Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации 

10 сентября 2020 года г. Тула

Пролетарский районный суд г. Тулы в составе:

председательствующего Шаховцева В.В.,

при секретаре Алексеенко С.В.,

с участием:

представителя истца ФИО1 по ордеру от ДД.ММ.ГГГГ, истца ФИО2 по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ и по ордеру от ДД.ММ.ГГГГ, истца ФИО3 по ордеру от ДД.ММ.ГГГГ, истца ФИО4 по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ и по ордеру от ДД.ММ.ГГГГ, истца ФИО5 по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ и по ордеру от ДД.ММ.ГГГГ, истца ФИО6 по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ и по ордеру от ДД.ММ.ГГГГ, истца ФИО7 по ордеру от ДД.ММ.ГГГГ, истца ФИО8 по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ и по ордеру от ДД.ММ.ГГГГ, истца ФИО9 по доверенности от ДД.ММ.ГГГГ и по ордеру от ДД.ММ.ГГГГ, адвоката Кривондеченковой М.Н., 

ответчика ГСПК № 7 в лице председателя ФИО10, 

представителя ответчика ГСПК № 7 в порядке ч. 6 ст. 53 ГПК РФ ФИО11, 

рассмотрев в здании № 2 Пролетарского районного суда г. Тулы в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-1563/2020 по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 к Гаражному специализированному потребительскому кооперативу № 7 о признании недействительным решения общего собрания членов кооператива, 

установил:

ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 (далее – истцы) обратились в суд с данным иском, указывая, что им по праву собственности принадлежат земельные участки и расположенные на них гаражи, находящиеся в ГСПК № 7 по адресу: 

<

адрес>.

Истцы сообщают, что на общем собрании членов ГСПК № 7 от ДД.ММ.ГГГГ были приняты решения, в том числе об установлении размера членских взносов на ДД.ММ.ГГГГ. 

Истцы указывают, что какие ещё решения, помимо установления размера членских взносов, были приняты на собрании от ДД.ММ.ГГГГ, им не известно. 

Истцы также сообщают, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 было направлено председателю ГСПК № 7 заявление о предоставлении копии протокола общего собрания членов ГСПК № 7, которое согласно отчёта об отслеживании почтовых отправлений было получено ГСПК № 7 ДД.ММ.ГГГГ. 

Однако копия протокола общего собрания членов ГСПК № 7 от ДД.ММ.ГГГГ так и не была направлена ФИО8

Истцы считают, что решения общего собрания членов кооператива от ДД.ММ.ГГГГ являются недействительными в силу ст. 181.4 и 181.5 ГК РФ, так как нарушен порядок созыва, подготовки и проведения собрания, и все решения на собрании приняты при отсутствии необходимого кворума.

Истцы сообщают, что не являются членами кооператива, на территории которого расположены принадлежащие им земельные участки и гаражи (за исключением ФИО8,) и не принимали участие в собрании от ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО8, являющаяся членом кооператива в собрании от ДД.ММ.ГГГГ, также участия не принимала.

Истцы обращают внимание суда, что ГСПК № 7 не имеет общедоступного сайта в системе «Интернет», на котором могли бы быть размещены уведомление о проведении собрания и протоколы общих собраний членов кооператива либо информация о принятых на собрании решениях. Никаким другим общедоступным способом, позволяющим ознакомиться всем собственникам гаражей, включая членов кооператива, уведомление о проведении собрания, а также решения общего собрания членов кооператива от ДД.ММ.ГГГГ (за исключением размера членских взносов) не доводились.

ФИО8, являющаяся членом кооператива, желала принять участие в собрании и в принятии решений в ДД.ММ.ГГГГ.

Истцы ссылаются на то, что начиная с ДД.ММ.ГГГГ, они регулярно проверяли наличие информации о дате, времени и месте проведении собрания, а также о вопросах, включённых в повестку дня. Однако такая информация на щите, расположенном на сторожке у въезда на территорию кооператива, отсутствовала.

Так же истцы указывают, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 направила председателю ГСПК № 7 ФИО10 телеграмму, в которой просила сообщить дату, место проведения собрания, повестку дня собрания ДД.ММ.ГГГГ, а также дату, время и место ознакомления с документами к собранию. Телеграмма не была вручена ФИО10, так как квартира закрыта, адрес по извещению за телеграммой не является.

Истцы полагают, что помимо отсутствия кворума, было допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания, что также влечёт за собой недействительность принятых на таком собрании решений и нарушено право члена кооператива ФИО8 на управление делами кооператива.

Истцы полагают, что решениями собрания от ДД.ММ.ГГГГ затрагиваются права Истцов.

Так же истцы сообщают, что при рассмотрении ранее рассмотренных мировыми судьями и Пролетарским районным судом гор. Тулы гражданских дел представители ГСПК № 7 поясняли, что размер платы за пользование объектами инфраструктуры определяется исходя из размера доли каждого собственника гаража 1 гараж = 1 доля.

Однако, все гаражи, расположенные на территории кооператива, имеют различную площадь.

Истцы так же полагают, что определение долей в общем имуществе по принципу: 1 гараж - 1 доля при различной площади гаражей, является ущемлением прав собственников гаражей с меньшей площадью по сравнению с другими собственниками и позволяет собственникам гаражей с большей площадью нести расходы в общем имуществе в меньшем размере за счёт других, что является неосновательным обогащением для таких собственников. 

Кроме того, из материалов гражданских дел, ранее рассмотренных как мировыми судьями, так и Пролетарским районным судом гор. Тулы, Истцам известно, что ГСПК № 7 регулярно завышаются размеры членских взносов и платы для собственников, не являющихся членами кооператива.

Однако, несмотря на то, что по итогам ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ фактические расходы значительно ниже, чем были установлены взносы, переплата не была учтена при установлении размера взносов на следующий год, в том числе и при установлении размера членских взносов на ДД.ММ.ГГГГ и более того, размер взносов увеличен по сравнению с ДД.ММ.ГГГГ.

Истцы просят суд: 

- признать недействительными с момента принятия решения общего собрания членов Гаражного специализированного потребительского кооператива № 7 от ДД.ММ.ГГГГ по всем вопросам повестки дня, в том числе об утверждении размера членских взносов на ДД.ММ.ГГГГ.

Истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 о времени и месте судебного заседания были извещены надлежащим образом, представили заявления с просьбой о рассмотрении дела в их отсутствие. 

Суд на основании ч. 5 ст. 167 ГПК РФ счел необходимым рассмотреть дело в отсутствие истцов. 

В судебном заседании представитель истцов ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 адвокат Кривондеченкова М.Н. поддержала доводы и основания искового заявления, просила удовлетворить исковые требования в полном объеме. 

Дополнительно пояснила, что причиной обращения истцов в суд послужила непрозрачность финансовой деятельности ГСПК № 7 в лице председателя ФИО10, а не нежелание истцов платить взносы на содержание кооператива. 

