Постановление

г. Ангарск 15 марта 2021 года

Судья Ангарского городского суда Иркутской области Константинова Н.Б., при секретаре Ворфоломеевой С.А., с участием государственного обвинителя Никитенко Е.В., потерпевшего З.., представителя подсудимого Г.., защитника - адвоката Удачиной Н.Р., рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца руд. Калангуй Борзинского района Читинской области, гражданина РФ, имеющего среднее специальное образование, женатого, несовершеннолетних детей не имеющего, не трудоустроенного, пенсионера, зарегистрированного и проживавшего по адресу: ..., 19 микрорайон, ..., не судимого,

мера пресечения не избиралась, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 105 УК РФ,

установил:

ФИО1 предъявлено обвинение в убийстве, то есть умышленном причинении смерти другому человеку, при следующих обстоятельствах.

14.01.2019 в период времени с 01.00 часа до 14.00 часов, более точное время не установлено, ФИО1 и Е. находились в ... в № микрорайоне ..., где между ними произошла ссора, в ходе которой у ФИО1 на почве внезапно возникших личных неприязненных отношений к Е. в указанном месте, в указанное время возник преступный умысел, направленный на причинение смерти последней. Реализуя свой преступный умысел, ФИО1 вооружился имевшимися в квартире топором и ножом и, действуя умышленно, с целью причинения смерти Е., нанес последней множественные удары указанными топором и ножом в жизненно-важные части тела человека – голову, шею, грудь, живот, верхние конечности. 

Своими умышленными действиями ФИО1 причинил Е. следующие повреждения: 

- кровоподтек на боковой поверхности нижней трети шеи справа с распространением до ключицы и наружных отделов области плечевого сустава; ссадины на верхней поверхности области правого плечевого сустава, верхнего края правой ключицы, наружной поверхности верхней трети правого плеча, тыльной поверхности верхних отделов левой кисти в проекции 2 пястной кости, ссадины в щечной области лица справа, относящиеся к категории повреждений, не причинивших вред здоровью человека; 

- резаная рана в щечно-скуловой области лица справа; рана на красной кайме и кожной части нижней губы слева; рана в под подбородочной области верхней трети шеи слева, на уровне нижнего края дуги нижней челюсти; рана в виде дуги открытой книзу в под подбородочной области верхней трети шеи; рана в под подбородочной области верхней трети шеи, справа, вдоль нижнего края горизонтальной дуги нижней челюсти с образованием кожно-мышечного лоскута; девять косо-горизонтальных ран линейной формы на кожно-мышечном лоскуте нижнего края раны в центральных отделах, в задненаружных отделах лоскута, справа, рана с полным рассечением кожи; пять косо-горизонтальных линейных ран в пределах кожи в передних и задних отделах в проекции щитовидного хряща; косо-вертикальная рана на передней поверхности средней трети шеи слева, на уровне щитовидного хряща с пересечением общей сонной артерии; рана на передней и боковой поверхности шеи с пересечением трахеи на уровне верхних колец, с пересечением пищевода; темно-красное кровоизлияние в мягких тканях шеи; полное пересечение сосудисто-нервного пучка слева, ниже уровня бифуркации общей сонной артерии; рассечение внутренней сонной артерии справа; сквозная рана на правой стенке гортанного отдела глотки, в переднезадних отделах с кровоизлиянием; краевое рассечение доли щитовидной железы с протяженными темно-красными кровоизлияниями; полный вертикальный линейный перелом левой пластинки щитовидного хряща со смещением кнутри заднего края перелома; полный фрагментарный перелом на дуге перстневидного хряща спереди и слева; раны, в пределах поверхностных отделов кожи: на ладонной поверхности правой кисти; в области возвышения 3 пальца; две линейные раны на ладонно-наружной поверхности основной фаланги 2 пальца правой кисти; на ладонной поверхности средней фаланги 2 пальца правой кисти; на ладонной поверхности ногтевой фаланги 2 пальца правой кисти; на ладонной поверхности основной фаланги 3 пальца правой кисти; в складке проксимального межфалангового сустава 3 пальца; на ладонной поверхности основной фаланги 4 пальца правой кисти; на ладонной поверхности средней фаланги 4 пальца правой кисти; на ладонной поверхности основной фаланги 5 пальца правой кисти; в кожной складке дистального межфалангового сустава 5 пальца правой кисти; на ладонной поверхности ногтевой фаланги 5 пальца правой кисти; на ладонной поверхности правой кисти в области возвышения мизинца (5 шт.); в кожной складке пястно-фалангового сустава 1 пальца правой кисти; в кожной складке межфалангового сустава 1 пальца правой кисти; на ладонной поверхности средней фаланги 2 пальца левой кисти; на средней фаланге 4 пальца левой кисти; на ногтевой фаланге 5 пальца левой кисти; в кожной складке проксимального межфалангового сустава 5 пальца левой кисти; на ногтевых фалангах 5, 4, 3 пальцев левой кисти; в кожной складке пястно-фалангового сустава 2 пальца левой кисти; на ладонной поверхности левой кисти в проекции 2 пястной кости и в 1 межпальцевом промежутке, на внутренней поверхности ногтевой фаланги 1 пальца левой кисти; на тыльной поверхности правой кисти в проекции 3 пястной кости рана в форме дуги, открытой книзу; рубленая рана шеи с поверхностным клиновидным дефектом (разруб) в области тела 6 шейного позвонка, с фрагментацией передних отделов краев разруба, с образованием множества костных осколков. Все вышеописанные повреждения составляют единый комплекс повреждений и сопровождались наружным кровотечением, относятся к категории повреждений, причинивших тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни и стоят в прямой причинной связи с наступлением смерти пострадавшей.

Смерть Е. наступила в результате умышленных преступных действий ФИО1 в результате обильной кровопотери вследствие множественных колото-резаных ран головы, шеи, туловища, верхних конечностей, которые составляют единый комплекс повреждений и состоят в прямой причинной связи с наступлением смерти, расцениваются как причинившие тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни. 

После совершения убийства Е. ФИО1 совершил суицид путем нанесения себе множественных ударов находящимся в квартире ножом.

