РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

07 июля 2020 года г. Жигулевск

Жигулевский городской суд Самарской области в составе:

председательствующего – судьи Сафоновой Н.А., 

с участием представителем истца ФИО1, ФИО2, действующей на основании доверенности,

представителя ответчицы ФИО3, третьего лица ФИО4 – ФИО5, действующей на основании доверенностей,

законного представителя третьего лица ФИО6 – ФИО7,

при секретаре Гасановой А.С., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № по иску ФИО1 к ФИО3 о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, включении имущества в состав наследства, 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, в лице представителя по доверенности ФИО2, обратилась в суд с иском к ФИО3, требуя: 

- признать договор купли-продажи земельного участка и расположенного на нем незавершенного строительством объекта по адресу: 

<

адрес> заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО3 и ФИО8 недействительным.

- применить последствия недействительности сделки, а именно:

- прекратить право собственности ФИО3 на земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для турбазы, общая площадь 2 760 кв.м, адрес объекта: 

<

адрес> и незавершенный строительством объект - здание турбазы, назначение: нежилое, не определено, площадь застройки 512,8 кв.м, степень готовности 74%, инв №, лит. АНА1НА2НАЗН адрес объекта: 

<

адрес>; 

- погасить в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационные записи о праве собственности ФИО3 на указанные объекты недвижимости;

- восстановить право собственности ФИО8 на земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для турбазы, общая площадь 2 760 кв.м, адрес объекта: 

<

адрес> и незавершенный строительством объект - здание турбазы, назначение: нежилое, не определено, площадь застройки 512,8 кв.м, степень готовности 74%, инв №, лит. АНА1НА2НАЗН адрес объекта: 

<

адрес>;

- восстановить в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним регистрационные записи № от ДД.ММ.ГГГГ и № от ДД.ММ.ГГГГ о праве собственности ФИО8 на указанные объекты недвижимости.

Включить земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для турбазы, общая площадь 2 760 кв.м, адрес объекта: 

<

адрес> и незавершенный строительством объект -здание турбазы,- назначение: нежилое, не определено, площадь застройки 512,8 кв.м, степень готовности 74%, инв №, лит. АНА1НА2НАЗН адрес объекта: 

<

адрес> в состав наследственной массы после смерти ФИО8, 23.08.1954г.р., умершего 03.03.2019г.

В обоснование заявленных требований в иске указала, что ДД.ММ.ГГГГ между истицей ФИО1 и ФИО8 был заключен брак, что подтверждается свидетельством о заключении брака от ДД.ММ.ГГГГ 

В совместном браке супругами на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ были приобретены в собственность земельный участок, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для турбазы, общая площадь 2 760 кв.м, адрес объекта: 

<

адрес> и незавершенный строительством объект – здание турбазы, назначение: нежилое, не определено, площадь застройки 512,8 кв.м, степень готовности 74%, инв №, лит. АНА1НА2НАЗН адрес объекта: 

<

адрес>.

Право собственности было зарегистрировано было зарегистрировано на имя супруга ФИО8 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 умер. Нотариусом г. Самары ФИО9 после смерти ФИО8 было заведено наследственное дело, в ходе которого было установлено, что вышеуказанное имущество на вошло в состав наследственного имущества, т.к. на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ указанное имущество перешло в собственность ФИО3, с которой на момент смерти проживал ФИО8

ФИО1 настаивает на том, что деньги по данному договору, заключенному ФИО8 за 5 дней до смерти, ему не передавались, кроме того, он страдал онкологическим заболеванием, принимал наркотические препараты, испытывал физическую боль и моральные страдания и заключил сделку под влиянием этих неблагоприятных обстоятельств.

Подтверждением тому, что деньги не были переданы, является тот факт, что после смерти ФИО8 у него остались значительные долги по кредитам, а также задолженности по коммунальным платежам, в том числе большой долг за газоснабжение, т.е. деньги после этой сделки не появились. Считает, что сделка (договор купли-продажи), заключенная между ФИО8 и ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ является недействительной по целому ряду оснований.

