Дело № 44у-45/2018

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

суда кассационной инстанции

г. Абакан 14 июня 2018 г.

ПРЕЗИДИУМ ВЕРХОВНОГО СУДА РЕСПУБЛИКИ ХАКАСИЯ

в составе

председательствующего Доможакова С.Н.,

членов президиума Апосовой И.В., Сиротинина М.П., Шалгинова С.Н., 

с участием 

заместителя прокурора Республики Хакасия Мондохонова А.Н.,

осужденного ФИО18,

защитника – адвоката Ермака И.И.,

при секретаре Верещагиной Е.Г.

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по кассационной жалобе (основной и дополнительных) осужденного ФИО18 на приговор Абазинского районного суда Республики Хакасия от 13 октября 2017 г., апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Хакасия от 31 января 2018 г.

Заслушав доклад члена президиума Верховного Суда Республики Хакасия Апосовой И.В., изложившей обстоятельства уголовного дела, содержание судебных решений, доводы кассационной жалобы (основной и дополнительных) и мотивы вынесения постановления о ее передаче для рассмотрения в судебном заседании суда кассационной инстанции, объяснения осужденного ФИО18, по доводам жалобы, полученные с использованием системы видеоконференц-связи, мнение защитника – адвоката Ермака И.И., поддержавшего доводы жалобы, просившего приговор и апелляционное определение отменить по изложенным в ней мотивам, выступление заместителя прокурора Республики Хакасия Мондохонова А.Н., полагавшего, что судебные решения подлежат изменению, президиум

У с т а н о в и л:

приговором Абазинского районного суда Республики Хакасия от 13 октября 2017 г.

ФИО18, 

<

данные изъяты>, судимый:

- 28 декабря 2011 г. Абазинским районным судом Республики Хакасия по ч. 1 ст. 232 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 4 месяца, в соответствии со ст. 73 УК РФ условно с испытательным сроком 1 год 6 месяцев, постановлением от 23 апреля 2012 г. испытательный срок продлен на 1 месяц;

- 09 июля 2013 г. Абазинским районным судом Республики Хакасия (с учетом изменений, внесенных постановлениями Президиума Верховного Суда Республики Хакасия от 24 октября 2013 г. и Абазинского районного суда от 08 ноября 2016 г.) по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 11 месяцев, в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 27 марта 2013 г.) к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 10 месяцев 27 дней, на основании ч. 5 ст. 74, ст. 70 УК РФ (приговор от 28 декабря 2011 г.) к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года 1 месяц 22 дня лишения свободы;

- 29 августа 2013 г. Абазинским районным судом Республики Хакасия (с учетом изменений, внесенных постановлениями Абаканского городского суда Республики Хакасия от 27 мая 2014 г., Абазинского районного суда от 27 сентября 2016 г. и от 09 ноября 2016 г.) по ч. 1 ст. 158, ч. 1 ст. 158, п. «в» ч. 2 ст. 158, п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, ч. 3 ст. 69 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 2 года 5 месяцев, в соответствии с ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 9 июля 2013 г.) окончательно к наказанию в виде лишения свободы 2 года 2 месяца, освобожден 29 марта 2016 г. по отбытии срока наказания;

- 08 сентября 2016 г. Черногорским городским судом Республики Хакасия по ч. 1 ст. 314.1 УК РФ к наказанию в виде лишения свободы на срок 4 месяца, освобожден 30 декабря 2016 г. по отбытии срока наказания, 

- 18 января 2017 года Абазинским районным судом Республики Хакасия (с учетом изменений, внесенных апелляционным постановлением Верховного Суда Республики Хакасия от 18 мая 2017 г.) по ч. 1 ст. 228 УК РФ, на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ (приговор от 08 сентября 2016 г.) к наказанию в виде лишения свободы на срок 1 год 4 месяца; 

осужден к наказанию в виде лишения свободы по:

п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ на срок 2 года;

п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ на срок 3 года; 

в соответствии с ч. 3 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения наказаний назначено наказание в виде лишения свободы на срок 3 года 8 месяцев; на основании ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания с наказанием по приговору от 18 января 2017 г. окончательно назначено наказание в виде лишения свободы на срок 4 года 4 месяца с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционным определением судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Хакасия от 31 января 2018 г. исключено из вводной части приговора указание на судимость по приговору от 27 марта 2013 г., в остальной части приговор оставлен без изменения.

