Дело № 2-1904/2020

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

03 ноября 2020 года г. Миасс 

Миасский городской суд Челябинской области в составе: председательствующего судьи Глуховой М.Е.,

при секретаре Чемерис М.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Челябинской области, Министерству внутренних дел Российской Федерации о возмещении убытков, компенсации морального вреда, судебных расходов, 

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Челябинской области о взыскании убытков, причиненных вследствие незаконного привлечения к административной ответственности, в размере 23100 рублей, компенсации морального вреда – 50000 рублей, судебных расходов – 3000 рублей.

В обоснование заявленных требований указал, что постановлением мирового судьи судебного участка № 9 г. Миасса от 12 августа 2019 года привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на один год восемь месяцев. Решением Миасского городского суда от 19 июня 2020 года указанное постановление отменено, производство по делу прекращено за отсутствием состава административного правонарушения. В ходе обжалования постановления мирового судьи истец понес убытки в виде оплаты вознаграждения адвокату в размере 20000 рублей, а также претерпел моральные страдания.

Протокольным определением в качестве ответчика привлечено Министерству внутренних дел Российской Федерации, в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования ФИО2 (л.д. 55-56).

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал.

Представитель ответчика МВД РФ, третьих лиц ГУ МВД России по Челябинской области, Отдела МВД по г. Миассу ФИО3 в судебном заседании возражала против удовлетворения исковых требований.

Представители ответчика УФК по Челябинской области, Министерства финансов РФ в судебное заседание не явились, извещены.

Выслушав доводы участников процесса, исследовав письменные материалы дела в их совокупности, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что постановлением мирового судьи судебного участка № 9 г. Миасса от 12 августа 2019 года ФИО1 привлечен к административной ответственности за совершение административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на один год восемь месяцев. Согласно указанному постановлению, 09 июня 2019 года в 15 часов 25 минут ФИО1, управлявший с признаками опьянения автомобилем ФИО4, государственный регистрационный знак НОМЕР, на дороге у дома № 19 по ул. Романенко г. Миасса, не выполнил законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения. В отношении ФИО1 был составлен протокол об административном правонарушении серии НОМЕР, протокол НОМЕР об отстранении от управления транспортным средством, протокол НОМЕР о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, протокола НОМЕР о задержании транспортного средства (л.д. 62-66). 

Решением судьи Миасского городского суда от 28 августа 2019 года постановление мирового судьи судебного участка № 9 г. Миасса от 12 августа 2019 года оставлено без изменения, жалоба ФИО1 без удовлетворения (л.д. 71-72)

Постановлением заместителя председателя Седбмого кассационного суда общей юрисдикции решение судьи Миасского городского суда от 28 августа 2019 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ в отношении ФИО1, отменено, дело направлено на новое рассмотрение в Миасский городской суд (л.д. 75-76).

Решением судьи Миасского городского суда от 19 июня 2020 года постановление мирового судьи судебного участка № 9 г. Миасса от 12 августа 2019 года отменено, производство по делу прекращено по п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ за отсутствием в действиях ФИО1 состава административного правонарушения (л.д. 81-83). 

В ходе производства по административному делу защитником ФИО9, оказывались юридические услуги. Размер уплаченного истцом вознаграждения за весь объем проделанной работы, связанной с защитой интересов истца по административному делу 20000 рублей. Также истцом понесены убытки в связи с эвакуацией транспортного средства на автостоянку (л.д. 12-15, 46).

Согласно п. 1 ст. 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

В силу ст. 16 ГК РФ убытки, причиненные гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, в том числе издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежат возмещению Российской Федерацией, соответствующим субъектом Российской Федерации или муниципальным образованием.

На основании абзаца первого п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (п. 2 ст. 1064 ГК РФ).

В соответствии со статьей 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В силу положений ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу (абзац третий ст. 1100 ГК РФ).

В п. 1 ст. 1070 ГК РФ приведены случаи возмещения вреда, причиненного незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, независимо от вины причинителя вреда.

