Судья: Шабер И.С.

Гр. дело № 33-1684/2026

№ 2-1907/2025

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

21 января 2026 года г.о. Самара

Судебная коллегия по гражданским делам Самарского областного суда в составе:

председательствующего Лебедевой Т.В.,

судей Мячиной Л.Н., Саломатине А.А.,

с участием прокурора Никитиной Е.С.,

при секретаре ФИО16,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ФИО1 на решение Советского районного суда г. Самары от 31.10.2025,

Заслушав доклад судьи Самарского областного суда Лебедевой Т.В., обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

ФИО6 обратился в Советский районный суд 

<

адрес> с иском к ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета, в обосновании требований указав, ФИО6 является членом семьи (внуком) нанимателя жилого помещения по адресу: 

<

адрес> – ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ г.р., умершего ДД.ММ.ГГГГ. Между ФИО17 и ДЕЗ 

<

адрес> был заключен договор найма жилого помещения в домах государственного, муниципального и общественного жилых домов от ДД.ММ.ГГГГ. С ДД.ММ.ГГГГ в жилом помещении зарегистрирована ФИО2 – внучка ФИО4 и двоюродная сестра истца. Также в жилом помещении зарегистрированы дети истца –ФИО7 и ФИО8 Примерно в 2006 году ФИО2 добровольно выехала из жилого помещения в неизвестном направлении, вывезла все вещи, препятствий в пользовании жилым помещением ответчик не имела, обязательства по оплате за жилье и коммунальные услуги не выполняет с ДД.ММ.ГГГГ года, в связи с чем ей было предложено самостоятельно обратиться с заявлением о снятии с регистрационного учета, которая носит формальный характер и не порождает прав на жилое помещение. Родственные связи с ответчиком утрачены. Истцу известно, что ответчик ранее вела аморальный образ жизни. Просит признать ответчика утратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу 

<

адрес>, снять ее с регистрационного учета, взыскать с ответчика расходы по оплате государственной пошлины в размере 3.000 рублей, расходы на оплату услуг представителя 25.000 рублей.

ФИО2 подано встречное исковое заявление (с учетом уточнений) к ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО5 о вселении в квартиру; обязании передать дубликат ключей от входной двери; определить порядок пользования квартирой, выделить в пользование ФИО2 комнату площадью № кв.м, а ФИО6 две комнаты площадью № кв.м и № кв.м, оставив в совместном пользовании сторон кухню, коридор, туалет, ванную комнату и кладовую; признать ФИО7, ФИО8 утратившими право пользования жилым помещением и снять их с регистрационного учета, выселить из жилого помещения ФИО5 В обоснование встречных требований указала, что ее дедушке предоставлена на условиях социального найма, с учетом членов семьи, включая ФИО2, квартира по адресу: 

<

адрес>. Еще при жизни бабушки у нее был бытовой конфликт и неприязненные отношения с женой ответчика - ФИО5. Бабушка категорически запретила ответчику приводить последнюю в квартиру. В ДД.ММ.ГГГГ годах умерли – дедушка ФИО4 и бабушка ФИО18 Вскоре после их смерти ФИО6 привел в квартиру ФИО10. Она сразу начала наводить свои порядки - потребовала, чтобы она переселилась в маленькую комнату к матери ФИО6, устраивала скандалы. Поскольку она является инвалидом с детства, ей было сложно в неспокойной обстановке, ее выжили после очередного бытового конфликта, она была вынуждена уйти в квартиру к другой бабушке – ФИО19 Когда ФИО2 выезжала, то собрала с собой только вещи первой необходимости, остальные вещи остались в квартире. После смерти второй бабушки она жила у своей крестной ФИО20 В ДД.ММ.ГГГГ годах пыталась вселиться в квартиру, долго стучала в дверь, но мать ФИО6 попросила ее уйти, так как ей было запрещено впускать в квартиру. Впоследствии у нее возникли проблемы со здоровьем, перенесла инсульт, попала в приют для людей в трудной жизненной ситуацией. Она не имеет другого жилья на праве собственности, оплачивала все коммунальные платежи, в отличие от ответчика, несмотря на то, что не проживала в спорном помещении. В квартире без ее согласия проживают дети ФИО6 и его супруга.

Судом постановлено следующее решение:

«Исковые требования ФИО6 к ФИО2 о признании утратившим право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета – удовлетворить.

Признать ФИО2, утратившей право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: 

<

адрес>.

Снять ФИО2, с регистрационного учета из жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО6 судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 3000 руб., оплату услуг представителя в размере 25000 руб.

В удовлетворении встречных исковых требований ФИО2 к ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО5 о вселении, определении порядка пользования жилым помещением, признании утратившими право пользования, снятии с регистрационного учета – отказать».