Согласно приговору ФИО18 осужден за две кражи, то есть тайные хищения чужого имущества, одно из которых совершено с незаконным проникновением в жилище, с причинением значительного ущерба гражданину; второе – с незаконным проникновением в помещение. Преступления совершены ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес> при обстоятельствах, указанных в приговоре.

В кассационной жалобе (основной и дополнительных) осужденный ФИО18 не соглашается с судебными решениями, как незаконными и необоснованными, постановленными с нарушением уголовного и уголовно-процессуального законов. 

Указывает на предвзятое к нему отношение председательствующего судьи ввиду личной неприязни последнего в связи с обжалованием им постановленных в отношении него судебных решений, которые вышестоящими судами были изменены и отменены (приговор от 09 июля 2013 г. изменен постановлением Президиума ВС РХ от 24 октября 2013 г.; постановление от 30 ноября 2013 г. отменено постановлением Президиума ВС РХ от 16 марта 2017 г.; постановление от 06 декабря 2016 г. изменено апелляционным постановлением от 08 февраля 2017 г.). Считает, что обжалуемый приговор постановлен незаконным составом суда, поскольку судья ФИО1, в связи с указанными изменениями судебных решений, не мог рассматривать данное уголовное дело, подлежал отводу в соответствии со ст. 63 УПК РФ.

Ссылаясь на наличие добровольного отказа от совершения преступления в отношении имущества потерпевшего ФИО2, выражает несогласие с квалификацией его действий по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Считает, что судом необоснованно отвергнуты показания свидетелей ФИО3, ФИО4, ФИО5, подтверждающие наличие у него алиби по факту хищения имущества ФИО6.

Полагает, что суд необоснованно учел его явки с повинной по фактам двух краж, поскольку он находился в неадекватном состоянии.

Не соглашается с заключением психиатрической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ в части вывода о том, что он мог отдавать отчет своим действиям, поскольку в момент совершения преступлений находился под воздействием психотропных веществ.

Кассатор оспаривает постановление суда от 09 марта 2017 г., которым отказано в удовлетворении ходатайства о возвращении дела прокурору, а также постановление от 06 апреля 2017 г. об отказе в принятии его апелляционной жалобы.

Не соглашается с взысканием с него процессуальных издержек, поскольку данный вопрос не обсуждался в судебном заседании.

Выражает мнение, что окончательное наказание, назначенное по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ по совокупности преступлений путем частичного сложения назначенного наказания и наказания по приговору от 18 января 2017 г., не соответствует требованиям закона.

Считает, что суд апелляционной инстанции объективно не рассмотрел доводы его апелляционной жалобы. Кроме того, судья ФИО7 не мог принимать участие в рассмотрении его апелляционной жалобы по данному приговору, поскольку под его председательством постановлено апелляционное постановление, которым приговор от 18 января 2017 г. был изменен. Наказание по указанному приговору было сложено по правилам ч. 5 ст. 69 УК РФ с наказанием по обжалуемому приговору.

Полагает, что судебные решения подлежат отмене: по обвинению в совершении кражи имущества ФИО2 в связи с его добровольным отказом от преступления; по обвинению в совершении кражи имущества ФИО6 ввиду отсутствия в деянии состава преступления. Просит судебные решения отменить, дело направить на новое рассмотрение.

В суде кассационной инстанции осужденный ФИО18 дополнительно указал, что по настоящему уголовному делу подлежат отводу и государственный обвинитель ФИО8, поскольку указанный помощник прокурора участвовал в рассмотрении уголовного дела по обвинению его по ч. 1 ст. 228 УК РФ. Приговор 18 января 2017 г. апелляционной инстанции Верховного Суда Республики Хакасия был изменен. Кроме того им подавали жалобы на действия (бездействия) указанного помощника прокурора, что послужило его заинтересованности в исходе данного дела.

