К делу № 2-1941/2021

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

город Сочи 24 марта 2021 года

Центральный районный суд города Сочи Краснодарского края в составе: 

председательствующего судьи Шевелева Н.С.,

при секретаре судебного заседания Чепнян С.А.,

рассмотрев в помещении Центрального районного суда города Сочи в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Образовательному Фонду «Талант и успех» о восстановлении на работе,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратилась в Центральный районный суд города Сочи с исковым заявлением к Образовательному Фонду «Талант и успех» о восстановлении на работе.

В обоснование заявленных исковых требований указала на то, что работала в Образовательном Фонде «Талант и успех» в должности эксперта по закупкам по трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ. Увольнение от ДД.ММ.ГГГГ по соглашению сторон считает незаконным по следующим причинам. Успешно прошла испытательный срок в сентябре 2020 года, руководитель обещал повышение в должности при создании Регламента на новый для нашего департамента вид закупок. Но после того, как истец отправила Регламент ФИО2 ее непосредственные руководители с ноября 2020 года начали мероприятия по увольнению. ДД.ММ.ГГГГ истца увезли с работы в связи с ухудшением состояния здоровья (подозрение на микро-инсульт), первая помощь была оказана коллегами. Данное состояние было вызвано преднамеренными многократными действиями руководителя группы ФИО3 ДД.ММ.ГГГГ истец была вынуждена пойти на больничный. Данный факт несчастного случая на производстве был скрыт руководителями, чем руководители грубо нарушили свои должностные инструкции, а также ст. 212 ТК РФ и ст. 5.27.1 КоАП. ДД.ММ.ГГГГ на следующий день после выхода с больничного прямые требования уволиться были озвучены руководителем директором департамента по обеспечению товарами и услугами ФИО2 в его кабинете. Истцу было вручено соглашение о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ для увольнения этим днем и ручка для подписания. После обоснования невозможности уволиться, ФИО2 начал угрожать ущербами. Более часа ФИО2 продолжал угрозы, насмешки, обесценивание работы и личности, психологическое давление и изматывание (зная про подавленное состояние, назначенное лечение и диагноз, поставленный врачом-неврологом ДД.ММ.ГГГГ) с целью «добровольного» увольнения. ФИО2 не отпустил на обеденный перерыв и отдых, при попытке покинуть его кабинет, он сказал, что это будет расценено как нарушение требования руководителя, и что потом не будет шансов уволиться «по-хорошему». Истец написала на выданном ей соглашении от ДД.ММ.ГГГГ о несогласии с расторжением трудового договора. В подтверждение заявленных угроз, на следующий день ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 продолжил мероприятия по увольнению: требовал сиюминутного предоставления объяснительной по часам/минутам с связи с вынужденным отсутствием на рабочем месте месяц назад при том, что давалось разрешение на отсутствие моим руководителем и есть справки от врача. ДД.ММ.ГГГГ в нарушение законодательства (ст.193 ТК РФ) и с превышением своих полномочий ФИО2 требовал объяснительную немедленно без предоставления положенных двух суток на вспоминание и сбор доказательств, при этом ее торопила помощник директора, которая не отходила. Объяснительную заставили написать за 15 минут. Загрузили работой не по номенклатурному перечню / участку работы, который закреплен в отделе (могут подтвердить коллеги), сбросили несколько экстренно срочных заявок, подставляя под срыв сроков работ, при том, что за время больничного было нагружено множество работы, которую требовали с истца, пока она находилась на больничном. ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 позвонил один раз на рабочий телефон в 15-00, в то время, как истец разговаривала по другому телефону по рабочим вопросам. Не дозвонившись, он в 15-10 потребовал предоставить объяснительную за то, что она не смогла ответить на его звонок десятью минутами ранее. Руководителем продолжалось моральное изматывание, обесценивание работы и личности, насмешки и создание условий, при которых работать было невозможно. ДД.ММ.ГГГГ истец написала служебную записку на имя Руководителя Фонда с просьбой провести служебную проверку. ДД.ММ.ГГГГ истец просила ФИО2 отпустить ее с работы с 16-00 для обращения к врачу по экстренной необходимости в связи с обострением поставленного ранее диагноза, но ФИО2 отказал в подписании заявления и не отпустил к врачу, в связи с чем истец ушла с работы, отправив это заявление по эл.почте в отдел кадров и помощнику директора, а также и ФИО2 с отметкой об отказе подписания руководителем данного заявления. Далее истец была вынуждена уйти на больничный. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 снова предложила уволиться «по-хорошему», была предложена денежная компенсация. На неоднократные пояснения, что нужна эта работа, истец и ее дети нуждаются в этой работе, у истца планы на обучение сына в нашем дет.саду (одобрены документы) и далее в Лицее. Истцу симпатична миссия и задачи компании, сформировалось чувство принадлежности, истец планировала работать на благо компании много лет (минимум период обучения ребенка), ее семья готовится к переезду в Адлер поближе к работе (для этого продана недвижимость в другом городе), одобрена ипотека на покупку жилья в Адлере. Истец не хочет увольняться с Фонда и за миллион, и тем более не хочет быть вышвырнутой на улицу в период пандемии и непонятной обстановки еще и при том, что она одна воспитывает 2-х сыновей (прилагаю справку о составе семьи от ДД.ММ.ГГГГ), отец никакой материальной помощи не оказывает. На иждивении истца находится младшая сестра ФИО4 - инвалид 2 нерабочей группы пожизненно. Также истец имеет разностороннее образование, опыт работы в данной сфере более 14 лет в крупных компаниях, делаю свою работу эффективно, успешно прошла испытательный срок в сентябре, добилась лучших условий для контрактации с поставщиками (прилагаю Письмо от поставщика). ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 вновь заставляла подписать Соглашение о расторжении трудового договора, мотивируя тем, что сделали одолжение в виде компенсации, и угрозами увольнения по другим причинам, если не подпишет данное Соглашение в этот день, а также она сообщила, что истец зря писала Служебную записку на Руководителя Фонда в декабре и зря надеется на эту или какую-либо другую поддержку. Последующее время истцу не давали полноценно работать. ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 снова вызвала и настаивала на увольнении и подписании Соглашения о расторжении трудового договора, после отказа и попыток протянуть время, она сообщила о нехороших ситуациях, которые могут произойти, если не подпишет Соглашение, и что при несогласии уволят без компенсации и по статье и без возможности найти хорошую работу, дальше только хуже будет. Потребовала пойти в Департамент персонала вместе с ней и привела истца туда под своим сопровождением, где заставила подписать под принуждением уже оформленное с подписью и печатью Соглашение о расторжении трудового договора датой ДД.ММ.ГГГГ. Неправомерные корыстные действия руководителей, направленные на увольнение работника по их желанию и создание обстановки, при которой работнику невыносимо трудиться, а отсюда незаконность увольнения по соглашению сторон, подтверждают следующие факты: непосредственные руководители не включили истца в список годового дополнительного премирования, которое обычно выплачивается в начале января, списки на которое подавались ими в ноябре-декабре 2020 года (задолго до даты увольнения), что говорит о том, что истца планировали убрать, и были уверены, что это получится; на работу уже ДД.ММ.ГГГГ вышел новый сотрудник, на поиски /согласование/ проверку которого уходит не менее 2 недель; истцу одной из отдела не предоставлено парковочное место около офиса при наличии мест; ДД.ММ.ГГГГ ФИО3 хотела отправить истца на удаленную работу дома с ДД.ММ.ГГГГ по день увольнения, чтобы не было общения в отделе и в целях освободить место для нового работника; показания свидетелей-коллег о сиюминутном написании объяснительной по устному распоряжению ФИО2 и объяснительная за ДД.ММ.ГГГГ, написанная за 15 минут, потому что истца торопили, что говорит о превышении руководителем своих полномочий и нарушения трудового законодательства (ст. 193 ТК РФ) в целях изматывания работника и создания невыносимой для него рабочей обстановки. Соглашение о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, подписанное со стороны работодателя и с отметкой о несогласии с расторжением, что говорит об оказываемом на работника давлении со стороны руководителя и склонению к увольнению. Соглашение о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ, подписанное истцом фактически ДД.ММ.ГГГГ под давлением ФИО3, которая привела истца ДД.ММ.ГГГГ в Департамент персонала и принуждала к подписанию, вводя в заблуждения, запугивая увольнением по статье, несоизмеримой нагрузкой, припоминая предшествующую обстановку и лечение и обещая, что будет только хуже и помощи не будет, рассказывая про неравность сил. Исходящую от работодателя инициативу также подтверждает то, что работник не подавал заявления о расторжении трудового договора и не имел цели увольнения. Сокрытие руководителями подразделения несчастного случая на производстве, произошедшего ДД.ММ.ГГГГ из-за длительного психологического давления со стороны ФИО3, когда пришлось обращаться за мед.помощью после работы (на работе первую помощь оказали мои коллеги. Предшествующая увольнению неблагоприятная созданная руководителями подразделения рабочая обстановка для работника, при которой невозможно было полноценно трудиться. Состояние работника во время психологической травли со стороны руководителей подразделения, невозможность работником правильной оценки ситуации в виду длительного стресса и лечения. Отказ работнику заместителем руководителя Фонда в признании соглашения о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ недействительным и расторжении его в связи с подписанием по принуждению, что говорит о том, что работник не согласен с данным Соглашением и не имел намерения увольняться, предпринял действия для отмены данного Соглашения. Моральный вред (нравственные и физические страдания), причиненный работнику прямой виной работодателя (руководителями подразделения), оценивается работником суммарно в 990 000 рублей и заключаются в нижеследующем: расходы на психолога предыдущие и предстоящие, расходы на невролога предстоящие и лечение (анализы, обследования, массажи, лекарства, восстанавливающая терапия, ЛФК), предыдущие расходы на невролога и длительное лечение на общую сумму 13 373 рубля 50 копеек (при том, что не все было куплено и не вся терапия пройдена), невозможность водить машину 2 месяца в связи с принимаемым лечением, вынужденное пользование услугами такси, физические страдания: длительный двухмесячный стресс с последствиями для здоровья работника: бессонница, существенная потеря веса, головные боли, тревожность, тревожно-невротическое расстройство, заикание /логоневроз/ при психоэмоциональных переживаниях, расстройства вегетативной автономной нервной системы, обострение заболеваний (цервикалкия, дорсалгия, полисегментарный остеохондроз, воспаление протрузий дисков ШОП С4-С6), отсутствие энергетики и др. и серьезное принимаемое лечение, назначенное врачом-неврологом, что является подтверждением повреждения здоровья работника и приобретенными заболеваниями в результате нравственных страданий и длительных психоэмоциональных переживаний на работе, нравственные страдания семьи работника, незапланированный работником разрыв с коллективом, компанией, вынужденные уходы работника на больничные в связи с ухудшением состояния здоровья, продажа недвижимости по цене ниже рыночной для того, чтобы купить жилье поближе к работе и упущение объекта покупки из-за начавшейся психотравмирующей ситуации на работе, нахождение работника в поддерживаемом руководителями состоянии длительного 2-х месячного стресса с целью увольнения по желанию работодателя вопреки интересам и просьбам работника, обесценивание работы, личности работника, насмешки над результатами работ, понижение значимости для департамента, страдания и огромный стресс в связи с предстоящей потерей работы, особенно в настоящий период сокращений и пандемии, незаконное лишение работника работодателем права трудиться и зарабатывать себе на жизнь, кормить своих несовершеннолетних детей (работник не состоит в браке), а также помогать младшей сестре-инвалиду с нерабочей группой инвалидности, родителям, невозможность для работника после увольнения оплачивать хороший частный детский садик ребенку у дома со всеми необходимыми развивающими занятиями, что также является огромным стрессом для работника и его ребенка, присвоение руководителями Регламента с обозначенным авторским правом работника, без обещанного взамен повышения в должности, что является посягательством на интеллектуальную собственность автора, нарушение руководителями запрета дискриминации работника. Истец считает, что работодателем нарушено конституционное право работника на труд, установленное ст. 37 Конституции РФ. 

