Решение

именем Российской Федерации

12 мая 2020 г. г. Наро-Фоминск

Наро-Фоминский гарнизонный военный суд в составе: председательствующего – Дерепко С.С., при секретаре судебного заседания Бирулиной Н.П., с участием представителя прокурора – старшего помощника военного прокурора Наро-Фоминского гарнизона капитана юстиции Павлова В.Р., а также ответчиков ФИО1 и ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело № по исковому заявлению военного прокурора Наро-Фоминского гарнизона (далее – прокурор) в защиту интересов государства в лице войсковой части 31985 к военнослужащим войсковой части 80808 капитану ФИО1 и лейтенанту ФИО2 о возмещении материального ущерба,

установил:

прокурор, действуя в порядке ст. 45 ГПК РФ в интересах воинской части, обратился в суд с иском, в котором поставил вопрос о привлечении офицеров ФИО1 и ФИО2 к полной материальной ответственности в сумме 666 248 рублей 69 копеек. В обоснование иска прокурор указал, что каждый из ответчиков, исполняя в отдельные периоды обязанности командира инженерно-саперной роты войсковой части 31985 (далее – ИСР), не оформлял документально выдачу материальных ценностей, не организовывал во вверенном подразделении надлежащий учет, хранение и сбережение имущества службы РАВ, и в результате допущенных ФИО1 и ФИО2 упущений при исполнении своих должностных обязанностей произошла утрата 9 комплектов КБС «6Б52» «стрелок», 5 бронежилетов «6Б45» и 3 шлемов кевларовых «6Б47». С учетом изложенного, сославшись на материалы доследственной проверки, в рамках которой следователь военного следственного органа отказал в возбуждении уголовного дела в отношении ответчиков по ч. 1 ст. 293 УК РФ на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, а также на положения Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих», прокурор просил суд взыскать с ФИО1 и ФИО2 указанную сумму солидарно.

Истец – войсковая часть 31985 и третье лицо без самостоятельных требований – Филиал № ФКУ «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по 

<

адрес> и 

<

адрес>», надлежаще извещенные о времени и месте судебного заседания, своих представителей в суд не направили и ходатайствовали о разрешении дела без их участия, в связи с чем дело рассмотрено по правилам ст. 167 ГПК РФ в их отсутствие.

В судебном заседании уполномоченный представитель прокурора Павлов уточнил основание иска, в связи с чем скорректировал приведенные выше доводы и дополнительно заявил, что фактически ФИО1 и ФИО2 при исполнении обязанностей военной службы причинили государству материальный ущерб по неосторожности, а потому в силу ст. 4 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» должны понести ограниченную материальную ответственность, каждый, в размере одного оклада месячного денежного содержания и одной ежемесячной надбавки за выслугу лет, поскольку не приняли должных мер к предотвращению утраты военного имущества ИСР. При этом Павлов пояснил, что такая его позиция по делу согласована с прокурором, а также с истцом и полностью отвечает интересам последнего.

Ответчик ФИО1 исковые требования полностью признал и в объяснениях указал, что с июня 2017 года по июль 2019 года являлся командиром ИСР, в связи с чем в указанный период руководил ротным хозяйством. При убытии в августе 2018 года подразделения на полигон в 

<

адрес> он не оформил документально передачу имущества службы РАВ своему заместителю ФИО2, назначенному старшим начальником на время командировки временно исполняющим обязанности командира роты. По возвращении подразделения в пункт постоянной дислокации в октябре того же года он, ФИО1, выявил недостачу 9 комплектов КБС «6Б52» «стрелок», 5 бронежилетов «6Б45» и 3 шлемов кевларовых «6Б47», которые ранее были получены на складе старшим техником роты старшим прапорщиком ФИО3 и вверены ему под отчет для хранения и выдачи другим военнослужащим. При таких обстоятельствах ФИО1 заявил, что он в результате своего неправомерного бездействия не обеспечил и не организовывал сохранность материальных ценностей, а потому должен понести ограниченную материальную ответственность.

Ответчик ФИО2 исковые требования не признал и в объяснениях указал, что с августа по октябрь 2018 года он действительно находился в составе подразделения на полигоне в 

<

адрес>, где временно исполнял обязанности командира ИСР. При этом личный состав в количестве около 30 человек обеспечивался на время учений комплектами КБС «6Б52» «стрелок», бронежилетами «6Б45» и шлемами кевларовыми «6Б47», которые были доставлены в полевой лагерь из пункта постоянной дислокации. В силу большой загруженности и при отсутствии служебного опыта он во время командировки надлежащим образом не организовал выдачу названного имущества и его сбережение, однако поскольку ФИО1 документально не оформил передачу материальных ценностей, а его, ФИО2, должностные обязанности заместителя командира роты по военно-политической работе не предполагают ответственности за утрату военного имущества, требования прокурора являются безосновательными.

