66RS0006-01-2024-005541-66

2-324/2025 (2-5871/2024) 

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Екатеринбург 16 января 2025 года 

Орджоникидзевский районный суд города Екатеринбурга в составе председательствующего судьи Лащеновой Е.А. при секретаре Кузнецовой И.В. с участием помощника прокурора Зиновьевой Е.В. рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3 к ФИО2, ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1, ФИО3 обратились с иском к ФИО2 о взыскании компенсации морального вреда. В обоснование иска указано, что 29 июля 2022 года в 13:40 часов в г. Верхняя Пышма на автодороге Верхняя Пышма-Невьянск 6 км. 240 м. ФИО2, управляя автомобилем ВАЗ 21150, государственный регистрационный знак 

<

 № > в нарушение п. 11.1 Правил дорожного движения Российской Федерации совершил обгон попутно движущегося транспортного средства с выездом на полосу, предназначенную для встречного движения, не убедившись, что полоса, на которую он выехал, свободна на достаточном для обгона расстоянии, допустил столкновение с автомобилем Мицубиси Галант, государственный регистрационный знак 

<

 № >, под управлением ФИО1, в результате которого ФИО4 причинен средней тяжести вред здоровью. ФИО1 находился на стационарном лечении в ГАУЗ СО «Верхнепышминская ЦГБ им ФИО5» с 29 июля 2022 года по 26 сентября 2022 года. Согласно заключениям судебно-медицинского эксперта 

<

 № > от 04 октября 2022 года 

<

 № > от 06 декабря 2022 года (дополнительная экспертиза) при обращении за медицинской помощью 29 июля 2022 года (при поступлении в стационар), дальнейшем обследовании и лечении у ФИО1 были выявлены повреждения 

<

 данные изъяты >. Произведен остеосинтез левой глени АВФ аппаратом ФИО6.

В сведениях о водителях и транспортных средствах, участвовавших в дорожно- транспортном происшествии, от 29 июля 2022 года указана пассажир ФИО3, 

<

 дд.мм.гггг > года рождения, получила травмы. ФИО3 обращалась за амбулаторной помощью 29 июля 2022 года в ГАУЗ СО «Верхнепышминская ЦГБ им ФИО5», в ГАУЗ СО «ГКБ № 14» 02 августа 2022 года, 07 августа 2022 года, диагноз: 

<

 данные изъяты > в результате дорожно-транспортного происшествия». Согласно заключению эксперта 

<

 № > от 04 октября 2022 года при осмотре 04 октября 2022 года у ФИО3 видимых телесных повреждений и их следов не обнаружено. При обращении за медицинской помощью 29 июля 2022 года последующем наблюдении и обследовании у ФИО3 был выставлен диагноз 

<

 данные изъяты >. Гематома левой руки до сих пор не проходит. После дорожно-транспортного происшествия ФИО3 испытывает постоянный страх, плачет, переживает за свое здоровье, плохо спит.

09 февраля 2023 года Верхнепышминским городским судом вынесено постановление о назначении административного наказания в отношении ФИО2, признанного виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В результате травмы истцам были причинены физические и нравственные страдания, которые заключаются в перенесении физической боли в длительном лечении. Истец ФИО1 свои физические и нравственные страдания оценивает в размере 1 500 000 рублей, истец ФИО3 в размере 500000 рублей. На основании изложенного, истцы просят взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда 1 500 000 рублей, в пользу ФИО3 500000 рублей. 

Определением суда от 10 декабря 2024 года к производству суда принято требование истца ФИО3 о взыскании с ФИО2 и ФИО1 солидарно в пользу ФИО3 компенсации морального вреда в размере 500000 рублей. 

