31RS0004-01-2025-001099-33 2-957/2025

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 ноября2025 г. г. Валуйки

Валуйский районный суд Белгородской области в составе:

председательствующего судьи Андреевой С.Н.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Страховой Е.С.,

с участием представителя истца по доверенности ФИО3, третьего лица администрации Валуйского муниципального округа по доверенности ФИО4,

в отсутствие истца ФИО5, ответчика ФИО9,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5 к ФИО9 о признании права собственности на долю жилого дома и земельного участка в силу приобретательной давности,

установил:

ФИО5 обратился в суд с вышеуказанным исковым заявлением к ФИО9, указав в обоснование иска на то, что ДД.ММ.ГГГГ умер ФИО6, отец истца. После его смерти открылось наследство на принадлежащую ему 2/3 доли в праве долевой собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: 

<

адрес>. По данному адресу проживал принявший наследство после него истец. При этом 1/6 доля в праве на данное домовладение принадлежало ФИО7, 1/6 доля- ответчику ФИО1 на основании свидетельства о праве на наследство по закону от ДД.ММ.ГГГГ. ФИО2 подарил принадлежащие ему доли ДД.ММ.ГГГГ ФИО10, ставшей его супругой, однако не перестал считать себя собственником домовладения. ДД.ММ.ГГГГ ФИО8 и ФИО7 подарили принадлежащие им доли истцу. Все это время истец добросовестно, непрерывно и открыто владел всем домовладением, пользовался им. В 2018 году ответчик обращалась в Валуйский районный суд с иском о выделе доли в натуре, взыскании компенсации за долю жилого дома в праве общей долевой собственности и прекращении права собственности, указав в пояснениях, что своей долей она не пользуется в силу возраста и состояния здоровья, отдаленности проживания, в доме не зарегистрирована и никогда не проживала, коммунальные платежи не оплачивала, бремя содержания не несет и не несла, в дальнейшем не намерена пользоваться и распоряжаться общим имуществом. При этом Козлов не препятствовал доступу ответчика к жилому помещению. В иске ей было отказано. Считает, что приобрел право собственности на долю ответчика в связи с открытым, добросовестным и непрерывным владением, т.е. на основании приобретательной давности.

Истец в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом ЭЗП, обеспечил явку представителя по доверенности ФИО3, которая в судебном заседании иск поддержала.

Представитель третьего лица администрации Валуйского муниципального округа ФИО4 полагалась на усмотрение суда.

Ответчик ФИО9 извещена надлежащим образом, представила письменные возражения через своего представителя адвоката Супрунову Н.В. В возражениях указала, что считает иск необоснованным. Она унаследовала 1/6 долю в праве собственности на спорное домовладение по вышеуказанному адресу. Каких-либо законных оснований для прекращения права собственности на долю в нем не имеется, право зарегистрировано в ЕГРН. Принудительного изъятия доли по основанию, указанному в иске законом не предусмотрено. Ссылается на принцип неприкосновенности права собственности. Истец временно пользуется всем имуществом на основании договоренности и самостоятельно несет расходы по содержанию жилого дома в связи с данным пользованием, а также расходы по уплате коммунальных услуг по счетчикам. Ссылается на то, что «уплачивает налог пропорционально доле в собственности с учетом освобождения от уплаты налога на имущество, установленного НК РФ». В этой связи он не предъявляется имущественных требований к ответчику, а в материалах дела отсутствует информация о том, что истцом понесены расходы на содержание общего имущества (ремонт), на которое ответчик не давал согласия. В случае несения таких расходов ответчик вправе взыскать их с других сособственников. По основанию приобретательной давности истец должен доказать добросовестное владение имуществом на протяжении 15 лет. При этом добросовестность характеризуется тем, что лицо знало, или должно было знать об отсутствии оснований у него права собственности. Поскольку в 2018 г. ответчик обращалась в суд с иском о выделе доли, взыскании компенсации за долю отказа от собственности с её стороны не имеется. Решением установлено, то истец имеет имущественный интерес относительно использования указанного имущества и не исключает возможность совместного его использования. Таким образом, ФИО5 всегда знал о том, что 1/6 доля домовладения ему не принадлежит, а пользование им является временным. Ответчик является пенсионером, 73 года, 