В апелляционной жалобе ФИО2 просит решение суда отменить, постановить новое решение, которым удовлетворить встречный иск, а в удовлетворении требований ФИО6 отказать, поскольку ФИО6 пропущен срок исковой давности; ФИО2 является инвалидом детства; она регулярно оплачивает коммунальные платежи в отличие от ФИО6

В судебном заседании суда апелляционной инстанции ФИО2 и ее представитель ФИО21, действующий на основании ордера, доводы апелляционной жалобы поддержали. ФИО2 дополнила, что в ДД.ММ.ГГГГ году из спорной квартиры ее забрала бабушка ФИО19, в связи с плохими отношениями с ФИО6 и его супругой ФИО10. После смерти бабушки в ДД.ММ.ГГГГ году она вступила в права наследования на квартиру по адресу: 

<

адрес>. При жизни бабушка хотела, чтобы деньги от продажи квартиры она, ФИО2, разделила с тетей, в связи с чем она продала квартиру и исполнила волю бабушки. В ДД.ММ.ГГГГ году, после выписки из больницы из-за перенесенного инсульта, она попала в приют для людей, оказавшихся в трудной жизненной ситуации, поскольку в спорную квартиру ее не пустила мать ФИО6 Более она не пыталась вселиться, т.к. боялась продолжения скандалов, что могло вымотать ее морально после перенесенного инсульта и ухудшить состояние здоровья. Коммунальные платежи с нее удерживали на основании судебных приказов, поворот исполнения которых она не делала, поскольку она зарегистрирована в жилом помещении и должна оплачивать, несмотря на то, что фактически там проживает брат с семьей.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте слушания дела извещены надлежащим образом, что подтверждается почтовыми идентификаторами, ходатайств об отложении судебного заседания не заявляли, явку представителей не обеспечили, об уважительности причин неявки не сообщили.

Кроме того, информация о рассмотрении апелляционной жалобы в соответствии с положениями Федерального закона от 22 декабря 2008 г. № 262-ФЗ «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации» размещена на официальном сайте Самарского областного суда в сети Интернет (http://oblsud.sam.sudrf.ru).

Руководствуясь ст. ст. 167, 327 ГПК РФ, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся лиц.

Выслушав пояснения апеллянта и ее представителя, заключение прокурора, полагавшего апелляционную жалобу подлежащей удовлетворению, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

В соответствии с ч. 1 ст. 195 ГПК РФ решение суда должно быть законным и обоснованным.

Согласно п.п. 2, 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 г. N 23 "О судебном решении", решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (ст. ст. 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов. Выводы суда о фактах, имеющих юридическое значение для дела, не должны быть общими и абстрактными, они должны быть продемонстрированы в судебном постановлении убедительным образом, в противном случае нарушаются задачи и смысл судопроизводства.

В силу части 1 статьи 330 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Такие нарушения допущены при вынесении решения судом первой инстанции и заключаются они в следующем.

В силу статьи 5 Федерального закона от 29.12.2004 N 189-ФЗ "О введении в действие Жилищного кодекса Российской Федерации" к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса Российской Федерации, Жилищный кодекс Российской Федерации применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных данным Федеральным законом.

Правоотношения между сторонами имеют длящийся характер, к ним применяются как нормы Жилищного кодекса РСФСР, так и нормы Жилищного кодекса Российской Федерации - в части прав и обязанностей, возникших после ДД.ММ.ГГГГ.

Статьей 60 Жилищного кодекса РСФСР, действовавшего в момент возникновения спорного правоотношения, при временном отсутствии нанимателя или членов его семьи за ними сохраняется жилое помещение в течение шести месяцев.

При временном выезде гражданина по условиям и характеру работы, а также в связи с обучением (пункт 2 статья 60 Жилищного кодекса РСФСР) право пользования жилым помещением сохраняется за ним в течение всего времени выполнения данной работы или обучения и в том случае, когда потребовалась его выписка с места постоянного жительства при условии, что по месту новой прописки ему не было предоставлено в постоянное пользование другое жилое помещение.

В статье 71 действующего Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что временное отсутствие нанимателя жилого помещения по договору социального найма, кого-либо из проживающих совместно с ним членов его семьи или всех этих граждан не влечет изменение их прав и обязанностей по договору социального найма.

В силу положений статьи 89 Жилищного кодекса РСФСР и аналогичных положений части 3 статьи 83 Жилищного кодекса РФ основанием прекращения права пользования жилым помещением, занимаемым по договору социального найма, у нанимателя и членов его семьи является их выезд на другое постоянное место жительства. В этом случае договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

При этом намерение гражданина отказаться от пользования жилым помещением по договору социального найма может подтверждаться различными доказательствами, в том числе и определенными действиями, в совокупности свидетельствующими о волеизъявлении гражданина как стороны в договоре найма жилого помещения (пункт 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации").

Положение части 2 статьи 89 Жилищного кодекса РСФСР, воспроизведенное в части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации, основано на свободе договорных отношений, предполагающей в том числе возможность одностороннего отказа от договора в случаях, предусмотренных законом или соглашением сторон. Указанное положение определяет момент прекращения договора социального найма жилого помещения в случае выезда кого-либо из участников договора социального найма жилого помещения в другое место для постоянного проживания.

Таким образом, положениями части 2 статьи 89 Жилищного кодекса РСФСР, и части 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации предусматривается право нанимателя и членов его семьи (бывших членов семьи) на одностороннее расторжение договора социального найма и определяется момент его расторжения.

Исходя из равенства прав и обязанностей нанимателя и членов его семьи, положения указанных норм распространяются не только на нанимателя квартиры, но и на бывших членов его семьи, с которыми договор социального найма считается расторгнутым со дня выезда, если они выехали на иное постоянное место жительства и тем самым добровольно отказались от своих прав и обязанностей, предусмотренных договором социального найма.

Следовательно, в случае выезда кого-либо из участников договора социального найма жилого помещения в другое место жительства и отказа в одностороннем порядке от исполнения названного договора этот договор в отношении него считается расторгнутым со дня выезда. При этом выехавшее из жилого помещения лицо утрачивает право на него, оставшиеся проживать в жилом помещении лица сохраняют все права и обязанности по договору социального найма.

В соответствии с частью 1 статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации во взаимосвязи с разъяснениями, приведенными в абзаце 2 пункта 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" наниматель вправе с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих, вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга, детей и родителей.

По смыслу находящихся в нормативном единстве положений статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации и части 1 статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации, лица, вселенные нанимателем жилого помещения по договору социального найма в качестве членов его семьи, приобретают равные с нанимателем права и обязанности при условии, что они вселены в жилое помещение с соблюдением предусмотренного частью 1 статьи 70 Жилищного кодекса Российской Федерации порядка реализации нанимателем права на вселение в жилое помещение других лиц в качестве членов своей семьи.

Судом первой инстанции установлено и следует из материалов дела, что квартира, расположенная по адресу: 

<

адрес>, является муниципальной собственностью г.о. Самара. Сведения о нем учтены в реестре муниципального имущества г. о. Самара на основании решения ФИО3 горсовета народных депутатов № от ДД.ММ.ГГГГ за реестровым номером №.

На основании договора социального найма жилого помещения в домах государственного, муниципального общественного жилищных фондов от ДД.ММ.ГГГГ указанная квартира передана ДЕЗ 

<

адрес> в лице директора ФИО22 нанимателю ФИО4.

ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, умер ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается свидетельством о смерти от ДД.ММ.ГГГГ I-EP №.

Согласно справке МП г.о. Самара в квартире зарегистрирована ФИО2 ДД.ММ.ГГГГ г.р. с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ г.р. зарегистрирован с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ г.р. зарегистрирована с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО8 ДД.ММ.ГГГГ г.р. зарегистрирован с ДД.ММ.ГГГГ.

По сведениям ЕГРН ФИО2 в настоящее время не имеет в собственности объектов недвижимости, однако в период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ ей принадлежало жилое помещение площадью № кв.м, расположенное по адресу: 

<

адрес>.

Согласно пояснениям истца, ответчик в указанной квартире не проживает, выехал из спорной квартиры примерно в ДД.ММ.ГГГГ году, более ДД.ММ.ГГГГ лет назад, вещей, принадлежащих ответчику, в квартире не имеется, ответчик не осуществляет расходы на содержание квартиры, и с ДД.ММ.ГГГГ года вселиться в спорную квартиру не пыталась.

В опровержение заявленных требований ответчик ФИО2 указала, что в ДД.ММ.ГГГГ годах она пыталась вселиться в квартиру, долго стучалась, к двери подошла мать ФИО6 и попросила уйти, так как ее было запрещено впускать в квартиру.

Судом первой инстанции опрошен свидетель ФИО23, который является соседом ФИО6, проживает в доме с ДД.ММ.ГГГГ года. По существу заявленного спора пояснил, что в квартире проживает ФИО6 и его семья, ФИО2 ему знакома, это двоюродная сестра истца, она проживала в квартире раньше и выехала примерно в ДД.ММ.ГГГГ году. Сведений, что ФИО2 пыталась вселиться в квартиру, он не имеет.

Свидетель ФИО24, который также является соседом, пояснил, что близко общается с семьей истца, в квартире семьи ФИО28 бывает часто, ответчика в квартире никогда не видел. По поводу конфликтных отношений с родственницей ФИО2 ему ничего не известно. О том, что последняя пыталась вселиться в квартиру ему неизвестно, если бы такое было, то в доме стало бы известно всем, так как слышимость в доме очень хорошая. На вопрос представителя ответчика по поводу матери истца ответил, что она болела не вставала с постели, за ней ухаживали члены семьи. На вопрос представителя истца о том, знал ли свидетель о наличии вещей, которые не принадлежат ФИО6, ответил отрицательно.

Разрешая спор, суд первой инстанции исходил из того, что в спорную квартиру ФИО2 изначально была вселена в качестве члена семьи нанимателя, однако более № лет назад добровольно выехала из нее в другое место жительства.

Данные обстоятельства суд первой инстанции нашел подтвержденными показаниями свидетелей ФИО23 и ФИО24, поскольку показания согласуются друг с другом, а также с установленными в ходе судебного разбирательства обстоятельствами, материалам дела не противоречат. Являясь соседями истца по спорной квартире, указанные свидетели какой-либо заинтересованности в исходе дела не имеют, в связи, с чем их показания приняты в качестве достоверных доказательств по делу.

С учетом того, что ФИО2, выехав из спорной квартиры, приобрела право собственности в отношении иного жилого помещения, суд пришел к выводу, что характер и последовательность действий ФИО2 свидетельствует о ее добровольном отказе от своих прав, как жильца в отношении спорной квартиры, поскольку выехав из нее по иному месту жительства более № лет назад каких-либо попыток к вселению не предпринимала до подачи настоящего искового заявления в суд. Оснований для отказа в удовлетворении первоначальных требований о снятии с регистрационного учета и признании утраты права пользования ФИО2 в отношении жилого помещения, расположенного по адресу: 

<

адрес>, судом первой инстанции не установлено, в связи с чем суд удовлетворил требования ФИО6 как обоснованные и законные.

Разрешая встречные требования ФИО2 о вселении в спорному квартиру, обязании ответчика передать дубликат ключей от входной двери, определить порядок пользования квартирой и выделить в пользование ФИО2 комнату площадью № кв.м, а ФИО6 две комнаты площадью № кв.м и № кв.м, оставив в совместном пользовании сторон кухню, коридор, туалет, ванную комнату и кладовую, признании ФИО7, ФИО8 утратившими право пользования жилым помещением и снять их с регистрационного учета, выселении из жилого помещения ФИО5, суд первой инстанции не нашел оснований для их удовлетворения.

Доводы ФИО2 о несении ею расходов по содержанию жилья и представленные в подтверждение тому выписки по счетам, судебные приказы о взыскании с нее денежных средств в счет оплаты коммунальных услуг, постановления о возбуждении исполнительных производств по судебным приказам, постановления о взыскании исполнительского сбора по исполнительному производству, судом первой инстанции отклонены, поскольку внесение коммунальных платежей в добровольном порядке ФИО2 в юридически значимый период не осуществлялось, а частичное погашение связано с вынесенными в отношении истца и ответчика судебными приказами, которыми с них была взыскана задолженность в солидарном порядке и возбуждены исполнительные производства.

Судом первой инстанции допрошена свидетель ФИО25, которая является подругой ФИО2, по существу спора показала, что на ее подругу подали в суд по поводу выселения из квартиры, она знакома с ней более № лет, в настоящий момент ФИО2 проживает со знакомой за символическую плату, ранее проживала с дедушкой и бабушкой по спорному адресу, известно о том, что тетя Галя скандалила, не давала спокойно жить, злоупотребляла алкоголем. На вопросы представителя ответчика о том, где познакомились, пояснила, что на работе на заводе ФИО11, они вместе работали с ДД.ММ.ГГГГ год, после свидетель уволилась. Отношения у дедушки и бабушки с ФИО9 всегда были хорошие. На вопрос представителя ответчика о том, как ФИО2 отзывалась о семье ФИО28 пояснила, что всегда отзывалась о них с теплотой.

Показания свидетеля ФИО25 приняты судом как допустимое доказательство и учтены в совокупности с иными материалами дела. Согласно оценке суда, показания ФИО25 носят преимущественно субъективный характер, касаются личных впечатлений и не подтверждают ключевые для разрешения спора обстоятельства – в частности, факт добровольного и длительного отсутствия ФИО2 в жилом помещении, неуплату коммунальных услуг с ДД.ММ.ГГГГ года и отсутствие попыток восстановить фактическое пользование квартирой. Указания на «тёплое отношение» к семье ФИО28 и положительные воспоминания о проживании в прошлом, не опровергают установленного судом первой инстанции факта утраты права пользования жилым помещением вследствие добровольного отказа от него. Поэтому данные показания не служат основанием для отказа в удовлетворении первоначальных исковых требований ФИО6

ФИО6 в своих пояснениях и на вопросы суда пояснял, что его сестра ведет аморальный образ жизни, злоупотребляет алкогольными напитками, в связи, с чем не хочет, чтобы ФИО2 проживала в квартире вместе с его несовершеннолетними детьми. Также пояснил, что ответчик выехала из квартиры добровольно без принуждения.

ФИО2 в ходе судебного разбирательства отметила, что не предпринимала попыток вселиться в спорную квартиру, в том числе, из-за опасений за свою жизнь и безопасность. Однако на уточняющий вопрос суда она пояснила, что реальных угроз в её адрес со стороны ФИО6 или иных лиц, зарегистрированных в квартире, не поступало, а также никаких инцидентов, создающих угрозу её жизни или здоровью, зафиксировано не было.

Суд первой инстанции отметил, что при наличии объективных оснований для опасений за личную безопасность граждане вправе обратиться в органы внутренних дел для защиты своих прав, однако ФИО2 в полицию не обращалась, не просила обеспечения охраны или принятия иных мер, что косвенно свидетельствует об отсутствии реальной угрозы. Таким образом, ссылка на «страх за свою жизнь» не подтверждена доказательствами и не может рассматриваться как обоснованное препятствие для реализации права на пользование жилым помещением или как уважительная причина длительного отсутствия в нём.

Суд отметил, что дети ФИО6 – ФИО7 и ФИО8 – были вселены в жилое помещение по адресу: 

<

адрес>, в полном соответствии с требованиями жилищного законодательства. На момент их вселения (в 2007 и 2014 годах соответственно) ФИО6 являлся лицом, сохраняющим статус члена семьи умершего нанимателя и фактически осуществлявшим пользование квартирой как единственное постоянно проживающее в ней лицо из числа родственников ФИО4 Поскольку на момент вселения детей других зарегистрированных и постоянно проживающих членов семьи в квартире не было, а ФИО2 к тому времени уже фактически утратила связь с жилым помещением, согласие на вселение было получено надлежащим образом или не требовалось в силу отсутствия иных участников жилищных правоотношений. Регистрация детей по месту жительства в спорной квартире, их непрерывное фактическое проживание на протяжении многих лет подтверждают законность их пользования помещением.