В обоснование исковых требований, истец ФИО3 указала, что 19 июля 2022 года на автодороге Верхняя Пышма - Невьянск (6 км) произошло дорожно-транспортное происшествие - лобовое столкновение двух машин. Водитель ФИО2, управляя автомобилем ВАЗ 21150 государственный номер 

<

 № >, выехал на полосу встречного движения и совершил столкновение со встречно-движущимся автомобилем Мицубиси Галант, государственный номер 

<

 № > под, управлением ФИО1 (мужа истца), где в автомобиле находилась истец ФИО3 29 июля 2022 года в результате дорожно-транспортного происшествия истец и ее муж были доставлены и госпитализированы в «Верхнепышминскую ЦГБ». От удара, столкновения машин лобовое стекло разлетелось вдребезги, мелкие осколки воткнулись истцу ФИО3 в лицо, она успела зажмуриться, и стекла не попали ей в глаза, но лицо было все иссечено осколками, дыхание перехватило. Когда истца ФИО3 и ее мужа привезли в больницу, у нее переломов не было обнаружено, но были обширные гематомы на руке, животе, груди, на лице, тошнота, боли в груди, было больно дышать. После дорожно-транспортного происшествия у истца ФИО3 постоянное чувство страха, бессонница, постоянное стрессовое состояние. При рассмотрении административного дела Верхнепышминским городским судом в отношении ФИО2, истец ФИО3 из потерпевшей стала свидетелем, ФИО2 после дорожно-транспортного происшествия никогда не предлагал ей какую-либо помощь, ни материальную, ни моральную, ни разу не позвонил, не извинился. Из-за действий ответчика ей причинено много боли, болезни, страданий. На основании изложенного просит взыскать компенсацию морального вреда с ФИО2 и ФИО1 солидарно в свою пользу 500 000 рублей (л.д. 130-131).

Истец ФИО3 в судебном заседании исковые требования поддержала в полном объеме, просила удовлетворить, ранее данные пояснения поддержала. Суду пояснила, что до сих пор испытывает чувство страха, имеются проблемы со сном.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержал в полном объеме, просил удовлетворить, ранее данные пояснения поддержал. Суду пояснил, что клапан в сердце вставлен в результате полученной травмы в дорожно-транспортном происшествии, однако нигде в экспертизе это не отражено, с чем он не согласен. 

Представитель истцов ФИО7, действующая на основании доверенности (л.д. 55), в судебном заседании исковые требования с учетом уточнения поддержала в полном объеме. Суду пояснила, что доводы о возникновении у истца ФИО3 онкологического заболевания вследствие дорожно-транспортного происшествия не поддерживают и не вкладывают в качестве основания для взыскания компенсации морального вреда. Была проведена консультация с врачом, который сообщил, что до настоящего времени причины возникновения онкологических заболеваний точно не установлены и связь заболевания истца с дорожно-транспортным происшествием установить не смогут. Вина ответчика в дорожно-транспортном происшествии установлена и доказана. С момента аварии и до сегодняшнего дня никаким образом ответчик свою вину не загладил, ни звонком, ни посещением в больницу, ни материально. Указала, что заявленные истцами требования о компенсации морального вреда соразмерны причинным истцам физическим и нравственным страданиям. 

Ответчик ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, о причинах неявки суд не уведомлен, направил в суд своего представителя ФИО8

Представитель ответчика ФИО8, действующий на основании доверенности (л.д. 48) в судебном заседании исковые требования в части размера компенсации морального вреда полагал необоснованными, указав в обоснование возражений, что ответчик не отрицает своей вины в дорожно-транспортном происшествии, его вина явно доказана. Со слов доверителя он не рассчитал скорость, понадеялся, что совершит обгон. Транспортное средство принадлежит ФИО2, его гражданская ответственность не была застрахована. С исковыми требованиями не согласны в части размера компенсации морального вреда, полагает, что размер компенсации морального вреда должен быть соразмерен тем повреждениям, которые имеются, и исходить из принципов справедливости и разумности. Ответчик работает, при этом выплачивает тот размер ущерба, который причинен автомобилю истца, кроме того, он снимает квартиру в Екатеринбурге и у него остается мало денег, чтобы жить. Такая сумма, которую просят взыскать истцы, не под силу ответчику. Заявленный размер в 1500 000 рублей за вред средней тяжести не соразмерен. На основании изложенного, просил снизить размер компенсации морального вреда в пользу ФИО1 до 150000 рублей, в пользу ФИО3 до 50000 рублей. 