Близкие родственники умершего подсудимого: потерпевший З. и представитель подсудимого Г. возражали против прекращения уголовного дела, настаивали на рассмотрении дела по существу с установлением обстоятельств совершенного преступления. 

Вина ФИО1 в совершении преступления, изложенного в описательной части постановления, установлена исходя из совокупности доказательств по делу: показаний потерпевшего, свидетелей, представителя подсудимого и материалами уголовного дела.

Так, потерпевший З. суду показал, что в ... в № микрорайоне ... проживали его родители ФИО1 и Е. Родителей характеризует положительно, они не работали, были пенсионерами, жили хорошо, не конфликтовали ни между собой, ни с соседями.

14.01.2019 около 14 часов ему позвонил брат Г., который сообщил, что обнаружил тела родителей в их квартире. Он сразу прибыл в квартиру родителей, где находились сотрудники полиции и дальше порога ему не дали возможности пройти. В коридоре квартиры он увидел родителей, которые лежали в крови, между ними находился топор (который скорее всего находился в шкафу в коридоре на верхней полке), в ногах у матери был отрезок от электропровода, стены были в крови. Пояснил, что следов взлома в квартиру он не обнаружил. Указал о наличии 4-х комплектов ключей от квартиры родителей, два из которых находились у отца и матери, и по одному у него с братом. Все ключи были на местах, ранее не терялись, из квартиры ничего не похищено. 

Уточнил, что в настоящее время квартира родителей продана, и что на момент рассматриваемого события родители принимали какие-то лекарства. 

Свидетель Свидетель №1 – супруга потерпевшего охарактеризовала родителей супруга положительно, показала, что мать Г. в декабре 2018 года перенесла операцию по женской части, имела проблемы с высоким давлением, а отец Г. лежал в ноябре 2018 года в больнице в связи с заболеванием сердца. В конце декабря 2018 года она была в гостях у родителей супруга, те были немного подавлены, но строили планы на будущее. 

В начале января 2019 года они приезжали к родителям супруга, ничего подозрительного в поведении родителей Г. не заметили. 13.01.2019 они также заезжали к родителям супруга, ее муж зашел к родителям на 5 минут, занял 500 рублей, после они поехали на хоккей. Находясь на хоккее, мать Г. звонила ее супругу, но слышно было плохо. После хоккея они вернулись домой около 24 часов. На следующий день она увидела, что вечером 13.01.2019 ей звонила Е., но в тот момент ее телефон был отключен. ** она стала перезванивать Г., но никто не отвечал, позже от супруга узнала о смерти его родителей. Указала, что все в квартире находилось на месте, а готовясь к похоронам, в шкафу у родителей супруга они нашли деньги в сумме около 40000 рублей. 

Представитель подсудимого Г. дополнительно к вышеизложенным сведениям, показал, что отец сильно переживал по поводу имеющего заболевания с сердцем, но это негативно не сказывалось на отношениях с окружающими его людьми. 

13.01.2019 днем он с супругой купил отцу пуховик, вечером того же дня он зашел с дочерью домой к родителям и передал пуховик отцу. Ничего подозрительного в поведении родителей не заметил, никаких конфликтов между ними не было. 

14.01.2019 он стал звонить на телефоны родителей, но те не отвечали, ближе к обеду он пошел к родителям в квартиру. Подошел к первой двери, расположенной в подъезде (на площадке первого этажа), которая отделяет в общем тамбуре две квартиры от коридора подъезда, открыл ее своим ключом. После подошел к квартире родителей и открыл своим ключом входную дверь. В коридоре квартиры на полу он увидел лежащих в крови в нижнем белье вниз лицом отца и мать, между ними, ближе к матери, лежал топор, который похож на тот, что был у родителей. В этот момент у него произошел спазм живота, он добежал до туалета, после выбежал из квартиры. Сообщил о случившемся в полицию, брату и супруге. После прибыли сотрудники полиции, провели осмотр квартиры, в ходе которого обнаружили нож в сердце отца. Указал, что все ценные вещи были на местах, ничего подозрительного он не заметил. 

Из показаний свидетеля А. – супруги Г., которые были оглашены в соответствии с ч. 1 ст. 281 УПК РФ, дополнительно установлено, что отец супруга все держал в себе, никогда не грубил, не перечил, но хоть он со всем соглашался, ей казалось, что у того внутри копится какая-то обида, и он очень сильно переживал по поводу своей болезни с сердцем. 

13.01.2019 в дневное время они с супругом увидели отца последнего. Она окликнула ФИО1, и впервые заметила, что тот не хотел их видеть, хотел повернуться и уйти. Хотя, когда к нему подходишь, он улыбался, а тут занервничал. Они спросили про уколы и поехали по магазинам. В тот же день они решили купить отцу супруга новую куртку. Они стали звонить отцу и спрашивать про куртку, на что тот ответил, что ему ничего не надо, но они все равно купили ему пуховик, привезли родителям, который занес супруг с дочерью. 13.01.2019 около 21.00 часа ее супруг разговаривая с матерью по телефону, спросил, понравился ли отцу пуховик, на что мать ответила, что тот какой-то не свой после этого пуховика. 

14.01.2019 около 11.00 часов ее супруг стал звонить на стационарный и сотовые телефоны родителей, но никто не отвечал. Спустя время муж снова стал им звонить на все телефоны, а потом оделся и пошел к родителям. После чего позвонил ей и сообщил, что обнаружил в квартире трупы родителей. Она сразу побежала к ним в квартиру, где в коридоре на полу из-за отсека двери увидев голову ФИО1 и кровь, остановилась и внутрь не заходила (т. 1 л.д. 134-140).

