Дело № 2-119/2025

УИД №34RS0031-01-2025-000043-46

Решение

Именем Российской Федерации

р.п. Новониколаевский 24 марта 2025г.

Новониколаевский районный суд Волгоградской области в составе:

председательствующего судьи Урюпинского городского суда Волгоградской области Муравлевой Н.В., исполняющей обязанности судьи Новониколаевского районного суда Волгоградской области,

при ведении протокола секретарём судебного заседания Сотниковой С.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Акционерному обществу «Альфа-Банк» о признании договора ничтожным в части,

Установил:

ФИО1 обратился в Новониколаевский районный суд Волгоградской области к Акционерному обществу «Альфа-Банк» о признании договора ничтожным в части. В обоснование иска указал, что 30 января 2025 г. между ним и АО «Альфа-Банк» заключен договор о комплексном банковском обслуживании физических лиц. Данный договор представляет собой договор присоединения, условия которого определены ответчиком в стандартных формах. При этом в договоре содержатся оспариваемые условия: условие о формализованном согласии истца на обработку банком его персональных данных.

На основании изложенного, истец просит признать ничтожным заключенный между ним и АО «Альфа-Банк» договор в части ничтожности образующего его содержание договора комплексного банковского обслуживания физических лиц в АО «Альфа-Банк», утверждённого Приказом ОАО «Альфа-Банк» от 10 ноября 2022 года №№ в редакции приложения к распоряжению АО «Альфа-Банк» от 28 декабря 2024 года №5152, а именно пункт 3.16 в той мере, в какой он вменяет истцу формальное согласие на обработку его персональных данных банком АО «Альфа-Банк», в том числе не исключая объема такой обработки, выходящего за пределы, соответствующие целям исполнения заключенного им с АО «Альфа-Банк» договора.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, надлежаще извещён о времени и месте судебного заседания, в иске заявлено ходатайство о рассмотрении дела в его отсутствие.

Представитель ответчика АО «Альфа-Банк» о дате, месте и времени рассмотрения дела извещён своевременно и надлежащим образом, в судебное заседание не явился, представил отзыв на исковое заявление, в котором указал, что ФИО1 является клиентом банка, который подтвердил присоединение к договору комплексного банковского обслуживания физических лиц в АО «Альфа-Банк» и своё согласие с условиями ДКБО, о чём свидетельствует п.9 анкеты-заявления на получение кредитной карты, подписанной истцом собственноручно 3 августа 2012 года. Истец, подписав анкету-заявление был ознакомлен и согласился с положениями ДКБО. В период с 3 августа 2012 года по 30 января 2025 года (дата открытия счёта) истец в адрес банка не направлял письменное уведомление о несогласии с условиями ДКБО. Поведение клиента на протяжении более десяти лет свидетельствовало о признании действительности договора КБО. Кроме того, в возражениях ответчик указал на пропуск срока исковой давности. Считает, срок исковой давности о признании договора недействительным истек в 2013 году. Также ответчик указывает на то, что истцом не представлены доказательства, которые бы являлись основанием для признания договора ничтожным. В описательной части иска отсутствует указание о том, чем нарушаются права истца указанным пунктом ДКБО, равно как не указано какое право клиента и каким образом будет восстановлено в случае удовлетворения заявленных исковых требований. Исковое заявление и материалы дела не содержат какого-либо обоснования того, для защиты какого права, свободы или законного интереса заявителя ему необходимо признание ничтожным пункта недействующей редакции ДКБО и каким образом будет восстановлено его право судебным постановлением, удовлетворяющим его исковые требования. В настоящее время пункт 3.16 договора комплексного банковского обслуживания физических лиц в АО «Альфа-Банк» (форма утверждена Приказом ОАО «Альфа-Банк» от 10 ноября 2022 года №499 в редакции приложения к аспоряжению АО «Альфа-Банк» от 28 декабря 2024 года №5152) не действует, поскольку в ДКБО внесены изменения Приказом АО «Альфа-Банк» от 28 февраля 2025 г. №721. В настоящей редакции п.3.16 ДКБО не подразумевает выражения согласия клиента на обработку персональных данных, в связи с чем, не содержит формализованного согласия клиента на обработку персональных данных. На основании изложенного, просит суд отказать в удовлетворении исковых требований.

С учётом требований ст. 167 ГПК РФ суд полагает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц. 

Исследовав письменные материалы дела, оценив представленные доказательства по делу в совокупности, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено судом и следует из материалов дела, ФИО1 является клиентом банка с 3 августа 2012г.