Суд с учетом мнения участвующий в судебном заседании лиц, в соответствии с ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации определил дело рассмотреть в отсутствие ответчика.

Помощник прокурора Зиновьева Е.В. при даче заключения по делу указала, что в рамках рассмотрения данного дела установлен факт причинения ФИО1 вреда здоровью средней тяжести в результате дорожно-транспортного происшествия, что повлекло и нравственные страдания, выразившиеся в длительном лечении, неудовлетворительном самочувствии, в связи с чем исковые требования подлежат частичному удовлетворению в сумме 900000 рублей. Также установлено, что у ФИО3 имеются повреждения – ушибы, иные повреждения медицинскими документами не подтверждены, в связи с чем требования подлежат частичному удовлетворению в размере 100 000 рублей.

Заслушав истцов, представителя истцов, представителя ответчика, исследовав материалы гражданского дела и материалы дела № 5-8/2023 об административном правонарушении, предусмотренном ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в отношении ФИО2, заслушав заключение прокурора, оценив все представленные доказательства в их совокупности по правилам ст. 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующему.

Жизнь и здоровье относится к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита должна быть приоритетной (ст. 3 Всеобщей декларации прав человека и ст. 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах). Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации. При этом возмещение морального вреда должно быть реальным, а не символическим.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации. Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (ч. 2 ст. 17 Конституции Российской Федерации). Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст. 18 Конституции Российской Федерации).

В силу п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Согласно со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (ст. 1064 - 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По общему правилу, установленному п. п. 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 11 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» по общему правилу, установленному п. п. 1 и 2 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины.

Установленная ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Согласно ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса. Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Владельцы источников повышенной опасности солидарно несут ответственность за вред, причиненный в результате взаимодействия этих источников (столкновения транспортных средств и т.п.) третьим лицам по основаниям, предусмотренным пунктом 1 настоящей статьи (ч. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из положений ст. 151, п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Причинение вреда жизни или здоровью гражданина умаляет его личные нематериальные блага, влечет физические или нравственные страдания, потерпевший, наряду с возмещением причиненного ему имущественного вреда, имеет право на компенсацию морального вреда при условии наличия вины причинителя вреда. При этом следует иметь в виду, что, поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

В силу ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

При этом, согласно ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что постановлением судьи Верхнепышминского городского суда Свердловской области от 09 февраля 2023 года ФИО2 был признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год 9 месяцев (л.д. 7-9). 

Данное постановление не было обжаловано и вступило в законную силу. 

Часть 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях предусматривает административную ответственность за нарушение Правил дорожного движения или правил эксплуатации транспортного средства, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью потерпевшего.

Названным выше судебным актом установлено, что 29 июля 2022 года в 13:40 часов в г. Верхняя Пышма на автодороге Верхняя Пышма – Невьянск 6 км. 240 м. ФИО2, управляя автомобилем ВАЗ 21150 государственный регистрационный знак 

<

 № >, в нарушение п. 11.1 Правил дорожного движения Российской Федерации совершил обгон попутно движущегося транспортного средства с выездом на полосу, предназначенную для встречного движения, не убедившись, что полоса, на которую он выехал, свободна на достаточном для обгона расстоянии, допустил столкновение с автомобилем Мицубиси Галант государственный регистрационный знак 

<

 № >, под управлением ФИО1, в результате которого ФИО4 причинен средней тяжести вред здоровью, пассажирам автомобиля ВАЗ 21150 государственный регистрационный знак 

<

 № > Л.Е.Е. причинен средней тяжести вред здоровью, Б.Т.В. – легкий вред здоровью.