Адвокат истцов считает, что необходимый кворум на собрании ДД.ММ.ГГГГ отсутствовал в связи с тем, что уполномоченные не были избраны надлежащим образом на собрании ДД.ММ.ГГГГ, что следует из судебных решений, вступивших в законную силу. 

Кроме того, при проведении собрания ДД.ММ.ГГГГ отсутствовал актуальный список членов кооператива, в списке членов кооператива числятся умершие люди, имеются расхождения в фамилии имени, отчестве членов кооператива. 

Председатель ГСПК № 7 (ответчика) ФИО10 просила отказать в удовлетворении исковых требований, обратила внимание суда, что в исковом заявлении ФИО8 утверждает, что ДД.ММ.ГГГГ ею было направлено заявление председателю ГСПК № 7 о предоставлении копии протокола общего собрания членов ГСПК № 7 от ДД.ММ.ГГГГ, которое согласно отслеживанию почтовых отправлений было получено ГСПК № 7 ДД.ММ.ГГГГ. У ГСПК № 7 нет секретаря, по графику председатель ГСПК № 7 бывает в сторожке по вторникам и четвергам с 18-20 час. 

ДД.ММ.ГГГГ был четверг, и она (ФИО10) была на рабочем месте, но ничего не получала. Кто из членов ГСПК № 7 получил заявление ФИО8, ей (ФИО10) неизвестно.

Председатель ГСПК № 7 ФИО10 указывает, что на решение Пролетарского районного суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу № 2-1414/2018 была подана апелляционная жалоба. Апелляционная инстанция признала решение собрания членов ГСПК №7 от ДД.ММ.ГГГГ недействительным в части утверждения платы за пользование объектами инфраструктуры для индивидуалов на 2018 год, по всем другим вопросам повестки собрание было признано действительным. В апелляционном определении Тульского областного суда от 28 января 2019 года установлено, что выборы уполномоченных членов ГСПК №7 «.. .не могут быть признаны влияющими на охраняемые законом интересы истцов, поскольку данные решения связаны с деятельностью ГСПК № 7, истцы его членами не являются. Кроме того, предъявляя требования, истцы не настаивали на признании недействительными всех решений, принятых на этом собрании» (стр.6 апелляционного определения Тульского облсуда от 28.01.2019 года).

Также председатель ГСПК № 7 ФИО10 обращает внимание суда на позицию Первого кассационного суда по аналогичному вопросу. По мнению суда кассационной инстанции от 02 июля 2020 года по делу № 2-451/2019, если решением суда, вступившим в законную силу, требования ничтожными признаны не были, никто из членов ГСПК №7 к иску не присоединился, то суд обоснованно отказал в удовлетворении исковых требований, и что суд не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены либо отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции (стр.4-5 кассационного определения от 02.08.2020 года, копия прилагается).

В апелляционном определении от 24 января 2019 года судьи Шаховцева В.В. по частной жалобе одного из истцов ФИО3 было установлено, что заявитель ошибочно исходит из того, что решением Пролетарского суда ничтожность решений общих собраний установлена, в то время, как решением от 18.04.2018 года в иске о признании недействительными решений общих собраний ГСПК №7 отказано в полном объеме и в результативной части решения вывод о ничтожности оспариваемых решений отсутствует.

"...Хотя на ничтожность решений суд указал, однако с учетом всех обстоятельств дела вывод о ничтожности всех решений и последствий их недействительности суд не сделал..." (стр.5 апелляционного определения Пролетарского райсуда от 24 января 2019года).

Председатель ГСПК № 7 ФИО10 считает, что в соответствии с вышеизложенным, решение общего собрания ГСПК № 7 от 13 января 2018 года не было признано недействительным, и полномочия уполномоченных избранных на этом собрании были сохранены.

Председатель ГСПК № 7 ФИО10 сообщает, что в соответствии с Уставом ГСПК № 7 ДД.ММ.ГГГГ на щите информации было вывешено объявление о дате, времени и месте проведения собрания, а также о вопросах, включенных в повестку дня.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 направила председателю ГСПК №7 ФИО10 телеграмму. Она знала, что последний рабочий день председателя в ДД.ММ.ГГГГ, был четверг ДД.ММ.ГГГГ. ФИО8 живет в соседнем доме с кооперативом, и если ей нужно было узнать, когда будет собрание, она могла подойти и узнать. Однако, как и с собранием ДД.ММ.ГГГГ представитель Кривондеченкова М.Н, ДД.ММ.ГГГГ (пятница) в 17 час 40 мин направляет ей (ФИО10) на работу запрос, зная, что её последний рабочий день в ДД.ММ.ГГГГ был ДД.ММ.ГГГГ. Далее, как и с ДД.ММ.ГГГГ наступали Новогодние праздники, телеграмма не была получена, т.к. она (ФИО10) находилась за пределами Тульской области.

В отношении установления размера взносов, председатель ГСПК № 7 ФИО10 пояснила, что неосновательное обогащение с истцов было взыскано по исполнительным листам за ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ. За ДД.ММ.ГГГГ,ДД.ММ.ГГГГ,ДД.ММ.ГГГГ никто из истцов (кроме ФИО8 и ФИО1 - не в полном объеме) не оплачивает расходы, связанные с использованием инфраструктуры кооператива. Несмотря на то, что истцы членами ГСПК №7 не являются, как собственники имущества, расположенного на территории кооператива, они должны нести расходы (ст. 209, 210 ГК РФ). Но все иски истцов направлены на одно - признать собрание недействительным и ни за что не платить, что они и делают, чем ущемляют права собственников других гаражей, которые несут расходы за тех, кто не оплачивает.

Истцы в своем заявлении указывают, что размер взносов на ДД.ММ.ГГГГ увеличен по сравнению с ДД.ММ.ГГГГ, хотя размер взносов не изменился. 

Все принятые на собрании решения, были своевременно доведены до членов кооператива, о размере членских взносов было особо оповещено на информационном щите кооператива.

Вышеуказанная правовая позиция была поддержана представителем ответчика ГСПК № 7 в порядке ч. 6 ст. 53 ГПК РФ ФИО11

Свидетель ФИО53 пояснил суду, что он не является членом ГСПК № 7. ДД.ММ.ГГГГ он присутствовал на общем собрании в ГСПК № 7. О собрании узнал случайно. Так как его жена ФИО9 судится с ГСПК № 7, его интересовало размещение объявления о проведении общего собрания, в связи с чем он каждое утро через два дня, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, смотрел – есть ли объявление о проведении собрания. Однако данного объявления не было. Он пересчитал количество присутствующих при проведении собрания ДД.ММ.ГГГГ – было 15 человек, считая его (ФИО12). Никаких бюллетеней у присутствующих не было, их никто не подписывал. 

У суда нет оснований не доверять данному свидетелю, предупрежденному об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний. Суд считает показания данного свидетеля относимым и допустимым доказательством. 

Выслушав представителя истцов, представителей ответчика, допросив свидетеля, изучив письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу. 