30 января 2025 года ФИО1 в АО «Альфа-Банк» было подано заявление об открытии текущего счета в российских рублях.

Из заявления следует, что ФИО1 ознакомлен и согласен с условиями договора о комплексном банковском обслуживании физических лиц в АО «Альфа-Банк» в редакции приложения к распоряжению АО «Альфа-Банк» от 28 декабря 2024 года №5152 и действующими тарифами АО «Альфа-Банк» (л.д.198).

Условия в редакции, действовавшей на дату заключения договора от 30 января 2025г., содержат пункт 3.16. следующего содержания:

-Клиент уведомлен и согласен с тем, что Банк имеет право на обработку любой информации, относящейся к персональным данным Клиента, включая банковскую тайну, а именно: 

- Ф.И.О., год, месяц, дата, место рождения; гражданство; пол;

- данные документа, удостоверяющего личность (тип, серия, номер, кем и когда выдан), в том числе за пределами Российской Федерации, включая их копии;

- адрес: места жительства, места регистрации, места работы;

- идентификационный номер налогоплательщика; страховой номер индивидуального лицевого счёта, информация о состоянии индивидуального лицевого счёта застрахованного лица;

- сведения о занятости, трудовой деятельности (в том числе о трудовом стаже, доходах и расходах), семейном положении, имущественное положение, образование, профессия;

- информация об осуществлении деятельности в качестве самозанятого;

- информация об осуществлении предпринимательской деятельности в качестве индивидуального предпринимателя и/или о членстве в органах управления юридических лиц;

- данные пенсионного удостоверения, военного билета, контракта о прохождении военной службы/мобилизации, свидетельства о браке, свидетельства о рождении, включая их копии;

- данные водительского удостоверения, включая его копию;

- сведения о регистрации транспортного средства, включая копии паспорта транспортного средства и/или свидетельства о регистрации транспортного средства;

- сведения о номерах телефонов, абонентов и/или пользователем которых Клиент является; сведения о местонахождении абонентского оборудования, в том числе при получении услуг связи; сведения об оказанных операторами услугах связи (в том числе сведения о трафике, оказанных услугах и их оплате), сведения о результатах их обработки, в том числе организация канала коммуникации Банка с Клиентом с использованием телефонных номеров, абонентом и/или пользователем которых он является; данные о Клиенте как об абоненте оператора сотовой связи, в том числе следующей информации: о факте смены телефонного номера, международного идентификатора SIM-карты, её замене, о факте переоформления на третье лицо или переносе к другому оператору с сохранением номера; о факте расторжения договора об оказании услуг связи, приостановления и возобновления оказания услуг связи; о факте подключения услуг переадресации вызовов и сообщений; о факте изменения системы расчётов между оператором и абонентом; о факте получения оператором сотовой связи отказа абонента о передачи Банку информации по любому из перечисленных событий;

- сведения об адресах электронной почты Клиента, имени пользователя в сети Интернет, данные о созданном на сайте Банка или мобильном приложении аккаунте (учетной записи); метаданные, данные cookie-файлов, cookie-идентификаторы, IP-адреса, сведения о браузере и операционной системе;

- сведения о банковских счетах и картах Клиента, проводимых операциях по ним;

- размер задолженности перед Банком, иными кредиторами;

- сведения из кредитной истории, иная, ранее предоставленная Банку информация (в том числе, содержащая банковскую тайну);

- фотографическое изображение;

- аудиозапись голоса;

-векторы единой биометрической системы, полученные в результате преобразования биометрических персональных данных (изображение лица и (или) голос, полученных из единой биометрической системы); сведения, предоставленные Клиентом Банку, в том числе посредством каналов связи, сведения, полученные из сети Интернет, и/или из иных общедоступных источников персональных данных, и/или от третьих лиц, в том числе государственных органов, государственных информационных систем, единой системы идентификации и аутентификации (далее – ЕСИА), Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации (далее –СФР), в том числе через систему межведомственного электронного взаимодействия (далее – СМЭВ);

- сведения об информации и установленных ограничениях в рамках исполнительного производства;

- информация об участии в программах поощрениях (бонусных программах), в т.ч. номера бонусных счетов, их баланс;

- выписка из реестра квалифицированных инвесторов (л.д.26).

Обращаясь с иском, истец оспаривает договор, а именно его пункт 3.16 в той мере, в какой он вменяет клиенту формализованное согласие на обработку персональных данных.