Также вышеуказанные сыновья Г. и их жены сообщили, что квартира ФИО1 и Е. четырехкомнатная находится на первом этаже, вход в которую осуществляется через дополнительный тамбур, соединяющий вход в ... №, имеющий дверь с замком. Указали, что непосредственно в квартире убитых дверь входная дверь помимо замка имела запорное устройство (щеколду), которым закрывалась изнутри. При этом сыновья поясняли, что ранее приходили к родителям и открывали их входную дверь своими ключами, которая не была закрыта изнутри. Сообщили, что конфликтов у родителей не было, ни между собой, ни с соседями, ни по предыдущей работе, поэтому кто мог совершить данное преступление им не известно; уточнили, что в нижнем белье родители Г. вряд ли кому открыли дверь. Также указали, что окна в квартире пластиковые, частично зарешечены, на момент осмотра были закрыты. При этом Свидетель №1 сообщила, что родители ее мужа не отрывали окна, т.к. боялись сквозняка, всегда ходили в тапочках, и что, приходя к последним в гости, когда они открывали окна, чтобы проветрить комнату, родители выходили. 

Свидетели Б. (т. 1 л.д. 185-188) и В. (т. 2 л.д. 18-24) – соседи Е. и ФИО1, чьи показания были оглашены в соответствии со ст. 281 УПК РФ, охарактеризовали последних с положительной стороны, как доброжелательных, неконфликтных людей. 

Б. показала, что в ночь с 13 на 14 января 2019 года она не слышала какого-либо шума, криков. Около 1 часа ночи 14.01.2019 слышала, что вроде кто-то вошел к ним в подъезд, но на второй этаж не поднимался. 

В. показал, что в ночь с 13 на 14 января 2019 года слышал короткий женский вскрик, откуда, уточнить не смог, и после все стихло. Показал, что слышал, как Е. в октябре и ноябре 2019 года в тамбуре между его и своей квартиры (№ и №) разговаривала с каким-то мужчиной, но о чем пояснить не может. Также указал, что к Г. части приходил сын Е., который открывал дверь в квартиру родителей своим ключом, что еще раз свидетельствует о том, что Г. не всегда закрывали входную дверь квартиры на щеколду. 

Оглашённые показания свидетелей участвующие лица не оспорили, на их явке не настаивали. При этом потерпевший З. уточнил, что разговаривал с указанными лицами. Б. ему пояснила, что точно уверена, что в ночь совершения преступления кто-то заходил к ним в подъезд дома, а В. показал, что в декабре дважды приходил один и тот же мужчина, который что-то требовал от Е. 

Кроме изложенного, вина ФИО1 подтверждается также письменными доказательствами по делу.

Протоколом осмотра места происшествия от 14.01.2019, схемой и фототаблицей к нему, согласно которым осмотрена ... в № микрорайоне ..., где в коридоре обнаружены трупы Е. и ФИО1 с признаками насильственной смерти. На трупах ФИО1 и Е. было нижнее белье, в области грудной клетки слева ФИО1 был воткнут нож. В ходе осмотра квартиры установлено, что на момент осмотра окна закрыты, общий порядок не нарушен, следов вещества бурого цвета, ведущих за пределы квартиры, а также следов замывания (затирания) не обнаружено. Дверной замок на двери, ведущей в квартиру Г., внешних повреждений не имеет. В ходе осмотра места происшествия изъяты: дверной замок с ручкой, два сотовых телефона марки «Айфон» и «Нокиа», след пальца руки с входной двери, нож, топор, 10 отрезков со следами пальцев рук ФИО1, кулон, два смыва вещества бурого цвета с пола в коридоре квартиры, вырез обоев со шкафа в коридоре, две связки ключей, вырез обоев с пятном вещества бурого цвета со стены в зале под выключателем, тройник-кабель, ножницы, на фотопленку зафиксированы два следа пальцев рук с выключателя и дверцы шкафа (т. 1 л.д. 28-60), которые были осмотрены (т. 1 л.д. 64-67, 202-206), признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (т. 1 л.д. 68-69, 222-223).

Суд обращает внимание, что данный осмотр проводился непосредственно после обнаружения трупов Г., с участием специалиста ЭКЦ, судебно-медицинского эксперта, следователя-криминалиста и длился более пяти часов.

Осмотр вышеуказанной квартиры и ее месторасположение согласуется с показаниями Г.. При этом суд принимает во внимание, что данным осмотром установлено, что на прилегающей территории входа в подъезд дома, на лестничном марше, ведущим на первый этаж, в тамбуре перед входом в осматриваемую квартиру, следов вещества бурого цвета, похожего на кровь, не обнаружено. В квартире были осмотрены все имеющиеся четыре комнаты, кухня, туалет, ванная комната и коридор. Обнаруженные следы и предметы были подробно описаны в протоколе, зафиксированы в схеме и запечатлены на фототаблице. В осматриваемых комнатах общий порядок не был нарушен; в ванной и двух комнатах следов и предметов, интересующих следствие, не обнаружено, о чем указано в протоколе. 

Заключением дактилоскопической судебной экспертизы № 829 от 15.08.2019 из которого след пальца руки с поверхности входной двери вышеуказанной квартиры, оставлен ФИО1 (т. 3 л.д. 174-177).

Заключением судебной дактилоскопической экспертизы № 971 от 20.09.2020, установлено, что след пальца руки с поверхности дверцы шкафа в коридоре ... в № микрорайоне ..., зафиксированный на фотопленку, оставлен ФИО1 (т. 3 л.д. 230-233).

Заключением судебной трасологической экспертизы № 969 от 30.09.2020, согласно которому следует, что цилиндровый механизм замка, изъятый с входной двери ... в 19 микрорайоне ..., исправен и для запирания пригоден. На наружной поверхности цилиндра замка и внутренней поверхности патрона замка следов, указывающих на то, что цилиндр проворачивался при помощи постороннего предмета, не обнаружено (т. 3 л.д. 241-245). 

Протоколом дополнительного осмотра места происшествия от 20.02.2019 с участием Г. повторно была осмотрена вышеуказанная квартира, где изъяты обнаруженные ранее при осмотре: три смыва вещества бурого цвета (с туалетной двери, с выключателя из комнаты слева от туалета, с пола в спальне); вырез обоев с веществом бурого цвета со стены в коридоре справа от входа в квартиру; в коридоре; с кухни шесть отрезков провода, провод с вилкой; вырез обоев с веществом бурого цвета со стены напротив ванной и туалетной комнаты, а также сгоревшая спичка в коридоре (т. 1 л.д. 159-169), которые были осмотрены (т. 1 л.д. 202-221), признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (т. 1 л.д. 222-223).

Согласно заключению трасологической экспертизы № 502 от 04.06.2019 на внешней стороне выреза обоев, со стены справа от входа в ... в № микрорайоне ..., имеются 4 пятна вещества бурого цвета, которые являются следами – помарками (мазками), образовавшимися при скользящем соприкосновении с объектами (частями тела), на которых имелось некоторое количество данного вещества, по направлению справа налево. На внешней стороне выреза обоев, со стены напротив туалета и ванной комнаты имеются 6 пятен вещества бурого цвета, которые являются следами – мазками, образовавшимися при скользящем соприкосновении с объектом. Пятна под № и № имеют потеки вещества бурого цвета, расположенные по направлению сверху вниз, что свидетельствует об обильном обпачкивании объектов (частей тела) данным веществом (т. 3 л.д. 150-154).

Заключением эксперта № 119 от 15.01.2019, согласно которому при экспертизе трупа Е. обнаружены следующие повреждения:

- рубленая рана в подподбородочной области верхней трети шеи справа, проникающая в просвет глотки с рассечением внутренней сонной артерии, рубленая рана на передней поверхности средней трети шеи слева с повреждением левой доли щитовидной железы, рассечением общей сонной артерии; рубленая рана передней и боковых поверхностей нижней трети шеи с рассечением трахеи, пищевода, с переломом тела 6 шейного позвонка в форме клиновидного дефекта, рубленая рана в подподбородочной области верхней трети шеи, поверхностные рубленые раны (15) на передней поверхности верхней и средней трети шеи. Повреждения образовались незадолго до смерти в результате не менее 20 ударных воздействий рубящего предмета, чем могло быть топор с острым лезвием клина, состоят в прямой причинно-следственной связи со смертью, расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

- тупая травма шеи, выразившаяся в образовании кровоподтека на передней поверхности средней трети шеи разгибательного перелома левой пластинки щитовидного хряща, фрагментарного перелома дуги перстневидного хряща. Травма образовалась незадолго до смерти в результате ударного воздействия твердого тупого предмета, чем могло быть, например, обух топора, в прямой причинно-следственной связи со смертью не состоит, расценивается как повреждение, причинившее тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни;

- колото-резаная рана в подподбородочной области верхней трети шеи слева на уровне нижнего края дуги нижней челюсти, продолжается раневым каналом в мягких тканях в направлении слева направо, сверху вниз длиной 3,5 см, проникая в рану на шее. Травма образовалась незадолго до смерти в результате ударного воздействия колюще-режущего предмета типа ножа, расценивается как повреждение, причинившее лёгкий вред здоровью по признаку кратковременности расстройства здоровья до 3 недель;

- резаная рана в щечно-скуловой области лица справа, резаная рана на красной кайме и кожной части нижней губы слева, резаная рана на тыльной поверхности правой кисти в проекции 3 пястной кости, резаная рана на ладонной поверхности левой кисти в проекции 2 пястной кости и в 1 межпальцевом промежутке, образовались незадолго до смерти в результате воздействия острого предмета, чем могли быть лезвие клинка ножа либо лезвие обуха топора, расцениваются как повреждения, причинившие лёгкий вред здоровью по признаку кратковременности расстройства здоровья до 3 недель;?

- поверхностная колото-резаная рана на ладонной поверхности правой кисти в области возвышения 3 пальца, образовалась незадолго до смерти в результате воздействия острого предмета, чем мог быть острый конец клинка ножа, расценивается как повреждение, не причинившее вред здоровью человека;

- обширный кровоподтек на боковой поверхности нижней трети шеи справа с распространением до ключицы и наружных отделов области плечевого сустава, четыре ссадины на верхней поверхности области правого плечевого сустава, ссадина в проекции верхнего края правой ключицы, четыре ссадины на наружной поверхности верхней трети правого плеча, образовалась незадолго до смерти в результате ударных воздействий твердого тупого предмета, чем могло быть, например, обух топора, расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека;

- прерывистая ссадина на тыльной поверхности верхних отделов левой кисти в проекции 2 пястной кости, ссадины в щечной области лица справа, образовались незадолго до смерти в результате воздействий твердого тупого предмета, расценивается как повреждения, не причинившие вред здоровью человека.

- поверхностные резаные раны на ладонно-наружной поверхности основной фаланги 2 пальца правой кисти (2), на ладонной поверхности средней фаланги 2 пальца правой кисти (2), на ладонной поверхности ногтевой фаланги 2 пальца правой кисти (2), на ладонной поверхности основной фаланги 3 пальца правой кисти длиной (1), в складке проксимального межфалангового сустава 3 пальца правой кисти (1), на ладонной поверхности основной фаланги 4 пальца правой кисти (1), на ладонной поверхности средней фаланги 4 пальца правой кисти (2), на ладонной поверхности основной фаланги 5 пальца правой кисти длиной (2), в кожной складке дистального межфалангового сустава 5 пальца правой кисти (1), на ладонной поверхности ногтевой фаланги 5 пальца правой кисти (1), на ладонной поверхности правой кисти в области возвышения мизинца (5), в кожной складке пястно-фалангового сустава 1 пальца правой кисти (1), в кожной складке межфалангового сустава 1 пальца правой кисти (1), на ладонной поверхности средней фаланги 2 пальца левой кисти (1), на средней фаланге 4 пальца левой кисти (1), на ногтевой фаланге 5 пальца левой кисти (1), в кожной складке проксимального межфалангового сустава 5 пальца левой кисти (1), на ногтевых фалангах 5,4,3 пальцев левой кисти (3), в кожной складке пястно-фалангового сустава 2 пальца левой кисти (1), на внутренней поверхности ногтевой фаланги 1 пальца левой кисти (1). Раны образовались незадолго до смерти в результате воздействий острого предмета, чем могло быть лезвие клинка ножа, расцениваются как повреждения, не причинившие вреда здоровью.