В остальных случаях вред, причиненный в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 ГК РФ. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу (п. 2 ст. 1070 ГК РФ).

В силу ч. 2 ст. 56 ГПК РФ суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

Как разъяснено в абзацах первом и третьем пункта 12 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 г. № 25 «О применении судами некоторых положении раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (п. 2 ст. 15 ГК РФ).

По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, разрешая возникший спор, суду следует исходить из того, что наличие вреда и его размер доказываются истцом, а правомерность деяния причинителя вреда и отсутствие вины доказываются ответчиком.

В обоснование исковых требований ФИО1 ссылается на то, что в отношении него инспектором ДПС ОГИБДД ОМВД РФ по г. Миассу ФИО2 были составлены протоколы об административном правонарушении об отстранении от управления транспортным средством, задержании транспортного средства, о направлении, в связи с отказом от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения на медицинское освидетельствование на состояние опьянения. Постановлением мирового судьи судебного участка № 9 г. Миасса был привлечен к административной ответственности за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, ему было назначено наказание в виде штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на один год восемь месяцев. 

Решением судьи Миасского городского суда от 19 июня 2020 года постановление мирового судьи судебного участка № 9 г. Миасса от 12 августа 2019 года отменено, производство по делу прекращено по п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ за отсутствием в действиях ФИО1 состава административного правонарушения. При этом ФИО1 понес расходы на оплату услуг защитника в размере 20000 рублей, что подтверждается соглашением об оказании юридической помощи от 14 августа 2019 года, актом выполненных работ от 19 июня 2020 года и квитанцией от 14 августа 2020 года.

Как следует из решения судьи Миасского городского суда от 19 июня 2020 года, основанием для прекращения производства по административному делу по п. 2 ч. 1 ст. 24.5 КоАП РФ, являлось наличие доказательств, свидетельствующих, что в момент освидетельствования сотрудниками ГИБДД ФИО1 находился в помутненном сознании ввиду имеющегося у него заболевания сахарного диабета и случившегося признака гипогликемии, в связи с чем не мог надлежащим образом отдавать отчёт своим действиям.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда РФ от 16 июня 2009 г. № 9-П «По делу о проверке конституционности ряда положений статей 24.5, 27.1, 27.3, 27.5 и 30.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, пункта 1 статьи 1070 и абзаца третьего статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 60 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан К., Р. и Ф.М.», прекращение дела не является преградой для установления в других процедурах ни виновности лица в качестве основания для его привлечения к гражданской ответственности или его невиновности, ни незаконности имевшего место в отношении лица административного преследования в случае причинения ему вреда: споры о возмещении административным преследованием имущественного ущерба и о компенсации морального вреда или, напротив, о взыскании имущественного и морального вреда в пользу потерпевшего от административного правонарушения разрешаются судом в порядке гражданского судопроизводства.

Лицо, привлекавшееся к административной ответственности, участвует в таком споре не как субъект публичного, а как субъект частного права и может доказывать в процедуре гражданского судопроизводства и свою невиновность, и причиненный ему ущерб. Таким образом, предъявление лицом соответствующих требований не в порядке административного судопроизводства, а в другой судебной процедуре может привести к признанию незаконными действий осуществлявших административное преследование органов, включая применение ими мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении, и к вынесению решения о возмещении причиненного вреда.

То есть указанные правовые нормы в их системной взаимосвязи с правовой позицией, содержащейся в указанном выше Постановлении Конституционного Суда РФ, допускают возможность удовлетворения требования о компенсации морального вреда лица, в отношении которого дело об административном правонарушении прекращено, при наличии общих условий наступления ответственности за вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов.

В связи с этим для разрешения требований гражданина о компенсации морального вреда, причиненного ему незаконным привлечением к административной ответственности, необходимо установление незаконности акта о привлечении к административной ответственности, факта наличия нравственных страданий, а также наличия причинной связи между имевшими место нравственными страданиями и нарушением личных неимущественных прав потерпевшего в результате незаконного привлечения к административной ответственности.