Суд пришел к выводу, что вина ФИО2 подтверждается протоколом об административном правонарушении, рапортом, определением о возбуждении дела об административном правонарушении, протоколом осмотра места происшествия, схемой, фототаблицей, сведениями о водителях и транспортных средствах, письменными объяснениями участников дорожно-транспортного происшествия и свидетелей, заключениями судебно-медицинских экспертов.

Оснований не доверять данным доказательствам суд не усмотрел и оценив представленные доказательства в совокупности, пришли к выводу о доказанности факта нарушения ФИО2 Правил дорожного движения, повлекшее причинение средней тяжести вреда здоровью, в том числе ФИО1, квалифицировал действия ФИО2 по ч. 2 ст. 12.24 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, и учитывая характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности виновного, его имущественное положение, определил наказание в виде лишения права управления транспортными средствами на срок 1 год 9 месяцев.

Таким образом, факт совершения ответчиком ФИО2 при управлении транспортным средством дорожно-транспортного происшествия 29 июля 2022 года в 13:40 часов на автодороге Верхняя Пышма – Невьянск 6 км. в виде столкновения с транспортным средством Мицубиси Галант государственный регистрационный знак 

<

 № >, под управлением ФИО1, который в результате дорожно-транспортного происшествия получил повреждения квалифицированные как вред здоровью средней тяжести, установлен постановлением от 09 февраля 2023 года и не подлежит доказыванию.

Факт причинения вреда здоровью ФИО1 подтверждается заключением эксперта 

<

 № > от 14 октября 2022 года (дело № 5-8/2023 л.д. 67-68), из выводов которого следует, что из представленной истории болезни при обращении за медицинской помощью 29 июля 2022 года (при поступлении в стационар), дальнейшем обследовании и лечении у ФИО1 были выявлены повреждения: 

<

 данные изъяты >. Указанные повреждения составляют комплекс сочетанной механической травмы головы, туловища, конечностей, давностью причинения, судя по отдельным морфологическим признакам, указанным в представленной медицинской документации, не более 1 суток до момента поступления потерпевшего в ЛПУ и его обследования 29 июля 2022 года. Выявленные повреждения могли быть причинены в результате травмирования (ударов, давления, сдавливания) твердым тупым предметом (предметами), в том числе, при травмировании частями салона автотранспортного средства в результате ДТП. Повреждения, составляющие комплекс сочетанной механической травмы оцениваются в совокупности, по признаку длительности расстройства здоровья, сроком свыше 21 дня, расцениваются как повреждения, причинившие средней тяжести вред здоровью человека.

Согласно заключению эксперта 

<

 № > от 07 декабря 2022 года (л.д. 11-15, дело № 5-8/2023 л.д. 70-72) при осмотре 07 декабря 2022 года у ФИО1 был выявлен 

<

 данные изъяты >. Рубец является исходом заживления повреждения (раны), давностью образования свыше 1 месяца, но не более полугода до момента осмотра потерпевшего 07 декабря 2022 года. при обращении за медицинской помощью 29 июля 2022 года (при поступлении в стационар), дальнейшем обследовании и лечении у ФИО1 были выявлены повреждения: 

<

 данные изъяты >. Указанные повреждения составляют комплекс сочетанной механической травмы головы, туловища, конечностей, давностью причинения, судя по отдельным морфологическим признакам, указанным в представленной медицинской документации, не более 1 суток до момента поступления потерпевшего в ЛПУ и его обследования 29 июля 2022 года. Выявленные повреждения могли быть причинены в результате травмирования (ударов, давления, сдавливания) твердым тупым предметом (предметами), в том числе, при травмировании частями салона автотранспортного средства в результате ДТП. Повреждения, составляющие комплекс сочетанной механической травмы оцениваются в совокупности, по признаку длительности расстройства здоровья, сроком свыше 21 дня, расцениваются как повреждения, причинившие средней тяжести вред здоровью человека.

