№ 44г-70/2017

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

президиума Хабаровского краевого суда

г. Хабаровск 17 июля 2017 года

Президиум Хабаровского краевого суда в составе:

председательствующего Веретенникова Н.Н.,

членов президиума Барабанова С.Г., Пилипчук С.В., 

при секретаре Павловой Е.В.,

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело по кассационной жалобе ФИО1 на решение Краснофлотского районного суда г. Хабаровска от 6 февраля 2017 года, апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 7 апреля 2017 года по гражданскому делу по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, 

Заслушав доклад судьи И.И. Куликовой, президиум

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2 о признании недействительным договора дарения жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

В обоснование заявленных требований ФИО1 указал, что квартира приобретена в период брака, находилась в совместной собственности сторон, доля ФИО2 в данном имуществе определена не была, в связи с чем, по мнению истца, он не мог распорядиться всей квартирой. Кроме того, оспаривая сделку, в дополнениях к иску ФИО1 ссылался на то, что доверял ответчику, ввиду плохого зрения не смог прочитать текст подписываемого договора, составленного ФИО2, которая заверила его, что договор соответствует закону и направлен на раздел совместного имущества; намерений дарить квартиру не имел. 

Решением Краснофлотского районного суда г. Хабаровска от 6 февраля 2017 года, оставленным без изменения апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 7 апреля 2017 года, в удовлетворении исковых требований ФИО1 отказано.

В кассационной жалобе, поступившей в Хабаровский краевой суд 10 мая 2017 года, ФИО1 просит об отмене состоявшихся по делу судебных постановлений, ссылаясь на допущенные судами нарушения норм права.

26 мая 2017 года гражданское дело истребовано в Хабаровский краевой суд, поступило 1 июня 2017 года.

Определением судьи Хабаровского краевого суда Симаковой М.Е. от 3 июля 2017 года кассационная жалоба ФИО1 передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Хабаровского краевого суда.

В судебное заседание лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения дела, не явились, о причинах неявки не уведомили, об отложении дела не просили. 

В соответствии с частью 2 статьи 385 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба рассмотрена в их отсутствие. 

Проверив материалы гражданского дела, обсудив доводы кассационной жалобы, президиум Хабаровского краевого суда находит кассационную жалобу подлежащей удовлетворению по следующим основаниям. 

В силу статьи 387 Гражданского процессуального кодекса РФ основаниями для отмены или изменения вступивших в законную силу судебных постановлений являются существенные нарушения норм материального или процессуального права, повлиявшие на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. 

Такие нарушения были допущены судом апелляционной инстанции при рассмотрении и разрешении настоящего дела. 

Судом установлено, что с 1 марта 2003 года ФИО1 и ФИО2 состоят в браке.

В период брака на имя ФИО1 приобретена квартира 

<

адрес>: по договору купли-продажи от 8 сентября 2005 года ФИО1 приобрел 23/100 доли; по договору купли-продажи от 2 марта 2006 года - 22/100 доли; по договору дарения от 6 мая 2011 года ФИО1 принял 55/100 доли. 

25 июля 2014 года между ФИО1 и ФИО2 заключен договор дарения квартиры, по условиям которого истец безвозмездно передал, а ответчик принял в собственность спорное жилое помещение. 

Право собственности на квартиру за ФИО2 зарегистрировано в Управлении Росреестра по Хабаровскому краю 5 августа 2014 года.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суды первой и апелляционной инстанций исходили из отсутствия доказательств подтверждающих, что при заключении оспариваемой сделки ФИО2 прибегла к обману и действовала недобросовестно, а истец в силу плохого зрения не мог должным образом изучить договор. Суды указали, что ФИО1 собственноручно подписал договор и при должной осмотрительности имел реальную возможность ознакомиться с условиями договора дарения, понять смысл договора и суть совершаемой им сделки. 

В кассационной жалобе заявитель, выражая несогласие с постановленными по делу судебными актами, полагает, что суды не установили и не исследовали надлежащим образом обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора. 

Президиум Хабаровского краевого суда полагает выводы суда апелляционной инстанции постановлены с существенным нарушением норм права. 

В силу части 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия (абзац второй пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 178 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная под влиянием заблуждения, может быть признана судом недействительной по иску стороны, действовавшей под влиянием заблуждения, если заблуждение было настолько существенным, что эта сторона, разумно и объективно оценивая ситуацию, не совершила бы сделку, если бы знала о действительном положении дел.

В пункте 2 названной статьи содержится исчерпывающий перечень условий, при наличии которых заблуждение предполагается достаточно существенным, в частности, если сторона заблуждается в отношении предмета и/или природы сделки (пп.2, 3).