Смерть Е. наступила в результате множественных рубленых ран передней поверхности шеи с повреждением магистральных сосудов, органов шеи, тела шестого шейного позвонка, не менее одних суток назад на момент экспертизы трупа. Все повреждения, выявленные при экспертизе трупа Е., имеют признаки прижизненного образования. При судебно-химическом исследовании крови и мочи от трупа Е. этиловый алкоголь не обнаружен (т. 3 л.д. 49-56).

Протоколом выемки, в ходе которой в АСМО ИОБСМЭ изъяты образцы крови от трупов Е. и ФИО1, по кожному лоскуту с зон травматизации от трупов Е. и ФИО1, срезы ногтей с кистей рук ФИО1 и Е. (т. 1 л.д. 62-63), которые были осмотрены (т. 1 л.д. 64-67), признаны и приобщены к материалам уголовного дела в качестве вещественных доказательств (т. 1 л.д. 68-69).

Протоколами получения образцов для сравнительного исследования, в ходе которых у З. (т. 1 л.д. 77-78) и Г. (т. 1 л.д. 86-87) получены образцы буккальных эпителий. 

Согласно заключению судебно-медицинской экспертизы № 105-19 от 13.05.2019 на представленном кожном лоскуте с трупа Е. обозначенным как «рана с шеи» имеются следующие повреждения: - колото-резаное повреждение, которое образовалось в результате воздействия плоским колюще-режущим травмирующим предметом с односторонней заточкой клинка, имеющим режущую кромку – лезвие, «П»-образной формы обух на поперечном сечении с выраженными ребрами, шириной около 1 мм и с шириной клинка на уровне следообразования 10-14 мм; - резаные повреждения, которые образовались в результате не менее чем двукратного воздействия травмирующим предметом, имеющим острую режущую кромку. Не исключается возможность образования указанных повреждений на кожном лоскуте от трупа Е. клинком ножа, изъятого в ходе осмотра места происшествия от 14.01.2019. 

Также указано, что на кожном лоскуте с трупа Е. обозначенным как «рана с шеи», повреждений, образовавшихся от топора, не обнаружено; представленный на экспертное исследование топор, как травмирующий предмет, исключается (т. 3 л.д. 75-84).

Исследуя данное заключение и его выводы, в том числе, что не обнаружено повреждений, образовавшихся от топора, суд обращает внимание, что это заключение выполнено только по представленному кожному лоскуту от трупа Е. обозначенному как «рана с шеи», а не по всем ранам, имеющимся на теле последней. 

Заключением биологической экспертизы тканей и выделений человека (исследование ДНК) № 192 от 11.03.2019, согласно которому на представленных для исследования топоре, проводе со штепсельной вилкой (указанным как «кабель»), фрагменте обойной бумаги (указанным как «вырез с обоев рядом с выключателем в зале»), частицах вещества бурого цвета (указанных как «смыв вещества с пола в коридоре с левого дальнего угла»), в подногтевом содержимом Е. обнаружена кровь человека, которая произошла от Е. 

На клинке ножа и частицах вещества (указанных как «смыв с пола в коридоре вещества бурого цвета возле тумбы») обнаружена кровь человека, которая произошла от ФИО1 

На представленных топоре, проводе со штепсельной вилкой (указанным как «кабель»), ручке ножа, подногтевом содержимом ФИО1 обнаружены смешанные с кровью следы, которые произошли от двух и более лиц. В данных смешанных с кровью следах, вероятно, имеется генетический материал Е., ФИО1 и Г. 

На представленных для исследования двух фрагментах ногтевых пластин правой кисти (указано как «ногти с трупа ФИО1») обнаружены смешанные с кровью следы, в которых содержится ДНК ФИО1, а также биологический (генетический) материал неустановленного лица (лиц) (т. 3 л.д. 109-142). 

Допрошенный в судебном заседании главный эксперт отдела биологических экспертиз и исследований ЭКЦ Ж., проводивший вышеуказанную экспертизу показал, что биологический (генетический) материал иного лица у человека, в том числе в подногтевом содержимом ногтевых пластин, может остаться при рукопожатии, соприкосновении с предметами, которые ранее держало иное лицо, при борьбе. Также не исключает, что в данном случае при срезании ногтей с трупа ФИО1 могли быть использованы не обработанные ножницы, оставившие следы неустановленного в ходе экспертизы лица. Пояснил о длительности хранения ДНК, что не всегда и сразу чужой ДНК смывается при использовании мыла; рассказал при каких обстоятельствах биологический (генетический) материал непригоден для идентификации и недостаточен для установления генотипа. 