Согласно части 1 статьи 3 ГПК РФ заинтересованное лицо вправе в порядке, установленном законодательством о гражданском судопроизводстве обратиться в суд за защитой нарушенных либо оспариваемых прав, свобод или законных интересов.

В силу вышеприведённых требований закона и с позиции требований статей 3, 4 ГПК РФ, статьи 11 Гражданского кодекса РФ решения собраний могут быть признаны недействительными в случае доказанности, что они повлекли нарушение прав истца, свобод или законных интересов, поскольку иные основания специальными нормами действующего законодательства не предусмотрены.

Согласно ст. 12 ГК РФ защита гражданских прав осуществляется путём признания недействительным решения собрания.

Судом установлено и не оспаривается сторонами, что ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 являются собственниками земельных участков и расположенных на них гаражей, находящиеся в ГСПК № 7 по адресу: 

<

адрес>, что следует из выписок из Единого государственного реестра недвижимости. 

Статья 181.4 ГК РФ устанавливает, что решение собрания может быть признано судом недействительным при нарушении требований закона, в том числе в случае, если:

1) допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания;

2) у лица, выступавшего от имени участника собрания, отсутствовали полномочия;

3) допущено нарушение равенства прав участников собрания при его проведении;

4) допущено существенное нарушение правил составления протокола, в том числе правила о письменной форме протокола (пункт 3 статьи 181.2).

Решение собрания не может быть признано судом недействительным по основаниям, связанным с нарушением порядка принятия решения, если оно подтверждено решением последующего собрания, принятым в установленном порядке до вынесения решения суда.

Решение собрания вправе оспорить в суде участник соответствующего гражданско-правового сообщества, не принимавший участия в собрании или голосовавший против принятия оспариваемого решения.

Участник собрания, голосовавший за принятие решения или воздержавшийся от голосования, вправе оспорить в суде решение собрания в случаях, если его волеизъявление при голосовании было нарушено.

Решение собрания не может быть признано судом недействительным, если голосование лица, права которого затрагиваются оспариваемым решением, не могло повлиять на его принятие и решение собрания не влечет существенные неблагоприятные последствия для этого лица.

Решение собрания может быть оспорено в суде в течение шести месяцев со дня, когда лицо, права которого нарушены принятием решения, узнало или должно было узнать об этом, но не позднее чем в течение двух лет со дня, когда сведения о принятом решении стали общедоступными для участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

Статья 181.5 ГК РФ определяет, что ели иное не предусмотрено законом, решение собрания ничтожно в случае, если оно:

1) принято по вопросу, не включенному в повестку дня, за исключением случая, если в собрании приняли участие все участники соответствующего гражданско-правового сообщества;

2) принято при отсутствии необходимого кворума;

3) принято по вопросу, не относящемуся к компетенции собрания;

4) противоречит основам правопорядка или нравственности.

На общем собрании членов ГСПК № 7 от ДД.ММ.ГГГГ были приняты решения, в том числе об установлении размера членских взносов на ДД.ММ.ГГГГ, что следует из протокола № №. 

ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 было направлено председателю ГСПК № 7 заявление о предоставлении копии протокола общего собрания членов ГСПК № 7, которое согласно отчёту об отслеживании почтовых отправлений было получено ГСПК № 7 ДД.ММ.ГГГГ. 

Однако копия протокола общего собрания членов ГСПК № 7 от ДД.ММ.ГГГГ не была направлена ФИО8

Суд приходит к выводу, что решения общего собрания членов кооператива от ДД.ММ.ГГГГ являются недействительными в силу ст. 181.4 и 181.5 ГК РФ, так как нарушен порядок созыва, подготовки и проведения собрания, и все решения на собрании приняты при отсутствии необходимого кворума.

Делая вышеуказанный вывод, суд исходит из следующего. 

Из объявления о размере членских взносов на ДД.ММ.ГГГГ следует, что ДД.ММ.ГГГГ проведено собрание членов ГСПК № 7 в форме собрания уполномоченных.

Однако решением Пролетарского районного суда гор. Тулы от 01 октября 2018 года по делу № 2-1414/2018 установлено, что срок полномочий уполномоченных по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ истёк. Данный вывод Пролетарского районного суда г. Тулы подтверждён апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тульского областного суда от 28 января 2019 года.

Кроме того, решением Привокзального районного суда г. Тулы от 09 августа 2019 года по делу № 2- 827/2019 также установлено, что уполномоченные для участия в собрании не были избраны в установленном порядке в виду отсутствия необходимого для принятия решения кворума. Соответственно, полномочия на участие в собрании ДД.ММ.ГГГГ в статусе уполномоченных у них отсутствовали.

Следовательно, и на собрании от ДД.ММ.ГГГГ у лиц, принявших участие в собрании, отсутствовали полномочия на участие в собрании в статусе уполномоченных. Что позволяет сделать вывод о том, что в собрании от ДД.ММ.ГГГГ приняло участие менее 50 % членов кооператива, то есть отсутствовал необходимый кворум.

Тем самым, решения, принятые на общем собрании членов ГСПК № 7 от ДД.ММ.ГГГГ в силу ст. 181.5 ГК РФ являются ничтожными.

Истцы не являются членами кооператива, на территории которого расположены принадлежащие им земельные участки и гаражи (за исключением ФИО8,) и не принимали участие в собрании от ДД.ММ.ГГГГ.

ФИО8, являющаяся членом кооператива в собрании от ДД.ММ.ГГГГ также участия не принимала.

ФИО8, являющаяся членом кооператива, желала принять участие в собрании и в принятии решений в ДД.ММ.ГГГГ.

ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 направила председателю ГСПК № 7 ФИО10 телеграмму, в которой просила сообщить дату, место проведения собрания, повестку дня собрания ДД.ММ.ГГГГ, а также дату, время и место ознакомления с документами к собранию. Телеграмма не была вручена ФИО10, так как квартира закрыта, адрес по извещению за телеграммой не является.

Таким образом, помимо отсутствия кворума, было допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания, влияющее на волеизъявление участников собрания, что следует из показаний допрошенного в судебном заседании свидетеля ФИО12 и также влечёт за собой недействительность принятых на таком собрании решений (подпункт 1 пункта 1 ст. 181.4 ГК РФ).

Суд считает, что нарушено право члена кооператива ФИО8 на управление делами кооператива, а решениями собрания от ДД.ММ.ГГГГ затрагиваются права истцов.

Кроме того, суд считает необходимым отметить следующее. 

В обоснование довода об отсутствии кворума истцы ссылаются на выводы, изложенные в решении Пролетарского районного суда г. Тулы от 01.10.2018 и апелляционном определении судебной коллегии по гражданским делам Тульского областного суда от 28.01.2019 по делу № 2-1414/2018, а также на выводы, изложенные в решении Привокзального районного суда г. Тулы от 09.08.2019 по делу № 2-827/2019, вступившим в законную силу 17 марта 2020 года.

На стр. 7-8 Решения от 01.10.2018 по делу № 2-1414/2018 относительно собрания членов ГСПК № 7 от ДД.ММ.ГГГГ, на котором были избраны уполномоченные, судом установлено следующее: 

- анализ Списка членов ГСПК № 7 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, Реестра членов ГСПК на ДД.ММ.ГГГГ и выписки из ЕГРП, представленной в материалы гражданского дела № 2-477/2018, позволяет сделать вывод о том, что, по крайней мере, начиная с ДД.ММ.ГГГГ, актуальный реестр членов ГСПК отсутствует. 

Далее суд анализирует недостатки Списка членов ГСПК № 7 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ и Реестра членов ГСПК № 7 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ. 

На стр. 8 (абз. 8, 13) суд обращает внимание на полномочия уполномоченных представителей на собраниях от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ. 

Анализируя представленные в материалы доверенности, суд пришел к выводу, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ срок действия представленных в материалы доверенностей, на основании которых уполномоченные представители принимали участие в собрании, истек. В связи с чем, суд пришел к выводу о том, что лица, зарегистрировавшиеся на собраниях членов ГСПК № 7 в качестве уполномоченных, не могли принимать участие, как в статусе уполномоченных, так и в статусе представителей по доверенности (абз. 14 стр. 8 решения). На основании данных выводов суд удовлетворил требования Истцов и признал недействительным решение собрания членов ГСПК № 7 от ДД.ММ.ГГГГ.

Апелляционным определением от 28 января 2019 года резолютивная часть решения изменена и изложена в следующей редакции: «Признать решение собрания членов ГСПК № 7 от ДД.ММ.ГГГГ недействительным в части утверждения платы за пользование объектами инфраструктуры для индивидуалов на ДД.ММ.ГГГГ».

В остальной части решение суда оставлено без изменения, а апелляционная жалоба ГСПК № 7 – без удовлетворения. 

При этом суд апелляционной инстанции исходил из следующего: «Признание судом недействительным ничтожного решения общего собрания ГСПК № 7 от ДД.ММ.ГГГГ может быть заявлено истцами только в части тех решений, которые затрагивают их права: об установлении платы за пользование объектами инфраструктуры для лиц, не являющихся членами ГСПК № 7, поскольку решение по этому вопросу создает для них соответствующую обязанность, что свидетельствует о наличии у них охраняемого законом интереса в признании этого решения недействительным. 

Решения по остальным вопросам повестки дня названного собрания, в частности по отчету председателя правления за ДД.ММ.ГГГГ, утверждению итогов работы кооператива за ДД.ММ.ГГГГ, отчету ревизионной комиссии, утверждения заключения ревизионной комиссии, выборам председателя правления, членов правления, ревизионной комиссии, уполномоченных членов ГСПК № 7, уполномоченного лица, утверждению сметы расходов, членских взносов, вступительных взносов на ДД.ММ.ГГГГ не могут быть признаны влияющими на охраняемые законом интересы истцов, поскольку данные решения связаны с деятельностью ГСПК № 7, а истцы его членами не являются» (последний абз. стр. 5 и первый абз. стр. 6 апелляционного определения). 

Ответчик, возражая против исковых требований по настоящему делу, полагает, что изменяя резолютивную часть решения суд апелляционной инстанции отказал в удовлетворении исковых требований Истцов в части признания недействительными решений общего собрания от ДД.ММ.ГГГГ по остальным вопросам повестки дня, в том числе и по выборам уполномоченных членов ГСПК № 7, следовательно, эти решения являются действительными.

Однако данные выводы ответчика основаны на неправильном понимании и толковании выводов суда, изложенных в апелляционном определении.

Так, изменив резолютивную часть решения Пролетарского районного суда г. Тулы от 01.10.2018, суд апелляционной инстанции не указывает в резолютивной части на отказ в удовлетворении требований истцов по остальным вопросам повестки дня. Не содержится таких выводов и в мотивировочной части. 

Более того, в абз. 2 на стр. 6 апелляционного определения суд указывает: «Кроме того, предъявляя требования, истцы не настаивали на признании недействительными всех решений, принятых на собрании».

В своем исковом заявлении по делу № 2-1414/2018 истцы не просили признать недействительными все, принятые на собрании от ДД.ММ.ГГГГ, решения. 

Согласно п. 3 ст. 196 ГПК РФ суд принимает решение по заявленным требованиям. Есть необходимость конкретизировать обжалуемую часть судебного решения для его однозначного понимания не только участниками процесса, но и другими лицами (членами кооператива ГСПК № 7)».

Относительно наличия кворума на собрании от ДД.ММ.ГГГГ суд апелляционной инстанции подтвердил выводы суда первой инстанции.

Так, на стр. 5 апелляционного определения (абз. 2-4) суд апелляционной инстанции указывает: «Как следует из материалов дела, объяснений представителя ответчика, протокола общего собрания от ДД.ММ.ГГГГ, копия которого имеется в материалах дела № 2-477/2018, уполномоченные были избраны на указанном собрании сроком на 2 года, то есть на момент проведения собрания ДД.ММ.ГГГГ их полномочия прекратились. 

Доверенностей на представление интересов на собраниях членов ГСПК, выданных указанным лицам членами ГСПК № 7 в индивидуальном порядке, суду, не представлено.

Изложенное свидетельствует о том, что явка на собрание 24 членов кооператива, не обладающих полномочиями на представление интересов иных членов кооператива, не достаточна для необходимого кворума при его исчислении исходя как из 470, 466, так и из 461 членов ГСПК № 7».

Суд считает, что, несмотря на то, что решение общего собрания членов ГСПК № 7 от ДД.ММ.ГГГГ по выборам уполномоченных членов ГСПК № 7 никем не оспаривалось, и решение суда о признании недействительным этого решения отсутствует, оно не становится действительным, а в силу ст. 181.3 и 181.5 ГК РФ недействительно с момента его принятия независимо от признания его таковым судом.

Возражая против доводов истцов, ответчик полагает, что в данном случае недостаточно указания в мотивировочной части решения на отсутствие кворума на собрании от ДД.ММ.ГГГГ. 

В обоснование данного довода ответчик ссылается на выводы суда по ранее рассмотренным делам, изложенные в апелляционном определении Пролетарского районного суда г. Тулы от 24.01.2019 по частной жалобе на определение мирового судьи судебного участка № 67 Пролетарского судебного района г. Тулы от 08.11.2018 и в определении Первого кассационного суда общей юрисдикции от 02 июля 2020 года по делу № 2-451/2019. 

Ответчик полагает, что выводы суда, изложенные в названных судебных постановлениях, сделаны по аналогичным делам и должны быть учтены при разрешении спора по настоящему делу.

Однако данные доводы ответчика не соответствуют действительности. 

Суд считает, что вышеуказанные доводы ответчика противоречат положениям ст. 181.3 ГК РФ, в соответствии с которыми ничтожное решение недействительно по основаниям, установленным настоящим Кодексом, а в данном случае это положения ст. 181.5 ГК РФ, независимо от признания его таковым судом. 

То есть, отсутствие решения суда о признании недействительным ничтожного решения собрания членов ГСПК № 7 от ДД.ММ.ГГГГ по выборам уполномоченных представителей ГСПК № 7, значения для настоящего дела не имеет.

Существенное значение для дела имеет факт отсутствия на данном собрании от ДД.ММ.ГГГГ необходимого для принятия решения кворума. Поскольку уполномоченные представители ГСПК № 7 избираются сроком на 2 года (п. 18.2 Устава в редакции ДД.ММ.ГГГГ, действовавшей на дату проведения собрания), то для правильного разрешения спора подлежит установлению: были ли уполномоченные избраны в установленном порядке. 

Так как судебными постановлениями установлено, что на собрании от ДД.ММ.ГГГГ отсутствовал необходимый для принятия решения кворум, то решение по выборам уполномоченных в силу ст. 181.3 и ст. 181.5 ГК РФ является ничтожным и не влечет за собой юридических последствий. Следовательно, уполномоченные представители для участия в собрании от ДД.ММ.ГГГГ не были избраны в установленном порядке.

Согласно ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат доказыванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица. 

Ответчик так же не учитывает, что наличие полномочий у уполномоченных для участия в собраниях в течение 2-х лет с даты избрания уже проверено Привокзальным районным судом г. Тулы при рассмотрении гражданского дела № 2-827/2019 по иску об оспаривании решений собрания членов ГСПК № 7 от ДД.ММ.ГГГГ (решение от 09 августа 2019 года).

Поскольку выводы суда о наличии полномочий у уполномоченных представителей ГСПК № 7 после их избрания на собрании от ДД.ММ.ГГГГ касаются обстоятельства, имеющего значение и для рассмотрения настоящего дела, то они наряду с выводами суда по делу 2-1414/2018, рассмотренному Пролетарским районным судом г. Тулы, имеют преюдициальное значение и в силу ст. 61 ГПК РФ обязательны для суда и установлению вновь не подлежат.

Так, суд в решении от 09.08.2019 года по делу № 2-827/2019 Привокзальный районный суд г. Тулы указывает: «Как следует из материалов дела, лица, указанные как уполномоченные, могли принимать участие в собрании членов ГСПК № 7 ДД.ММ.ГГГГ, лишь при условии наделения их таковыми полномочиями на собрании ДД.ММ.ГГГГ. 

Исходя из положений п. 18.2 Устава и протокола собрания ГСПК № 7 от ДД.ММ.ГГГГ, на котором были избраны уполномоченные на 2 года, срок их полномочий по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ истек.

Решением Пролетарского районного суда г. Тулы от 01.10.2018, установлено, что на собрании членов ГСПК от ДД.ММ.ГГГГ отсутствовал кворум для принятия решений. 

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Тульского областного суда от 28.01.2019 данный вывод Пролетарского районного суда г. Тулы от 01.10.2018 об отсутствии кворума на собрании от ДД.ММ.ГГГГ признан правильным, а также указано, что доводы апелляционной жалобы сводятся к утверждению о наличии у уполномоченных на собрании соответствующих полномочий на участие в голосовании, основаны на ошибочном толковании норм материального и процессуального права, регулирующих спорные правоотношения, направлены на иную оценку установленных по делу обстоятельств и представленных в их подтверждение доказательств, получивших надлежащую правовую оценку в соответствии с требованиями ст. ст. 67, 198 ГПК РФ в постановленном по делу решении.

Отсутствие кворума при принятии решений является необходимым и достаточном условием для признания ничтожных решений недействительными. 

Таким образом, уполномоченные для участия в собрании от ДД.ММ.ГГГГ не были избраны в установленном порядке. Соответственно, полномочия на участие в собрании ДД.ММ.ГГГГ в статусе уполномоченных у них отсутствовали» (абз. 5, 7-11 стр. 9 решения). 

В соответствии с п. 1 ч. 4 ст. 198 ГПК РФ фактические и иные обстоятельства дела, установленные судом, указываются именно в мотивировочной части решения. 

Выводы суда, изложенные в апелляционном определении Пролетарского районного суда г. Тулы от 30.01.2019 по частной жалобе на определение мирового судьи судебного участка № 67 Пролетарского судебного района г. Тулы от 08.11.2018 и в определении Первого кассационного суда общей юрисдикции от 02 июля 2020 года по делу № 2-451/2019, вопреки утверждению Ответчика, сделаны не по аналогичным делам.

Так, 24 января 2019 года Пролетарским районным судом г. Тулы вынесено апелляционное определение по частной жалобе на определение мирового судьи судебного участка № 67 Пролетарского судебного района об отказе в пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам решения мирового судьи судебного участка № 67 Пролетарского судебного района г. Тулы от 14.09.2017 по иску ГСПК № 7 к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения. 

В соответствии со ст. 392 ГПК РФ судебные постановления, вступившие в законную силу, могут быть пересмотрены по вновь открывшимся или новым обстоятельствам.

Выводы суда апелляционной инстанции по указанному делу основаны на положениях ст. 392 ГПК РФ и разъяснениях, содержащихся в п. 9 и подпункте «б» п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11 декабря 2012 года № 31 «О применении норм Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении судами заявлений, представлений о пересмотре по вновь открывшимся или новым обстоятельствам вступивших в законную силу судебных постановлений». 

Основываясь на положениях ст. 392 ГПК РФ и указанных разъяснений Пленума Верховного Суда РФ, суд пришел к выводу о том, что к вновь открывшимся обстоятельствам установление факта ничтожности решений собраний членов кооператива решением от 19 апреля 2018 года Пролетарского районного суда г. Тулы, вступившим в законную силу 22 мая 2018 года, то есть после вынесения решения мирового судьи, не может быть отнесено, так как данное обстоятельство – ничтожность решений собраний членов кооператива от 10 ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, на которое указано в мотивировочной части решения, на день вынесения решения мировым судьей не имело место» (последний абз. на стр. 7 апелляционного определения).

Таким образом, в данной части в апелляционном определении не содержится никаких выводов о том, что указания в мотивировочной части решения не достаточно для придания выводам суда преюдициального значения. Вывод суда в данном случае основан на том, что обстоятельства, на которые указано в мотивировочной части решения, возникли после вынесения решения мировым судьей.

Выводы же суда апелляционной инстанции о том, что в тексте решения от 19 апреля 2018 года Пролетарского районного суда г. Тулы, несмотря на указание на ничтожность решений, не сделан вывод о признании недействительными ничтожных сделок – решений общих собраний, либо о применении последствий недействительности таких решений не в резолютивной, а в мотивировочной части, относится к возможности пересмотра по новым обстоятельствам. 

В силу п. 2 ч. 4 ст. 392 ГПК РФ основанием для пересмотра по новым обстоятельствам является именно признание судом недействительной сделки, повлекшей за собой принятие незаконного или необоснованного судебного постановления по данному делу.

То есть для пересмотра судебного постановления, вступившего в законную силу по новым обстоятельствам в силу Закона, требуется указание на признание недействительной сделки (решения общего собрания) в резолютивной части решения.

По настоящему же делу рассматривается не заявление о пересмотре вступившего в законную силу судебного постановления, а оспаривается решение общего собрания членов ГСПК № 7, принятого в отсутствие необходимого кворума. И в этом случае, выводы суда, изложенные в мотивировочной части судебных постановлений относительно наличия у уполномоченных представителей полномочий на принятие решения, имеют преюдициальное значение.

Выводы судебной коллегии по гражданским делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 02 июля 2020 года о том, что решением Пролетарского районного суда г. Тулы от 19 апреля 2018 года по гражданскому делу № 2-477/2018 о признании недействительными решений общих собраний членов кооператива от ДД.ММ.ГГГГ судом не сделан вывод о признании названных решений недействительными и о применении последствий недействительности таких решений, также сделан не по аналогичному делу. 

По делу 2-477/2018, рассмотренному Привокзальным районным судом г. Тулы оспаривались действия ГСПК № 7 по регистрации новой редакции Устава, сама новая редакция Устава, а также решение регистрирующего органа по регистрации новой редакции Устава и записи в ЕГРЮЛ по основаниям ничтожности решения общего собрания членов ГСПК № 7 от ДД.ММ.ГГГГ об утверждении новой редакции Устава.

Соответственно, суд считает, что общее собрание членов ГСПК № 7 от ДД.ММ.ГГГГ не могло быть проведено в форме собрания уполномоченных, так как у уполномоченных представителей на дату проведения собрания отсутствовали полномочия для участия в собрании в этом статусе.

Суд так же обращает внимание на следующее. 

Согласно представленному в материалы дела Реестру членов ГСПК № 7 на ДД.ММ.ГГГГ в кооперативе 434 члена.

В материалы дела Ответчиком представлена копия протокола № № участников очередного общего собрания уполномоченных членов Гаражного специализированного потребительского кооператива № 7 от ДД.ММ.ГГГГ, в котором указано, что для участия в общем собрании уполномоченных членов Гаражного специализированного потребительского кооператива № 7 зарегистрировались 18 уполномоченных и 4 члена кооператива. 

Поскольку у принявших участие в собрании уполномоченных отсутствовали полномочия действовать в этом статусе, то они принимали участие и могли принимать участие только в статусе члена Кооператива. 

Согласно листу регистрации участников очередного общего собрания уполномоченных ГСПК № 7 от ДД.ММ.ГГГГ для участия в собрании зарегистрировались 22 члена ГСПК (18+4), что составляет 5,07% от общего числа членов ГСПК. 

В соответствии со ст. 181.2 ГК РФ решение собрания считается принятым, если за него проголосовало большинство участников собрания и при этом в собрании участвовало не менее пятидесяти процентов от общего числа участников соответствующего гражданско-правового сообщества.

В соответствии с п. 19.2 Устава ГСПК № 7 в ред. ДД.ММ.ГГГГ Общее собрание правомочно принимать решения, если в собрании участвует более 50-ти процентов членов Кооператива (уполномоченных). 

Тем самым, необходимый для принятия решения кворум на очередном общем собрании членов ГСПК № 7 отсутствовал.

Кроме того, в материалы дела Ответчиком представлен Реестр членов ГСПК № 7 по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ.

Анализ данного реестра позволяет сделать вывод о том, что по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, в Кооперативе отсутствует актуальный Реестр членов ГСПК № 7.

Отсутствие актуального Реестра членов ГСПК № 7 на дату проведения собрания не позволяет сделать вывод о наличии необходимого для принятия решения кворума.

Отсутствие актуального Реестра членов ГСПК № 7 подтверждается следующим:

Согласно нумерации членов ГСПК в кооперативе 434 члена. Однако, в целом ряде случаев под одним номером числится несколько членов кооператива.

Под номером 5 указаны два члена кооператива: ФИО54 и ФИО55, гараж № №. Какая-либо отметка о том, что кто-либо из указанных лиц не является членом ГСПК, отсутствует. Сведения о том, что кто-либо из указанных лиц имеет еще один гараж, и в реестре учтен под другим номером, отсутствуют. Учитывая, что это Реестр именно членов ГСПК, а не список собственников гаражей, то и ФИО56 и ФИО57 являются членами ГСПК № 7, но в реестре учтены под одним номером. 

Под номером 37 указаны два члена кооператива: ФИО58 и ФИО59, гараж № №. Какая-либо отметка о том, что кто-либо из указанных лиц не является членом ГСПК отсутствует. Сведения о том, что кто-либо из указанных лиц имеет еще один гараж и в реестре учтен под другим номером, отсутствуют. Учитывая, что это Реестр именно членов ГСПК, а не список собственников гаражей, то и ФИО60 и ФИО61 являются членами ГСПК № 7, но в реестре учтены под одним номером. 

Под номером 59 указаны три члена кооператива: ФИО62, ФИО63, ФИО64, гараж № №. Какая-либо отметка о том, что кто-либо из указанных лиц не является членом ГСПК отсутствует. Сведения о том, что кто-либо из указанных лиц имеет еще один гараж и в реестре учтен под другим номером отсутствуют. Учитывая, что это Реестр именно членов ГСПК, а не список собственников гаражей, то и ФИО65, и ФИО66, и ФИО67 являются членами ГСПК № 7, но в реестре учтены под одним номером. 

Под номером 203 указаны два члена кооператива: ФИО68 и ФИО69, гараж № №. ФИО70 имеет в кооперативе еще два гаража – № и №. Но ни по гаражу № и по гаражу № № в нумерации членов кооператива не учтен. Соответственно, и ФИО71 и ФИО72 оба являются членами ГСПК № 7, но в реестре учтены под одним номером.

Под номером 227 указаны три члена кооператива: ФИО73, ФИО74, ФИО75, гараж № №. Какая-либо отметка о том, что кто-либо из указанных лиц не является членом ГСПК отсутствует. Сведения о том, что кто-либо из указанных лиц имеет еще один гараж и в реестре учтен под другим номером отсутствуют. Учитывая, что это Реестр именно членов ГСПК, а не список собственников гаражей, то и ФИО76, и ФИО77, и ФИО13 ФИО78 являются членами ГСПК № 7, но в реестре учтены под одним номером. 

Под номером 247 указаны два члена кооператива: ФИО79 и ФИО80, гараж № №. Какая-либо отметка о том, что кто-либо из указанных лиц не является членом ГСПК отсутствует. Сведения о том, что кто-либо из указанных лиц имеет еще один гараж и в реестре учтен под другим номером отсутствуют. Учитывая, что это Реестр именно членов ГСПК, а не список собственников гаражей, то и ФИО81 и ФИО82 являются членами ГСПК № 7, но в реестре учтены под одним номером. 

Под номером 317 указаны два члена кооператива: ФИО83 и ФИО84, гараж № №. Какая-либо отметка о том, что кто-либо из указанных лиц не является членом ГСПК отсутствует. Сведения о том, что кто-либо из указанных лиц имеет еще один гараж и в реестре учтен под другим номером отсутствуют. Учитывая, что это Реестр именно членов ГСПК, а не список собственников гаражей, то и ФИО85 и ФИО86 являются членами ГСПК № 7, но в реестре учтены под одним номером.

Кроме того, из Реестра членов ГСПК № 7 непонятным образом исчезли несколько собственников гаражей, которые согласно Списку членов ГСПК № 7 по состоянию на 2012 год числились в качестве членов кооператива. Когда и в связи с чем эти лица перестали быть членами кооператива, информация отсутствует. Это: 

Гараж № №. В Списке ДД.ММ.ГГГГ указана ФИО87. В Списках и Реестрах по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ указано: не член.

Гараж № №. В списке ДД.ММ.ГГГГ указан ФИО88. В Списках и Реестрах по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ указано: не член.

Гараж № №. В Списке ДД.ММ.ГГГГ указан Воробьев Вал. Иг. В Списках и Реестрах по состоянию на 01.01.2017, 01.01.2018, 01.01.2019, 01.01.2020 года указано: не член.

Гараж № №. В списке ДД.ММ.ГГГГ указан ФИО89 В Реестрах за ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ – ФИО90. В Реестре по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ указан: не член. При том, что в представленных в материалы ранее рассмотренных судом гражданских дел сведения о регистрации права собственности по гаражу № № за ФИО91 отсутствуют. Если переход права собственности на данный гараж от ФИО92 к ФИО93 не был оформлен надлежащим образом, то когда и в связи с чем ФИО94. перестал быть членом кооператива? Если у Ответчика имеются сведения о переходе права собственности на данный гараж к ФИО95, то вопрос тот же: когда и в связи с чем ФИО96 перестала быть членом кооператива?

Гараж № №. В Списке ДД.ММ.ГГГГ указан ФИО97. В Списках и Реестрах по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ указано: не член.

Гараж № №. В Списке ДД.ММ.ГГГГ указана ФИО98. В Списках и Реестрах по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ указано: не член.

Гаражи № № и №. В Списке ДД.ММ.ГГГГ в качестве члена кооператива по гаражу № № указан ФИО99. Гараж № № в Списке ДД.ММ.ГГГГ не указан вообще. Согласно выписке из ЕГРП собственником гаражей № и № является ФИО14 ФИО100. В Списках и Реестрах по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ по гаражам №, № указано: не член. 

Гараж № №. В Списке ДД.ММ.ГГГГ указан ФИО101. В Списках и Реестрах по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ указано: не член.

В то же время в числе членов кооператива по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ учтены умершие лица, которые в связи со смертью утратили свою право- и дееспособность и не могут являться членами кооператива. Это: 

Под номером 214 указана ФИО102, гараж № №, с пометкой «Умер. ДД.ММ.ГГГГ».

Под номером 29 указан ФИО103, гараж № №. Согласно Списку ДД.ММ.ГГГГ членом кооператива является ФИО104. В своей апелляционной жалобе на решение Пролетарского районного суда г. Тулы от 01.10.2018 по делу № 2-1414/2018 председатель ГСПК № 7 ФИО15 указывает, что отчество «Ермолаевич» на «Ефимович» исправлено на основании Свидетельства о смерти от ДД.ММ.ГГГГ. Наследники документы, подтверждающие переход права собственности не представили. 

Однако свидетельство о смерти ФИО105 не является документом, подтверждающим, что членом кооператива являлся именно ФИО106. 

Кроме того, под номером 121 в Реестре по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, как и Реестрах по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ-ДД.ММ.ГГГГ указана ФИО107. Гараж № №. В то же время согласно выписке из ЕГРП собственником гаража № № с ДД.ММ.ГГГГ года является ФИО108. То есть членом кооператива числится лицо, не являющееся собственником гаража, что противоречит п. 11.1 Устава ГСПК № 7. 

На все вышеперечисленные недостатки Реестра членов ГСПК № 7 обращалось внимание при рассмотрении других гражданских дел: по делу № 2-1414/2018, рассмотренному Пролетарским районным судом г. Тулы, и по делу № 2-827/2019, рассмотренному Привокзальным районным судом г. Тулы. Однако, недостатки Реестра, на которые Истцы обращали внимание, устранены только частично. Большая часть недостатков не устранена до настоящего времени, что не позволяет определить количество членов ГСПК № 7. 

В отсутствие актуальных сведений о количестве членов ГСПК № 7 на дату проведения собрания от ДД.ММ.ГГГГ невозможно установить наличие необходимого для принятия решения кворума, что является самостоятельным основанием, помимо вышеприведенного, для признания решения собрания от ДД.ММ.ГГГГ недействительным в соответствии с п. 2 ст. 181.5 ГК РФ. 

Согласно протоколу № № общего собрания от ДД.ММ.ГГГГ и листу регистрации участников очередного общего собрания уполномоченных ГСПК № 7 для участия в собрании зарегистрировалось 18 уполномоченных. Как пояснила в судебном заседании председатель ГСПК № 7 ФИО10, кворум для принятия решения определялся согласно положениям Устава в ред. ДД.ММ.ГГГГ - 1 уполномоченный от 20 членов кооператива. Таким образом, 18 уполномоченных представляли 360 членов кооператива.

Однако принявшие участие в собрании уполномоченные были избраны на собрании от ДД.ММ.ГГГГ, то есть в период действия Устава в редакции ДД.ММ.ГГГГ – 1 уполномоченный от 15 членов кооператива. 

Изменения, внесенные в Устав в ДД.ММ.ГГГГ, применяются к уполномоченным представителям, избранным на первом собрании после внесения соответствующих изменений в Устав.

Соответственно, на собрании от ДД.ММ.ГГГГ каждый уполномоченный мог представлять только 15 членов кооператива. 

Кроме того, решением Привокзального районного суда г. Тулы от 09.08.2019 по делу № 2-827/2019 решение общего собрания членов ГСПК № 7 об утверждении изменений в Устав признано недействительным.

В соответствии со ст. 52 ГК РФ юридические лица, за исключением хозяйственных товариществ и государственных корпораций, действуют на основании уставов, которые утверждаются их учредителями (участниками)

Порядок образования и компетенция органов юридического лица определяются законом и учредительным документом.

В соответствии со ст. 14 Закона СССР от 26.05.1988 N 8998-XI (ред. от 07.03.1991, с изм. от 15.04.1998) "О кооперации в СССР" принятие устава кооператива и внесение в него изменений и дополнений относится к исключительной компетенции общего собрания. 

Согласно подпункту «а» п. 19.9 Устава в ред. ДД.ММ.ГГГГ утверждение Устава Кооператива в новой редакции, внесение в Устав изменений и дополнений также отнесено к исключительной компетенции общего собрания (собрания уполномоченных членов Кооператива). 

Таким образом, изменения в Устав, внесенные в ДД.ММ.ГГГГ, не утверждены в установленном порядке и являются недействующими.

В связи с тем, что решением Привокзального районного суда г. Тулы от 09.08.2019 по делу № 2-827/2019 отказано в удовлетворении требований о признании недействительными изменений в Устав, утвержденных решением собрания от ДД.ММ.ГГГГ, учитывая, что решение об утверждении изменений в Устав признано судом недействительным, то эти изменения в Устав являются действительными, но не действующими до утверждения их в установленном порядке общим собранием членов Кооператива. 

Тем самым, вплоть до утверждения изменений в Устав в установленном порядке решением общего собрания членов ГСПК № 7, действующими являются положения Устава в редакции ДД.ММ.ГГГГ. И при проведении собраний и при принятии решений до утверждения новых изменений и/или дополнений в Устав, члены кооператива и органы управления кооператива должны руководствоваться положениями Устава ГСПК № 7 в редакции ДД.ММ.ГГГГ.

Специальный закон, регулирующий деятельность гаражных кооперативов в настоящее время отсутствует. Отсутствуют и общие нормы права, регулирующие порядок избрания уполномоченных. Отсутствует такой порядок и в Уставе ГСПК № 7. В этом случае отношения по избранию уполномоченных подлежит применению законодательство по аналогии закона или аналогии права, регулирующие сходные правоотношения (ст. 6 ГК РФ).

Суд приходит к выводу, что по отношениям, касающимся порядка избрания уполномоченных по аналогии подлежат применению положения ст. 41 Федерального закона РФ «О жилищных накопительных кооперативах», в соответствии с которой уполномоченные избираются из числа членов кооператива, не входящих в состав правления кооператива или исполнительных органов кооператива. Уполномоченные не могут передавать осуществление своих полномочий другим лицам, в том числе лицам, являющимся членами кооператива.

Члены правления кооператива могут принимать участие в собрании уполномоченных без права голоса.

Таким образом, если исключить из числа зарегистрировавшихся для участия в собрании в качестве уполномоченных ФИО109, ФИО110, ФИО111, ФИО112 и ФИО113, то для участия в собрании в качестве уполномоченных зарегистрировались 13 человек, которые представляли согласно Уставу в ред. ДД.ММ.ГГГГ 195 членов ГСПК № 7, и 4 члена Кооператива что составляет 45,85% от общего числа членов кооператива (если исходить из того, что количество членов кооператива 434). 

Помимо этого, при проведении собрания от ДД.ММ.ГГГГ Ответчиком допущено существенное нарушение порядка созыва, подготовки и проведения собрания.

В соответствии с п. 19.7 Устава в ред. ДД.ММ.ГГГГ уведомление членов кооператива о проведении Общего собрания (собрания уполномоченных) осуществляется посредством размещения объявления на информационном щите, расположенном на территории Кооператива, или путем публикации в газете «Тульские известия» не позднее, чем за 20 дней до даты проведения собрания.

В ходе судебного разбирательства ответчиком представлена фотография Объявления о проведении ДД.ММ.ГГГГ в 12 часов в помещении сторожки ГСПК № 7 (

<

адрес>) собрания уполномоченных членов ГСПК № 7, размещенного на информационном щите, расположенном на сторожке. Фотография сделана ДД.ММ.ГГГГ года в 16-16 часов.

В свою очередь стороной Истцов в материалы дела представлены фотографии информационных щитов, расположенных на территории ГСПК № 7 (один на гараже № № и один на сторожке) за ДД.ММ.ГГГГ – ДД.ММ.ГГГГ. В том числе была приобщена и фотография за ДД.ММ.ГГГГ, сделанная в 21-40 часов. Из указанной фотографии видно, что Объявление о проведении собрания на информационном щите отсутствует. То есть, уже спустя 5 часов Объявление отсутствовало. На фотографиях, сделанных в последующие дни, вплоть до даты проведения собрания, также видно, что Объявление о проведении собрания отсутствует.

Размещение Объявления о проведении собрания всего на несколько часов не может являться надлежащим уведомлением членов ГСПК № 7 о созыве собрания. 

Суд считает, что члены кооператива, в том числе и истец ФИО8, были лишены возможности узнать о дате, времени и месте проведения собрания, а также о вопросах, включенных в повестку дня. Как следствие, члены кооператива, в том числе и истец ФИО8 были лишены возможности ознакомиться с материалами к собранию, внести свои предложения по вопросам повестки дня, по кандидатурам для избрания в органы управления Кооперативом, по смете доходов и расходов на 2020 год и по размерам членских взносов. 

Тем самым, при созыве и проведении собрания от ДД.ММ.ГГГГ Ответчиком существенно нарушены права члена кооператива ФИО8 на участие в управлении делами Кооператива, что является основанием для удовлетворения исковых требований. 

Каждым из истцов при обращении в суд уплачена государственная пошлина в размере 300 рублей, что следует из чеков – ордеров Сберегательного банка РФ. 

Суд на основании ст. 98 ГПК РФ считает необходимым взыскать расходы истцов по оплате государственной пошлины с ответчика ГСПК № 7, не в пользу которого состоялось судебное решение 

На основании изложенного, рассмотрев дело в пределах заявленных и поддержанных в судебном заседании исковых требований, руководствуясь ст. ст. 195-198 ГПК РФ, суд 

решил:

исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 к Гаражному специализированному потребительскому кооперативу № 7 о признании недействительным решения общего собрания членов кооператива – удовлетворить. 

Признать недействительными с момента принятия решения общего собрания членов Гаражного специализированного потребительского кооператива № 7 от ДД.ММ.ГГГГ по всем вопросам повестки дня, в том числе об утверждении размера членских взносов на ДД.ММ.ГГГГ.

Взыскать с Гаражного специализированного потребительского кооператива № 7:

- в пользу ФИО1 уплаченную им государственную пошлину в размере 300 рублей; 

- в пользу ФИО2 уплаченную им государственную пошлину в размере 300 рублей; 

- в пользу ФИО3 уплаченную им государственную пошлину в размере 300 рублей; 

- в пользу ФИО4 уплаченную ей государственную пошлину в размере 300 рублей; 

- в пользу ФИО5 уплаченную им государственную пошлину в размере 300 рублей; 

- в пользу ФИО6 уплаченную им государственную пошлину в размере 300 рублей; 

- в пользу ФИО7 уплаченную им государственную пошлину в размере 300 рублей; 

- в пользу ФИО8 уплаченную ей государственную пошлины в размере 300 рублей; 

- в пользу ФИО9 уплаченную ей государственную пошлину в размере 300 рублей. 

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Тульского областного суда путем подачи апелляционной жалобы в Пролетарский районный суд г.Тулы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Председательствующий