На основании вышеизложенного истец просит суд: признать приказ о прекращении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ незаконным; признать действия руководителей: директора департамента по обеспечению товарами и услугами ФИО2 и руководителя группы ФИО3 неправомерными, грубо нарушающими права и интересы работника, направленными на принуждение к увольнению работника по их желанию в ущерб целям и интересам работника; признать соглашение о расторжении трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ недействительным и незаконным; восстановить истца на своем рабочем месте в Образовательном Фонде «Талант и успех» в должности Эксперта по закупкам; взыскать с работодателя Образовательный Фонд «Талант и успех» в пользу истца заработную плату за время вынужденного прогула по день восстановления на работе; взыскать с работодателя Образовательный Фонд «Талант и успех» в пользу истца положенное годовое дополнительное премирование в рамках отработанного периода; взыскать с работодателя Образовательный Фонд «Талант и успех» в пользу истца в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 990 000 рублей.

От представителя ответчика Образовательного Фонда «Талант и успех» в суд поступили письменные возражения на исковое заявление, в которых указано на следующее. ФИО1 работала в Образовательном Фонде «Талант и успех» (далее - Фонд) в должности эксперта по закупкам департамента обеспечения товарами и услугами на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ. После прохождения испытательного срока работник претендовал на повышение должности и оплаты труда. При этом обозначил себя как специалист высокого уровня и производительности, в том числе в проведении закупок подрядных работ. Сотрудник выступил с инициативой по написанию регламентирующих процедуру закупки подрядных работ документов, таким ообразом высказав гарантии, что является соответствующего уровня специалистом. Однако, при работе с конкурсами на подрядные работы сотрудник часто допускал неточности, непонимание структуры документов, их назначение, недооценивал риски, которые обозначали иные подразделения, что привело в том числе к финансовым потерям организации: договор 08/20-2582/02 с ООО «Евро-забор». Подрядчик выбран в нарушение процедуры - смета, исправленная ФИО1 не поступила в работу участникам торгов, кроме контрактного контрагента. Использована смета контрагента, а не Фонда. Отсутствовал график работ к договору. Все вместе привело к тому, что Фонд не имел возможности отстоять свои интересы в ходе претензионной работы и расторжения договора. Подрядчик нарушил срок, что повлекло невозможность использовать номерной фонд и получать прибыть. Смета по форме подрядчика не позволила пересчитать выполненные работы в единичных расценках в интересах Фонда; договор с 12/20-4707/02 с СДМ-Энерго: в комплекте документов отсутствовала дата начала работ, что не было проверено при проведении конкурентной процедуры. Т.о. сроки могли быть не согласованы сторонами, что является риском для Фонда при расторжении сделки. Документы тендерные не совпали с договорной документацией в части срока гарантии, специалист не проверил надлежащий перенос условий тендера в договор; ДС № к договору со Студио-И № заключено в нарушение вида договора: сам договор на изготовление полиграфической продукции. С. О. сделала к нему ДС о выполнении работ по восстановлению объекта «ФИО5.» на территории Олимпийского парка», т.е. подрядное соглашение заключено в нарушение характера (основного предмета) договора; договор с ООО «Протос плюс» заключен в нарушение конкурентной процедуры - имелось предложение на меньшую сумму. При этом ФИО1 проигнорировала его в интересах Протос Плюс; договор подряда с ООО «Горизонт» - приложения были загружены в рамках проведения выбора контрагента некорректные, анализ не проведен. Неверно указаны адреса объектов, для которых проведен тендер (это два разных здания, в задании - одно), работы не разделены по объектам, срок некорректный, не согласован с инициатором, попадал на новогодние праздники, когда работа на объекте запрещена, смета по видам и составу работ не бьется с графиком и ТЗ, что само по себе означает при споре с подрядчиком невозможность предъявления корректных замечаний. При получении замечаний к документам, ФИО1 высказывала недовольство и неоднократно ссылаясь на долгие сроки согласований требовала согласовать документы с замечаниями. За период работы с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ сотрудником инициировано на основании поступивших ей в работу заявок на закупку 57 договоров (количество рабочих дней - 144, в среднем по 0,3 заявки/договора в рабочий день), что статистически значительно меньше, чем у иных сотрудников подразделения. В работе у сотрудника возникали сложности, работник жаловался на большой объем, сложность задач, ощущения большого груза ответственности, отсутствие ежедневной работы с нею со стороны руководителя, что, в том числе, в целом влияло на атмосферу в коллективе. Сотрудник часто отсутствовал по семейным обстоятельствам (двое детей). Все это не вызывало со стороны работодателя действий, нарушающих интересы работника. Однако, стало причиной, по которой работник принял решение о расторжении ТД по соглашению Сторон. В соответствии с приказом Фонда от ДД.ММ.ГГГГ №.02/2 трудовой договор с ФИО1 расторгнут на основании п.1 ч.1 ст. 77 ТК РФ в соответствии с заключенным ДД.ММ.ГГГГ соглашением о расторжении трудового договора. Истец в исковом заявлении указывает на понуждении ее к увольнению по соглашению сторон, применении к ней угроз, психологического давления, создания неблагоприятной рабочей обстановки, причинении ей действиями работодателя значительного морального вреда и т.д. Полагает, что заявленные работником обстоятельства увольнения не соответствуют действительности. ДД.ММ.ГГГГ между истцом и ответчиком было заключено соглашение о расторжении трудового договора. Учитывая волеизъявление истца (увольнение состоялось по истечении более двух недель со дня подписания соглашения о расторжении трудового договора) последним днем работы стороны согласовали ДД.ММ.ГГГГ, о чем издан соответствующий приказ от ДД.ММ.ГГГГ №.02/2. В последний рабочий день истцу был выплачен расчет при увольнении (заработная плата, денежная компенсация неиспользованных дней отпуска) и дополнительная компенсация в соответствии с п. 2 Соглашения, что подтверждается расчетным листком за февраль 2021 

