№ 2-4596/2017

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

30 ноября 2017 г. г. Белгород

Октябрьский районный суд города Белгорода в составе:

председательствующего судьи: Погореловой С.С.,

при секретаре: Лукояновой А.С.,

с участием истицы ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в Белгородском районе Белгородской области о включении в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии, периодов нахождения на курсах повышения квалификации, возложении обязанности назначить досрочную страховую пенсию,

У С Т А Н О В И Л:

30 августа 2017 г. в целях заблаговременной подготовки документов по назначению досрочной страховой пенсии ФИО1 обратилась в УПФР в Белгородском районе с соответствующим заявлением. 

Из ответа пенсионного органа от 07 сентября 2017 г. за 

<

номер> следует, что периоды нахождения на курсах повышения квалификации: с 10 по 20 ноября 1998 г., с 08 по 22 ноября 2004 г., с 11 апреля по 07 мая 2005 г., с 20 сентября по 15 октября 2010 г., с 04 по 15 февраля 2013 г., с 11 по 29 ноября 2013 г., с 10 по 21 октября 2016 г. не могут быть зачтены в стаж педагогической деятельности. В связи с чем стаж ее работы в связи с педагогической деятельностью согласно пункту 19 части 1 статьи 30 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» на 30 августа 2017 г. (дата выдачи справки) составляет 24 года 7 месяцев, что менее требуемых 25 лет.

Дело инициировано иском ФИО1, в котором просит обязать УПФР в Белгородском районе включить в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в связи с осуществлением педагогической деятельности в учреждениях для детей, вышеуказанные периоды нахождения на курсах повышения квалификации и назначить досрочную страховую пенсию с 16 октября 2017 г.

В судебном заседании истица ФИО1 заявленные требования поддержала. 

Представитель ответчика в судебное заседание не явился, о времени и месте слушания дела извещен надлежащим образом, суд о причинах неявки не известил, не просил рассмотреть дело в его отсутствие, что в силу части 4 статьи 167 ГПК РФ является основанием для рассмотрения гражданского дела в отсутствие стороны ответчика. 

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным доказательствам, выслушав пояснения истицы, суд приходит к следующему.

Конституция Российской Федерации, провозглашая Российскую Федерацию правовым и социальным государством, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека, закрепляет, что в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты, и гарантирует каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности и в иных случаях, установленных законом (часть 1 статьи 1; статья 7; часть 1 статьи 39).

В соответствии с правовыми позициями Конституционного Суда Российской Федерации, выраженными в постановлениях от 16 декабря 1997 г. № 20-П и от 18 марта 2004 г. № 6-П, необходимым условием достижения целей социального государства является развитие системы социального обеспечения, в рамках которой гражданам гарантируется осуществление конституционного права на социальное обеспечение, включающего право на получение пенсии в определенных законом случаях и размерах.

В силу статьи 1 Протокола № 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждому физическому лицу гарантируется право беспрепятственно пользоваться своим имуществом. Никто не может быть лишен своего имущества, иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.

Европейским Судом по правам человека концепция собственности или «имущества» толкуется широко, в сферу ее действия включено также и право на пенсию.

В соответствии с частями 1 и 2 статьи 8 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» право на страховую пенсию по старости имеют женщины, достигшие возраста 55 лет. Страховая пенсия по старости назначается при наличии не менее 15 лет страхового стажа. 

Согласно пункту 19 части 1 статьи 30 названного Закона страховая пенсия по старости назначается ранее достижения возраста, установленного статьей 8 настоящего Федерального закона, лицам, не менее 25 лет осуществлявшим педагогическую деятельность в учреждениях для детей, независимо от их возраста.

Судом установлено, что истица с 01 сентября 1993 г. по настоящее время работает учителем начальных классов в МОУ «Октябрьская СОШ им. Ю. Чумака» (ранее - Октябрьская средняя школа).

В периоды с 10 по 20 ноября 1998 г., с 08 по 22 ноября 2004 г., с 11 апреля по 07 мая 2005 г., с 20 сентября по 15 октября 2010 г., с 04 по 15 февраля 2013 г., с 11 по 29 ноября 2013 г., с 10 по 21 октября 2016 г. ФИО1 находилась на курсах повышения квалификации, что подтверждается справкой МОУ «Октябрьская СОШ им. Ю. Чумака» от 16 октября 2017 г. 