Вопреки доводам ответчика составление протокола об административном правонарушении не является формальным изложением в документе составившим его должностным лицом своего мнения о наличии в действиях лица состава административного правонарушения. По смыслу ст. 28.2 КоАП РФ протокол об административном правонарушении является актом, констатирующим обвинение лица в совершении административного правонарушения, и возбуждающим в отношении него дело об административном правонарушении. То есть с момента составления в отношении него протокола об административном правонарушении, ФИО1 находился в состоянии привлечения его к административной ответственности за конкретные, указанные в протоколе действия.

Как выше указано, вступившим в законную силу судебным решением установлено, что истец к административной ответственности был привлечен неправомерно, судебным решением производство по делу об административном правонарушении в отношении него прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения.

В этой связи истец имеет право на возмещение вреда, фактически причиненного ему в результате незаконного административного преследования.

Обосновывая требования о компенсации морального вреда, истец ссылался на нравственные переживания, понесенные им в результате неправомерного привлечения к административной ответственности.

Доказательств того, что истец не претерпевал нравственных переживаний, ответчиком также не представлено. Истец же указывал, что он переживал ввиду необоснованности обвинения его в правонарушении, применении к нему мер обеспечения, необходимости участвовать в процедуре привлечения к административной ответственности при том, что это было связано с необоснованным обвинением его в нарушении закона, ущемляло его, как законопослушного члена общества, ветерана МВД.

Поскольку по своей сути административное преследование является обвинением от лица государства в нарушении закона, то очевидно, что в период незаконного административного преследования гражданин претерпевает бремя наступления административной ответственности, осознавая свою невиновность, что очевидно нарушает личное неимущественное право гражданина.

Вина должностного лица, осуществлявшего незаконное административное преследование, в данном случае презюмируется, и признается установленной, поскольку производство по делу впоследствии было прекращено ввиду отсутствия состава административного правонарушения.

Согласно подпункту 12.1 пункта 1 статьи 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель бюджетных средств обладает следующими бюджетными полномочиями: отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств. В соответствии с подпунктом 1 пункта 3 данной статьи главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию: о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

В соответствии с Положением о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденным Указом Президента Российской Федерации от 21 декабря 2016 года № 699, Министерство внутренних дел Российской Федерации осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, а также бюджетные полномочия главного администратора (администратора) доходов бюджетов бюджетной системы Российской Федерации, администратора источников финансирования дефицита федерального бюджета.

С учетом требований разумности и справедливости, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 1000 рублей.

Учитывая, что Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Челябинской области распорядителем средств федерального бюджета по указанному спору не является, оснований для удовлетворения заявленных требований к указанному ответчику не имеется.

Разрешая требования о взыскании убытков, понесенных в связи с оплатой юридических услуг, услуг по эвакуации и хранению автомобиля суд исходит из следующего. 

Согласно разъяснениям, изложенным в абзаце четвертом пункта 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях», расходы на оплату труда адвоката или иного лица, участвовавшего в производстве по делу в качестве защитника, не отнесены к издержкам по делу об административном правонарушении. Поскольку в случае отказа в привлечении лица к административной ответственности либо удовлетворения его жалобы на постановление о привлечении к административной ответственности этому лицу причиняется вред в связи с расходами на оплату труда лица, оказывавшего юридическую помощь, эти расходы на основании статей 15, 1069, 1070 ГК РФ могут быть взысканы в пользу этого лица за счет средств соответствующей казны (казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации).

Возмещение судебных расходов осуществляется той стороне, в пользу которой вынесено решение суда, и на основании того судебного акта, которым спор разрешен по существу. При этом процессуальное законодательство исходит из того, что критерием присуждения судебных расходов является вывод суда о правомерности или неправомерности заявленного истцом требования. Данный вывод, в свою очередь, непосредственно связан с содержащимся в резолютивной части судебного акта выводом о том, подлежит ли иск удовлетворению, поскольку только удовлетворение судом требования подтверждает правомерность принудительной реализации его через суд и влечет восстановление нарушенных прав и свобод, что в силу статей 19 (часть 1) и 46 (части 1 и 2) Конституции Российской Федерации и приводит к необходимости возмещения судебных расходов (определения от 19 октября 2010 года № 1349-О-О, от 21 марта 2013 года № 461-О, от 22 апреля 2014 года № 807-О, от 24 июня 2014 года № 1469-О, от 23 июня 2015 года № 1347-О, от 19 июля 2016 года № 1646-О, от 25 октября 2016 года № 2334-О и др.).