<

адрес> книжка выслана по указанному истцом адресу почтовым отправлением. Стороны в соглашении достигли договоренности, что после проведения всех расчетов они не будут иметь друг к другу взаимных претензий. Соглашение подписано истцом собственноручно ДД.ММ.ГГГГ, замечаний и дополнений по условиям соглашения истцом в момент подписания соглашения не заявлялось. Однако, спустя некоторое время после подписания Соглашения ФИО1 передумала увольняться, стала заявлять о незаконности ее увольнения, понуждения к подписанию заявления, о применении в отношении ее угроз, создания «обстановки, при которой невозможно трудиться». Считает, что заявленные работником обстоятельства увольнения не соответствуют действительности, не имеют доказательств, а потому не могут быть приняты судом в обоснование позиции истца и удовлетворения исковых требований.

В судебном заседании истец ФИО1, а также ее представитель ФИО6, действующий на основании ордера, поддержали доводы, изложенные в исковом заявлении, на удовлетворении заявленных требований настаивали и просили их удовлетворить в полном объеме.

Представитель ответчика Образовательного Фонда «Талант и успех» - ФИО7, действующая на основании доверенности, исковые требования не признала, возражала против их удовлетворения. Поддержала доводы, изложенные в представленных суду письменных возражениях на исковое заявление.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО3 показала, что работает в Фонде «Талан и Успех». С точки зрения выполнения работ, были претензии со стороны работника о том, что объем работ достаточно большой, она где-то не справляется. Со стороны ФИО3 были приняты меры, чтобы освободить С. от одного из участка работ, одно направление «Канцелярские товары», которым она занималась, было переведено на другого сотрудника. С точки зрения исполнения работ, ничего специфического отметить не может. На что можно обратить внимание, у С. часто возникали эмоциональные высказывания по поводу того, что она загружена работой, какие-то недовольства, часто она отпрашивалась с работы. Это нарушало внутреннюю атмосферу в коллективе. При этом, никогда отказов со стороны ФИО3 не было. В октябре-ноябре-декабре 2020 года не было увеличения объема работы. В октябре добавилось 4 вакансии в подразделение. ФИО1 никогда не привлекалась к дисциплинарным взысканиям. Вместе с тем, ФИО3 часто ставили уже перед фактом, что человек отсутствует на работе или собирается покинуть рабочее место. В сентябре 2020 года С. выразила свое желание покинуть компанию. Написала заявление на увольнение. Обратилась с этим к директору Департамента. После переговоров, С. изменила свое решение и осталась на рабочем месте. Тем не менее, ее недовольство продолжалось. Она постоянно высказывала недовольство, что ей далеко добираться, ей неудобно и т.д. Велся диалог о том, что если С. не устраивает ее работа, то нужно принять решение, остается ли она и продолжает работать в Фонде, на условиях Фонда, либо покинуть компанию. В том числе это была инициатива С.. Она говорила о том, что если будет компенсация, то она уйдет. В период с 06 по 25 декабря ФИО3 находилась на больничном. Полагает, что в этот период уже велись какие-то предварительные беседы со С.. Полагает, что поскольку С. много не устраивало, ей было предложено. При подписании соглашения от ДД.ММ.ГГГГ она присутствовала. ФИО3 и ФИО1 зашли в кабинет Отдела кадров, на месте отсутствовала кадровик – ФИО8. Они присели в коридоре и разговаривали со С.. Как только пришла ФИО8, она пригласила в кабинет. С. в кабинете полностью прочитала соглашение, спросила точно ли ей заплатят компенсацию. На что ей было разъяснено, что это соглашение - документ. После этого, она сразу же подписала. Ее никто не заставлял. Более того, ей неоднократно предлагалось подумать. Но она говорила, что ей нужна компенсация. Было ли подписано соглашение от ДД.ММ.ГГГГ непосредственно ДД.ММ.ГГГГ, точно сказать не может, помнит, что оно было на ознакомлении у С.. В день подписания она прочитала его еще раз. 12, 13, 14 января она вызывала С. в свой кабинет уточнить о намерениях и о решении оставаться в Фонде или принимать решение о подписании соглашения. 15 января, до того, как было подписано соглашение, они находились в своем кабинете, где был диалог и ФИО3 неоднократно спросила С. о том, окончательное ли это решение. Она сказала, что это окончательное решение. Единственное, за что она волновалось, будет ли ей выплачена компенсация. После этого проследовали в отдел кадров. Размер компенсации определялся по соглашению. С. потребовала 3 оклада, но ей было предложено 2 оклада, и она согласилась.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО9 показал, что работает в Фонде «Талант и Успех» в должности специалиста. Зачитал представленное в материалах дела составленное им заявление, в котором указано на то, что ему стало известно в материалах судебного дела по иску ФИО1 был предоставлен документ, составленный от его имени. Настоящим заявлением подтверждает, что не подписывал такой документ, о наличии такого документа ему не известно, ему не известно о фактах, изложенных в документе. Пояснил, что давление на ФИО1 руководителем не оказывалось.

