Дело № 33-170/2026 (33-4248/2025) Докладчик: Осипова Т.А.

Суд I-инст. № 2-1527/2025 Судья: Маслова Н.С.

УИД 33RS0003-01-2025-001916-10

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Владимирского областного суда в составе:

председательствующего судьи Яковлевой Д.В.,

судей Осиповой Т.А., Рябининой М.В.,

при секретаре Яблоковой О.О.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Владимире 21 января 2026 г. гражданское дело по апелляционной жалобе представителя Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Владимирской области «Городская больница № 4 г.Владимира» на решение Фрунзенского районного суда г. Владимира от 17 сентября 2025 г., которым постановлено:

исковые требования ФИО1 (СНИЛС ****) удовлетворить.

Признать незаконным отказ Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Владимирской области «Городская больница № 4 г. Владимира» (ИНН 

<

***>) в трудоустройстве ФИО1 (СНИЛС ****).

Обязать Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Владимирской области «Городская больница № 4 г. Владимира» (ИНН 

<

***>) выдать ФИО1 (СНИЛС **** направление на предварительный медицинский осмотр в медицинскую организацию, имеющую право на проведение предварительных и периодических медицинских осмотров – в течение трех дней со дня вступления решения суда в законную силу.

Заслушав доклад судьи Осиповой Т.А., представителя ответчика ГБУЗ ВО «Городская больница № 4 г.Владимира» - ФИО2, поддержавшей доводы апелляционной жалобы, объяснения истца ФИО1, его представителя ФИО3, возражавших против доводов апелляционной жалобы, судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратился в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения Владимирской области «Городская больница № 4 г. Владимира» (далее – ГБУЗ ВО «Городская больница № 4 г. Владимира») о признании незаконным отказа в трудоустройстве, обязании выдать направление на медицинский осмотр в медицинскую организацию, имеющую право на проведение предварительных и периодических медицинских осмотров, в течение трех дней со дня вступления решения суда в законную силу.

В обоснование иска указано, что 12 мая 2025 г. истец обратился в ГБУЗ ВО «Городская больница № 4 г. Владимира» с заявлением, в котором просил рассмотреть его кандидатуру на вакантную должность фельдшера кабинета неотложной медицинской помощи поликлиники. К заявлению приложен пакет документов, подтверждающих соответствие его кандидатуры требованиям, предъявляемым к должности, а также справка об инвалидности и индивидуальная программа реабилитации и абилитации инвалида (далее – ИПРА).

Письмом от 22 мая 2025 г. его кандидатура для замещения вакантной должности отклонена, поскольку он является инвалидом **** группы и имеет ограничения основных категорий жизнедеятельности. При этом направление на прохождение предварительного медицинского осмотра ему не выдавалось.

Истец полагает отказ в трудоустройстве незаконным, принятым преждевременно, в отсутствие соответствующего заключения медицинского осмотра.

Определением суда от 22 августа 2025 г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено Министерство здравоохранения Владимирской области (л.д. 97).

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО3, действующий на основании доверенности (л.д. 103-104), поддержали требования иска по изложенным в нем основаниям.

Представитель ответчика ГБУЗ ВО «Городская больница № 4 г. Владимира» ФИО2, действующая на основании доверенности (л.д. 92), исковые требования не признала по основаниям, изложенным в письменном отзыве (л.д. 39-43). В обоснование возражений указала, что фактически для рассмотрения кандидатуры ФИО1 была создана комиссия в составе начальника отдела кадров, начальника юридического отдела, заместителя главного врача по экспертизе временной нетрудоспособности. Данная комиссия оценила представленную ФИО1 ИПРА, а также карту специальной оценки условий труда по должности фельдшера кабинета неотложной медицинской помощи поликлиники, и дала устную консультацию о невозможности создания для него специальных условий труда в связи с имеющимися у него ограничениями основных функций жизнедеятельности. При этом ГБУЗ ВО «Городская больница № 4 г. Владимира» не установлена необходимость выдачи ФИО1 направления на предварительный медицинский осмотр.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, Министерства здравоохранения Владимирской области, в судебное заседание не явился, о его времени и месте извещен надлежащим образом (л.д. 101).