Указанная сделка является мнимой и притворной, т.к. была совершена без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, и с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, в соответствии с ч. 1,2 ст. 170 ГК РФ, мнимая сделки, т.е. сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Притворная сделка, т.е. сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. После смерти ФИО8 денежных средств, указанных в договоре в сумме 3 000 000 рублей, не обнаружено, ни на счетах умершего, ни в его личных вещах. Недействительной оспариваемая сделка является и по основаниям, предусмотренным ч. 3 ст. 179 ГК РФ, т.к. была совершена ФИО8 вследствие стечения тяжелых жизненных обстоятельств, связанных с его болезнью.

Как следует из материалов дела, ФИО8 продал спорную недвижимость по цене в два раза меньше рыночной цены, определенной в ходе судебной экспертизы. Кроме того, как следует из результатов посмертной судебно-медицинской экспертизы «выраженная интоксикация организма, воздействие сильнодействующих медикаментозных средств в терминальной стадии опухолевого процесса могли оказать существенное влияние на регуляцию правового поведения и свободу волеизъявления ФИО8».

Спорная сделка является недействительной, в силу ч.2 ст. 177 ГК ОРФ, т.к. совершена ФИО8 находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий и руководить ими.

В судебном заседании представитель истицы ФИО2 исковые требования поддержала, настаивала на их удовлетворении по доводам искового заявления.

Представитель ответчика ФИО3 - ФИО5, она же является представителем третьего лица ФИО4, в судебном заседании исковые требования не признала, пояснив, что ФИО8 несколько лет перед смертью проживал с ФИО3, у них есть общий взрослый сын, они проживали вместе, решали вопросы по поводу лечения. Продать спорное имущество ФИО3 – это было желание умершего ФИО8 Денежные средства были переданы продавцу, на это же указано и в самом договоре купли-продажи, подтверждается распиской, кроме того, о том, что расчеты были произведены в полном объеме, пояснила допрошенная по ходатайству стороны истца свидетель свидетель № 2 Денежные средства на приобретение турбазы у ФИО3 имелись, у нее были личные накопления и денежные средства, переданные ей подругой - Л.В. – врача-логопеда, с которой ФИО3 хотела открыть совместный логопедический центр. Относительно состояния здоровья ФИО8 в момент заключения сделки, хотела бы отметить, что в заключении эксперты делают категоричный вывод о том, что ввиду отсутствия данных медицинского наблюдения за состоянием здоровья ФИО8 достоверно установить, какие медицинские препараты принимал ФИО8 в период предшествующий выдаче доверенности и заключению договора. Также эксперты в заключении указывают на то, что не представляется возможным дать ответ на вопрос, мог ли ФИО8 понимать значение своих действий и руководить ими на момент выдачи доверенности ДД.ММ.ГГГГ и заключении договора купли-продажи (ДД.ММ.ГГГГ). Все допрошенные по делу свидетели, в том числе и врачи, однозначно говорили о том, что ФИО8 находился в сознании, понимал происходящее, отвечал на вопросы с первого раза, был адекватен. ФИО8 при жизни заключал определенные сделки, вел коммерческую деятельность, так что каких-либо тяжелых жизненных обстоятельств, связанных с его болезнью, не было. Доказательств этому истцом не представлено. Долги возникли в результате того, что ФИО8 при жизни не смог до конца осуществить и завершить все намеченные сделки, долги образовались после его смерти. Довод истицы, что денежные средства не были обнаружены, не свидетельствует о недействительности сделки, поскольку ФИО8 мог распорядиться денежными средствами. Тем более на было никакой мнимости и притворности сделки, вообще истцом оспаривается сделка по нескольким, взаимоисключающим основаниям. Просит в иске отказать.

Третье лицо ФИО7, являющаяся законным представителем несовершеннолетней ФИО6 в судебном заседании исковые требования ФИО1 поддержала, просила иск удовлетворить.

Третье лицо – нотариус г. Самары ФИО9 в судебное заседание не явилась, письменно ходатайствовала о рассмотрении дела в ее отсутствие.

Представитель третьего лица - Управления Росреестра по Самарской области в судебное заседание не явился, о времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, причин неявки не сообщил.

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, допросив свидетелей, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Сделками признаются действия граждан и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей (статья 153 гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным Кодексом, в силу признания ее такой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу положений ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно ст. 170 Гражданского кодекса РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В соответствии с ч. 3 ст. 179 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Согласно п. 1 ст. 177 ГК РФ сделка, совершенная гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признана судом недействительной по иску этого гражданина либо иных лиц, чьи права или охраняемые законом интересы нарушены в результате ее совершения.

Судом установлено и из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ был зарегистрирован брак между ФИО1 и ФИО8, что подтверждается копией свидетельства о заключении брака.

ФИО8 умер ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, что подтверждается копией свидетельства о смерти от ДД.ММ.ГГГГ.

После смерти ФИО8 нотариусом 

<

адрес> ФИО9 заведено наследственное дело №, с заявлением о принятии наследства обратилась супруга умершего ФИО1, а также внучка (по праву представления) – ФИО6 в лице законного представителя ФИО7, сын умершего ФИО4

Из дела правоустанавливающих документов усматривается, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО8, в лице представителя свидетель № 2, действующей на основании доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, удостоверенной нотариусом г. Самары Свидетель №1, и ФИО3 был заключен договор купли-продажи земельного участка, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для турбазы, общая площадь 2 760 кв.м, адрес объекта: 

<

адрес> и незавершенного строительством объекта - здание турбазы, 

<

адрес>

Согласно условиям договора (п.2) отчуждаемое имущество принадлежало продавцу (ФИО8) на основании договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ.

Стоимость продаваемого имущества (земельного участка и расположенного на нем незавершенного строительством объекта – здание турбазы) определена сторонами в 3 000 000 рублей, каковую продавец получил от покупателя полностью до подписания договора (п. 2 договора). Факт передачи денег подтверждается также распиской, представленной в материалы дела, составленной ФИО8

Спорное имущество продано ФИО8 с нотариально удостоверенного согласия супруги ФИО1 от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО1 дала свое согласие супругу ФИО8 на продажу спорного имущества (земельного участка и расположенного на нем незавершенного строительством объекта – здание турбазы) на за цену и на условиях по своему усмотрению, приобретенного на средства, нажитые в браке.

Право собственности на земельный участок и расположенный на нем незавершенный строительством объект – здание турбазы по адресу: 

<

адрес>, зарегистрировано за ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ бремя доказывания наличия обстоятельств, на которых истец основывает свои требование, возложено на истца.

Как следует из текста искового заявления, в обоснование заявленных требований истец ссылается срезу на несколько оснований: на мнимость и притворность сделки, ее безденежность, заключение сделки вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), заключение сделки гражданином, хотя и дееспособным, но находившимся в момент ее совершения в таком состоянии, когда он не был способен понимать значение своих действий или руководить ими.

Допрошенная в качестве свидетеля свидетель № 2 показала, что познакомилась с семьей Юдиных через бывшего мужа, он хорошо дружил с семьей Юдиных более 25 лет. С ФИО3 познакомилась, когда бывший муж свидетеля вызвал ее для переоформления документов, увидела так же и сына Н.. ДД.ММ.ГГГГг., ей позвонил ФИО8 и попросил приехать, назвал адрес: Волжский проспект, она там раньше не была. Попросил помочь переоформить недвижимость, какую, не сказал по телефону. Раньше, когда он просил помочь с документами, то всегда просил приехать на 