Заслушав представителя прокурора и ответчиков с объяснениями, а также исследовав имеющиеся доказательства, суд приходит к следующим выводам.

Так, согласно ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Содержание приведенных норм материального и процессуального права указывает на то, что в судебном разбирательстве прокурору и истцу надлежит доказать, что ответчики не приняли необходимых мер к предотвращению утраты военного имущества ИСР, что по неосторожности повлекло причинение воинской части ущерба, тогда как ответчикам при несогласии с иском следует доказать обратное.

В соответствии со ст. 28 Федерального закона от ДД.ММ.ГГГГ № 76-ФЗ «О статусе военнослужащих» военнослужащий в зависимости от характера и тяжести совершенного им правонарушения привлекается, в том числе, к материальной ответственности в соответствии с федеральными законами.

Таким законом применительно к материальной ответственности военнослужащих является Федеральный закон от ДД.ММ.ГГГГ № 161-ФЗ «О материальной ответственности военнослужащих», который устанавливает условия и размеры материальной ответственности военнослужащих за ущерб, причиненный ими при исполнении обязанностей военной службы, имуществу, находящемуся в федеральной собственности и закрепленному за воинскими частями, а также определяет порядок возмещения причиненного ущерба.

В соответствии со статьей 1, пунктами 1 и 4 статьи 3, статьей 4, пунктами 5 и 6 статьи 6 и статьей 7 приведенного выше Федерального закона (в ред. Федерального закона от 18.07.2017г. №170-ФЗ) военнослужащие несут материальную ответственность только за причиненный по их вине реальный ущерб, причиненный ими при исполнении обязанностей военной службы имуществу, находящемуся в федеральной собственности и закрепленному за воинскими частями. За ущерб, причиненный по неосторожности при исполнении обязанностей военной службы, военнослужащие, проходящие военную службу по контракту, несут материальную ответственность в размере причиненного ими ущерба, но не более одного оклада месячного денежного содержания и одной месячной надбавки за выслугу лет. Командиры (начальники), нарушившие своими приказами (распоряжениями) установленный порядок учета, хранения, использования, расходования, перевозки имущества или не принявшие необходимых мер к предотвращению его хищения, уничтожения, повреждения, порчи, излишних денежных выплат, что повлекло причинение ущерба, либо не принявшие необходимых мер к возмещению виновными лицами причиненного воинской части ущерба, несут материальную ответственность в размере причиненного ущерба, но не более одного оклада месячного денежного содержания и одной месячной надбавки за выслугу лет. Размер возмещаемого ущерба, причиненного по вине нескольких военнослужащих, определяется для каждого из них с учетом степени вины и вида материальной ответственности. При привлечении военнослужащего к материальной ответственности размер оклада месячного денежного содержания военнослужащего и размер месячной надбавки за выслугу лет определяются на день издания приказа командира (начальника) воинской части или принятия судом решения о возмещении ущерба. Командир (начальник) воинской части при обнаружении ущерба обязан назначить административное расследование для установления причин ущерба, его размера и виновных лиц. Административное расследование может не проводиться, если причины ущерба, его размер и виновные лица установлены в результате ревизии, проверки, дознания или следствия. При этом военнослужащие могут быть привлечены к материальной ответственности в соответствии с настоящим Федеральным законом в течение трех лет со дня обнаружения ущерба.

На основании статьи 145 Устава внутренней службы Вооруженных Сил Российской Федерации, утвержденного Указом Президента Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № (далее – Устав), командир роты помимо прочего обязан проверять наличие, состояние и учет военного имущества роты; проверять подготовку вооружения и военной техники роты перед каждым выходом на занятия (учения), а также их наличие по возвращении с занятий (учений); руководить ротным хозяйством.

В пунктах 84, 100, 105 и 106 Руководства по войсковому (корабельному) хозяйству в Вооруженных Силах Российской Федерации, утвержденного приказом Министра обороны Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № (далее – Руководство), закреплено, что ротное хозяйство организует командир роты. На него возлагаются руководство ротным хозяйством, контроль за сохранностью, состоянием материальных ценностей и обеспечением ими подчиненных военнослужащих. Получение материальных ценностей командир роты организует через своих заместителей, командиров взводов, старшего техника (техника) и старшину роты. Хранение (содержание) материальных ценностей роты в зависимости от вида и предназначения осуществляется в специально оборудованных местах. Сбережение материальных ценностей достигается путем организации надлежащего учета военного имущества. Военнослужащие обеспечиваются материальными ценностями по соответствующим нормам обеспечения. Командир роты организует и обеспечивает ведение материально ответственными лицами роты установленных регистров учета движения полученных подразделением материальных ценностей.

