Дело № 2-205/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации 

город Далматово Курганской области 6 июня 2019 года

Далматовский районный суд Курганской области в составе

председательствующего судьи Бузаева С.В.,

при секретаре судебного заседания Косинцевой Н.Г.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2,

представителя ответчика ГУ-УПФ РФ в Далматовском районе ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению-Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в Далматовском районе Курганской области о признании незаконным решения об отказе в установлении пенсии, включении периодов работы в специальный стаж и досрочном назначении пенсии по старости,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к Государственному учреждению-Управлению Пенсионного Фонда Российской Федерации в Далматовском районе Курганской области (далее – ГУ-УПФ РФ в Далматовском районе) об оспаривании решения ответчика от 22.04.2019 № 575, которым он отказал истцу в досрочном назначении страховой пенсии по старости за работу с тяжёлыми условиями труда по мотиву недостаточности специального стажа, не засчитав в него время работы ФИО1 с 15.07.1982 по 31.12.2018 трактористом-машинистом самоходного погрузчика, так как указанная профессия не предусмотрена Списком № 2 производств, работ, профессий, должностей и показателей с вредными и тяжёлыми условиями труда, занятость в которых даёт право на пенсию по возрасту (по старости) на льготных условиях, утверждённым постановлением Кабинета Министров СССР от 26.01.1991 № 10, невозможно определить льготный характер работы истца, и сделать вывод о занятости его в тяжёлых условиях труда, работодателем не подтверждено выполнение ФИО1 работы в условиях, дающих право на досрочное назначение пенсии. Считая, что имеет стаж работы с тяжёлыми условиями труда требуемой продолжительности, ФИО1 просил признать незаконным оспариваемое решение, обязать ответчика зачесть период его трудовой деятельности в качестве тракториста-машиниста самоходного погрузчика с 15.07.1982 по 31.12.2018 в специальный стаж и назначить ему страховую пенсию по старости с 20.11.2018.

Истец ФИО1, надлежаще извещённый о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился, обеспечил явку своего представителя.

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании поддержала доводы и требования иска, полагая, что истец имеет право на досрочное пенсионное обеспечение в связи с работой в тяжёлых условиях труда трактористом-машинистом самоходного погрузчика в области строительства, ремонта и содержания автомобильных дорог. Считала, что ФИО1 также вправе претендовать на досрочное назначение пенсии по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». 

Представитель ответчика ГУ-УПФ РФ в Далматовском районе ФИО3 в судебном заседании исковые требования ФИО1 не признала, настаивала на том, что ответчиком вынесено законное решение, и заявленный истцом период не может быть зачтён в специальный стаж. Указала, что профессии тракториста и тракториста-машиниста самоходного погрузчика в области строительства, ремонта и содержания автомобильных дорог не предусмотрены Списками, утверждёнными постановлением Кабинета Министров СССР от 26.01.1991 № 10. Считала, что по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» пенсия может быть назначена досрочно только женщинам. 

Представитель третьего лица АО Автодор «Северо-Запад», надлежаще извещённого о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание не явился.

На основании ст. 167 ГПК РФ суд рассмотрел дело в отсутствие неявившегося истца.

Заслушав явившихся лиц, исследовав письменные доказательства, суд пришёл к следующему.

В соответствии с ч. 2 ст. 39 Конституции РФ государственные пенсии устанавливаются законом.

По общему правилу, установленному ст. 8 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (здесь и далее в редакции закона до 01.01.2019), право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 60 лет, при наличии не менее 15 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30.

На основании п. 2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 мужчинам по достижении возраста 55 лет, если они проработали на работах с тяжёлыми условиями труда не менее 12 лет 6 месяцев и имеют страховой стаж не менее 25 лет. Если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного срока и имеют требуемую продолжительность страхового стажа, страховая пенсия им назначается с уменьшением возраста, предусмотренного ст. 8 Федерального закона «О страховых пенсиях», на один год за каждые 2 года и 6 месяцев такой работы.

Статьёй 8 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (здесь и далее в редакции с 01.01.2019) закреплено, что право на страховую пенсию по старости имеют мужчины, достигшие возраста 65 лет, с учётом положений, предусмотренных приложением 6 к настоящему Федеральному закону, при наличии не менее 15 лет страхового стажа и величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30.

