Судья Фесенко И.А.Дело № 22-518/2020

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ 

ПРИГОВОР

 

Именем Российской Федерации

г. Томск 07 сентября 2020 года

Судебная коллегия по уголовным делам Томского областного суда в составе:

председательствующегоАрхипова А.В., 

судей: Ильиной Е.Ю., Каргиной О.Ю.,

при секретаре Давыдовой Т.М.,

с участием прокурора Тивякова А.В.,

представителей потерпевшего ФИО1, ФИО2, ФИО3,

осужденной ФИО4,

адвоката Николаева Ю.Л.,

рассмотрела в судебном заседании дело по апелляционным жалобам осужденной ФИО4 и ее защитника – адвоката Николаева Ю.Л. на приговор Кировского районного суда г. Томска от 08 августа 2019 года, которым

ФИО4, /__/, не судимая,

осуждена по ч.3 ст. 160 УК РФ к 1 году 6 месяцамлишения свободы.

В соответствии со ст. 73 УК РФ назначенное наказание постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год 6 месяцев и возложением обязанностей: не менять постоянное место жительство без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденной, являться в указанный орган на регистрацию один раз в 3 месяца.

Испытательный срок постановлено исчислять с момента вступления приговора в законную силу, с зачетом времени, прошедшего со дня провозглашения приговора, то есть с 08 августа 2019 года.

Гражданский иск представителя потерпевшего ФИО1 в размере 3649400 (три миллиона шестьсот сорок девять тысяч четыреста) рублей удовлетворен частично, постановлено взыскать с ФИО4 в /__/ 232526 (двести тридцать две тысячи пятьсот двадцать шесть) рублей.

Приговором решена судьба вещественных доказательств.

Заслушав доклад судьи Ильиной Е.Ю., выступления осужденной ФИО4 и ее защитника – адвоката Николаева Ю.Л., поддержавших доводы апелляционных жалоб, мнение прокурора Тивякова А.В., полагавшего необходимым приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения, судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

приговором Кировского районного суда г. Томска от 08 августа 2019 года ФИО4 признана виновной в присвоении, то есть умышленном хищении чужого имущества вверенного виновному, с использованием своего служебного положения.

Преступление совершено в период времени с января 2014 года по апрель 2015 года в г. Томскепри обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании ФИО4 вину в совершении преступления не признала.

В апелляционной жалобе и дополнениях к ней осужденная ФИО4 и ее защитник-адвокат Николаев Ю.Л., выражают несогласие с приговором. Указывают, что вменяемая осужденной сумма присвоения и растраты денежных средств за весь период времени, полученная от арендаторов председателем Ч. до 29 апреля 2015 года, так и непосредственно ФИО4 с 29 апреля 2015 года по 01 сентября 2015 года, является необоснованной, поскольку не указана сумма, которую она получала, работая в должности бухгалтера, в период с 01 января 2013 года по 29 апреля 2015 года и совмещая должность бухгалтера и председателя в период с 29 апреля 2015 года по 01 сентября 2015 года. Указывают, что обвинение не отвечает требованиям п.4 ч.1 ст. 171 УПК РФ. Считают, что показания свидетеля Ч., данные им в ходе предварительного следствия, не могут выступать в качестве доказательства по уголовному делу, поскольку он является заинтересованным лицом. Деньги от арендаторов получал непосредственно Ч., который самостоятельно распоряжался ими, при этом факт получения от него денежных средств ФИО4 судом не установлен. Указывают, что ФИО4 не имела отношения к ремонту водопровода, денежные средстваот Ч. не получала. Обращают внимание, что на собрании о хозяйственной деятельности ЖСК за 2014 год, в том числе по ремонту водопровода, отчитывалсяименно Ч.

По мнению осужденной, каких-либо доказательств, подтверждающих ее вину в совершении преступления,представлено не было, а к показаниям свидетелей обвинения С., Ш., А., Ч., Ч., М. следует относиться критически. Отмечает, что судом искажен п. 2.11 должностной инструкции, поскольку в указанном пункте отсутствует формулировка «неся полную материальную ответственность за денежные средства, находящиеся в ее подотчете» и не в полной мере учтен п. 2.4 данной инструкции, согласно которому «главный бухгалтер исполняет приказы и распоряжения и указания председателя, отданные в пределах его должностных полномочий, за исключением незаконных». 

Приказ и должностная инструкция от 01.11.1993, на которые указано при описании обвинения утратили силу в связи с изменениями в законодательстве, изложенные в инструкции должностные обязанности главного бухгалтера отличаются от обязанностей осуженной по трудовому договору (контракту), заключенному с ней 15 августа 2001 года и не соответствуют требованиям Федерального закона «О бухгалтерском учете», который действовал на период инкриминируемого деяния. В материалах дела не имеется надлежащим образом удостоверенных копий либо подлинников приказа и должностной инструкции от 01.11.1993, инструкция не удостоверена печатью учреждения, не содержит сведений о том, когда и кем утверждена, отсутствует наименование организации, даты ознакомления и является недопустимым доказательством. Указывает, что договор о полной материальной ответственности с ней заключен не был. Кроме того, в соответствии с Уставом /__/ и Федеральным законом «О бухгалтерском учете» именно руководитель – председатель правления ЖСК несет полную материальную ответственность за организацию достоверного бухгалтерского учета, сохранность документов и денежных средств.

Отмечает, что свидетель Ч. в ходе судебного заседания указал, что самостоятельно вел учет денежных средств, получаемых им лично за аренду нежилых помещений, распоряжался ими, направлял средства на содержание общего имущества, выплату зарплаты персоналу, вел расчеты по договорам и затратам, документально оформлять учет помогала его жена, которая по специальности бухгалтер. После избрания ФИО4 в 2015 году председателем правления ЖСК ей на электронную почту женой Ч. была направлена электронная кассовая книга за 2014 год. Кроме того, Ч.заявил, что денежные средства, собранные с арендаторов он никогда ей не передавал, распоряжался ими сам, его показания на предварительном следствии в этой части недостоверны.

Приводит показания свидетеля Б., которая подтвердила, что при проверке «черной кассы» в 2015 году именно Ч. представил договор на проведение ремонтных работ, и документы о расходовании денежных средствна ремонт водопроводного ввода за счет средств ЖСК.

Вопрос о расходовании денежных средств, полученных от аренды помещений, обсуждался на общем собрании членов ЖСК 14.05.2014, что отражено в протоколе собрания.

Отмечает, что договоры аренды были заключены с Ч., которому арендаторы передавали денежные средства по оплате аренды, тот в свою очередь выдавал им квитанцию от приходного кассового ордера об оплате аренды.

Все допрошенные в ходе судебного разбирательства свидетели, пояснили, что получали заработную плату из средств дохода от аренды от Ч., согласно платежным ведомостям за январь, февраль, март, апрель 2015 года, подписанным только председателем ЖСК Ч., следует, что зарплату персоналу выдавал лично Ч. 

Указывает, что, являясь бухгалтером, занималась только расчетами по коммунальным услугам для собственников и арендаторов, только по направлению коммунальные услуги она вела бухгалтерский учет. Ни бухгалтерского, ни кассового учета по предпринимательской деятельности /__/ не вела и никакие документы не подписывала до мая 2015 года, когда сама вступила в должность председателя /__/.

Показания М., С., Ш., А., С. и других, о том, что она на общем собрании давала разъяснения и отвечала на вопросы по финансово- хозяйственной деятельности, в том числе по расходам, поступившим от арендаторов, не подтверждены материалами дела, и противоречат протоколу общего собрания ЖСК от 14 мая 2014 года. Из отчета за 2014 год по предпринимательской деятельности следует, что Ч. оформлял заем денежных средств на нужды кооператива в 2014 году, а погашение этого займа оформил предоплатой от арендаторов на сумму 242000 рублей за 2015 год. Поэтому у части арендаторов имеются квитанции с предоплатой аренды за 2015 года в 2014 году. 

Обращает внимание, что свидетель Б. подтвердила в судебном заседании, что документы относительно поступления и расходования арендных денег, т.е. по «черной кассе» ей приносил Ч., он же давал необходимые объяснения. Полагает, что протоколы допроса свидетеля Б. на предварительном следствии составлены с грубым нарушением уголовно - процессуального закона, и являются недопустимыми.

Указывает, что после изъятия сотрудниками отдела экономической безопасности папки с первичными кассовыми документами были утрачены 10 приходных ордеров на поступление денежных средств от арендаторов за январь- апрель 2015 года, которые были заполнены собственноручно Ч., о чем она указала в расписке от 25 декабря 2015 года.

Считает, что М. признана потерпевшей по уголовному делу неправомерно, в связи с чем, является ненадлежащим гражданским истцом, а акт проверки, составленный М. в мае 2016 года, является недопустимым доказательством, поскольку он ненадлежащим образом оформлен, превышает допустимый срок, в нем отсутствуют финансовые результаты за 2015 год и первичные бухгалтерские документы. Недопустимыми являются показания М., С., так как основаны на недостоверном акте ревизионной проверки. Обращает внимание, что согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 21 марта 2018 года при ее увольнении все начисления и выплаты с ней произведены в соответствии с действующим законодательством. 

Отмечает, что 25 января 2010 года она подавала служебную записку председателю ЖСК Ч. о том, что именно он несет ответственность за нелегальную предпринимательскую деятельность, связанную со сдачей в аренду нежилых помещений. Также была составлена расписка о получении указанной служебной расписки Ч. 25.01.2010.

В обоснование своих доводов о том, что Ч. единолично распоряжался денежными средствами, полученными от арендаторов, приводит показания свидетелей, анализирует их на соответствие иным доказательствам, обосновывая свое утверждение об отсутствии доказательств вверения ей денежных средств, которые как считает сторона обвинения ею присвоены.

Обращает внимание, на противоречие показаний свидетеля С., документам, представленным ООО «/__/». Указывает, что она к проведению работ по капитальному ремонту водопроводного ввода в дом отношения не имела.Считает заключение судебно-бухгалтерской экспертизы, а также дополнительной судебно-бухгалтерской экспертизы недостоверным и ненадлежащим доказательством. Факта вверения ей денежных средств в размере 235526 рублей не установлено и не доказано, следовательно, отсутствует состав преступления, предусмотренный ч.3 ст.160 УК РФ. 

Высказывает критическое суждение относительно возражений государственного обвинителя на ее апелляционную жалобу. Утверждает, что она не имела никакого отношения к денежным средствам, которые Ч. получал от арендаторов нежилых помещений. Обращает внимание на выдержки из протокола судебного заседания, связанные с допросом свидетеля Ч., дает свою оценку показаниям свидетеля, а также дает оценку доводам государственного обвинителя относительно соблюдения требований уголовно-процессуального закона при допросе Ч. на предварительном следствии. Указывает, что Ч. не был ознакомлен в судебном заседании с протоколами его допроса на предварительном следствии. Ссылаясь на имеющиеся в деле больничные листы Ч., указывает на недостоверность его показаний относительно того, что он в течение полугода находился в больнице, а члены правления ЖСК исполняли его работу и собирали денежные средства с арендаторов. Кроме того, период его нахождения на больничном совпадает с периодом, когда она тоже находилась на больничном, и не имела возможности исполнять обязанностиза Ч. по состоянию здоровья. Показания Ч. относительно того, что она занималась вопросами ремонта водопровода, а ремонт производился ООО «/__/» считает недостоверными. Факт участия Ч. в хозяйственной деятельности кооператива и оплаты им выполненных работ летом - осенью 2014 года, по мнению осужденной, подтверждается показаниями свидетелей М., Р., С., М., расчетным счетом на капитальный ремонт от 01 сентября 2014 года, протоколом общего собрания членов кооператива от 14 мая 2014 года. Показания свидетеля Ч., данные им в ходе допроса 23 декабря 2016 года и 13 апреля 2017 года считает противоречивыми.Обращает внимание, что при ее ознакомлении с материалами уголовного дела была допущена фальсификация материалов дела, отражающая способ ее ознакомления с материалами дела. Утверждает, что следователем внесены записи о прочтении свидетелями протоколов допроса, при этом свидетели протоколы допроса подписали не читая. Полагает, что подписи Ч. в протоколе допроса от 14 апреля 2017 года ему не принадлежат. Отмечает, что в материалах дела нет сведений, свидетельствующих о сдаче в аренду нежилых помещений. Просит отменить приговор и постановить в отношении нее оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу государственный обвинитель Паницкий И.А. опровергает доводы апелляционной жалобы, просит приговор оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, выслушав стороны, судебная коллегия считает приговор подлежащим отмене с вынесением нового приговора по следующим основаниям.

В соответствии с положениями ст. 297 УПК РФ приговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основан на правильном применении уголовного закона. Однако судом первой инстанции при постановлении приговора указанные положения закона в полном объеме выполнены не были.

Согласно ч. 1 ст. 38917 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения судом апелляционной инстанции являются существенные нарушения уголовно-процессуального закона, которые путем лишения или ограничения гарантированных настоящим Кодексом прав участников уголовного судопроизводства, несоблюдения процедуры судопроизводства или иным путем повлияли или могли повлиять на вынесение законного и обоснованного судебного решения.

В силу п. 2 ст. 38915 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке является, в том числе существенное нарушение уголовно-процессуального закона.

Описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна соответствовать требованиям ст. 307 УПК РФ и в приговоре должно содержаться описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления.

По мнению судебной коллегии, данное требование закона судом в полной мере не соблюдено, поскольку при описании преступного деяния, содеянного ФИО4, суд не указал, каким образом осужденная присвоила денежные средства /__/.

Судебная коллегия находит, что указанное нарушение уголовно-процессуального закона является существенным и в соответствии со ст. 389.15, 389.17 УПК РФ является основанием для его отмены.

Отменяя приговор суда первой инстанции, судебная коллегия считает возможным постановить по делу новый приговор, поскольку допущенное судом первой инстанции нарушение уголовно-процессуального законодательства при составлении приговора может быть исправлено судом апелляционной инстанции без возвращения дела на новое рассмотрение, т.к. конкретизация действий осужденной при описании преступного деяния не ухудшает положение осужденной и не нарушает требований ст. 252 УПК РФ.

Судебная коллегия установила, что ФИО4 в период с 01.01.2014 по 28.04.2015, имея умысел на хищение чужих денежных средств, используя служебное положение, совершила присвоение принадлежащих /__/, денежных средств, при следующих обстоятельствах. Так, она, будучи трудоустроенной в /__/ в должности главного бухгалтера, согласно приказа №16 от 01.11.1993, в служебные обязанности которого согласно должностной инструкции входило в соответствии с п.2.5 обеспечение правильности организации бухгалтерского учета в соответствии с нормативными документам; п.2.6. осуществление предварительного и последующего контроля за своевременным и правильным оформлением документов и законность совершаемых операций; п.2.7 организация и ведение учета доходов и расходов; п.2.11. осуществление контроля за сохранностью материальных ценностей в местах их хранения и эксплуатации, наличием и движением денежных средств, т.е. будучи наделенной административно-хозяйственными функциями во время исполнения служебных обязанностей, похитила денежные средства /__/.

С этой целью подсудимая в указанный период времени, действуя умышленно, противоправно, из корыстных побуждений, путем присвоения похитила денежные средства /__/.

Ч., в указанный период времени, не осведомленный о преступных намерениях подсудимой, находясь в арендуемых помещениях, расположенных в доме № /__/ и в офисе /__/, расположенном по тому же адресу, ежемесячно получал от арендаторов ИП Б., ИП С., ИП С., ИП К., ИП Р., ООО «/__/» в лице директора К., установленные по условию договоров аренды нежилых помещений, находящихся в доме № /__/, денежные средства, после чего передавал полученные от арендаторов денежные средства подсудимой ФИО4 как в офисе /__/, расположенном в доме № /__/, так и по месту жительства подсудимой в /__/ указанного дома,из которых ФИО4, полученные денежные средства в размере 232526 рублей в кассу /__/ не внесла, а, используя свое служебное положение, присвоила их, распорядившись ими по своему усмотрению.

Таким образом, ФИО4 умышленно, из корыстных побуждений, с целью личного обогащения, используя свое служебное положение, противоправно обратила в свою пользу, вверенные ей денежные средства, принадлежащие /__/, то есть путем присвоения похитила денежные средства на сумму 232526 рублей, чем причинила /__/ имущественный ущерб на указанную сумму.

Подсудимая ФИО4 в заседании суда первой инстанции вину в предъявленном обвинении не признала, показала, что денежные средства, принадлежащие /__/ не присваивала. Она была принята на работу, согласно приказу №16 от 01.11.1993, на должность главного бухгалтера /__/. Трудовой договор был с ней заключен председателем К. 15.08.2001. Деятельность по сдаче в аренду нежилых помещений в цокольном этаже дома велась бывшим председателем /__/ Ч. Он единолично вел финансово-хозяйственную деятельность по данному направлению, заключал договоры с арендаторами, лично собирал арендную плату, в том числе в период с 01.01.2013 по 28.04.2015. Он вел ежегодные кассовые книги за данный период, лично производил расходы денежных средств, поступивших от арендаторов на содержание общего имущества. Всю бухгалтерскую и кассовую (первичную) документацию хранил у себя, и лично сдавал на проверку председателю ревизионной комиссии Б. Никакие денежные средства до мая 2015 года от арендаторов ей никем не передавались. Отчеты по предпринимательской деятельности она не составляла, так как не касалась этой деятельности. Как член правления она принимала участие в организационных вопросах, вносила предложения по деятельности ЖСК, как на заседаниях правления, так и на общих собраниях членов ЖСК. Выполняла требования и поручения председателя. Она занималась только бухгалтерским и налоговым учетом по основной деятельности в сфере /__/, как исполнитель по предоставлению коммунальных услуг потребителям, то есть расчетами собственников, арендаторов за потребленные коммунальные услуги с ресурсоснабжающими организациями, а также учетом средств, собранных с собственников. 

Несмотря на то, что ФИО4 свою вину не признала, ее вина в совершении указанного преступления подтверждается совокупностью собранных по делу доказательств. 

Представитель потерпевшего ФИО2, будучи допрошенной в суде первой и апелляционной инстанции, показала, что с 2013 году до апреля 2015 года председателем /__/ был ФИО5 в 2013-2015 годах была главным бухгалтером, паспортисткой, входила в состав правления, потом стала председателем. Вообще ФИО4 начала работать в /__/ с начала 90-х годов, т.е. задолго до того, как председателем кооператива стал Ч. Занималась всеми финансовыми вопросами в кооперативе в 2013-2015 годах ФИО6. Ч. не мог заниматься финансами и вести их учет, в связи с недостаточностью знаний, он занимался только техническими вопросами в кооперативе. Часть подвальных помещений дома сдавалась в аренду предпринимателям. Арендаторы вносили арендную плату, которую наличными деньгами получал председатель кооператива и отдавал их ФИО4 У Неведомской в квартире стоял сейф, в котором она и хранила деньги, полученные от арендаторов. Деньги, полученные от арендаторов, не отражались в бухгалтерской документации ЖСК. Они составляли «черную» кассу. Такая ситуация с арендными платежами существовала в кооперативе с начала 90-х годов, т.е. с того момента, когда в нем стала работать ФИО6. Денежные средства на содержание дома тратились из «светлой» кассы, которая формировалась за счет средств, собранных с жильцов дома, а также должны были тратиться из «черной» кассы. На ежегодных собраниях членов кооператива председатель кооператива Ч. отчитывался о расходовании средств, в том числе и из «черной» кассы, но ответить на поступавшие вопросы он не мог, на них всегда отвечала ФИО4 Проводилась ревизия, сколько получали арендных денег, и куда они расходовались. Ревизионная комиссия в составе А., Б. и С. отчитывалась по официальным поступлениям и по «черной» кассе, куда входили деньги от аренды, но все отчеты ревизионная комиссия делала только на основании тех сведений, которые им предоставляла ФИО4 Приход денежных средств от арендаторов ревизионная комиссия вообще не проверяла. В 2013-2014 годах она (С.) и Б. у арендаторов, попросили квитки, и им дали копии. Выяснилось, что за 2013 год было собрано с арендаторов 1439400 рублей, а по отчету 1310160 рублей, т.е. сумма не совпадала. В сентябре 2015 года на собрании, ФИО4 указала меньшую сумму. В кассовых книгах за 2013-2014 года не отражены доходы от арендаторов. На отчетном собрании ФИО6 сообщила, что из средств кооператива («черной» кассы) было потрачено около 300000 руб. на ремонт водовода. Они решили проверить эту информацию, однако, из «/__/» поступил ответ, что ремонт произведен за счет «/__/», а не за счет средств кооператива. Когда они сообщили об этом членам правления и попросили представить подтверждающие документы о расходовании указанной суммы, Ч. сказал, что был на больничном с сентября 2014 года и не знает ничего, а ФИО6 отказалась выдать эти документы. Тогда они написали заявление в прокуратуру. 

Представитель потерпевшего ФИО1, будучи допрошенной на предварительном следствии, в суде первой и апелляционной инстанции, дала показания аналогичные приведенным выше показаниям представителя потерпевшего ФИО2, подтвердив факт неоприходования средств, полученных от арендаторов подвальных помещений дома в кассу /__/ при указанных ФИО2 обстоятельствах, а также выявленный факт несоответствия сведений о доходах и расходах средств, полученных от арендаторов, представленных Неведомской, с действительными доходами и расходами. ФИО1 также показала, что разговаривала с ревизорами /__/ и знает от них, что они фактически ревизий не проводили, а просто подписывали отчеты, которые составляла ФИО6. Никто из ревизоров первичных документов о расходовании средств, полученных от арендаторов, никогда не видел. После того как в 2014 году на общем ежегодном собрании правление отчиталось, что 300000 рублей, полученные от арендаторов, были отданы на ремонт водовода, которая с 1993 года был на балансе «/__/» и к имуществу /__/ не относился, был сделан запрос в «/__/» по данному вопросу, согласно ответу, труба была отремонтирована в плановом порядке за счет «/__/». ФИО1 также показала, что реальное руководство правлением /__/ осуществляла ФИО6, Ч., хотя и числился председателем, но финансово-хозяйственной деятельности не касался, он в ней не разбирался. Все деньги, полученные от арендаторов, Ч. отдавал Неведомской. ФИО6 данный факт никогда не отрицала, по ее просьбе из средств ЖСК для хранения данных средств был приобретен сейф, который был установлен у нее (Неведомской) дома. В кооперативе существовала практика, когда Ч. подписывал чистые листы или пустые бланки документов /__/ и передавал их Неведомской. Кассовая книга, касающаяся расходов средств, полученных от арендаторов, представленная Неведомской не содержала первичных документов, подтверждающих расходы.

Допрошенная в качестве свидетеля в суде С. показала, что в начале 2015 года была в составе в ревизионной комиссии. В этот период ФИО4 была бухгалтером, паспортистом, членом правления, а в 2015 году стала председателем. Ей известно, что подвальные помещения в доме сдавались в аренду. Сдавать помещения в аренду решили на собрании. На собрании оговаривали, что аренда необходима для того, чтобы поддерживать коммунальные сети и для благоустройства дома, на нужды дома. Оформлялась аренда на основании договора. Плата с арендаторов собиралась председателем Ч. и бухгалтером Неведомской наличными, при этом они давали арендаторам приходные кассовые ордера. За 2015 год она проводила ревизионную проверку. В состав ревизионной комиссии входили 3 человека, было разделение по направлениям проверки. Помимо нее в комиссии были Т. и К. Ею проверялись все коммунальные платежи, зарплата, платежи, которые предъявляются жильцам к оплате. При проверке арендной платы были разногласия, и ФИО6 распечатала кассовую книгу. Увидели, что не хватало 242000 рублей за 2014 год. Отчет составлялся в 2016 году за 2015 год, была обнаружена недостача в деньгах от арендаторов. По квитанциям, предоставленным арендаторами, следовало, что арендатор С. заплатил 4000 рублей, а он в действительности заплатил 40000 рублей. Были чеки и еще распечатка, кто сколько должен был платить. Сопоставив эти данные, и был сделан вывод, что по арендаторам не хватало 242000 рублей. Это была недостача, которую выявили за январь-апрель 2015 года. В связи с этим разговаривали с Неведомской, Ч., и был дан ответ, что эти деньги заплатили в «/__/». Было озвучено, что деньги потрачены на ремонт трубы на игровой площадке, которую прорвало. Жильцы дома сделали запрос в «/__/», и был дан официальный ответ, что работы проведены за счет «/__/», т.е. для дома бесплатно. Просили председателя представить доказательства оплаты за ремонт трубы, но документов не было. В /__/ Ч. собирал арендные деньги, которые у него аккумулировались, но он часто передавал Неведомской большие суммы. Она знала о существовании «черной» и «белой» кассах в кооперативе, Ч. докладывал по использованию денег, на собраниях Ч. был немногословен. Когда Ч. задавали вопросы, в том числе финансовые, то на них всегда отвечала ФИО6.

Из показаний свидетеля Б. в суде следует, что ФИО6 в /__/ в 2013-2015 годах была бухгалтером, в 2015 году стала председателем. В их доме на /__/ имеются подвальные помещения, которые сдаются в аренду на основании договоров. Точные суммы, поступающие от арендной платы, никогда не озвучивались, Неведомская говорила, что не имеет права их сообщать, так как это коммерческая тайна. Арендаторы были в жесткой форме предупреждены, чтобы никаких сведений жильцам не предоставлять. Когда возникли вопросы по поводу сумм, полученных от арендаторов, то она (Б.) получила от арендаторов корешки об оплате, которые были подписаны Ч. Выяснилось, арендная плата была повышена еще в 2013 году, так решили ФИО6 с Ч., а жильцы об этом не знали. О суммах, полученных от арендаторов, отчитывался на собрании председатель, но указывались общие суммы. Денежные средства от арендаторов Ч. и ФИО6 собирали наличными. В /__/ велись «белая» и «черная» кассы. По черной кассе проходили денежные средства, полученные от аренды нежилых помещений. Решением финансовых вопросов в 2013-2015 годах занималась ФИО6, поскольку Ч., не сведущ в этих вопросах, он никогда не имел отношения к бухгалтерии. Ей известно, что в доме на /__/, имеется обслуживай персонал: 3 уборщицы, 1 лифтер, электрик, сантехник, которые получали зарплату. Бухгалтер и председатель частично получали зарплату из аренды, а часть из официальных денег. За 2013-2015 года в доме проводился косметический ремонт в подъездах. На ежегодных собраниях планировалось что – то сделать на деньги от аренды. Деньги, которые платили в /__/ по графе содержание общедомового имущества, шли на содержание общедомовой имущества и зарплату персоналу. На нужды дома частично брались деньги из тех, которые заплатили жильцы дома и частично от арендной платы. По ремонту трубы пояснила, что осенью 2013 года стало заливать детскую площадку, начали ремонт. На собрании от председателя Ч. стало известно, что ремонт был оплачен, его стоимость составляла около 240000 рублей. Из ответа «Водоканала» следовало, что работы произведены за счет не ЖСК, а «/__/».

Свидетель Ч., будучи допрошенным в ходе предварительного расследования, показал, что с 2007 года по апрель 2015 года он был официально трудоустроен в должности председателя правления /__/, но фактически исполнять обязанности председателя правления он прекратил с ноября 2013 года в связи с плохим состоянием здоровья. С момента его вступления в должность председателя правления он отвечал только за техническую сторону управления домом. За ведение финансово-хозяйственной деятельности ЖСК отвечала ФИО4, также она занималась оформлением всей финансовой документации по дому. ФИО4 занимала должность бухгалтера /__/ еще до того, как он стал председателем правления, на протяжении 25 лет. В доме имелись нежилые помещения, которые сдавались в аренду предпринимателям. Со всеми арендаторами были заключены договоры, оформлением которых занималась ФИО4, а подписаны они были им, как председателем правления. В тонкости оформления данных договоров он не вникал, так как плохо в этом разбирается, опыта работы с такими документами не имел. Он полностью доверял и полагался на ФИО4 в этих вопросах, поскольку она была более компетентна. Все договоры аренды заключались на один год с возможностью их дальнейшего продления, то есть каждый год договоры с арендаторами перезаключались еще на год. По условиям договоров аренды /__/ предоставляет арендаторам в безвозмездное пользование помещения, расположенные в подвальном помещении дома № /__/, при этом оплачивать арендаторы должны были только коммунальные платежи (электроэнергию, водоснабжение), а также поддерживать в исправном состоянии инженерные коммуникации в арендуемом помещении. Почему был составлен именно такой договор, он пояснить не может, так как их составлением занималась ФИО4, а ему давала только на подпись, поясняя, при этом, что таким образом составленный договор будет лучше для дома. Фактически же арендаторы ежемесячно выплачивали денежные суммы на содержание инженерных коммуникаций. Размер платежей устанавливала ФИО4 Почему происходили увеличения денежных сумм, ему неизвестно, это регулировала ФИО4 Деньги у арендаторов забирал лично он, при получении от них денег он выписывал им приходно-кассовые ордера, в данных ордерах он ставил свою подпись. После этого все полученные от арендаторов деньги, он передавал ФИО4, так как именно она отвечала за ведение финансово – хозяйственной деятельности /__/. Ему неизвестно, проводила ли ФИО4 по кассе денежные средства, полученные от арендаторов. О том, что получение денежных средств от арендаторов происходит незаконно, ему известно не было, так как этими вопросами занималась ФИО4, он ей доверял и думал, что она все делала правильно. ФИО4 ему поясняла, что все документы оформлены официально, и что денежные средства от арендаторов идут на обслуживание дома. Почему в отчетах на общих собраниях жильцов по вопросу о собранных денежных средствах с арендаторов указаны заниженные суммы, ему неизвестно, так как всеми финансовыми вопросами, подготовкой отчетов занималась бухгалтер ФИО4, поскольку он в этих вопросах не разбирается, и это входило в ее обязанности, согласно их распределения. О том, что к заключенным договорам аренды имеются другие первые листы, датированные тем же числом, в которых условия аренды изменены с безвозмездной основы на платную, с указанием конкретных сумм денежных средств, ему известно не было. ФИО4 об этих договорах ему ничего не говорила, соответственно договоров с арендаторами на платной основе он не подписывал. ФИО4 просто меняла первые листы договора, так как на нем не было его подписи, а второй лист с его подписью оставался. Почему полученные от арендаторов деньги не отражались ФИО4 в бухгалтерской документации /__/, ему неизвестно, так как бухгалтерией занималась только ФИО4, он в этих вопросах не компетентен. Он надеялся на ФИО4, доверял ей, думал, что она все делает правильно. Денежные средства, полученные от арендаторов, расходовались на содержание общего имущества /__/. Однако ему достоверно неизвестно, все ли полученные от арендаторов деньги тратились на содержание общего имущества, поскольку всеми денежными средствами заведовала только ФИО4, она и распоряжалась ими. Перед ним ФИО4 не отчитывалась за потраченные денежные средства, она самостоятельно готовила отчеты, а затем показывала их на общих собраниях, в том числе и ему. ФИО4 никому не показывала реальные расходы на содержание общего имущества /__/. Фактически в период его нахождения в должности председателя правления /__/ управлением занималась ФИО4, он занимался только обслуживанием технической части дома. В апреле 2015 года на должность председателя правления /__/ официально была назначена ФИО4 На общем собрании членов правления за нее проголосовали три человека, в том числе и он (Ч.). С ноября 2013 года по апрель 2014 года он находился на стационарном лечении в кардиологическом центре и соответственно в этот период времени он не мог исполнять никаких обязанностей председателя правления /__/. Обязанности председателя в этот период исполняла ФИО4 на основании доверенности, выданной лично им. Вопросом ремонта водопроводного ввода в 2013 году занималась ФИО4 на основании доверенности, выданной им, поскольку в тот период времени у него были серьезные проблемы со здоровьем. На момент завершения данных работ он находился на лечении в больнице.

В тот период времени, когда он занимал должность председателя правления /__/, ежегодно проводились собрания собственников жилых помещений, на которых члены правления отчитывались перед собственниками. По финансовым вопросам отчитывалась ФИО4, она сама лично составляла все отчеты, касающиеся финансовой деятельности кооператива. Все документы составляла ФИО4, всю бухгалтерскую деятельность проводила ФИО4, как конкретно проводились отчеты, по каким документам он не знает, это не входило в его обязанности, всей бухгалтерской деятельностью, всей документацией занималась лично ФИО4, она же и предоставляла документы, по которым проводилась ревизионная проверка и делались отчеты. Какие конкретно документы существуют для ведения бухгалтерской деятельности, он не знает, никаких документов сам он не составляя, как ведется отчет, кассовые книги и другие специальные документы он не знает, он этим никогда не интересовался, всегда доверял ФИО4, которая длительное время работала бухгалтером, и ей все доверяли на слово. Он ничего не знал о «черной» и «белой» кассах, получал заработную плату из денежных средств, которые поступали в /__/, но откуда именно, ему не известно. 

Денежные средства от арендаторов получал он, после чего передавал всю сумму лично ФИО4, без каких-либо ведомостей или актов приема-передачи. Эти передачи осуществлялись как в офисе ЖСК, так и в квартире ФИО4 В момент передачи денежных средств он в присутствии арендаторов заполнял квитанции о получении денежных средств за аренду, при этом сумма в квитанции всегда совпадала с суммой полученных денежных средств, копии квитанций передавались ФИО4, один экземпляр квитанции оставался у арендаторов. В один из месяцев, какой точно не помнит, ФИО4 попросила его составить квитанции с арендаторами, указав в них несколько месяцев сразу, при этом никаких денежных средств от арендаторов он не получал, одна квитанция от арендаторов передавалась ФИО4, а копии отдавалась арендаторам, при этом зачем это было сделано ФИО4, пояснить не может. В /__/ существовало две идентичные печати, они хранились в офисе в столе, к печатям всегда имела доступ ФИО4, она ими в основном и пользовалась, поскольку именно она занималась всей документацией в /__/.

«Расписку» и «Служебную записку», предоставленные ФИО4, в которой указано, что еще 25.01.2010 она, якобы, обращалась к нему по поводу того, что не может заниматься бухгалтерской деятельностью, он никогда не видел, полагает, что их подделала ФИО6. В период работы в /__/ для облегчения оказания помощи жильцам дома и членам /__/ были изготовлены чистые бланки с реквизитами /__/ внизу которых были поставлены его подпись и подпись ФИО4, они были предусмотрены для выдачи различных справок. 

Его супруга по образованию экономист, в настоящее время на пенсии, она никогда никакими документами /__/ не занималась, никогда никаких документов он домой не приносил, она никогда ему по работе не помогала и никаких консультаций или отчетов не составляла (том №3 л.д. 153-158, том №6 л.д. 85-89).

В судебном заседании Ч. изменил ранее данные показания. Он показал, что не передавал ФИО4 денежные средства, полученные от арендаторов, и о поступивших от них средствах ей не говорил, т.к. не разбирался в тонкостях. Денежные средства, полученные от арендаторов, шли на обслуживание дома, на зарплату персонала, собирались на капитальный ремонт дома. Эти деньги проходили по бухгалтерской отчетности, составлялся отчет по выполненной работе, который он доводил на общем собрании. Отчет в части расходования арендных денег готовил он. Ревизионная комиссия проводила проверку, на собрании результаты доводили информацию по итогам до жильцов. Размер арендной платы в кооперативе определялся на собраниях, согласовывали с арендаторами, а о том, на какие цели будут потрачены арендные деньги, решалось на собраниях. В обслуживающий персонал дома входили три уборщицы, электрик, сантехник, дворник, лифтер, техник, обслуживающий лифты. Они получали зарплату из арендных денег по ведомости. Он лично выдавал из «черной» кассы зарплату электрику, сантехнику, дворнику, трем уборщицам, лифтеру, механику по лифтам, технику по водосчетчику, паспортисту, но суммы не помнит. Он также получал зарплату из «черной» кассы. Документы, касающиеся арендных денег, хранилась у него дома и в офисе, денежные средства, собранные от арендаторов в 2013-2015 годах он хранил у себя в квартире. В 2015 году все документы и остаток денежных средств передал Неведомской. В 2013 году с водопроводом, который проходил по территории детской площадки, возникли проблемы, были свищи, подтапливало. Данная труба находилась на балансе «/__/», проводился ремонт этой трубы. Вопросом, связанным с расходованием денег /__/ на ремонт трубы занималась ФИО6, поскольку он в это время был предынфарктном состоянии. Стоял вопрос о том, что нужно убирать детскую площадку, но ФИО6 договорилась, что можно сделать по-другому, договорилась со сторонней организацией с «/__/». При самом ремонте он не присутствовал. Из документов, которые ему представила ФИО4, следовало, что ремонт выполнялся за счет кооператива сторонней организацией, была смета о выполненных работах от сторонней организацией, но это был не «/__/», а также была смета от «/__/». Ремонтные работы водовода в 2014 году организовывала ФИО6, она же должна была расплатиться с «/__/». При работе ревизионной комиссии, он документы по «черной» кассе передавал на проверку Б., в том числе и кассовые книги, первичные документы, приходные ордера. В приходных ордерах в 2014-2015 года отражались поступления денежных средств только от арендаторов, в них были выписаны суммы, которые отражалась в кассовых книгах. В кассовых книгах также находились, оформленные им расходные ордера, ведомости по зарплатам. Акты проведенных ревизионных проверок подписывал он. Он не помнит, чтобы в апреле 2015 года было обнаружено расхождение по остатку в кассовой книге. Расходных ордеров и договоров займа на его имя на сумму 242000 рублей не было. Он не помнит, чтобы отражалась в отчете ревизионной комиссии предоплата в сумме 242000 рублей, никаких предоплат не было. 

Объясняя противоречия Ч., указал, что протокол ему на следствии зачитывал его адвокат, а следователю он давал те же показания, что и в суде, почему так записано, пояснить не может.

Давая оценку показаниям свидетеля Ч., судебная коллегия признает достоверными его показания, данные в ходе предварительного расследования, поскольку они логичны и подтверждаются иными доказательствами, имеющимися в деле. Данные показания были получены в строгом соответствии с нормами УПК РФ. Утверждение осужденной ФИО4 о нарушении норм УПК РФ при составлении протокола допроса Ч., выразившиеся в отсутствии отметок об отсутствии заявлений и личном прочтении протокола, судебная коллегия признает несостоятельными, т.к. в указанном протоколе данные отметки имеются. 

Показания, данные Ч. в суде, судебная коллегия признает не достоверными, т.к. они противоречивы и опровергаются иными имеющимися в деле доказательствами, приведенными ниже. Причины изменения показаний, приведенные Ч., являются явно надуманными. Оценивая показания Ч., данные им в судебном заседании, судебная коллегия учитывает, что Ч. знаком с ФИО4 длительное время и может быть заинтересован в избежании ею уголовной ответственности за содеянное. 

Свидетель Ч. в судебном заседании подтвердил свои показания данные в ходе предварительного следствия, из которых следует, что членом правления /__/ он являлся более 10 лет, в правлении был до 2015 года. В 2007 году председателем был избран Ч. Бухгалтером /__/ являлась ФИО4 на протяжении 25 лет. В состав правления /__/ входили он, Ч. и ФИО4 Ч. отвечал за техническую часть дома, всеми хозяйственно-финансовыми и бухгалтерскими вопросами занималась ФИО4, а он следил за выполнением каких-либо хозяйственных работ, выполнял мелкие работы по дому, следил за техническим состоянием крыши, дверей, доводчиков, счетчиков, остеклением рам и т.д. В подвальном помещении дома № /__/ имеются помещения, которые сдаются в аренду. На каком основании данные помещения сдавались в аренду, ему неизвестно, договоров аренды он не видел, всеми этими вопросами занималась ФИО4, так как это входило в ее обязанности. С арендаторов данных помещений взималась арендная плата, а на собраниях отчитывались, какая денежная сумма была получена от арендаторов за год и сколько денег из этой суммы потрачено на ремонт дома. Деньги с арендаторов во время своего нахождения на должности председателя собирал Ч. и передавал их ФИО4, поскольку всеми финансовыми вопросами занималась она, и все денежные средства были в ее распоряжении. С апреля 2015 года председателем /__/ стала ФИО4, так как Ч. не мог исполнять своих обязанностей по состоянию своего здоровья. Но еще до этого времени Ч. официально являлся председателем /__/, однако фактически его обязанности исполняла ФИО4, так как Ч. болел, часто находился на лечении в различных медицинских учреждениях. Все финансовые отчеты всегда готовила ФИО4, так как всеми финансово-хозяйственными вопросами занималась она. О том, что в /__/ имелись «белая» и «черная» кассы, он не знал, об этом ФИО4 никогда не говорила. Около трех лет с ним, как с членом правления /__/, никаких вопросов не обсуждалось, все решения принимались Ч. и ФИО4, ему просто просили иногда подписывать какие – то бумаги, иногда даже пустые бланки. Насколько он понимал, в большинстве случаев решения принимались ФИО4, Ч. она об этом просто ставила в известность, по всем финансовым вопросом решения принимала только ФИО4, так как Ч. не разбирался в этих вопросах и доверял ФИО4 их решение. Все вопросы, касающиеся распределения денежных средств, решала единолично ФИО4 даже в тот период, когда председателем был Ч. Ремонт водопроводного ввода проводился в 2014 году сотрудниками «/__/». На собрании ФИО4 отчитывалась, что данные работы проводились за счет средств /__/, было потрачено около 250 000 рублей. Позднее выяснилось, что работы производил «/__/» за свой счет.

ФИО4 знает на протяжении 30 лет, характеризует ее как человека наглого, волевого, властного, жесткого. Ч. также давно знает, ранее вместе с ним работал в НИПП, он работал фрезеровщиком, характеризует как человека безвольного, безинициативного, ведомого, простого, бесхитростного (т.3 л.д.70-74).

Свидетель С. в судебном заседании показал, что с 01.01.2010 он арендует подвальное помещение в жилом доме № /__/, где осуществляет торговлю, и 188,7 кв.м под склад. Договор с 01.01.2010 по 31.12.2015 об аренде указанных помещений он заключал с /__/ в лице представителя правления Ч. По условиям договора он был обязан содержать помещение в надлежащем состоянии, нести расходы по его содержанию. Первый лист договора в период с 2010 года по 2015 год готовился в двух вариантах, с разницей в п.3.1.1. В одном варианте была указана сумма аренды прописью или цифрами, а в другом указано: «Стоимости эксплуатационных расходов, которые определяются из расчета занимаемой площади по действующим ценам соответствующих организаций, и оплачиваются арендатором самостоятельно…».В договорах от Арендодателя ставил подпись председатель правления Ч., а от Арендатора подписывал он. В 2013 году арендная плата ежемесячно составляла 39000 рублей, в 2014, 2015 годах - по 40000 рублей. Денежные средства за аренду помещения после мая 2015 года он ежемесячно передавал лично ФИО4, которая сначала работала бухгалтером, а затем председателем /__/, а до этого с января 2013 года передавал Ч. Денежные средства он всегда отдавал председателю правления, а в подтверждение оплаты ему выдавалась квитанция к приходно-кассовому ордеру, которая была заранее заполнена. В ней указывались дата передачи денег, его фамилия либо наименование ИП, месяц, за который произведена оплата, сумма переданных денежных средств, подпись лица, принявшего денежные средства. В некоторых квитанциях, которые ему выдавались, не был указан год, месяц, подпись лица, принявшего денежные средства, также на квитанциях категорически отказывались ставить печать /__/. В квитанциях за 2013 - 2014 года и до мая 2015 года денежные средства за аренду помещения всегда собирал Ч., поэтому в выданных ему квитанциях в графе «главный бухгалтер» стояла подпись Ч. Заполненные квитанции к приходно-кассовому ордеру уже были оторваны от приходно-кассового ордера, основную часть приходно-кассового ордера он не видел. Оплата за отопление арендуемого помещения была заложена в сумму аренды, отдельные счета за отопление не выставлялись, при этом оплата отопления происходила по устной договоренности. Электроэнергия оплачивалась отдельно, согласно показаниям счетчика, при этом электроэнергию он оплачивал напрямую в ресурсопоставляющую организацию, поскольку между ним и организацией был заключен договор. Оплата за горячую и холодную воду происходила отдельно от суммы аренды и денежные средства за воду всегда передавались наличными денежными средствами ФИО4, оплата за воду выставлялась согласно показаниям счетчиков. 15.09.2015 ФИО4 при получении арендной платы за сентябрь 2015 года предъявила ему акты о несении расходов сторонами, которые ранее шли к договорам аренды, при этом в них не указаны конкретные работы и их стоимость, и попросила их подписать в том числе «задними» числами для отчетности, т.к. сведений об оплате аренды наличными деньгами в договоре не было. Им были подписаны представленные ФИО4 акты, однако никаких работ по данным актам он не выполнял. Таким образом, в 2013 году он заплатил за аренду: в январе 2013 года - 36000 рублей, с февраля по декабрь того же года по 39000 рублей, всего за 2013 год - 465000 рублей. При этом в договоре была указана сумма 36000 рублей в месяц. В 2014 году им были внесены за аренду за 12 месяцев по 40000 рублей в месяц, а всего 480000 рублей. В 2015 году за 9 месяцев по 40000 рублей в месяц всего на сумму 360000 рублей. 

Свидетель С. в судебном заседании показал, что около 12-13 лет он арендует площади под магазин в цоколе дома на /__/. Отношения были оформлены договором, который заключался каждый год. Договор от ЖСК был подписан председателем Ч. Подписывались два варианта договора, в одном была указана сумма аренды, а во втором суммане содержалась, в нем обговаривалось условие о содержании помещения в хорошем состоянии. Оплачивали арендную плату по договорам наличными непосредственно председателю Ч. Все это происходило в самом помещении его магазина на /__/. После того как председателем стала ФИО6, то арендную плату начал отдавать ей. После оплаты арендной платы ему давали квитанции. Размер арендной платы менялся от периода к периоду. В квитанциях указывались сумма, дата, была подпись председателя Ч. Ему приносили готовые квитанции, в которых уже стояли подписи. В 2015 году ФИО6 обращалась к нему с просьбой подписать акты о проделанной работе ЖСК.

Свидетель К. в судебном заседании показал, что с 2010 года он арендует у /__/ нежилое подвальное помещение в доме на /__/. С 2010 по 2015 год у него были заключены договор аренды с председателем правления Ч. По условиям договора он был обязан содержать помещение в надлежащем состоянии, нести расходы по его содержанию. Первый лист договора в период с 2010 по 2015 года готовился в двух вариантах, с разницей в п.3.1.1, в одном варианте была указана сумма аренды прописью или цифрами, а в другом указано: «Стоимости эксплуатационных расходов, которые определяются из расчета занимаемой площади по действующим ценам соответствующих организаций, и оплачиваются арендатором самостоятельно…». Договоры от арендодателя подписывал Ч., а от Арендатора - он. Лист договора с суммой арендной платы находился только в /__/, ему не выдавался, и на нем внизу он писал своей рукой, что согласен и ставил подпись с расшифровкой. Он ежемесячно оплачивал аренду в сумме указанной в договоре. В период с 01.01.2013 по август 2015 года он ежемесячно платил арендную плату за нежилое помещение в размере 20 000 рублей. По условиям договоров аренды, нежилое помещение он арендовал на безвозмездной основе, а в счет оплаты аренды он должен был содержать в исправном состоянии инженерные коммуникации, находящиеся в арендном помещении, в том числе трубы водоснабжения, коммуникаций, отопления, электропроводку. Оплачивал аренду помещения наличными денежными средствами лично в руки бывшему председателю /__/ Ч. до апреля 2015 года, а после ФИО4 Ежемесячно в указанные периоды времени председатель Ч., а позже ФИО4 приходили в его офис, расположенный в арендуемом помещении на /__/, и забирали у него денежные средства, предназначенные для погашения арендной платы. В подтверждение оплаты ему выдавались квитанции к приходно-кассовому ордеру, которые были заранее заполнены, в ней указывались дата, его фамилия либо наименование ООО, месяц, за который произведена оплата, сумма и подпись лица, принявшего денежные средства. В некоторых квитанция, которые ему выдавались, не были указаны год, месяц, а также подпись лица, принявшего денежные средства, также на квитанциях никогда не ставилась печать /__/. В квитанциях за 2013 - 2014 года стоит подпись Ч., поскольку денежные средства за аренду помещения всегда собирал он. Когда в должность председателя правления /__/ вступила ФИО4, денежные средства за аренду стала собирать она, и в квитанциях подпись стала ставить она. До 15.09.2015 никаких актов выполненных работ по содержанию коммуникаций и дома он не подписывал и никогда их не видел. 15.09.2015 ФИО4 принесла акты выполненных работ и попросила подписать их. Это были акты, которые шли к договорам о несении расходов сторонами, при этом суммы расходов в них не указаны.

Оплата за отопление арендуемого помещения была заложена в сумму аренды. Электроэнергия оплачивалась отдельно, согласно показаниям счетчика, при этом электроэнергию он оплачивал напрямую в ресурсоснабжающую организацию, так как между ним и организацией был заключен договор. Оплату за горячую и холодную воду производил согласно показаниям приборам учёта, оплата производилась наличными ФИО4, которая взамен выдавала квитанции о получении денежных средств с указанием за какую услугу, месяц и сумму. 

В 2013 году он заплатил за аренду за 12 месяцев 240000 рублей, за 12 месяцев 2014 года - 240000 рублей, за 9 месяцев 2015 года - 180000 рублей. Квитанции к приходно-кассовому ордеру за январь, февраль, март, апрель 2015 года выдавалась в апреле 2015 года председателем правления Ч. Арендную плату за четыре месяца вперед, а именно за январь, февраль, март и апрель 2015 года он не вносил, а всегда платил помесячно.

Свидетель Б. в судебном заседании показала, что с 2000 года арендует нежилое помещение у /__/ на /__/, где бухгалтером была ФИО6, а Ч. председателем. Договоры аренды заключались ежегодно. После собрания представитель приносил ей договор, аналогичный предыдущему году, в котором было прописано, что по договору она оказывает услуги по содержанию нежилого помещения, а фактически она должна была платить деньги каждый месяц определенную сумму и никаких услуг по содержанию помещений они не производили. Расчет каждый месяц производили наличными средствами, к ней приходил председатель Ч., приносил готовый корешок с подписью и суммой, а в 2015 году после избрания Неведомской председателем, и она стала приходить. В корешках была написана та сумма, которую она отдавала. Отопление включалось в стоимость аренды, в помещении у нее нет воды, а по электроэнергии у нее заключен договор с Горсетями, куда она и производит напрямую оплату. В 2015 году к ней подходила ФИО6 с актами, которые необходимо было подписать. Это были акты выполненных работ, но там не было указано, каких именно работ, она не вникая подписала. Почему в договоре за 2013 год в графе «фиксированная плата» указано 5100 рублей, а по приходно-кассовому ордеру 5500 рублей за данный период, пояснить не смогла. Ей всегда приносили два договора, один она подписывала, и его забирали, а другой она оставляла себе. С 01.01.2013 сумма оплаты не изменялась и составляла 5500 рублей. В квитанциях от 25.12.2014 указано на предоплату за последующие три месяца 2015 года – 22000 рублей, но никакой предоплаты не было, она платила ежемесячно. Передавались денежные средства Ч., а в последующем Неведомской, у нее в арендуемом помещении.

Из показаний свидетеля Р. в суде следует, что на /__/ он арендовал помещение под тренажерный зал «/__/». Ранее хозяином зала был К., который, судя по договорам, владел этим помещением на праве аренды, оплачивая 40000 рублей в месяц. С января 2015 года он заключил договор аренды с Ч., а впоследствии с Неведомской. Будучи управляющим залом во время аренды зала К., он собирал сумму для оплаты и отдавал либо К., либо С. Когда он стал ИП, то арендную плату передавал Ч., а потом Неведомской в размере 40000 рублей в месяц. Ему выдавали квитанцию, как подтверждающий документ о передаче денежных средств. На протяжении 2015 года деньги могли передавать или он, или С. По квитанции им была внесена предоплата в 105000 рублей, при этом он считал, что намечены какие-то работы. Летом 2015 года ФИО6 сказала ему, что в договоре есть пункт о том, что он должен выполнять работы, помимо 40000 рублей оплаты. Коммунальные платежи он оплачивал по договорам, заключенным непосредственно с ресурсоснабжающими организациями К. Оплата холодной воды производилась по переданным квитанциям отдельно от аренды. По данному уголовному делу он участвовал в оперативном мероприятии. 

Свидетель Ш. в суде показала, что ей известно о том, что /__/ сдает в аренду нежилые помещения на /__/ в цокольном этаже нескольким арендаторам. На собраниях Ч. и ФИО6 отчитывались, что с арендаторами заключены договоры, и они получали за аренду деньги. От жильцов дома ей стало известно о существовании двух касс в кооперативе: «черной» – доходы от аренды, «белой» – по квитанциям. Ч. в мае 2015 года, отчитываясь о финансовой деятельности, сказал, что за счет кооператива был произведен ремонт водовода, за который кооператив заплатил около 300000 рублей. После собрания она вместе с С., М. и А. пришли к Ч. и Неведомской в правление и попросили предоставить документы, подтверждающие оплату, но ФИО6 их выгнала. Тогда они направили запрос в «/__/», от которого поступил ответ о том, что ремонт произведен за счет их средств. К бухгалтерским документам Неведомская никого не допускала, ревизионная комиссия проверяла только те документы, которые предоставляла им ФИО6. Ч. простой слесарь, руководила всем ФИО6, и все решения принимала она.

Свидетель С. в суде показала, что сентября 2001 года по октябрь 2015 года она работала в /__/ в должности лифтера. Заработную плату получала она в двух частях: первую - в размере 1500 рублей у Неведомской по расходно-кассовым ордерам, и с этих денежных средств шли отчисления в налоговую и пенсионный фонд, а вторую часть в размере 4 500 рублей выдавал по ведомости председатель из денежных средств, поступивших от арендаторов. Насколько ей известно, заработную плату неофициально получали все сотрудники /__/. По поводу ремонта водопроводного ввода, проводившегося в 2014 году, пояснила, что работы проводились «/__/», стояла их машина. На собрании председатель пояснил, что денежные средства кооператива около 300000 рублей потрачены на ремонтные работы. Из отчета правления дома следовало, что данные работы оплачивались из средств, собранных за аренду.

Из показаний свидетеля А. в судебном заседании следует, что /__/ осуществляет свою деятельность в доме на /__/. Руководство деятельностью кооператива осуществляет правление, состоящее из трех человек, контроль за которым, в свою очередь, осуществляет ревизионная комиссия. Председателя правления избирают из числа членов правления, в его обязанности входит решение организационных и финансовых вопросов, члены правления помогают председателю в решении организационных вопросов. В ревизионную комиссию входит три человека, которых избирают на общем собрании собственников большинством голосов. Каждый член ревизионной комиссии отвечает за какую-то одну сферу деятельности кооператива. В 2011 году она была избрана членом ревизионной комиссии, которым являлась до 2015 года. В то время, когда она была включена в состав ревизионной комиссии, председателем правления /__/ был Ч., бухгалтером ФИО6. Как член ревизионной комиссии она отвечала за проверку банковской документации /__/, за проверку оплаты услуг ЖКХ. Кроме нее в то время в состав ревизионной комиссии были включены Ф., которая отвечала за проверку расходования денежных средств, поступивших от жильцов дома и Б., которая отвечала за проверку расходования денежных средств, поступивших от арендаторов. За все то время, которое она входила в состав ревизионной комиссии, нарушений в части работы с банком, оплатой услуг ЖКХ выявлено не было. Проверку она проводила только по тем документам, которые предоставляла ФИО4 Отчет по хозяйственной деятельности от правления на общих собраниях в 2013, 2014 годах зачитывал Ч. Она знала о существовании в /__/ «белой» и «черной» кассы. Денежные средства, полученные по квитанциям на «содержание жилья» шли частично на зарплату, а частично на уплату налогов. Денежные средства, поступающие от аренды, проводились через «черную» кассу, они тратились на ремонт и обслуживание дома. Ей известно, что из денежных средств, собранных с жильцов дома, заработную плату получали лифтер - С., электромеханик по лифтам – Т., бухгалтер – ФИО4, председатель правления – Ч., также часть заработной платы бухгалтер и председатель получали из арендных денег. Насколько ей известно, текущий ремонт дома и приобретение канцелярии ФИО4 осуществляла из средств, собранных с арендаторов нежилых помещений. В 2014 году проводились работы по ремонту водопроводного ввода, которые со слов ФИО4, осуществляла организация, находящаяся при ООО «/__/», о чем у нее имеется вся необходимая документация, но никаких документов она не видела. Она интересовалась, почему ремонт производит сторонняя организация, а не ООО «/__/» на что ФИО4 пояснила, что данные работы было необходимо произвести в срочном порядке, а «Томсководоканал» не смог бы это сделать быстро, поэтому ремонт произвели за счет средств /__/.

Будучи допрошенной на предварительном следствии, свидетель Б. показала, что с 2011 по 2014 она входила в ревизионную комиссию /__/. В ее обязанности, как члена ревизионной комиссии входила проверка бухгалтерских и банковских документов, проверка «черной кассы», в которую входили деньги от арендаторов. А. отвечала за ведение банковских документов и платежей по расчетному счету, Ф. - за проверку «белой» кассы /__/. За все то время, что она находилась в ревизионной комиссии, в части ведения «черной» кассы нарушений выявлено не было. Проверка «черной» кассы проводилась только по тем документам, которые предоставили председатель правления Ч. и бухгалтер ФИО4 По итогу проверки финансовой деятельности /__/ за 2014 год, ревизионной комиссией было составлено два отчета - один был подготовлен по денежным средствам, собранным с жильцов дома, то есть по «белой» кассе, а другой - по расходованию денежных средств, полученных от арендаторов. Со слов членов предыдущей ревизионной комиссии ей известно, что существовали договоры аренды нежилых помещений, но сама этих договоров она не видела. О том, что с арендаторов ежемесячно собирается арендная плата, ей было известно, так как она проверяла «черную» кассу, а все денежные средства, полученные от арендаторов, проходили именно по «черной» кассе и в официальной бухгалтерии /__/ не отражались. На собраниях собственников жилья члены правления отчитывались о собранных с арендаторов денежных средствах за год, озвучивалась общая сумма, кто из арендаторов какую сумму платил ежемесячно, на собраниях не говорили. По «черной» кассе бухгалтер ФИО4 проводила денежные средства, полученные от арендаторов, скорее всего для того, чтобы /__/ уплачивал меньшую сумму налогового сбора. Заработную плату бывший председатель правления Ч. и ФИО4 получали из «белой» и «черной» касс. Ей известно, что из денежных средств, собранных с жильцов дома, заработную плату получали лифтер и электромеханик по лифтам. Все остальные сотрудники /__/ получали заработную плату из «черной» кассы. Ремонт водопроводного ввода проводился в 2014 году, работы проводились, велись раскопки на территории детской площадки. При проверке «черной» кассы в 2015 году, то есть денежных средств, поступивших от арендаторов в 2014 году, Ч. была предоставлена документация о расходовании денежных средств на ремонт водопроводного ввода, а именно был предоставлен договор, но текст договора она не читала. Договор был заключен между /__/ и какой-то организацией, название не помнит. Как ей пояснял Ч., данный договор был заключен на ремонт водопроводного ввода в августе 2014 года. Кем именно был подписан данный договор от лица /__/, она не помнит. К договору были приложены акты, но что это были за акты, она не знает, текст не читала. Из предоставленных Ч. документов следовало, что ремонт водопроводного ввода производился за счет средств /__/, за счет денег, полученных от арендаторов. На какую именно сумму были выполнены работы, она не помнит. Все доверяли ФИО4, считали ее профессионалом в области бухгалтерии, кроме того она длительное время работала в /__/ и знала все тонкости и нюансы. Только ФИО4 в период правления Ч. велись и заполнялись все документы, в том числе и бухгалтерские, касающиеся /__/, именно к ней обращались все сотрудники и члены /__/ по любым вопросам, именно она давала всю необходимую информацию, справки о деятельности /__/. Ч. не имел никаких познаний в области бухгалтерии, он выполнял работы, связанные, например, с поиском работников, организацией любых видов работ и контролем за их исполнением(т.3, л.д. 121-124, т.6, л.д. 90-93).

В судебном заседании свидетель Б. частично изменила свои показания. Она показала, что деньги от арендаторов собирал Ч., он же вел кассовую книгу, приносил ей документы, где его рукой были заполнены приходные ордера. За период с 2013 по 2015 год было много документов, свидетельствующих о приобретении товаров для нужд /__/, а также о проведении каких-либо работ. Ко всем расходным ордерам были приложены кассовые чеки, товарные чеки, акты выполненных работ. Эти документы приносил и забирал Ч., а за 2014 год документы приносила дочь Ч., потому что Ч. находился в больнице. Отчеты о хозяйственной деятельности составляли члены ревизионной комиссии, они все вместе собирались и обсуждали, а потом Ч. их зачитывал на собрании. В 2014 году производился ремонт водопровода, был заключен договор, но с какой организацией не помнит. Стоимость работ по договору составила более 200000 рублей, договор был в документах по «черной» кассе. По ремонту трубы видела чеки, расчет должен был пройти наличными из средств «черной» кассы.

Противоречия в показаниях объяснила тем, что на следствии ее «не так поняли», «черную» кассу вел только Ч. Протоколы допросов не читала, только подписывала, так как времени не было. В первом допросе говорила, что ФИО6 проводила денежные средства по «черной» кассе, но это та, часть документов в «черной» кассе, касающиеся приобретения материалов для бухгалтерии, канцтовары, расчеты за услуги. При повторном допросе указала, что всей бухгалтерской отчетностью занималась ФИО6, поскольку все бухгалтерские документы вела ФИО6, Ч. не занимался бухучетом, он вел «черную» кассу, а это внутренняя финансовая деятельность. К «черной» кассе Неведомская никакого отношения не имела, она вела только «белую кассу» и бухгалтерию.

Давая оценку показаниям свидетеля Б., судебная коллегия признает достоверными ее показания данные в ходе предварительного расследования, поскольку они логичны и подтверждаются совокупностью иных доказательств, имеющихся в деле.

Частичное изменение показаний свидетелем в суде судебная коллегия расценивает как попытку помочь ФИО4 избежать уголовной ответственности, поскольку из материалов дела следует, что Б. знакома с последней в течение длительного промежутка времени. Судебная коллегия отмечает, что приведенные выше показаний Б., данные ею в суде, опровергаются иными имеющимися в деле доказательствами. Причины изменения показаний, приведенные Б., являются надуманными и неубедительными. Вопреки утверждению свидетеля, ее показания на предварительном следствии приведены в протоколах ее допросов ясно, неоднозначное их токование исключено. В связи с изложенным судебная коллегия признает приведенные выше показания Б., данные ею в суде, недостоверными.

Из показаний свидетеля А. в суде следует, что в /__/ в 2013-2015 годах она работала уборщицей. В /__/ еще работали председатель, бухгалтер, лифтер, механик по лифтам, сантехник. Она знает, что нежилые помещения в доме на /__/ сдаются в аренду. Из каких средств выплачивалась зарплата ей и другим сотрудникам не знает, но думает, что из арендных. Зарплату им по ведомостям платил Ч. У дома имелось две статьи дохода, одна это деньги от жильцов, вторая – средства от арендаторов. На общих собраниях о расходовании денежных средств отчитывался Ч., однако он всегда был не уверен, складывалось впечатление, что не он составлял отчет. В то время как ФИО6 была в курсе всех дел, все знала и объясняла. Бухгалтерским учетом, контролем, расходом занималась ФИО6. В 2014 году прорвало трубу на детской площадке, на собрании ФИО6 сказала, что на ремонт трубы затрачено 280000 рублей из средств кооператива. Ей не поверили, так как были сомнения по расходованию арендных денег. Из письменного ответа стало известно, что работы произведены «/__/».

Свидетель С. в суде показала, что на собрании членов кооператива в апреле в 2015 году она была избрана членом правления /__/. По поводу ремонта водопроводного ввода, проводившегося в 2014 году, пояснила, что работы по ремонту проводились. Какая организация вела эти работы, она не знает, на собрании было озвучено, что ремонт водопроводного ввода проводился за счет средств /__/, объясняли это тем, что они договорились с какой-то организацией, провести ремонт более щадящим способом. В дальнейшем из «/__/» получен ответ, что работы по ремонту водопроводного ввода ООО «/__/» выполняло за свой счет, поскольку эта территория находится в их обслуживании.

Свидетель Б. в судебном заседании показал, что является членом /__/, в 2015 году он был членом правления. Знает, что нежилые помещения в их доме на /__/ сдаются в аренду. Ежегодно проводились общие собрания членов кооператива, на которых выступали председатель, бухгалтер, они докладывали суммы потраченные на нужды дома, планируемые работы. Финансовыми вопросами в ЖСК занималась ФИО4, как бухгалтер. В 2014 году проводился ремонт трубы, кто производил ремонт ему неизвестно.

По ходатайству стороны защиты в судебном заседании были допрошены следующие свидетели.

Так свидетель К. показала, что в ревизионную комиссию она была избрана на собрании в октябре 2015 года, проработала до 29.03.2016. Она проверяла кассовые документы за 2015 год, в том числе и кассовую книгу за 2015 год. Часть документов ей была предоставлена бухгалтером Неведомской, а часть документов находилась в ОБЭП, которые она сфотографировала в присутствии С., К., следователя и Неведомской. Некоторых документов не хватало, не были представлены документы с января по апрель 2015 года. В отчете за 2014 год была информация о предоплате от арендаторов. На собрании, которое прошло в октябре 2014 года, напомнили о том, что в кооперативе, чтобы не платить налоги ведется «черная» касса. ФИО6, как бухгалтер, сдавала отчеты за доходы, собираемые с жильцов. В 2014 году касса велась раздельно, ревизионная комиссия составляла 2 отчета: один по «черной» кассе, второй по «белой», в которую входили взносы от жильцов, которые шли на зарплату председателю, бухгалтеру, налоги. В /__/ был обслуживающий персонал в составе: сантехника, электрика, паспортиста, бухгалтера. 

В отчете предыдущей ревизионной комиссии имелись сведения о трубе, которую отремонтировал «/__/», а оплату провели за счет кооператива, первичных документов по ремонту трубы методом прокола, она не видела. Арендные деньги в сумме 242000 рублей были получены в 2014 году, как предоплата, об этом имелась запись в отчете предыдущей ревизионной комиссии, в связи с тем, что потребовались средства для выполнения работ по прокладке труб методом прокола для замены водовода. 

Свидетель Ф. показала, что избиралась членом ревизионной комиссии в 2013, 2014 годах, проверяла «белую» кассу, зарплату, которую получали председатель, бухгалтер, лифтер. Документы для проверки ей давала бухгалтер ФИО6. В 2014 - 2015 годах ей предоставляли кассовые книги, папки. В приходе отражалось только поступление от собственников жилья. В кассовой книге отражалась та сумма, которая указывалась в квитанции. Были в кассовой документации и расходные кассовые ордера, подписанные председателем и бухгалтером. Она получала вознаграждение за ревизионную проверку от Ч., у которого подписывала расходный ордер на получение вознаграждения. Вознаграждение выплачивалось из «черной» кассы, которая состояла из средств от арендаторов. Размер вознаграждения был утвержден на общем собрании, и в 2014 году был 5000 рублей. Акты ревизионной проверки подписывались ею, Б. и А. Проверка включала все, что было сделано за год, и за что заплатили. Она свои результаты передавала председателю ревизионной комиссии. При проводимых проверках недостачи за 2013-2014 года выявлены не были. А. отвечала за ведение банковских документов и платежей по расчетному счету, Б. отвечала за расходование денежных средств, поступивших от арендаторов. По итогу проверки финансовой деятельности /__/ за 2014 год, ревизионной комиссией было составлено два отчета - один отчет был подготовлен по денежным средствам, собранным с жильцов дома, то есть по «белой» кассе, другой отчет был подготовлен по расходованию денежных средств, полученных от арендаторов помещений. На собраниях члены правления отчитывались о собранных с арендаторов денежных средствах за год, при этом было неизвестно, реальной ли была названная сумма, так как отчета о том, сколько ежемесячно собирается денег с каждого арендатора, предоставлено не было. Денежные средства, полученные от арендаторов, ФИО4 проводила по «черной» кассе, поскольку в «белой» кассе эти денежные средства отражены не были. Ревизионная комиссия проверяла финансово-хозяйственную деятельность /__/ только по тем документам, которые предоставляла ФИО4 

Ей известно, что из денежных средств, собранных с жильцов дома, заработную плату получали лифтер С. и электромеханик по лифтам Т., бухгалтер ФИО4, председатель правления Ч. Весь остальной обслуживающий персонал: техник по водосчетчикам, уборщицы подъездов, дворник, электрик, сантехник, члены правления, паспортист, заработную плату получали из денежных средств, собранных за аренду, так как при составлении ревизионного отчета по «белой» кассе эти работники не проходили. Насколько ей известно, текущий ремонт дома и приобретение канцелярии ФИО4 осуществляла также из средств, собранных с арендаторов. 

Свидетель С. в суде показал, что в /__/ в 2013-2015 годах он работал электриком по приглашению Ч., а на работу его принимала ФИО6. Работал на временной ставке, фронт работы ему определял Ч. Зарплату по ведомости получал у Ч. Иногда денежные средства Ч. выдавал ему в подотчет на приобретение электротоваров. Кроме работ, входящих в его обязанности, он один раз делал в подъезде кабель-канал, оплата была 500 рублей за 1 этаж. Когда возникали финансовые вопросы, то люди обращались к Ч.

Свидетель М. показал, что с 01.01.2013 до сентября 2015 года работал сантехником в /__/. На работу его принимал Ч. Выдавал зарплату Ч., а потом ФИО6. В его обязанности входила регулировка теплоузла, об этом его просил Ч. Кроме основных обязанностей он производил иные работы, за что получал оплату наличными у Ч. В период своей деятельности он закупал какие-то товары, выписывал счет, а Ч. его оплачивал. Ремонтные работы на водоводе в августе 2014 года, проводились «/__/», он присутствовал при ремонте.

Свидетель Т. показал, что в /__/ работал в 2013-2015 годах по договору. В 2014 году при увеличении зарплаты договор был перезаключен. Он получал зарплату часть у Ч. по ведомости, а часть у бухгалтера Неведомской по расходным ордерам. У Ч. сначала получал 2500 рублей, потом 3000 рублей, 1500 рублей получал у Неведомской. Ч. выдавал зарплату в офисе, а ФИО6 у себя дома. Он проводил в 2013 -2015 годах уборку лифтовых помещений один раз в год. За это ему дополнительно оплачивал Ч. по 500 рублей. 

Свидетель З. показал, что в 1991 году был назначен председателем правления кооператива с 1991 по 2001 год. В этот период ФИО6 работала бухгалтером. Он был очень удивлен, что Ч. назначили председателем, у него не было подготовки по финансовой деятельности, он никогда этим не занимался, работал слесарем. В период его правления денежные средства, поступившие от арендаторов, тратились на содержание жилья, собирала деньги ФИО6. Ему известно, что колодец от водовода находился на балансе ЖСК, а труба на балансе «/__/». Думает, что ремонт трубы осуществлял «/__/», он видел там машину «/__/». Охарактеризовал Неведомскую с положительной стороны.

Свидетель К. показал, что членом /__/ был с 1999 по 2007 год, с 2001 по 2007 год был председателем кооператива. После сложения полномочий всю документацию передал ФИО7 подводки к дому состояла на балансе «/__/», документы об этом находились в «/__/». Охарактеризовал Неведомскую с положительной стороны.

Свидетель Р. показала, что делала косметический ремонт в 2014 году в доме по пер. Лесной,7, при этом закупкой материалов занималась она. По окончанию работ расчет получила в тот же день, написав об этом расписку. Принимал работу и рассчитывался Ч., а приглашала на работу по объявлению ФИО6. Ею было получено около 150000 рублей за второй подъезд, 125000 - за первый подъезд, за офис - 70000 рублей. Оплата производилась в несколько этапов, по мере готовности. По выполненным работам она составляла смету.

Из показаний свидетеля С. следует, что с начала 2014 года он работает мастером аварийно - восстановительных работ ООО «/__/». В его должностные обязанности входит устранение повреждений на водопроводных линиях, прокладка новых водопроводных линий. В августе 2014 года «/__/» запланировал ремонт водопроводного ввода в жилой многоквартирный дом № /__/ в связи с износом указанного водопроводного ввода и частыми аварийными ситуациями на нем. Ремонтом водопроводного ввода в дом № /__/ в занимался «/__/» с привлечением сторонней организации ООО «/__/». Производством всех основных ремонтных работ занимался «/__/», а именно: согласованием работ с ГТС, Горсетями, газовой службой, раскопкой приямков и котлованов для бурения трубы, промывка пробуренной трубы, переврезка, благоустройство территории, на которой производились работы. ООО «/__/» занималось непосредственно бурением новой трубы для водопроводного ввода. Все работы «Томскводоканал» выполнял с использованием собственных сил и средств, а также привлекая ООО «/__/», с которым у «/__/» заключен договор, согласно которому ООО «/__/» выполняет работы, которые назначает «/__/». После выполнения ремонтных работ «/__/» составил смету на выполненные работы и предоставил ее в администрацию г. Томска для оплаты выполненных работ. Водопроводный ввод в дом № /__/ принадлежит /__/ либо является бесхозным, в связи с чем все работы по ремонту выполнялись за счет средств «/__/». Данный водопроводный ввод не принадлежит /__/, а если бы водопроводный ввод принадлежал ЖСК, то между «/__/» и кооперативом заключался бы договор о производстве ремонтных работ, после чего кооперативу выставлялся бы счет на оплату произведенных работ, но счет к /__/ не выставлялся, договоров между «/__/» и кооперативом не заключались. С ООО «/__/» за выполненные работы «/__/» рассчитывался самостоятельно, согласно договору. За выполнение ремонта водопроводного ввода «/__/» ни от председателя правления /__/, ни от членов правления кооператива денежные средства не получал ни в наличной, ни в безналичной форме. Все работы «/__/» оплачивала Администрация /__/. Также исключается возможность получения денежных средств ООО «/__/» от председателя правления /__/, а также от членов правления кооператива, так как работы ООО «/__/» оплачивал «/__/». В случае, если сотрудники «/__/» выполняют какие-то сторонние работы, то получают дополнения к заработной плате, и в квитанции эти работы указаны отдельной строкой, как «сторонние работы». Это происходит в том случае, если за эти работы поступают деньги от какой – то иной организации. В случае с ремонтными работами водопроводного ввода на /__/ такого не было, никаких сторонних работ не выполнялось и никаких денежных средств от /__/ не поступало.

В суде первой инстанции показания свидетеля С. в части ссылки на проведение работ ООО «/__/» были выяснены и устранены. Свидетель пояснил, что наименование организации, которая была привлечена «/__/» к проведению работ он достоверно не знал, о чем ранее и пояснял, согласно документам работы по горизонтальному бурению выполняло ООО«/__/».

Свидетель М. показал, что в июне 2014 года он работал в фирме «/__/» в качестве зам. директора и через него осуществлялась продажа программного продукта «1С бухгалтерия», а потом обновление на 1С предприятие в управляющие компании, в ЖСК. Программа 1С бухгалтерия стоила 3300 рублей, а переход обновления в полноценную программу - 14 850 рублей. Он лично занимался установкой в квартире у Неведомской на /__/. Подписывался акт передачи между ЖСК и фирмой /__/, по его данным, расчет производился наличным и безналичным путем /__/: 14 850 рублей - безналично, а 3 300 рублей - наличными. На сумму 3 300 рублей акт передачи от 14.06.2014, а на сумму 14 850 рублей акт от 30.06.2014. С одной стороны акты подписывались им, с другой стороны Ч., которого он не видел, так как передал подписанный им акт бухгалтеру Неведомской, а ему потом вернули уже подписанный Ч.

Свидетель Я.. показал, что в /__/ выполнял работы по ограждению лестничного марша решеткой, за что получил от Неведомской 10 000 рублей. Работы заказывала ФИО8, он приехал, осуществил замеры, после чего заключили договор, который уже был подписан председателем.

Свидетель Н. показал, что председатель ЖСК Ч. в 2013-2014 году привлекал его к выполнению ряда работ, все работы оплачивал Ч. 

Свидетель Б. показал, что с 2010 по 2013 год он работал сантехником в /__/, Он получал заработную плату у Ч. в размере 4000 рублей, которую тот выдавал у себя дома по ведомости. Замена и установка им водяного насоса произведена была в кооперативе в 2013 году, работу оплачивал Ч.

Свидетель З. показал, что в 2013-2015 годах в зимний период, то есть с ноября по март работал дворником в /__/. В летний период дворником была Т. Заработную плату он получал в офисе у Ч. по общей ведомости, где также были указаны и другие лица.

Из показаний свидетеля Т., данных в ходе предварительного расследования и оглашенных в судебном заседании в соответствии с ч.1 ст.281 УПК РФ, следует, что около десяти лет она работала в /__/ дворником в летний период, а также уборщицей второго подъезда. При трудоустройстве она думала, что ее устроили официально, и заработную плату она будет получать официально с отчислениями в пенсионный фонд. Проработав несколько лет, она узнала, что заработную плату получает неофициально через «черную» кассу. После того как она об этом узнала, то на собраниях собственников жилья неоднократно заявляла, а также просила правление дома платить ей заработную плату официально, чтобы ее пенсия была больше, но члены правления отвечали, что официально заработную плату платить не будут, так как для кооператива это не выгодно. Заработную плату она всегда получала на руки, при этом всегда расписывалась в платежной ведомости. Денежные средства всегда выдавал Ч. (т.3, л.д.32-35).

Вина подсудимой ФИО4 также подтверждается документами, изъятыми и осмотренными в ходе предварительного расследования (т.4, л.д. 1-2, 4-18, 46-72), иными письменными материалами доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства.

Согласно Уставу, утвержденному Общим собранием членов /__/ 14.08.2001, /__/ создан для эксплуатации и совместного управления домом, владения, пользования и распоряжения имуществом в соответствии с ФЗ «О товариществах собственников жилья. Согласно п. 2.2 Устава, предметом деятельности Кооператива является в том числе управление обслуживанием, эксплуатацией и ремонтом жилого дома; сдача в аренду, внаем любого имущества, входящего в состав Кооператива; выполнение функций заказчика на проведение работ по эксплуатации, ремонту, надстройке и реконструкции помещений, зданий и сооружений; заключение договоров, контрактов, соглашений с гражданами и юридическими лицами в соответствии с целями своей деятельности. Согласно п. 3.1, «кооператив имеет право среди прочего, заключать договоры на управление и обслуживание и эксплуатацию имущества, в том числе помещений, находящихся в собственности Кооператива с любым физическим лицом или организацией любой формы собственности; имеет право определять бюджет Кооператива на год, включая расходы на текущий и капитальный ремонт, реконструкцию, эксплуатацию недвижимости и благоустройства территории…» (т.2, л.д. 33-41, т.9, л.д. 49-56).

Согласно выписки из приказа №16 от 01.11.1993 ФИО4 с 01.11.1993 принята на работу главным бухгалтером в /__/ (т.5 л.д.40);

Из контракта от 15 августа 2001 года, заключенного между /__/ и ФИО4 следует, что последняяпринята на работу в ЖСК в качестве главного бухгалтера. В ее обязанности входит организация бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности ЖСК и контроль за экономным использованием материальных, трудовых и финансовых ресурсов, сохранности собственности ЖСК; исполнение обязанности кассира; осуществление контроля за сохранностью материальных ценностей в местах их хранения и эксплуатации, наличием и движением денежных средств; контроль проведения хозяйственных операций и порядок документооборота; формирование и предоставление полной и достоверной бухгалтерской информации о деятельности ЖСК, его имущественном положении, доходах и расходах выполнение других обязанностей по занимаемой должности (т.5 л.д.38-39); 

Согласно должностной инструкции, утвержденной 01.11.1993, в должностные обязанности главного бухгалтера ФИО4 помимо прочего входило в соответствии с п. 2.5 обеспечение правильности организации бухгалтерского учета в соответствии с нормативными документам; п.2.7 организация и ведение учета доходов и расходов; п. 2.11 осуществление контроля за сохранностью материальных ценностей в местах их хранения и эксплуатации, наличием и движением денежных средств (т.5 л.д. 49-50). 

Из договоров аренды нежилого помещения от 01.01.2013 и от 01.01.2015, заключенных между /__/ в лице Ч. и ООО «/__/» следует, что арендатор К. принял в аренду нежилое помещение в подвале дома № /__/ Согласно п. 3.1.3 договора, в качестве оплаты арендатор обязуется содержать в исправном состоянии инженерные коммуникации, находящиеся в арендованном помещении, в том числе: трубы водоснабжения, канализации, отопления, электропроводку(т.2 л.д.82-83, 85-86).

Во втором варианте договора от 01.01.2015, заключенного между /__/ в лице Ч. и ООО «/__/» в лице К., в качестве оплаты за аренду определена сумма в размере 20000 рублей (т.2, л.д. 84).

Согласно договорам аренды нежилого помещения от 01.01.2013 и от 01.01.2015, заключенного между /__/ в лице Ч. и ИП С., арендатор принял в аренду нежилое помещение в подвале дома № /__/. Согласно п. 3.1.3 договора, в качестве оплаты арендатор обязуется содержать в исправном состоянии инженерные коммуникации, находящиеся в арендованном помещении, в том числе: трубы водоснабжения, канализации, отопления, электропроводку(т.2 л.д.122-123, 125-126).

Во вторых вариантах договоров, заключенных между /__/ в лице Ч. и ИП С., в качестве оплаты за аренду определена сумма в 2013 году в размере 36000 рублей, а в 2015 году – 40000 рублей (т.2, л.д. 121, 124).

Согласно договорам аренды нежилого помещения от 01.01.2013 и от 01.01.2015, заключенного между /__/ в лице Ч. и ИП С., арендатор принял в аренду нежилое помещение в подвале дома № /__/. Согласно п. 3.1.3 договора, в качестве оплаты арендатор обязуется содержать в исправном состоянии инженерные коммуникации, находящиеся в арендованном помещении, в том числе: трубы водоснабжения, канализации, отопления, электропроводку(т.2 л.д.145-146, 148-149).

Во вторых вариантах договоров, заключенных между /__/ в лице Ч. и ИП С., в качестве оплаты за аренду определена сумма в 2013 году в размере 15700 рублей, а в 2015 году – 17000 рублей (т.2, л.д. 144, 147).

Согласно договору аренды нежилого помещения от 01.01.2015, заключенного между /__/ в лице Ч. и ИП Р., арендатор принял в аренду нежилое помещение в подвале дома № /__/. Согласно п. 3.1.3 договора, в качестве оплаты арендатор обязуется содержать в исправном состоянии инженерные коммуникации, находящиеся в арендованном помещении, в том числе: трубы водоснабжения, канализации, отопления, электропроводку (т.2 л.д.183-184).

Во втором варианте договора от 01.01.2015, заключенного между /__/» в лице Ч. и ИП Р., в качестве оплаты за аренду определена сумма в 2015 году – 40000 рублей(т.2, л.д. 182).

Согласно договорам аренды нежилого помещения от 01.01.2013 и от 01.01.2015, заключенного между /__/ в лице Ч. и ИП Б., арендатор принял в аренду нежилое помещение в подвале дома № /__/. Согласно п. 3.1.3 договора, в качестве оплаты арендатор обязуется содержать в исправном состоянии инженерные коммуникации, находящиеся в арендованном помещении, в том числе: трубы водоснабжения, канализации, отопления, электропроводку(т.2 л.д.208-209, 211-212).

Во вторых вариантах договоров, заключенных между /__/ в лице Ч. и ИП Б., в качестве оплаты за аренду определена сумма в 2013 году в размере 5100 рублей, а в 2015 году – 5500 рублей (т.2, л.д. 207, 210).

Из квитанций к приходным ордерам следует, что 

за 2013 год от С. было получено в январе 2013 года – 36000 рублей, а в последующем ежемесячно по 39000 рублей в период с февраля по декабрь 2013 года; за 2014 год ежемесячно от С. было получено по 40000 рублей, и в 2015 году с января по август по 40000 рублей (т.3, л.д.206-212 );

за 2013 год от С. было получено в 2013 году ежемесячно по 15700 рублей, в 2014 – 2015 годах ежемесячно по 17000 рублей (т.3, л.д. 216-223);

от Рукса было получено в 2014 году за декабрь – 40000 рублей, а в 2015 году с января по июль – по 40000 рублей (т.3, л.д. 226-228);

за 2015 год от К. было получено ежемесячно с января по август по 20000 рублей (т.3, л.д.199-200);

от Б. за 2013 – 2014 года, за 2015 год с января по август по 5500 рублей ежемесячно (т.3, л.д. 231-241).

Согласно заключению эксперта № 8320 от 21.09.2016, за аренду нежилых помещений арендаторами /__/ за период с 01.01.2013 по 31.09.2015 произведена оплата в общей сумме 4 011 900 рублей. Согласно данным кассовых документов /__/ за период с 01.01.2013 по 31.09.2015 в кассовых документах /__/ отражено поступление денежных средств от арендаторов нежилых помещений в общей сумме 800 500 рублей. Поступление денежных средств от арендаторов нежилых помещений /__/ за период с 01.01.2013 по 31.09.2015 в сумме 3 211 400 рублей в кассовых документах /__/ не отражено, в т.ч. полученных от ИП Б. в сумме 154 000 рубля; от ИП Ч. в сумме 460 400 рублей; от ИП С. в сумме 1 097 000 рублей; от ИП К. (ООО «/__/») в сумме 500 000 рублей; от ИП Р. ( К., С.) в сумме 1 000 000 рублей (т.4, л.д. 25-43);

Согласно отчету ревизионной комиссии /__/ от 28.04.2015, подписанному председателем ревизионной комиссии Б., членами ревизионной комиссии А., Ф., и с которым были ознакомлены председатель правления Ч. и бухгалтер ФИО4, следует, что при проверке хозяйственной деятельности /__/ на прокладку труб методом прокола для замены водовода от колодца до ввода в дом израсходовано 232526 рублей (т.8, л.д. 76-78).

Согласно заключению эксперта № 129 от 25.09.2018, в выписках из счетов /__/ в ПАО Сбербанк и в ПАО «/__/» за период с 01.01.2013 по 01.09.2015 не отражены операции с назначением платежа «за работы по ремонту водопроводного ввода. В выписках из счетов /__/ в ПАО Сбербанк /__/, /__/, в ПАО «/__/» /__/ за период с 01.01.2013г. по 01.09.2015г. не отражены операции с назначением платежа «за работы по ремонту водопроводного ввода». В предоставленных на экспертизу кассовых книгах, первичных учетных документах по движению денежных средств (приходные и расходные кассовые ордера) /__/ за период с 01.01.2013 по 01.09.2015 не отражены операции по оплате работ с наименованием «по ремонту водопроводного ввода от колодца во дворе ТЦ «Садко» и ввод в жилой дом на /__/».

Ответом ООО «/__/» от 08.02.2016 установлено, что водопроводный ввод к жилому дому на /__/ находится в эксплуатации ООО «/__/», работы по капитальному ремонту водопроводного ввода проводились ООО «/__/» в рамках «Программы капитального ремонта объектов водоснабжения и водоотведения, эксплуатируемых ООО «Томскводоканал» на 2014 год» (т.4, л.д. 77).

Согласно акту о приеме выполненных работ за период с 01.08.2014 по 31.08.2014, подписанного между ООО «/__/», как заказчика и ООО «/__/», как подрядчика по выполненным работам в связи с капитальным ремонтом водопроводного ввода на /__/, следует, что стоимость произведенных работ составила 195153 рубля 78 копеек, а со стоимостью материалов - 229 689 рублей 62 копейки (т.4, л.д. 78-79 ).

Из акта о приеме выполненных работ за период с 15.08.2014 по 04.09.2014, следует, что заказчиком и подрядчиком является ООО «/__/», стоимость работ в связи с капитальным ремонтом водопроводного ввода на /__/, составила 72903 рубля 82 копейки, данная сумма подтверждена локальным сметным расчетом « 14-09-277хс. Кроме того, согласно акту выполненных работ, подписанного между ООО «/__/», как заказчика и ООО «/__/», как подрядчика, за период с 01.10.2014 по 25.10.2014 стоимость восстановительных работ асфальтно – бетонного покрытия после капитального ремонта водопроводного ввода на /__/, в том числе, составила17592 рубля 38 копеек (т.4,л.д.87-96, 114-120, 121-124).

Из акта готовности объекта к эксплуатации от 04.09.2014, подписанного членами комиссии из числа ООО «/__/» и представителя технического надзора МБУ «Центр технического надзора», следует, что принят в эксплуатацию объект в том числе и водопроводный ввод на /__/ после капитального ремонта(т.4, л.д. 102 ).

Листами нетрудоспособности подтверждается, что в период с 11.12.2014 по 30.12.2014, с 30.04.2015 по 26.05.2015 Ч. проходил лечение (т.3, л.д. 160-161).

Выписками из историй болезни подтверждается, что в период с 10.02.2014 по 21.02.2014, с 20.11.2014 по 10.12.2014 он находился на лечении в /__/; с 17.03.2015 по 14.04.2015 в /__/; (т.3, л.д. 162-167)

В суде первой инстанции подсудимая ФИО4 приобщила к материалам дела листы нетрудоспособности Ч., согласно которым Ч. проходил лечение в /__/ с 11.11.2014 по 20.11.2014, амбулаторно с 21.11.2014 по 10.12.2014; по месту жительства в поликлинике амбулаторно с 11.12.2014 по 29.04.2015 (т.8 л.д. 36-41). 

Оценивая в совокупности собранные по делу доказательства, судебная коллегия находит их относимыми, допустимыми и достаточными для разрешения дела.

Вопреки доводам стороны защиты, оснований для признания каких-либо из перечисленных доказательств недопустимыми не имеется, т.к. все они были получены в строгом соответствии с требованиями УПК РФ. Довод осужденной о нарушении следователем уголовно – процессуального закона при допросе арендаторов, не может быть принят, поскольку в судебном заседании показания С., Р., Б., данные ими в ходе предварительного расследования, на основании ст. 281 УПК РФ не оглашались. Показания же К. и С., данные ими в ходе предварительного расследования отвечают требованиям ст. ст. 189, 190 УПК РФ. Перед началом допроса им были разъяснены права и обязанности свидетеля, предусмотренные ч. 4 ст. 56 УПК РФ, и они были предупреждены об уголовной ответственности по ст. ст. 308, 307 УК РФ, каких-либо замечаний у свидетелей не имелось, правильность записи показаний в протоколе допроса удостоверена их подписями.

Судебная коллегия приходит к выводу о доказанности факта совершения хищения денежных средств /__/ при обстоятельствах указанных выше. 

Предметом хищения в данном случае явились денежные средства /__/, полученные в указанный период от арендаторов нежилых помещений дома, расположенного по адресу: /__/. Судебная коллегия считает установленным, что данные денежные средства на момент их хищения являлись собственностью /__/, т.к. были приняты от арендаторов на основании заключенных с ними договоров уполномоченными уставными документами кооператива на принятие от имени /__/ платежей лицами – председателем ЖСК и его главным бухгалтером. Тот факт, что денежные средства, полученные от арендаторов, не были оприходованы в кассу ЖСК, и факт их поступления не был отражен в бухгалтерском учете организации, не свидетельствует о их непоступлении в собственность ЖСК. Неоприходование денежных средств в кассу и неотражение их поступления в бухучете в данном случае представляют собой составную часть объективной стороны хищения.

Всей совокупностью приведенных выше доказательств было установлено, что в /__/ сложилась система расчетов с арендаторами нежилых помещений, расположенных в цоколе здания, в соответствии с которой денежные средства, полученные в качестве арендной платы, не оприходовались в кассу ЖСК и не отражались в его бухгалтерском учете. Для сокрытия факта получения данных денежных средств договоры с арендаторами заключались в двух редакциях, в одной из которых был отражен реальный размер арендной платы, а во второй указание о взимании арендной платы отсутствовала. При этом первая редакция договоров аренды использовалась для регулирования реально складывающихся взаимоотношений между /__/ как арендодателем и арендаторами, а вторая – для укрытия факта получения арендной платы от бухгалтерского учета. Арендные платежи производились арендаторами исключительно наличными деньгами. Взамен арендаторы получали от лиц, принявших денежные средства (Ч. или Неведомской), квитанции к приходным кассовым ордерам, в которых была указана сумма платежа, однако сами приходные кассовые ордера не оформлялись и к бухгалтерским документам /__/ не приобщались. Оттиск печати /__/ в квитанциях к приходным кассовым ордерам не ставился. 

Существование вышеописанной системы расчетов арендаторами не оспаривается самой осужденной, подтверждается наряду с прочими доказательствами показаниями свидетелей С., К., Б., С., Р., являвшихся арендаторами помещений у /__/, а также письменными доказательствами – договорами аренды в двух редакциях, квитанциями к приходным кассовым ордерам, изъятыми у арендаторов, а также заключением судебно-бухгалтерской экспертизы № 8320 от 21.09.2016. 

Сложившаяся система расчетов приводила к тому, что денежные средства, полученные от арендаторов, выводились из-под контроля /__/ как юридического лица и поступали под контроль непосредственно того лица, у которого они фактически находились, т.е. ФИО4 Осведомленность других членов кооператива о наличии, так называемой «черной» кассы, формирующейся из арендных платежей, отчеты членов правления кооператива об их расходовании на ежегодных собраниях, а также проверки расходования данных денежных средств ревизионной комиссией ЖСК, в данном случае не указывают на наличие контроля за расходованием указанных денежных средств со стороны ЖСК, т.к. отчеты о расходовании денежных средств, поступивших от арендаторов, подготавливались ФИО4, сведения в этих отчетах указывались ею без подтверждения как доходной, таки и расходной части первичными документами, т.е. фактически произвольно по своему усмотрению. Первичная документация не предоставлялась не только членам кооператива на отчетных собраниях, но членам ревизионной комиссии, которые фактическую проверку сведений, содержащихся в отчетах, не производили, а лишь подписывали документы, которые им предоставляла ФИО4 Сведения о реально полученных доходах от аренды нежилых помещений утаивались от членов кооператива.

Данные выводы судебная коллегия основывает на показаниях представителей потерпевших ФИО2 и ФИО1, показаниях свидетелей – членов ревизионной комиссии /__/ А., Ф. и свидетеля Б., данных ею на предварительном следствии и признанных судебной коллегией достоверными, показаниях иных членов кооператива, присутствовавших на отчетных собраниях.

Проведенные в 2015 году инициативной группой из числа членов /__/ проверки показали наличие существенных расхождений между реально полученными от арендаторов суммами и суммами, которые озвучивались правлением. Правлением суммы реально полученных доходов занижались. Кроме того на отчетном собрании по итогам 2014 года правление /__/ отчиталось о расходовании денежных средств из «черной» кассы на ремонт водовода в сумме 232526 руб. В действительности денежные средства /__/ на ремонт данного водовода не тратились. Ремонтные работы были выполнены силами ООО «/__/» и привлеченной им подрядной организации за счет средств, выделенных Администрацией г. Томска. Сам же отремонтированный водовод не относится к имуществу /__/. 

Данный вывод судебной коллегии основан на всей совокупности исследованных судом доказательств, в том числе отчетом ревизионной комиссии /__/ от 28.04.2015, из которого следует, что правление /__/ потратило на ремонт указанного водовода 232526 руб. из средств, полученных от арендаторов; показаниями свидетелей Ч., данными им на предварительном следствии, которые были признаны судебной коллегией достоверными; свидетелей А., Б. (на предварительном следствии), Ф., подтвердивших, что информация о расходовании денежных средств, полученных от арендаторов, на ремонт водовода была получена от ФИО4, при этом она показывала договор подряда и акты приемки выполненных работ о ремонте водовода, но никто из перечисленных лиц их не читал, и с кем был заключен договор, они не знают. 

Факт производства работ по ремонту водовода в августе 2014 года силами ООО «/__/» и привлеченной им подрядной организации за счет средств, выделенных Администрацией г. Томска подтверждается показаниями мастера ООО «/__/» С., подробно описавшего ход указанных работ и источники их финансирования, документами (ответом ООО «/__/» от 08.02.2016, актами о приеме выполненных работ (т.4 л.д.78-79, 87-96, 114-120, 121-124), актов о готовности объекта к эксплуатации (т. 4 л.д. 102)), из которых следует, что указанные работы были выполнены именно ООО «/__/» за счет средств, выделенных Администрацией г. Томска, показаниями свидетеля М. – сантехника /__/, присутствовавшего при ремонте и подтвердившего, что данный ремонт был выполнен именно силами ООО «/__/», иными свидетелями, в т.ч. З. видевшим технику ООО «/__/» в момент ремонта водовода. 

Таким образом, судебная коллегия считает установленным, что в указанный период денежные средства в сумме 232526 руб., принадлежащие /__/, которые были получены в качестве арендной платы от арендаторов нежилых помещений дома по /__/, поступление которых не было отражено в бухгалтерском учете организации, не были оприходованы в кассу кооператива и таким образом были похищены. В последствие на отчетном собрании в апреле 2015 была предпринята попытка убедить членов кооператива в том, что данные средства были потрачены в интересах /__/, в связи с чем членам кооператива были представлены ложные сведения о том, что данные средства были потрачены на ремонт водовода, произведенного в августе 2014 года, хотя в действительности данные средства на ремонт водовода не расходовались. 

С учетом изложенного судебная коллегия считает несостоятельными доводы апелляционных жалоб об отсутствии факта хищения, а также версию ФИО4 о том, что указанные денежные средства действительно были потрачены на ремонт водовода, поскольку они полностью опровергнуты приведенными выше доказательствами. 

Вопреки утверждению осужденной и ее защитника, судебная коллегия считает доказанным факт причастности к совершению данного хищения ФИО4 

Судебная коллегия исходит из положений ст. 252 УПК РФ, согласно которым судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению.

Из материалов дела следует, что вышеописанная система расчетов с арендаторами начала действовать в /__/ с 1993 года, т.е. с того времени, когда главным бухгалтером ЖСК стала ФИО4 На момент рассматриваемых событий с момента начала действия указанной системы расчетов в ЖСК уже сменилось несколько председателей, однако система расчета с арендаторами оставалась неизменной. Данный факт был установлен бесспорно, он подтверждается приведенными выше доказательствами и не оспаривается самой ФИО4 При таких обстоятельствах ФИО4 с учетом того, что являлась главным бухгалтером кооператива, не могла не знать о существующей системе расчетов. Более того, в целях сокрытия факта получения денежных средств от арендаторов от бухгалтерского учета кооператива использовались специфические методы, включающие фальсификацию бухгалтерских документов (договоров, квитанций к приходным кассовым ордерам), разработать и применить которые могло только лицо, наделенное специальными познаниями в области бухгалтерского учета. Из всех членов правления кооператива на момент совершения преступления такими познаниями обладала только ФИО4, что подтверждается почти всеми допрошенными по делу лицами из числа членов /__/. 

С учетом изложенного судебная коллегия считает несостоятельной версию стороны защиты о том, что данная система расчетов была разработана не ФИО4, а Ч. Указанная система расчетов с арендаторами начала действовать за 14 лет до того как Ч. стал председателем /__/, все допрошенные знакомые Ч., за исключением ФИО4, показали, что Ч. ничего не понимал в бухгалтерском учете и финансах, он занимался только технической стороной управления домовым имуществом. Решением всех финансовых вопросов, в том числе связанных с расчетами с арендаторами, занималась лично ФИО4

Не смотря на то, что непосредственно получением денежных средств от арендаторов в указный период занимался Ч., денежные средства, составляющие арендную плату, аккумулировались у ФИО4 Данный вывод судебной коллегии основан на совокупности доказательств приведенных выше, в том числе на показаниях Ч., данных им на предварительном следствии и признанных судебной коллегией достоверными, который показал, что отдавал все полученные от арендаторов денежные средства ФИО4, а в последствие получал их у нее по мере необходимости. Данный факт подтверждается и иными доказательствами, в частности показаниями представителя потерпевшего ФИО2 и иных допрошенных лиц, подтвердивших факт получения ФИО4 денежных средств, поступивших в качестве арендной платы, который до начала расследования по настоящему уголовному делу ФИО4 не скрывался. Из приведенных выше доказательств следует, что по просьбе ФИО4 за счет средств /__/ для хранения денежных средств, полученных от арендаторов, был приобретен сейф, который установили дома у ФИО4, в нем они и хранила данные денежные средства.

На причастность ФИО4 к совершению хищения средств /__/ указывает и то, что именно она инициировала и организовала предоставление членам кооператива на отчетном собрании в апреле 2015 года ложных сведений о якобы имевшем место расходовании средств /__/ на ремонт водовода в августе 2014 года в сумме 232526 руб. Она же оформила все необходимые для введение в заблуждение членов кооператива документы. Данный вывод суда основан на всей совокупности приведенных выше доказательств, в том числе показаниях свидетелей Ч., Б., данных ими на предварительном следствии, которые были признаны судебной коллегией достоверными, показаниями свидетелей А., Ф. Свидетели показали, что сведения о расходовании денежных средств /__/ на ремонт водовода были получены ими непосредственно от ФИО4 Иные допрошенные по делу лица, присутствовавшие на отчетном собрании кооператива в апреле 2015 года показали, что хотя отчет, содержащий сведения о расходовании средств на ремонт водовода зачитывал Ч., на все возникшие вопросы отвечала только ФИО4 В последствии, когда инициативная группа членов кооператива потребовала предоставить им документы о расходовании средств на ремонт водовода, именно ФИО4 отказалась это сделать и выгнала их из помещения правления кооператива. 

Таким образом, приведенными доказательствами подтверждается, что именно ФИО4 организовала систему получения арендной платы, позволявшую укрывать ее от бухгалтерского учета, ей передавались денежные средства, полученные от арендаторов, и именно она не оприходовала их в кассу ЖСК и не отражала их в бухгалтерском учете, соответственно только она имела возможность присвоить данные денежные средства и расходовать их по своему усмотрению. Она же организовала предоставление ложной информации о расходование средств водовода для сокрытия факта совершенного ею хищения. 

С учетом изложенного, судебная коллегия считает несостоятельными доводы стороны защиты о непричастности ФИО4 к хищению денежных средств /__/. Также судебная коллегия признает недостоверными показания ФИО4 как о ее непричастности к хищению в целом, так и о ее непричастности к получению средств, составлявших арендную плату, ведению учета данных средств, дезинформировании членов кооператива, а также относительно иных обстоятельств, имеющих значение для дела. Данные показания, по мнению судебной коллегии, используются ФИО4 в защитных целях. 

Давая юридическую оценку действиям ФИО4, судебная коллегия полагает необходимым квалифицировать их как присвоение, т.е. хищении денежных средств вверенных виновному.

По смыслу закона присвоение состоит в безвозмездном, совершенном с корыстной целью, противоправном обращении лицом вверенного ему имущества в свою пользу против воли собственника. 

Присвоение считается оконченным преступлением с того момента, когда законное владение вверенным лицу имуществом стало противоправным и это лицо начало совершать действия, направленные на обращение указанного имущества в свою пользу (например, с момента, когда лицо путем подлога скрывает наличие у него вверенного имущества, или с момента неисполнения обязанности лица поместить на банковский счет собственника вверенные этому лицу денежные средства). 

Похищенное имущество считается вверенным виновному, если оно находилось в правомерном владении либо ведении этого лица, которое в силу должностного или иного служебного положения, договора либо специального поручения осуществляло полномочия по распоряжению, управлению, доставке, пользованию или хранению в отношении чужого имущества.

Данное толкование положений ст. 160 УК РФ полностью соответствует разъяснениям, данным в п. 23 и п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30.11.2017 №48 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате». 

ФИО4 совершила хищение денежных средств /__/, которые были ей вверены. Вопреки утверждению осужденной, она как главный бухгалтер /__/ была наделена административно-хозяйственным полномочиями, в том числе полномочиями, связанные с ведением бухгалтерского учета, исполнение обязанностей кассира, осуществление контроля за сохранностью материальных ценностей. Данные полномочия, предусмотренные ее контрактом от 15.08.2001 и должностной инструкцией, предоставляли ей право учитывать, хранить, управлять и распоряжаться средствами ЖСК.

Доводы осужденной о том, что должностная инструкция утратила силу в связи с изменениями в законодательстве, изменениями Устава кооператива, а изложенные в инструкции должностные обязанности главного бухгалтера отличаются от обязанностей по трудовому договору (контракту), являются несостоятельными, т.к. не соответствуют действительности и не основаны на законе.

Несмотря на отсутствие оригинала приказа и записи в трудовой книжке о принятии ФИО4 на работу главным бухгалтером в /__/, об указанном свидетельствует заверенная копия выписки из приказа №16 от 01.11.1993, а также иные вышеуказанные доказательства.

Кроме того, ФИО4 в суде первой инстанции указала на непрерывность работы в должности бухгалтера в /__/ в период с 1993 по 2016год, поясняла, что на должность главного бухгалтера она была принята по приказу №16 от 01.11.1993 и должностной инструкции, а отсутствие записи в трудовой книжке объяснила тем, что работала в /__/ по внешнему совместительству, поэтому только период ее работы в /__/ по основному месту был отражен в трудовой книжке.

Хищение было совершено ФИО4 путем неоприходования полученных от арендаторов денежных средств и невнесения их в кассу /__/.

Совершая данное преступление, ФИО4 действовала умышленно и с корыстной целью, заключающейся в намерении обратить похищаемые денежные средства в свою пользу и распорядиться ими по своему усмотрению.

В действиях ФИО4 имеет место квалифицирующий признак, предусмотренный ч.3 ст. 160 УК РФ – совершение присвоения с использованием своего служебного положения. Являясь главным бухгалтером /__/, она была наделена указанными выше административно-хозяйственными полномочиями, которые и использовала для совершения хищения.

Юридическая оценка действий ФИО4, в том числе и в части определения размера похищенного ею имущества, дается судебной коллегией с учетом положений ст. 389.24 УПК РФ, согласно которым обвинительный приговор, определение, постановление суда первой инстанции могут быть изменены в сторону ухудшения положения осужденного не иначе как по представлению прокурора либо жалобе потерпевшего, частного обвинителя, их законных представителей и (или) представителей. В данном случае приведенные поводы для изменения приговора в сторону ухудшения отсутствуют. Размер хищения в сумме 232526 руб. судебная коллегия считает установленным, он подтверждается доказательствами приведенными выше.

С учетом изложенного судебная коллегия квалифицирует действия ФИО4 по ч.3 ст. 160 УК РФ как присвоение, хищение чужого имущества, вверенного виновному, совершенное лицом с использованием своего служебного положения. 

Доводы ФИО4 и ее защитника о нарушениях уголовно-процессуального законодательства, допущенных в ходе предварительного расследования судебная коллегия признает несостоятельными, как голословными и не подтверждающимися материалами уголовного дела.

Вопреки утверждениям, содержащимся в апелляционной жалобе защитника о том, что при составлении обвинительного заключения допущены нарушения УПК РФ, что исключает вынесение судом приговора, судебная коллегия полагает, что обвинительное заключение по настоящему делу отвечает требованиям ст. 220 УПК РФ. В нем с достаточной полнотой и конкретностью приводятся существо обвинения, данные о времени, месте, способе совершения преступления ФИО4 мотивах, целях и иных обстоятельствах содеянного.

Оценивая представленные служебную записку и расписку, об отказе от учета денежных средств от предпринимательской деятельности, т.е. по «черной кассе», судебная коллегия считает их недостоверными, поскольку свидетель Ч. пояснил, что данные документов он не видел, подписывал ряд документов не читая, полностью доверяя ФИО4, при этом, он не уверен, что подпись на данных документах его, поскольку даже в его присутствии ФИО4 могла поставить на любом документе его подпись, кроме того из показаний свидетелей следует, что в распоряжении ФИО4 были чистые бланки с реквизитами /__/ с подписью Ч.

Все иные доводы, в том числе изложенные осужденной и ее защитником в апелляционных и кассационных жалобах, по мнению судебной коллегии, являются несостоятельными, т.к. либо не имеют значения для дела, либо не влияют на правильность выводов о виновности ФИО4, квалификации ее действий и других имеющих значение для дела обстоятельств. 

Каких-либо сомнений в том, что во время совершения преступления подсудимая не могла осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими у суда не имеется, таким образом, суд признает ее вменяемой, и подлежащей уголовной ответственности и наказанию.

При назначении подсудимой наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного деяния, личность виновной, ее состояние здоровья, обстоятельства, смягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление подсудимой и на условия жизни ее семьи. 

Преступление, совершенное подсудимой ФИО4, относится к категории тяжких. 

Судебная коллегия учитывает возраст подсудимой, то, что она привлекается к уголовной ответственности впервые, имеет регистрацию и местожительства, свидетелями К. и З. характеризуется положительно, на учетах в диспансерах не состоит, учитывается состояние здоровья подсудимой, имеющей ряд хронических заболеваний. Указанные обстоятельства судом учитываются в качестве смягчающих, в соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ.

Обстоятельств, отягчающих наказание, как это предусмотрено ст. 63 УК РФ, судом не установлено. 

Учитывая, что сведений о доходе подсудимой суду не представлено, суд считает возможным не назначать наказание в виде штрафа.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства в совокупности с данными о личности подсудимой, учитывая ее поведение после совершенного преступления, в целях восстановления социальной справедливости, исправления осужденной и предупреждения совершения ею новых преступлений, суд считает необходимым назначить подсудимой наказание в виде лишения свободы, но с применением ст. 73 УК РФ, поскольку считает, что цели уголовного наказания в отношении ФИО4 могут быть достигнуты при условном осуждении, с возложением на нее определенных обязанностей, которые будут способствовать ее исправлению. 

Дополнительные наказание, как это предусмотрено санкцией ч. 3 ст. 160 УК РФ судебная коллегия считает возможным не назначать, поскольку назначение дополнительного вида наказания в виде штрафа может негативно отразиться на ее материальном положении, а дополнительное назначение ограничения свободы суд считает излишне суровым. По мнению суда, цели наказания будут достигнуты и при условном осуждении.

Оснований для применения ч. 1 ст. 62 УК РФ не имеется.

Каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновной, ее поведением во время или после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, судом не установлено. Основания для применения ст. 64 УК РФ отсутствуют. 

Учитывая установленные фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности, личность осужденной, суд не усматривает оснований для изменения категории совершенного ФИО4 преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ. 

Судьбу вещественных доказательств разрешить в порядке, предусмотренном ст. 81 УПК РФ.

Представителем потерпевшего ФИО1 заявлен гражданский иск о взыскании с ФИО4 в пользу /__/ материального ущерба в размере 3649 400 рублей. ФИО4 исковые требования не признала. Однако иск представителя потерпевшего подлежит частичному удовлетворению.

Согласно ст. 1064 ГК РФ, ущерб, причиненный имуществу гражданину, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

В судебном заседании установлена виновность подсудимой в причинении ущерба в результате хищения на сумму 232526 рублей. Именно в данном размере подлежат удовлетворению исковые требования представителя потерпевшего.

Руководствуясь ст.ст. 38913, 38915, п. 3 ч. 1 ст. 38920, 38923, 38928, 38931, 38933УПК РФ, судебная коллегия

ПРИГОВОРИЛА:

приговор Кировского районного суда г. Томска от 08 августа 2019 года в отношении ФИО4, отменить.

Вынести в отношении ФИО4, новый обвинительный приговор, которым:

признать ФИО4 виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 160 УК РФ и назначить наказание в виде 1 (одного) года 6 (шести) месяцев лишения свободы.

В соответствии со ст. 73 УК РФ наказание, назначенное ФИО4, считать условным с испытательным сроком 1 (один) год 6 (шесть) месяцев.

Возложить на осужденную Н.Г.ИБ. обязанности: не менять постоянное местожительство без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденной; являться в указанный орган на регистрацию один раз в 3 месяца.

Меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить. 

Вещественные доказательства: 3 диска с аудио- и видеозаписью, квитанции к приходным кассовым ордерам, договор, оптический диск с документацией /__/, хранить при уголовном деле; жесткий диск, возвратить ФИО4;8 папок синего цвета, 1 желтую папку с бухгалтерскими документами /__/, возвратить представителю потерпевшего ФИО1

Гражданский иск представителя потерпевшего ФИО1 в размере 3649400 рублей удовлетворить частично, взыскать с ФИО4 в пользу /__/ 232526 рублей.

Апелляционные жалобы оставить без удовлетворения.

Апелляционный приговор вступает в законную силу немедленно и может быть обжалован в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 471 УПК РФ

Председательствующий

Судьи: