<

данные изъяты> гр. дело №

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

16.04.2024 гор. Белгород

Свердловский районный суд города Белгорода

в составе: председательствующего судьи Головиной Н.А.,

при секретаре Молчанюк К.С.,

с участием представителя истца администрации города Белгорода – ФИО1, представителя ответчика ФИО2, адвоката – Буравлева Г.И., привлеченного в порядке ст.50 ГПК РФ, третьего лица – ФИО3, действующей в интересах недееспособной ФИО4, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску администрации города Белгорода к ФИО2 об отчуждении доли земельного участка, находящегося на приграничной территории,

установил:

Администрация города Белгорода обратилась в суд с иском, которым просила произвести отчуждение, путем продажи с публичных торгов 2/3 доли земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> и 2/3 доли в жилом доме с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенных в приграничной территории, по адресу: 

<

адрес>, принадлежащих гражданину Украины ФИО2, с передачей последней, вырученной суммы, за вычетом затрат на отчуждение имущества.

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные требования.

Представитель ответчика возражал против удовлетворения требований.

Третье лицо при вынесении решения полагалась на усмотрение суда, пояснила, что собственником 1/3 доли названного недвижимого имущества является недееспособная ФИО4, опекуном которой она является. Ответчику неоднократно предлагалось произвести отчуждение 2/3 доли дома и земельного участка, однако, та уклонялась, объясняя невозможностью оформить доверенность.

Исследовав обстоятельства дела по представленным доказательствам, суд руководствуется положениями ГК РФ, Земельного кодекса РФ, Указом Президента Российской Федерации от 09.01.2011 № 26 "Об утверждении перечня приграничных территорий, на которых иностранные граждане, лица без гражданства и иностранные юридические лица не могут обладать на праве собственности земельными участками" и исходит из того, что действующим законодательством введены ограничения для иностранных граждан в осуществлении прав землепользования.

Поскольку в соответствии действующим законодательством иностранные граждане, лица без гражданства и иностранные юридические лица не могут обладать на праве собственности земельными участками, находящимися на приграничных территориях, в частности, город Белгород имеет статус приграничной территории, суд приходит к выводу об удовлетворении требований Администрации города Белгорода об отчуждении, путем продажи с публичных торгов 2/3 доли земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенного по адресу: 

<

адрес>, принадлежащего гражданину Украины с передачей последней, вырученной суммы, за вычетом затрат на отчуждение имущества.

Согласно п. 2 ч. 2 ст. 235 ГК РФ принудительное изъятие у собственника имущества не допускается, кроме случаев, когда по основаниям, предусмотренным законом, производятся отчуждение имущества, которое в силу закона не может принадлежать данному лицу (статья 238).

Согласно ч. 3 ст. 15 ЗК РФ иностранные граждане, лица без гражданства и иностранные юридические лица не могут обладать на праве собственности земельными участками, находящимися на приграничных территориях, перечень которых устанавливается Президентом Российской Федерации в соответствии с федеральным законодательством о Государственной границе Российской Федерации, и на иных установленных особо территориях Российской Федерации в соответствии с федеральными законами.

Указом Президента Российской Федерации от 9 января 2011 года № 26 утвержден перечень приграничных территорий, на которых иностранные граждане, лица без гражданства и иностранные юридические лица не могут обладать на праве собственности земельными участками.

Согласно п.188 Указа Президента РФ от 09.01.2011 № 26 городской округ "Город Белгород" является приграничной территорией, на которой иностранные граждане, лица без гражданства и иностранные юридические лица не могут обладать на праве собственности земельными участками, следовательно, земельные участки, находящиеся в собственности иностранных граждан, лиц без гражданства и иностранных юридических лиц, должны быть отчуждены в установленном Российским законодательством порядке.

Порядок отчуждения такого имущества определен в статье 238 ГК РФ, в силу пункта 1 которой, если по основаниям, допускаемым законом, в собственности лица оказалось имущество, которое в силу закона не может ему принадлежать, это имущество должно быть отчуждено собственником в течение года с момента возникновении права собственности на имущество, если законом не установлен иной срок.

В случаях, когда имущество не отчуждено собственником в сроки, указанные в пункте 1 настоящей статьи, такое имущество, с учетом его характера и назначения, по решению суда, вынесенному по заявлению государственного органа местного самоуправления, подлежит принудительной продаже с передачей бывшему собственнику вырученной суммы либо передаче в государственную или муниципальную собственность с возмещением бывшему собственнику стоимости имущества, определенной судом. При этом вычитаются затраты на отчуждение имущества.

Таким образом, действующим законодательством предусмотрена определенная процедура принудительного прекращения права собственности на имущество, которое не может находиться в собственности граждан.

Собственник обязан самостоятельно продать такое имущество в течение установленного законом срока, а в случае его бездействия, имущество подлежит принудительной продаже по решению суда.

Как установлено судом и подтверждается материалами дела, на основании свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 является собственником 2/3 доли земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> и 2/3 доли в жилом доме с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенных в приграничной территории, по адресу: 

<

адрес>.

Регистрация права собственности осуществлена в установленном законом порядке, что подтверждается отзывом на иск Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Белгородской области.

Поскольку земельный участок, который принадлежит ответчику, являющемуся иностранным гражданином, расположен в 

<

адрес>, то есть, в приграничной территории, а потому в силу действующего законодательства не может находиться у него в собственности, при этом ответчик не произвел отчуждение имущества, которое не может находиться у него в собственности как у гражданина иностранного государства, то земельный участок подлежит отчуждению на основании решения суда, в связи с чем суд приходит к выводу об отчуждении указанного объекта недвижимости с передачей собственнику, вырученной суммы, за вычетом затрат на отчуждение имущества.

Исковые требования в части принудительной продажи с публичных торгов 2/3 доли жилого дома, расположенного на спорном земельном участке, подлежат отклонению по следующим основаниям.

Настаивая на удовлетворении иска, администрация города Белгорода сослалась на принцип единства судьбы земельного участка и расположенной на нем недвижимости (ст. 1, ст. 35 Земельного кодекса РФ).

Между тем иностранному гражданину не запрещено законом обладать на праве собственности жилым помещением, в том числе его долей или частью, на приграничной территории. 

В Определении Конституционного Суда РФ от 12.11.2019 № 2970-О "По запросу Геленджикского городского суда Краснодарского края о проверке конституционности пункта 4 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с пунктом 3 статьи 15 и пунктом 1 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации, пунктами 1 и 2 статьи 238 и статьей 552 Гражданского кодекса Российской Федерации", указано, что пункт 4 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации закрепляет общее правило о недопустимости отчуждения земельного участка без находящихся на нем здания, сооружения в случае, если они принадлежат одному лицу, в развитие принципа единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов, предусмотренного подпунктом 5 пункта 1 статьи 1 данного Кодекса. Этот принцип земельного законодательства и обусловленное им правовое регулирование, как отмечено в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 11 февраля 2019 года N 9-П, объективно предопределены тесной связью земельного участка и расположенных на нем объектов недвижимости. Вместе с тем указанное общее правило не исключает ситуаций, когда земельные участки принадлежат одним лицам, а расположенные на них объекты недвижимого имущества - другим. Возможность таких ситуаций, а также возникающие при этом взаимные права и обязанности собственников земельных участков и собственников зданий, сооружений регулируются действующим законодательством (пункты 3 и 5 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации, статья 271 и пункт 3 статьи 552 ГК Российской Федерации).

В то же время, как неоднократно подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, необходимо исходить из того, что ограничительные нормы должны быть формально определенными, четкими, не допускающими расширительного толкования, а значит, и произвольного их применения. Государство при этом должно использовать не чрезмерные, а только строго обусловленные конституционно одобряемыми целями меры, чтобы исключить несоразмерное ограничение прав и свобод человека и гражданина в конкретной правоприменительной ситуации (постановления от 30 июня 2011 года № 14-П, от 30 октября 2014 года № 26-П, от 8 декабря 2015 года № 31-П, от 17 января 2019 года № 4-П и др.).

Соответственно, пункт 3 статьи 15 Земельного кодекса Российской Федерации, будучи специальной нормой, не подлежащей расширительному толкованию, содержит единственное ограничение для иностранных граждан - невозможность обладания на праве собственности земельными участками, расположенными на приграничных территориях. Данный вывод согласуется и с пунктом 1 статьи 22 Земельного кодекса Российской Федерации, в силу которого иностранные граждане, лица без гражданства могут иметь в пределах территории Российской Федерации земельные участки на праве аренды, за исключением случаев, предусмотренных данным Кодексом, а потому нахождение в их собственности зданий, сооружений, расположенных на арендуемых ими земельных участках, включая участки, входящие в состав приграничных территорий, не запрещено законом.

При этом и российские граждане - собственники зданий, жилых домов в городе-курорте Геленджик зачастую не являются собственниками соответствующих земельных участков, поскольку на территории курортов федерального значения, имеющих режим особо охраняемой природной территории, приватизация земли ограничена (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 15 апреля 2008 года № 321-О-О и № 322-О-О, от 23 июня 2016 года № 1402-О, от 27 сентября 2018 года № 2369-О и от 20 декабря 2018 года № 3232-О).

