КОПИЯ

УИД: 66RS0009-01-2024-003198-49 дело № 1-368/2024

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Нижний Тагил 26 июля 2024 года 

Ленинский районный суд г.Нижний Тагил Свердловской области в составе председательствующего судьи Энграф В.В., с участием

государственного обвинителя Лобырева Д.И., 

подсудимого ФИО1, 

защитника – адвоката Четверткова А.В.,

при секретаре судебного заседания Козловой А.В., 

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело №1-368/2024 в отношении 

ФИО1, 

<

...>, судимого,

задержанного в порядке ст.ст. 91, 92 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации 03.04.2024, в отношении которого 04.04.2024 Ленинским районным судом города Нижний Тагил Свердловской области избрана мера пресечения в виде заключения под стражу, 

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.«г» ч.4 ст.228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, 

установил:

в производстве Ленинского районного суда г.Нижний Тагил Свердловской области находится уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.«г» ч.4 ст.228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации. 

В судебном заседании защитником-адвокатом Четвертковым заявлено ходатайство о необходимости возвращения уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом, поскольку сторона защиты не была ознакомлена с вещественными доказательствами при ознакомлении с материалами уголовного дела.

Подсудимый ФИО1 заявленное ходатайство поддержал, просил возвратить уголовное дело прокурору, поскольку ему требовалось ознакомление с вещественными доказательствами для возможности выстраивания линии защиты.

Государственный обвинитель Лобырев возражал против возвращения уголовного дела прокурору, поскольку следователем были выполнены необходимые следственные и процессуальные действия, предметы, признанные вещественными доказательствами, осмотрены, к протоколам осмотров приложены фотоиллюстрационные таблицы. Помимо этого, следователем вынесено постановление о невозможности предъявления вещественных доказательств для ознакомления.

Выслушав мнения участников судебного заседания, исследовав материалы уголовного дела, суд приходит к следующему.

В соответствии с требованиями ст.217 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, после выполнения требований ст.216 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, следователь предъявляет обвиняемому и его защитнику материалы уголовного дела. Для ознакомления предъявляются также вещественные доказательства.

Как усматривается из материалов уголовного дела, ДД.ММ.ГГГГ следователем для ознакомления обвиняемому и защитнику предъявлены материалы уголовного дела. В этот же день обвиняемый и его защитник ознакомились с материалами уголовного дела, о чем составлен соответствующий протокол. После ознакомления с материалами уголовного дела защитником-адвокатом Четвертковым заявлено ходатайство об ознакомлении с вещественными доказательствами. Данное ходатайство поддержано обвиняемым ФИО1. Вместе с тем, следователем вынесено постановление об отказе в удовлетворении заявленного ходатайства.

Так, мотивируя невозможность предъявления вещественных доказательств для ознакомления стороне защиты, следователем указано, что они (вещественные доказательства) осмотрены с применением фотофиксации, сданы в камеру хранения вещественных доказательств; часть вещественных доказательств – кардхолдер и банковские карты возвращены свидетелю ФИО1 под расписку. Кроме этого следователем указано, что в рамках расследования данного уголовного дела проведены все необходимые судебные экспертизы, при ознакомлении с которыми от защитника и обвиняемого ходатайств и замечаний не поступало, в связи с чем надобности в предоставлении вещественных доказательств для ознакомления и проведения в отношении данных вещественных доказательств экспертиз у органов предварительного следствия не имеется.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что при выполнении требований статьи 217 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации нарушено право обвиняемого ФИО1 на защиту, в частности, на ознакомление с вещественными доказательствами. При этом, суд исходит из следующего.

Одной из целей ознакомления обвиняемого с материалами уголовного дела и вещественными доказательствами на стадии досудебного производства является дополнение материалов предварительного следствия, в том числе путем проведения следственных действий и принятие с учетом их результатов соответствующих процессуальных решений. В соответствии со ст.219 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, обвиняемый имеет право на заявление ходатайств, в случае удовлетворения которых следователь дополняет материалы уголовного дела.

При этом, суд, исходя из требований ст.15 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, не вторгается в компетенцию органов предварительного следствия и не дает оценку целесообразности либо ее отсутствию в назначении каких-либо иных экспертиз по настоящему уголовному делу. 

Вместе с тем, по мнению суда, следователем не выполнены требования, закрепленные в ст.217 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации об ознакомлении стороны защиты с вещественными доказательствами.

