Дело № 2-2235/2025

УИД 70RS0002-01-2025-003966-69

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 октября 2025 года Ленинский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего судьи Бабьевой Н.В., 

при секретаре Черняевой А.Ф., 

с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2, 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Томский фтизиопульмонологический медицинский центр» о компенсации морального вреда, 

установил:

истец ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ОГАУЗ «ТФМЦ», в котором просит взыскать с ответчика денежную компенсацию морального вреда в размере 50000 руб. 

В обоснование заявленных требований указано, что истец осуществлял трудовую деятельность в ОГАУЗ «ТФМЦ» с апреля 2016 года по 21.12.2023 в должности начальника отдела гражданской обороны. 21.12.2023 он был уволен из ОГАУЗ «ТФМЦ» по ст. 80 ТК РФ. Решением Ленинского районного суда г. Томска по делу № 2-543/25, удовлетворены исковые требования ФИО1 к ОГАУЗ «ТФМЦ» о взыскании денежной компенсации за молоко в размере 10,37 руб. Поскольку данным решением было установлено нарушение работодателем трудовых прав истца, ОГАУЗ «ТФМЦ» также обязано возместить истцу компенсацию морального вреда, причинение которого презюмируются в соответствии с положениями действующего законодательства. 

Истец ФИО1 в судебном заседании заявленные требования поддержал, пояснил, что в результате нарушения его трудовых прав ответчиком, в частности в связи с неполной оплатой компенсации за молоко за вредность, испытывал нравственные страдания, связанные с ощущением несправедливого отношения к себе со стороны работодателя. Ощущал волнение, нарушение сна и аппетита, повышение артериального давления, что привело к обострению имеющихся у него хронических заболеваний, в связи с чем обращался в медицинские учреждения, а кроме того принимал седативные препараты, однако название который сообщить не смог. Помимо изложенного указал, что к психологу, психотерапевту не обращался. 

Представитель истца ФИО1 – ФИО2, действующая на основании доверенности от 25.10.2024, сроком действия на пять лет, в судебном заседании заявленные требования поддержала, настаивала на их удовлетворении. Дополнительно пояснила, что факт нарушения трудовых прав ФИО1 установлен вступившим в законную силу решением Ленинского районного суда г. Томка. Денежная компенсация за молоко должна была быть выплачена истцу в день увольнения, однако она (компенсация) частично была выплачена в 2024 году, через месяц после увольнения, а оставшаяся часть в размере 10, 37 руб. так и не была доплачена. В связи с указанным, истец был вынужден обраться в суд за ее взысканием. В связи с указанным, ФИО1 испытывал переживания, в результате которых у него обострились имеющиеся заболевания, вследствие чего он обращался в медицинские учреждения. 

Ответчик ОГАУЗ «ТФМЦ», надлежащим образом извещенное о времени и месте рассмотрения дела, в судебное заседание своего представителя не направило, об отложении не просило. От представителя ОГАУЗ «ТФМЦ» - ФИО3, действующего на основании доверенности № 8 от 10.02.2025 сроком действия до 31.12.2026 поступил письменный отзыв на исковое заявление, согласно которому полагал, что требования ФИО1 подлежат частичному удовлетворению в размере 17,62 руб.

Руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие представителя ответчика.

Выслушав истца, его представителя, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно части 1 статьи 222 Трудового кодекса Российской Федерации на работах с вредными условиями труда работникам выдаются бесплатно по установленным нормам молоко или другие равноценные пищевые продукты. Выдача работникам по установленным нормам молока или других равноценных пищевых продуктов по письменным заявлениям работников может быть заменена компенсационной выплатой в размере, эквивалентном стоимости молока или других равноценных пищевых продуктов, если это предусмотрено коллективным договором и (или) трудовым договором. 

В силу части 2 статьи 222 Трудового кодекса Российской Федерации на работах с особо вредными условиями труда предоставляется бесплатно по установленным нормам лечебно-профилактическое питание.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодека Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», в соответствии со статьей 237 названного Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п. 47 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Частью 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. 

В соответствии с ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица, а также в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом.

Как установлено в судебном заседании и следует из материалов дела, решением Ленинского районного суда г. Томска от 14.04.2025 по делу № 2-543/2025 вступившим в законную силу 29.05.2025, удовлетворены исковые требования ФИО1 к ОГАУЗ «ТФМЦ» о взыскании денежной компенсации за молоко. С ОГАУЗ «ТФМЦ» в пользу ФИО1 взыскана недоплаченная денежная компенсация за молоко в размере 10,37 руб., а также проценты в размере 7,25 руб. за период с 22.12.2023 по 25.03.2025.

Указанным решением суда установлено, что в период с 25.04.2016 по 21.12.2023 ФИО1 исполнял обязанности начальника отдела гражданской обороны в ОГАУЗ «ТФМЦ». В соответствии с приказом ОГАУЗ «ТФМЦ» № 55 от 22.02.2023 «Об обеспечении работников ОГАУЗ «ТФМЦ» молоком или другими равноценными пищевыми продуктами», ФИО1 выдавалось молоко питьевое в количестве 500 гр. за смену, в связи с характером его работы. 18.10.2023 ФИО1 подано заявление с просьбой замены выдачи молока денежной компенсацией, после чего до 20.12.2023 истец не осуществлял трудовую деятельность в связи с нетрудоспособностью, а 21.12.2023 трудовой договор ФИО1 и ОГАУЗ «ТФМЦ» расторгнут по инициативе работника на основании п. 3 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации. За один день работы ответчик перечислил ФИО1 компенсацию за молоко в размере 41,13 руб. 

При вынесении решения Ленинского районного суда г. Томска от 14.04.2025 суд пришел к выводу об обоснованности требований истца о доплате денежной компенсации за молоко в размере 10.37 руб.

Поскольку факт нарушения трудовых прав истца установлен вступившим в законную силу решением суда, требование о компенсации морального вреда в соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации подлежит удовлетворению.

Определяя размер компенсации морального вреда, истец указывает, что испытывал переживания, волнения, ощущение несправедливого отношения к себе со стороны работодателя, выразившегося в недоплате работодателем 10,37 руб., в результате чего у него обострились имеющиеся заболевания, что привело к необходимости его обращения в медицинские учреждения. 

Оценивая заявленный ко взысканию размер компенсации морального вреда в размере 50 000 рублей, суд считает его явно несоразмерным, чрезмерным и противоречащим принципам разумности и справедливости.

Компенсация за молоко – компенсационная выплата целевого характера, призванная возместить (компенсировать) воздействие на организм работника вредных производственных факторов путем либо предоставления конкретного продукта, либо его денежного эквивалента, если работник выбрал последний вариант.

В ходе судебного заседания истец подтвердил, что ранее компенсация получалась ФИО1 путем получения продукта, но поскольку качество молока его не устраивало, он написал заявление о получении денежного эквивалента указанной компенсации. После подачи заявления о компенсации за молоко работник временно отсутствовал на рабочем месте в связи с нетрудоспособностью, после чего приступил к работе, отработав один день, был уволен. Компенсация за молоко за один день составила 51,50 руб., из которых ФИО1 ОГАУЗ «ТФМЦ» оплачено 41,13 руб., оставшаяся часть 10,37 руб. взыскана решением суда по иску ФИО1 

В ходе судебного заседания истец подтвердил, что он не был лишен фактической возможности приобрести и употреблять молоко в период неполучения указанной компенсации. 

Нарушение со стороны работодателя в данном случае свелось не к лишению истца жизненно важного продукта, необходимого для сохранения здоровья, а к несвоевременному возмещению ему денежного эквивалента стоимости этого продукта в размере 10,37 руб. Следовательно, объектом нарушения явилось не право на охрану здоровья как нематериальное благо, а исключительно имущественный интерес истца в получении денежной компенсации в размере 10,37 руб.

Указанная сумма в современных экономических условиях не оказывает какого-либо существенного влияния на имущественное положение работника. Сам по себе факт неполучения компенсации за молоко в указанном размере не может рассматриваться как значительное лишение, способное причинить существенные нравственные страдания.

Тот факт, что истец обратился в суд за взысканием 10,37 руб., не может автоматически повлечь обязанность работодателя компенсировать моральный вред в размере, в тысячи раз превышающем цену первоначального иска. Нарушение, выразившееся в невыплате 10,37 руб., не может быть квалифицировано как грубое, умышленное или унижающее достоинство работника.

Оценивая довод истца о причинно-следственной связи между невыплатой компенсации за молоко и возникшими у него физическими страданиями 

<

данные изъяты>, суд исходит из следующего.

В дело не представлено доказательств, что неполучение денежного эквивалента компенсации за молоко в размере 10,37 руб. спровоцировало болевой синдром 

<

данные изъяты> ФИО1 В представленных медицинских документах указанная связь отсутствует.

Представленные истцом медицинские документы подтверждают факт обращения за медицинской помощью 

<

данные изъяты>, но не свидетельствуют о том, что причиной этого обращения послужили действия ответчика по недоплате компенсации за молоко.

То, что болевой синдром возник во временном периоде после невыплаты, само по себе не свидетельствует о наличии причинной связи. 

Наряду с отсутствием доказательств причинно-следственной связи между нарушением и физическими страданиями, в дело не представлено доказательств, подтверждающих высокую степень нравственных страданий у истца, вызванных неполной выплатой компенсации за молоко.

Истцом не представлено доказательств, которые в совокупности могли бы быть приняты во внимание для объективной оценки глубины и характера нравственных переживаний: а именно документы, свидетельствующие об обращении за профессиональной психологической или психотерапевтической помощью в связи с пережитым стрессом от неполной компенсации за молоко, свидетельские показания, детализирующие изменения в психоэмоциональном состоянии истца, в момент когда он узнал о том, что работодатель недоплатил ему 10,37 руб., иные документы, косвенно подтверждающие стрессовое состояние ФИО1 в связи с неполной оплатой компенсации за молоко за один день.

В отсутствие каких-либо объективных доказательств, заявления ФИО1 о перенесенных им нравственных страданиях носят умозрительный и сугубо декларативный характер, истец ограничился общей формулировкой о нарушении его трудовых прав, не раскрывая и не доказывая, в чем конкретно выразились его личные переживания и какой интенсивности они достигли.

Заявленная сумма компенсации морального вреда (50 000 рублей) почти в 5000 (пять тысяч) раз превышает размер основного имущественного требования 10,37 руб., удовлетворенного судом. Подобная диспропорция противоречит принципам разумности и справедливости, закрепленным в статье 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая изложенное и принимая во внимание установленный характер нарушения, его имущественный размер, отсутствие доказательств тяжелых нравственных или физических страданий, а также принципы разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что справедливой компенсацией причиненных нравственных страданий, связанных с необходимостью судебной защиты для взыскания недоплаченной компенсации за молоко за один день в размере 10,37 рубля, является сумма в 1000 рублей. Данная сумма отражает характер этого нарушения и является соразмерной ему.

Согласно ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации государственная пошлина, от уплаты которой истец был освобожден, взыскивается с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина - в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Таким образом, поскольку истец при обращении в суд был освобожден от уплаты государственной пошлины, государственная пошлина, исчисленная по правилам ст. 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, за требование о компенсации морального вреда, в размере 3 000 руб. в соответствии с ч. 1 ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации подлежит взысканию с ответчика ООО «ТФМЦ» в доход бюджета муниципального образования «Город Томск».

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

исковые требования ФИО1 к Областному государственному автономному учреждению здравоохранения «Томский фтизиопульмонологический медицинский центр» о компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Томский фтизиопульмонологический медицинский центр» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1 

<

номер обезличен> компенсацию морального вреда в размере 1000 руб.

В оставшейся части требования иска оставить без удовлетворения.

Взыскать с Областного государственного автономного учреждения здравоохранения «Томский фтизиопульмонологический медицинский центр» (ИНН 

<

***>) в доход муниципального образования «Город Томск» государственную пошлину в сумме 3 000,00 руб. 

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд через Ленинский районный суд г. Томска в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: Н.В. Бабьева

Мотивированный текст решения суда изготовлен 22 октября 2025 года