24RS0033-01-2025-001199-20

Дело № 2а-1508/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 августа 2025 года город Лесосибирск

Лесосибирский городской суд Красноярского края в составе:

председательствующего судьи Смолячкова В.В., 

при секретаре Ивановой Н.В., 

с участием административного истца ФИО1, 

представителя административных ответчиков МВД России, ГУ МВД России по Красноярскому краю, Отдела МВД России по г.Лесосибирску ФИО2, 

помощника прокурора г. Лесосибирска Дядиной А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административным исковым заявлениям ФИО1 к Отделу МВД России по г.Лесосибирску, ГУ МВД России по Красноярскому краю, МВД России, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Красноярскому краю о признании нарушения прав в связи с ненадлежащими условиями содержания в изоляторе временного содержания, взыскании компенсации морального вреда, штрафа 

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с административным иском к ОМВД Росси по г. Лесосибирску о признании нарушения его прав при содержании в ИВС, взыскании компенсации морального вреда, штрафа. В обоснование заявленных требований указал, что в период с ДД.ММ.ГГГГ года содержался в камере №2 ИВС ОМВД России по г. Лесосибирску. В нарушение п.45 приказа МВД России от 22.11.2005 №950 в указанной камере отсутствовал бачок с питьевой водой. Для того, чтобы утолить жажду, ему приходилось вставать на колени и пить воду из крана, расположенного примерно в 30 см от пола, предназначенного для смыва отходов. Просит признать нарушение его прав, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 305000 рублей, штраф в размере 50% от присужденной суммы.

Определением суда от 05.05.2025 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ГУ МВД России по Красноярскому краю, МВД России. Определением от 03.06.2025 в качестве соответчика привлечено Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Красноярскому краю (л.д.1, 17).

Кроме того, 15.07.2025 ФИО1 обратился в суд с административным иском к ОМВД России по г. Лесосибирску. Заявленные требования мотивированы тем, что с ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 содержался в ИВС ОМВД России по г. Лесосибирску. В ночь с 15 на 16 июня 2022 года, находясь в камере № 2, проснулся ночью и направился в санузел для справления естественных нужд. Поскольку у него слабое зрение, а ночное освещение в камере отсутствует, пройдя пару шагов, сильно ударился правым коленом о лавку, в результате чего испытал сильную физическую боль. Просит признать факт ненадлежащих условий содержания в ИВС, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 50000 рублей, штраф в размере 50% от присужденной суммы (л.д.107). В представленных дополнениях к административному иску указал, что, после удара о лавку, не стал поднимать шум, ночью боль утихла, а утром нога не болела, каких-либо следов на колене (ушибов, синяков) не было, в связи с чем не обращался к сотрудникам ИВС, к медицинском работникам с жалобами (л.д.122).

Определением суда от 16.07.2025 к участию в деле в качестве соответчиков привлечены ГУ МВД России по Красноярскому краю, МВД России, Министерство финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Красноярскому краю (л.д.105).

Определением суда от 21 июля 2025 года административные дела по искам ФИО1 объединены в одно производство (л.д.114).

В судебном заседании, проведенном с использованием системы видеоконференц-связи, административный истец ФИО1 на удовлетворении заявленных требований настаивал по основаниям, изложенным в исковом заявлении, окончательно просил взыскать с административных ответчиков компенсацию морального вреда в размере 355000 рублей. Пояснил, что представленные ответчиком фотоизображения камеры ИВС не могут быть признаны доказательствами по делу, поскольку фотоснимки сделаны не в период содержания его в ИВС, а позднее. На снимках зафиксировано наличие в камере раковины, шкафчика, бачка с питьевой водой, хотя в июне 2022 года они отсутствовали. О нарушении своих прав, связанном с отсутствием ночного освещения в камере, узнал после получения Акта комиссионного обследования ИВС, в рамках подготовки к данному судебному разбирательству.