Во исполнение данных требований приказом Министра обороны Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О формах документов, используемых в финансово-хозяйственной деятельности Вооруженных Сил Российской Федерации» утверждена форма Книги учета материальных ценностей, выданных во временное пользование.

Согласно приказам уполномоченных должностных лиц №№, 97, 258, 95, 272, 213, 143, 60 и 227 ФИО1 в период с июня 2017 года по июль 2019 года исполнял обязанности командира ИСР, а ФИО2 с июля 2018 года по май 2019 года являлся его заместителем по военно-политической работе.

На основании акта ревизии отдельных видов финансово-хозяйственной деятельности от ДД.ММ.ГГГГ, а также справки-расчета в ИСР выявлена недостача материальных ценностей, в том числе 9 комплектов КБС «6Б52» «стрелок», 5 бронежилетов «6Б45» и 3 шлемов кевларовых «6Б47», что с учетом износа имущества образует ущерб на общую сумму 666 248 рублей 69 копеек.

Как это следует из первичных учетных документов – накладных №№, 607, 618, 660, 71 и 334, а также акта о результатах инвентаризации от ДД.ММ.ГГГГ старший прапорщик ФИО3 с октября 2017 по июнь 2018 годов являлся ответственным получателем имущества службы РАВ в интересах ИСР: комплектов КБС «6Б52» «стрелок», бронежилетов «6Б45» и шлемов кевларовых «6Б47», в связи с чем назначался материально-ответственным лицом и названные предметы кому-либо не передавал.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО3 показал, что с июня 2016 года проходит службу старшим техником в ИСР, в связи с чем назначался материально-ответственным лицом и неоднократно получал на складе РАВ под отчет каски, бронежилеты и снаряжение. С конца февраля 2018 года по апрель 2019 года его откомандировали в другое подразделение в качестве старшины роты, однако числящиеся за ним материальные ценности он кому-либо не передавал и не сдавал, в связи с чем они продолжали храниться в каптерке ИСР. В последующем в ходе следствия по уголовному делу ему стало известно, что часть полученного им имущества была утрачена. 

Свидетель ФИО4 в суде показал, что с февраля 2018 года замещает должность командира взвода в ИСР. При этом с августа по октябрь 2018 года он в числе других военнослужащих части прибывал на учениях в 

<

адрес>. На основании устного распоряжения командира полка ФИО2 на время нахождения подразделения на полигоне был назначен исполняющим обязанности командира ИСР и фактически исполнял эти обязанности, так как штатный командир ФИО1 остался в пункте постоянной дислокации. Относительно порядка обращения с касками, бронежилетами и снаряжением ФИО4 показал, что после строевого смотра, проведенного ФИО1 до выезда в командировку, материальные ценности были уложены в ящик и направлены в полевой лагерь, где бесконтрольно использовались военнослужащими, поскольку их учет и хранение ФИО2 во время учений не организовал. Кроме того, свидетель пояснил, что недостача имущества службы РАВ была выявлена уже по возвращении подразделения в ходе ревизии.

Давая оценку показаниям допрошенных свидетелей, суд находит их последовательными и не вошедшими в противоречие между собой и иными доказательствами, а потому признает их относимыми, допустимыми и достоверными, в связи с чем кладет в основу решения по делу.

То, что учет движения имущества службы РАВ не осуществлялся должным образом в ИСР ни при нахождении подразделения в пункте постоянной дислокации, ни в полевом лагере, подтверждается Книгой учета материальных ценностей, выданных во временное пользование, где последняя запись датирована ДД.ММ.ГГГГ. 

На основании постановления от ДД.ММ.ГГГГ военно-следственным органом принято процессуальное решение об отказе в возбуждении уголовного дела по ч. 1 ст. 293 УК РФ в отношении ФИО1 и ФИО2 на основании п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, так как размер причиненного государству ущерба от действий названных лиц вследствие утраты в ИСР имущества службы РАВ не превысил 1 500 000 рублей.

Из объяснений ответчиков в суде следует, что это постановление ими не обжаловалось, так как выводы следствия соответствуют фактическим обстоятельствам.

Таким образом, оценив и проанализировав нормы закона и доказательства в их совокупности, суд приходит к убеждению, что ответчики: ФИО1 – до убытия подразделения на полигон, а ФИО2 – во время нахождения подразделения на полигоне вопреки требованиям Устава и Руководства не обеспечили контроль за сохранностью материальных ценностей и не приняли необходимых мер к предотвращению утраты военного имущества, которое было вверено на основании первичных учетных документов иному материально-ответственному лицу и закреплено за ИСР, а потому имеются все основания полагать, что их виновные неосторожные действия повлекли причинение воинской части реального материального ущерба.

При этом доводы ФИО2 о его невиновности в произошедшем суд отвергает по следующим основаниям.

Так, в силу ст. 39 Устава приказ – это распоряжение командира (начальника), обращенное к подчиненным и требующее обязательного выполнения определенных действий, соблюдения тех или иных правил или устанавливающее какой-либо порядок, положение. Приказ может быть отдан в письменном виде, устно или по техническим средствам связи одному или группе военнослужащих. Устные приказы имеют право отдавать подчиненным все командиры (начальники).

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 7. постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О судебной практике по делам о злоупотреблении должностными полномочиями и о превышении должностных полномочий», лица, временно исполняющие обязанности по соответствующей воинской должности в Вооруженных Силах Российской Федерации, могут являться начальниками по служебному положению.

С учетом изложенного суждение ФИО2 о том, что он, назначенный на основании устного распоряжения командира воинской части временно исполняющим обязанности командира роты, не мог являться должностным лицом, а потому не должен был исполнять обязанности командира подразделения, суд находит несостоятельным, тем более, что он сам подтвердил фактическое исполнение обязанностей командира роты во время полевого выхода.

Что же касается оставшихся доводов ФИО2 о большой загруженности по службе, отсутствии опыта, а также бездоказательности факта передачи ему имущества, эти обстоятельства также не свидетельствуют о наличии оснований для его освобождения от ответственности, поскольку при исполнении обязанностей он обладал соответствующим уровнем образования и квалификацией, позволяющими всего лишь организовать процесс получения и сдачи подчиненными солдатами имущества, тогда как при добросовестном отношении к службе, при необходимой внимательности и предусмотрительности он должен был и мог предвидеть негативные последствия от своих действий, повлекшие утрату материальных ценностей. В случае же документального оформления ФИО1 передачи материальных ценностей и последующей их утраты, ФИО2 подлежал бы привлечению к полной материальной ответственности, как лицо, которому имущество передано под отчет для хранения и выдачи.

На основании справки финансового довольствующего органа от ДД.ММ.ГГГГ один оклада месячного денежного содержания и одна месячная надбавка за выслугу лет составляют: для ФИО1 - 42 033 рубля 75 копеек, а для ФИО2 - 38 672 рубля 20 копеек.

С учетом изложенного, установив существенно значимые для дела обстоятельства, в том числе степень вины каждого из ответчиков, рассматриваемый иск прокурора о привлечении их к ограниченной материальной ответственности суд находит обоснованным, а потому полагает возможным принять признание ответчиком ФИО1 иска, поскольку это не противоречит закону и не нарушает права и интересы других лиц, при условии, что с момента обнаружения ущерба не прошло трех лет, отведенных законом на привлечение ответчиков к материальной ответственности.

При таких данных суд приходит к выводу о том, что иск прокурора к ФИО1 и ФИО2 подлежит удовлетворению в полном объеме, так как необходимые условия для снижения размера подлежащих взысканию с ответчиков денежных средств в порядке ст. 11 Федерального закона «О материальной ответственности военнослужащих» в ходе разрешения дела не выявлены.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ, военный суд

решил:

исковое заявление военного прокурора Наро-Фоминского гарнизона удовлетворить.

Привлечь ФИО1 к ограниченной материальной ответственности и взыскать с него в пользу войсковой части 31985 в счет возмещения материального ущерба 42 033 (сорок две тысячи тридцать три) рубля 75 копеек.

Привлечь ФИО2 к ограниченной материальной ответственности и взыскать с него в пользу войсковой части 31985 в счет возмещения материального ущерба 38 672 (тридцать восемь тысяч шестьсот семьдесят два) рубля 20 копеек.

Денежные средства подлежат зачислению на счет получателю: УФК по 

<

адрес> (Филиала № Федерального казенного учреждения «Управление финансового обеспечения Министерства обороны Российской Федерации по 

<

адрес> и 

<

адрес>» лицевой счет 04481А57920); реквизиты: ИНН 

<

***>, КПП 503043001, ОКТМО 46750000, Р/С 40№ ГУ Банка России по ЦФО, БИК 044525000, КБК 18№, где войсковая часть 31985 состоит на финансовом обеспечении.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во 2-й Западный окружной военный суд через Наро-Фоминский гарнизонный военный суд в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме.

«Подпись»