Прокурор Центрального района г. Сочи – Барахович С.В. дала заключение о том, что положения Трудового кодекса РФ при расторжении трудового договора соблюдены, оснований для удовлетворения исковых требований о восстановлении на работе не имеется.

Суд, заслушав пояснения лиц, участвующих в рассмотрении дела, заключение прокурора Центрального района г. Сочи, полагавшего иск не подлежащим удовлетворению, заслушав показания свидетелей, изучив материалы дела и исследовав доказательства по делу в их совокупности, считает необходимым исковые требования оставить без удовлетворения по следующим основаниям.

Частью 3 ст. 37 Конституции РФ закреплено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, на вознаграждение за труд без какой бы то ни было дискриминации и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда, а также право на защиту от безработицы.

В силу ст. 16 Трудового кодекса РФ трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с ТК РФ.

Как установлено в судебном заседании и подтверждается материалами дела, на основании трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 была принят на работу в Образовательный Фонд «Талант и успех» подразделение – Департамент обеспечения товарами и услугами; Группа закупок товаров и услуг, на должность – эксперта по закупкам с ежемесячным должностным окла

<

адрес> 500 рублей, на неопределенный срок.

Пунктами 9.1-9.3 трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что каждая из сторон настоящего трудового договора вправе ставить перед другой стороной вопрос о его изменении. Изменения оформляются дополнительным соглашением к настоящему трудовому договору, и подписываются обеими сторонами. Настоящий договор может быть изменен в порядке, предусмотренном Трудовым кодексом. Настоящий договор может быть прекращен по основаниям, предусмотренным трудовым кодексом и иными федеральными законами.

ДД.ММ.ГГГГ между работодателем Образовательным Фондом «Талант и успех», в лице директора департамента управления персоналом ФИО10, и работником ФИО1 было заключено соглашение о расторжении трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ.

В соответствии с условиями данного соглашения, работник и работодатель пришли к соглашению о расторжении трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ по соглашению сторон (п. 1 части 1 ст. 77 ТК РФ). Последний рабочий день работника – ДД.ММ.ГГГГ.

Пунктом 2 соглашения от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, в последний рабочий день работодатель в соответствии со ст. 140 ТК РФ, производит выплату всех причитающихся работнику сумм, а также выплачивает компенсацию в размере 135 000 рублей.

Стороны подтвердили, что после исполнения всех условий данного соглашения, в том числе осуществления всех выплат, причитающихся работнику, при расторжении трудового договора 12670 от ДД.ММ.ГГГГ, не будут иметь взаимных претензий.

В пункте 4 соглашения от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, стороны подтвердили, что размер компенсации, установленный в пункте 2 настоящего соглашения, размер компенсации включают все и любые пожелания и требования работника к работодателю как из трудового договора, так и из закона.

Соглашение от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ подписано как работодателем в лице директора департамента управления персоналом ФИО10, так и работником ФИО1 собственноручно.

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ №.02/2 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) прекращено действие трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № и ФИО1 уволена из Образовательного Фонда «Талант и успех» Департамента обеспечения товарами и услугами; Группы закупок товаров и услуг с должности эксперта по закупкам на основании соглашения сторон от ДД.ММ.ГГГГ, п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

С приказом от ДД.ММ.ГГГГ №.02/2 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) ФИО1 была ознакомлена ДД.ММ.ГГГГ. Указала, что с расторжением не согласна, соглашение от ДД.ММ.ГГГГ подписано под принуждением.

При этом, как установлено в ходе судебного разбирательства, при увольнении истцу ответчиком был выплачен расчет (заработная плата, денежная компенсация неиспользованных дней отпуска), а также, в соответствии с п. 2 соглашения, выплачена компенсация, предусмотренная указанным соглашением. Данное обстоятельство истец ФИО1 не оспаривала.

Истец просит признать ее увольнение из Образовательного Фонда «Талант и успех» и восстановить ее на работе в прежней должности, поскольку соглашение от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ она подписала под принуждением, ввиду того, что руководители оказывали на нее давление, постоянно требовали заключить такое соглашение, высказывали угрозы, ей не давали полноценно работать, оказывали психологическое давление. При этом, ФИО1 ссылалась на то, что она не имела намерения увольняться, была заинтересована в продолжение трудовых отношений с ответчиком, советующего заявления об увольнении она не писала.

В соответствии с абз. 2 ч. 1 ст. 21 ТК РФ работник имеет право на расторжение трудового договора в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, иными федеральными законами.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ основанием прекращения трудового договора является расторжение договора по соглашению сторон.

В силу ч. 1 ст. 84.1 ТК РФ прекращение трудового договора оформляется приказом (распоряжением) работодателя.

Статьей 78 ТК РФ установлено, что трудовой договор может быть в любое время расторгнут по соглашению сторон трудового договора.

В пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 N 2 "О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации" разъяснено, что при рассмотрении споров, связанных с прекращением трудового договора по соглашению сторон (пункт 1 части первой статьи 77, статья 78 ТК РФ), судам следует учитывать, что в соответствии со статьей 78 Кодекса при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами. Аннулирование договоренности относительно срока и основания увольнения возможно лишь при взаимном согласии работодателя и работника.

Таким образом, Трудовой кодекс Российской Федерации в статье 78 выделяет соглашение сторон в качестве самостоятельного основания прекращения трудового договора. Расторжение трудового договора по данному основанию возможно только в случае согласованного волеизъявления работодателя и работника, направленного на прекращение трудового договора.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Определении от 13.10.2009 года N 1091-О-О, свобода договора, закрепленная в ч. 1 ст. 37 Конституции РФ, предполагает возможность прекращения трудового договора по соглашению его сторон, то есть на основе добровольного и согласованного волеизъявления работника и работодателя. Достижение договоренности о прекращении трудового договора на основе добровольного соглашения его сторон допускает возможность аннулирования такой договоренности исключительно посредством согласованного волеизъявления работника и работодателя, что исключает совершение, как работником, так и работодателем произвольных односторонних действий, направленных на отказ от ранее достигнутого соглашения. Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса интересов сторон трудового договора и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права работника.