В силу пункта 2 статьи 179 Гражданского кодекса Российской Федерации, сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего. 

В пункте 99 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана недействительной, только если обстоятельства, относительно которых потерпевший был обманут, находятся в причинной связи с его решением о заключении сделки. При этом подлежит установлению умысел лица, совершившего обман.

В кассационной жалобе указывается, что суд не дал правовую квалификацию доводам истца о том, что при заключении оспариваемого договора дарения ФИО1 действовал под влиянием обмана, заблуждаясь относительно природы сделки, а также не рассмотрел вопрос о наличии у истца физической возможности ознакомиться с текстом договора.

Ссылаясь исключительно на то, что договор дарения соответствует требованиям закона и собственноручно подписан ФИО1, суды не проверили обстоятельств совершения данной сделки. Делая вывод о несостоятельности доводов истца о плохом зрении, судом оставлены без внимания сведения, предоставленные Хабаровским филиалом ФГБУ «МНТК «Микрохирургия глаза».

В соответствии со статьей 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации решение суда должно быть законным и обоснованным.

В силу положений статей 67, 71, 195 - 198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд обязан исследовать по существу все фактические обстоятельства и не вправе ограничиваться установлением формальных условий применения нормы, а выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть указаны в судебном постановлении убедительным образом со ссылками на нормативные правовые акты и доказательства, отвечающие требования относимости и допустимости.

Изложенные выше требования процессуального закона к судебному решению, к доказательствам, их исследованию и оценке, судом не выполнены.

Обращаясь в суд с настоящим иском, ФИО1 указывал, что намерений дарить квартиру супруге не имел, оспариваемый договор был заключен по предложению ФИО2 в целях определения доли каждого из супругов в праве собственности на спорную квартиру. ФИО2, воспользовавшись его доверием, вопреки его воле составила договор дарения всей квартиры, а при подписании договора заверила его, что договор направлен на раздел совместного имущества. В силу плохого зрения он не смог прочитать текст договора, вслух договор ему зачитан не был, о том, что в результате оспариваемой сделки он утратил право собственности на квартиру и будет выселен из жилого помещения, ему стало известно в ноябре 2016 года со слов ФИО2 (л.д. 43, 56-57, 82, 102).

Возражая против иска, ФИО2, подтверждая доводы истца о наличии между ними доверительных отношений, указала, что ФИО1 доверял ей в вопросах распоряжения имуществом, и до тех пор пока после ссоры с ней не понял, что в любой момент может остаться на улице, не усматривал обман в отношении оспариваемой им сделки с недвижимостью (л.д. 37, 105).

Между тем суд приведенные обстоятельства не проверил, не определил их в качестве юридически значимых для правильного разрешения спора, они не вошли в предмет доказывания по делу, и соответственно, не получили правовой оценки суда, что является следствием неправильного толкования и применения положений статей 178,179 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Кроме того, судом установлено, что с 25.12.2006 по 31.03.2015 ФИО1 была установлена инвалидность 3 группы: с 01.04.2015 установлена инвалидность 1 группы по общему заболеванию (инвалид по зрению).

В судебном заседании 6 февраля 2017 года истец пояснил суду, что не мог читать и писать с 2013 года (л.д. 105).

При таких обстоятельствах доводы ФИО1 об отсутствии у него физической возможности прочесть текст договора подлежали проверке, как имеющие значение для правильного разрешения спора.

По запросу суда первой инстанции Хабаровским филиалом ФГАУ «МНТК «Микрохирургия глаза» им. акад. ФИО3» Минздрава России представлена медицинская амбулаторная карта пациента ФИО1 и сообщено, что по медицинской документации в период с 27 июня по 10 ноября 2014 года зрение ФИО1 ухудшилось. Так, по состоянию на 27.06.2014 острота зрения правого глаза = 0,3 с коррекцией = 0,4; острота зрения левого глаза = 0,3 с коррекцией = 0,4. По состоянию на 10.11.2014 острота зрения правого глаза = 0,15 н/к (не корригирует); острота зрения левого глаза = 0,005 н/к (не корригирует) ( л.д. 75). 

В судебном заседании суда первой инстанции данное сообщение обозревалось, что подтверждается протоколом судебного заседания (л.д. 105), однако данному доказательству судом не было дано никакой оценки. 

Сославшись на справку, выданную главным врачом КГБУЗ «ГКБ №10» ФИО4 о том, что за 2014 год ФИО1 врачом –офтальмологом в медицинской организации не осматривался, суд принимая решение по существу заявленных ФИО1 требований и признавая его иск не подлежащим удовлетворению, сослался на то, что ФИО1, имеющий инвалидность 1 группы по зрению, не был лишен возможности внимательно ознакомиться с текстом договора перед его подписанием, при этом отклонил доводы истца об обмане со стороны ФИО2 и наличием заблуждения, указав, что волеизъявление истца на отчуждение квартиры ответчику было выражено надлежащим образом путем подписания договора.