Из права на судебную защиту вытекает общий принцип, в силу которого правосудие нельзя было бы признать отвечающим требованиям равенства и справедливости, если расходы, понесенные в связи с судебным разбирательством, ложились бы на лицо, вынужденное прибегнуть к этим расходам в рамках судебного механизма обеспечения принудительной реализации своих прав, свобод и законных интересов. При этом не исключается дифференциация федеральным законодателем правил распределения судебных расходов, которые могут иметь свою специфику, в частности в зависимости от объективных особенностей конкретных судебных процедур и лежащих в их основе материальных правоотношений (постановление от 11 июля 2017 года № 20-П). Возмещение судебных расходов обусловливается не самим по себе процессуальным статусом лица, в чью пользу принят судебный акт, разрешивший дело по существу, а вынужденным характером затрат, понесенных лицом (постановление от 21 января 2019 года № 6-П).

Признание права на присуждение судебных расходов за лицом (стороной), в пользу которого состоялось судебное решение, соответствует также принципу полноты судебной защиты, поскольку призвано восполнить лицу, чти права нарушены, вновь возникшие и не обусловленные деятельностью самого этого лица потери, которые оно должно было понести для восстановления свои прав в связи с необходимостью совершения действий, сопряженных с возбуждением судебного разбирательства и участием в нем. В контексте взаимоотношений граждан и организаций с государством данный принцип получает дополнительное обоснование в статье 53 Конституции Российской Федерации, обязывающей государство к возмещению вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц. Одновременно в нем проявляется и публично-правовой в своей значимости эффект, заключающийся в создании у участников соответствующих правоотношений стимулов к тому, чтобы не отступать от правомерного поведения, и тем самым – в снижении чрезмерной нагрузку на судебную систему (постановление от 11 июля 2017 года № 20-П).

Данные правовые позиции в полной мере применимы и к расходам, возникшим у привлекаемого к административной ответственности лица при рассмотрении дела об административном правонарушении, безотносительно к тому, понесены ли они лицом при рассмотрении дела судом или иным органом, и независимо от того, отнесены ли они формально к издержкам по делу об административном правонарушении в силу КоАП РФ. При этом позиции о возможности дифференциации федеральным законодателем правил распределения расходов в зависимости от объективных особенностей конкретных судебных процедур и ледащих в их основе материальных правоотношений во всяком случае, в силу статей 2 и 18 Конституции Российской Федерации, не означает возможности переложения таких расходов на частных лиц в их правовом споре с государством, если результатом такого спора стало подтверждение правоты частных лиц или, по крайней мере, - в случаях, к которым применима презумпция невиновности, - не подтвердилась правота публичных органов.

Возмещение проигравшей стороной правового спора расходов другой стороны не обусловлено установлением ее виновности в незаконном поведении – критерием наличия оснований для возмещения является итоговое решение, определяющее, в чью пользу данный спор разрешен.

Поэтому в отсутствие в КоАП РФ специальных положений о возмещении расходов лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 стать 24.5 либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП РФ, положения статей 15, 16, 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации, по сути, восполняют данный правовой пробел, а потому не могут применяться иным образом, чем это вытекает из устоявшегося в правовой системе существа отношений по поводу возмещения такого рода расходов.