Проверив материалы дела в соответствии с требованиями ст. 401.16 УПК РФ, обсудив доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав мнения участников процесса, президиум приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 2 ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК РФ и основан на правильном применении уголовного закона.

В соответствии со ст. 401.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения приговора при рассмотрении уголовного дела в кассационном порядке являются существенные нарушения уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, повлиявшие на исход дела.

Такие нарушения по делу допущены. 

Виновность осужденного ФИО18 в совершении инкриминируемых ему преступлений установлена материалами дела и подтверждается собранными в ходе предварительного следствия и исследованными в судебном заседании доказательствами, которым судом при вынесении оспариваемого осужденным судебного решения дана надлежащая оценка.

По факту хищения имущества потерпевшего ФИО6, подсудимый ФИО18 при допросе ДД.ММ.ГГГГ (т. 3 л.д. 36-37) пояснил, что ДД.ММ.ГГГГ или ДД.ММ.ГГГГ от ФИО9 ему стало известно о наличии большого телевизора в доме у ФИО6 В тот же день пришел к дому потерпевшего, каким-то инструментом открыл дверь, похитил телевизор. Встретив на улице ФИО10 и ФИО9, он объяснил, что хозяева телевизора, с которыми распивал спиртные напитки, попросили сдать его в ломбард и купить еще спиртного. Из-за отсутствия у него паспорта, они с ФИО10 и ФИО9 сдали телевизор в ломбард по паспорту последней, но залоговом билете расписалась ФИО10, у ФИО9 болела рука, а вырученные деньги они потратили. Фотоаппарат продал незнакомому мужчине, но через несколько дней встретил его, забрал фотоаппарат и выдал его сотруднику полиции ФИО11. 

Подсудимый ФИО18 также полностью подтвердил оглашенные показания, данные им в ходе предварительного следствия ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 52-55), в которых дополнительно указал, что, придя к дому ФИО6 по 

<

адрес>, постучал в дверь, ему никто не открыл, он понял, что дома никого нет. С лавки, находящейся на крыльце дома, он взял предмет похожий на отвертку, отжал входную дверь, проник в дом, откуда похитил телевизор «

<

данные изъяты>» с большим экраном и фотоаппарат «

<

данные изъяты>» в синем корпусе.

Однако в дальнейшем в ходе судебного следствия ДД.ММ.ГГГГ подсудимый ФИО18 заявил, что кражу у потерпевшего ФИО6 он не совершал (т. 3 л.д.40, 42-43). 

При проверке указанных показаний подсудимого ФИО18 судом были допрошены: свидетель ФИО4, из показаний которого следует, что в конце лета ночью у гаражей 

<

адрес> обнаружил плоский телевизор с большой диагональю и фотоаппарат, которые решил присвоить, когда их понес, его окликнул ФИО18 и предложил быстро сдать телевизор по хорошей цене, забрал телевизор и ушел, фотоаппарат остался у него, дня через 3-4 ФИО18 его забрал; свидетель ФИО3 показавший, что в конце лета в дневное время во время разговора с ФИО18 на рыночной площади мимо них прошел мужчина с телевизором, с которым ФИО18 начал разговаривать, затем вместе с мужчиной ушел; свидетель ФИО5, который показал, что ДД.ММ.ГГГГ он содержался в СИЗО г. Абакана вместе с ФИО3 и ФИО18, которым рассказал, что ФИО4 предлагал ему совершил кражу телевизора, но он отказался.

Оценив показания указанных свидетелей, суд обоснованно признал их недостоверными, поскольку они непоследовательны и противоречивы. Свидетели ФИО3 и ФИО4 сообщили о разных обстоятельствах, при которых ФИО18 завладел телевизором. Кроме того ФИО4 отрицал, как свою причастность к краже имущества у потерпевшего ФИО6, так и тот факт, что предлагал ФИО5 совершить данную кражу.