<

адрес>. О том, что ФИО8 болен, я не знала, узнала вот 20 или ДД.ММ.ГГГГ Она приехала по адресу, он лежал, слабый, постоянно окно открывал, потому что задыхался, было тяжело дышать. Она спросила, что с тобой С., он пояснил: «не видишь, я умираю». Он попросил переоформить документы на турбазу, которая находится за Волгой. Она ему предложила напечатать договор, «Вы поедите и оформите». Он мне сказал, что: «я не доеду, оформи доверенность на себя и помоги оформить договор купли-продажи». На следующий день она напечатала договор, вызвали нотариуса, и она (свидетель) с ФИО3 поехали оформлять. Она спросила ФИО8 про расчеты, он мне ответил, что: «расчеты произведены». Она попросила расписку у ФИО8 о том, что у него нет претензий по договору, расчет произведен, деньги получены, ФИО8 написал эту расписку. ДД.ММ.ГГГГг. прошла регистрация договора, ДД.ММ.ГГГГг. нужно было получать документы. ДД.ММ.ГГГГг. попросил ее забрать по доверенности деньги, которые он занял у С. в размере 200.000 рублей. Она поехала забрать деньги, ей ФИО10 сказал, что может занять только 190.000 рублей, она написала расписку о том, что ей были переданы деньги для вручения ФИО8 Потом ей позвонил ФИО8, попросил заехать в МТС-Банк, оплатить кредит за телефон из этих 190.000 рублей. ДД.ММ.ГГГГ она с ФИО11 поехали получать документы. Позже ФИО3 сообщила, что ФИО8 умер. ФИО8 ранее обращался к ней (свидетелю) в ДД.ММ.ГГГГ и просил помочь продать турбазу за 9.000.000 рублей. А в ДД.ММ.ГГГГ просил помочь переоформить документы на турбазу на имя И. по договору купли-продажи, претензий никаких не было. ФИО1 не интересовалась материальной стороной, доверяла мужу, он всем занимался. Расписка была написана по ее просьбе, она ее отдала И.. При ней деньги не передавались. ФИО8 был очень слабый, ФИО3 нашла аппарат, который обеспечивал его кислородом. До этого не знала И., все время ездил в село к жене. Про личную жизнь ФИО8 особо не знаю, у них были чисто деловые отношения. Он называл документ именно договором купли-продажи, вопроса о дарении турбазы не стоял. Судить о том, действительно ли ФИО8 турбазу продал, подарил, она не может, согласие было только на куплю-продажу. Он мне сказал, что у него онкология только ДД.ММ.ГГГГ. она заметила, что когда разговаривала по телефону с ФИО8 у него был хриплый голос. При мне он не заговаривался, был в хорошей памяти, каким и был до болезни. Расписка была написана при ней, но без паспортных данных. Это было ДД.ММ.ГГГГг., после получения ею доверенности. Когда она печатала договор, пришла нотариус, она его попросила собственноручно написать, что он понимает сущность сделки и доверяет ли ей (свидетелю), нотариус спрашивала: «Вы доверяете этой женщине?», ФИО8 подтвердил, что доверяет. По ее мнению, адекватная цена турбазы 3.000.000 рублей, так как не завершено строительство, добираться далеко.

Свидетель свидетель № 3 пояснил, что знал ФИО8 с ДД.ММ.ГГГГ Он скрывал, что живет с ФИО3 Он (свидетель) узнал об этом лет 10 назад, а про их общего сына года 3-4 назад. Вообще он его осуждал за то, что он живет на две семьи. ФИО8 занимал денег у него иногда, общались достаточно часто. ФИО8 даже когда умирал, не хотел показать, что умирает. ФИО8 умер где-то в 

<

адрес>. В 

<

адрес> постоянно жил по адресу 

<

адрес>, в 

<

адрес> приезжал к жене ФИО1, в 

<

адрес> приезжал в гости. До смерти видел ФИО8 примерно за месяц, он заезжал к нему (свидетелю), занял денег, рассказал про то, что в аренду здание никто не берет, про кредит рассказал, что осталось заплатить чуть-чуть. Про турбазу он знал, он все пытался её продать, знает, что она не достроена. Он клиентов ему находил, но никто всё равно не покупал. Про И. рассказывал, говорил, что сын появился - «жалко не брошу, так получилось». ФИО8 никогда не говорил про развод с Е., все удивлялись, какая у них любовь. Про то что турбаза в собственности ФИО3 он не знал. ФИО8 очень сильно душил кредит, он не имел денежных средств что-то лишнее купить.

Свидетель свидетель № 4 пояснил, что он сдавал квартиру по адресу: 

<

адрес> сдал ФИО8, которого знает 15 лет, про ФИО3 узнал в ДД.ММ.ГГГГ. Квартиру он предоставил для проживания ФИО8 примерно в ДД.ММ.ГГГГ., он рассказал, что дела идут плохо, сын Н. в 

<

адрес> учится, его нужно перевести учится в 

<

адрес>, чтобы он школу закончил. Ему было неважно, с кем ФИО8 заедет в квартиру, стал проживать там с ФИО3 и их общим сыном ФИО4. Последний раз видел ФИО8 в ДД.ММ.ГГГГ г., ничего необычного не заметил. Он скрывал болезнь, для него (свидетеля) был шок, когда он узнал об этом. Они общались с С. по телефону. Знает о существовании турбазы, но не видел ее. Он говорил, что собирается турбазу продавать, но за очень большую сумму, более 10.000.000 рублей. Про сделку купли-продажи ничего не знает. Про его материальное положение, могу сказать, что три года он жил в квартире бесплатно, у него (свидетеля) возникли финансовые трудности в ДД.ММ.ГГГГ и он попросил вносить оплату, договорились на 16.000рублей в месяц. Но оплату Юдин С. вносил несвоевременно. Что касается ФИО3, то когда ФИО8 умер, он не предпринимал действий чтобы они съехали. В ДД.ММ.ГГГГ. ФИО3 мне сама отдала ключи от квартиры. Он попросил её отдать мне квитанции по оплате коммунальных услуг, сумма задолженности была 49.000 рублей, уже возбуждено 2 исполнительных производства. 

Свидетель свидетель № 5 показала, что ФИО8 знает давно, познакомились в юности, общались. У ФИО8 уже был взрослый сын, но он стал употреблять наркотики, его лечили, долго ФИО1 и ФИО8, но все безрезультатно. Поэтому в дальнейшем ФИО8 с ФИО3 приняли решение, что у нее должен быть ребенок. И. очень корректный человек и понимала, что ФИО8 будет жить на две семьи. ФИО8 всегда говорил, что: «мне жаль жену из-за смерти сына, я ее всегда буду оберегать и до конца жизни не брошу». ФИО8 содержал и детей, и женщин, всегда любил сыновей, они были знакомы друг с другом. Е. подкараулила И. и между ними была потасовка. ФИО8 жил с И. в 

<

адрес> по адресу 

<

адрес>, а Е. жила в 

<

адрес>. Она слышала про турбазу, они с И. планировали открыть реабилитационный центр. Но получилось так, что в ДД.ММ.ГГГГ она (свидетель) приехала в гости к ФИО3, и поделилась своими планами. С. предложил купить его турбазу. Она видела эту турбазу по фотографиям. Они решили с ФИО3 вмести открыть бизнес. У нее были накопления, я ДД.ММ.ГГГГ привезла деньги, договорились, что И. покупает турбазу, а она её снимает. У нее были деньги в размере 2.650.000 рублей, часть из которых остались с продажи квартиры и получения субсидирования, остальные деньги внесла ФИО3. Купила И. турбазу за 3.000.000 рублей. ДД.ММ.ГГГГ она привезла деньги, написали расписки. У нее есть документы, доказывающие, что эти деньги действительно были. Она дала эти деньги взаймы ФИО3, они втроем сидели на кухне, она отдала деньги ФИО8, все написали расписки. ФИО3 добавила 350.000 рублей, расписка писалась на 3.000.000 рублей. Расписки печатали на компьютере, дословно не помнит, что именно в расписке написано. ФИО8 деньги взял и отнес в комнату. У нее медицинское образование, но она ничего подозрительного по внешнему виду С. не заметила, был веселым, слабоумием не страдал. После ДД.ММ.ГГГГ он выходил из дома, ходили они вместе с И. в магазин. Был адекватным человеком, ее узнал. 

Допрошенные по делу свидетели свидетель № 6, свидетель № 7, свидетель № 8 пояснили, что видели ФИО8 в квартире на Волжском проспекте свидетель № 6 примерно ДД.ММ.ГГГГ., свидетель № 7 – ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, свидетель № 8 – ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ он был в сознании, разговаривал, их узнал, был абсолютно адекватным нормальным человеком, самостоятельно вставал в туалет.