Согласно заключению комиссионной судебно-медицинской экспертизы по материалам уголовного дела № 181 от 08.06.2020 смерть Е. наступила в результате обильной кровопотери вследствие множественных колото-резаных ран головы, шеи, туловища, верхних конечностей. Анализом материалов уголовного дела у Е. выявлены следующие смертельные повреждения: рана в щечно-скуловой области лица справа; рана на красной кайме и кожной части нижней губы слева; рана в под подбородочной области верхней трети шеи слева, на уровне нижнего края дуги нижней челюсти; рана в виде дуги открытой книзу в под подбородочной области верхней трети шеи; рана в под подбородочной области верхней трети шеи, справа, вдоль нижнего края горизонтальной дуги нижней челюсти с образованием кожно-мышечного лоскута; девять косо-горизонтальных ран линейной формы на кожно-мышечном лоскуте нижнего края раны в центральных отделах, в задненаружных отделах лоскута, справа, рана с полным рассечением кожи; пять косо-горизонтальных линейных ран в пределах кожи в передних и задних отделах в проекции щитовидного хряща; косо-вертикальная рана на передней поверхности средней трети шеи слева, на уровне щитовидного хряща с пересечением общей сонной артерии; рана на передней и боковой поверхности шеи с пересечением трахеи на уровне верхних колец, с пересечением пищевода; темно-красное кровоизлияние в мягких тканях шеи; полное пересечение сосудисто-нервного пучка слева, ниже уровня бифуркации общей сонной артерии; рассечение внутренней сонной артерии справа; сквозная рана на правой стенке гортанного отдела глотки, в переднезадних отделах с кровоизлиянием; краевое рассечение доли щитовидной железы с протяженными темно-красными кровоизлияниями; полный вертикальный линейный перелом левой пластинки щитовидного хряща со смещением кнутри заднего края перелома; полный фрагментарный перелом на дуге перстневидного хряща спереди и слева. Раны, в пределах поверхностных отделов кожи: на ладонной поверхности правой кисти; в области возвышения 3 пальца; две линейные раны на ладонно-наружной поверхности основной фаланги 2 пальца правой кисти; на ладонной поверхности средней фаланги 2 пальца правой кисти; на ладонной поверхности ногтевой фаланги 2 пальца правой кисти; на ладонной поверхности основной фаланги 3 пальца правой кисти; в складке проксимального межфалангового сустава 3 пальца; на ладонной поверхности основной фаланги 4 пальца правой кисти; на ладонной поверхности средней фаланги 4 пальца правой кисти; на ладонной поверхности основной фаланги 5 пальца правой кисти; в кожной складке дистального межфалангового сустава 5 пальца правой кисти; на ладонной поверхности ногтевой фаланги 5 пальца правой кисти; на ладонной поверхности правой кисти в области возвышения мизинца (5 шт.); в кожной складке пястно-фалангового сустава 1 пальца правой кисти; в кожной складке межфалангового сустава 1 пальца правой кисти; на ладонной поверхности средней фаланги 2 пальца левой кисти; на средней фаланге 4 пальца левой кисти; на ногтевой фаланге 5 пальца левой кисти; в кожной складке проксимального межфалангового сустава 5 пальца левой кисти; на ногтевых фалангах 5, 4, 3 пальцев левой кисти; в кожной складке пястно-фалангового сустава 2 пальца левой кисти; на ладонной поверхности левой кисти в проекции 2 пястной кости и в 1 межпальцевом промежутке, на внутренней поверхности ногтевой фаланги 1 пальца левой кисти; на тыльной поверхности правой кисти в проекции 3 пястной кости рана в форме дуги, открытой книзу. Поверхностный клиновидный дефект (разруб) в области тела 6 шейного позвонка, с фрагментацией передних отделов краев разруба, с образованием множества костных осколков. Вышеописанные повреждения (смертельные) сопровождались наружным кровотечением. Согласно данным заключения № 105-19 экспертизы вещественных доказательств, и морфологических признаков повреждений (концы края ран) не исключается возможность образования указанных повреждений от воздействия клинком и режущей кромкой ножа, изъятого при осмотре места происшествия от 14.01.2019. Рана шеи с поверхностным клиновидным дефектом (разруб) в области тела 6 шейного позвонка, с фрагментацией передних отделов краев разруба, с образованием множества костных осколков, причинена орудием, обладающим характеристиками рубящего предмета, каковым мог быть топор, изъятый в ходе осмотра места происшествия от 14.01.2019. 

Также установлено, что смерть ФИО1 наступила в результате обильной кровопотери, вследствие множественных колото-резанных ран шеи, туловища. Не исключается возможность причинения ФИО1 телесных повреждений (смертельных) Е., представленными на исследование ножом и топором, с последующим нанесением смертельных повреждений собственной рукой (посткриминальный суицид) (т. 3 л.д. 184-219).

Допрошенная в судебном заседании заведующая отделением комиссионных и комплексных экспертиз ГБУЗ ИОБСМЭ И.., входившая в состав комиссии, проводившей вышеуказанную экспертизу № 181, показала, что смерть Г. наступила в результате обильной кровопотери вследствие множественных колото-резаных ран на теле. Все повреждения у Е., описанные в их заключении, составляют единый комплекс повреждений и причинены незадолго (десятки минут) до наступления её смерти, у ФИО1 незадолго (минуты) до наступления его смерти. Пояснила, что телесные повреждения, обнаруженные на трупе Е. носили характер рубленных, в совокупности с резанными. Выделить из обнаруженного количества ран какие-то отдельные, которые привели к обильной кровопотери, последовательность их нанесения и четко сказать об орудии преступления (топор, изъятый с места происшествия или иной) не представляется возможным, в виду нанесения ран в короткий промежуток времени, а также наличия их большого количество, которые сливаются между собой в одной анатомической точке. При этом на основании своего опыта указала, что изначально ФИО1 нанес себе повреждения шеи, а затем в сердце. Показала, что с выводами, сделанными, другими экспертами, они не связаны, что при формулировании своих выводов они использовали представленные материалы уголовного дела, в том числе изучали исследовательские части проведенных по делу экспертиз. К указанным в заключение № 181 выводам все три эксперта, проводившие данную экспертизу, пришли единогласно. 

Кроме того, судом исследовалось заключение эксперта № 118 от 15.01.2019 на наличию имеющихся у ФИО1 телесных повреждений, в том числе ссадин на передней поверхности грудной клетки, с выводом о том, что смерть последнего наступила в результате проникающего колото-резанного ранения груди с повреждением аорты, проникающего резанного ранения шеи с повреждением надгортанника, сопровождавшихся обильной кровопотерей. Между указанными повреждениями и смертью имеется прямая причинно-следственная связь. Смерть ФИО1 наступила не менее одних суток назад на момент экспертизы трупа (т. 3 л.д. 36-42). А также дополнительное заключение № 118 от 27.03.2019, согласно выводам которого, области локализации всех телесных повреждений, выявленных при экспертизе трупа ФИО1, доступны для воздействия собственной руки потерпевшего. Совершение ФИО1 целенаправленных активных действий после причинения проникающего резаного ранения шеи с повреждением надгортанника возможно в силу отсутствия повреждений магистральных сосудов шеи (т. 3 л.д. 63-68).