Что касается супруги ФИО6 – ФИО5, суд первой инстанции указал, что хотя она не зарегистрирована в спорной квартире, её проживание в ней не противоречит закону. В соответствии с частью 1 статьи 31 Жилищного кодекса РФ членами семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма признаются проживающие совместно с ним его супруг, а также дети и родители. При этом временное совместное проживание супруга с нанимателем (или лицом, сохраняющим право пользования) в отсутствие регистрации не является само по себе нарушением, если оно не ущемляет права иных законных пользователей жилого помещения. В данном случае других лиц, сохраняющих право пользования, в квартире не имеется, а факт совместного проживания семьи ФИО28 подтверждается как показаниями свидетелей, так и обстоятельствами ведения общего хозяйства. Таким образом, как вселение детей ФИО6, так и проживание его супруги в спорном жилом помещении являются законными и не подлежат оспариванию со стороны лица, утратившего право пользования данным жильём.

Исходя из изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу, что договор социального найма ответчик расторгла в добровольном порядке, поскольку она выехала на постоянное место жительства в другое жилье, обязанностей по добровольной оплате жилищно-коммунальных услуг она не исполняла, отсутствие ответчика в спорной квартире носит длительный характер – более 15 лет, что свидетельствует о ее добровольном расторжении договора социального найма, в связи с чем отказал в удовлетворении встречного иска ФИО2 в полном объеме.

С данными выводами суда первой инстанции судебная коллегия согласиться не может, поскольку они не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не подтверждены представленными в дело доказательствами.

Так, судом на основании показаний свидетелей ФИО23 и ФИО24 сделан вывод, что ФИО2 более 15 лет назад добровольно выехала из спорной квартиры в другое место жительства.

Однако ни ФИО23, ни ФИО24 не давали показаний ни об обстоятельствах выезда ФИО2 из спорного жилого помещения, ни о том, в какое иное постоянное место жительства она выехала, в силу чего данные обстоятельства не могли быть установлены судом на основании их показаний. Указанные лица свидетельствовали суду лишь о том, что они не слышали, чтобы ФИО2 пыталась вселиться в квартиру.

При этом в решении суда не получили надлежащей юридической оценки показания свидетеля ФИО25 – подруги по работе, согласно которым, она неоднократно приходила в гости к ФИО2, проживавшей сначала с бабушкой и дедушкой, а после их смерти – с двоюродным братом и его женой «тетей Галей», которая злоупотребляла спиртным, скандалила, нецензурно бранилась, не давала спокойно жить, постоянно выгоняла ФИО2 из дома. Был случай, когда в ее, ФИО25, присутствии т. Галя их чуть с лестницы не спустила. Когда ФИО2 выгнали из дома, она ей рассказывала об этом со слезами. В ДД.ММ.ГГГГ году ФИО2 попала в больницу после того как ее сбила машина, а после выписки из больницы жила на улице, на вокзале. После того как ФИО2 попала в больницу с инсультом, она, ФИО25, предлагала ей вернуться в спорную квартиру, но она отказалась, сказала, что не хочет идти против родственников, хоть и была обижена на них. Сейчас ФИО2 за символическую плату снимает комнату у подруги.

Таким образом, из показаний свидетеля ФИО25 установлено, что между ФИО2 и ФИО5 сложились конфликтные отношения, ФИО5 злоупотребляла спиртным, устраивала скандалы, создавала невыносимые условия для проживания ФИО2, постоянно выгоняла ФИО2 из квартиры, в том числе в присутствии свидетеля ФИО25 О выезде из спорного жилого помещения ФИО2 рассказывала ФИО25 со слезами, сообщив, что ее выгнали из квартиры.

Показания свидетеля ФИО25 полностью согласуются и подтверждают пояснения ФИО2, на которых она основывает свои возражения на первоначальный иск, о конфликтных отношениях с ФИО5, в результате действий которой она была вынуждена выехать из жилого помещения, а также об отсутствии у нее другого постоянного места жительства.

Показания свидетеля ФИО25 сторонами не оспорены, приняты судом первой инстанции в качестве допустимого доказательства, однако юридически значимые обстоятельства, сообщенные ФИО25, оставлены судом без какой-либо оценки, тогда как они с достоверностью подтверждают, конфликтный характер взаимоотношений между сторонами и вынужденный характер выезда ФИО2 из спорного жилого помещения.

Оценивая факт длительного непроживания ФИО2 в жилом помещении при отсутствии попыток вселения в него, судебная коллегия приходит к выводу, что данное обстоятельство также было связано с конфликтными отношениями.

Выводы суда первой инстанции о недоказанности ФИО2 наличия у нее опасений за личную безопасность (как основание длительного невселения), в связи с отсутствием обращений в органы внутренних дел для защиты своих прав, судебная коллегия находит необоснованными, несоответствующими фактическим обстоятельствам, поскольку из пояснений ФИО2 следует, что ее опасения за свою жизнь и здоровье были связаны не с физическими угрозами со стороны ФИО6 и его супруги ФИО5, а в связи с состоянием здоровья ФИО2, поскольку она является инвалидом с детства, перенесла инсульт, и в силу сложившихся конфликтных отношений переживала, что скандалами ответчики «вымотают ее морально», что приведет к негативным последствиям для ее здоровья в силу имеющихся заболеваний.

О сохранении конфликтных, недоброжелательных отношений со стороны ФИО28 по отношению к ФИО2 свидетельствуют и доводы искового заявления, в котором ФИО6 указывает, что ФИО2 ведет аморальный образ жизни, злоупотребляет алкогольными напитками, которые являются безосновательными, своего подтверждения в ходе рассмотрения дела не нашли (ст. 56 ГПК РФ).

При этом добрые, родственные чувства, которые ФИО2 вплоть до настоящего времени испытывает по отношению к семье двоюродного брата, не желая стеснять их своим присутствием в жилом помещении, не предъявляя к ним требования в порядке регресса о взыскании оплаченной задолженности, не опровергают факта ее вынужденного выезда из жилого помещения, вследствие созданных ей невыносимых условий для проживания.

Необоснованным является и вывод суда первой инстанции о недоказанности ФИО2 факта несения ею расходов по содержанию жилого помещения, со ссылкой на то, что оплата производилась не добровольно, а удерживалась в принудительном порядке судебным приставом-исполнителем на основании судебных приказов.

Действительно, значительная задолженность, образовавшаяся перед ресурсоснабжающими организациями по оплате коммунальных платежей за спорное жилое помещение, в котором фактически проживают и потребляют коммунальные ресурсы ФИО28, длительное время не исполняя своих обязанностей по договору социального найма, была взыскана солидарно с ФИО6 и ФИО2 на основании судебных приказов (л.д. 182-192 т. 1).

Однако ФИО6 ни в добровольном, ни в принудительном порядке задолженность не оплачивалась. Тогда как ФИО2 взысканные задолженности в рамках исполнительных производств погашены в размере 205.988 рублей 20 копеек (л.д. 65-68 т. 1, л.д. 16-20 т. 2), т.е. именно ФИО2 исполнена обязанность по оплате услуг ЖКХ.

Указывая на принудительное взыскание задолженности, судом не дано оценки тому обстоятельству, что задолженность удерживалась из доходов ФИО2 ежемесячными платежами, начиная с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ, т.е. на протяжении более шести лет ежемесячно, в течение которых ФИО2 не обращалась ни за отменой судебных приказов, ни за поворотом исполнения, поскольку, согласно пояснениям ФИО2, несмотря на проживание в квартире семьи брата, она признавала свою обязанность по уплате коммунальных услуг, в связи с наличием у нее регистрации в жилом помещении, что свидетельствует об исполнении ФИО2 обязанностей по договору социального найма, т.е. о сохранении в отношении себя прав и обязанностей члена семьи нанимателя.

Столь длительная ежемесячная оплата коммунальных платежей, хоть и на основании судебных актов, свидетельствует об исполнении ФИО2 обязанностей по договору социального найма, признании ею своих обязанностей, а соответственно, и прав по договору социального найма, от которых она не отказывалась.

Суд апелляционной инстанции обращает внимание, что вопреки выводам суда первой инстанции о частичном погашении ФИО2 задолженности по исполнительному производству, данный вывод опровергается справкой ПАО Сбербанк, согласно которой с ФИО2 взыскана задолженность в рамках исполнительных производств в размере 205.988 рублей 20 копеек, подлежит взысканию – 0 рублей (л.д. 19 оборот т. 2), т.е. задолженность погашена в полном объеме.

Судебная коллегия находит необоснованным и вывод суда первой инстанции, согласно которому о добровольном отказе от прав в отношении спорной квартиры свидетельствует характер и последовательность действий ФИО2, которая выехав из спорной квартиры, приобрела право собственности в отношении иного жилого помещения.

Из материалов дела следует, что в связи с конфликтными отношениями с истцами ФИО2 переехала к своей бабушке ФИО19 по адресу: 

<

адрес>. После смерти бабушки, ФИО2 вступила в права наследования на квартиру (свидетельство о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ), продала ее ДД.ММ.ГГГГ, а денежные средства, вырученные от продажи, разделила с тетей, исполнив волю своей бабушки.

Впоследствии ФИО2 проживала у своей крестной ФИО20, в приюте для людей, попавших в сложную жизненную ситуацию, впоследствии у знакомых за небольшую плату, т.е. иного места жительства ответчик не приобрела, а ее действия, вопреки выводам суда первой инстанции, являются не последовательными и целенаправленными, подтверждающими отказ от спорного жилого помещения, а являются вынужденными, связаны с исполнением воли бабушки, и с невозможностью вернуться в спорную квартиру ввиду конфликтных отношений.

Совокупность установленных по делу обстоятельств подтверждает, что ФИО2 вселена в спорное жилое помещение на законных основаниях, зарегистрирована в нем, с регистрационного учета не снималась, выезд из спорной квартиры носил вынужденный характер, интерес к спорному жилому помещению она не утратила, препятствием к вселению в квартиру являются конфликтные отношения, в силу которых ФИО2 опасается за ухудшение состояния ее здоровья, вследствие перенесенного ею инсульта, оплачивает коммунальные платежи, что с достоверностью свидетельствует о сохранении прав нанимателя жилого помещения, намерения использовать жилое помещения по договору социального найма, что она сохранил жилищный интерес в отношении спорного жилого помещения, что опровергает выводы суда первой инстанции о том, что ФИО2 отказалась от права пользования жилым помещением, в связи с чем суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что ФИО2, приобретя право пользования спорным жилым помещением на законных основаниях, данного права не утратила, ввиду чего основания для удовлетворения требований ФИО6 отсутствуют. С учетом изложенного решение суда первой инстанции в данной части подлежит отмене, с принятием нового решения об отказе в удовлетворении заявленных ФИО6 требований, с одновременным удовлетворением встречных требований ФИО2 о вселении в спорное жилое помещение.

ФИО2 заявлено ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности к требованиям ФИО6, разрешая которое, суд первой инстанции указал, что Гражданским кодексом Российской Федерации установлен срок исковой давности, который составляет три года со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Возникшие между сторонами правоотношения, регулируемые нормами жилищного законодательства, носят длящийся характер.

В соответствии с разъяснениями, указанными в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 года N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации", если в Жилищном кодексе Российской Федерации не установлены сроки исковой давности для защиты нарушенных жилищных прав, то к спорным жилищным отношениям применяются сроки исковой давности, предусмотренные Гражданским кодексом Российской Федерации (статьи 196, 197 Гражданским кодексом Российской Федерации), и иные положения главы 12 Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности (часть 1 статьи 7 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Положениями статьи 208 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что исковая давность не распространяется на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения.

Как разъяснено в пункте 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" исковая давность не распространяется на требования, прямо предусмотренные статьей 208 Гражданского кодекса Российской Федерации. К их числу относятся требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, если эти нарушения не были соединены с лишением владения, в том числе требования о признании права (обременения) отсутствующим.

На основании изложенных норм, суд первой инстанции пришел к выводу, что к спорным правоотношениям неприменимы последствия пропуска срока исковой давности в силу их длящегося характера.

Данный вывод суда первой инстанции постановлен при точном и правильном применении норм материального права, а доводы апеллянта в данной части подлежат отклонению, как несостоятельные, не основанные на нормах материального права.

Разрешая требования ФИО2 об определении порядка пользования жилым помещением, судебная коллегия полагает основания для их удовлетворения отсутствуют, поскольку действующим жилищным законодательством (Жилищным кодексом Российской Федерации, Правилами пользования жилыми помещениями, утвержденными Постановлением Правительства Российской Федерации от 21 января 2006 г. N 25) не предусмотрена возможность определения порядка пользования жилым помещением, занимаемым по договору социального найма, при отсутствии соглашения между нанимателем и членами его семьи и возникновении спора.

В отсутствие в жилищном законодательстве правовых норм, регулирующих отношения по определению порядка пользования жилым помещением, занимаемым на основании договора социального найма, невозможно применение к спорным правоотношениям по аналогии закона статьи 247 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Правоотношения между нанимателем жилого помещения и бывшими членами его семьи урегулированы, в частности, частью 4 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации, согласно которой, если гражданин перестал быть членом семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма, но продолжает проживать в занимаемом жилом помещении, за ним сохраняются такие же права, какие имеют наниматель и члены его семьи. Указанный гражданин самостоятельно отвечает по своим обязательствам, вытекающим из соответствующего договора социального найма.

Таким образом, наниматель и члены его семьи имеют равные права пользования жилым помещением по договору социального найма.

Определение порядка пользования спорным жилым помещением, а именно, закрепление за сторонами определенных комнат в муниципальном жилом помещении фактически является изменением договора социального найма жилого помещения, а изменение договора социального найма в данном случае Жилищным кодексом Российской Федерации не предусмотрено.

Отказывая в удовлетворении встречных требований ФИО2 о признании ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р. и ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р. утратившими право пользования спорным жилым помещением, суд первой инстанции верно исходил из того, что они были вселены в спорное жилое помещение в несовершеннолетнем возрасте, в связи с чем в соответствии с требованиями жилищного законодательства приобрели права членов семьи нанимателя.

Часть 1 статьи 38 Конституции Российской Федерации провозглашает, что материнство и детство, а также семья находятся под защитой государства.

Согласно пункту 2 статьи 20 Гражданского кодекса Российской Федерации местом жительства несовершеннолетних, не достигших четырнадцати лет, или граждан, находящихся под опекой, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

В силу части 2 статьи 69 Жилищного кодекса Российской Федерации члены семьи нанимателя жилого помещения по договору социального найма имеют равные с нанимателем права и обязанности.

В соответствии с частью 3 статьи 83 Жилищного кодекса Российской Федерации в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда.

По смыслу указанных норм права несовершеннолетние дети приобретают право на жилое помещение, определяемое им в качестве места жительства соглашением родителей, форма которого законом не установлена. Заключение такого соглашения, одним из доказательств чего является регистрация ребенка в жилом помещении, выступает предпосылкой приобретения ребенком права пользования конкретным жилым помещением, возникающего независимо от факта вселения ребенка в такое жилое помещение.

Как верно указал суд, ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ г.р. и ФИО8, ДД.ММ.ГГГГ г.р. вселены в жилое помещение в несовершеннолетнем возрасте, приобрели право пользования спорным жилым помещением по договору социального найма в качестве члена семьи своего отца, данное место жительство определено им соглашением родителей; они вселены в жилое помещение и проживают в нем.

Доводы апеллянта о том, что на их вселение она, ФИО2, не давала своего согласия, при этом дети могут проживать со своей матерью ФИО5 по адресу: 

<

адрес>, основаны на неверном применении выше приведенных норм права, согласно которым место жительства несовершеннолетних детей определяется соглашением их родителей. При этом в силу ч. 1 ст. 70 ЖК РФ на вселение к родителям их несовершеннолетних детей не требуется согласие остальных членов семьи нанимателя и согласие наймодателя. Следовательно, на вселение ФИО7 и ФИО8 согласие ФИО2 не требовалось. При указанных обстоятельствах суд первой инстанции законно и обоснованно отказал в удовлетворении требований ФИО2 в данной части.

Выводы суда первой инстанции при разрешении требований о выселении супруги ФИО6 – ФИО5 постановлены при неправильном применении норм материального права, что привело к принятию решения, подлежащего отмене.

В соответствии с ч. 1 ст. 70 ЖК РФ наниматель с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, вправе вселить в занимаемое им жилое помещение по договору социального найма своего супруга, своих детей и родителей или с согласия в письменной форме членов своей семьи, в том числе временно отсутствующих членов своей семьи, и наймодателя - других граждан в качестве проживающих совместно с ним членов своей семьи.

Вселение в жилое помещение граждан в качестве членов семьи нанимателя влечет за собой изменение соответствующего договора социального найма жилого помещения в части необходимости указания в данном договоре нового члена семьи нанимателя (ч. 2 ст. 70 ЖК РФ).

В пункте 14 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3 (2025)" (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 08.10.2025) обращено внимание судов, что необходимым условием признания законным вселения другого лица в жилое помещение, занимаемое нанимателем по договору социального найма, является согласие нанимателя, членов его семьи, наймодателя на его вселение.

В пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 2 июля 2009 г. N 14 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации" разъяснено, что если на вселение лица в жилое помещение не было получено письменного согласия нанимателя и (или) членов семьи нанимателя, а также согласия наймодателя, когда оно необходимо (часть 1 статьи 70 ЖК РФ), то такое вселение следует рассматривать как незаконное и не порождающее у лица прав члена семьи нанимателя на жилое помещение.

Таким образом, необходимыми условиями признания законным вселения другого лица в жилое помещение, занимаемое нанимателем по договору социального найма, являются согласие нанимателя, членов его семьи, наймодателя на его вселение и изменение договора социального найма с указанием в нем такого лица.

Из материалов дела следует, что нанимателем спорного жилого помещения является ФИО6 В качестве членов его семьи в жилое помещение вселены его дети ФИО7, ФИО8, а также двоюродная сестра ФИО2

В установленном законом порядке согласие наймодателя (Департамента управления имуществом г.о. Самара), а также члена семьи ФИО2 на вселение в жилое помещение ФИО5 получено не было, в договор социального найма соответствующие изменения не внесены, а следовательно, ФИО5 проживает в спорном жилом помещении при отсутствии законных оснований.

Одновременно с этим судебная коллегия принимает во внимание, что ФИО5 имеет постоянную регистрацию по иному адресу: 

<

адрес>52.

Вывод суда первой инстанции о том, что временное совместное проживание супруга с нанимателем (или лицом, сохраняющим право пользования) в отсутствие регистрации не является само по себе нарушением, если оно не ущемляет права иных законных пользователей жилого помещения сделан без ссылок на нормы права, допускающие такое проживание, при этом прямо противоречит выше приведенным нормам закона.

Кроме того, вопреки выводам суда, проживание ФИО5 в спорном жилом помещении грубо нарушает законные права ФИО2, т.к. именно вследствие конфликтов и скандалов, учиняемых ФИО5, ФИО2 была вынуждена выехать из квартиры и до настоящего времени не может использовать ее для проживания, при этом единолично с 2019 года несет расходы по оплате коммунальных платежей, потребляемых семьей ФИО28.

С учетом установленных обстоятельствах, требования ФИО2 о выселении ФИО5 являются законными и подлежат удовлетворению, а решение суда первой инстанции в данной части подлежит отмене.

Исходя из ч. 1 ст. 88, ч. 1 ст. 98 ГПК РФ суд первой инстанции взыскал с ФИО2 в пользу ФИО6 расходы на оплату услуг представителя в сумме 25.000 рублей и государственной пошлины в размере 3.000 рублей.

Поскольку апелляционным определением в удовлетворении требований ФИО6 отказано в полном объеме, решение суда первой инстанции в части взыскания с ФИО2 судебных расходов также подлежит отмене, с принятием нового решения об отказе в удовлетворении требований.

При указанных выше обстоятельствах судебная коллегия приходит к выводу об отмене решения суда первой инстанции, в связи с несоответствием выводов суда первой инстанции, изложенных в решении, обстоятельствам дела, неправильном применении норм материального права, с принятием нового решения об отказе в удовлетворении требований ФИО6 и о частичном удовлетворении встречных требований ФИО2

Руководствуясь ст. 327-330 ГПК РФ, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

Решение Советского районного суда г. Самары от 31.10.2025 отменить.

Постановить по делу новое решение, которым удовлетворении исковых требований ФИО6 к ФИО2 о признании утратившей право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета – отказать.

Встречные исковые требования ФИО2 удовлетворить частично.

Вселить ФИО2 (паспорт № №) в жилое помещение по адресу: 

<

адрес>.

Обязать ФИО6 (СНИЛС №) предоставить ФИО2 ключи от входной двери в жилое помещение по адресу: 

<

адрес>.

Выселить ФИО5 (паспорт № №) из жилого помещения по адресу: 

<

адрес>.

В удовлетворении встречных требования ФИО2 в остальной части – отказать.

Определение суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его вынесения и может быть обжаловано в Шестой кассационный суд общей юрисдикции в течение трех месяцев через суд первой инстанции.

Мотивированное апелляционное определение составлено 29 января 2026 года.

Председательствующий

Судьи