Судья 1-й инстанции Мухамедзянова А.М. №22-549/2024

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

13 февраля 2024 года г. Иркутск

Суд апелляционной инстанции Иркутского областного суда в составе председательствующего Кулагина А.В., 

при ведении протокола помощником судьи Ворожниным А.Г., 

с участием прокурора Пашинцевой Е.А.,

защитника обвиняемого Н.А.А. - адвоката Ш.Р.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании судебный материал по апелляционной жалобе адвоката Ш.Р.Ю. на постановление Кировского районного суда г. Иркутска от 25 января 2024 года, которым 

Н.А.А., (данные изъяты)

обвиняемому в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ,

в порядке ст. 108 УПК РФ избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, с момента его задержания на территории РФ, либо в случае его экстрадиции на территорию РФ – с момента пересечения государственной границы РФ, 

Заслушав защитника обвиняемого Н.А.А. - адвоката Ш.Р.Ю., поддержавших доводы апелляционной жалобы, прокурора Пашинцеву Е.А., возражавшую удовлетворению апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции

УСТАНОВИЛ:

Дата изъята следователем второго отдела по расследованию ОВД СУ СК РФ по Иркутской области возбуждено уголовное дело по ч. 4 ст. 159 УК РФ в отношении Н.А.А., с указанным уголовным делом в одно производство соединены иные уголовные дела, возбужденные по аналогичным составам.

Дата изъята в отношении Н.А.А. вынесено постановление о привлечении в качестве обвиняемого по ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ.

Дата изъята Н.А.А. объявлен в международный розыск. 

Старший следователь второго отдела по расследованию особо важных дел СУ СК РФ по Иркутской области Ф.Ю.С. с согласия руководителя следственного органа, обратилась в суд с ходатайством об избрании Н.А.А. меры пресечения в виде заключения под стражу.

Постановлением Кировского районного суда г. Иркутска от Дата изъята ходатайство следователя удовлетворено, в отношении Н.А.А. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу сроком на 2 месяца, с момента его задержания на территории РФ, либо в случае экстрадиции на территорию РФ – с момента пересечения государственной границы РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Ш.Р.Ю. считает, постановление суда не отвечает требованиям ч. 4 ст. 7 УПК РФ, а также судом не учтены положения ч. 1 ст. 97 УПК РФ, ч. 1 ст. 108 УПК РФ.

Судом не приняты во внимание сведения о личности Н.А.А. и факт того, что ранее в отношении него мера пресечения не избиралась.

Не соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что действия обвиняемого безусловно можно отнести к предпринимательской сфере. Отмечает, что представленный в суд материал не содержит конкретных сведений, подтверждающих, что совершенные преступления совершены не в связи с осуществлением полномочий по управлению организацией.

Обращает внимание на то, что выезд Н.А.А. за пределы Российской Федерации не связан с производством в отношении него уголовного дела. Н.А.А. постоянно находится в Японии в связи с необходимостью лечения, его местоположение известно. Кроме того, последний выезд за пределы РФ был осуществлён Дата изъята , то есть задолго до возбуждения уголовного дела. 

Н.А.А. поддерживает связь с органами следствия через своих защитников. 

Ссылка суда на возможность воздействовать на свидетеля основана на показаниях свидетеля Б.Д.В. Судом также не учтено, что Н.А.А. многократно обращался в правоохранительные органы с заявлениями о возбуждении уголовного дела в отношении указанного лица за совершенные им преступления в отношении организации ООО «СК» и ООО «МедЭкспресс».

Иные свидетели являются бывшими и действующими работниками Н.А.А. и взаимодействие с ними связано в связи с текущей деятельностью предприятия, необходимостью исполнения контрактов, а также больших количеством судебных споров.

Также судом нарушены требования ч. 9 ст. 108 УПК РФ, поскольку ранее аналогичное ходатайство следователя уже рассматривалось, и по результатам его рассмотрения в его удовлетворении было отказано. 

Просит отменить постановление суда, отказать в удовлетворении ходатайства следователя и избрать в отношении Н.А.А. более мягкую меру пресечения в виде домашнего ареста, запрета определённых действий или залога.

В возражениях на апелляционную жалобу помощник прокурора Кировского района г. Иркутска О.И.С. просит оставить её без удовлетворения, постановление суда оставить без изменения. 

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, представленных возражений, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст. 97 УПК РФ мера пресечения избирается при наличии достаточных оснований полагать, что подозреваемый либо обвиняемый скроется от органов дознания, предварительного следствия или суда, может продолжить заниматься преступной деятельностью, угрожать свидетелям или иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства или иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Согласно ч. 1 ст. 108 УПК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше 3 лет, при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения.

Частью 5 ст. 108 УПК РФ установлено, что принятие судебного решения об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отсутствие обвиняемого допускается только в случае объявления обвиняемого в международный и (или) межгосударственный розыск.