При рассмотрении дела были допрошены в качестве свидетелей врачи, к которым обращался ФИО8:

- свидетель свидетель № 9 – заведующая Самарской городской больницы 

<

адрес> г. Самара пояснила, что лично пациента не видела, т.к. не является участковым терапевтом, первичный осмотр ФИО8 был ДД.ММ.ГГГГ, под вопросом было здоровье почек, ФИО8 был направлен в онкоцентр, где ему была проведена операция- резекция левой почки, однако рост опухоли продолжился, пациент был передан для наблюдения и лечения в поликлинику. ДД.ММ.ГГГГ к ней обратилась гражданская супруга ФИО8, принесла заключение отдела паллиативной помощи о том, что пациент нуждается в назначении наркотических средств, с ее слов, они проживают вместе много лет, ФИО8 находится дома, дойти до больницы не может из-за тяжелого состояния, практически не встает. В связи с тем, что ФИО8 проживал на 

<

адрес>, территориально не относящимся в больнице №, он был передан в поликлинику №, куда она (свидетель) сама звонила;

- свидетель свидетель № 10 – участковый терапевт поликлиники 

<

адрес> пояснила, что ДД.ММ.ГГГГ к ней поступил вызов на дом, по скорой помощи. Причиной вызова указано было обезболивание, но сразу предупредили, что пациент к поликлинике не прикреплен. Она позвонила по номеру телефона, с которого поступил вызов, ответила его жена, как она представилась, сказала, что у нее более т муж, срочно нужно выписать ему обезболивающие препараты. Она посещала ФИО8 на дому, у него действительно было тяжелое состояние, затруднено дыхание, но он был в сознании на поставленные вопросы отвечал с первого раза, отвечать на вопросы ему было затруднительно, т.к. была одета кислородная маска. При ней он самостоятельно дошел до туалета. Т.к. у нее нет допуска выписывать наркотические препараты для обезболивания, то ей препараты ей выписала врач ФИО12;

- свидетель ФИО13 пояснила, что сама лично пациента не видела, о его состоянии узнавала от участкового терапевта.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена комплексная посмертная судебно-медицинская-психолого-психиатрическая экспертиза, производство которой поручено комиссии экспертов ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно медицинской экспертизы».

Согласно заключению №» от ДД.ММ.ГГГГ- ДД.ММ.ГГГГ комиссией экспертов ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно медицинской экспертизы» сделаны следующие выводы:

- ввиду отсутствия данных медицинского наблюдения за состоянием здоровья ФИО8 в исследуемый период времени (ДД.ММ.ГГГГ) достоверно установить, какие медицинские препараты принимал ФИО8 в период, предшествующий выдаче доверенности (ДД.ММ.ГГГГ) на имя свидетель № 2 на право продажи недвижимого имущества и заключению договора купли-продажи недвижимого имущества (ДД.ММ.ГГГГ) не представилось возможным. Согласно копии листа назначения пациента ФИО8 от ДД.ММ.ГГГГ (врач ФИО известно, что ФИО8 не менее 2-х раз в сутки инъекционно вводились лекарственные вещества (дюспаталин), креон). Лекарственные средства (дексаметазон, анальгин, супрастин) помимо лечебного действия обладают рядом побочных действий, которые могут сопровождаться нарушениями в том числе и со стороны центральной нервной системы.

- дать ответ на вопрос, мог ли ФИО8 понимать значение своих действий и руководить ими на момент оформления доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, определенно и оценить, насколько полноценно было его волеизъявление, не представляется возможным, ввиду затруднительной реконструкции психического состояния ФИО8 на ДД.ММ.ГГГГ с опорой на медицинские источники информации. Выраженная интоксикация организма, воздействие сильнодействующих медикаментозных средств в терминальной стадии опухолевого процесса могли оказать существенное влияние на регуляцию правового поведения и свободу волеизъявления ФИО8

- ввиду отсутствия данных медицинского наблюдения за состоянием здоровья ФИО8 в исследуемый период времени (ДД.ММ.ГГГГ) достоверно установить, страдал ли он каким-либо психическим расстройством на момент оформления доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, не представляется возможным.

Оценивая перечисленные выше доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, руководствуясь ст. 170 ГК РФ, суд приходит к выводу о том, что правовых оснований для признания оспариваемого договора купли-продажи мнимым или притворным не имеется, поскольку стороной истца, в нарушение ст. 56 ГПК РФ, не представлено о мнимости данной сделки. При оценке реальности намерений сторон на совершение оспариваемого договора суд принимает во внимание показания свидетеля свидетель № 2 при выдаче ФИО8 доверенности и заключении договора о намерениях и мотивах к совершению сделки – продажи спорной недвижимости, а также право ФИО8 с нотариально удостоверенного согласия на продажу приобретенного в браке спорного имущества.

Одновременно заявляя требования о признании оспариваемой сделки притворной, истцом не указано, какую именно сделку стороны прикрывали. также судом учитывается, что последствием признания притворной сделки недействительной является не приведение сторон в первоначальное состояние, а применение к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки относящихся к ней правила.

Доводы истицы о том, что денежные средства в размере 3 000 000 рублей не были переданы ФИО8, также доказательствами не обеспечены. Напротив, из материалов дела следует, что денежные средства были переданы до подписания договора купли-продажи, на что указано в п. 2 договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, представленной в материалы дела распиской, написанной ФИО8, а также подтверждаются показаниями свидетель № 2 Ссылка ФИО1, что после смерти ФИО8 денежные средства не были обнаружены среди вещей ФИО8 либо на его счетах, не свидетельствует о том, что денежные средства не передавались. После заключения оспариваемого договора ФИО8 не был лишен возможности распорядиться полученными денежными средствами. При этом судом учитывается, что истица на протяжении длительного периода времени и на момент заключения договора купли-продажи не проживала вместе с ФИО8

Разрешая требования ФИО1 о признании договора купли-продажи недействительным, основанию его заключения на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего, суд также не находит к этому оснований, в связи со следующим.

При рассмотрении дела определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу назначалась оценочная экспертиза по оценке действительной стоимости спорного имущества на момент заключения договора купли-продажи.

Согласно заключению эксперта ООО «СУДЭКСПЕРТ» № от ДД.ММ.ГГГГ действительная рыночная стоимость объектов недвижимости на дату заключения договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ составляет: земельного участка 1029480 рублей, незавершенного строительством объекта - здания турбазы – 5404918 руб.

Из показаний допрошенных по делу свидетелей свидетель № 2, свидетель № 3, свидетель № 4 следует, что ФИО8 на протяжении длительного периода времени, с ДД.ММ.ГГГГ пытался продать, однако покупатель так и не нашелся.

Учитывая положения ст. 421 ГК РФ о свободе граждан в заключении договора, его условиях, а также тот, факт, что спорное имущество продано о цене, превышающей его кадастровую стоимость, за 3000000 рублей, что в несколько раз превышает цену (800000 рублей), за которую ФИО8 приобрел указанную недвижимость в ДД.ММ.ГГГГ, суд считает, что каких-либо оснований для признания сделки кабальной не имеется.

Наличие у ФИО8 онкологического заболевания также не свидетельствует о кабальности сделки, поскольку при рассмотрении дела установлено, что ФИО8 получал необходимую медицинскую помощь в лечении заболевания.

Оспаривая действительность договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 177 ГК РФ, суд исходит из следующего.

Допрошенные по делу свидетели свидетель № 2, свидетель № 6, ФИО14, свидетель № 8, а также врач – участковый терапевт свидетель № 10, видевшие ФИО8 в оспариваемый период и непосредственно за два дня до смерти показали, что ФИО8 находился в сознании, правильно понимал происходящее, узнавал всех лиц, на поставленные вопросы отвечал адекватно, мог самостоятельно передвигаться.

Из заключения экспертов № от ДД.ММ.ГГГГ- ДД.ММ.ГГГГ комиссией экспертов ГБУЗ «Самарское областное бюро судебно медицинской экспертизы» следует, что - дать ответ на вопрос, мог ли ФИО8 понимать значение своих действий и руководить ими на момент оформления доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, определенно и оценить, насколько полноценно было его волеизъявление, не представляется возможным, ввиду затруднительной реконструкции психического состояния ФИО8 на ДД.ММ.ГГГГ с опорой на медицинские источники информации. Выраженная интоксикация организма, воздействие сильнодействующих медикаментозных средств в терминальной стадии опухолевого процесса могли оказать существенное влияние на регуляцию правового поведения и свободу волеизъявления ФИО8

- Ввиду отсутствия данных медицинского наблюдения за состоянием здоровья ФИО8 в исследуемый период времени (ДД.ММ.ГГГГ) достоверно установить, страдал ли он каким-либо психическим расстройством на момент оформления доверенности от ДД.ММ.ГГГГ, не представляется возможным.