<

данные изъяты> группы, проживает в 

<

адрес>, проходит лечение по месту жительства. С учетом изложенного просил в удовлетворении иска отказать полностью. Ходатайство об отложении дела, направленное адвокатом после перерыва в судебном заседании, отклоняется, поскольку позиция по делу адвокатом представлена, оснований для отложения не имеется, так как иных полномочий кроме направления возражений в ордере адвоката не оговорено.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствии неявившихся лиц.

Исследовав в судебном заседании обстоятельства по представленным сторонами доказательствам, суд приходит к следующему.

Согласно ст. 35 Конституции Российской Федерации, право частной собственности охраняется законом; никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда.

Согласно ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом.

Согласно ст. 236 Гражданского кодекса Российской Федерации, гражданин или юридическое лицо может отказаться от права собственности на принадлежащее ему имущество, объявив об этом либо совершив другие действия, определенно свидетельствующие о его устранении от владения, пользования и распоряжения имуществом без намерения сохранить какие-либо права на это имущество.

В соответствии с п. 3 ст. 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях и в порядке, предусмотренных названным кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

Согласно ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации (пункт 1).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10 и Пленума Высшего Арбитражного Суда N 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. Владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Как указано в абзаце первом пункта 16 приведенного выше постановления, по смыслу ст. ст. 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, должно доказать наличие одновременно следующих обстоятельств: фактическое владение недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет; владение имуществом как своим собственным не по договору; добросовестность, открытость и непрерывность владения.

Отсутствие одного из признаков исключает возможность признания права собственности в порядке приобретательной давности.

Суд полагает, что истцом совокупность данных признаков не доказана.

Как следует из материалов дела и не оспаривается лицами, участвующими в деле, ФИО9 на основании свидетельства о государственной регистрации права от ДД.ММ.ГГГГ принадлежит 1/6 доля в праве общей долевой собственности на земельный участок, площадью 713 кв.м., и 1/6 доля в праве на расположенный на нем жилой 

<

адрес>, общей площадью 68,68 кв.м., по адресу: 

<

адрес> (л.д.69, 70). На момент рассмотрения дела 5/6 доли в указанном имуществе на праве общей долевой собственности принадлежат истцу ФИО5 на основании договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ (21-22), что подтверждается выпиской из ЕГРН (л.д.26-29). Как усматривается из договора дарения от ДД.ММ.ГГГГ истец получил в дар 5/6 в спорном имуществе от ФИО11 2/3 доли и ФИО7 – 1/6 доли (л.д. 20-22). 

Согласно пояснениям стороны истца, исходя из искового заявления, истец полагает, что срок приобретательной давности течет после смерти его отца ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ, когда он принял наследство в виде 2/3 доли на жилой дом и земельный участок, расположенный по вышеуказанному адресу, то есть 15-летний срок добросовестного давностного владения спорным имуществом был достигнут после мая 2023 года. Все это время он владел и пользовался всем домовладением, а ответчик самоустранилась от данной собственности, по существу отказавшись от неё.

Исходя из вышеприведенных положений закона и разъяснениям Верховного Суда РФ, давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Как следует из материалов дела, вступая в наследство в 2008 году истец знал о том, что 1/6 доля домовладения принадлежат ответчику на праве собственности. Каких-либо письменных договоров с ответчиком по владению 1/6 доли имущества не заключал. В соответствии с договором дарения от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 подарил ФИО10 свою 2/3 доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок по вышеуказанному адресу (л.д.23-24). Как следует из справки о заключении брака ФИО10 и ФИО2 вступили в брак ДД.ММ.ГГГГ, расторгли его ДД.ММ.ГГГГ. В 2018 году ответчик ФИО9 обратилась с иском к ФИО10, ФИО7 о выделе доли, взыскании компенсации за долю жилого дома в праве общей долевой собственности и прекращении права собственности на неё. Вступившим в законную силу решением суда от ДД.ММ.ГГГГ установлено, что всем жилым домом и земельным участком по адресу: 