Представитель административных ответчиков МВД России, ГУ МВД России по Красноярскому краю, ОМВД России по г.Лесосибирску ФИО2, действующая на основании выданных в установленном порядке доверенностей, в судебном заседании исковые требования не признала. Пояснила, что в соответствии с требованиями приказа МВД России от 22.11.2005 №950 «Об утверждении Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел», в камере № 2 ИВС ОМВД России по г. Лесосибирску в период содержания в ней ФИО1 с ДД.ММ.ГГГГ имелся бачок с питьевой водой, имеется он и в настоящее время, доводы административного истца в данной части не соответствуют действительности, что подтверждается результатами многочисленных проверок ИВС, в том числе проведенных сотрудниками прокуратуры. ФИО1 обратился с заявлением о данном нарушении по прошествии трех лет, ранее данные доводы не указывал, что говорит об отсутствии у него нравственных страданий. Подтвердила отсутствие в указанной камере светильников ночного освещения, однако пояснила, что свет в камере полностью не выключается, в ночное время имеется тусклый свет, кроме того имеется освещение из иных источников (через окно). в Акте комиссионного обследования ИВС от 31.10.2022 указан недостаток, связанный с отсутствием специализированных светильников с меньшей мощностью. Вместе с тем, установленные в камере лампы имеют режимы работы дневного и ночного освещения, что обеспечивает должное освещение в ночное время. Полагает, что административным истцом не доказан факт причинения ему физических и нравственных страданий, поскольку о нарушении своих прав ФИО1 заявил спустя три года, лишь после ознакомления с актом обследования ИВС, когда увидел указанное в акте замечание относительно отсутствия в камере светильников ночного освещения, т.е. в момент содержания в ИВС данное обстоятельство не вызывало у него какие-либо страдания. В иске просила отказать.

Представитель административного ответчика Министерства финансов РФ в лице Управления Федерального казначейства по Красноярскому краю ФИО3 в судебное заседание не явилась, извещена надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, представила письменные возражения на иск. Указала, что обязательным условием наступления деликтной ответственности в порядке ст.1069 ГК РФ является установление незаконности решений (действий, бездействия) должностных лиц соответствующего государственного органа при осуществлении возложенных на них функций и полномочий. По отношению к органам внутренних дел, функции главного распорядителя средств федерального бюджета осуществляет МВД РФ, которое и является надлежащим органом, уполномоченным представлять интересы Российской Федерации по настоящему делу о присуждении компенсации, в связи с чем министерство финансов РФ является ненадлежащим административным ответчиком по делу. Кроме того, административным истцом пропущен предусмотренный ч.1 ст.219 КАС РФ трехмесячный срок для подачи административного иска, поскольку обстоятельства, на которые ссылается истец, имели место в период с 15 по 16 июня 2022 года. Просила рассмотреть дело в свое отсутствие и отказать в удовлетворении административного иска.

Помощник прокурора г. Лесосибирска Дядина А.В. выступила с заключением, в котором указала, что доводы административного истца не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства. Указанные ФИО1 нарушения не были установлены в результате проведенных ранее проверок, в связи с чем заявленные требования не подлежат удовлетворению.

Суд полагает возможным, в соответствии со ст.150 КАС РФ, рассмотреть дело в отсутствие представителя административного ответчика Министерства финансов РФ, надлежащим образом извещенного о времени и месте рассмотрения дела, об отложении судебного разбирательства не ходатайствовавшего, явка данного участника процесса не была признана судом обязательной.

Выслушав стороны, изучив материалы дела, исследовав и оценив представленные доказательства в их совокупности, суд приходит к следующим выводам.

В силу статьи 21 Конституции РФ достоинство личности охраняется государством. Ничто не может быть основанием для его умаления. Никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию.

Согласно ст.53 Конституции РФ каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц. 

В соответствии с ч.1 ст.227.1 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации (далее – КАС РФ), лицо, полагающее, что нарушены условия его содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, одновременно с предъявлением требования об оспаривании связанных с условиями содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении решения, действия (бездействия) органа государственной власти, учреждения, их должностных лиц, государственных служащих в порядке, предусмотренном настоящей главой, может заявить требование о присуждении компенсации за нарушение установленных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении.

Согласно части 5 статьи 227.1 КАС РФ при рассмотрении административного искового заявления, поданного в соответствии с частью 1 настоящей статьи, суд устанавливает, имело ли место нарушение предусмотренных законодательством Российской Федерации и международными договорами Российской Федерации условий содержания под стражей, содержания в исправительном учреждении, а также характер и продолжительность нарушения, обстоятельства, при которых нарушение допущено, его последствия.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 №47 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при рассмотрении административных дел, связанных с нарушением условий содержания лиц, находящихся в местах принудительного содержания», принудительное содержание лишенных свободы лиц в предназначенных для этого местах, их перемещение в транспортных средствах должно осуществляться в соответствии с принципами законности, справедливости, равенства всех перед законом, гуманизма, защиты от дискриминации, личной безопасности, охраны здоровья граждан, что исключает пытки, другое жестокое или унижающее человеческое достоинство обращение и, соответственно, не допускает незаконное - как физическое, так и психическое - воздействие на человека. Иное является нарушением условий содержания лишенных свободы лиц.