Согласно статье 271 ГК Российской Федерации собственник здания, сооружения или иной недвижимости, находящейся на земельном участке, принадлежащем другому лицу, имеет право пользования предоставленным таким лицом под эту недвижимость земельным участком (пункт 1); собственник недвижимости, находящейся на чужом земельном участке, имеет право владеть, пользоваться и распоряжаться этой недвижимостью по своему усмотрению, в том числе сносить соответствующие здания и сооружения, постольку, поскольку это не противоречит условиям пользования данным участком, установленным законом или договором (пункт 3). Таким образом, как отметил Верховный Суд Российской Федерации, собственник строения на земельном участке имеет безусловное право пользоваться земельным участком, на котором это строение расположено (определение Судебной коллегии по административным делам от 17 августа 2018 года № 18-КГ18-122).

Следовательно, принудительная продажа земельного участка с одновременным сохранением за иностранным гражданином права собственности на находящиеся на нем здания, сооружения предполагает сохранение прав владения и пользования земельным участком, на котором расположена данная недвижимость, на основании статьи 271 ГК Российской Федерации. Этим обусловлена затруднительность принудительной продажи земельного участка, принадлежащего иностранному гражданину, в частную собственность другим лицам, которые в случае приобретения участка фактически будут лишены возможности его использовать, сохраняя за собой лишь право - в соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 1 и статьей 65 Земельного кодекса Российской Федерации - на получение платы с иностранного гражданина, являющегося собственником здания, сооружения. Однако объективные затруднения, связанные с реализацией такого рода земельных участков, не могут служить оправданием для лишения иностранных граждан права собственности в отношении зданий, сооружений, которое признается российским законодателем и, значит, гарантируется Российской Федерацией. С другой стороны, статья 238 ГК Российской Федерации - предусматривая принудительное отчуждение имущества, оказавшегося по основаниям, допускаемым законом, в собственности лица, которому в силу закона не может принадлежать, - в пункте 2 закрепляет в качестве возможного варианта прекращения права собственности передачу имущества в государственную или муниципальную собственность с возмещением бывшему собственнику его стоимости, определенной судом. Избираемый вариант принудительного отчуждения имущества во всяком случае должен быть наиболее разумным, справедливым и оптимальным, в минимальной степени ограничивающим права собственников, в том числе должен учитывать особенности данного имущества, наличие заинтересованности в его приобретении как у частных лиц, так и у публично-правовых образований.

Законодатель же в целях дальнейшего совершенствования правового регулирования вправе уточнить порядок принудительного отчуждения земельных участков, которые не могут принадлежать иностранным лицам, принимая во внимание, в частности, правовой режим участков, занятых зданиями, сооружениями, принадлежащими на праве собственности иностранным лицам - собственникам земельных участков.

Таким образом, пункт 4 статьи 35 Земельного кодекса Российской Федерации, действующий во взаимосвязи с другими положениями данного Кодекса и с нормами гражданского законодательства, не предполагает возложения на иностранного гражданина обязанности продать в принудительном порядке принадлежащее ему здание, сооружение, расположенное на земельном участке в пределах приграничной территории. Предусмотренный же пунктом 3 статьи 15 данного Кодекса и адресованный иностранным гражданам, лицам без гражданства и иностранным юридическим лицам запрет обладать на праве собственности земельными участками, находящимися на приграничных территориях, входящих в перечень, установленный Президентом Российской Федерации в соответствии с федеральным законодательством о Государственной границе Российской Федерации, не может толковаться расширительно и распространяться на объекты, которые в данном законоположении не указаны.

С учетом изложенного исковые требования в части продажи с публичных торгов 2/3 доли жилого дома подлежат отклонению.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 167, 194-199 ГПК РФ, суд

Решил:

исковые требования администрации города Белгорода (ИНН 

<

данные изъяты>) к ФИО2 (паспорт гражданина иностранного государства 

<

данные изъяты>) об отчуждении доли земельного участка, находящегося на приграничной территории, - удовлетворить частично.

Произвести отчуждение, путем продажи с публичных торгов 2/3 доли земельного участка с кадастровым номером 

<

данные изъяты> расположенного в приграничной территории, по адресу: 

<

адрес>, принадлежащего гражданину Украины ФИО2 с передачей собственнику, вырученной суммы, за вычетом затрат на отчуждение имущества.

Исковые требования администрации города Белгорода к ФИО2 об отчуждении 2/3 доли жилого дома с кадастровым номером 

<

данные изъяты>, расположенного в приграничной территории, по адресу: 

<

адрес>, принадлежащего ФИО2, оставить без удовлетворения.

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме через Свердловский районный суд города Белгорода.

судья 

Мотивированное решение принято 17.04.2024.