На основании п. 2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 мужчинам по достижении возраста 55 лет, если они проработали на работах с тяжёлыми условиями труда не менее 12 лет 6 месяцев и имеют страховой стаж не менее 25 лет. Если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного срока и имеют требуемую продолжительность страхового стажа, страховая пенсия им назначается с уменьшением возраста, предусмотренного ст. 8 настоящего Федерального закона по состоянию на 31 декабря 2018 года, на один год за каждые 2 года и 6 месяцев такой работы.

В соответствии с п. 3 ч. 1 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховая пенсия по старости назначается при наличии величины индивидуального пенсионного коэффициента в размере не менее 30 женщинам по достижении возраста 50 лет, если они проработали в качестве трактористов-машинистов в сельском хозяйстве, других отраслях экономики, а также в качестве машинистов строительных, дорожных и погрузочно-разгрузочных машин не менее 15 лет и имеют страховой стаж не менее 20 лет.

Статьёй 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ предусмотрено, что списки соответствующих работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учётом которых назначается страховая пенсия по старости в соответствии с ч. 1 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях», правила исчисления периодов работы (деятельности) и назначения указанной пенсии при необходимости утверждаются Правительством РФ (ч. 2). Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии признания указанных периодов в соответствии с законодательством, действовавшим в период выполнения данной работы (деятельности), дающий право на досрочное назначение пенсии (ч. 3). Периоды работы (деятельности), имевшие место до дня вступления в силу настоящего Федерального закона, могут исчисляться с применением правил исчисления, предусмотренных законодательством, действовавшим при назначении пенсии в период выполнения данной работы (деятельности) (ч. 4).

В силу ч. 6 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» периоды работы, предусмотренные пунктами 1-18 части 1 настоящей статьи, имевшие место после 1 января 2013 года, засчитываются в стаж на соответствующих видах работ, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, при условии начисления и уплаты страхователем страховых взносов по соответствующим тарифам, установленным статьёй 428 Налогового кодекса Российской Федерации. При этом условия назначения страховой пенсии по старости, установленные пунктами 1-18 части 1 настоящей статьи, применяются в том случае, если класс условий труда на рабочих местах по работам, указанным в пунктах 1-18 части 1 настоящей статьи, соответствовал вредному или опасному классу условий труда, установленному по результатам специальной оценки условий труда.

Согласно подп. «б» п. 1 постановления Правительства РФ от 16.07.2014 № 665 «О списках работ, производств, профессий, должностей, специальностей и учреждений (организаций), с учётом которых досрочно назначается страховая пенсия по старости, и правилах исчисления периодов работы (деятельности), дающей право на досрочное пенсионное обеспечение» при досрочном назначении страховой пенсии по старости лицам, работавшим на работах с тяжёлыми условиями труда, при определении стажа на соответствующих видах работ в целях досрочного пенсионного обеспечения в соответствии со ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» применяется:

Список № 2 производств, работ, профессий, должностей и показателей с вредными и тяжёлыми условиями труда, занятость в которых даёт право на пенсию по возрасту (по старости) на льготных условиях, утверждённый постановлением Кабинета Министров СССР от 26.01.1991 № 10 (далее – Список № 2 1991 г.);

Список № 2 производств, цехов, профессий и должностей с тяжёлыми условиями труда, работа в которых даёт право на государственную пенсию на льготных условиях и в льготных размерах, утверждённый постановлением Совета Министров СССР от 22.08.1956 № 1173 – для учёта периодов выполнения соответствующих работ, имевших место до 1 января 1992 г. (далее - Список № 2 1956 г.).

Списком № 2 от 26.01.1991 и Списком № 2 от 22.08.1956 предусмотрен раздел XXVII «Строительство, реконструкция, техническое перевооружение реставрация и ремонт зданий, сооружений и других объектов». В указанном разделе профессии «трактористы», «трактористы-машинисты самоходного погрузчика» отсутствуют. В разделе «Общие профессии» данные специальности также не предусмотрены.

Согласно п. 3 постановления Правительства РФ от 16.07.2014 № 665 исчисление периодов работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии со статьями 30 и 31 Федерального закона «О страховых пенсиях», осуществляется с применением Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утверждённых постановлением Правительства РФ от 11.07.2002 № 516 (далее – Правила № 516 2002 г.).

В соответствии с п.п. 4, 5 Правил № 516 2002 г. в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, засчитываются в календарном порядке периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено настоящими Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации. При этом в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, а также периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.

В судебном заседании установлено, что ФИО1, **.**.**** года рождения, имеющий более 25 лет страхового стажа, что следует из материалов его пенсионного дела и не оспаривалось ответчиком, 20.11.2018 обращался в ГУ-УПФ РФ в Далматовском районе с заявлением о назначении досрочной страховой пенсии по старости на основании п. 2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» за работу в тяжёлых условиях труда. Решением пенсионного органа от 27.11.2018 № 545 ФИО1 было отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости по причине полного отсутствия специального стажа необходимой продолжительности в 12 лет 6 месяцев для назначения пенсии в возрасте 55 лет; в спецстаж не были включены периоды его работы трактористом в Далматовском ДРСУ: с 15.07.1982 по 22.10.1982, с 07.01.1985 по 25.04.1985, с 16.07.1985 по 31.12.2017 (в том числе отпуска без сохранения заработной платы – 3 дня в 2004 году, 8 дней в 2009 году, с 01.01.2011 по 17.03.2011, 28.02.2014, 04.04.2016, 01.07.2016, 25.12.2017), поскольку названная профессия не предусмотрена Списком № 2 от 26.01.1991 г., в сведениях индивидуального (персонифицированного) учёта за перечисленные периоды отсутствует код льготы. Не согласившись с Решением ответчика от 27.11.2018 № 545, ФИО1 обратился в суд.

Решением Далматовского районного суда Курганской области от 21.01.2019 по гражданскому делу № 2-47/2019, оставленным без изменения апелляционным определением Курганского областного суда от 21.03.2019, отказано в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ГУ-УПФ РФ в Далматовском районе о признании незаконным решения об отказе в установлении пенсии, включении периодов работы в специальный стаж и досрочном назначении с 20.11.2018 пенсии по старости в связи с отсутствием правовых и фактических оснований для включения периода работы ФИО1 с 15.07.1982 по 25.12.2017, включая время его службы в Вооружённых Силах СССР и отпусков без сохранения заработной платы, в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости на основании п. 2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

В связи с тем, что исковые требования ФИО1 к ГУ-УПФ РФ в Далматовском районе, относящиеся к периоду его работы с 15.07.1982 по 25.12.2017, уже были предметом судебного разбирательства, суд руководствуется следующим.

В силу ч. 2 ст. 13 ГПК РФ вступившие в законную силу судебные постановления являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, органов местного самоуправления, общественных объединений, должностных лиц, граждан, организаций и подлежат неукоснительному исполнению на всей территории Российской Федерации.

В соответствии с ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно ч. 2 ст. 209 ГПК РФ после вступления в законную силу решения суда стороны, другие лица, участвующие в деле, их правопреемники не могут вновь заявлять в суде те же исковые требования, на том же основании, а также оспаривать в другом гражданском процессе установленные судом факты и правоотношения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении от 21.12.2011 № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым, преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определённости.

Приведённые положения направлены на обеспечение обязательности вступивших в законную силу судебных постановлений и законности выносимых судом постановлений в условиях действия принципа состязательности.

Обращаясь в суд с настоящим иском об оспаривании решения ГУ-УПФ РФ в Далматовском районе от 22.04.2019 № 575, ФИО1 просит рассмотреть и разрешить разногласия, возникшие, в том числе, в связи с невключением в льготный трудовой стаж периода его работы с 15.07.1982 по 25.12.2017, и отказом в досрочном назначении страховой пенсии по старости с 20.11.2008, что уже было предметом судебной проверки. Решением Далматовского районного суда Курганской области от 21.01.2019, апелляционным определением Курганского областного суда от 21.03.2019 установлены фактические обстоятельства, относящиеся к данному периоду, дана правовая оценка представленным сторонами доказательствам, в том числе и тем, на которые ссылается ФИО1 в обоснование своих требований к пенсионному органу по рассматриваемому иску. Новых доказательств в подтверждение своих доводов по периоду с 15.07.1982 по 25.12.2017 стороной истца не представлено. Заявленное истцом требование в настоящем гражданском деле по существу является требованием о повторной судебной переоценке обстоятельств, установленных вступившими в законную силу судебными постановлениями.

Разрешая исковые требования ФИО1 о включении в специальный стаж работы с тяжёлыми условиями труда по Списку № 2 1991 г. периода его трудовой деятельности с 26.12.2017 по 31.12.2018, суд пришёл к следующему.

