РЕШЕНИЕ

г. Иркутск 11 мая 2018 года

Свердловский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Смирнова А.В.,

с участием ФИО1, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, и его защитника КириевскойН.А., 

рассмотрев дело по жалобе ФИО1 на постановление мирового судьи судебного участка № 12 Свердловского района г. Иркутска от 24февраля 2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч. 1 ст. 12.26 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в отношении ФИО1, 

<

Дата обезличена> года рождения,

УСТАНОВИЛ:

постановлением мирового судьи судебного участка № 12 Свердловского района г. Иркутска от 24 февраля 2018 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30000 рублей с лишением права управления транспортными средствами сроком на 1 год 7 месяцев.

Не согласившись с указанным постановлением, ФИО1 обжаловал его в Свердловский районный суд г. Иркутска. 

В своей жалобе просит указанное постановление отменить, так как считает его незаконным и необоснованным, производство по делу об административном правонарушении в отношении него прекратить. 

В дополнении к своей жалобе указал, что согласно имеющимся в деле доказательствам невозможно установить время его отказа от выполнения требования сотрудника ГИБДД о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, на видеозаписи время не отражено, а указанное напротив каждого файла время не соответствует времени, указанному в протоколе об административном правонарушении. Таким образом, протокол об административном правонарушении является недопустимым доказательством. На видеозаписи не зафиксированы наименование и номер технического средства измерения, а также процедура составления протоколов. Кроме того, сотрудник ГИБДД автомашину не останавливал, поскольку она не двигалась, а также фактически не отстранял его от управления транспортным средством.

В судебном заседании ФИО1 и его защитник Кириевская Н.А. поддержали доводы, изложенные в жалобе, и просил её удовлетворить.

Защитник дополнительно пояснила, что протоколы об отстранении её подзащитного от управления транспортным средством, о направлении его на медицинское освидетельствование на состояние опьянения и об административном правонарушении, являются недопустимыми доказательствами, так как инспектор ГИБДД транспортное средство не останавливал, ФИО1 от управления не отстранял, рапорт о передаче сотрудником ППС ФИО1 инспектору ГИБДД для производства по делу об административном правонарушении, в материалах дела отсутствует. Время совершения административного правонарушения не установлено и неправильно указано в процессуальных документах по делу. Кроме того, объективных доказательств того, что ФИО1 управлял транспортным средством в материалах дела не имеется, показания допрошенных в суде свидетелей противоречат друг другу, инспектор ППС заинтересован в исходе дела, в связи с чем его показания нельзя признать достоверными.

Изучив материалы дела об административном правонарушении с учётом требований ч. 3 ст. 30.6 КоАП РФ, проверив изложенные в жалобе доводы, выслушав участвующих в деле лиц, суд приходит к следующим выводам.

Согласно ст. 24.1 КоАП РФ, задачами производства по делам об административных правонарушениях являются всестороннее, полное, объективное и своевременное выяснение обстоятельств каждого дела, разрешение его в соответствии с законом.

На основании п. 2.3.2 Правил дорожного движения Российской Федерации, утверждённых Постановлением Совета министров – Правительства Российской Федерации от 23 октября 1993 года № 1090, водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, уполномоченных на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Административная ответственность за невыполнение водителем транспортного средства законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, установлена ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

В соответствии с ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ лицо, которое управляет транспортным средством соответствующего вида и в отношении которого имеются достаточные основания полагать, что это лицо находится в состоянии опьянения подлежит освидетельствованию на состояние алкогольного опьянения в соответствии с ч. 6 настоящей статьи. При отказе от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо несогласии указанного лица с результатами освидетельствования, а равно при наличии достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, и отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения указанное лицо подлежит направлению на медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Нормы раздела III Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утверждённых постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 475, воспроизводят указанные в ч. 1.1 ст.27.12 КоАП РФ обстоятельства, являющиеся основанием для направления водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, и устанавливают порядок направления его на данное освидетельствование.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 октября 2006 года № 18 «О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях» основанием привлечения к административной ответственности по ст. 12.26 КоАП РФ является зафиксированный в протоколе об административном правонарушении отказ лица от прохождения медицинского освидетельствования на состояние опьянения, заявленный как непосредственно должностному лицу ГИБДД, так и медицинскому работнику. 

При рассмотрении таких дел необходимо проверять наличие законных оснований для направления водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, а также соблюдение установленного порядка направления на медицинское освидетельствование. 

Обстоятельства, послужившие законным основанием для направления водителя на медицинское освидетельствование, должны быть указаны в протоколе о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (ч. 4 ст. 27.12 КоАП РФ) и в протоколе об административном правонарушении, как относящиеся к событию административного правонарушения (ч. 2 ст. 28.2 КоАП РФ).

Указанные требования нормативных правовых актов при производстве по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 сотрудником ГИБДД и мировым судьёй было соблюдено. 

Согласно материалам дела, 

<

Дата обезличена> в 6 часов 40 минут около 

<

адрес обезличен>, являясь водителем транспортного средства Форд Фокус, государственный регистрационный знак 

<

Номер обезличен>, ФИО1, имея признак опьянения в виде запаха алкоголя изо рта, не выполнил законное требование инспектора ГИБДД о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения. 

Виновность ФИО1 в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, подтверждается совокупностью исследованных судом доказательств, а именно:

- протоколом об отстранении ФИО1 от управления транспортным средством (л.д. 9), из которого следует, что водитель О.П.ВБ. был отстранён от управления транспортным средством в связи с наличием у него признака алкогольного опьянения в виде запаха алкоголя изо рта; 

- протоколом о направлении ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (л.д. 

<

Номер обезличен>), согласно которому ФИО1 был направлен на медицинское освидетельствование на состояние опьянения в связи с отказом от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения на месте с применением технического средства измерения;

- протоколом об административном правонарушении (л.д. 

<

Номер обезличен>), в котором зафиксированы обстоятельства совершения ФИО1 административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

С данным протоколом ФИО1 был ознакомлен, копию получил, что зафиксировано на видеозаписи. При этом, имея такую возможность, каких-либо замечаний по содержанию протокола или порядка проведения в отношении него процессуальных действий, в том числе о том, что транспортным средством не управлял, не указал. В графе объяснения лица, в отношении которого возбуждено дело об административном правонарушении указал только, что не пил;

- показаниями свидетеля ФИО2 (л.д. 

<

Номер обезличен>), подтвердившего, что водитель ФИО1, у которого имелся признак опьянения в виде запаха алкоголя изо рта, отказался от освидетельствования на состояние алкогольного опьянения и от медицинского освидетельствования на состояние опьянения;

- приобщённой к делу видеозаписью (л.д. 

<

Номер обезличен> на которой в соответствии с ч. 6 ст. 25.7 КоАП РФ зафиксировано совершение процессуальных действий по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1, о чём сделана запись в соответствующих процессуальных документах.

Согласно указанной видеозаписи порядок направления ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, утверждённый Постановлением Правительства Российской Федерации от 26 июня 2008 года № 475, сотрудником ГИБДД был соблюдён, нарушений процессуальных требований КоАП РФ сотрудником ГИБДД не допущено, кого-либо давления на ФИО1 им не оказывалось, его права не ограничивались. 

Вопреки доводам стороны защиты, действующим законодательством не предусмотрена обязанность должностного лица, уполномоченного на осуществление федерального государственного надзора в области безопасности дорожного движения, фиксировать каким-либо образом наименование и номер технического средства измерения, при отказе водителя от выполнения законного требования о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения.

Также не предусмотрена обязанность должностного лица фиксировать процедуру составления процессуальных документов, ч. 6 ст. 25.7 КоАП РФ предусмотрена лишь фиксация совершения самих процессуальных действий.

Все исследованные по делу доказательства были оценены мировым судьёй на предмет относимости, допустимости и достаточности для разрешения дела в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ.

Согласно ответу командира ОБППСП МУ МВД России «Иркутское» от 

<

Дата обезличена>, на запрос суда, сделанному по ходатайству стороны защиты, 

<

Дата обезличена> автомобиль ...., государственный регистрационный знак 

<

Номер обезличен> 38, был остановлен инспекторами ППСП ФИО3 и ФИО4

Допрошенный при рассмотрении судом жалобы на постановление по делу об административном правонарушении свидетель ФИО3 пояснил, что в зимний период в тёмное время суток, точно время он не помнит, в районе 

<

адрес обезличен> был остановлен автомобиль ...., тёмного цвета. Данный автомобиль привлёк внимание тем, что двигался с нарушением Правил дорожного движения, а именно: петлял по дороге, не использовал поворотники и у него не были включены световые приборы. Данным автомобилем управлял невысокий мужчина, среднего телосложения, возрастом около 40 лет, был одет в тёмную одежду. Этот мужчина в автомобиле был один. В ходе общения у данного водителя им были установлены признаки опьянения в виде запаха алкоголя изо рта, нарушения речи и неустойчивости позы. Водитель также пояснил, что поругался с подругой, выпил и поехал. Он попросил предъявить документы – все документы были в порядке, после чего по рации через дежурную часть им был вызван экипаж ГИБДД. Когда подъехал экипаж ГИБДД водитель сел к ним в машину, он написал рапорт, где подробно указал обстоятельства произошедшего, передал его сотрудникам ГИБДД и они уехали, продолжили выполнять свои должностные обязанности по патрулированию территории. 

При предъявлении имеющейся в деле копии паспорта ФИО1, где имеется его фотография, свидетель ФИО3 пояснил, что лицо на фотографии похоже на того человека, который управлял автомобилем Форд, остановленным им при указанных обстоятельствах. Кроме того, при предъявлении имеющейся в деле копии служебного удостоверения инспектора ФИО2, где имеется его фотография, свидетель ФИО3 пояснил, что именно этот инспектор прибыл по его вызову. 

Оснований не доверять показаниям свидетеля ФИО3, который был предупреждён судом об ответственности за заведомо ложные показания, являющегося сотрудником правоохранительных органов, выполнявшим свои должностные обязанности, суд не усматривает, как и оснований полагать, что он оговорил ФИО1, поскольку тот ему ранее не знаком, причин, свидетельствующих о наличии у него оснований для оговора О.П.ВБ., не установлено. 

Показания свидетеля ФИО3 согласуются с другими доказательствами по делу, существенных противоречий относительно обстоятельств, подлежащих выяснению по делу об административном правонарушении, в показаниях данного свидетеля, не имеется.

Согласно ответу командира ОБДПСП ГИБДД МУ МВД России «Иркутское» от 

<

Дата обезличена>, на запрос суда, сделанному по ходатайству стороны защиты, в тетради для записи дежурного за 

<

Дата обезличена> записи о сообщении сотрудника ОБППСП МУ МВД России «Иркутское» о задержании автомобиля марки ...., государственный регистрационный знак 

<

Номер обезличен>, не имеется.

Показания допрошенных в судебном заседании свидетелей П. и ФИО5, которые пояснили, что в машине их было трое, ФИО1 транспортным средством не управлял, машиной управляла ФИО5, суд полагает недостоверными, поскольку данные свидетели являются знакомыми лица, в отношении которого ведётся производство по делу об административном правонарушении, и их показания противоречат совокупности других доказательств по делу, в том числе показаниям свидетелей ФИО2 и ФИО3, а также видеозаписи, согласно которой при оформлении сотрудником ГИБДД процессуальных документов по делу ФИО1 не сообщал им о незаконности привлечения его к административной ответственности, так как транспортным средством он не управлял. Более того, на вопрос инспектора ГИБДД пояснил: «....».

Позицию ФИО1, который свою вину не признаёт и утверждает, что незаконно привлечён к административной ответственности, поскольку транспортным средством не управлял, суд также полагает недостоверной, так как данная позиция появилась у защиты только при подаче жалобы на постановление по делу об административном правонарушении и опровергается совокупностью исследованных судом доказательств. 

При таких обстоятельствах, оценив в соответствии с положениями ст.26.11 КоАП РФ все имеющиеся по делу доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности, суд приходит к выводу, что доводы стороны защиты о том, что в действиях ФИО1 отсутствует состав административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, поскольку он транспортным средством не управлял, являются несостоятельными.

Учитывая изложенное, действия ФИО1 правильно квалифицированы мировым судьёй по ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ.

Наказание ФИО1 назначено в пределах санкции ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, с учётом характера совершённого им административного правонарушения, данных о его личности, а также отсутствия смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств.

Нарушений процессуальных требований, предусмотренных КоАП РФ, препятствовавших полно и объективно рассмотреть дело и влекущих отмену постановления мирового судьи, по делу не установлено.

Протокол об административном правонарушении и другие процессуальные документы по делу составлены в соответствии с требованиями КоАП РФ и содержат все сведения, необходимые для разрешения дела по существу.

Доводы защиты о том, что время совершения ФИО1 административного правонарушения не установлено, в связи с чем протокол об административном правонарушении и протокол об отстранении от управления транспортным средством являются недопустимыми доказательствами, проверялся мировым судом и обоснованно был отвергнут как несостоятельный, противоречащий материалам дела.

Довод защиты о том, что указанное напротив каждого файла, содержащего видеозапись, на которой зафиксировано совершение процессуальных действий по делу об административном правонарушении в отношении ФИО1 время не соответствует времени, указанному в протоколе об административном правонарушении, нельзя признать состоятельным, поскольку это время создания файла на персональном компьютере, а не время, когда данная запись непосредственно была сделана.

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности вынесено мировым судьёй в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст.4.5 КоАП РФ для данной категории дел.

При таких обстоятельствах, оснований для удовлетворения жалобы ФИО1, отмены постановления мирового судьи по делу об административном правонарушении и прекращения производства по делу, не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ, 

РЕШИЛ:

постановление мирового судьи судебного участка № 12 Свердловского района г. Иркутска от 24 февраля 2018 года по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 12.26 КоАП РФ в отношении О.П.ВБ., оставить без изменения, жалобу ФИО1 без удовлетворения.

Настоящее решение вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано и (или) опротестовано в порядке, предусмотренном ст.30.12, 30.14 КоАП РФ.

Судья Смирнов А.В.

Копия верна.