Согласно заключению комиссии судебно-психиатрических экспертов № 486 от 18.06.2019 ФИО1 как ранее, так и в период, предшествовавший смерти, каким-либо хроническим психическим расстройством, иным болезненным расстройством психической деятельности не страдал. В период, предшествовавший гибели, ФИО1 предположительно мог находиться в астено-невротическом состоянии (временном психическом расстройстве), вызванном неожиданным ухудшением соматического состояния (заболевание сердца) и переживаниями своего положения. Учитывая всю ситуацию в целом, можно предположить, что конфликт между Е. и ФИО1 имел место. И если предположить, что вследствие конфликта с женой ФИО1 совершил ее убийство с последующим раскаянием в содеянном, то в этой связи он мог остро переживать по поводу того, что переступил недозволенную черту. И тогда эмоциональное состояние ФИО1 в период предшествующий смерти, следовало бы расценить как выраженное состояние вины и страха перед наказанием. По своему личностному смыслу суицид ФИО1 можно бы было расценить как уход из субъективно невыносимой жизненной ситуации, порожденной внутренним конфликтом, связанным с фактической неспособностью сохранить необходимый уровень уважения в глазах окружающих (т. 3 л.д. 161-166).

Таким образом, судом с соблюдением требований ст. 240 УПК РФ в ходе судебного следствия проверены все представленные сторонами доказательства. У суда не имеется оснований не доверять показаниям потерпевшего, представителя подсудимого и свидетелей, положенным в основу постановления. Указанные показания не противоречат между собой, подтверждаются письменными доказательствами. Каждое из этих доказательств отвечает требованиям уголовно-процессуального закона, все они взаимно дополняют друг друга, составляя единую и логичную картину преступления, и являются в своей совокупности достаточными для разрешения дела по существу.

Из исследованных доказательств судом установлено, что рассматриваемое преступление совершено 14.01.2019 в ночное время в ... в № микрорайоне ..., где проживали супруги Г.. Первым трупы родителей обнаружил Г., который около 14 часов 14.01.2019 открыл дверь в их квартиру своим ключом. Каких-либо повреждений на запорных устройствах в квартиру (входной двери и окнах) обнаружено не было ни следователем при осмотре квартиры, ни сыновьями Д.. 

Вопреки доводам потерпевшего о некачественно сделанном осмотре, следователь при осмотре места происшествия последовательно и подробно описал все свои действия, указал места обнаружения интересующих следствие предметов, следов и трупов, осмотрел в том числе туалет и ванную комнату. Не обнаружение следов посещения Г. туалета не свидетельствует о поверхностном осмотре места происшествия. Кроме того, на место происшествия прибывал кинолог с собакой, который обследовав подъезд, низменность под окнами квартиры Г., следов и предметов, представляющих оперативный интерес, не обнаружил (т. 1 л.д. 13). 

Возвращаясь к вышеуказанным протоколам осмотра места происшествия от 14.01.2019 и 20.02.2019 (т. 1 л.д. 28-60, 159-169) суд обращает внимание, что они составлены в соответствии с требованиями ст. 180 УПК РФ, с соблюдением положений ст. ст. 166, 168, 170 УПК РФ. Изъятые при осмотре предметы и следы были в дальнейшем представлены для исследования. 

Проведенные по делу судебные дактилоскопические экспертизы установили, что изъятые в квартире следы пальцев рук были оставлены только ФИО1 (т. 3 л.д. 174-177, 230-233); трасологическая экспертиза установила, что замок от входной квартиры повреждений не имеет (т. 3 л.д. 241-245); исследование ДНК показало, что на обнаруженных предметах, в том числе с веществами бурого цвета, обнаружена кровь только Е. и ФИО1 (т. 3 л.д. 109-142). Из заключений судебных экспертиз № № 119, 105-19, 181 установлено наличие телесных повреждений у Г. их тяжесть, образование и причина смерти (т. 3 л.д. 49-56, 75-84, 184-219).

Проведенные в ходе расследования уголовного дела экспертизы выполнены в специализированных государственных экспертных учреждениях, специалистами с надлежащей квалификацией, на основе специальных познаний, с использованием соответствующих исследований и методик, составленные заключения соответствуют требованиям ст. 204 УПК РФ, их выводы не противоречат установленным по делу обстоятельствам и не вызывают у суда сомнений.

Анализируя проведенные по делу экспертизы в отношении Е., суд обращает внимание на следующее. 

В заключение № 119 от 15.01.2019 (экспертиза трупа) эксперт отвечал на поставленные перед ним вопросы о причине смерти Е., давности ее наступления; наличии телесных повреждений на теле, их тяжесть, давность, локализация и механизм образования, а также какие из телесных повреждений являются прижизненными, а какие – посмертными (т. 3 л.д. 49-56). В своем заключении эксперт указывает на наличие рубленных, резанных, колото-резанных ран на теле потерпевшей, с указанием на их тяжесть, предметов, от которых они могли образоваться (топор, нож, тупой твердый предмет). И делает вывод, что смерть Е. наступила в результате множественных рубленых ран передней поверхности шеи с повреждением магистральных сосудов, органов шеи, тела шестого шейного позвонка.

В заключение № 105-19 от 13.05.2019 (экспертиза вещественных доказательств) эксперт отвечал на вопрос о характере и механизме образования повреждений только на представленном кожном лоскуте раны с шеи (т. 3 л.д. 75-84). По результатом проведенного исследования эксперт пришел к выводу, что на кожном лоскуте от трупа с шеи Е. имеются колото-резанное повреждение и резанные повреждения, которые могли образоваться клинком ножа, изъятого при осмотре места происшествия.

В заключение № 181 от 08.06.2020 (экспертиза по материалам дела) в отличие от заключения № 119 не определялись виды ран (рубленные, резанные, колото-резанные), не определялась тяжесть телесных повреждений. Комиссия экспертов отвечала на вопросы о характере и механизме образования смертельных повреждений, …, возможности причинения ФИО1 телесных повреждений Е. при помощи изъятых с места происшествия ножа и топора (т. 3 л.д. 184-219). По результатам рассмотрения всех представленных материалов по делу (осмотров места происшествий, осмотра предметов, заключений проведенных по делу экспертиз в исследовательской части) комиссия пришла к выводу, что в виду множественности ран, нанесенных в короткий промежуток времени, наличия большого количество ран, сливающихся между собой в одной анатомической точке определить характер и механизм их образования невозможно. Но при этом они не исключили, что имеющиеся раны на теле Е. могли произойти от ножа и топора, обнаруженных на месте преступления. 