Суд принимает во внимание, что следователем вынесено постановление о невозможности предъявления для ознакомления вещественных доказательств. Вместе с тем, указанное постановление, по мнению суда, не отвечает требованиям, закрепленным в ч.4 ст.7 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, а именно не содержит мотивировки, ссылки на обстоятельства, исключающие возможность предоставить стороне защиты для ознакомления вещественные доказательства, за исключением наркотического средства (а также первоначальной упаковки наркотического средства), в отношении которых действует особый правовой режим.

Так, в частности, вещественные доказательства – сотовый телефон «Infinix» передан на ответственное хранение в камеру хранения вещественных доказательств ОП №16 МУ МВД России «Нижнетагильское», то есть в камеру хранения того же правоохранительного органа, в котором выполняет служебные обязанности следователь у которого в производстве находилось указанное уголовное дело.

Помимо этого, в качестве свидетеля по данному уголовному делу допрошена ФИО1, которой разъяснены права, предусмотренные ст.56 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Последней, исходя из расписки, имеющейся в материалах уголовного дела, переданы кардхолдер, а также 9 банковских карт, она предупреждена об уголовной ответственности по ст.312 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также ей разъяснено, что полученные ею вещественные доказательства должны храниться у нее до вступления приговора суда в законную силу либо до истечения срока обжалования постановления или определения о прекращении уголовного дела. 

При этом, в соответствии с ч.6 ст.56 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, свидетель не вправе уклоняться от явки по вызовам, в частности, следователя.

При таких обстоятельствах, относительно указанных выше вещественных доказательств следователем в своем постановлении от ДД.ММ.ГГГГ не приведено доводов о невозможности их получения от свидетеля и обеспечения возможности ознакомления с ними обвиняемого и его защитника.

Суд также отмечает, что протокол выполнения требований ст.217 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не соответствует требованиям закона.

Так, в соответствии с ч.1 ст.218 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, по окончании ознакомления обвиняемого и его защитника с материалами уголовного дела следователь составляет протокол в соответствии со статьями 166 и 167 настоящего Кодекса. В протоколе указываются даты начала и окончания ознакомления с материалами уголовного дела, заявленные ходатайства и иные заявления.

Указанная норма является отсылочной, поскольку общие требования, предъявляемые к протоколу, содержатся в ст.ст. 166 и 167 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Так, в соответствии с ч.1 ст.166 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, протокол следственного действия составляется в ходе следственного действия или непосредственно после его окончания.

Согласно п.1 ч.3 ст.166 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в протоколе указывается, в частности, место и дата производства следственного действия, время его начала и окончания с точностью до минуты.

При этом в протоколе ознакомления с материалами уголовного дела отсутствует время его составления.

При таких обстоятельствах, следователем выполнены лишь требования ст.218 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации в части указания на дату начала и окончания ознакомления с материалами уголовного дела. При этом, время составления протокола следственного действия в протоколе не отражено. 

Вместе с тем, время ознакомления с материалами уголовного дела, исходя из требований уголовно-процессуального закона, системного толкования норм ст.ст. 218 и 166 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не может совпадать со временем составления протокола.

Так, исходя из ч.1 ст.166 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации время составления протокола либо должно включать в себя время ознакомления с материалами уголовного дела (с учетом времени необходимого для заполнения протокола и внесения всех установочных данных в протокол непосредственно перед ознакомлением с материалами уголовного дела) либо быть зафиксировано непосредственно после завершения ознакомления с материалами уголовного дела.

Кроме этого, в установочной части протокола выполнения требований ст.217 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, неверно указано место его составления – помещение служебного кабинета № ОП № МУ МВД России «Нижнетагильское», тогда как судом установлено, что обвиняемый и защитник знакомились с материалами уголовного дела в ФКУ СИЗО-3 ГУФСИН России по Свердловской области.

Помимо этого, судом также установлены и иные существенные нарушения уголовно-процессуального закона при расследовании уголовного дела, нарушившие право ФИО1 на защиту.

Как следует из материалов уголовного дела, ДД.ММ.ГГГГ следователем вынесено постановление о назначении физико-химической экспертизы материалов, веществ и изделий. ДД.ММ.ГГГГ производство по указанной экспертизе завершено. Вместе с тем, с постановлением о назначении судебной экспертизы сторона защиты ознакомлена лишь ДД.ММ.ГГГГ, о чем был составлен соответствующий протокол.

В соответствии с п.9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №28 от 21.12.2010 «О судебной экспертизе по уголовным делам» подозреваемый, обвиняемый и их защитники, а также потерпевший должны быть ознакомлены с постановлением о назначении экспертизы до ее производства.

При этом, не указание в протоколе ознакомления с постановлением о назначении судебной экспертизы возражений и дополнений от обвиняемого и защитника в указанной части, не может свидетельствовать об их отсутствии. 

Помимо этого, при подготовке к рассмотрению уголовного дела судом установлено следующее.

Из текста предъявленного обвинения следует, что ДД.ММ.ГГГГ точное время в ходе предварительного следствия не установлено, но не позднее 12 часов 50 минут ФИО1, незаконно храня при себе наркотическое средство – метадон (фенодон, долофин) массой не менее 1,087 гр., оборудовал «тайники-закладки»:

вещество, содержащее наркотическое средство – метадон (фенадон, долофин), включенное в Список I «Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации» массой 0,293 гр., то есть в значительном размере в оборудованном им тайнике, расположенном в тамбуре подъезда № 

<

адрес> по координатам (

<

...>);

вещество, содержащее наркотическое средство – метадон (фенадон, долофин), включенное в Список I «Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации» массой 0,277 гр., то есть в значительном размере в оборудованном им тайнике, расположенном на 2 этаже подъезда № 

<

адрес> по координатам (

<

...>);

вещество, содержащее наркотическое средство – метадон (фенадон, долофин), включенное в Список I «Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации» массой 0,231 гр., то есть в значительном размере в оборудованном им тайнике, расположенном в подъезде № 

<

адрес> по координатам (

<

...>);

вещество, содержащее наркотическое средство – метадон (фенадон, долофин), включенное в Список I «Перечня наркотических средств, психотропных веществ и их прекурсоров, подлежащих контролю в Российской Федерации» массой 0,286 гр., то есть в значительном размере в оборудованном им тайнике, расположенном в подъезде № 

<

адрес> по координатам (

<

...>).

Вместе с тем, согласно результатам оперативно-розыскного мероприятия «Исследование предметов и документов» от ДД.ММ.ГГГГ (Том № л.д. 33-43), координатам «

<

...>» соответствует помещение, расположенное по 

<

адрес>, координатам 

<

...> – помещение по 

<

адрес>, координатам 

<

...> - помещение по 

<

адрес>.

Следователем было проведено четыре осмотра мест происшествий. При этом, из четырех осмотров мест происшествий, где обнаружены свертки с наркотическим средством, лишь в одном протоколе, в ходе которого изъято наркотическое средство массой 0,293 гр, указаны координаты «

<

...>». При этом, в протоколе данного осмотра места происшествия зафиксирован адрес – тамбур подъезда № 

<

адрес> как, согласно вышеуказанным результатам оперативно-розыскных мероприятий, указанным координатам соответствует помещение, расположенное по 

<

адрес>. Указанные противоречия следователем при расследовании уголовного дела не устранены, как не устранены и иные противоречия относительно привязки координат местности к обнаружению свертков с наркотическим средством массами 0,231 гр и 0,286 гр.

При проведении иных осмотров мест происшествий координаты, по которым изъяты свертки с наркотическим средством, не зафиксированы, что не позволяет установить тождественность координат мест расположения тайников-закладок с наркотическим средством, обнаруженных в телефоне ФИО1, и координат, по которым следователем изъяты свертки с наркотическим средством.

Таким образом, суд находит, что при составлении обвинительного заключения по настоящему уголовному делу органом предварительного следствия также допущены существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые, по мнению суда, могут ограничить права сторон в состязательном процессе и повлиять на исход дела, исказив тем самым саму суть правосудия и смысл последующего судебного решения как акта правосудия, в связи с чем, с учетом вышеизложенного, уголовное дело надлежит возвратить прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом.

В связи с принятием решения о возвращении уголовного дела прокурору в порядке ст.237 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации, суд считает необходимым решить вопрос о мере пресечения в отношении ФИО1.

Подсудимый ФИО1 и защитник-адвокат Четвертков полагали необходимым изменить ФИО1 меру пресечения на иную, более мягкую – домашний арест, поскольку скрываться он не намерен, а также не намерен каким-либо иным образом воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО1 пояснила, что подсудимый является ее сыном. Последнего она характеризует с удовлетворительной стороны. В случае избрания в отношении ее сына меры пресечения в виде домашнего ареста, она готова предоставить квартиру, в которой проживает, в качестве места исполнения данной меры пресечения, а также содержать и обеспечивать того всем необходимым.

Государственный обвинитель Лобырев, с учетом тяжести предъявленного обвинения полагал, что не изменились и не отпали основания, ранее учтенные судом при избрании подсудимому меры пресечения – заключение под стражу. ФИО1 обвиняется в совершении особо тяжкого преступления, за совершение которого предусмотрено наказание в виде лишения свободы на длительный срок.

Заслушав мнение участников судебного заседания по мере пресечения, исследовав материалы уголовного дела суд приходит к следующему.

В соответствии с ч.1 ст.255 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в ходе судебного разбирательства суд вправе избрать, отменить или изменить меру пресечения в отношении подсудимого.

Согласно ч.2 ст.255 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, если заключение под стражу избрано подсудимому в качестве меры пресечения, то срок содержания его под стражей со дня поступления уголовного дела в суд и до вынесения приговора не может превышать 6 месяцев, за исключением случаев, предусмотренных частью третьей настоящей статьи.

Обоснованность подозрения в вероятной причастности ФИО1 к инкриминируемому ему деянию, проверялась при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, а затем и при ее продлении. Тяжесть обвинения и обстоятельства инкриминируемого ФИО1 деяния не изменились.

При рассмотрении вопроса по мере пресечения в отношении подсудимого, суд учитывает, что ФИО1 обвиняется в совершении умышленного особо тяжкого преступления против здоровья населения и общественной нравственности, за совершение которого предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок более 3 лет.

Наряду с этим, из материалов дела следует, что ФИО1 ранее судим: 22.01.2018 осужден Ленинским районным судом города Нижний Тагил Свердловской области по ч.1 ст.228, ч.2 ст.228 Уголовного кодекса Российской Федерации к наказанию в виде лишения свободы на срок 04 года 06 месяцев. 22.07.2022 освобожден по отбытию наказания.

Вышеизложенные обстоятельства, отсутствие у ФИО1 в совокупности с тяжестью предъявленного обвинения в совершении преступления против здоровья населения и общественной нравственности, убеждают суд в том, что находясь на свободе, ФИО1, в виду того, что ранее судим за преступление, связанное с незаконным оборотом наркотических средств, может продолжить заниматься преступной деятельностью либо может скрыться от правосудия. 

Судом установлено, что 22.07.2022 ФИО1 освобожден из исправительного учреждения по отбытию срока наказания. Вместе с тем, спустя непродолжительный период времени после освобождения из мест лишения свободы, вновь обвиняется в совершении особо тяжкого преступления против здоровья населения и общественной нравственности, что, по мнению суда, отражает его возможную склонность к возможной противоправной форме поведения.

Суд учитывает и оценивает в совокупности с иными обстоятельствами сообщенные стороной защиты сведения о том, что ФИО1 скрываться от суда не намерен, имеет регистрацию и место жительства, мать последнего готова предоставить свое жилое помещение в качестве места исполнения иной, более мягкой меры пресечения, а также обеспечивать его всем необходимым.

Вместе с тем, указанные обстоятельства, по мнению суда, в настоящее время не могут служить безусловным основанием для избрания в отношении ФИО1 иной, более мягкой меры пресечения.

Сведений о том, что подсудимый страдает таким заболеванием, которое препятствовало бы его содержанию под стражей, в представленных материалах дела не имеется, стороной защиты, надлежащим образом оформленного заключения, не представлено. 

С учетом изложенного, суд не усматривает оснований, предусмотренных ст.ст. 97, 99 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены или изменения ФИО1 меры пресечения, в том числе, на запрет определенных действий, залог или домашний арест, поскольку совокупность вышеприведенных обстоятельств указывает на то, что последствия побега могут представляться ФИО1 менее значимыми, чем строгость вероятного приговора. 

Кроме того, по мнению суда, избрание иной, более мягкой меры пресечения в отношении подсудимого, не исключает риск возможного наступления негативных последствий, указанных в ст.97 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

В связи с изложенным, суд считает в настоящее время необходимым продлить срок содержания под стражей подсудимому ФИО1 на 03 месяца в пределах срока, установленного ч.2 ст.255 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

Продление срока содержания подсудимого под стражей на указанный срок, по мнению суда, не противоречит нормам международного права, обязательным для Российской Федерации, а также принципам, закрепленным в ст.ст. 7, 9 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 237, 255, 256 Уголовно – процессуального кодекса Российской Федерации, суд

постановил:

уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.30, п.«г» ч.4 ст.228.1 Уголовного кодекса Российской Федерации, возвратить прокурору Ленинского района г.Нижний Тагил Свердловской области для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Продлить срок содержания под стражей подсудимому ФИО1 на 03 (три) месяца с момента поступления уголовного дела в суд, то есть по ДД.ММ.ГГГГ.

Настоящее постановление в части возвращения уголовного дела прокурору может быть обжаловано в судебную коллегию по уголовным делам Свердловского областного суда через Ленинский районный суд г.Нижний Тагил Свердловской области в течение 15 суток со дня его вынесения, в части меры пресечения - в течение 3 суток со дня его вынесения, а лицом, содержащимся под стражей, в тот же срок, со дня вручения ему постановления.

Судья - В.В. Энграф