Согласно п. 1 и п. 4 ст. 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иным правовым актом.

Договор должен соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим в момент его заключения (п. 1 ст. 422 ГК РФ).

Закон Российской Федерации от 7 февраля 1992 г. № 2300-1 «О защите прав потребителей» (далее – Закон о защите прав потребителей) регулирует отношения, возникающие между потребителями и продавцами (исполнителями, импортерами и проч.) при продаже товаров и оказании услуг, устанавливает права потребителей на приобретение товаров и услуг надлежащего качества и безопасных для жизни, здоровья, имущества потребителей и окружающей среды, получение потребителями информации о товарах и услугах, о продавцах и исполнителях, а также гарантирует просвещение, государственную и общественную защиту интересов потребителей, а также определяет механизм реализации их прав.

Как разъяснено в подп. «д» п. 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28.06.2012 N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» под финансовой услугой следует понимать услугу, оказываемую физическому лицу в связи с предоставлением, привлечением и (или) размещением денежных средств и их эквивалентов, выступающих в качестве самостоятельных объектов гражданских прав (предоставление кредитов (займов), открытие и ведение текущих и иных банковских счетов, привлечение банковских вкладов (депозитов), обслуживание банковских карт, ломбардные операции и т.п.).

Таким образом, гражданин, являющийся клиентом банка, является потребителем финансовой услуги, и к возникшим правоотношениям применяется законодательство о защите прав потребителей.

Договором присоединения является договор, условия которого могут быть приняты только путем присоединения к предложенному договору в целом (ч. 1 ст. 428 ГК РФ).

Применительно к правовому значению утверждения форм договоров присоединения Конституционным Судом Российской Федерации в его Постановлении от 27.10.2015 N 28-П обращено внимание на то, что условия таких договоров определяются профессиональной стороной в стандартных формах. При этом гражданин не имеет реальной возможности изменить содержание предлагаемого сильной стороной набора документов. В таких обстоятельствах требования определенности правового статуса потребителя приобретают особое значение.

Пунктом 11 Обзора судебной практики по делам о защите прав потребителей, утвержденного Верховным Судом Российской Федерации 14.10.2020, разъяснено, что все, прямо не закрепленное законом в качестве элемента правового статуса потребителя, не может быть обращено против него.

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

Пункт 3 статьи 307 ГК РФ запрещает стороне вести дела так, чтобы ее партнер оказывался лишенным права.

Как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 23.02.1999 № 4-П «По делу о проверке конституционности положения части второй ст. 29 Федерального закона от 3 февраля 1996 «О банках и банковской деятельности» гражданин является экономически слабой стороной и нуждается в особой защите своих прав, что влечет необходимость ограничить свободу договора для другой стороны, то есть для банка.

Для целей применения п. 1 ст. 16 Закона о защите прав потребителей, согласно которому условия договора, ущемляющие права потребителя по сравнению с правилами, установленными законами или иными правовыми актами Российской Федерации в области защиты прав потребителей, являются ничтожными, актом такого ущемления суд находит само по себе запрещенное публичным порядком Российской Федерации навязывание сильной стороной правоотношения содержания договорной позиции слабой ее стороне.

В соответствии с п. 2 ст. 168 ГК РФ сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Согласно пункту 73 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся: соглашение об устранении или ограничении ответственности лица, указанного в пункте 3 статьи 53.1 ГК РФ (пункт 5 статьи 53.1 ГК РФ); соглашение участников товарищества об ограничении или устранении ответственности, предусмотренной в статье 75 ГК РФ (пункт 3 статьи 75 ГК РФ); сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности (статья 169 ГК РФ); мнимая или притворная сделка (статья 170 ГК РФ); сделка, совершенная гражданином, признанным недееспособным вследствие психического расстройства (пункт 1 статьи 171 ГК РФ); соглашение о переводе должником своего долга на другое лицо при отсутствии согласия кредитора (пункт 2 статьи 391 ГК РФ); заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности за умышленное нарушение обязательства (пункт 4 статьи 401 ГК РФ); договор, предусматривающий передачу дара одаряемому после смерти дарителя (пункт 3 статьи 572 ГК РФ); договор, устанавливающий пожизненную ренту в пользу гражданина, который умер к моменту его заключения (пункт 3 статьи 596 ГК РФ); кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (статья 820 ГК РФ, пункт 2 статьи 836 ГК РФ). 

В соответствии с Федеральным законом от 27.07.2006 N 152-ФЗ «О персональных данных» в редакции, действовавшей на момент заключения договора (далее – Закон «О персональных данных») персональные данные – любая информация, относящаяся к прямо или косвенно определенному или определяемому физическому лицу (субъекту персональных данных) (п. 1 ст. 3).

Согласно ч. 1 ч. и 2 ст. 5 Закона «О персональных данных» обработка персональных данных должна осуществляться на законной и справедливой основе. Обработка персональных данных должна ограничиваться достижением конкретных, заранее определенных и законных целей. Не допускается обработка персональных данных, несовместимая с целями сбора персональных данных.

Частью 1 статьи 6 Закона «О персональных данных» к условиям обработки персональных данных отнесено получение на это согласия их субъекта при том, что такое согласие не требуется если обработка персональных данных необходима для достижения целей, предусмотренных международным договором Российской Федерации или законом, для осуществления и выполнения возложенных законодательством Российской Федерации на оператора функций, полномочий и обязанностей; обработка персональных данных осуществляется в связи с участием лица в конституционном, гражданском, административном, уголовном судопроизводстве, судопроизводстве в арбитражных судах; обработка персональных данных необходима для исполнения судебного акта, акта другого органа или должностного лица, подлежащих исполнению в соответствии с законодательством Российской Федерации об исполнительном производстве; обработка персональных данных необходима для исполнения полномочий федеральных органов исполнительной власти, органов государственных внебюджетных фондов, исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления и функций организаций, участвующих в предоставлении соответственно государственных и муниципальных услуг, предусмотренных Федеральным законом от 27.07.2010 N 210-ФЗ «Об организации предоставления государственных и муниципальных услуг», включая регистрацию субъекта персональных данных на едином портале государственных и муниципальных услуг и (или) региональных порталах государственных и муниципальных услуг; обработка персональных данных необходима для исполнения договора, стороной которого либо выгодоприобретателем или поручителем по которому является субъект персональных данных, а также для заключения договора по инициативе субъекта персональных данных или договора, по которому субъект персональных данных будет являться выгодоприобретателем или поручителем. Заключаемый с субъектом персональных данных договор не может содержать положения, ограничивающие права и свободы субъекта персональных данных, устанавливающие случаи обработки персональных данных несовершеннолетних, если иное не предусмотрено законодательством Российской Федерации, а также положения, допускающие в качестве условия заключения договора бездействие субъекта персональных данных; обработка персональных данных необходима для защиты жизни, здоровья или иных жизненно важных интересов субъекта персональных данных, если получение согласия субъекта персональных данных невозможно; обработка персональных данных необходима для осуществления прав и законных интересов оператора или третьих лиц, в том числе в случаях, предусмотренных Федеральным законом «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях»», либо для достижения общественно значимых целей при условии, что при этом не нарушаются права и свободы субъекта персональных данных. 

В силу части 1 статьи 9 Закона «О персональных данных» субъект персональных данных принимает решение о предоставлении его персональных данных и дает согласие на их обработку свободно, своей волей и в своем интересе. Согласие на обработку персональных данных должно быть конкретным, информированным и сознательным. Согласие на обработку персональных данных может быть дано субъектом персональных данных или его представителем в любой позволяющей подтвердить факт его получения форме, если иное не установлено федеральным законом.

Пункт 6 части 4 статьи 9 этого же закона требует, чтобы согласие субъекта персональных данных включало в себя наименование или фамилию, имя, отчество и адрес лица, осуществляющего обработку персональных данных по поручению оператора.

Говоря о специфике получения персональных данных гражданина от третьих лиц суд обращает внимание на то, что каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни; сбор, хранение, использование и распространение информации о частной жизни лица без его согласия не допускаются (часть 1 статьи 23 и часть 1 статьи 24 Конституции России соответственно), гражданское законодательство помимо прочего основывается на признании недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в частные дела (пункт 1 статьи 1 ГК РФ).

Поскольку участники оборота должны вести себя разумно и осмотрительно, учитывая интересы своих контрагентов, то суд устанавливая баланс интересов двух сторон – слабой и заведомо более сильной приходит к тому, что стандарт профессионального поведения требует устранения всякой двойственности, бремя чего должно относиться на сильного.

На основании изложенного, суд приходит к выводу, что условия заключенного ФИО1 и АО «Альфа-Банк» договора от 30 января 2025 года, указанные в пункте 3.16 ущемляют права ФИО1 как потребителя, поскольку непредоставление ему возможности принять решение о даче согласия на обработку его персональных данных противоречит правилам, установленным ст. 9 Закона «О персональных данных». 

Суд, учитывая, что положение, в котором оказался истец, было создано ответчиком, форма договора была разработана банком, никаких разъяснений потребителю со стороны ответчика не предлагалось, возможность выбора выражения или невыражения согласия не предоставлялась, считает, что приоритет должен быть отдан позиции истца как лица, противопоставленного профессионалу, который мог и должен был озаботиться не только понятностью механизма его работы потребителю, но и прозрачностью ее организационного обеспечения, достаточного не только для независимого выражения воли потребителя в вопросе выражения согласия, но и для независимого установления как подлинной ее направленности, так и обстоятельств ее формирования.

Ответчик, возражая против удовлетворения исковых требований, представил договор о комплексном банковском обслуживании физических лиц в АО «Альфа-Банк» в редакции от 28 февраля 2025 года №№, который спорный пункт не содержит.

Однако, данное обстоятельство не может являться основанием для отказа истцу в удовлетворении исковых требований, поскольку, при обращении с заявлением об открытии текущего счета и выдаче банковской карты ФИО2 был ознакомлен с условиями договора о комплексном банковском обслуживании физических лиц от 28 декабря 2024г., содержащий пункт 3.16.

Таким образом, суд считает доказанным отсутствие в созданной банком конфигурации отношений реальной возможности потребителя по выбору возможности согласия или отказа в согласии на использование ответчиком персональных данных, так как ответчиком не представлено доказательств обратного – возможности ФИО1 отказаться от дачи согласия на использование ответчиком и передачу его персональных данных третьим лицам. 

В процессе рассмотрения дела ответчиком заявлено ходатайство о применении срока исковой давности и отказа истцу в удовлетворении заявленных требований.

В соответствии со статьёй 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признаётся срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Продолжительность общего срока исковой давности согласно пункту 1 статьи 196 ГК РФ составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьёй 200 данного Кодекса. 

В силу пункта 1 статьи 200ГК РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права, если законом не установлено иное. 

Согласно п.1 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет со дня начала исполнения сделки.

Согласно п.2 ст.199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности на обращение в суд с настоящим иском, в связи с тем, что ФИО1 3 августа 2012 года стал клиентом банка и был ознакомлен с условиями договора о комплексном банковском обслуживании и за период с 3 августа 2012 года по 30 января 2025 года (дата открытия счёта) истец в адрес банка не направлял письменное уведомление о несогласии с условиями договора, суд находит несостоятельными, поскольку договор комплексного банковского обслуживания физических лиц в АО «Альфа-Банк» в редакции приложения к распоряжению АО «Альфа-Банк» от 28 декабря 2024 года №5152, который содержит оспариваемые условия, был заключен 30 января 2025г. 

Согласно ч.1 ст.103 ГПК РФ издержки, понесённые судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобождён, взыскиваются с ответчика, не освобождённого от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворённой части исковых требований.

Так как ФИО1 освобожден от уплаты государственной пошлины при подаче искового заявления по настоящему делу, государственная пошлина в размере 3000 руб. подлежит взысканию с ответчика в доход местного бюджета.

Руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, 

Решил:

Исковые требования ФИО1 к Акционерному обществу «Альфа-Банк» (ИНН №) о защите прав потребителей, удовлетворить. 

Признать ничтожным заключенный между ФИО1 и Акционерным обществом «Альфа-Банк» (ИНН №) договор в части ничтожности образующего его содержание договора комплексного банковского обслуживания физических лиц в АО «Альфа-Банк», утверждённой Приказом ОАО «Альфа-Банк» от 10 ноября 2022 года №499 в редакции приложения к распоряжению АО «Альфа-Банк» от 28 декабря 2024 года №5152, а именно пункта 3.16 в той мере, в какой он вменяет истцу формальное согласие на обработку его персональных данных банком АО «Альфа-Банк», в том числе не исключая объема такой обработки, выходящего за пределы, соответствующие целям исполнения заключенного им с АО «Альфа-Банк» договора.

Взыскать с Акционерного общества «Альфа-Банк» (ИНН №) государственную пошлину в доход бюджета Новониколаевского муниципального района Волгоградской области от уплаты, которой истец освобождён в размере 3000 рублей.

Решение суда может быть обжаловано в Волгоградский областной суд через Новониколаевский районный суд Волгоградской области в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Судья Н.В. Муравлева