Судом постановлено вышеуказанное решение (л.д. 109-112).

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней представитель ответчика ГБУЗ ВО «Городская больница № 4 г. Владимира» просит решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении требований (л.д. 117-127, 204-208).

В обоснование указывает, что согласно представленной истцом в ИПРА, а также акту освидетельствования, ему противопоказан тяжелый физический труд, длительное пребывание на ногах, установлены ограничения основных категорий жизнедеятельности: 2 степень ограничения способности к самостоятельному передвижению с регулярной частичной помощью других лиц с использованием при необходимости вспомогательных технических средств; 2 степень ограничения способности к трудовой деятельности и противопоказаны виды трудовой и профессиональной деятельности, которые при утрате (отсутствии) двигательных функций нижних конечностей могут привести к угрозе жизни и (или) потере здоровья инвалида и (или) людей и доступны виды трудовой деятельности в специально созданных условиях труда. В связи с чем полагает, что работа в должности фельдшера кабинета неотложной медицинской помощи связана с факторами, которые могут усугубить состояние здоровья истца, поскольку должностная инструкция по указанной должности предусматривает оказание медицинской помощи взрослому населению на дому, что связанно с повышенной нагрузкой на нижние конечности (ходьба, подъем по лестнице (в домах, в которых отсутствует лифт), длительное нахождение на ногах).

По результатам специальной оценки условий труда на рабочем месте (СОУТ) фельдшера КНМП поликлиники **** установлены вредные условия труда (3 класс; подкласс 3.2 вредные условия труда 2 степени). Для выполнения функций и обязанностей на данном рабочем месте предполагается рабочее положение тела работника в течение рабочего дня - нахождение в положении «стоя» до 40% времени рабочего дня, перемещения работника в пространстве, обусловленные и технологическим процессом, в течение рабочего дня до 8 км (карта СОУТ № 12/21 от 5 июля 2021 г.).

Указывает, что создать специальные условия труда для данной должности и на указанном рабочем месте у ответчика не имеется возможности, поскольку отличительной особенностью работы в данной должности является именно максимальное обслуживание пациентов на дому, что предполагает большую нагрузку на ноги. Полагает, что прием на работу истца автоматически приведет к нарушению работодателем трудового законодательства и трудовых прав работника в части обеспечения безопасных и/или специальных условий труда, тем самым будут ущемлены права работодателя, а также права пациентов на доступность медицинской помощи.

Указывает, что состояние здоровья работника и ограничения в части выполнения функций, не являются дискриминацией. Однако суд первой инстанции сделал вывод о том, что отказ в трудоустройстве не был связан с деловыми/личностными качествами истца.

Врачебная комиссия по проведению предварительного медицинского осмотра определяет пригодность работников для выполнения поручаемой работы и предупреждения профессиональных заболеваний без учета рекомендаций ИПРА и не определяет необходимость установления специальных условий труда. Следовательно, имеющиеся у истца ограничения и рекомендации ИПРА не будут учтены по результатам предварительного медицинского осмотра.

Судом не дана оценка тому факту, что ответчик предлагал истцу рассмотреть возможность трудоустройства на должность фельдшера терапевтического отделения поликлиники **** на рабочем месте которого у работодателя имеется возможность организовать специальные условия труда.

По состоянию на 7 октября 2025 г. в материалах дела отсутствовали указанные документы и аудиозапись заседаний, к ознакомлению предоставлены не были, чем также были нарушены процессуальные права ответчика.

В дополнениях к апелляционной жалобе указано, что 28 апреля 2025 г. ФИО1 была выдана ИПРА ****, согласно которой истцу установлена **** ФИО1 рекомендованы технические средства реабилитации: костыли с опорой под локоть, поручни (перила) для самоподнимания прямые и ортопедическая обувь сложная.

