УИД 

<

Номер обезличен>

Дело 

<

Номер обезличен> 

<

Номер обезличен>)

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

13 марта 2025 г. 

<

Адрес обезличен>

Сортавальский городской суд Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Марковой А.В.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению прокурора 

<

Адрес обезличен>, действующего в интересах ФИО1, к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Карелия «Сортавальская центральная районная больница», государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Карелия «Республиканская больница им. ФИО3», Министерству здравоохранения Республики Карелия о компенсации морального вреда,

установил:

прокурор 

<

Адрес обезличен> обратился в суд в интересах ФИО1 с настоящим иском по тем основаниям, что 

<

Дата обезличена> в 11 час. 00 мин., пересекая железнодорожный переезд в 

<

Адрес обезличен> на велосипеде, ФИО1 попала под поезд, вследствие чего получила травмы, а именно 

<

Данные изъяты>. Истец ссылается на то, что скорая медицинская помощь прибыла на место вызова с момента принятия вызова через 27 минут. Данные обстоятельства подтверждаются записями из журнала вызова скорой медицинской помощи ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ» где указано время приема вызова 11 час. 04 мин. При этом время передачи вызова бригаде скорой медицинской помощи указано 11 час. 24 мин., время выезда бригады скорой медицинской помощи на выезд – 11 час. 24 мин., время окончания выполнения вызова бригадой – 12 час. 06 мин. Согласно карте вызова скорой медицинской помощи ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ» от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен> время приема вызова по адресу: 

<

Адрес обезличен>, железнодорожный переезд - 11 час. 25 мин., время выезда на вызов - 11 час. 25 мин., прибытие на место вызова - 11 час. 31 мин., начало транспортировки больного - 11 час. 50 мин., прибытие в медицинскую организацию - 11 час. 55 мин., окончание вызова - 12 час. 06 мин. Таким образом, согласно журналу записи вызовов скорой медицинской помощи, карте вызова скорой медицинской помощи ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ» время прибытия бригады скорой медицинской помощи до пострадавшей с момента принятия вызова составило 27 минут. Лечащим врачом была проведена диагностическая лапароскопия 

<

Дата обезличена>, 

<

Данные изъяты> 

<

Дата обезличена>. Исходя из данных выписного эпикриза травматического отделения ГБУЗ «Республиканская больница им. ФИО3», на момент получения травмы у ФИО1 сохранена 

<

Данные изъяты>. Вместе с тем, как следует из материалов дела, через два дня после 

<

Данные изъяты> в ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ» и транспортировки ФИО1 в ГБУЗ РК «Республиканская больница им. ФИО3» начался процесс отторжения 

<

Данные изъяты>, из-за чего врачи провели ее ампутацию. ФИО1 обращалась в Петрозаводский филиал АО «Московское протезно-ортопедическое предприятие» для обеспечения ее протезом 

<

Данные изъяты>, однако ей пояснили, что в 

<

Данные изъяты> из-за чего устанавливать ей бионический протез (способный принимать нервные импульсы и функционировать аналогично утраченной конечности) нецелесообразно. При этом ампутация в ГБУЗ РК «Республиканская больница им. ФИО3» была проведена таким образом, что из-за формы сформированной врачами культи 

<

Данные изъяты> установка косметического протеза приведет к дискомфорту и ограничениям. ФИО1 полагает, что ей несвоевременно оказана медицинская помощь, поскольку место, в котором ФИО1 получила травму, находится в радиусе менее 20 км от места базирования станции скорой медицинской помощи ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ», а также что маршрут проезда скорой медицинской помощи к месту происшествия не содержит препятствий в виде переправ и переездов, бригада скорой медицинской помощи, направленная по вызову к железнодорожному переезду в 

<

Адрес обезличен>, должна была прибыть для оказания медицинской помощи в течение 20 минут с момента вызова, а именно не позднее 11 час. 24 мин. Истец полагает, что своими действиями ответчик причинил ФИО1 моральный вред, выразившийся как в физических, так и в нравственных страданиях. На основании вышеизложенного прокурор в интересах ФИО1 просил взыскать солидарно с ответчиков ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ», ГБУЗ РК «Республиканская больница им. ФИО3», Министерства здравоохранения РК компенсацию морального вреда в сумме 5 000 000 руб.

Протокольным определением суда от 

<

Дата обезличена> к производству суда принято изменение оснований иска, в соответствии с которым прокурор 

<

Адрес обезличен>, действуя в интересах ФИО1, просит удовлетворить требования о компенсации морального вреда в связи с допущенными при оказании медицинской помощи ФИО1 дефектами, в том числе связанными с несвоевременным прибытием бригады скорой медицинской помощи на место вызова, чем ФИО1 причинены физические и нравственные страдания.

В судебном заседании помощник прокурора 

<

Адрес обезличен> ФИО4, истец ФИО1 и ее представитель ФИО5, действующая по устной доверенности, поддержали исковые требования в полном объеме.

Представитель ответчика ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ» ФИО6, действующий на основании доверенности, просил отказать в удовлетворении заявленных исковых требований в связи с принятием ответчиком всех мер по своевременному оказанию ФИО1 медицинской помощи, при этом одна фельдшерская бригада была на вызове у больного с признаками острого нарушения мозгового кровообращения, в последствии женщина скончалась; вторая бригада скорой медицинской помощи перевозила из отделения ИТАР тяжело больного со спинальной травмой на аэродром для дальнейшей транспортировки в Санкт-Петербург; бригада скорой медицинской помощи пгт. Вяртсиля была на вызове в Рускеальском каньоне (у больного был отёк Квинке), с дальнейшей транспортировкой в приёмное отделение учреждения. Время приезда выездной бригады до пострадавшей, согласно записи в карте вызова скорой медицинской помощи, составило 27 минут, и превышение времени приезда до пострадавшей ФИО1 не связано с наступившими последствиями. Также отметил, что диспетчер скорой медицинской помощи после принятия вызова на место происшествия не самоустранилась, а приняла все меры для оказания медицинской помощи пострадавшей до момента приезда скорой медицинской помощи: диспетчер сделала вызов на номер телефона «02» с просьбой оказать посильную помощь, позвонила в пожарную часть пгт. Хелюля с просьбой так же оказать помощь пострадавшей, что подтверждается записью в журнале записи вызовов скорой медицинской помощи 

<

Номер обезличен>, непосредственно контактировала с начальником поезда и консультировала его, как правильно наложить жгут на ампутированную конечность, приложить лед для уменьшения кровотечения, который принесли сотрудник пожарной части. Медицинские работники сделали все и не самоустранились при оказании экстренной медицинской помощи пострадавшей. Неукомплектованность общепрофильной фельдшерской выездной бригады скорой медицинской помощи, состоящей из одного фельдшера, санитара и водителя, не явилось следствием тех последствий, которые наступили у ФИО1, так как фельдшером бригады скорой медицинской помощи, осуществляющей вызов, была оказана медицинская помощь в полном объеме, для экстренной госпитализации в учреждение.

Представитель ответчика ГБУЗ РК «Республиканская больница им. ФИО3» ФИО7, действующая на основании доверенности, участвующая в судебном разбирательстве посредством использования системы видео-конференц-связи с Петрозаводским городским судом Республики Карелия, просила отказать в исковых требованиях к ответчику, поскольку экспертным заключением не установлено дефектов оказания медицинской помощи ФИО1 со стороны ГБУЗ РК «Республиканская больница им. ФИО3».

Ответчик Министерство здравоохранения Республики Карелия в судебное заседание своего представителя не направил, о месте и времени рассмотрения дела извещен надлежащим образом. Представил письменный отзыв и дополнения к нему, в которых указал на то, что является ненадлежащим ответчиком по делу, а также пояснил, что согласно акту проверки Министерством здравоохранения Республики Карелия от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен> в отношении ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ» были выявлены следующие нарушения при оказании медицинской помощи ФИО1: в нарушение приложения к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 24.12.2012 № 1384н «Об утверждении стандарта скорой медицинской помощи при травме конечностей и (или) таза» не выполнен необходимый объем инструментальных методов исследования, не выполнена катетеризация периферической вены, не выполнено внутривенное введение лекарственных средств, не введены на этапе скорой медицинской помощи кровезаменитили плазмы крови, растворы, влияющие на водно-электролитный баланс, глюкокортикостероиды; в нарушение п. 7 приложения к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20.06.2013 № 388н «Об утверждении порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи» не укомплектованы фельдшерские общепрофильные выездные бригады скорой медицинской помощи; в нарушение п. 6 приложения 

<

Номер обезличен> к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20.06.2013 № 388н «Об утверждении порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной, медицинской помощи» время доезда до пациента выездной бригады скорой медицинской помощи при оказании скорой медицинской помощи в экстренной форме превысило 20 минут с момента ее вызова. 

<

Дата обезличена> было вынесено предписание 

<

Номер обезличен> в адрес ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ» с целью устранения нарушений обязательных требований. Проверка в рамках ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности в отношении ГБУЗ РК «Республиканская больница им. ФИО3» не проводилась.

Иные стороны, извещенные о рассмотрении дела надлежащим образом, своих представителей в суд не направили.

Заслушав явившихся лиц, изучив материалы настоящего дела, медицинскую документацию, материалы КУСП от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен>, суд приходит к следующим выводам.

К числу основных прав человека Конституцией РФ отнесено право на охрану здоровья (ст. 41).

Каждый имеет право на охрану здоровья и медицинскую помощь. Медицинская помощь в государственных и муниципальных учреждениях здравоохранения оказывается гражданам бесплатно за счет средств соответствующего бюджета, страховых взносов, других поступлений (ч. 1 ст. 41 Конституции РФ).

Согласно п. 1 ст. 2 Федерального закона от 21.11.2011 № 323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» здоровье - это состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Охрана здоровья граждан - система мер политического, экономического, правового, социального, научного, медицинского, в том числе санитарно-противоэпидемического (профилактического), характера, осуществляемых органами государственной власти Российской Федерации, органами государственной власти субъектов Российской Федерации, органами местного самоуправления, организациями, их должностными лицами и иными лицами, гражданами в целях профилактики заболеваний, сохранения и укрепления физического и психического здоровья каждого человека, поддержания его долголетней активной жизни, предоставления ему медицинской помощи (п. 2 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В ст. 4 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» закреплены такие основные принципы охраны здоровья граждан, как соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий; приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи; ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья; доступность и качество медицинской помощи; недопустимость отказа в оказании медицинской помощи.

Медицинская помощь - это комплекс мероприятий, направленных на поддержание и (или) восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг; пациент - физическое лицо, которому оказывается медицинская помощь или которое обратилось за оказанием медицинской помощи независимо от наличия у него заболевания и от его состояния (п.п. 3, 9 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

В силу ч.ч. 1, 2 ст. 19 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» каждый имеет право на медицинскую помощь. Каждый имеет право на медицинскую помощь в гарантированном объеме, оказываемую без взимания платы в соответствии с программой государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи, а также на получение платных медицинских услуг и иных услуг, в том числе в соответствии с договором добровольного медицинского страхования.

В п. 21 ст. 2 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» определено, что качество медицинской помощи - совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата. 

Медицинская помощь, за исключением медицинской помощи, оказываемой в рамках клинической апробации, организуется и оказывается: в соответствии с положением об организации оказания медицинской помощи по видам медицинской помощи, которое утверждается уполномоченным федеральным органом исполнительной власти; в соответствии с порядками оказания медицинской помощи, утверждаемыми уполномоченным федеральным органом исполнительной власти и обязательными для исполнения на территории Российской Федерации всеми медицинскими организациями; на основе клинических рекомендаций; с учетом стандартов медицинской помощи, утверждаемых уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (ч. 1 ст. 37 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Критерии оценки качества медицинской помощи согласно ч. 2 ст. 64 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» формируются по группам заболеваний или состояний на основе соответствующих порядков оказания медицинской помощи и клинических рекомендаций и утверждаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти.

Медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи. Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации (ч.ч. 2 и 3 ст. 98 Федерального закона «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации»).

Исходя из приведенных нормативных положений, регулирующих отношения в сфере охраны здоровья граждан, право граждан на охрану здоровья и медицинскую помощь гарантируется системой закрепляемых в законе мер, включающих, в том числе как определение принципов охраны здоровья, качества медицинской помощи, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи, так и установление ответственности медицинских организаций и медицинских работников за причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

В ходе судебного разбирательства установлено, что 

<

Дата обезличена> в 11 час. 00 мин., пересекая железнодорожный переезд в 

<

Адрес обезличен> на велосипеде, ФИО1 попала под поезд, вследствие чего получила следующие травмы: 

<

Данные изъяты>

В 11 час. 04 мин. был осуществлен вывоз скорой медицинской помощи. Согласно карте вызова скорой медицинской помощи ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ» от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен> время приема вызова по адресу: 

<

Адрес обезличен>, железнодорожный переезд - 11 час. 25 мин., время выезда на вызов - 11 час. 25 мин., прибытие на место вызова - 11 час. 31 мин., начало транспортировки больного - 11 час. 50 мин., прибытие в медицинскую организацию - 11 час. 55 мин., окончание вызова - 12 час. 06 мин. 

Также исследование материалов дела показало, что в ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ» ФИО1 была проведена диагностическая лапароскопия 

<

Дата обезличена>, 

<

Данные изъяты> 

<

Дата обезличена>, 

<

Данные изъяты> 

<

Дата обезличена>, 

<

Данные изъяты> 

<

Дата обезличена>. В связи с тяжестью состояния она была транспортирована в отделение реанимации, где после необходимой стабилизации состояния ФИО1 было проведено оперативное вмешательство - «

<

Данные изъяты>», 

<

Дата обезличена> в 19 час. 20 мин. ФИО1 по согласованию переведена в ГБУЗ РК «Республиканская больница им. ФИО3».

<

Дата обезличена> в 21 час. 04 мин. ФИО1 поступила в стационар ГБУЗ РК «Республиканская больница им. ФИО3», где ей был установлен диагноз: основной - «

<

Данные изъяты> от 

<

Дата обезличена>. 

<

Данные изъяты> от 

<

Дата обезличена>. 

<

Данные изъяты> от 

<

Дата обезличена>. 

<

Данные изъяты> от 

<

Дата обезличена>. 

<

Данные изъяты>. 

<

Данные изъяты>». При поступлении она была госпитализирована в реанимационное отделение, где осуществлялось динамическое мониторирование с проведением инструментальных и лабораторных исследований, на основании которых проводилась посиндромная интенсивная терапия, включающая трансфузии донорских компонентов крови, инфузионную, антиагрегантную, антибактериальную терапию и т.д. Поскольку у пациента имелись признаки отсутствия кровотока в 

<

Данные изъяты> было проведено экстренное оперативное вмешательство - «

<

Данные изъяты>». 

<

Дата обезличена> в 8 час. 00 мин. ФИО1 была выписана на амбулаторный этап лечения.

<

Дата обезличена> в 21 час 30 мин. ФИО1 поступила в стационар ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ», где ей был установлен диагноз: «

<

Данные изъяты> от 

<

Дата обезличена>. 

<

Данные изъяты>». На амбулаторном лечении осуществлялись регулярные перевязки в областях оперативных вмешательств, проводилась медикаментозная терапия, были удалены швы, и в дальнейшем в удовлетворительном состоянии ФИО1 была выписана из стационара.

После прохождения лечения ФИО1 обращалась в Петрозаводский филиал АО «Московское протезно-ортопедическое предприятие» для обеспечения ее протезом 

<

Данные изъяты>, однако ей пояснили, что в культе 

<

Данные изъяты> сохранено недостаточное количество нервных импульсов, из-за чего устанавливать ей бионический протез, способный принимать нервные импульсы и функционировать аналогично утраченной конечности, нецелесообразно.

В рамках судебного разбирательства по ходатайству ответчиков на основании определения суда от 

<

Дата обезличена> по делу назначена судебно-медицинская экспертиза.

Согласно выводам экспертов, отраженным в заключении ГБУЗ 

<

Адрес обезличен> «Бюро судебно-медицинской экспертизы департамента здравоохранения 

<

Адрес обезличен>», от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен>, что на вызов к ФИО1 с экстренным поводом (несчастный случай, ДТП), поступивший в отделение скорой медицинской помощи ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ» 

<

Дата обезличена> в 11 час. 04 мин., направлена бригада скорой медицинской помощи. В нарушение п. 7 Приложения 2 к приказу Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20.06.2013 № 388н (в редакции от 

<

Дата обезличена>) «Об утверждении порядка оказания скорой, в том числе скорой специализированной медицинской помощи» не укомплектованы фельдшерские выездные бригады скорой медицинской помощи (в составе бригады один фельдшер и водитель): время прибытия бригады скорой медицинской помощи на место вызова в 11 час. 31 мин. - через 27 минут от момента приема вызова. Известно, что вызов в экстренной форме был передан на исполнение бригаде скорой медицинской помощи через 21 минуту от момента поступления. Градация формы вызова соответствует требованиям приказа Министерства здравоохранения Российской Федерации от 20.06.2013 № 388н (в редакции от 

<

Дата обезличена>), максимально допустимый временной промежуток от момента приема вызова до прибытия бригады скорой медицинской помощи на место вызова превышен на 7 минут. На момент прибытия бригады скорой медицинской помощи на место вызова пациентка находилась в сознании, предъявляла жалобы на боли в области травмы, общую слабость, чувство страха. Гемодинамические показатели нестабильны, АД систолическое 

<

Данные изъяты> мм рт. ст., АД диасто-лическое не определяется, ЧСС не определялось, пульс не определялся, сатурация крови кислородом не определялась. Катетеризацию периферической вены провести не удалось. Проведено обезболивание раствором трамадола внутримышечно 2 мл, раствором фентанила внутривенно 2 мл. Наложена асептическая повязка на культю 

<

Данные изъяты>, есть указание, что кровоостанавливающий жгут наложен ранее сотрудниками МЧС. Ампутированная конечность обложена хладоэлементами. Медицинская эвакуация в стационар в условиях мониторинга витальных функций. Данные о состоянии пациентки на момент передачи в стационар АД систолическое 

<

Данные изъяты> мм рт. ст., АД диастолическое не определяется, ЧСС не определялось, пульс не определялся, сатурация крови кислородом не определялась. Доставлена в стационар в 11 час. 55 мин., через 56 минут от момента приема вызова.

На данном этапе, комиссией экспертов выявлены следующие дефекты оказания медицинской помощи:

- не выполнен необходимый объём инструментальных методов исследования;

- не выполнена катетеризация периферической вены;

- не вводились на этапе скорой медицинской помощи растворы, влияющие на водно-электролитный баланс;

- обезболивание проведено без учета особенностей вводимых препаратов (фентанил не следует комбинировать с наркотическими анальгетиками из группы частичных агонистов (бупренорфин) и агонистов-антагонистов опиоидных рецепторов (налбуфин, буторфанол, трамадол) из-за опасности ослабления анальгезии.

<

Дата обезличена> в 11 час. 55 мин. ФИО1 поступила в стационар ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ», где ей был установлен диагноз: 

<

Данные изъяты>10.

Таким образом, на данном этапе комиссией экспертов установлены дефекты ведения медицинской документации и диагностики.

При оказании дальнейшей медицинской помощи пациенту и его лечении комиссией экспертов каких-либо дефектов не установлено.

Также в заключении экспертов содержится вывод о том, что проводимые ФИО1 оперативные вмешательства по попытке 

<

Данные изъяты>, а в последствие ампутации проводились по экстренным показаниям и были направленны в первую очередь на сохранение жизни пациента, и только затем на реабилитационный потенциал.

Как отмечают судебные эксперты, установленные в ходе проведения экспертизы дефекты оказания медицинской помощи на разных этапах лечения ФИО1 значимого влияния на невозможность установления желаемого бионического протеза на культю 

<

Данные изъяты> не оказали и в причинной связи с исходом не состоят. Невозможность установления желаемого бионического протеза на 

<

Данные изъяты>, обусловлена характером и тяжестью травмы.

Свидетель Свидетель №1, супруг истца, в судебном заседании от 

<

Дата обезличена> дал показания, согласно которым в день дорожно-транспортного происшествия он пришел домой после ночной смены и супруга ФИО1 предложила ему сходить в магазин, но в связи с усталостью он отказался, поэтому она направилась в магазин на велосипеде одна. Около 13 час. 00 мин. его разбудил телефонный звонок сестры, которая ему сообщила, что ФИО1 попала под поезд. Его коллега по работе ФИО8 в этот день находился на месте происшествия и оказывал истцу посильную помощь, рассказал ему о том, что скорая помощь долго не приезжала, очевидцы сами не стали транспортировать его супругу в больницу, потому что была большая кровопотеря, боялись, что может быть поврежден позвоночник, сам он (ФИО11 ходил в магазин за пакетами со льдом, пытались сохранить оторванную конечность. Свидетель смог увидеть свою супругу на следующий день утром в больнице, где обнаружил, что у ФИО1 отсутствует часть 

<

Данные изъяты> - сохранена 

<

Данные изъяты>. Также указал на то, что истец за весь период с момента происшествия, прохождения лечения и до настоящего времени его супруга испытывает физические и нравственные страдания, в том числе страх за свою жизнь.

Согласно телефонограмме от 

<

Дата обезличена>, составленной помощником прокурора 

<

Адрес обезличен> ФИО4, в ходе телефонного разговора с очевидцем происшествия ФИО8 последний сообщил, что в настоящее время является военнослужащим МО ВС Российской Федерации, территориально находится в зоне проведения Специальной военной операции. По существу событий, произошедших 

<

Дата обезличена>, пояснил, что в первой половине указанного дня он пошел в магазин «Копейка» по 

<

Адрес обезличен> в 

<

Адрес обезличен>. Находясь в магазине, он услышал о происшествии на железнодорожном переезде, после чего ФИО8 сразу выдвинулся с магазина в сторону происшествия. По приходу на железнодорожный переезд, он увидел пострадавшую девушку и рядом находившегося мужчину, который оказывал ей первую медицинскую помощь. ФИО8 незамедлительно подключился к оказанию медицинской помощи пострадавшей девушке и попросил вызвать скорую медицинскую помощь, проходившего мимо, мужчину. После чего ФИО8 стал искать потерянную 

<

Данные изъяты> потерпевшей, которая лежала в стороне. Он отправил ранее указанного прохожего за пакетом льда для помещения в него 

<

Данные изъяты> и после того, как они нашли пакет со льдом и поместили в него 

<

Данные изъяты> потерпевшей девушки, они вновь совершили звонок в скорую помощь с возмущением, что она очень долго едет, на что диспетчер скорой ответил, что первая освободившееся машина сразу же приедет на место происшествия. При этом пострадавшая девушка находилась в большом психологическом шоке. По приезду скорой медицинской помощи, девушку госпитализировали, после чего ФИО8 покинул место происшествия.

Учитывая пояснения истца, свидетеля Свидетель №1, письменные пояснения очевидца ФИО8, не опровергнутые ответчиками и согласующиеся с иными материалами настоящего гражданского дела, суд приходит к выводу, что в результате дефектов оказания ответчиком ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ» 

<

Дата обезличена> медицинской помощи, подтвержденных экспертным заключением, ФИО1 испытала физические и нравственные страдания, связанные, в том числе со страхом смерти.

Согласно п.п. 1, 2 ст. 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В соответствии с п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Пунктом 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (ст. 151 Гражданского кодекса РФ).

В абз. 3 п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Согласно п. 12 данного постановления Пленума Верховного Суда РФ обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (ст.ст. 151, 1064, 1099 и 1100 Гражданского кодекса РФ). Потерпевший - истец по делу о компенсации морального вреда должен доказать факт нарушения его личных неимущественных прав либо посягательства на принадлежащие ему нематериальные блага, а также то, что ответчик является лицом, действия (бездействие) которого повлекли эти нарушения, или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Наличие причинной связи между противоправным поведением причинителя вреда и моральным вредом (страданиями как последствиями нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага) означает, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий потерпевшего (п. 18).

Статья 1101 Гражданского кодекса РФ предусматривает, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Как разъяснено в п. 48 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», медицинские организации, медицинские и фармацевтические работники государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения несут ответственность за нарушение прав граждан в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью гражданина при оказании ему медицинской помощи, при оказании ему ненадлежащей медицинской помощи и обязаны компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи. 

Разрешая требования о компенсации морального вреда, причиненного вследствие некачественного оказания медицинской помощи, суду надлежит, в частности, установить, были ли приняты при оказании медицинской помощи пациенту все необходимые и возможные меры для его своевременного и квалифицированного обследования в целях установления правильного диагноза, соответствовала ли организация обследования и лечебного процесса установленным порядкам оказания медицинской помощи, стандартам оказания медицинской помощи, клиническим рекомендациям (протоколам лечения), повлияли ли выявленные дефекты оказания медицинской помощи на правильность проведения диагностики и назначения соответствующего лечения, повлияли ли выявленные нарушения на течение заболевания пациента (способствовали ухудшению состояния здоровья, повлекли неблагоприятный исход) и, как следствие, привели к нарушению его прав в сфере охраны здоровья.

При этом на ответчика возлагается обязанность доказать наличие оснований для освобождения от ответственности за ненадлежащее оказание медицинской помощи, в частности отсутствие вины в оказании медицинской помощи, не отвечающей установленным требованиям, отсутствие вины в дефектах такой помощи, способствовавших наступлению неблагоприятного исхода, а также отсутствие возможности при надлежащей квалификации врачей, правильной организации лечебного процесса оказать пациенту необходимую и своевременную помощь, избежать неблагоприятного исхода.

На медицинскую организацию возлагается не только бремя доказывания отсутствия своей вины, но и бремя доказывания правомерности тех или иных действий (бездействия), которые повлекли возникновение морального вреда.

В силу разъяснений, изложенных в п. 22 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ, моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда (ст. 1101 Гражданского кодекса РФ).

Из изложенного следует, что в случае оказания медицинской организацией ненадлежащей медицинской помощи гражданину, медицинская организация обязана компенсировать моральный вред, причиненный при некачественном оказании медицинской помощи.

Частью 1 ст. 12 Гражданского процессуального кодекса РФ установлено, что правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В силу ч. 1 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч.ч. 1, 3 ст. 67 Гражданского процессуального кодекса РФ).

При принятии решения суд оценивает доказательства, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для рассмотрения дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, каковы правоотношения сторон, какой закон должен быть применен по данному делу и подлежит ли иск удовлетворению (ч. 1 ст. 196 Гражданского процессуального кодекса РФ).

В пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении» разъяснено, что заявленные требования рассматриваются и разрешаются по основаниям, указанным истцом, а также по обстоятельствам, вынесенным судом на обсуждение в соответствии с ч. 2 ст. 56 Гражданского процессуального кодекса РФ.

Заключение эксперта, равно как и другие доказательства по делу, не является исключительным средством доказывания и должно оцениваться в совокупности со всеми имеющимися в деле доказательствами (ст. 67, ч. 3 ст. 86 Гражданского процессуального кодекса РФ). 

Исходя из содержания экспертного заключения от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен>, акта проверки от 

<

Дата обезличена> 

<

Номер обезличен>, иной медицинской документации, показаний истца, свидетеля, стороны ответчиков, следует, что при оказании ФИО1 медицинской помощи в ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ» были допущены дефекты: максимально допустимый временной промежуток от момента приема вызова до прибытия бригады скорой медицинской помощи на место вызова превышен на 7 минут, не выполнен необходимый объём инструментальных методов исследования, не выполнена катетеризация периферической вены, не вводились на этапе скорой медицинской помощи растворы, влияющие на водно-электролитный баланс, обезболивание проведено без учета особенностей вводимых препаратов, основной диагноз был установлен не полно (не были установлены 

<

Данные изъяты>) и не в строгом соответствии с МКБ-

<

Номер обезличен>, что свидетельствует о наличии вины ответчика ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ» в оказании ненадлежащей медицинской помощи истцу. 

При этом отсутствие прямой причинно-следственной связи или косвенной причинно-следственной связи между допущенными нарушениями и наступившими последствиями в виде невозможности установки бионического протеза правой руки и возможности вести нормальный образ жизни, что отражено в экспертном заключении, не может свидетельствовать об отсутствии у истца физических и нравственных страданий в связи с оказанием ответчиком медицинской помощи ненадлежащего качества.

Поскольку экспертами выявлены и иные дефекты оказания медицинской помощи истцу, не только связанные с превышением времени прибытия бригады скорой медицинской помощи на место происшествия, доводы ответчика о принятии им всех возможных мер для недопущения указанного нарушения требований специального законодательства в затронутой сфере не могут являться безусловным основанием для отказа в удовлетворении заявленных исковых требований. 

Таким образом, с учетом фактически установленных по делу обстоятельств, суд приходит к выводу о том, что противоправное поведение причинителя вреда повлекло наступление негативных последствий в виде физических или нравственных страданий истца, обусловленных страхом за свою жизнь. 

В силу изложенного требования истца о компенсации морального вреда являются обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Учитывая личность истца, перенесенные ФИО1 физические и нравственные страдания, характер допущенных стороной ответчика дефектов оказания медицинской помощи, степень вины ответчика, приведенные истцом доводы и установленные обстоятельства, суд полагает разумным и справедливым размер компенсации морального вреда в рассматриваемом случае в сумме 300 000 руб. Данный размер компенсации морального вреда в денежном выражении соразмерен последствиям допущенных ответчиком нарушений.

Таким образом, исковые требования подлежат частичному удовлетворению, с ответчика в пользу истца в счет денежной компенсации морального вреда подлежат взысканию 300 000 руб.

В силу подп. 12.1 п. 1 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ главный распорядитель бюджетных средств отвечает соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования по денежным обязательствам подведомственных ему получателей бюджетных средств.

Согласно подп. 47 п. 9 Положения о Министерстве здравоохранения Республики Карелия, утвержденного постановлением Правительства Республики Карелия от 18.07.2016 № 260-П Министерство здравоохранения Республики Карелия осуществляет функции главного администратора доходов бюджета, администратора доходов бюджета, главного администратора источников финансирования дефицита бюджета, администратора источников финансирования дефицита бюджета, главного распорядителя и получателя средств бюджета Республики Карелия

Учредителем ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ» и собственником его имущества является Республики Карелия, от имени которой в соответствии со ст. 125 Гражданского кодекса РФ, подп. 12.1 п. 1 ст. 158 Бюджетного кодекса РФ выступает Министерство здравоохранения Республики Карелия. Поскольку именно Министерство здравоохранения Республики Карелия исполняет полномочия главного распорядителя и получателя средств республиканского бюджета в сфере здравоохранения, в случае недостаточности денежных средств у ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ» взыскание следует производить в порядке субсидиарной ответственности с Министерства здравоохранения Республики Карелия.

Таким образом, доводы Министерства здравоохранения Республики Карелия о том, что оно является ненадлежащим ответчиком по делу, являются несостоятельными и подлежат отклонению 

Согласно ст. 103 Гражданского процессуального кодекса РФ, учитывая положения ст. 333.19 Налогового кодекса РФ, с ГБУЗ РК «Сортавальская ЦРБ» в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, в размере 300 руб.

Руководствуясь ст.ст. 12, 56, 194-199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

исковые требования прокурора 

<

Адрес обезличен>, действующего в интересах ФИО1, к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Карелия «Сортавальская центральная районная больница», Министерству здравоохранения Республики Карелия о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения Республики Карелия «Сортавальская центральная районная больница» (ИНН 

<

***>) в пользу ФИО1, 

<

Дата обезличена> года рождения (паспорт гражданина Российской Федерации серии 

<

Номер обезличен> 

<

Номер обезличен>, выдан 

<

Дата обезличена> МВД по 

<

Адрес обезличен>, код подразделения 

<

Номер обезличен>) компенсацию морального вреда в размере 300 000 рублей.

При недостаточности имущества государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Карелия «Сортавальская центральная районная больница», на которое может быть обращено взыскание, субсидиарную ответственность по возникшим на основании настоящего судебного акта обязательствам государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Карелия «Сортавальская центральная районная больница» перед ФИО1 возложить на Министерство здравоохранения Республики Карелия.

В остальной части заявленных исковых требований и в иске к государственному бюджетному учреждению здравоохранения Республики Карелия «Республиканская больница им. ФИО3» отказать.

Взыскать с государственного бюджетного учреждения здравоохранения Республики Карелия «Сортавальская центральная районная больница» в доход бюджета Сортавальского муниципального округа государственную пошлину 300 рублей.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в Верховный Суд Республики Карелия через Сортавальский городской суд Республики Карелия в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья А.В.Маркова

Мотивированное решение изготовлено 

<

Дата обезличена>