Под условиями содержания лишенных свободы лиц следует понимать условия, в которых с учетом установленной законом совокупности требований и ограничений реализуются закрепленные Конституцией Российской Федерации, общепризнанными принципами и нормами международного права, международными договорами Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации права и обязанности указанных лиц, в том числе право на материально-бытовое обеспечение, обеспечение жилищно-бытовых, санитарных условий и питание (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25.12.2018 №47).

Содержание обвиняемого (подозреваемого) в ИВС в условиях, которые несовместимы с уважением его человеческого достоинства, и не соответствуют установленным законом нормам, влечет нарушение его неимущественных прав, гарантированных законом.

Порядок и условия содержания под стражей, гарантии прав и законных интересов лиц, которые в соответствии с Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации (далее - УПК РФ) задержаны по подозрению в совершении преступления, а также лиц, подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, отношении которых в соответствии с УПК РФ избрана мера пресечения в виде заключения под стражу регулируются Федеральным законом от 15.07.1995 №103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» (далее - Федеральный закон №103-ФЗ).

В соответствии со статьей 4 указанного Федерального закона, содержание под стражей осуществляется в соответствии с принципами законности справедливости, презумпции невиновности, равенства всех граждан перед законом гуманизма, уважения человеческого достоинства, в соответствии с Конституций Российской Федерации, принципами и нормами международного права, а так же международными договорами Российской Федерации и не должно сопровождаться пытками, иными действиями, имеющими целью причинение физических или нравственных страданий подозреваемым и обвиняемым в совершены преступлений, содержащимся под стражей.

Согласно статье 15 Федерального закона №103-ФЗ, в местах содержания под стражей устанавливается режим, обеспечивающий соблюдение прав подозреваемых и обвиняемых, исполнение ими своих обязанностей, их изоляцию, а также выполнение задач, предусмотренных УПК РФ. Обеспечение режима возлагается на администрацию, а также на сотрудников мест содержания под стражей, которые несут установленную законом ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение служебных обязанностей.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

Согласно статье 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина. 

Пунктом 12 указанного постановления Пленума предусмотрено, что обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст.ст. 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ).

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (ст. ст. 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон.

В судебном заседании установлено, что ФИО4, будучи задержанным в порядке статьи 91 УПК РФ, в период с ДД.ММ.ГГГГ содержался в ИВС Отдела МВД России по г. Лесосибирску, при этом с 15 по ДД.ММ.ГГГГ находился в камере № ИВС, что подтверждается Книгой учета лиц, содержащихся в ИВС (л.д.42-44), Книгой покамерного учета лиц, содержащихся в ИВС (л.д.45-48). При этом ФИО1 задержан и помещен в ИВС ДД.ММ.ГГГГ в 20 ч. 10 мин., убыл из ИВС в Тюрьма-2 г. Енисейска ДД.ММ.ГГГГ в 13 ч. 30 мин.

Согласно техническому паспорту ИВС Отдела МВД России по г. Лесосибирску, здание, в котором размещается изолятор временного содержания 1984 года постройки, соответствует типовому проекту, количество камер – 8 камер площадью 12 кв.м., лимит мест – 21 человек (л.д.53-56). 

Административный истец мотивировал заявленные требования отсутствием в камере №2 в период его содержания бачка с питьевой водой, а также светильников ночного освещения. 

В силу пункта 45 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом МВД России от 22.11.2005 №950, камеры ИВС оборудуются, помимо прочего, бачком для питьевой воды, светильниками дневного и ночного освещения закрытого типа.

Рассматривая доводы административного истца в части отсутствия в камере бачка для питьевой воды, суд исходит из следующего. 

Представитель административных ответчиков ФИО2 в судебном заседании указанное истцом обстоятельство оспаривала, пояснила, что бачок всегда был размещен в камере для обеспечения содержащихся лиц питьевой водой.

Согласно сообщению заместителя начальника полиции ОМВД России по г. Лесосибирску от 19.06.2025, в период содержания ФИО1 в ИВС ОМВД России по г. Лесосибирску с ДД.ММ.ГГГГ года, камера №2 была оборудована в соответствии с требованиям пункта 45 приказа МВД России от 22.11.2005 №950. В подтверждение чего представлена фототаблица камеры № 2, где на фотоизображении №5 зафиксировано наличие бачка с питьевой водой, размещенного на шкафу (л.д.31-34).