Таким образом, все вышеперечисленное указывает на то, что данное рабочее место и специфика выполнения трудовых функций и обязанностей на нем противопоказаны для трудоустройства ФИО1, что является ограничением, в том числе по медицинским показаниям.

Поскольку ФИО1 в период работы у ответчика проходил необходимые медицинские осмотры, а также как пациент наблюдается в поликлинике на постоянной основе и проходил необходимые обследования для оформления документов на медико-социальную экспертизу в марте 2025 года, то вся необходимая информация о состоянии здоровья ФИО1 и имеющихся у него противопоказаниях у апеллянта имелась, на основании которой врачебная комиссия медицинской организации - работодателя определила, что условия труда на рабочем месте фельдшера кабинета неотложной медицинской помощи не соответствуют имеющимся у истца ограничениям и противопоказаниям.

В письменных возражениях на апелляционную жалобу истец ФИО1 полагает изложенные в ней доводы несостоятельными и просит решение суда оставить без изменения (л.д. 177-179).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции истец ФИО1, его представитель ФИО3, действующий на основании доверенности (л.д. 103-104), возражали против доводов апелляционной жалобы.

Представитель ответчика ГБУЗ ВО «Городская больница № 4» - ФИО2, действующая на основании доверенности (л.д. 210), поддержала доводы апелляционной жалобы. Полагала назначение по делу медико-социальной экспертизы нецелесообразным.

Представитель третьего лица – Министерства здравоохранения Владимирской области в судебное заседание не явился, о явке до перерыва судебного заседания извещены по правилам статьи 113 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), а также путем размещения соответствующей информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» (л.д.186, 197), не ходатайствовал об отложении судебного заседания, в связи с чем судебной коллегией в соответствии с положениями части 3 статьи 167 ГПК РФ вынесено определение о рассмотрении дела в его отсутствие.

Изучив материалы и рассмотрев дело в соответствии с ч.1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов апелляционной жалобы и возражений на апелляционную жалобу, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

Статьей 3 Трудового кодекса Российской Федерации установлен запрет дискриминации в сфере труда.

Каждый имеет равные возможности для реализации своих трудовых прав (часть 1 статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации).

Никто не может быть ограничен в трудовых правах и свободах или получать какие-либо преимущества в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства, отношения к религии, убеждений, принадлежности или непринадлежности к общественным объединениям или каким-либо социальным группам, а также от других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работника (часть 2 статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации).

Не являются дискриминацией установление различий, исключений, предпочтений, а также ограничение прав работников, которые определяются свойственными данному виду труда требованиями, установленными федеральным законом, либо обусловлены особой заботой государства о лицах, нуждающихся в повышенной социальной и правовой защите, либо установлены названным Кодексом или в случаях и в порядке, которые им предусмотрены, в целях обеспечения национальной безопасности, поддержания оптимального баланса трудовых ресурсов, содействия в приоритетном порядке трудоустройству граждан Российской Федерации и в целях решения иных задач внутренней и внешней политики государства (часть 3 статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации).

Нормам статьи 3 Трудового кодекса Российской Федерации корреспондируют требования статьи 64 Трудового кодекса Российской Федерации, определяющие гарантии при заключении трудового договора и устанавливающие запрет на какое бы то ни было прямое или косвенное ограничение прав или установление прямых или косвенных преимуществ, не связанных с деловыми качествами работника.

Согласно части 5 статьи 64 Трудового кодекса Российской Федерации по письменному требованию лица, которому отказано в заключении трудового договора, работодатель обязан сообщить причину отказа в письменной форме в срок не позднее чем в течение семи рабочих дней со дня предъявления такого требования.

Отказ в заключении трудового договора может быть обжалован в суд (часть 6 статьи 64 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из изложенных нормативных положений следует, что действующим законодательством запрещается необоснованный отказ в заключении трудового договора, то есть такой отказ, который не основан на деловых качествах работника, а именно, способностях работника выполнять определенные трудовые функции с учетом имеющихся у него профессионально-квалификационных качеств. Устанавливая для работников такие гарантии при заключении трудового договора, закон вместе с тем не ограничивает право работодателя самостоятельно и под свою ответственность принимать кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала) в целях эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом, а также оптимального согласования интересов работодателя и лица, ищущего работу. При этом отказ в приеме на работу возможен, только если деловые качества, уровень образования и квалификации претендента не соответствуют заявленным работодателем требованиям.

На граждан, поступающих на работу, в полной мере распространяются и гарантии защиты от дискриминации в сфере трудовых отношений, установленные статьей 3 Трудового кодекса Российской Федерации.

Судом установлено и следует из материалов дела, что ФИО1 имеет среднее профессиональное (медицинское) образование по квалификации фельдшер (л.д. 6-20), является инвали**** группы **** бессрочно (л.д. 52).

15 мая 2025 г. ФИО1 обратился с заявлением к главному врачу ГБУЗ ВО «Городская больница № 4 г. Владимир» с просьбой рассмотреть его кандидатуру на вакантную должность фельдшера кабинета неотложной медицинской помощи поликлиники **** В случае соответствия его кандидатуры указанной должности выдать направление на прохождение предварительного медицинского осмотра, заключить с ним трудовой договор.

К данному заявлению истцом были приложены документы, в том числе подтверждающие наличие медицинского образования, а копия справки **** и индивидуальная программа реабилитации и абилитациии инвалида № **** от 28 апреля 2025 г. (л.д. 28, 70-76).

Из представленной ИПРА следует, что истцу доступны виды трудовой деятельности в специально созданных условиях труда; имеются нарушения функции нижних конечностей (л.д. 58-61,70-76).

Письмом главного врача ГБУЗ ВО «Городская больница № 4 г. Владимира» № 1837 от 22 мая 2025 г. кандидатура ФИО1 для замещения вакантной должности фельдшера кабинета неотложной помощи поликлиники ФИО4 6 отклонена, по основаниям того, что работа в должности фельдшера кабинета неотложной медицинской помощи связана с факторами, которые могут усугубить состояние здоровья истца, создать специальные условия труда для данной должности и на указанном рабочем месте не представляется возможным (л.д. 77).

Разрешая заявленные требования, руководствуясь положениями статей 3, 64, 220 Трудового кодекса Российской Федерации, разъяснениями п. 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации", суд первой инстанции, исходил из того, что ответчик ГБУЗ ВО «Городская больница № 4 г. Владимира» направление на предварительный медицинский осмотр врачебной комиссии истцу не выдал, отказал в согласовании кандидатуры истца (по медицинским показаниям) без соответствующего медицинского заключения на основании самостоятельной оценки состояния здоровья потенциального работника в отсутствие соответствующего заключения по результатам медицинского осмотра, и пришел к выводу о нарушении ответчиком процедуры рассмотрения кандидатуры истца для принятия на работу, в связи с чем удовлетворил требования истца, установив срок для исполнения решения суда в части выдачи истцу направления на предварительный медицинский осмотр в течение 3 дней со дня вступления решения суда в законную силу.

Судебная коллегия, соглашаясь с такими выводами суда, поскольку они соответствует установленным по делу обстоятельствам и основаны на правильном толковании и применении норм материального права, регулирующих спорные отношения, и признает доводы апелляционной жалобы ответчика несостоятельными, исходя из следующего.

В пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении споров, связанных с отказом в приеме на работу, необходимо иметь в виду, что труд свободен и каждый имеет право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, а также иметь равные возможности при заключении трудового договора без какой-либо дискриминации, т.е. какого бы то ни было прямого или косвенного ограничения прав или установления прямых или косвенных преимуществ при заключении трудового договора в зависимости от пола, расы, цвета кожи, национальности, языка, происхождения, имущественного, семейного, социального и должностного положения, возраста, места жительства (в том числе наличия или отсутствия регистрации по месту жительства или пребывания), а также других обстоятельств, не связанных с деловыми качествами работников, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом (статьи 19, 37 Конституции Российской Федерации, статьи 2, 3, 64 Трудового кодекса Российской Федерации, статья 1 Конвенции Международной организации труда N 111 1958 года о дискриминации в области труда и занятий, ратифицированной Указом Президиума Верховного Совета СССР от 31 января 1961 года).

Между тем при рассмотрении дел данной категории в целях оптимального согласования интересов работодателя и лица, желающего заключить трудовой договор, и с учетом того, что исходя из содержания статьи 8, части 1 статьи 34, частей 1 и 2 статьи 35 Конституции РФ и абзаца второго части первой статьи 22 Кодекса работодатель в целях эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом самостоятельно, под свою ответственность принимает необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала) и заключение трудового договора с конкретным лицом, ищущим работу, является правом, а не обязанностью работодателя, а также того, что Кодекс не содержит норм, обязывающих работодателя заполнять вакантные должности или работы немедленно по мере их возникновения, необходимо проверить, делалось ли работодателем предложение об имеющихся у него вакансиях (например, сообщение о вакансиях передано в органы службы занятости, помещено в газете, объявлено по радио, оглашено во время выступлений перед выпускниками учебных заведений, размещено на доске объявлений), велись ли переговоры о приеме на работу с данным лицом и по каким основаниям ему было отказано в заключении трудового договора.

Поскольку действующее законодательство содержит лишь примерный перечень причин, по которым работодатель не вправе отказать в приеме на работу лицу, ищущему работу, вопрос о том, имела ли место дискриминация при отказе в заключении трудового договора, решается судом при рассмотрении конкретного дела.

Если судом будет установлено, что работодатель отказал в приеме на работу по обстоятельствам, связанным с деловыми качествами данного работника, такой отказ является обоснованным.

Под деловыми качествами работника следует, в частности, понимать способности физического лица выполнять определенную трудовую функцию с учетом имеющихся у него профессионально-квалификационных качеств (например, наличие определенной профессии, специальности, квалификации), личностных качеств работника (например, состояние здоровья, наличие определенного уровня образования, опыт работы по данной специальности, в данной отрасли).

Кроме того, работодатель вправе предъявить к лицу, претендующему на вакантную должность или работу, и иные требования, обязательные для заключения трудового договора в силу прямого предписания федерального закона, либо которые необходимы в дополнение к типовым или типичным профессионально-квалификационным требованиям в силу специфики той или иной работы (например, владение одним или несколькими иностранными языками, способность работать на компьютере).

Понятия квалификации работника и профессионального стандарта содержатся в статье 195.1 Трудового кодекса Российской Федерации. Квалификация работника - уровень знаний, умений, профессиональных навыков и опыта работы работника. Профессиональный стандарт - характеристика квалификации, необходимой работнику для осуществления определенного вида профессиональной деятельности, в том числе выполнения определенной трудовой функции.

Из представленной в материалы дела должностной инструкции фельдшера (кабинета неотложной медицинской помощи поликлиники ФИО5 6) следует, что фельдшер принимается в кабинет неотложной медицинской помощи поликлиники ФИО5 6 и относится к категории основного персонала медицинских работников – специалисты со среднем профессиональным (медицинским) образованием (средний медицинский персонал) (п. 1.2 Инструкции).

На должность фельдшера кабинета неотложной медицинской помощи поликлиники ФИО5 6 принимается лицо, имеющее среднее профессиональное образование по специальности «Лечебное дело» и сертификат специалиста по специальности «Лечебное дело» или свидетельство об аккредитации специалиста, без предъявления требований к стажу работы (опыту практической работы).

Из материалов дела следует и не оспорено ответчиком, что образование истца соответствует требованиям кандидата на должность фельдшера кабинета неотложной медицинской помощи поликлиники ФИО5 6.

Как указано выше, отказом в приеме истца на работу послужило то обстоятельство, что работа в должности фельдшера кабинета неотложной медицинской помощи связана с факторами, которые могут усугубить состояние здоровья истца, поскольку согласно представленной истцом ИПРА, ему установлены ограничения основных категорий жизнедеятельности: 2 степень ограничения способности к самостоятельному передвижению с регулярной частичной помощью других лиц с использованием при необходимости вспомогательных технических средств; 2 степень ограничения способности к трудовой деятельности и противопоказаны виды трудовой и профессиональной деятельности, которые при утрате (отсутствии) двигательных функций нижних конечностей могут привести к угрозе жизни и (или) потере здоровья инвалида и (или) людей и доступны виды трудовой деятельности в специально созданных условиях труда, в связи с чем создать специальные условия труда для данной должности и на указанном рабочем месте, не представляется возможным.

Иных причин отказа в приеме на работу ответчиком не указано.

Вместе с тем, как следует из карты специальной оценки условий труда № 12/21 от 5 июля 2021 г. на рабочем месте фельдшера кабинета неотложной медицинской помощи поликлиники ФИО5 6 установлены вредные условия труда (3 класс; подкласс 3.2 – вредные условия труда 2 степени), возможно применение труда инвалидов (л.д. 81-87).

Из индивидуальной программы реабилитации инвалида **** от 28 апреля 2025 г., на которую ссылался работодатель при отказе истцу в принятии на работу, усматривается, что ФИО1 доступно трудоустройство по имеющимся профессиональным навыкам и в соответствии с полученным высшим образованием, в специально созданных условиях труда.

В соответствии со ст. статьи 220 Трудового кодекса Российской Федерации работники, занятые на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (в том числе на подземных работах), а также на работах, связанных с движением транспорта, проходят обязательные предварительные (при поступлении на работу) и периодические (в течение трудовой деятельности, для лиц в возрасте до 21 года - ежегодные) медицинские осмотры для определения пригодности этих работников для выполнения поручаемой работы и предупреждения профессиональных заболеваний. В соответствии с нормативными правовыми актами и (или) медицинскими рекомендациями указанные работники проходят внеочередные медицинские осмотры.

Работники организаций пищевой промышленности, общественного питания и торговли, водопроводных сооружений, медицинских организаций и детских учреждений, а также некоторых других работодателей проходят указанные медицинские осмотры в целях охраны здоровья населения, предупреждения возникновения и распространения заболеваний.

Порядок проведения обязательных предварительных и периодических медицинских осмотров работников, предусмотренных частью четвертой статьи 213 Трудового кодекса Российской Федерации и Перечень медицинских противопоказаний к осуществлению работ с вредными и (или) опасными производственными факторами, а также работам, при выполнении которых проводятся обязательные предварительные и периодические медицинские осмотры утверждены приказом Министерства здравоохранения Российской Федерации от 28 января 2021 г. N 29н.

Порядком предусмотрено, что предварительные осмотры проводятся при поступлении на работу на основании направления на медицинский осмотр, выданного лицу, поступающему на работу, работодателем (его уполномоченным представителем) (пункт 8); направление заполняется на основании утвержденного работодателем списка лиц, поступающих на работу, подлежащих предварительным осмотрам (пункт 9); для проведения предварительного или периодического осмотра медицинской организацией формируется постоянно действующая врачебная комиссия, состав врачебной комиссии включаются врач-профпатолог, а также врачи-специалисты, прошедшие в установленном порядке повышение квалификации по специальности "профпатология" или имеющие действующий сертификат по специальности "профпатология", состав врачебной комиссии утверждается приказом (распоряжением) руководителя медицинской организации (пункт 5); по окончании прохождения работником предварительного осмотра медицинской организацией оформляется заключение по его результатам, в котором указываются, в том числе, результаты предварительного осмотра – выявлены ли медицинские противопоказания к работе (перечисляются вредные факторы или виды работ, в отношении которых выявлены противопоказания) или медицинские противопоказания к работе не выявлены (пункт 15).

Аналогичные условия о прохождении предварительного осмотра лицам, поступающим на работу на должность фельдшера кабинета неотложной медицинской помощи поликлиники ФИО5 6, на основании выдачи лицу, поступающему на работу, направления на предварительный медицинский осмотр отражены в приобщенном на основании ст.327-1 ГПК РФ к материалам дела, как имеющем значение для его рассмотрения по существу, приказе главного врача БУЗ ВО «Городская больница № 4 г.Владимира» от 9 января 2025 г. № 16 (л.д. 142-145).

Также из вышеуказанной должностной инструкции фельдшера (кабинета неотложной медицинской помощи поликлиники ФИО5 6) следует, что особыми условиями допуска к работе фельдшера является прохождение обязательных предварительных (при поступлении на работу) и периодических медицинских осмотров (обследований), а также внеочередных медицинских осмотров (обследований) в порядке, установленном законодательством РФ (п.1.4 Инструкции).

Таким образом, судом первой инстанции верно указано, что ответчиком нарушена процедура рассмотрения кандидатуры истца для принятия на работу, поскольку направление на предварительный медицинский осмотр истцу не выдавалось, соответствующее медицинское заключение не составлялась, доводы ответчика о создании работодателем ГБУЗ ВО «Городская больница № 4 г. Владимира» комиссии надлежащими доказательствами не подтверждены.

Наличие у работодателя лицензии на проведение предварительных медицинских осмотров, что, по мнению апеллянта, позволяло дать оценку состояния здоровья истца в качестве кандидата на вакантную должность, не свидетельствует о соблюдении установленных требований, поскольку заключение врачебной комиссии не составлялась, а работодатель не наделен давать самостоятельную оценку состояния здоровья потенциального работника.

При этом доводы жалобы о том, что предварительный медицинский осмотр не предполагает консультирование врача-хирурга, не свидетельствуют об отсутствии у работодателя обязанности по выдаче лицу, поступающему на работу, направления на предварительный медицинский осмотр.

При этом в соответствии с пунктом 14 Порядка в случаях затруднения в оценке результатов осмотра лицу, поступающему на работу, в связи с имеющимся у него заболеванием выдается справка о необходимости дополнительного медицинского обследования. Работодателю направляется информация о выдаче такой справки, а лицо, поступающее на работу, считается не прошедшим предварительный осмотр с учетом выявленных заболеваний (состояний) и медицинских противопоказаний к осуществлению отдельных видов работ.

Исходя из заявленных истцом требований, доводов в их обоснование, норм материального права, регулирующих порядок заключения трудового договора, бремя доказывания законности и обоснованности принятого потенциальным работодателем решения об отказе в приеме на работу возлагается на последнего.

Вопреки приведенным в жалобе доводам доказательств отсутствия возможности создания для трудоустройства ФИО1 необходимых условий труда в соответствии с индивидуальной программой реабилитации или абилитации инвалида не представлены, от проведения по делу судебной медико-социальной экспертизы представитель ответчика отказался (л.л. 208, 215 – оборотная сторона).

Доводы жалобы о том, что создание специальных условий труда в данном случае предполагает невыполнение работником обязанности по оказанию медицинской помощи взрослому населению на дому, что служит невыполнению основной непосредственной функции фельдшера кабинета неотложной медицинской помощи, подлежат отклонению как необоснованные, поскольку в должностной инструкции фельдшера (кабинета неотложной медицинской помощи поликлиники ФИО5 6) указано, что в трудовые его функции входит оказание первичной доврачебной медико-санитарной помощи взрослому населению, как в амбулаторных условиях, так и на дому при вызове медицинского работника.

При этом судом первой инстанции учтено, что ранее ФИО1 состоял в трудовых отношениях с ГБУЗ ВО «Городская больница № 4 г. Владимира» с 7 марта 2022 г. по 8 января 2025 г., уволен на основании приказа № 116-к от 28 декабря 2024 г. трудовой договор с ФИО1 прекращен на основании п. 3 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ (по инициативе работника) (л.д. 55-57). При трудоустройстве истец уведомил работодателя о наличии инвалидности, представил ИПРА (л.д. 58-61).

В соответствии с приказом № 300-к от 5 марта 2022 г. истец с 7 марта 2022 г. был принят на работу в той же должности фельдшера кабинета неотложной медицинской помощи поликлиники **** на 0,75 ставки (л.д. 54). Приказом № 154-л от 25 марта 2022 г. переведен на 1 ставку в связи заявлением об отказе исполнения индивидуальной программы реабилитации от 25 марта 2022 г., которое им было отозвано 24 декабря 2024 г. (л.д. 64, 65, 63, 66).

На обстоятельства того, что в период осуществления истцом трудовых обязанностей до его отказа от исполнения индивидуальной программы реабилитации и после отзыва им данного заявления, работодателем не были созданы ФИО1 специальные условия с учетом его статуса (****), индивидуальной программы реабилитации инвалида, в соответствии с которой истцу было противопоказано длительное пребывание на ногах (л.д. 58-60), стороны не ссылались.

При таких обстоятельствах, доводы апелляционной жалобы об обоснованности отказа работодателя в трудоустройстве истца являются неправомерными.

Доводы жалобы о нарушении принятым решением прав работодателя в части выбора работника для выполнения работы по вакантной должности не могут быть признаны обоснованными, поскольку вопрос о возложении на ответчика обязанности по заключению трудового договора оспариваемым решением не разрешался, соответствующие требования истцом не заявлялись, вместе с тем отказ в приеме истца на работу в отсутствие доказательств невозможности создания ему соответствующих условий труда и невыполнения требований о направлении на прохождение медицинского осмотра для определения пригодности выполнения работы по вакантной должности является проявлением дискриминации в сфере труда, нарушением права на труд и социальную адаптацию в обществе.

Ссылки в апелляционной жалобе относительно отсутствия в материалах дела по состоянию на 7 октября 2025 г. (дату ознакомления с ним представителя ГБУЗ ВО «Городская больница № 4 г. Владимира») протокола судебного заседания и мотивированного решения от 17 сентября 2025 г. не являются основанием для отмены обжалуемого судебного решения поскольку не свидетельствуют о наличии нарушений норм процессуального права, повлекших принятие неправильного по существу судебного акта.

При этом материалы настоящего гражданского дела содержат протокол судебного заседания от 17 сентября 2025 г., изготовленный и подписанный 22 сентября 2025 г., решение суда от 17 сентября 2025 г., в окончательной форме изготовленное 1 октября 2025 г., а также оптический диск, содержащий файлы аудиозаписей судебных заседаний (л.д. 105-106, 107,109-112).

Довод жалобы о том, что судом нарушены права стороны ответчика на ознакомление с материалами дела в полном объеме, не нашел своего подтверждения, поскольку из материалов дела следует, что телефонограммой № 7946 от 8 октября 2025 г. представителю ответчика было сообщено о возможности дополнительного ознакомления с материалами дела (л.д. 114), однако данное право ответчиком не реализовано. Кроме того, копия решения в окончательной форме была направлена ответчику 8 октября 2025 г., им получена и впоследствии приобщена в качестве приложения к апелляционной жалобе.

Доводы апелляционной жалобы в целом повторяют доводы ответчика, которые проверялись судом в установленном законом порядке, сводятся к переоценке выводов суда и установленных по делу обстоятельств, каких-либо новых и существенных для дела фактов, не учтенных судом первой инстанции, не содержат, не опровергают вышеизложенных выводов суда и не влияют на правильность принятого судом решения, в связи с чем предусмотренных ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену решения в соответствии с ч.4 ст. 330 ГПК РФ, по делу не установлено.

Руководствуясь статьями 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Фрунзенского районного суда г. Владимира от 17 сентября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу представителя Государственного бюджетного учреждения здравоохранения Владимирской области «Городская больница № 4 г.Владимира» – без удовлетворения.

Председательствующий Д.В. Яковлева

Судьи Т.А. Осипова

М.В. Рябинина

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 4 февраля 2026 г.