленчатого вала и несения ответственности в связи с его утерей.

В соответствии с накладной № от 17.01.2017 г. ФИО1 получил в колбасном цехе АО «Эссойла» мясную продукцию на общую сумму 4558 руб. 16 коп., о чем в соответствующей накладной содержится его подпись.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Е. пояснила, что 17.01.2017 г. она сделала заявку мясной продукции на мясокомбинате. В этот же день ей позвонило руководство и попросило выехать на место ДТП. На месте ДТП она произвела фотографирование служебной автомашины. Находившаяся в автомашине колбаса имела непригодный вид, была поломана. На следующий день указанная мясная продукция была списана.

На основании акта о списании товаров от 18.01.2017 г. мясная продукция по товарной накладной от 17.01.2017 г. была списана по причине нарушения товарного вида после аварии при транспортировке в связи с нарушением товарного вида.

Допрошенная в судебном заседании свидетель Ж пояснила, что она подписала акт о списании мясной продукции. Саму продукцию после ДТП она не видела, подписала акт на основании поступившей информации о нарушенном товарном виде.

В соответствии со ст. 247 ТК Российской Федерации до принятия решения о возмещении ущерба конкретными работниками работодатель обязан провести проверку для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Для проведения такой проверки работодатель имеет право создать комиссию с участием соответствующих специалистов. Истребование от работника письменного объяснения для установления причины возникновения ущерба является обязательным. В случае отказа или уклонения работника от предоставления указанного объяснения составляется соответствующий акт. Работник и (или) его представитель имеют право знакомиться со всеми материалами проверки и обжаловать их в порядке, установленном настоящим Кодексом.

Пунктом 2.2.18 трудового договора, заключенного ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 предусмотрена обязанность ФИО1 участвовать в составлении актов на недостачу, порчу, уничтожение груза и других документов.

Как следует из представленных истцом актов о списании вала коленчатого и мясной продукции от 18.01.2017 г. ответчик личного участия при списании данных товаров не принимал, доказательств извещения ответчика о проведении данного мероприятия истцом не представлено.

Также истцом не представлено доказательств проведения проверки для установления размера причиненного ущерба и причин его возникновения. Из материалов дела, усматривается, что истец проверку для установления размера ущерба не проводил, объяснения от работника по факту утраты коленчатого вала и поврежденной мясной продукции не отбирал, с оформленными актами о списании товаров ответчика не знакомил.

Кроме того, суд приходит к выводу о том, что истцом в нарушение требований ст. 56 ГПК РФ не представлено достоверных доказательств свидетельствующих о передаче (вверению) ответчику коленчатого вала с целью его транспортировки работодателю. При этом показания свидетеля Д. при отсутствии иных доказательств, подтверждающих факт получения ответчиком коленчатого вала 17.01.2017 г. с учетом акта приема-передачи по которому указанный вал был получен 17.01.2017 г. Г. не могут быть признаны судом достаточными для подтверждения данного факта. 

Принимая во внимание, что истцом не были представлены допустимые и достоверные доказательства, свидетельствующие о противоправности поведения (действия или бездействие) причинителя вреда, вины работника в причинении ущерба, наличии причинной связи между поведением работника и наступившим ущербом, наличия прямого действительного ущерба, а также его размер, в силу требований ст. ст. 233, 238, 242, 247 ТК Российской Федерации, а также Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 16.11.2006 г. N 52 "О применении судами законодательства, регулирующего материальную ответственность работников за ущерб, причиненный работодателю", правовые основания для удовлетворения иска в данной части отсутствуют.

Кроме того, суд отмечает, что положения абз. 3 ст. 392 ТК РФ предоставляют работодателю право на обращение в суд по спорам о возмещении работником ущерба, причиненного работодателю, в течение одного года со дня обнаружения причиненного ущерба. Как следует из материалов дела, датой обнаружения ущерба, на который ссылается сторона истца является дата списания товаров – 18.01.2017 г., а в суд с данным требованием истец обратился только 02.04.2018 года. Доказательств, свидетельствующих о наличии у истца уважительных причин пропуска срока для предъявления в суд требований о возмещении ущерба в связи с утратой коленчатого вала и повреждением мясной продукции, представлено не было. Пропуск истцом срока обращения в суд является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований о взыскании ущерба за утраченный коленчатый вал и поврежденную мясную продукцию.

Учитывая положения ст.98 ГПК РФ с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по уплате государственной пошлины и оплате экспертизы пропорционально той части исковых требований, которые удовлетворены судом. Учитывая, что исковые требования АО «Эссойла» были удовлетворены судом частично, с ответчика в пользу истца подлежат взысканию расходы по оплате государственной пошлины в размере 199 руб. 08 коп. (11793.99 х 7998,42 : 473842,16) и оплате экспертизы в размере 149 руб. 34 коп. ( 11793.99 х 6000 : 473842.16).

Руководствуясь ст.ст. 194 -198 ГПК РФ,

решил:

Исковое требование удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО1 в пользу акционерного общества «Эссойла» в возмещение материального ущерба денежную сумму в размере 11 793 руб. 99 коп., расходы по оплате экспертизы в размере 149 руб. 34 коп., в счет возврата государственной пошлины 199 руб. 08 коп.

В остальной части иска отказать.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Карелия через Пряжинский районный суд РК в апелляционном порядке в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья С.А.Михеева

Мотивированное решение изготовлено: 08 мая 2018 г.