Как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 2020 года № 36-П, положения статей 15,16, 1069 и 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации в системе действующего правового регулирования не могут выступать в качестве основания для отказа в возмещении расходов на оплату услуг защитника и иных расходов, связанных с производством по делу об административном правонарушении, лицам, в отношении которых дела были прекращены на основании пунктов 1 или 2 части 1 статьи 24.5 (отсутствие события или состава административного правонарушения) либо пункта 4 части 2 статьи 30.17 КоАП РФ (ввиду недоказанности обстоятельства, на основании которых были вынесены соответствующие постановление, решение по результатам рассмотрения жалобы) со ссылкой на недоказанность незаконности действий (бездействия) государственных органов или их должностных лиц или наличия вины должностных лиц в незаконном административном преследовании. Иное приводило бы к нарушении баланса частных и публичных интересов, принципа справедливости при привлечении граждан к публичной юридической ответственности и противоречило бы статьям 2, 17, 19, 45, 46 и 53 Конституции Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, ФИО1 понес расходы на оплату услуг защитника в размере 20000 рублей, что подтверждается соглашением об оказании юридической помощи от 14 августа 2019 года, актом выполненных работ от 19 июня 2020 года и квитанцией от 14 августа 2020 года (л.д. 12-15).

Судом установлено, что в рамках заключенного с истцом договора ФИО5 была составлена жалоба на постановление, мирового судьи судебного участка № 9 от 12 августа 2019 года, жалоба на решением Миасского городского суда от 28 августа 2019 года, защитник принимала участие в судебных заседаниях в Миасском городском суде 28 августа 2019 года, 19 февраля 2020 года, 19 июня 2020 года (л.д. 67-70, 73-74, 77-80).

В соответствии с правилами ст. 1069 и п. 2 ст. 1070 ГК РФ, исходя из характера указанных убытков, являющихся расходами истца по оплате услуг защитника по делу об административном правонарушении, при определении размера присуждаемой суммы, применяя по аналогии положения статьи 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, предусматривающей возмещение расходов на оплату услуг представителя в разумных пределах, суд, учитывая конкретные обстоятельства административного дела, объем и сложность выполненной защитником в административном производстве работы, длительность рассмотрения дела об административном правонарушении, руководствуясь принципами разумности и справедливости, полагает, что заявленное истцом требование подлежит удовлетворению в размере 20000 рублей.

Также ФИО1 заявил требование о взыскании убытков в результате эвакуации и помещения автомобиля на платную автостоянку на общую сумму 3100 рублей.

Вместе с тем, в материалы дела представлена квитанция НОМЕР на парковку автомобилей от 10 июня 2019 года, согласно которой ФИО1 уплачена сумма 2492 рубля (л.д. 46).

Учитывая, что судом установлена незаконность привлечения истца к административной ответственности, суд также считает необходимым удовлетворить частично требования истца о взыскании убытков в результате эвакуации и помещения автомобиля на платную автостоянку на сумму 2492 рубля, поскольку доказательств несения убытков на сумму 3100 рублей истцом не представлено.

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных ч. 2 ст. 96 настоящего Кодекса.

В соответствии с ч. 1 ст. 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как следует из разъяснений Верховного Суда РФ, содержащихся в п. 10,11 постановления Пленума от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием. Недоказанность данных обстоятельств является основанием для отказа в возмещении судебных издержек.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд не вправе уменьшать его произвольно, если другая сторона не заявляет возражения и не представляет доказательства чрезмерности взыскиваемых с нее расходов. 

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 5, 13 указанного выше постановления Пленума, разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

ФИО1 просит взыскать расходы на услуги юриста в размере 3000 рублей. В подтверждения таких расходов представлена квитанция от 21 июля 2020 года (л.д. 8).

Учитывая сложность дела, характер спора, объем защищаемого права и проделанной представителем работы, а также принципы разумности и справедливости, суд считает возможным взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 расходы по оплате услуг юриста в размере 3000 рублей.

Руководствуясь ст. 194-199 ГПК РФ, суд 

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 убытки в размере 22492 рубля, компенсацию морального вреда в размере 1000 рублей, расходы по оплате услуг юриста в размере 3000 рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к Министерству внутренних дел Российской Федерации, исковых требований к Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Челябинской области, отказать. 

Решение может быть обжаловано в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме в Челябинский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через Миасский городской суд Челябинской области.

Председательствующий М.Е. Глухова

Мотивированное решение суда составлено 11 ноября 2020 года