Таким образом, из правового смысла приведенных выше норм закона следует, что при достижении договоренности между работником и работодателем трудовой договор, заключенный на неопределенный срок, или срочный трудовой договор, может быть расторгнут в любое время в срок, определенный сторонами.

При этом для прекращения трудового договора по соглашению сторон недостаточно волеизъявления одной стороны работодателя или работника, а необходимо взаимное волеизъявление обеих сторон.

Статья 12 ГПК РФ устанавливает, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. В связи с чем, положения статей 56, 57 Кодекса возлагают на каждую сторону обязанность доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ, содержание которой следует рассматривать в контексте с положениями части 3 статьи 123 Конституции РФ и статьи 12 ГПК РФ, закрепляющих принципы состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Доказательства представляются лицами, участвующими в деле (ч. 1 ст. 57 ГПК РФ).

Обстоятельствами, имеющими значение для дела при разрешении спора о расторжении трудового договора по соглашению сторон в соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 77 Трудового кодекса РФ, являются: как наличие волеизъявления работника на увольнение и расторжение трудового договора по соглашению с работодателем, так и наличие волеизъявления работодателя, которые могут быть подтверждены в данном случае только письменным соглашением, подписанным работником и работодателем, и добровольность волеизъявления работника и работодателя на заключение такого соглашения. Волеизъявление работника на расторжение трудового договора по соглашению с работодателем может быть выражено в его письменном заявлении об увольнении с занимаемой должности по соглашению сторон с указанием даты расторжения договора.

Необходимым условием признания увольнения незаконным является наличие порока воли истца на увольнение по основанию, предусмотренному п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ, бремя доказывания которого в силу ст. ст. 56, 57 ГПК РФ, возложено на истца.

Применительно к настоящему спору, обязанность доказать факт принуждения к подписанию соглашения от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ возлагается на работника, то есть на истца ФИО1

Вместе с тем, наличие таких обстоятельств из материалов дела не усматривается и опровергается данными в ходе судебного разбирательства свидетельскими показаниями.

Истцом в суд не представлено каких-либо доказательств, свидетельствующих об отсутствии добровольности волеизъявления на увольнение по соглашению сторон, равно как и доказательств осуществления на него (истца) давления со стороны работодателя Образовательного Фонда «Талант и успех» в лице руководителей – ФИО2 и ФИО3

Судом установлено, что соглашение от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ подписано лично истцом ФИО1, что подтверждает добровольный характер действий истца и наличие волеизъявления на увольнение из Образовательного Фонда «Талант и успех» по соглашению сторон. В случае несогласия заключения названного соглашения, ФИО1 вправе была отказаться от его подписания, что ею сделано не было.

Более того, при увольнении из Образовательного Фонда «Талант и успех», работодателем в соответствии с пунктом 2 соглашения от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 была выплачена компенсация, которая была получена ФИО1

Так, допрошенная в ходе судебного разбирательства свидетель ФИО3 показала, что ФИО1 постоянно высказывала недовольство тем, что большой объем работы, что ей далеко добираться, что ее не устраивает работа. Начиная с сентября 2020 года, когда ФИО1 выразила желание расторгнуть трудовой договор, с ней постоянно велись переговоры по поводу того, хочет ли она продолжать работать, согласна ли она работать в Образовательном Фонде «Талант и успех», либо все-таки желает покинуть компанию. Переговоры велись также о том, что в случае расторжения трудового договора по соглашению сторон, ФИО1 будет выплачена компенсация, обсуждался ее размер. Неоднократно обсуждался вопрос о том, окончательным ли является решение ФИО1 о расторжении трудового договора. Ей предлагалось подумать. При подписании истцом соглашения о расторжении трудового договора ФИО3 присутствовала, это происходило в кабинете Отдела кадров, в присутствии других работников. Соглашение ФИО1 было вручено заранее, она имела возможность с ним ознакомиться, а в день подписания, ознакомилась с ним еще раз. При подписании соглашения о расторжении трудового договора ФИО1 еще раз уточнила, будет ли ей выплачена компенсация, и, получив утвердительный ответ, сразу подписала соглашение о расторжении трудового договора. Никакого давления на ФИО1 никто никогда не оказывал, к заключению соглашения о расторжении трудового договора не принуждал.

В подтверждение того обстоятельства, что на ФИО1 оказывалось давление с целью заставить ее уволиться с занимаемой должности из Образовательного Фонда «Талант и успех», ФИО1 ссылалась на то, что ее руководитель ФИО2 требовал от нее объяснительные по фактам отсутствия на рабочем месте, не предоставив для этого установленного Трудовых Кодексом РФ двухдневного срока.

В материалах дела представлены светокопии составленных от руки и в виде напечатанного текста объяснительных (показаний) свидетелей – ФИО11, ФИО12, ФИО9, из текста которых следует, что ДД.ММ.ГГГГ с ФИО1 директором Департамента обеспечения товарами и услугами ФИО2 лично и через его помощника требовали сиюминутного (прямо сейчас) предоставления письменных объяснений по поводу данных месячной давности, без предоставления положенного по закону времени на пояснения и сбор необходимых доказательств. Объяснительную ФИО1 была вынуждена написать за 15 минут, в то время над ней стояла помощник директора. ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 разговаривала по телефону с поставщиком, в то время как в 15-00 ей один раз позвонил директор Департамента ФИО2, который не дозвонившись потребовал с нее в 15-10 предоставления объяснительной за то, что она не ответила, на его звонок десятью минутами ранее.