Решением ГУ-УПФ РФ в Далматовском районе от 22.04.2019 № 575 ФИО1, обратившемуся 17.04.2019 в пенсионный орган за досрочным назначением страховой пенсии по старости на основании п. 2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» за работу в тяжёлых условиях труда, отказано в назначении досрочной страховой пенсии по старости по причине полного отсутствия специального стажа необходимой продолжительности в 12 лет 6 месяцев для назначения пенсии в возрасте 55 лет; в спецстаж не были включены периоды его работы в Далматовском ДРСУ: с 15.07.1982 по 22.10.1982, с 07.01.1985 по 25.04.1985, с 16.07.1985 по 31.12.2018 (в том числе, отпусков без сохранения заработной платы – 3 дня в 2004 г., 8 дней в 2009 г., с 01.01.2011 по 17.03.2011, 28.02.2014, 04.04.2016, 01.07.2016, 25.12.2017), поскольку невозможно определить льготный характер работы истца, в сведениях индивидуального (персонифицированного) учёта за перечисленные периоды отсутствует код льготы. 

Согласно ст. 66 Трудового кодекса РФ трудовая книжка установленного образца является основным документом о трудовой деятельности на соответствующих видах работ и трудовом стаже работника. На основании п. 10 Правил подсчёта и подтверждения страхового стажа для установления страховых пенсий, утверждённых Постановлением Правительства РФ от 02.10.2014 № 1015, периоды работы подтверждаются на основании сведений индивидуального (персонифицированного) учёта. В случае, если в сведениях индивидуального (персонифицированного) учёта содержатся неполные сведения о периодах работы либо отсутствуют сведения об отдельных периодах работы, периоды работы подтверждаются документами, указанными в пунктах 11-17 Правил. Согласно п. 11 Правил документом, подтверждающим периоды работы по трудовому договору, является трудовая книжка установленного образца. При отсутствии трудовой книжки, а также в случае если в трудовой книжке содержатся неправильные и неточные сведения либо отсутствуют записи об отдельных периодах работы, в подтверждение периодов работы принимаются письменные трудовые договоры, оформленные в соответствии с трудовым законодательством, действовавшим на день возникновения соответствующих правоотношений, трудовые книжки колхозников, справки, выдаваемые работодателями или соответствующими государственными (муниципальными) органами, выписки из приказов, лицевые счета и ведомости на выдачу заработной платы.

Как усматривается из трудовой книжки истца АТ-III №*, с 26.12.2017 по 31.12.2018 ФИО1 работал трактористом 6 разряда в Акционерном обществе «Северо-западное управление автомобильных дорог» (АО Автодор «Северо-Запад»), в котором продолжает работать по настоящее время.

Согласно сведениям о реорганизации и переименовании (информация АО Автодор «Северо-Запад» от 13.12.2018 № 721), в спорный период с 26.12.2017 по 31.12.2018 ФИО1 работал фактически у того же работодателя, что и в период с 15.07.1982 по 25.12.2017.

Из Устава АО Автодор «Северо-Запад» (п. 3.4), информации АО Автодор «Северо-Запад» от 13.12.2018 № 721, объяснений представителя истца ФИО2 следует, что основным видом деятельности данного предприятия является строительство, ремонт и содержание автомобильных дорог, по Общероссийскому классификатору видов экономической деятельности (ОКВЭД ОК 029-2014 (КДЕС Ред. 2) код 42.11 Строительство автомобильных дорог и автомагистралей).

Из материалов дела усматривается, что ФИО1 в обозначенный период использовал в своей работе самоходную колесную машину с навесным ковшом – погрузчик LIUGONG GLG856, что не оспаривалось стороной истца и подтверждается информацией АО Автодор «Северо-Запад» от 13.12.2018 № 721, от 11.01.2019 № 09, от 20.05.2019 № 236, приказом АО Автодор «Северо-Запад» от 09.01.2018 № 46.

В штатном расписании на 01.10.2017, в трудовом договоре № 67 от 01.01.2000 и дополнительном соглашении к нему от 11.01.2010, табелях учёта рабочего времени с декабря 2017 по декабрь 2018 года профессия истца указана как машинист погрузчика.

В личной карточке работника к периоду с 26.12.2017 по 31.12.2018 относится указание на профессию ФИО1 в виде «машинист погрузчика».

В приказах АО Автодор «Северо-Запад» от 19.03.2018 №* «О материальной помощи» и от 19.12.2018 №* «О предоставлении отпуска работнику» профессия ФИО1 обозначена как «машинист погрузчика».

Как усматривается из ведомостей по заработной плате с декабря 2017 года по декабрь 2018 года, ФИО1 в это время не устанавливалась заработная плата в повышенном размере за тяжёлые условия труда.