Показания подсудимого ФИО18, данные им как в судебном заседании ДД.ММ.ГГГГ (т. 3 л.д. 36-37), так и на предварительном следствии ДД.ММ.ГГГГ (т. 2 л.д. 52-55), судом обоснованно признаны достоверными и допустимыми доказательствами, поскольку они подтверждаются другими исследованными судом доказательствами, в том числе показаниями:

- потерпевшего ФИО6, что ДД.ММ.ГГГГ в 23 часа входная дверь его дома 

<

адрес> была взломана, телевизор «

<

данные изъяты>» со столика в зале и фотоаппарат «

<

данные изъяты>» с комода в спальне похищены. Ущерб в сумме 

<

данные изъяты> рублей, являющийся для него значительным, подсудимым возмещен (т. 1 л.д. 67-69);

- свидетеля ФИО9, что именно она рассказала ФИО18 о большом телевизоре, имеющемся у ФИО6, после чего ФИО18 куда-то ушел. Примерно через два часа она и ФИО10 встретили ФИО18 

<

адрес>, тот нес телевизор с большой диагональю. Они втроем заложили в ломбард телевизор, предъявив ее паспорт, при этом ФИО18 пояснил, что телевизор принадлежит ФИО6;

- свидетеля ФИО10, что они с ФИО9 встретили ФИО18 с большим телевизором, по просьбе которого заложили телевизор в ломбард «

<

данные изъяты>» по паспорту ФИО9, в залоговом билете расписалась она, так как у ФИО9 была сломана рука;

- свидетеля ФИО12, оценщика ломбарда 

<

данные изъяты>, что телевизор «

<

данные изъяты>» ДД.ММ.ГГГГ в ломбард принес ФИО18, вместе с которым были ФИО10 и ФИО9, залоговый билет был оформлен по паспорту последней, за которую расписалась ФИО10. (т. 1 л.д. 75-76);

- свидетелей ФИО13 и ФИО14, подтвердивших свое участие в качестве понятых при добровольной выдаче ФИО18 фотоаппарата, похищенного им 

<

адрес> (т. 1 л.д. 77-78). 

По факту хищения имущества ФИО2 осужденный ФИО18 в ходе предварительного следствия и судебного разбирательства показал, что ДД.ММ.ГГГГ в 20 часов, когда потерпевший ФИО2 спал у ФИО10, он пришел к дому ФИО2 по 

<

адрес>, выставил раму в блоке окна бани и похитил инструменты. Вернувшись в дом к ФИО10, спрятал похищенную бензопилу и электродрель под диван в прихожей, а затем перепрятал их на чердак. ФИО2 ушел домой, утром вернулся и сообщил, что у него совершена кража инструментов. При опросе его полицейским ФИО15 он написал явку с повинной и выдал похищенные инструменты (т. 2 л.д. 52-55, т. 3 л.д. 36-37).

Довод осужденного ФИО18 о добровольном отказе от преступления по факту хищения имущества ФИО2 является несостоятельным.

В соответствии с ч. 1 ст. 31 УК РФ добровольным отказом от преступления признается прекращение лицом приготовления к преступлению либо прекращение действий (бездействия), непосредственно направленных на совершение преступления, если лицо осознавало возможность доведения преступления до конца.

По смыслу закона добровольный отказ возможен только до окончания преступления - на стадии приготовления или неоконченного покушения. После совершения преступления позитивное постпреступное поведение (возврат похищенного имущества, заглаживание причиненного вреда, явка с повинной и т.п.) может расцениваться как смягчающее наказание обстоятельство, но не является обстоятельством, устраняющим уголовную ответственность.

В судебном заседании установлено, что ФИО18 выполнил объективную сторону преступления, что следует из его действий. Достоверно зная, что потерпевший ФИО2 находится в доме ФИО10, ФИО18 пришел к дому потерпевшего, выставил раму в окне бани, проник внутрь, похитил бензопилу и электрическую дрель. Похищенные инструменты спрятал в доме ФИО10, сначала под диван в прихожей, затем перенес на чердак, выдал их только после того как в дом ФИО10 приехали сотрудники полиции. При опросе его полицейским ФИО15 ФИО18 выдал похищенное и написал явку с повинной.

При таких обстоятельствах ссылка осужденного ФИО18 на добровольный отказ от совершения преступления не может быть признана обоснованной.

Добровольное возмещение ущерба и явка с повинной правильно признаны судом обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО18

Вина осужденного ФИО18 по факту хищения имущества ФИО2 подтверждается исследованными судом доказательствами, в том числе показаниями:

- потерпевшего ФИО2 о том, что ДД.ММ.ГГГГ он был у ФИО10, после распития спиртного лег спать, ночью он ушел домой. На следующий день ДД.ММ.ГГГГ в 7 часов 30 минут, обнаружил, что в бане выставлено окно, похищены инструменты: бензопила и электрическая дрель-шкантоверт, хранившиеся под замком. Сразу в полицию не обратился, так как оставил свой телефон у ФИО10, поэтому вернулся к ней, где начал распивать спиртное с ранее указанными лицами, рассказав им о краже своего инструмента. К ФИО10 приехали два сотрудника полиции и во дворе ее дома нашли похищенные у него инструменты, о совершении кражи ФИО18 узнал от следователя;

- свидетеля ФИО9 о том, что ДД.ММ.ГГГГ она с ФИО10, ФИО18 и ФИО2 распивали спиртные напитки. Вечером все легли спать, ФИО2 спал на полу. Утром ДД.ММ.ГГГГ, когда она проснулась ФИО2 в доме не было, через некоторое время он пришел и сказал, что у него из бани похитили дрель и бензопилу (т. 1 л.д. 108-109);

- свидетеля ФИО10 о том, что после распития спиртных напитков у нее дома она, ФИО9, ФИО18 и ФИО2 легли спать. Ночью последний ушел, вернулся утром, чтобы забрать свой сотовый телефон и сообщил, что у него была совершена кража, пропали инструменты. Позже приехали сотрудники полиции, один из которых ФИО15, ФИО18 признался в краже инструментов у ФИО2 и добровольно выдал похищенное (т. 1 л.д. 106-107);. 

- свидетеля ФИО16 о том, что он участвовал в качестве понятого и подтвердил факт добровольной выдачи ФИО18 бензопилы и электродрели, похищенных со слов последнего им из бани по 

<

адрес> (т. 1 л.д. 110-111);

- свидетеля ФИО15, подтвердившего, что ФИО18 добровольно выдал ему похищенные у ФИО2 инструменты, по данному факту был составлен акт добровольной выдачи (т. 1 л.д. 112-113). 

Показания осужденного ФИО18, признанные судом достоверными и допустимыми доказательствами и показания свидетелей об обстоятельствах совершения преступлений согласуются между собой, а также с другими исследованными судом доказательствами:

- протоколом принятия устного заявления о преступлении у ФИО6 от ДД.ММ.ГГГГ с просьбой привлечь к уголовной ответственности неустановленное лицо, которое путем взлома входной двери в дом 

<

адрес> совершило кражу телевизора «

<

данные изъяты>» (т. 1 л.д. 17); 

- протоколами осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, установившими наличие различных инструментов и металлических предметов рядом с входной дверью и повреждений на ее дверном косяке в виде сколов на входном отверстии замка в доме 

<

адрес>, а также зафиксировавшими обстановку в доме (т. 1 л.д. 18-24, 25-28);

- протоколами выемки похищенного имущества от ДД.ММ.ГГГГ и от ДД.ММ.ГГГГ, и его осмотра от ДД.ММ.ГГГГ: фотоаппарата «

<

данные изъяты>» у оперуполномоченного полиции ФИО11 (т. 1 л.д. 83-86), телевизора «

<

данные изъяты>» в ломбарде «

<

данные изъяты>» (т. 1 л.д. 89, 90-91, 92-97);

- протоколом осмотра места происшествия от ДД.ММ.ГГГГ, которым установлено, что в бане, расположенной на приусадебном участке дома 

<

адрес>, первый оконный проем без рамы, рама стоит на деревянном тротуаре, стекла в раме, дверь и замок не имеют повреждений (т. 1 л.д. 49-54); 

- протоколом принятия устного заявления о преступлении у ФИО2 от ДД.ММ.ГГГГ с просьбой привлечь к уголовной ответственности неустановленное лицо, которое ДД.ММ.ГГГГ незаконно проникло в его баню и совершило кражу бензопилы и дрели (т. 1 л.д. 48); 

- протоколами выемки имущества, похищенного у ФИО2: бензопилы и дрели у оперуполномоченного полиции ФИО15 (т. 1 л.д. 114-117);

- протоколом проверки показаний обвиняемого ФИО18 на месте от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому ФИО18 дал подробные пояснения об обстоятельствах совершения им инкриминируемых ему деяний в отношении потерпевший ФИО6 и ФИО2.

Проверив и оценив доказательства путем сопоставления их с другими, а все собранные доказательства в совокупности и достаточности для разрешения уголовного дела, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что вина подсудимого в совершении преступления при установленных и описанных в приговоре обстоятельствах полностью доказана.

Юридическая оценка действиям ФИО18 дана правильно по факту хищения имущества ФИО6 по п. «а» ч. 3 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенное с причинением значительного ущерба, с незаконным проникновением в жилище; по факту хищения имущества ФИО2 по п. «б» ч. 2 ст. 158 УК РФ, как кража, то есть тайное хищение чужого имущества с незаконным проникновением в помещение.

Доводы осужденного о признании недопустимыми доказательствами протоколов явки с повинной по каждому преступлению не состоятельны, поскольку судом в приговоре они не приведены в качестве доказательств его вины. Вместе с тем они верно судом учтены при назначении ему наказания в качестве смягчающего наказание обстоятельства.

С учетом заключения амбулаторной судебно-психиатрической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ (т. 3 л.д. 213-214), а также поведения осужденного в судебном заседании, который вел себя адекватно и придерживался избранной линии защиты, суд первой инстанции обоснованно признал его вменяемым, с чем согласился суд апелляционной инстанции. 

Согласно указанного заключения экспертов, во время инкриминируемых ему деяний ФИО18 мог в полной мере осознавать фактический характер своих действий, понимать их общественную опасность и руководить ими, как и осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий и руководить ими, в связи с чем доводы осужденного о том, что он не мог отдавать отчет своим действиям, поскольку в момент совершения преступлений находился под воздействием психотропных веществ, не могут быть приняты во внимание. 

Оснований для назначения и проведения повторной или дополнительной судебно-психиатрической экспертизы по материалам дела не усматривается.

Ходатайство осужденного о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ судом первой инстанции рассмотрено с соблюдением уголовно-процессуального закона, в совещательной комнате, с вынесением 09 марта 2017 г. постановления, с приведением мотивов принятого решения, с которым следует согласиться. 

В силу положений ч. 2 ст. 389.2 УПК РФ самостоятельному обжалованию такие судебные постановления не подлежат, рассматриваются апелляционной инстанцией наряду с итоговым судебным решением по делу. Поэтому суд первой инстанции постановлением от 06 апреля 2017 г. принял верное решение об отказе в принятии к производству апелляционной жалобы ФИО18, с разъяснением права на обжалование постановления Абазинского районного суда от 09 марта 2017 г. наряду с итоговым решением по делу (т. 2 л.д. 145-146,152).

Судом апелляционной инстанции при рассмотрении апелляционной жалобы ФИО18 на обжалуемый приговор была рассмотрена его апелляционная жалоба на постановление суда от 09 марта 2017 г. об отказе в возвращении уголовного дела прокурору, которое было признано законным и обоснованным, оснований не согласиться с данными выводами, не имеется. 

Наказание осужденному ФИО18 назначено с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, влияния назначенного наказания на его исправление и на условия жизни его семьи, состояние здоровья, данных о личности виновного, который ранее судим, характеризуется отрицательно, за ним установлен административный надзор.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств по каждому из преступлений судом учтены: активное способствование их раскрытию и расследованию преступлений, розыску имущества, добытого в результате преступлений, возмещение ущерба, явки с повинной, наличие малолетнего ребенка.