Вопреки доводам ФИО1 оснований не доверять данным заключениям эксперта, сомневаться в его достоверности, в правильности или обоснованности, а также в компетентности эксперта у суда не имеется. Эксперт был предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Представленные заключения 

<

 № > от 14 октября 2022 года и 

<

 № > от 07 декабря 2022 года изложены последовательно и полно, выводы эксперта достаточно мотивированы и обоснованы, содержат ответы на все поставленные вопросы. Данные заключения составлены в полном соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации». В связи с чем суд принимает данные заключения как относимые, допустимые и достоверные доказательства по делу. 

При этом иных повреждений, возникших в результате дорожно-транспортного происшествия, кроме описанных в заключениях 

<

 № > от 14 октября 2022 года и 

<

 № > от 07 декабря 2022 года, у ФИО9 обнаружено не было, в связи с чем его доводы об обратном отклоняются судом как несостоятельные. 

Сам по себе факт наличия у ФИО9 заболеваний, в том числе и указанных в представленных копиях медицинских документов (л.д. 84, 87, 88-93, 118-119, 144-156), не свидетельствует о их возникновении в результате дорожно-транспортного происшествия и наличии прямой причинно-следственной связи между дорожно-транспортным происшествием и возникновением указанных заболеваний.

Кроме того, из представленных копий медицинских документов следует, что ФИО9 гипертоник с мах повышением САД до 14 мм рт. ст., постоянно принимает кардиомагнил (л.д. 90-93), диагноз 

<

 данные изъяты > были поставлены еще в апреле 2020 года, диагноз 

<

 данные изъяты > был поставлен 30 апреля 2021 года, 28 сентября 2021 года и 04 апреля 2022 года, диагноз «гипертоническая болезнь» поставлен 31 марта 2022 года и 05 мая 2022 года (л.д. 150, 153), то есть до момента дорожно-транспортного происшествия.

Согласно п. 24 «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных Приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 24 апреля 2008 года № 194н ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью заболевания, сопутствующей патологий и другими причинами как причинение вреда здоровью не рассматривается.

Как следует из материалов дела, истец ФИО3 в результате дорожно-транспортного происшествия обращалась за медицинской помощью 29 июля 2022 года, ей поставлен диагноз: 

<

 данные изъяты > (л.д. 32). Справка с аналогичным диагнозом была выдана ФИО3 и 02 августа 2022 года (л.д. 32).

Из выводов заключения эксперта 

<

 № > от 30 октября 2022 года (л.д. 96-98, дело № 5-8/2023 л.д. 63-64) следует, что при осмотре 04 октября 2022 года у ФИО3 видимых телесных повреждений и их следов не обнаружено. При обращении за медицинской помощью 29 июля 2022 года, последующем наблюдении и обследовании у ФИО3 был выставлен диагноз: 

<

 данные изъяты >. В судебной медицине отсутствует понятие «ушиба», как самостоятельного повреждения; судебно-медицинской оценке не подлежит. Боль является понятием субъективным, судебно-медицинской оценке не подлежит. 

Оснований не доверять данному заключению эксперта, сомневаться в его достоверности, в правильности или обоснованности, а также в компетентности эксперта у суда не имеется. Эксперт был предупрежден об ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Представленное заключение 

<

 № > от 30 октября 2022 года изложено последовательно и полно, выводы эксперта мотивированы и обоснованы, содержат ответы на все поставленные вопросы. Данное заключение составлено в полном соответствии с требованиями Федерального закона от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», в связи с чем суд принимает данное заключение как относимое, допустимое и достоверное доказательство по делу. 