Из представленных материалов следует, что решение об объявлении обвиняемого Н.А.А. в международный розыск принято уполномоченным на то должностным лицом. Наличие такого решения является основанием для принятия судом решения о возможности рассмотрения ходатайства следователя в отсутствие обвиняемого, при наличии к тому оснований, предусмотренных ст. 97 УПК РФ.

В настоящее время, исходя из наличия исключительного обстоятельства, предусмотренного ст. 97 УПК РФ, с учетом предъявленного Н.А.А. обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159, ч. 4 ст. 159 УК РФ, нарушений требований ст. 108 УПК РФ суд апелляционной инстанции не усматривает.

При этом суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что порядок привлечения Н.А.А. в качестве обвиняемого в заочном порядке, не нарушен. Постановление о привлечении его в качестве обвиняемого вынесено в соответствии с требованиями ст. 171 УПК РФ.

Из представленных материалов следует, что ходатайство следствия об избрании в отношении Н.А.А. меры пресечения в виде заключения под стражу отвечает требованиям закона, а в его обоснование представлены необходимые материалы, подтверждающие изложенные в ходатайстве доводы.

Ходатайство подано уполномоченным на то должностным лицом, в производстве которого находится уголовное дело, в рамках расследуемого уголовного дела и срока предварительного следствия, а также с согласия соответствующего руководителя следственного органа.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, вывод суда об отнесении деяния, инкриминируемого Н.А.А. к общеуголовной направленности, не является неверным.

По смыслу закона, для признания совершения лицом мошенничества в сфере предпринимательской деятельности и по этому основанию исключить саму возможность его содержания под стражей, одного лишь профессионального статуса обвиняемого явно недостаточно.

В силу требований гражданского законодательства, предпринимательской является только та деятельность, которая направлена на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг и осуществляется при отсутствии намерений причинить вред другому субъекту правоотношений и совершить действия в обход закона с противоправной целью.

Конституционным Судом Российской Федерации (определение от 23.07.2020 № 1863-О) указано, что предпринимательская деятельность является объектом государственной защиты постольку, поскольку она осуществляется лицами, которые имеют статус и выполняют обусловленные этим статусом предусмотренные законом или не противоречащие ему экономические функции, направленные на получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Часть 1 ст. 108 УПК РФ не устанавливает неприкосновенность индивидуальных предпринимателей и членов органа управления коммерческой организации и не исключает в принципе применение к ним меры пресечения в виде заключения под стражу. Эта норма при разрешении вопроса о мере пресечения в отношении указанных лиц, совершивших преступления в связи с осуществлением ими предпринимательской деятельности, подлежит применению в системной связи не только с п. 1 ст. 2 ГК РФ, но и с положениями уголовного и уголовно-процессуального законов. Разрешая вопрос о мере пресечения, суд не может не учитывать положение п. 4 примечаний к ст. 159 УК РФ, ориентирующие лишь на такую предпринимательскую деятельность, когда сторонами договора являются индивидуальные предприниматели и (или) коммерческие организации, а равно не принимать во внимание нормы уголовно-процессуального закона, определяющие назначение и принципы уголовного судопроизводства, основания для избрания меры пресечения и обстоятельства, учитываемые при ее избрании. Иное приводило бы к нарушению конституционных принципов равенства и справедливости.

Следователь, обращаясь в суд с ходатайством, представил доказательства того, что действия Н.А.А. были направлены не на получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров или оказания услуг, а на извлечение материальной выгоды путем обманного завладения бюджетными средствами и были сопряжены с внесением ложных сведений в маркировочные таблички на оборудовании и в сопутствующую поставке такого оборудования специальную (идентифицирующую) документацию.

Подвергать сомнению правомерность таких действий следователя, либо обсуждать вопрос о виновности (невиновности) Н.А.А. на существующей стадии уголовного судопроизводства неуместно. При этом суд обоснованно усмотрел достаточность оснований подозревать Н.А.А. в причастности к инкриминируемому ему деянию. 

Доводы защитника о том, что объявление Н.А.А. в международный розыск так же было осуществлено без достаточных на то оснований, суд апелляционной инстанции находит несостоятельными, поскольку вопрос законности объявления лица в розыск подлежит проверке в ином порядке.

Одновременно, суд не усмотрел явных и грубых нарушений уголовно-процессуального законодательства, либо законодательства об оперативно-розыскной деятельности при объявлении обвиняемого в розыск, которые бы явились обстоятельством, безусловно препятствующим принятию судом обжалуемого решения.

Вопреки доводу апелляционной жалобы, судом не были нарушены требования п. 9 ст. 108 УПК РФ.

Так указанной нормой установлено, что повторное обращение в суд с ходатайством о заключении под стражу одного и того же лица по тому же уголовному делу после вынесения судьей постановления об отказе в избрании этой меры пресечения возможно лишь при возникновении новых обстоятельств, обосновывающих необходимость заключения лица под стражу.

Суд первой инстанции верно пришел к выводу, что в период с Дата изъята , когда было вынесено постановление об отказе в заключении под стражу Н.А.А. и до момента при рассмотрении ходатайства, поданного органами следствия Дата изъята , возникли новые обстоятельства.

Н.А.А. объявлен в международный розыск соответствующим постановлением от Дата изъята , оценку возникшим обстоятельствам, порожденным указанным постановлением дал судья Кировского районного суда в своем постановлении от Дата изъята . 

При этом любые события, обстоятельства и их последствия увязываются в уголовно-процессуальном законодательстве в том числе с принятием компетентными органами каких-либо решений и вынесением соответствующих постановлений.

Отмена Дата изъята постановления об объявлении Н.А.А. в розыск аннулировала любые обстоятельства, порожденные отмененным постановлением с момента его вынесения.

Одновременно, после Дата изъята Н.А.А. бесспорно стало известно о том, что органы следствия расценивают его отсутствие в месте постоянного проживания с нахождением за пределами Российской Федерации как способ скрываться от органов следствия и суда. 

Таким образом и вопреки доводам жалобы, принимая Дата изъята обжалуемое решение, судья Кировского районного суда руководствовалась иными обстоятельствами, порожденными фактом принятия Дата изъята судебным решением, которые признаются апеллянтами – осознание Н.А.А. своего процессуального статуса, возникших обязанностей и последствий их неисполнения, дополненными вынесением постановления от Дата изъята об объявлении Н.А.А. в розыск, что создало новые права и обязанности для участников уголовного судопроизводства.

В данном случае, установив фактические обстоятельства дела, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о необходимости избрания Н.А.А. меры пресечения в виде заключения под стражу в заочном порядке.

Доводы жалобы об отсутствии оснований полагать причастность Н.А.А. к инкриминируемому ему органами следствия деянию, основанный на подозрение в оговоре обвиняемого со стороны Б.Д.В. является несостоятельным, поскольку вывод суда основан на оценке совокупности исследованных доказательств того, что подозрения о совершении им преступления, в связи с которым он заключается под стражу, обоснованы, при этом суд не мог предрешать вопрос об обоснованности или необоснованности обвинения.

Не нашел своего подтверждения и довод стороны защиты о том, что Н.А.А. не является лицом, скрывающимся от следствия, поскольку он находится за пределами Российской Федерации не с момента возбуждении в отношении него уголовного дела и не в связи с его расследованием, а по обстоятельствам, связанным с состоянием здоровья. 

Суд первой инстанции верно пришел к выводу, что Н.А.А. является обвиняемым, скрывшимся от органов предварительного следствия, поскольку указанное обстоятельство увязывается не столько с моментом, когда он покинул постоянное место жительства, сколько с моментом возникновения у него обязанности явиться в органы предварительного следствия, с приобретением статуса подозреваемого (обвиняемого) и правами у соответствующих органов требовать от него такой явки. 

Оснований полагать необоснованность или несвоевременность таких требований органа предварительного следствия не имеется, поскольку судом исследованы материалы, подтверждающие проведение первоначальных розыскных мероприятий до объявления Н.А.А. в международный розыск, наличие у последнего сведений об этом и длительность сохранения такого статуса.

Наличия у Н.А.А. заболеваний, препятствующих ему явиться в органы следствия в течение более чем года с момента возбуждения уголовного дела, равно как препятствующих содержанию его под стражей, не усматривается. 

Удовлетворяя ходатайство следователя, заявленное в рамках возбужденного уголовного дела, суд первой инстанции надлежащим образом мотивировал принятое решение, основанное на материалах дела, представленных следователем и подтверждающих вышеуказанные фактические обстоятельства, приведенные в постановлении суда в обоснование своего решения о необходимости заключения обвиняемого под стражу. Оснований не согласиться с данным выводом у суда апелляционной инстанции не имеется.

При этом данные о личности обвиняемого изучены судом на основании представленных сторонами в состязательном процессе сведений и оценены надлежащим образом, и основанием для удовлетворения апелляционной жалобы и отмены постановления служить не могут.

При таких обстоятельствах апелляционная жалоба подлежит оставлению без удовлетворения, а постановление без изменения.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Кировского районного суда г. Иркутска от 25 января 2024 года в отношении Н.А.А. оставить без изменения, апелляционную жалобу адвоката Ш.Р.Ю. - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ, непосредственно в судебную коллегию по уголовным делам Восьмого кассационного суда общей юрисдикции (г. Кемерово).

В случае обжалования лицо, подавшее жалобу, вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий А.В. Кулагин