В качестве отягчающего наказание обстоятельства судом учтен опасный рецидив преступлений, что не позволило применить при назначении ему наказания положения ч. 1 ст. 62, ч.6 ст. 15 УК РФ. 

Выводы суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения правил ст. 64, 73, ч. 3 ст. 68 УК РФ мотивированы, оснований не согласиться с которыми не имеется. 

Окончательное наказание ФИО18 назначено судом в соответствии с требованиями ч. 5 ст. 69 УК РФ правильно, поскольку преступления за которые ФИО18 осужден данным приговором совершены 18 и 21 августа 2016 г., то есть до вынесения приговора от 18 января 2017 г.

Вопреки доводам осужденного судом правильно зачтено в срок отбытого наказания наказание, наказание, отбытое по приговорам от 08 сентября 2016 г. и от 18 января 2017 г.

Вид исправительного учреждения осужденному назначен согласно положениям п. «в» ч. 1 ст. 58 УК РФ.

Доводы осужденного ФИО18 о наличии предвзятости к нему со стороны председательствующего судьи и рассмотрении уголовного дела судом с обвинительным уклоном президиум признает несостоятельными. 

Как следует из протокола судебного заседания, подсудимому судом разъяснены права, суд не ограничивал прав участников процесса по исследованию имеющихся доказательств. В судебном заседании исследованы все существенные для исхода дела доказательства. Каких-либо данных, свидетельствующих об одностороннем или неполном судебном следствии, не имеется. Напротив, из протокола судебного заседания видно, что судом не было допущено нарушений принципов беспристрастности, объективности, а также равноправия сторон и состязательности судопроизводства. Председательствующий по делу создал сторонам необходимые и равные условия для исполнения ими своих процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав. Все ходатайства, заявленные сторонами, председательствующим судьей были рассмотрены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона. Отказ в удовлетворении ходатайств, заявленных стороной защиты, не свидетельствует о нарушении права ФИО18 на защиту, либо о наличии предвзятости к осужденному со стороны председательствующего судьи.

Что касается мнения осужденного ФИО18 о наличии обстоятельств, указанных в ст. 63 УПК РФ для отвода председательствующего, то такие доводы не нашли своего подтверждения. 

Как следует из протокола судебного заседания, право отвода было разъяснено всем участникам процесса. 

Статья 63 УПК РФ содержит исчерпывающий перечень обстоятельств недопустимости повторного участия судьи в рассмотрении уголовного дела и не запрещает такого участия в случае принятия ранее решения по иному делу. Ссылки осужденного ФИО18 на приведенные им факты рассмотрения председательствующим судьей ФИО1 ранее иных дел в отношении осужденного не состоятельны, поскольку они не указывают на то, что с участием этого судьи ранее исследовались обстоятельства, подлежащие оценке по данному делу, либо им была бы высказана позиция о наличии или отсутствии события преступления, виновности ФИО18 и достаточности доказательств по данному делу, либо имелись ограничения его свободы и независимости при производстве по делу и постановлении приговора. Президиум таких обстоятельств по делу также не установил. 

Ходатайство об отводе судьи ФИО1 рассмотрено судом с соблюдением требований ст. 63, 64, 65 УПК РФ с удалением в совещательную комнату, оснований для отвода судье, предусмотренных уголовно-процессуальным законом, не имелось, в связи с чем суд принял мотивированное решение об отказе в заявленном отводе, оснований к отмене или изменению судебного решения не имеется.

Утверждения осужденного ФИО18 о заинтересованности государственного обвинителя ФИО8 в исходе дела не соответствуют действительности, поскольку никаких данных о его заинтересованности не имеется. 

По смыслу положений ч. 2 ст. 66 УПК РФ, участие помощника прокурора ФИО8 в предыдущем судебном разбирательстве и поддержание государственного обвинения по иному уголовному делу в отношении кассатора, не является препятствием для его участия в производстве по данному уголовному делу вновь в качестве государственного обвинителя. 