Доводы ФИО3 о возникновении у нее заболеваний, в том числе и указанных в копиях медицинских документов (л.д. 31, 99-113), в связи с дорожно-транспортным происшествием не нашли своего подтверждения в судебном заседании, доказательств наличия прямой причинно-следственной связи между повреждениями полученными истцом в результате дорожно-транспортного происшествия и возникновением указанных истцом заболеваний суду не представлено. Сам по себе факт выявления и обнаружения заболеваний, постановка истцу соответствующих диагнозов после дорожно-транспортного происшествия не являются безусловным основанием полагать, что они возникли именно в результате дорожно-транспортного происшествия, а также не являются доказательством наличия прямой причинно-следственной связи между дорожно-транспортным происшествием и выявленными заболеваниями.

При таких обстоятельствах суд при разрешении спора исходит из установленного ФИО1 и ФИО3 заключениями экспертов объема причиненного вреда и повреждений зафиксированных у ФИО3 при обращении за медицинской помощью непосредственно после дорожно-транспортного происшествия.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что в результате дорожно-транспортного происшествия произошедшего по вине ответчика ФИО2, управлявшего транспортным средством и при совершении маневра обгона с выездом на полосу встречного движения не убедился в его безопасности, в нарушение п. 11.1 Правил дорожного движения, в результате чего допустил столкновение с автомобилем Мицубиси Галант государственный регистрационный знак 

<

 № >, под управлением ФИО1 Вины ФИО1 в дорожно-транспортном происшествии суд не усматривает. 

Фактические обстоятельства, установленные при рассмотрении дела свидетельствуют о противоправном поведении ответчика, в результате действий которого истцу ФИО1 причинен вред здоровью средней тяжести, истцу ФИО3, находившейся в момент дорожно-транспортного происшествия в автомобиле Мицубиси Галант, под управлением ФИО1, повреждения в виде ушибов. Доказательств обратного ответчиком не представлено.

С учетом совокупности исследованных при рассмотрении дела доказательств, суд приходит к выводу, что между противоправными действиями ответчика и возникновением у истцов названных выше повреждений имеется прямая причинно-следственна связь. 

Таким образом, все обстоятельства необходимые для возложения на ответчика обязанности по возмещению морального вреда, в том числе факт причинения вреда, противоправность поведения ответчика, наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением ответчика и причинением вреда истцам, а также вина ответчика в причинении вреда, установлены и подтверждаются материалами настоящего гражданского дела и совокупностью представленных доказательств.

Разрешая заявленные требования о взыскании компенсации морального вреда, суд учитывает, что в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации компенсация морального вреда является одним из способов защиты гражданских прав (ст. 12), что - в свете предписаний ч. 1 ст. Конституции Российской Федерации - позволяет рассматривать ее как гарантированную государством меру, направленную на восстановление нарушенных прав и возмещение нематериального ущерба, причиненного вследствие их нарушения.

Общий принцип компенсации морального закреплен в ч. 1 ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которой, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает разъяснения данные в п. 1, 14, 19, 25, 26 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» согласно которым под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции).

При этом, согласно п. 15 названного Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации причинение морального вреда потерпевшему в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях предполагается, и сам факт причинения вреда здоровью, в том числе при отсутствии возможности точного определения его степени тяжести, является достаточным основанием для удовлетворения иска о компенсации морального вреда. Привлечение лица, причинившего вред здоровью потерпевшего, к уголовной или административной ответственности не является обязательным условием для удовлетворения иска.

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика в пользу истца ФИО1, суд учитывает фактические обстоятельства, при которых был причинен вред здоровью истца (дорожно-транспортное происшествие, место и обстоятельства его совершения), объем причиненных ФИО1 повреждений (

<

 данные изъяты >, которые составляют комплекс сочетанной механической травмы головы, туловища, конечностей), тяжесть причиненного вреда здоровью истца (вред здоровью средней тяжести), а также принимает во внимание форму вины ответчика в причинении вреда (неосторожная форма вины).

При оценке степени нравственных страданий истца ФИО1 суд принимает во внимание длительность и характер лечения, период нахождения на стационарном лечении (с 29 июля по 26 сентября 2022 года), необходимость дальнейшего амбулаторного лечения, факт наличия у истца болевых ощущений, переживаний за здоровье, также суд учитывает и индивидуальные особенности истца, его возраст, состояние здоровья на момент причинения вреда.

Учитывая все установленные по делу обстоятельства, личность истца, объем и степень тяжести причиненного вреда, объем пережитых истцом физических и нравственных страданий в связи с причиненным вредом, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 900000 рублей.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем объеме суд не усматривает, в связи с чем в удовлетворении остальной части данного требования надлежит отказать.

Определяя размер компенсации морального вреда подлежащего взысканию с ответчика в пользу ФИО1 судом также учтено материальное положение ответчика, в частности размер его доходов (л.д. 158), несение расходов на аренду жилья (л.д. 157), доводы об исполнении решения суда о взыскании материального ущерба, однако данные обстоятельства и доводы в совокупности не являются достаточными для применения ч. 3 ст. 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижения размера компенсации морального вреда, подлежащего взысканию с ответчика.

Разрешая иск ФИО3, суд руководствуясь ч. 3 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, полагает требования о взыскании компенсации морального вреда в солидарном порядке с владельцев транспортных средств, в результате взаимодействия которых ей причинен вред, обоснованными и подлежащими частичному удовлетворению. 

Определяя размер компенсации морального вреда, подлежащего взысканию в пользу ФИО3 суд также учитывает фактические обстоятельства, при которых был причинен вред здоровью истца (дорожно-транспортное происшествие, место и обстоятельства его совершения), объем причиненных ФИО3 повреждений (

<

 данные изъяты >), а также принимает во внимание форму вины ответчика в причинении вреда (неосторожная форма вины).

При оценке степени нравственных страданий истца ФИО3 суд принимает во внимание характер полученных повреждений, необходимость посещения медицинских учреждений для лечения, факт наличия у истца болевых ощущений, страха, испуга в связи с пережитым, переживаний за здоровье, также суд учитывает и индивидуальные особенности истца, ее возраст, состояние здоровья на момент причинения вреда.

Учитывая все установленные по делу обстоятельства, личность истца, объем полученных повреждений, пережитых истцом физических и нравственных страданий в связи с дорожно-транспортным происшествием, руководствуясь принципами разумности и справедливости, суд полагает возможным взыскать с ФИО2, ФИО1 солидарно в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 150000 рублей.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем объеме суд не усматривает, в связи с чем в удовлетворении остальной части данного требования надлежит отказать.

В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

Из разъяснений п. 21 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 января 2016 года № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» положения процессуального законодательства о пропорциональном возмещении (распределении) судебных издержек (статьи 98, 102, 103 ГПК РФ, статья 111 КАС РФ, статья 110 АПК РФ) не подлежат применению при разрешении иска неимущественного характера, в том числе имеющего денежную оценку требования, направленного на защиту личных неимущественных прав (например, о компенсации морального вреда).

Таким образом, с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 6 000 рублей (по 3000 рублей за требование каждого из истцом о взыскании компенсации морального вреда). 

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 (ИНН 

<

 № >) в пользу ФИО1 (паспорт 

<

 № >) компенсацию морального вреда 900 000 рублей. 

Взыскать с ФИО2 (ИНН 

<

 № >), ФИО1 (паспорт 

<

 № >) солидарно в пользу ФИО3 (паспорт 

<

 № >) компенсацию морального вреда 150 000 рублей. 

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с ФИО2 (ИНН 

<

 № >) государственную пошлину в доход бюджета 6 000 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Орджоникидзевский районный суд г. Екатеринбурга.

Мотивированное решение будет изготовлено в течение десяти дней.

Судья Е.А. Лащенова 

Мотивированное решение изготовлено 30 января 2025 года.

Судья Е.А. Лащенова