Указанная в трудовой книжке истца профессия тракториста и профессия тракториста-машиниста самоходного погрузчика, фактически по которой, по утверждению стороны истца, ФИО1 работал в период с 26.12.2017 по 31.12.2018, отсутствуют в Списке № 2 1991 г. для применения к правоотношениям в области строительства, ремонта и содержания автомобильных дорог. В ходе судебного разбирательства его представитель истца ФИО2 не конкретизировала – на основании какой позиции, содержащейся в названном Списке, ФИО1 вправе претендовать на досрочное назначение страховой пенсии за работу с тяжёлыми условиями труда, и какой профессии, предусмотренной Списком № 2 1991 г., соответствовали условия труда, в которых он работал с 26.12.2017 по 31.12.2018. В связи с этим, занятость истца на работах с тяжёлыми условиями труда в это время материалами дела не подтверждается.

По результатам специальной оценки условий труда водителя погрузчика АО Автодор «Северо-Запад» (карта специальной оценки условий труда № 25 от 09.10.2017) не была выявлена необходимость в установлении права на досрочное пенсионное обеспечение за работу по указанной профессии.

Как следует из записей в трудовой книжке ФИО1, объяснений его представителя условия труда истца после 25.12.2017 (окончания периода его работы, оценку которой суд дал ранее) не изменились.

Оценивая довод стороны истца о том, что ФИО1 также вправе претендовать на досрочное назначение пенсии по основанию, предусмотренному п. 3 ч. 1 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях», суд принимает во внимание, что в соответствии с данной нормой страховая пенсия по старости может быть назначена только женщинам, достигшим возраста 50 лет, проработавшим в качестве машиниста строительных, дорожных и погрузочно-разгрузочных машин не менее 15 лет и имеющим страховой стаж не менее 20 лет. Аналогичное право на досрочное пенсионное обеспечение было предоставлено женщинам нормативными актами, действовавшими ранее в периоды работы истца с 15.07.1982: п. «д» ст. 9 Закона СССР от 14.07.1956 «О государственных пенсиях», п. «г» ст. 14 Закона СССР от 15.05.1990 «О пенсионном обеспечении граждан в СССР», п. «в» ст. 12 Закона РФ от 20.11.1990 № 340-1 «О государственных пенсиях в Российской Федерации», п. 3 ч. 1 ст. 27 Федерального закона от 17.12.2001 № 173-ФЗ «О трудовых пенсиях в Российской Федерации».

Как отметил Конституционный Суд РФ в Определении от 29.05.2018 № 1313-О, право на досрочное назначение пенсии по старости женщинам, работавшим в качестве трактористов-машинистов в сельском хозяйстве, других отраслях экономики, а также в качестве машинистов строительных, дорожных и погрузочно-разгрузочных машин, установлено с учётом физиологических особенностей женского организма, связано с необходимостью их особой защиты от вредных производственных факторов, негативно воздействующих на женский организм, прежде всего на репродуктивную функцию, и, следовательно, не может считаться дискриминационным и расцениваться как нарушающее конституционные права мужчин.

Таким образом, вышеуказанный довод не основан на нормах закона.

Согласно ответу АО Автодор «Северо-Запад» от 20.05.2019 № 234, страховые взносы по дополнительному тарифу в соответствии со ст. 33.2 Федерального закона от 15.12.2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» за ФИО1 не уплачивались, что в силу ч. 6 ст. 30 Федерального закона «О страховых пенсиях» также исключает возможность зачёта в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, работы истца, имевшей место после 01.01.2013.

Учитывая изложенное, суд пришёл к выводу об отсутствии правовых и фактических оснований для зачёта периода работы ФИО1 с 15.07.1982 по 31.12.2018, включая время его службы в Вооружённых Силах СССР и отпусков без сохранения заработной платы, в специальный стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости, поэтому оспариваемое истцом решение ГУ-УПФ РФ в Далматовском районе от 22.04.2019 № 575 является законным, и оснований для удовлетворения иска ФИО1 не имеется.

Руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Государственному учреждению-Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в Далматовском районе Курганской области о признании незаконным решения об отказе в установлении пенсии, включении периодов работы в специальный стаж и досрочном назначении пенсии по старости отказать.

Мотивированное решение изготовлено 10 июня 2019 года.

Решение может быть обжаловано в Курганский областной суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме путём подачи апелляционной жалобы через Далматовский районный суд Курганской области.

Судья С.В. Бузаев