Отвод государственному обвинителю рассмотрен судом в соответствии с положениями ст.ст. 65-66 УПК РФ. Оснований для отвода государственного обвинителя ФИО8, указанных в ст.ст. 61-63 УПК РФ, установлено не было и в жалобе не приведено.

При рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции не допущено каких-либо нарушений уголовного и (или) уголовно-процессуального закона, влекущих отмену или изменение состоявшихся судебных решений по делу. Доводы апелляционных жалоб проверены в полном объеме, им дана правильная оценка. 

Апелляционное определение соответствует требованиям ст. 389.20, 389.28 УПК РФ.

Довод кассатора о том, что судья ФИО7 не мог принимать участие в суде апелляционной инстанции при рассмотрении его жалобы на приговор от 13 октября 2017 г. не основан на законе, поскольку отсутствовали основания, предусмотренные ст. 61-63 УПК РФ, исключающие участие судьи в рассмотрении уголовного дела. Право отвода осужденному ФИО18 было разъяснено, которым он не воспользовался.

Вместе с тем президиум не может согласиться с выводами суда о взыскании процессуальных издержек с ФИО18

Согласно положениям ст. 131, 132 УПК РФ суммы, выплачиваемые адвокату за оказание юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению, являются процессуальными издержками, взыскиваются с осужденного или возмещаются за счет средств федерального бюджета.

Согласно п. 5 ч. 2 ст. 131 УПК РФ к процессуальным издержкам относятся суммы, выплачиваемые адвокату за оказание им юридической помощи в случае участия адвоката в уголовном судопроизводстве по назначению.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, издержки, связанные с производством по уголовному делу, могут быть взысканы с осужденного только по решению суда, порядок принятия которого должен гарантировать защиту его прав и соответствовать критериям справедливого судебного разбирательства. Осужденному должна быть предоставлена возможность довести до суда свою позицию по поводу суммы взыскиваемых издержек и своего имущественного положения (Определения от 13 июня 2002 г. № 142-О, от 12 ноября 2008 г. № 1074-О-П).

Аналогичное положение о праве осужденного довести до суда свою позицию по вопросу суммы взыскиваемых процессуальных издержек и своего имущественного положения закреплено в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2013 г. № 42 «О практике применения судами законодательства о процессуальных издержках по уголовным делам».

Принятое судом первой инстанции решение о взыскании процессуальных издержек с ФИО18 не отвечает требованиям закона.

Из протокола судебного заседания следует, что заявление адвоката ФИО17 о выплате вознаграждения за оказание юридической помощи подсудимому, не являлось предметом рассмотрения суда, в результате чего осужденный ФИО18 был лишен возможности высказаться по заявлению защитника, довести до суда свою позицию относительно суммы взыскиваемых процессуальных издержек и своего имущественного положения. 

При принятии судом решения о взыскании с осужденного процессуальных издержек, были нарушены права осужденного ФИО18 на справедливое судебное разбирательство на основе принципа состязательности и равноправия сторон.

При таких обстоятельствах, президиум приходит к выводу, что судебные решения в части взыскания процессуальных издержек, выплаченных адвокату за оказание юридической помощи по назначению суда в сумме 13 200 рублей, подлежат отмене с направлением дела в этой части на новое судебное рассмотрение в районный суд в порядке исполнения приговора в соответствии со ст. 397 УПК РФ. 

На основании изложенного и руководствуясь ст. 401.14-401.16 УПК РФ, президиум

П О С Т А Н О В И Л:

Кассационную жалобу осужденного ФИО18 удовлетворить частично.

Приговор Абазинского районного суда Республики Хакасия от 13 октября 2017 г., апелляционное определение судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда Республики Хакасия от 31 января 2018 г. в отношении ФИО18 изменить.

Указание суда в части взыскания с осужденного ФИО18 процессуальных издержек, выплаченных адвокату за оказание юридической помощи по назначению суда в сумме 13 200 рублей, отменить

Уголовное дело в части взыскания процессуальных издержек направить в тот же суд на новое судебное рассмотрение в порядке ст. ст. 397, 399 УПК РФ иным составом.

В остальной части судебные решения оставить без изменения.

Председательствующий С.Н. Доможаков