Оценивая перечисленные выше доказательства, суд признает выводы экспертов, сделанные при всесторонне проведенном исследовании представленных материалов дела, обоснованными. Данные выводы не противоречат исследовательской части заключения. Эксперты, проводившие исследование, были предупреждены об уголовной ответственности по ст. 307 УК РФ в установленном законом порядке. Экспертиза проводилась экспертами, которые имеют большой опыт экспертной работы, высокий уровень профессиональной подготовки. При таких обстоятельствах не доверять заключению экспертов у суда оснований не имеется. 

Также из амбулаторной карты № гр-на ФИО8 усматривается, что Согласно распоряжению № от ДД.ММ.ГГГГ зав. ВПО ГБУЗ СО «Самарская городская поликлиника 

<

адрес>» «О назначении лечащего врача онкобольному, нуждающемуся в наркотических средствах и психотропных веществах», расписки ФИО3 на получение наркотических средств и психотропных веществ от ДД.ММ.ГГГГ, записи от ДД.ММ.ГГГГ усматривается, что впервые наркотическое вещество морфин был назначен ДД.ММ.ГГГГ (т.е. после заключения оспариваемой сделки), всего до смерти ФИО8 было использовано 4 ампулы, 6 ампул возвращены в поликлинику.

Таким образом, доводы истца о том, что ФИО8 не понимал значение своих действий и не мог руководить ими, что при заключении договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ у него имелся порок воли (ст. 177 ГК РФ), не нашли свое подтверждения при рассмотрении дела, из заключения комиссии экспертов следует, что ввиду отсутствия данных медицинского наблюдения за состоянием здоровья ФИО8 сделать вывод, мог ли ФИО8 понимать значение своих действий и руководить ими, не представляется возможным. 

Поскольку доказательств, свидетельствующих о том, что договор купли-продажи оформлены ФИО8 в период, когда он не мог понимать значение своих действий и руководить ими, не представлено, а также учитывая, что в медицинской документации отсутствуют какие-либо указания на отклонения в психической деятельности ФИО8, тяжесть перенесенных заболеваний сама по себе не свидетельствуют о том, что он не мог правильно воспринимать окружающую действительность, понимать существо совершаемой им сделки и правильно выражать свою волю.

При указанных обстоятельствах оснований для удовлетворения иска не имеется, в т.ч. в части применения последствий недействительности сделки, включении имущества в состав наследства, поскольку данные требования производны от основного – о признании недействительным договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ, которое судом отклоняется по изложенным выше мотивам.

При разрешении спора суд в порядке ст. 144 ГПК РФ считает необходимым разрешить вопрос об отмене мер обеспечения иска, установленных определением суда от ДД.ММ.ГГГГ. 

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1, предъявленные к ФИО3 о признании сделки – договора купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ недействительной, применении последствий недействительности сделки, включении имущества в состав наследства – оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО1 в доход местного бюджета г.о. Жигулевск государственную пошлину в размере 23200 рублей.

По вступлению решения суда в законную силу отменить меры обеспечения иска, принятые определением Жигулевского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ, в виде запрета проведения регистрационных действий в отношении: земельного участка, категория земель: земли населенных пунктов, разрешенное использование: для турбазы, общая площадь 2 760 кв.м, адрес объекта: 

<

адрес> незавершенного строительством объекта – здание турбазы, назначение: нежилое, не определено, площадь застройки 512,8 кв.м, степень готовности 74%, инв №, лит. № адрес объекта: 

<

адрес>.

Решение может быть обжаловано в Самарский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи жалобы через Жигулевский городской суд.

Судья Жигулевского городского суда Н.А. Сафонова 

Решение в окончательной форме изготовлено 14 июля 2020 года.

Судья Жигулевского городского суда Н.А. Сафонова