РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

05 декабря 2017 года г. Улан-Удэ

Железнодорожный районный суд г. Улан-Удэ в составе судьи Брянской О.Е., при секретаре Будажаповой Т.Б., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-3852/17 по исковому заявлению ФИО1 к Государственной инспекции труда в Республике Бурятия, Бурятской таможне о признании незаконными заключения, предписания, акта о несчастном случае на производстве, обязании составить новый акт, 

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2 (доверенность от 24.04.2017), представителя ответчика Государственной инспекции труда в Республике Бурятия ФИО3 (доверенность от 23.10.2017), представителя ответчика Бурятской таможни ФИО4 (доверенность от 13.02.2017),

УСТАНОВИЛ:

Обращаясь в суд, истица просила признать заключение государственного инспектора труда в Республике Бурятия ФИО3 от 03.11.2016 г. незаконным и необоснованным в части наименования причин несчастного случая, а также лиц, допустивших нарушение; признать незаконным предписание Государственной инспекции труда в Республике Бурятия № 7-957-16-ОБ/92/5/1 от 03.11.2016 г.; обязать Бурятскую таможню составить новый акт по форме Н-1 с указанием причин и лиц, допустивших нарушение требований охраны труда с учетом обстоятельств, изложенных в иске. 

Исковые требования мотивированы тем, что с истцом, работающей в Бурятской таможне в должности главного государственного таможенного инспектора отдела тылового обеспечения, 11.06.2013 г. в 11 часов 00 минут при исполнении должностных обязанностей произошел несчастный случай на производстве. Следуя в свой кабинет, истец, оступившись о неровности в асфальтовой поверхности, потеряв равновесие, упала на оба колена, ударившись левым коленным суставом об угол асфальта.На момент обращения в лечебное учреждение был установлен диагноз: .... На протяжении четырех лет истица проходит лечение, перенесла пять операций ....

Из акта о несчастном случае на производстве от 28.11.2016 г., составленного по результатам дополнительного расследования, проведенного государственным инспектором труда, истице стало известно, что территория, где с ней произошел несчастный случай, не является территорией Бурятской таможни и не закреплена за ней на правах владения или аренды, а также то, что ее доводы о нарушении работодателем порядка обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций, признаны безосновательными.

С указанными выводами государственного инспектора труда, изложенными в заключенииот 03.11.2016 г. и выданном предписании работодателю от 03.11.2016 г. с требованием составить новый акт о несчастном случае на производстве формы Н-1 в соответствии с заключением, истец не согласна, так как государственному инспектору труда при проведении дополнительного расследования работодателем была представлена копия удостоверения № 23 от 26.11.2010 г. о прохождении истцом обучения по охране труда в ГОУ ВПО «ВСГУТУ», однако истец не проходила обучение и проверку знаний требований охраны труда в указанном образовательном учреждении.

На момент несчастного случая на ФИО1 приказом были возложены обязанности в области охраны труда, она являлась специалистом федерального органа исполнительной власти, и, соответственно, обучение по охране труда она должна была проходить в обучающей организации Министерства труда и социального развития РФ, к каковой не относится ГОУ ВПО ВСГТУ. Нарушение требований порядка обучения должно было быть отражено государственным инспектором труда в Заключении. 

В ходе рассмотрения дела представитель истца ФИО2 уточнил исковые требования, просил признать заключение государственного инспектора труда в Республике Бурятия ФИО3 от 03.11.2016 г. незаконным и необоснованным в части указания местом происшествия 

<

адрес>, а не 

<

адрес>, а также в части указания причин и лиц, допустивших нарушение;признать незаконным предписание Государственной инспекции труда в Республике Бурятия № 7-957-16-ОБ/92/5/1 от 03.11.2016 г.; признать незаконным акт о несчастном случае на производстве №04-16 от 28.11.2016 г. в части указания местом происшествия 

<

адрес>, а не 

<

адрес>, а также в части указания причин и лиц, допустивших нарушение; обязать Бурятскую таможню составить новый акт онесчастным случае на производстве по форме Н-1 с указанием места происшествия 

<

адрес>, а также с указанием причин и лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, с учетом обстоятельств, изложенных в иске.

Истец ФИО1, представитель истца ФИО2 в судебном заседании исковые требования поддержали по вышеизложенным основаниям. Представитель истца ФИО2 дополнительно к изложенному в иске пояснил, что работодатель в соответствии с приказом ФТС России от 15.04.2008 № 403 обязан был обеспечить исправное состояние дорожного и тротуарного покрытия используемой территории. На принадлежность Бурятской таможне территории по адресу: 

<

адрес>, указывает наличие ограждения территории. В связи с непрохождением обучения по охране труда истец должна была быть отстранена от замещаемой должности, что исключило бы несчастный случай. Расследование несчастного случая проведено поверхностно и с многочисленными нарушениями. 

Представитель ответчика Государственной инспекции труда в РБ ФИО3, представитель ответчика Бурятской таможни ФИО4 возражали против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в письменных отзывах на иск. 

Выслушав стороны, свидетелей, исследовав представленные доказательства, суд находит требования истца не подлежащими удовлетворению в связи со следующим. 

Статьей 212 Трудового кодекса РФ предусмотрена обязанность работодателя по обеспечению безопасных условий труда. Работодатель обязан обеспечить в числе прочего: безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений; недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядке обучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда. 

Согласно абз. 3 ч. 2 ст. 76 Трудового кодекса РФ работодатель обязан отстранить от работы (не допускать к работе) работника, не прошедшего в установленном порядке обучение и проверку знаний и навыков в области охраны труда.

Как следует из содержания ч. 3 ст. 227 Трудового кодекса РФ, расследованию в установленном порядке как несчастные случаи подлежат события, в результате которых пострадавшими были получены: телесные повреждения (травмы), в том числе иные повреждения здоровья, повлекшие за собой необходимость перевода пострадавших на другую работу, временную или стойкую утрату ими трудоспособности либо смерть пострадавших, если указанные события произошли в течение рабочего времени на территории работодателя либо в ином месте выполнения работы, в том числе во время установленных перерывов, а также в течение времени, необходимого для приведения в порядок орудий производства и одежды, выполнения других предусмотренных правилами внутреннего трудового распорядка действий перед началом и после окончания работы, или при выполнении работы за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени, в выходные и нерабочие праздничные дни.

Расследование несчастных случаев проводится государственными инспекторами труда в соответствии со статьей 229.3 Трудового кодекса РФ, в силу которой государственный инспектор труда при выявлении сокрытого несчастного случая, поступлении жалобы, заявления, иного обращения пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), лица, состоявшего на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лица, состоявшего с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), о несогласии их с выводами комиссии по расследованию несчастного случая, а также при получении сведений, объективно свидетельствующих о нарушении порядка расследования, проводит дополнительное расследование несчастного случая в соответствии с требованиями настоящей главы независимо от срока давности несчастного случая. По результатам дополнительного расследования государственный инспектор труда составляет заключение о несчастном случае на производстве и выдает предписание, обязательное для выполнения работодателем (его представителем).

Государственный инспектор труда имеет право обязать работодателя (его представителя) составить новый акт о несчастном случае на производстве, если имеющийся акт оформлен с нарушениями или не соответствует материалам расследования несчастного случая. В этом случае прежний акт о несчастном случае на производстве признается утратившим силу на основании решения работодателя (его представителя) или государственного инспектора труда.

В соответствии со ст. 230 Трудового кодекса РФ по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой, в том числе потерю трудоспособности пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме. В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. 

В силу ст. 231 Трудового кодекса РФ разногласия по вопросам расследования, оформления и учета несчастных случаев, непризнания работодателем (его представителем) факта несчастного случая, отказа в проведении расследования несчастного случая и составлении соответствующего акта, несогласия пострадавшего (его законного представителя или иного доверенного лица), а при несчастных случаях со смертельным исходом - лиц, состоявших на иждивении погибшего в результате несчастного случая, либо лиц, состоявших с ним в близком родстве или свойстве (их законного представителя или иного доверенного лица), с содержанием акта о несчастном случае рассматриваются федеральным органом исполнительной власти, уполномоченным на осуществление федерального государственного надзора за соблюдением трудового законодательства и иных нормативных правовых актов, содержащих нормы трудового права, и его территориальными органами, решения которых могут быть обжалованы в суд. 

Судом установлено, что 11.06.2013 г. около 11 часов 00 минут ФИО1, замещавшая должность главного государственного таможенного инспектора отдела тылового обеспечения Бурятской таможни, направляясь из здания Бурятской таможни по адресу: 

<

адрес>, к себе в кабинет, расположенный по адресу: 

<

адрес>, оступилась о неровности в асфальте и, не удержавшись, упала на обе конечности, ударившись сильнее левым коленом об угол асфальта. При этом повреждены были также .... Согласно медицинскому заключению о степени тяжести повреждения здоровья ФИО1 получила ..., указанное повреждение отнесено к категории ... степени тяжести.

По указанному факту 01.08.2013 г. ответчиком Бурятской таможней был составлен акт о несчастном случае на производстве формы Н-1 № 03-13, который истец получила 15.08.2016 г. 