Вместе с тем, учитывая, что в договоре отсутствует запись о прочтении дарителем самостоятельно, либо иным лицом всего текста договора, данное обстоятельство, касающееся состояния зрительного здоровья истца и имеющее существенное значение для правильного разрешения спора, суд не установил и условий для его установления не создал, в частности не обсудил вопрос о назначении и проведении по делу судебной медицинской экспертизы с целью выяснения вопроса мог ли ФИО1 прочитать (различить) текст подписанного сторонами договора дарения квартиры при имеющейся у него остроте зрения, в том числе с помощью оптических линз.

Таким образом, в нарушение требований статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, а также требований к судебному решению (часть 1 статьи 195 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации) и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении», доводы истца об отсутствии у него в силу состояния здоровья возможности ознакомиться с текстом договора судом не проверены, предусмотренных законом процессуальных действий, направленных на установление фактов, имеющих юридическое значение для дела, не совершено, результаты оценки исследованных в судебном заседании доказательств в судебном решении не отражены, что свидетельствует о существенном нарушении судом норм процессуального права, вынесении решения не соответствующего требованиям процессуального закона.

Суд апелляционной инстанции повторно рассматривает дело в судебном заседании по правилам производства в суде первой инстанции с учетом особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (абзац второй части 1 статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд апелляционной инстанции рассматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционных жалобе, представлении и возражениях относительно жалобы, представления (часть 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В апелляционном определении должны быть указаны обстоятельства дела, установленные судом апелляционной инстанции, выводы суда по результатам рассмотрения апелляционных жалобы, представления (пункт 5 части 2 статьи 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года № 13 «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции» разъяснено, что, по смыслу статьи 327 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, повторное рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции предполагает проверку и оценку фактических обстоятельств дела и их юридическую квалификацию в пределах доводов апелляционных жалобы, представления и в рамках тех требований, которые уже были предметом рассмотрения в суде первой инстанции.

Приведенным требованиям процессуального закона и разъяснениям по их применению, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 июня 2012 года № 13, апелляционное определение не соответствует.

При рассмотрении дела судом апелляционной инстанции допущенные судом первой инстанции нарушения норм процессуального закона, которые обязывают суд исследовать по существу все фактические обстоятельства, основывать свои выводы о фактах, имеющих юридическое значение для дела, на доказательствах, отвечающих требованиям относимости и допустимости, и установленных при судебном разбирательстве, не были устранены, несмотря на то, что в апелляционной жалобе и в судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО1 заявлял о не исследованности имеющихся в деле доказательств, в том числе сведений, представленных Хабаровским филиалом ФГАУ «МНТК «Микрохирургия глаза» им. акад. ФИО3» Минздрава России № 01-10/70 от 26 января 2017 года, что привело к неправильному разрешению спора (л.д.118-120,136).

Суд апелляционной инстанции доводы апелляционной жалобы истца относительно отсутствия в решении суда оценки доказательств, имеющихся в деле, не рассмотрел, не уточнил у истца фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения его исковых требований к ФИО2, не поставил на обсуждение вопрос о представлении лицами, участвующими в деле, дополнительных (новых) доказательств, которые могли быть получены, в том числе, посредством проведения судебной экспертизы, и не установил эти обстоятельства на основании представленных сторонами доказательств.

Таким образом, при рассмотрении исковых требований ФИО1 о признании договора дарения недействительным судом не были созданы условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законодательства, в связи с чем мотивы, по которым суд апелляционной инстанции согласился с выводом районного суда не соответствуют закону. 

Президиум Хабаровского краевого суда находит допущенные судом апелляционной инстанции нарушения норм права существенными, повлиявшими на исход дела, без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав и законных интересов заявителя, в связи с чем постановление суда апелляционной инстанции подлежит отмене по основаниям, предусмотренным статьей 387 ГПК Российской Федерации, с направлением дела на новое рассмотрение. 

Руководствуясь статьями 387, 388, пунктом 2 части 1 статьи 390 Гражданского процессуального кодекса РФ, президиум Хабаровского краевого суда

п о с т а н о в и л:

кассационную жалобу ФИО1 удовлетворить частично, 

апелляционное определение судебной коллегии по гражданским делам Хабаровского краевого суда от 7 апреля 2017 года отменить, 

гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки направить на новое апелляционное рассмотрение в ином составе суда. 

Постановление президиума Хабаровского краевого суда вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации.

Председательствующий: Н.Н. Веретенников