<

номер> (л.д. 8) и соответствующими приказами о направлении на курсы (л.д. 9-13, 15). 

В силу пункта 4 Правил исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости в соответствии со статьями 27 и 28 Федерального закона «О трудовых пенсиях в Российской Федерации», утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации № 516 от 11 июля 2002 г., в стаж работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, засчитываются периоды работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, если иное не предусмотрено Правилами или иными нормативными правовыми актами, при условии уплаты за эти периоды страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

В соответствии с частью 1 статьи 11 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» в страховой стаж включаются периоды работы и (или) иной деятельности, которые выполнялись на территории Российской Федерации лицами, указанными в части 1 статьи 4 названного закона, при условии, что за эти периоды начислялись и уплачивались страховые взносы в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Согласно статье 187 ТК РФ в случае направления работодателем работника для повышения квалификации с отрывом от работы за ним сохраняется место работы (должность) и средняя заработная плата.

Поэтому периоды нахождения на курсах повышения квалификации являются периодами работы с сохранением средней заработной платы, с которой работодатель должен производить отчисление страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации.

Таким образом, принимая во внимание приведенные положения, а также гарантии, предоставленные законодательством для лиц, направляемых на повышение квалификации, в виде сохранения места работы и оплаты труда, суд приходит к выводу о необходимости включения в специальный стаж, дающий право на назначение досрочной страховой пенсии, вышеуказанных периодов нахождения на курсах повышения квалификации.

Иное толкование и применение пенсионного законодательства повлекло бы ограничение конституционного права истицы на социальное обеспечение, которое не может быть оправдано указанными в части 3 статьи 55 Конституции Российской Федерации целями, ради достижения которых допускается ограничение федеральным законом прав и свобод человека и гражданина.

На основании изложенного исковые требования ФИО1 о включении в необходимый для назначения досрочной страховой пенсии стаж периодов нахождения на курсах повышения квалификации подлежат удовлетворению.

Истицей также заявлено требование о назначении ей досрочной страховой пенсии с 16 октября 2017 г. 

В силу части 1 статьи 22 Федерального закона от 28 декабря 2013 г. № 400-ФЗ страховая пенсия назначается со дня обращения за указанной пенсией, за исключением случаев, предусмотренных частями 5 и 6 настоящей статьи, но во всех случаях не ранее чем со дня возникновения права на указанную пенсию. 

Днем обращения за страховой пенсией считается день приема органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, соответствующего заявления со всеми необходимыми документами, подлежащими представлению заявителем (часть 2 вышеуказанной статьи).

На заявление ФИО1 в УПФР в Белгородском районе от 30 августа 2017 г. получен ответ, согласно которому стаж работы в связи с педагогической деятельностью составил 24 года 7 месяцев. 

Принимая во внимание, что исковые требования ФИО1 о включении периодов нахождения на курсах повышения квалификации признаны обоснованными, ответчиком не оспаривается, что с учетом всех спорных периодов работы, подлежащих включению, на 16 октября 2017 г. необходимый стаж для назначения досрочной страховой пенсии у ФИО1 имеется, суд приходит к выводу о возложении обязанности на УПФР в Белгородском районе по назначению досрочной страховой пенсии с 16 октября 2017 г. 

Руководствуясь статьями 194 - 199 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

исковые требования ФИО1 к Государственному учреждению - Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в Белгородском районе Белгородской области о включении в стаж, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии, периодов нахождения на курсах повышения квалификации, возложении обязанности назначить досрочную страховую пенсию признать обоснованными.

Обязать Государственное учреждение - Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в Белгородском районе Белгородской области включить в стаж ФИО1, дающий право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в связи с осуществлением педагогической деятельности в учреждениях для детей, периоды нахождения на курсах повышения квалификации: с 10 по 20 ноября 1998 г., с 08 по 22 ноября 2004 г., с 11 апреля по 07 мая 2005 г., с 20 сентября по 15 октября 2010 г., с 04 по 15 февраля 2013 г., с 11 по 29 ноября 2013 г., с 10 по 21 октября 2016 г. и назначить ФИО1 досрочную страховую пенсию с 16 октября 2017 г.

Решение суда может быть обжаловано в апелляционном порядке в Белгородский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

Судья