В данных светокопиях объяснительных имеется дописанный от руки текст следующего содержания: «Об уголовной ответственности за заведомо ложные показания предупреждены:». Ниже указаны фамилии ФИО11, ФИО12, ФИО9 и подписи.

В судебном заседании истец пояснила, что лично дописала в указанные светокопии объяснительных текст о том, что ФИО11, ФИО12, ФИО9 об уголовной ответственности за заведомо ложные показания предупреждены, уже после того, как они подписали данные объяснительные.

Вместе с тем, оригиналы объяснительных (показаний) свидетелей ФИО11, ФИО12, ФИО9 суду истцом не представлены.

Более того, в материалах дела имеются письменные пояснения ФИО11, ФИО12, ФИО9, из которых следует, что они являются работниками Образовательного Фонда «Талант и успех», объяснительные (показания), светокопии которых представлены истцом, ими не подписывались, о наличии данных документов им неизвестно, о фактах, изложенных в документах им не известно, подтвердить их они не могут. В материалах дела имеются оригиналы данных письменных пояснений.

Допрошенный в ходе судебного разбирательства в качестве свидетеля ФИО9 огласил представленные им письменные пояснения, настаивал на том, что объяснительные (показания) свидетелей, светокопии которых представлены истцом, он никогда не подписывал, о фактах, которые в них изложены, ему не известно. Также пояснил, что никакого давления на ФИО1 не оказывалось.

Согласно ч. 1 ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела. При этом, эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показании свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио-и видеозаписей, заключений экспертов.

При этом, суд учитывает, что свидетели по делу в результате стечения обстоятельств воспринимают факты, имеющие юридическое значение для правильного разрешения спора, и являются носителями информации об этих фактах; свидетели не высказывают суждения, включающие субъективную оценку относительно фактов.

Из положений ст. 69 ГПК РФ следует, что свидетели не относятся к субъектам материально-правовых отношений и в отличие от лиц, участвующих в деле, не имеют юридической заинтересованности в его исходе. 

У суда нет оснований ставить под сомнение истинность фактов, сообщенных свидетелями ФИО3 и ФИО9

Данных о какой-либо заинтересованности свидетелей в исходе дела нет, их показания последовательны, соответствуют и не противоречат обстоятельствам, сведения о которых содержатся в других собранных по делу доказательствах. Об уголовной ответственности за дачу ложных показаний свидетели предупреждены судом, о чем имеется соответствующая расписка в материалах дела.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу, что представленные истцом светокопии составленных от руки и в виде напечатанного текста объяснительных (показаний) свидетелей – ФИО11, ФИО12, ФИО9, не могут являться надлежащим доказательством, подтверждающим тот факт, что работодателем на нее оказывалось психологическое давление, с целью заставить уволиться из Образовательного Фонда «Талант и успех».

В ходе судебного разбирательства из пояснений свидетеля ФИО3 и самого истца установлено, что имели место случаи, когда ФИО1 покидала свое рабочее место, не поставив в известность заблаговременно непосредственного руководителя, часто отсутствовала по семейным обстоятельствам.

При этом, каких-либо дисциплинарных взысканий, предусмотренных Трудовым кодексом РФ, к ФИО1 работодателем никогда не применялось.

Данное обстоятельство опровергает факт того, что на работника ФИО1 ее руководителями оказывалось давление, с целью заставить уволиться из Образовательного Фонда «Талант и успех».

Из материалов дела следует, что ФИО1 действительно неоднократно в период работы в Образовательном Фонде «Талант и успех» обращалась в медицинские учреждения в связи с ухудшением состояния здоровья.

Однако, судом не установлена причинно-следственная связь между ухудшением здоровья истца и действиями работодателя. Доказательств, подтверждающих, что состояние здоровья ухудшилось в результате действий ответчика, в том числе в связи с каким-либо психологическим давлением, угрозами или иными, суду не представлено.

Сам по себе факт ухудшения здоровья работника, в том числе в рабочее время, во время исполнения должностных обязанностей, не свидетельствует о том, что такое ухудшение произошло именно по вине работодателя.

Таким образом, истцом не представлено в соответствии со ст. 56 ГПК РФ бесспорных доказательств, свидетельствующих об оказании на нее давления со стороны работодателя, направленных на понуждение ее к подписанию соглашения о расторжении трудового договора. Нарушений установленного порядка увольнения со стороны ответчика не допущено, работнику своевременно направлена почтой трудовая книжка (по заявлению истца) и произведена выплата всех сумм, причитающихся при увольнении.

Тот факт, что ФИО1 имела возможность отказаться от заключения с работодателем соглашения от ДД.ММ.ГГГГ о расторжении трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, подтверждается следующим.

Ранее – ДД.ММ.ГГГГ, сторонами было составлено аналогичное соглашение о расторжении трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, которое при этом, не содержало условия о выплате работнику при увольнении дополнительной компенсации, кроме выплат, предусмотренных ст. 140 ТК РФ, причитающихся работнику при увольнении.

Данное соглашение ФИО1 не подписала, указав, что с расторжением трудового договора не согласна.

Из материалов дела следует, что до увольнения из Образовательного Фонда «Талант и успех» и после подписания соглашения о расторжении о расторжении трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 обращалась к руководителю Образовательного Фонда «Талант и успех» с заявлением о расторжении указанного соглашения. Однако, в расторжении соглашения о расторжении трудового договора № от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 было отказано.

Суд учитывает, что в данном случае не применимы положения ст. 80 ТК РФ, согласно которым до истечения срока предупреждения об увольнении работник имеет право в любое время отозвать свое заявление. Увольнение в этом случае не производится, если на его место не приглашен в письменной форме другой работник, которому в соответствии с настоящим Кодексом и иными федеральными законами не может быть отказано в заключении трудового договора.