Суд учитывает замечание административного истца о том, что фото сделаны после периода содержания его в ИВС, и не подтверждают достоверно наличие бачка в июне 2022 года. Представитель административных ответчиков ФИО2 подтвердила, что фото сделаны позднее, однако заявила о том, что оснащенность камеры не изменилась с момента содержания в ней ФИО1 Таким образом, представленные фотоснимки не исключают наличия в камере бачка на момент содержания в ней истца.

Наличие в период с ДД.ММ.ГГГГ в камере №2 бачка с питьевой водой подтверждается справкой начальника ИВС ПиО ОМВД России по г. Лесосибирску.

Из содержания ответов должностных лиц прокуратуры г. Лесосибирска от 29.12.2023 (л.д.35), от 22.02.2024 (л.д.37) следует, что в результате проведенных проверок по обращениям ФИО1 о нарушении его прав при содержании в ИВС ОМВД России по г. Лесосибирску нарушений закона в части материально-бытового обеспечения лиц, содержащихся в ИВС, не выявлено.

Также суд учитывает, что в своей жалобе на условия содержания в ИВС, поданной прокурору города Лесосибирска 24.01.2024, ФИО1 указал на имеющиеся в камере №2 нарушения: отсутствие раковины для умывания, плохое освещение, отсутствие унитаза, отсутствие поручней в туалете, отсутствие двери в туалете, сырость и грибок на стенах, перенаселение по площади. При этом ФИО1 не высказал претензии по поводу отсутствия в камере бачка с питьевой водой.

Согласно протоколу проверки соблюдения прав человека в ИВС, проведенной ДД.ММ.ГГГГ сотрудником аппарата Уполномоченного по правам человека в Красноярском крае, какие-либо нарушения связанные с освещением, а также оснащенностью камер не выявлены. 

Вопреки доводам административного истца, изложенным в ходатайстве от 22.04.2025 (л.д.6), в решении Лесосибирского городского суда от 24.06.2024 не дана оценка наличию либо отсутствию в камере №2 ИВС ОМВД России по г. Лесосибирску в период с ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ бачка с питьевой водой, данное обстоятельство судом не устанавливалось. Напротив, суд пришел к выводу, что помещение камеры № 2 соответствовало требованиям пункта 45 Правил внутреннего распорядка изоляторов временного содержания подозреваемых и обвиняемых органов внутренних дел, утвержденных приказом МВД России от 22.11.2005 №950 (л.д.64-68).

Также суд отмечает, что в Акте комиссионного обследования ИВС от 31.10.2022, на который ссылается административный истец, нарушение, связанное с отсутствием в камерах ИВС бачков с питьевой водой, не зафиксировано, что свидетельствует о необоснованности доводов ФИО1 в данной части (л.д.109-111).

Таким образом, проанализировав изученные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд полагает, что доводы ФИО1 о том, что камера № 2 ИВС ОМВД России по г. Лесосибирску в период с ДД.ММ.ГГГГ не была оснащена бачком с питьевой водой, не нашли своего подтверждения в судебном заседании, не подкреплены какими-либо доказательствами, опровергаются материалами дела.

Рассматривая доводы административного истца в части не оборудования камеры светильниками ночного освещения, суд учитывает следующее.

ФИО1 в исковом заявлении указал, что, находясь в камере № 2 в ночное время, вследствие недостаточности освещения, ударился правым коленом о лавку, в результате чего испытал сильную физическую боль.

Представитель административных ответчиков ФИО2 в судебном заседании подтвердила отсутствие в указанной камере специализированных светильников ночного освещения закрытого типа, однако пояснила, что в ночное время в камере имеется тусклый свет, установленные в камере лампы имеют режимы работы дневного и ночного освещения, что обеспечивает освещение в ночное время.

В акте комиссионного обследования ИВС от 31.10.2022 в разделе, посвященном освещенности указано, что камера оборудована 2-мя светильниками дневного освещения, один из которых выполняет функцию аварийного освещения, светильников ночного освещения нет. Исправны, освещение камеры не соответствует норме (л.д.109-111).

Согласно справке начальника ИВС ПиО ОМВД России по г. Лесосибирску, в камерах ИВС имеется доступ естественного освещения через оконные ниши, освещение в камерах достаточное, через окна осуществляется доступ дневного света. Во всех камерах установлены светильники с лампами накаливания, которые размещены в нишах над дверью, освещенность соответствовала предъявленным требованиям в «люксах».

Исходя из содержания статьи 151 ГК РФ, основанием для взыскания компенсации морального вреда, является факт причинения лицу физических или нравственных страданий действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага.