Не согласившись с выводами комиссии по расследованию несчастного случая по данному акту о несчастном случае на производстве, истец обратилась в Государственную инспекцию труда в Республике Бурятия с заявлением о проведении дополнительного расследования несчастного случая с установлением причин и лиц, допустивших нарушение требований охраны труда, ссылаясь на то, что комиссией по расследованию несчастного случая был зафиксирован факт неисправности дорожного и тротуарного покрытия, которое работодатель обязан был содержать в исправном состоянии в соответствии с приказом ФТС России от 15.04.2008 №403, данный факт не отраженв акте о несчастном случае на производстве. Также ссылалась на факт непрохождения ею обучения по охране труда в установленном законом порядке. 

По результатам дополнительного расследования, проведенного государственным инспектором труда в РБ ФИО3 было составлено заключение от 03.11.2016 г. и выдано предписание работодателю с требованием составить новый акт о несчастном случае на производстве формы Н-1 в соответствии с заключением государственного инспектора труда.

Согласно заключению от 03.11.2016 г. несчастный случай квалифицирован как связанный с производством. Местом происшествия указана территория улицы по адресу: 

<

адрес>, – участок тротуарной дорожки между входом в здание по указанному адресу и «клумбой» - территорией озеленения, огражденной невысоким бордюром. В ходе расследования установлено, что указанная территория не является территорий Буряткой таможни и не подпадает под действие требований приказа ФТС России от 15.04.2008 №403. Также установлено, что указанные в заявлении основания для отстранения ФИО1 от исполнения должностных обязанностей в связи с непрохождением в установленном порядке обучения и проверки знаний в области охраны труда отсутствовали. 

Причиной несчастного случая в заключенииот 03.11.2016 названа простая неосторожность пострадавшей ФИО1, не установлено должностных лиц, допустивших нарушения требований законодательных, иных нормативных актов правовых и локальных нормативных актов. 

На основании заключения и предписания Государственной инспекции труда в Республике Бурятия работодателем был составлен акт о несчастном случае на производстве формы Н-1 от 28.11.2016 г.

Оснований для признания оспариваемых заключения, предписания и акта о несчастном случае на производстве формы Н-1 от 28.11.2016 г. незаконными и необоснованными в части установления места происшествия, причины несчастного случая и лиц, допустивших нарушение, суд не усматривает. 

Так, судом установлено, что расследование несчастного случая проведено государственным инспектором труда в соответствии с положениями ст. 229.3 Трудового кодекса РФ, по материалам расследования, проведенного Бурятской таможней, и лично государственным инспектором труда. Установленное государственным инспектором труда место происшествия, указанное в заключении, соответствует протоколу осмотра места несчастного случая от 30.07.2013 г., составленному председателем комиссии Бурятской таможни по расследованию несчастного случая Д.., пояснениям свидетеля Б.., данным при расследовании несчастного случая работодателем и государственным инспектором труда. 

В судебном заседании допрошенный в качестве свидетеля Д. пояснил, что место происшествия указала Б. которая была свидетелем происшествия. Он произвел фотографирование места происшествия. 

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля Б. пояснила, что она была свидетелем падения ФИО1, помогла ей подняться и дойти до кабинета. 

Свидетель Б. указала в судебном заседании на фотографиях, представленных в материалы дела, место падения ФИО1 то же, что и в материалах расследования работодателя и государственного инспектора труда - возле здания по адресу: 

<

адрес>.

Оснований не доверять показаниям свидетелей, предупрежденных об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, у суда не имеется. Показания свидетелей являются последовательными, соотносятся друг с другом и иными доказательствами по делу. Доводы о заинтересованности свидетелей как работников ответчика сами по себе не свидетельствуют о даче ими ложных показаний. Показания свидетелей какими-либо доказательствами со стороны истца не опровергнуты. 

Доводы о том, что при проведении расследования не была опрошена сама потерпевшая, не являются основанием для признания оспариваемого заключения незаконным. Безусловная обязанность государственного инспектора труда опросить потерпевшего при проведении дополнительного расследования несчастного случая нормами трудового законодательства не предусмотрена. Пояснения истицы по обстоятельствам произошедшего были изложены в ее заявлении в Государственную инспекцию труда в РБ о проведении дополнительного расследования несчастного случая. При этом в заявлении истица не ссылалась на несоответствие установленного в акте о расследовании несчастного случая места происшествия, указывая только на обязанность работодателя содержать данную территорию.

Таким образом, несоответствие указанного в оспариваемом заключении, актео несчастном случае от 28.11.2016 места происшествия фактическому месту происшествия не нашло своего подтверждения в ходе рассмотрения дела. 

Согласно материалам дела земельный участок по адресу: 

<

адрес>, находится в собственности Российской Федерации, в 2001 году передан в постоянное бессрочное пользование ФГБУ «Управление мелиорации земель сельскохозяйственного водоснабжения по Республике Бурятия» (выписка из Единого государственного реестра недвижимости о переходе прав на объект недвижимости от 04.12.2017). 

Доказательств принадлежности данной территории Бурятской таможне не имеется. 

Соответственно, положения Трудового кодекса РФ об обязанности работодателя обеспечить безопасные условия труда, положения приказа ФТС России от 15.04.2008 № 403 «Об утверждении Правил по охране труда в таможенных органах и учреждениях, находящихся в ведении ФТС России» об обязанностях таможенных органов по надлежащему содержанию таможенных объектов (п. 3.2) на указанную территорию не распространяются. 

При этом суд принимает во внимание, что принадлежность работодателю территории возле здания по адресу: 

<

адрес>, где произошел несчастный случай по утверждению истицы, также не подтвержденадопустимыми доказательствами. Факт ограждения территории Бурятской таможней о законности владения в отсутствие правоустанавливающих и правоподтверждающих документов не свидетельствует. Согласно свидетельству государственной регистрации права от 30.11.2010 в оперативном управлении Буряткой таможни находятся 2 и 3 этажи и подвал здания. Первый этаж данного здания использовался Бурятской таможней на основании договора аренды от 01.01.2013 г., заключенного с Б.. Как следует из пункта 1.4 договора аренды одновременно с передачей прав владения и пользования объектом аренды право пользования земельным участком, занятым этим объектом или пропорциональным его размерам и необходимым для его использования, арендатору не предавалось. 

Выводы государственного инспектора труда, изложенные в заключении от 03.11.2016, об отсутствии нарушений в части обучения по охране труда и проверки знания требований охраны труда также не могут признаны незаконными и необоснованными в связи со следующим. 

В силу ст. 225 Трудового кодекса РФ все работники, в том числе руководители организаций, а также работодатели - индивидуальные предприниматели, обязаны проходить обучение по охране труда и проверку знания требований охраны труда в порядке, установленном уполномоченным Правительством Российской Федерации федеральным органом исполнительной власти с учетом мнения Российской трехсторонней комиссии по регулированию социально-трудовых отношений.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 32 Федерального закона № 79-ФЗ «О государственной гражданской службе Российской Федерации» представитель нанимателя обязан отстранить от замещаемой должности гражданской службы (не допускать к исполнению должностных обязанностей) гражданского служащего, не прошедшего в установленном порядке обучение и проверку знаний и навыков в области охраны профессиональной служебной деятельности (охраны труда).

На основании ст. 73 Федерального закона № 79-ФЗ к отношениям, связанным с гражданской службой, применяются федеральные законы, иные нормативные правовые акты Российской Федерации, законы и иные нормативные правовые акты субъектов РФ, содержащие нормы трудового права, в части, не урегулированной Федеральным законом № 79-ФЗ.

Соответственно, организация обучения и проверки знаний по охране труда государственных гражданских служащих регулируется нормами трудового законодательства РФ.

Порядок обучения по охране труда и проверки знаний требований охраны труда работников организаций утвержден Постановлением Минтруда России, Минобразования России от 13.01.2003 № 1/29 (далее по тексту – Порядок). 

Согласно п. 2.3.1. Порядка руководители и специалисты организаций проходят специальное обучение по охране труда в объеме должностных обязанностей при поступлении на работу в течение первого месяца, далее - по мере необходимости, но не реже одного раза в три года.

Согласноп. 2.3.2.Порядка обучение по охране труда руководителей и специалистов проводится по соответствующим программам по охране труда непосредственно самой организацией или образовательными учреждениями профессионального образования, учебными центрами и другими учреждениями и организациями, осуществляющими образовательную деятельность (далее - обучающие организации), при наличии у них лицензии на право ведения образовательной деятельности, преподавательского состава, специализирующегося в области охраны труда, и соответствующей материально-технической базы (абз. 1).

Обучение по охране труда проходят:

специалисты федеральных органов исполнительной власти, органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации в области охраны труда - в обучающих организациях Министерства труда и социального развития Российской Федерации (абз. 4 п. 2.3.2.).

Как следует из материалов дела, ФИО5 была принята в Бурятскую таможню 12 марта 2007 года на должность специалиста отдела тылового обеспечения. 28 января 2009 года назначена на должность главного государственного таможенного инспектора отдела тылового обеспечения.

Приказом Бурятской таможни от 18.01.2011 № 0015 была создана комиссия по охране труда в составе председателя, заместителя председателя, представителя трудового коллектива, ответственного за охрану труда Бурятской таможни, секретаря комиссии, а также шести членов комиссии, в числе которых указана ФИО1

Поскольку ФИО1 не занимала должность специалиста Бурятской таможни в области охраны труда, доводы иска о необходимости прохождения ею обучения как специалиста в области охраны труда в обучающих организациях Министерства труда и социального развития Российской Федерации согласно абз. 4 п. 2.3.2. Порядка безосновательны. Членство в комиссии по охране труда не является замещением должности специалиста в области охраны труда. 

При этом суд находит установленным, что истец проходила обучение по охране труда согласно требованиями абз. 1 п. 2.3.2 Порядка в соответствующем образовательном учреждении профессионального образования. 

При проведении дополнительного расследования Бурятской таможней представлена копия удостоверения № 23 от 26.11.2010 г. о прохождении ФИО1 обучения по охране труда в Государственном образовательном учреждении высшего профессионального образования «Восточно-Сибирский государственный технологический университет» научно-исследовательский центр в объеме 40 часов и проверке знаний требований охраны труда работников (протокол № 02 от 26.11.2010 г.).

Согласно приказу ГОУ ВПО «ВСГТУ» от 02.12.2010 г. № 4767у «О зачислении» ФИО1 в соответствии с заявкой Бурятской таможни и утвержденным списком слушателей, на основании договора № 416 от 18.11.2010 г. была зачислена в качестве слушателя в группу № 2 с 29.11.2010 г. по 03.12.2010 г.

Согласно приказу ГОУ ВПО «ВСГТУ» от 02.12.2010 г. «Об окончании» слушатель ФИО1, завершившая в полном объеме освоение программы по обучению и проверке знаний и требований охраны труда и успешно прошедшая итоговые испытания (экзамен), отчислена в связи с окончанием программы обучения. 

Согласно справке ГОУ ВПО «ВСГУТУ» от 01.11.2016 ФИО1 действительно проходила обучение по программе обучения и проверке знаний и требований охраны труда. Выдано удостоверение № 23 от 26.11.2010. 

Допрошенная в судебном заседании свидетель А. пояснила, что она проходила обучение в 2010 году по охране труда в числе других таможенных служащих во ВСГТУ. 

Как следует из материалов дела, свидетель А. (до перемены фамилии- К.) ... была зачислена в качестве слушателя тем же приказом ГОУ ВПО «ВСГТУ» от 02.12.2010 г. № 4767у «О зачислении», что и ФИО1

Указанными доказательствами подтверждается факт организации обучения работодателем по охране труда в спорный период, прохождение данного обучения ФИО1 

Отсутствие оригинала удостоверения об обучении при наличии вышеуказанных доказательств не может быть принято судом как подтверждение доводов истца о непрохождении обучения. Суд учитывает, что удостоверение о прохождении обучения выдается согласно п. 3.7 Порядка лицу, прошедшему проверку знаний требований охраны труда. Обязанность истребования у работника оригинала удостоверения и его хранение работодателем нормативными актами не предусмотрены. 

Непрохождение истцом обучения по охране труда в обучающих организациях иного уровня согласно п. 2.3.2. Порядка, не требовавшегося для исполнения должностных обязанностей главного государственного таможенного инспектора отдела тылового обеспечения,соответственно не являлось основанием для отстранения истца от занимаемой должности и не находится в причинно-следственной связи с произошедшим несчастным случаем. 

Таким образом, нарушений требований охраны труда, находящихся в причинно-следственной связи с произошедшим несчастным случаем, судом не установлено. Указание в заключении государственного инспектора труда и акте формы Н-1 на прохождение истцом обучения в области охраны труда является обоснованным, не противоречащим действующему законодательству. 

Учитывая установленные судом обстоятельства, приведенные нормы закона, оснований для признания незаконными и необоснованными оспариваемого заключения от 03.11.2016, предписания от 03.11.2016 и акта формы Н-1 от 28.11.2016 в части наименования причин несчастного случая, лиц, допустивших нарушение,установления места происшествия, а также оснований для обязания Бурятской таможни составить новый акт формы Н-1, не имеется. В удовлетворении требований истца надлежит отказать в полном объеме. 

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Государственной инспекции труда в Республике Бурятия, Бурятской таможне о признании незаконными заключения, предписания, акта о несчастном случае на производстве, обязании составить новый акт - отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный суд Республики Бурятия через Железнодорожный районный суд г. Улан-Удэ в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

В окончательной форме решение принято 11.12.2017. 

Судья О.Е. Брянская