При заключении соглашения о расторжении трудового договора между работником и работодателем, такое соглашение может быть расторгнуто также только по соглашению сторон, то есть даже при наличии заявления работника на расторжение соглашения о расторжении трудового договора, для работодателя является правом, а не обязанностью расторгнуть соглашение о расторжении трудового договора.

Доводы истца в той части, что давление на истца осуществлялось путем угрозы непосредственного руководителя истца об увольнении по компрометирующим основаниям, суд не может принять во внимание, поскольку истцу было предоставлено право выбора основания увольнения. 

Тот факт, что он выбрал увольнение по соглашению сторон, а не по порочащим основаниям, свидетельствует о добровольности его волеизъявления. При этом причины, по которым работник принял для себя решение о необходимости уволиться, не являются обстоятельствами, влияющими на законность увольнения.

Таким образом, суд приходит к выводу, что подписание истцом соглашения о расторжении трудового договора в данной ситуации может указывать на наличие у истца значимого основания для намерения добровольного увольнения, в связи с опасением негативных последствий ответственности за свои действия.

При оценке добровольности волеизъявления работника необходимо иметь в виду, что не всякое предложение работодателя написать заявление об увольнении по собственному желанию или по соглашению сторон следует рассматривать как принуждение.

Не является принуждением предложение работодателя работнику написать заявление об увольнении по собственному желанию или по соглашению сторон, вследствие недобросовестного поведения самого работника, дающее работодателю законное право на его увольнение по другим, более неблагоприятным основаниям.

При таком положении, указание истцом на то, что причиной подписания соглашения о расторжении трудового договора явились незаконные действия со стороны работодателя, выразившиеся в понуждении к увольнению, являются несостоятельным.

Поскольку нарушений трудовых прав истца при его увольнении судом не установлено, суд приходит к выводу, что в удовлетворении исковых требований истцу надлежит отказать в полном объеме.

То обстоятельство, что на приказе от ДД.ММ.ГГГГ №.02/2 о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) ФИО1, она казала, что с расторжением не согласна, соглашение от ДД.ММ.ГГГГ подписано под принуждением, правового значения для разрешения данного спора не имеет, поскольку достижение договоренности о прекращении трудового договора на основе добровольного соглашения его сторон допускает возможность аннулирования такой договоренности исключительно посредством согласованного волеизъявления работника и работодателя, что исключает совершение, как работником, так и работодателем произвольных односторонних действий, направленных на отказ от ранее достигнутого соглашения. Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса интересов сторон трудового договора и не может рассматриваться как нарушающее конституционные права работника.

ФИО1 в иске указывала на неправомерную невыплату годовой премии за 2020 год.

Однако, премии, в отличие от установленного в трудовом договоре должностного оклада, юридически относятся не к вознаграждению за труд, выплата которого обязательна, а относятся к поощрениям в соответствии со ст. 129 РФ.

В обоснование фактов создания для истца обстановки, при которой невыносимо работать, истец также указывает на не предоставление ей парковочного места, принудительное направление на дистанционную работу и прочее.

Данные обстоятельства не имеют правового значения в вопросе квалификации законности увольнения, так как не подтверждены соответствующими доказательствами.

Более того, предоставление парковочного места работнику не является обязанностью работодателя.

Истец считает, что работодателем в отношении ее скрыт факт несчастного случая, произошедшим с ней ДД.ММ.ГГГГ, что является основанием для привлечения должностных лиц Фонда к ответственности, предусмотренной п. 5.27 КоАП РФ.

Согласно ч. 1 ст. 227 ТК РФ, абз. 10 ст. 3 Федеральный закон "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" от ДД.ММ.ГГГГ N 125-ФЗ, ч. 3 п. 3 Постановления Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ N 73 "Об утверждении форм документов, необходимых для расследования и учета несчастных случаев на производстве, и положения об особенностях расследования несчастных случаев на производстве в отдельных отраслях и организациях" (Зарегистрировано в Минюсте России ДД.ММ.ГГГГ N 3999) несчастным случаем на производстве признается событие, в результате которого работник погиб или получил повреждение здоровья при выполнении трудовых обязанностей или работ в интересах работодателя.

Ухудшение состояния здоровья истца явилось следствием имевшихся заболеваний истца, что подтверждается медицинскими документами, имеющимися в материалах дела, не повлекло увечье, повреждение здоровье (инвалидность), следовательно не может квалифицироваться как несчастный случай на производстве, действия должностных лиц Образовательному Фонду «Талант и успех» не могут быть квалифицированы как административный проступок.

В связи с чем, разрешая спор, исследовав и оценив представленные по делу доказательства в их совокупности, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований о расторжении заключенного между сторонами соглашения о расторжении трудового договора и восстановлении истца на работе в Образовательный Фонд «Талант и успех» подразделение – Департамент обеспечения товарами и услугами; Группа закупок товаров и услуг, в должности эксперта по закупкам, поскольку между сторонами была достигнута договоренность о расторжении трудового договора по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ с соблюдением требований трудового законодательства и на основании взаимного волеизъявления сторон, а поэтому истец правомерно уволена по п. 1 ч. 1 ст. 77 ТК РФ.

Требования истца о взыскании заработной платы за время вынужденного прогула, взыскании дополнительного премирования, компенсации морального вреда также не подлежат удовлетворению, как производные от основного требования.

Иные доводы и возражения истца не имеют правового значения для рассмотрения настоящего гражданского дела, не влияют на результат рассмотрения дела, а потому не могут быть приняты судом во внимание.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ суд,

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1 к Образовательному Фонду «Талант и успех» о восстановлении на работе – оставить без удовлетворения.

На решение могут быть поданы апелляционные жалобы в Краснодарский краевой суд через Центральный районный суд города Сочи в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Председательствующий судья Н.С. Шевелев

Мотивированное решение суда составлено и подписано судьей 31.03.2021 года.

«Решение в законную силу на момент опубликования не вступило»

"Согласовано"