В части компенсации морального вреда, как неоднократно указывал Конституционный Суд РФ, такой самостоятельный способ защиты гражданских прав, будучи одновременно и мерой гражданско-правовой ответственности, правовая природа которой является единой независимо от того, в какой сфере отношений - публично- или частно-правовой - причиняется такой вред, также не исключает возможности возложения судом на правонарушителя обязанности денежной компенсации морального вреда, причиненного действиями (бездействием), ущемляющими в том числе имущественные права гражданина, но лишь в тех случаях и в тех пределах, в каких использование такого способа защиты гражданских прав вытекает из существа нарушенного нематериального права и характера последствий этого нарушения (постановления от 26 октября 2021 года N 45-П, от 8 июня 2015 года N 14-П; определение от 27 октября 2015 года N 2506-О и др.).

Согласно пункту 1 статьи 1099 ГК РФ основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064 - 1101 ГК РФ) и статьей 151 ГК РФ.

В силу разъяснений, изложенных в пункте 37 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 года №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», моральный вред, причиненный гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом. В частности, моральный вред подлежит компенсации, если оспоренные действия (бездействие) повлекли последствия в виде нарушения личных неимущественных прав граждан.

Суду не представлены доказательства в подтверждение того, что отсутствие в камере № 2 ИВС ОМВД России по г. Лесосибирску в период содержания в ней ФИО1 специализированных светильников ночного освещения закрытого типа, повлекло причинение административному истцу физических или нравственных страданий, нарушение его личных неимущественных прав, наступление каких-либо негативных последствий.

Какие-либо доказательства, подтверждающие факт удара ФИО1 ногой о лавку, причинившего ему физическую боль, в судебном заседании не представлены. Доводы административного истца в данной части основаны лишь на его утверждении, не подкрепленном объективными доказательствами.

При этом суд учитывает, что ФИО1 инициировал иск и заявил о данном факте спустя три года после рассматриваемых событий, лишь после получения и ознакомления с Актом комиссионного обследования ИВС, в котором зафиксировано отсутствие светильников ночного освещения. Согласно описанным выше материалам дела, до этого момента, при неоднократных обращениях к прокурору г. Лесосибирска, при подаче административных исковых заявлений в Лесосибирский городской суд, ФИО1 не указывал о неудовлетворительном ночном освещении в камере №2 и о произошедшем инциденте.

В журнале регистрации предложений, заявлений и жалоб подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений, содержащихся в ИВС за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ не зафиксированы какие-либо обращения или жалобы ФИО1, связанные с недостаточным освещением в камере либо с получением травмы.

Согласно сведениям, представленным филиалом МЧ-2 ФКУЗ МСЧ-24 ФСИН России, при поступлении ФИО1 в учреждение ФКУ Т-2 ГУФСИН России по Красноярскому краю ДД.ММ.ГГГГ при первичном медицинском осмотре, согласно информации из Журнала, телесных повреждений у ФИО1 не зафиксировано, жалоб на состояние своего здоровья не предъявлял. 

Таким образом, в судебном заседании не нашел своего подтверждения факт удара ФИО1 ногой о лавку, причинившего ему физическую боль, доводы истца в данной части суд находит неубедительными, основанными лишь на его пояснениях, в отсутствие каких-либо объективных доказательств. При этом само по себе отсутствие в камере ИВС светильников ночного освещения закрытого типа, не свидетельствует достоверно о причинении ФИО1 физических или нравственных страданий, материалы дела не содержат доказательств наступления негативных последствий для истца в период его содержания в ИВС, как то ухудшение состояния здоровья, отсутствуют доказательства нарушения психического и физического состояния здоровья истца. 

В связи с изложенным, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда, в удовлетворении заявленных исковых требований следует отказать в полном объеме. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 175 – 180 КАС РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административных исковых требований ФИО1 к Отделу МВД России по г.Лесосибирску, ГУ МВД России по Красноярскому краю, МВД России, Министерству финансов Российской Федерации в лице Управления Федерального казначейства по Красноярскому краю о признании нарушения прав в связи с ненадлежащими условиями содержания в изоляторе временного содержания, взыскании компенсации морального вреда, штрафа – отказать. 

Решение может быть обжаловано сторонами в Красноярский краевой суд в течение месяца со дня составления мотивированного решения, путем подачи жалобы через Лесосибирский городской суд.

Председательствующий В.В. Смолячков 

Мотивированное решение по делу составлено 29 августа 2025 года