Учитывая вышеизложенное, не находя противоречий в проведенных по делу экспертиз, принимая во внимание квалификацию трех экспертов, составивших единое заключение № 181 на основании всех материалов уголовного дела, именно эти выводы суд кладет в основу принятого по делу решения. 

В связи с чем, доводы потерпевшего о противоречивости выводов эксперта и не обнаружении орудия преступления опровергаются представленными суду доказательствами. 

Доводы потерпевшего о том, что следственный орган не проводил должного расследования и не искал лиц, причастных к убийству его родителей, поскольку их устроила версия о причастности его отца к убийству супруги и последующим суициде, опровергаются также следующими следственными действиями. 

Для определения лиц, причастных к совершению вышеуказанного преступления следователь в ходе расследования по делу изымал у Г. ноутбук Е. (т. 1 л.д. 196-198), рецепты родителей, записи, тетради, имеющие значение для уголовного дела (т. 1 л.д. 119-121, 144-146), которые были осмотрены в установленном законом порядке, вместе с детализацией телефонных переговоров ФИО1, Е. и их сыновей (т. 1 л.д. 202-206, 224-227), признаны и приобщены к уголовному делу в качестве вещественных доказательств (т. 1 л.д. 222-223, 228). Осматривал автомашины З. и Г. (т. 2 л.д. 40-44, 51-55), имеющиеся гаражи (т. 2 л.д. 45-50, 56-61). Однако, проведенный комплекс следственных действий, как в ходе предварительного, так и в ходе судебного следствия, не выявил каких-либо посторонних лиц, причастных к убийству ФИО1 и Е.

Не установление в ходе следствия причин появления отрезанного провода, обнаруженного в ногах у Е.; расположение тапочек возле кровати в спальне и их отсутствие на ногах Г. после совершения преступления; отсутствие царапин у отца, которые, по мнению потерпевшего, должны остаться у того при сопротивлении супруги; наличие на двух фрагментах ногтевых пластин с трупа ФИО1 ДНК неустановленного лица (лиц), с учетом пояснения эксперта Ж.; а также наличие со слов свидетеля Б. какого-то постороннего лица в подъезде в ночь совершения рассматриваемого преступления, не влияют на выводы суда. 

Приведенные выше доказательства (отсутствие следов взлома, наличие всех ключей и отрицание их утраты, отсутствие следов затирания и замывания; наличие следов (крови и отпечатков пальцев рук) только погибших; отсутствие хищения какого-либо имущества, установление того, что общий порядок в квартире не нарушен, внешний вид погибших (нахождение в нижнем белье)) в своей совокупности свидетельствуют о том, что посторонних лиц в момент совершения преступления в квартире, где проживали Г., не было.

С учетом изложенного, суд соглашается с доводами комиссии судебно-психиатрических экспертов, что в период, предшествовавший гибели, ФИО1 мог находиться в состоянии временного психического расстройства, вызванного заболеванием сердца и переживаниями своего положения, о чем также сообщили родные последнего. Учитывая всю ситуацию в целом, суд приходит к выводу, что ссора между супругами Д. имела место быть, в ходе которой ФИО1 совершил убийство жены. После чего испытывая невыносимость жизненной ситуации, порожденной внутренним конфликтом, связанным с фактической неспособностью сохранить необходимый уровень уважения в глазах окружающих, совершил суицид, что подтверждается заключениями экспертиз (т. 3 л.д. 63-68, 184-219). 

При изложенных обстоятельствах, не найдя оснований для реабилитации ФИО1, суд квалифицирует действия последнего по ч. 1 ст. 105 УК РФ как убийство, то есть умышленное причинение смерти другому человеку.

Поскольку после совершения преступления ФИО1 совершил суицид, путем нанесения себе множественных ударов ножом, то при указанных обстоятельствах уголовное дело в отношении последнего подлежит прекращению на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с его смертью.

Процессуальные издержки и гражданский иск по делу не заявлены.

Судьбу вещественных доказательств необходимо разрешить в соответствии со ст. 81 УПК РФ. 

На основании изложенного и руководствуясь ч. 1 ст. 254, ст. 256 УПК РФ, 

постановил:

Уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого по ч. 1 ст. 105 УК РФ, прекратить на основании п. 4 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, в связи со смертью ФИО1.

По вступлению постановления в законную силу вещественные доказательства:

- врезной замок, дверную ручку, след руки с входной двери, 10 отрезков со следами пальцев рук ФИО1, нож, топор, 2 смыва вещества бурого цвета с пола в коридоре, 2 выреза обоев, 2 связки ключей, тройник-кабель, 2 следа пальцев рук сфотографированные на фотопленку, ножницы, срезы ногтей с кистей рук ФИО1 и Е., образцы крови ФИО1 и Е., 2 кожных лоскута, образцы буккальных эпителий З., Г., тетрадь с записями ФИО1, рецепт и 2 бумажки с записями лекарств, прописанных ФИО1, 4 диска с детализацией телефонных соединений ФИО1, Е., З., Г., вырез с обоев с веществом бурого цвета со стены справа от входа в квартиру, спичку, 6 отрезков провода, вырез обоев с веществом бурого цвета напротив туалета и ванной, смыв с веществом бурого цвета с выключателя с комнаты слева от туалета, смыв вещества бурого цвета с выключателя, пола в спальне, смыв вещества бурого цвета с туалетной двери, провод с вилкой, 2 оптических диска с информацией с ноутбука, хранящиеся в камере хранения СО по г. Ангарск СУ СК России по Иркутской области, уничтожить;

- кулон, сотовый телефон марки «Айфон», сотовый телефон марки «Нокиа», ноутбук Е., хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по г. Ангарск СУ СК России по Иркутской области, вернуть потерпевшему З.;

- медицинские документы на имя ФИО1, Е., хранящиеся в камере хранения вещественных доказательств СО по г. Ангарск СУ СК России по Иркутской области, вернуть в медицинские учреждения.

Постановление может быть обжаловано в апелляционном порядке в Иркутский областной суд через Ангарский городской суд Иркутской области в течение 10 суток со дня вынесения.

Судья Н.Б. Константинова