<

адрес> фактически пользуется ФИО11, самостоятельно несущая бремя содержания спорных объектов недвижимости. Таким образом, суд полагает, что ответчик с 2018 года предъявил свою претензию к собственнику на тот момент указанного имущества- ФИО10 и совершила определенные действия, свидетельствующие о её намерении сохранить права на спорное имущество, указывая на возможность выкупа данной доли после признания её незначительной. Представленные суду самим истцом доказательства о наличии спора между ответчиком и долевыми собственниками домовладения в лице ФИО10 и ФИО7 свидетельствуют о том, что истец знал о том, что спорное имущество в виде доли имеет собственника, пользуясь принадлежащей ответчику частью жилого дома, истец, затем его жена ФИО10, пользовались всем жилым домом, который принадлежал им в разное время также на праве общей долевой собственности. Таким образом, заблуждения относительно прав на долю ответчика в спорном жилом доме у истцов не могло возникнуть. При этом, как утверждает в возражениях ответчик стороны имели устную договоренность о пользования спорным имуществом.

Добросовестность владения предполагает, что лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности. 

Доводы истца о том, что ответчик не проживает и не имеет намерения проживать в указанном доме, не участвует в расходах на содержание дома и земельного участка, с учетом выраженной позиции ответчика о распоряжении принадлежащим ей имуществом путем подачи иска в суд, не могут являться основанием для признания установленным факта отказа ответчика от права собственности на спорное имущество, и утрате ей интереса к спорному имуществу. Указанные доводы истца свидетельствуют о ненадлежащем осуществлении обязанностей сособственника домовладения, однако не могут являться основанием для лишения ответчика права собственности на объекты недвижимости. 

В целях защиты прав участника общей долевой собственности на жилое помещения и земельный участок, действующим законодательством предусмотрены иные способы защиты права: путем обращения в суд за разрешением вопроса о распределение обязанности по содержанию указанных объектов недвижимости между сособственниками, взыскании понесенных расходов на выполненные работы по содержанию спорных объектов недвижимости, а также на обращение в порядке искового производства с требованием, в соответствии со ст. 252 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Учитывая, что истец подарил свою долю в спорном имуществе, а соответственно, и владения имуществом перешло к ФИО10 еще до брака с истцом, суд полагает также, что имел место перерыв в давностности владения ФИО5 этим имуществом с 2016 года. Имущество, подаренное одному из супругов в период брака в силу положений ст. 36 СК РФ не является совместным имуществом супругов. Доказательств фактического владения истцом домовладения в указанный период, или то обстоятельство, что выход из владения истца имел временный или формальный характер не представлено. Кроме того, из регистрационного досье истца следует, что с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, он зарегистрирован по иному месту пребывания. Договор дарения истцу от ФИО10 и от ФИО7 доли в имуществе был осуществлен ДД.ММ.ГГГГ. Таким образом, суд полагает, что не доказана и непрерывность владения ФИО5 спорным имуществом.

Оценивая все представленные доказательства в их совокупности, учитывая все вышеуказанные обстоятельства, суд, исходя из того, что собственником 1/6 доли в спорном имуществе является ответчик, о чем истцу достоверно известно, которая от права собственности на него не отказывалась, а доказательств того, что истец добросовестно, открыто и непрерывно владел всем спорным имуществом как своим собственным в течение срока, предусмотренного ст. 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, истцом вопреки требованиям ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, не представлено, приходит к выводу, что совокупность условий, при которых возможно признание права собственности истцов на спорное имущество в силу приобретательной давности, отсутствует, в связи с чем оснований для удовлетворения исковых требований не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО5 к ФИО9 о признании права собственности на долю жилого дома и земельного участка в силу приобретательной давности, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционную инстанцию Белгородского областного суда в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме с подачей апелляционной жалобы через Валуйский районный суд.

<

данные изъяты>.

Судья: