Дело № 2-153/2025

66RS0043-01-2024-002530-57

Мотивированное 

решение

изготовлено 05 марта 2025 года

РЕШЕНИЕ Именем Российской Федерации 

19 февраля 2025 года г. Новоуральск

Новоуральский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Басановой И.А.,

при секретаре Беспаловой О.С.,

с участием помощника прокурора ЗАТО г. Новоуральск – ФИО1,

истца ФИО2,

представителя ответчика Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Центральная медико-санитарная часть № 31 Федерального медико-биологического агентства» – ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда гражданское дело по иску Прокурора ЗАТО г. Новоуральск в интересах ФИО2 к Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Центральная медико-санитарная часть № 31 Федерального медико-биологического агентства» о защите трудовых прав работника,

УСТАНОВИЛ:

Прокурор ЗАТО г. Новоуральск в интересах ФИО2 обратился в суд с иском к ответчику Федеральному государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Центральная медико-санитарная часть № 31 Федерального медико-биологического агентства» (далее – ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России) о защите трудовых прав работника, в котором с учетом уточнения исковых требований в порядке ст. 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, просил суд признать факт выполнения ФИО2 в ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России в периоды с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по 20.01.2022 года, с ХХХ года по ХХХ года с вредными условиями труда на основании трудовых договоров от ХХХ года № ХХХ и от ХХХ года № ХХХ, дающим право на льготное пенсионное обеспечение; обязать ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России предоставить в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области сведения о периодах работы ФИО2 по трудовым договорам от ХХХ года № ХХХ и от ХХХ года № ХХХ за периоды с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования в целях включения в стаж работы с указанием кода льготной профессии 27-2, 2260000А; обязать ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России начислить и уплатить дополнительные страховые взносы в отношении ФИО2 за периоды работы с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года по тарифам, установленным статьей 428 Налогового кодекса Российской Федерации; взыскать с ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России в пользу ФИО2 компенсационную выплату за работу с вредными условиями труда в размере 12335 руб. 54 коп. за период работы с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года по трудовым договорам от ХХХ года № ХХХ и от ХХХ года № ХХХ; денежную компенсацию на основании ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации в размере 11253 руб. 09 коп, компенсацию морального вреда в размере 50000 руб. 00 коп.

В обоснование уточненного иска указано, что Прокуратурой ЗАТО г. Новоуральск проведена проверка по обращению ФИО2 о нарушении трудовых прав. В ходе проверки было установлено, что ФИО2 принята на работу с 27.06.2011 года в ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России на должность операционной медицинской сестры на 1 ставке (основная) в операционный блок на основании трудового договора ХХХ от ХХХ года. В соответствии с дополнительным соглашением к указанному трудовому договору от ХХХ года № ХХХ ФИО2 с ХХХ года переведена на должность операционной медицинской сестры на 1 ставку (основная) в стационар, операционного блока. Также, ФИО2, принята на работу в ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России на должность операционной медицинской сестры на 0,25 ставки (по совместительству) в стационар, операционный блок на основании трудового договора № ХХХ от ХХХ года. В целях создания условий изолированного пребывания пациентов с диагнозом или подозрением на новую коронавирусной инфекцию в стационарных условиях приказом ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России от ХХХ года № ХХХ на базе инфекционного отделения но адресу ХХХ организованно отделение стационара для оказания медицинской помощи нацистам с новой коронавирусной инфекцией. В соответствии с дополнительным соглашением от ХХХ года № ХХХ к трудовому договору от ХХХ года № ХХХ ФИО2 с ХХХ года временно переведена на должность медицинской сестры палатной на 1 ставку (основная) в стационар, отделение для оказания медицинской помощи пациентам с короновирусной инфекцией. Также, согласно дополнительному соглашению от ХХХ года № ХХХ к трудовому договору от ХХХ года № ХХХ ФИО2 с ХХХ года временно переведена на должность медицинской сестры палатной на 0,25 ставки (но совместительству) в стационар, отделение для оказания медицинской помощи пациентам с короновирусной инфекцией. На основании дополнительного соглашения от ХХХ года № ХХХ к трудовому договору от ХХХ года № ХХХ ФИО2 с ХХХ года переведена на должность операционной медицинской сестры на 1 ставку (основная) в стационар, операционного блока. Также, на основании дополнительного соглашения от ХХХ года № ХХХ к трудовому договору № ХХХ от ХХХ года ФИО2 с ХХХ года переведена на должность операционной медицинской сестры на 0,25 ставки (по совместительству) в стационар, операционного блока. В соответствии с дополнительным соглашением от ХХХ года № ХХХ к трудовому договору от ХХХ года № ХХХ ФИО2 с ХХХ года временно переведена на должность медицинской сестры палатной на 1 ставку (основная) в стационар, отделение для оказания медицинской помощи пациентам с короновирусной инфекцией.

Также, согласно дополнительному соглашению от ХХХ года № ХХХ к трудовому договору от ХХХ № ХХХ ФИО2 с ХХХ года временно переведена на должность медицинской сестры палатной на 0,25 ставки (по совместительству) в стационар, отделение для оказания медицинский помощи пациентам с короновирусной инфекцией. На основании дополнительного соглашения от ХХХ года № ХХХ к трудовому договору от ХХХ года № ХХХ ФИО2 с ХХХ года переведена на должность операционной медицинской сестры на 1 ставку (основная) в стационар операционного блока. Также, на основании дополнительного соглашения от ХХХ года № ХХХ к трудовому договору от ХХХ года № ХХХ ФИО2 с ХХХ года переведена на должность операционной медицинской сестры на 0,25 ставки (по совместительству) в стационар, операционного блока. Приказами ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России от ХХХ года № ХХХ по трудовому договору от ХХХ года ХХХ и № ХХХ по трудовому договору от ХХХ года № ХХХ ФИО2 с ХХХ года переведена в стационар, в отделение для оказания медицинской помощи пациентам с короновирусной инфекцией на должность палатной медицинской сестры на 1 ставку (основная) и 0,25 ставки (по совместительств) соответственно. На основании дополнительного соглашения от ХХХ года № ХХХ к трудовому договору от ХХХ года № ХХХ ФИО2 с ХХХ года переведена на должность операционной медицинской сестры на 1 ставку (основная) в стационар, операционного блока. Также, на основании дополнительного соглашения от ХХХ года № ХХХ к трудовому договору от ХХХ году № ХХХ ФИО2 с ХХХ года переведена на должность операционной медицинской сестры на 0,25 ставки (по совместительству) в стационар, операционного блока. Приказами ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России от ХХХ года № ХХХ и № ХХХ трудовые договоры от ХХХ года № ХХХ и от ХХХ года № ХХХ соответственно прекращены но собственному желанию ФИО2

Установлено, что с момента образования отделения для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией в период с ХХХ года до ХХХ года ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России работа по специальной оценке условий труда (далее - СОУТ) не проводилась. Приказом от ХХХ года № ХХХ создана комиссия но проведению СОУТ в отделении стационара для оказания медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией но адресу: ХХХ. ХХХ года заключен договор № ХХХ ООО "ХХХ". СОУТ завершена в отношении 23 рабочих мест и ХХХ года (приказ о завершении от ХХХ № ХХХ). В связи с прекращением работы указанного отделения по адресу: ХХХ, приказом от ХХХ года № ХХХ действие карт СОУТ отменено.

В соответствии с картами СОУТ от ХХХ года №№ ХХХ, ХХХ, ХХХ по должностям медицинской сестры палатной (посты №№ 1,2, 3) установлен итоговый класс (подкласс) условий труда - 3.3.

ХХХ года зарегистрирован коллективный договор ФГБУЗ «ЦМСЧ № 31» ФМБА России (далее - Коллективный договор).

В соответствии с п.п. 1.1, 1.2.1, 1.2.2 Коллективного договора он является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения в организации и устанавливающим взаимные обязательства сторон по регулированию социального партнерства организации. Нормы настоящего договора распространяются на всех работников, вне зависимости от их членства в профсоюзе (п. 1.5 Коллективного договора).

Согласно Положению об оплате труда работников ЦМСЧ № 31, введённого в действие приказом начальника ЦМСЧ № 31 от ХХХ года № ХХХ, работники инфекционного отделения имеют право на повышение окладов на ХХ% в связи с работой с опасными для здоровья и тяжелыми условиями труда (п. 1.3 Приложения № 7).

Пунктом 4.1.5.1 Коллективного договора установлено, что размеры и условия предоставления повышенной оплаты труда медицинских работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, устанавливаются в соответствии с Требованиями к системам оплаты труда медицинских работников государственных и муниципальных учреждений здравоохранения, утвержденными Правительством Российской Федерации. Повышение оплаты труда иных категорий работников производится по результатам СОУТ в следующих размерах (в % от должностного оклада (ставки): не менее ХХХ% - по подклассу 3.1, не менее - ХХХ% - по подклассу 3.2, не менее ХХХ% - по подклассу - 3.3, не менее ХХХ% - по подклассу 3.4, не менее ХХХ % - по подклассу 4.

Порядок отнесения условий труда на рабочем месте к вредным (опасным) условиям труда регулируется Федеральным законом «О специальной оценке условий труда» от 28.12.2013 года № 426-ФЗ.

В период с ХХХ года до ХХХ года СОУТ на рабочих местах работников отделения для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией отсутствовала.

Воздействие вредного и (или) опасного биологического фактора на рабочих местах медицинской сестры палатной, фактически, не устранялось, что подтверждено в последующем проведенной СОУТ на рабочих местах с выявленными вредными классом условий труда 3.3.

При этом в приказах о переводе работника на другую работу (приказ от ХХХ года № ХХХ, от ХХХ года № ХХХ) в отделение 

для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией (после проведения СОУТ) указано на необходимость учета периода работы в стаж для начисления отпуска за работу во вредных условиях труда, что свидетельствует о том, что работодателем до проведения СОУТ частично рабочие места отделения для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией признаются рабочими местами с вредными (опасными) производственными факторами.

По требованию прокуратуры ЦМСЧ № 31 произведены расчеты за период с ХХХ года по ХХХ года в отношении работников отделения по оказанию помощи больным коронавирусной инфекцией, инфекционного отделения, которым не производились в указанный период выплаты за работу с вредными условиями труда, исходя из расчёта ХХХ% и ХХ% от оклада (исх. № ХХХ от ХХХ года). Таким образом, согласно представленным расчетам, ФИО2 за периоды с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года не произведена выплата за работу с вредными условиями труда исходя из установленного класса 3.3 в размере ХХХ% от оклада в размере 12326 руб. 62 коп.

В соответствии со ст. 92 Трудового кодекса Российской Федерации для работников, условия труда на рабочих местах которых по результатам специальной оценки условий труда отнесены к вредным условиям труда 3 или 4 степени или опасным условиям труда, устанавливается сокращенная продолжительность рабочего времени - не более 36 часов в неделю.

Согласно п. 6.14 Коллективного договора работникам предоставляются ежегодные дополнительные оплачиваемые отпуска, условия труда на которых по результатам СОУТ отнесены к вредным условиям труда 2, 3 или 4 степени либо опасным условиям труда класс 3.2 - не менее 7 календарных дней, класс 3.3 - не менее 8 календарных дней, класс 3.4 - не менее 9 календарных дней, класс 4.0 - не менее 10 календарных дней.

С учетом того, что должность ФИО2 поименована в Списке № 2, а также учитывая требования части 6 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013 № 400-ФЗ «О страховых пенсиях», пункта 1 статьи 428 Налогового кодекса Российской Федерации истец полагает, что на ответчика ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России должна быть возложена обязанность предоставить в Фонд Пенсионного и социального страхования Российской Федерации сведения о периодах работы ФИО2 с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования в целях включения указанных периодов в стаж работы по Списку № 2, а также обязанность по уплате страховых взносов по дополнительному тарифу за указанные периоды.

Таким образом, истец считает, что работодателем нарушены трудовые права работника, в связи с чем, полагает необходимым обязать ответчика ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России предоставить в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области сведения для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования о периодах работы ФИО2 с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года с указанием кода льготной профессии 27-2, 2260000А; обязать ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России начислить и уплатить дополнительные страховые взносы в отношении ФИО2 за периоды работы с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года по тарифам, установленным статьей 428 Налогового кодекса Российской Федерации; взыскать с ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России в пользу ФИО2 компенсационную выплату за работу с вредными условиями труда в размере 12326 руб. 62 коп. за период работы с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, денежную компенсацию на основании ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации в размере 11253 руб. 09 коп., компенсацию морального вреда в размере 50000 руб. 00 коп.

В судебном заседании помощник прокурора ЗАТО г. Новоуральск – ФИО1, и материальный истец ФИО2 уточненные исковые требования поддержали в полном объеме по доводам, изложенным в уточненном исковом заявлении. Дополнительно истец ФИО2 пояснила суду, что в оспариваемые периоды она работала в должностях медицинской сестры палатной отделения для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией. При этом, каких-либо новых должностных инструкций в отделении для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией не имелось. Полагала, что в связи с работой с вредными условиями труда, работодателем необоснованно не исполнена обязанность по предоставлению сведений о характере работы в спорный период с вредными условиями труда в Пенсионный фонд и по уплате дополнительного тарифа страховых взносов.

Представитель ответчика ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России – ФИО3, действующая на основании доверенности № ХХХ от ХХХ года, уточненные исковые требования не признала в полном объеме по доводам, изложенным в письменном отзыве на уточненное исковое заявление. Дополнительно пояснила суду, что в целях создания условий изолированного пребывания пациентов с диагнозом или подозрением на новую коронавирусную инфекцию в стационарных условиях приказом ЦМСЧ № 31 от ХХХ года № ХХХ в здании по адресу ХХХ организовано отделение для оказания помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией на 60 коек. Инфекционное отделение стационара переведено в здание по адресу: ХХХ. Приказом начальника ЦМСЧ № 31 от ХХХ года № ХХ утверждено временное штатное расписание отделения для оказания медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией стационара, согласно которому в отделении вводится 28 ставок врачей, 44 ставки среднего медицинского персонала, 13 ставок младшего медицинского персонала, 10 ставок прочего персонала, итого 95 ставок. Рабочие места отделения для оказания помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией стационара и рабочие места инфекционного отделения Ответчика в соответствии с положениями ст. 17 ч. 1 п. 1 Федерального закона от 28.12.2013г. № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» (далее - Закон № 426-ФЗ) и согласно разъяснений Минтруда РФ, данного в письмах от ХХХ года № ХХХ и от ХХХ года № ХХХ являются вновь организованными рабочими местами, условия труда на которых до проведения внеплановой специальной оценки условий труда не определены. В данном случае Ответчиком в здании инфекционного отделения сформировано совершенно новое отделение, технологические процессы оказания медицинской помощи в котором существенно отличаются от условий труда в инфекционном отделении, деятельность отделения регулируется иными нормативными документами. Вместе с тем, инфекционное отделение было перемещено в другое здание, следовательно, с этого момента рабочие места инфекционного отделения стационара в здании по адресу: г. ХХХ являются вновь организованными. Согласно ч. 2 ст. 17 Закона № 426-ФЗ, на вновь организованных рабочих местах специальная оценка условий труда проводится в течение 12 месяцев со дня их ввода в эксплуатацию. До момента завершения специальной оценки условий труда рабочие места считаются неоценёнными, соответственно установление работникам на вновь организованных рабочих местах доплаты за работу во вредных (опасных) условиях труда будет являться прямым нарушением требований ст.ст. 117, 147 Трудового кодекса РФ, ст.ст. 3 ч. 2, 7 ч. 1 п. 6 Закона № 426-ФЗ. Провести специальную оценку условий труда на рабочих местах отделения для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией стационара непосредственно сразу после его создания ХХХ года препятствовало введение на территории России ограничительных мер, направленных на обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения в целях недопущения распространения коронавирусной инфекции COVID-19. 

В виду особенностей работы отделения не имелось ни у Ответчика ни у организаций, оказывающих услуги по проведению специальной оценки условий труда, не имелось возможности обеспечить работу эксперта организации в оцениваемом отделении, не подвергая его риску заражения. В этой связи только после начала вакцинации населения против новой коронавирусной инфекции стало возможным заключить договор на проведение специальной оценки условий труда.

До истечения 12 месяцев с момента организации отделения ХХХ года ответчиком создана комиссия по проведению специальной оценки условий труда в отделении для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией. Между ответчиком и ООО «Центр охраны труда и промышленной экологии» ХХХ года заключён договор на проведение специальной оценки условий труда в отделении для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией. Специальная оценка условий труда на рабочих местах отделения по оказанию помощи пациентам с коронавирусной инфекцией завершена ХХХ года, о чём издан приказ начальника ЦМСЧ № 60а «О завершении специальной оценки условий труда», гарантии и компенсации по результатам специальной оценки условий труда в виду необходимости уведомления работников об изменении условий трудового договора и заключения с ними дополнительных соглашений, предоставляются с ХХХ года согласно приказу начальника ЦМСЧ № 31 от 19.04.2022 года № 615а «О предоставлении гарантий и компенсаций работникам по результатам специальной оценки условий труда». Таким образом, до ХХХ года рабочие места отделения по оказанию медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией стационара являлись неоценёнными, до ХХХ года гарантии и компенсации на рабочих места не могли быть предоставлены в связи с необходимостью исполнения требований ст.ст. 72, 74 Трудового кодекса РФ об уведомлении работников не менее чем за два месяца об изменении условий труда.

Также представитель ответчика пояснила, что Приказом начальника ЦМСЧ № ХХ от ХХХ года № 53 «О сокращении отделений для оказания медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией в стационаре и поликлиниках ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России» с ХХХ года были сокращены рабочие места отделения для оказания медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией стационара ЦМСЧ № 31, расположенные по адресу ул. ХХХ. Приказом начальника ЦМСЧ № 31 от ХХХ года № ХХХ «Об изменении штатного расписания» с ХХХ года из штатного расписания Ответчика исключено отделение: «Стационар. Отделение для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией». По причине ликвидации отделения для оказания медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией стационара и ликвидации рабочих мест в данном отделении действие карт специальной оценки рабочих мест в данном отделении прекращено. 

Приказом начальника ЦМСЧ № 31 от ХХХ года № ХХХ с ХХХ года внесены изменения в штатное расписание и в состав инфекционного отделения введен пост для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией.

Ответчик, как работодатель, не лишал ФИО2 ни доплаты за работу во вредных (опасных) условиях труда, ни ежегодного дополнительного оплачиваемого отпуска за работу во вредных (опасных) условиях труда. Ответчик в силу требований закона не имел права назначать ФИО2 таковые гарантии и компенсации до тех пор, пока условия труда на рабочем месте не будут оценены в установленном законом порядке. Утверждение истца, что ответчик «признавал условия труда на рабочем месте, ФИО2 вредными» не основано на законе, поскольку действующее законодательство не предусматривает права работодателя признавать или не признавать условия труда какими бы то ни было. Для установления гарантий и компенсаций работнику за работу во вредных (опасных) условиях труда необходимы специальная оценка условий труда и определение класса и подкласса условий труда.

Поскольку рабочее место медицинской сестры палатной отделения для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией стационара является вновь организованным, п.4 дополнительного соглашения условия труда не определены, гарантии и компенсации за работу во вредных условиях труда не предусмотрены, что соответствует требованиям ст.ст. 117, 147 Трудового кодекса РФ, ст.ст. 3 ч. 2, 7 ч. 1 п. 6 Закона № 426-ФЗ. Таким образом, в период с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года ФИО2 по основной ставке работала на рабочих местах, которые являлись вновь организованными и по этой причине не были оценены.

Кроме того, представитель ответчика пояснила, что в период работы ФИО2 по должности медицинской сестры палатной отделения для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией стационара между ФИО2 и ответчиком, как работодателем, заключалось дополнительное соглашения об установлении выплаты стимулирующего характера за непосредственную» работу с гражданами, у которых выявлена коронавирусная инфекция COVID-19: - дополнительное соглашение от ХХХ года об установлении ФИО2 в ХХХ года (с ХХХ по ХХХ года) выплаты в размере 50 000,00 руб., а так же выплаты в размере ХХХ% к среднемесячному доходу от трудовой деятельности по Свердловской области за 9 месяцев 2019 года, размер которой составляет 35 843 руб. ФИО2 производились выплаты стимулирующего характера за особые условия труда и дополнительную нагрузку по распоряжению Правительства РФ от 03.04.2020 года № 860-р. Исходя из изложенного, хотя рабочее место медицинской сестры палатной отделения для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией стационара, будучи вновь созданным, и не было оценено, условия труда на нём установлены не были, там не менее работнику ФИО2 устанавливалась и выплачивалась стимулирующая выплата за работу в особых условиях. Также считала, что установление ФИО2 доплаты в размере ХХХ% за работу во вредных условиях труда в спорный период при отсутствии результатов специальной оценки № ХХХ условий труда является нарушением требований ст.ст. 117, 147 Трудового кодекса РФ, ст.ст. 3 ч. 2, 7 ч. 1 п. 6 Закона № 426-ФЗ.

Вместе с тем, в соответствии с произведенным контррасчётом компенсационной выплаты, представитель ответчика полагает, что в пользу ФИО2 за работу с вредными условиями труда по основной ставке и совместительству, произведенным за период с ХХХ года по ХХХ года размер компенсационной выплаты составил 12326 руб. 62 коп. Кроме того, представитель ответчика просила суд в случае удовлетворения исковых требований истца, снизить размер заявленной ко взысканию компенсации морального вреда, считая его завышенным.

Третьи лица - Федеральное медико-биологическое агентство (ФМБА России), Отделение Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области, будучи надлежащим образом уведомленные о месте и времени рассмотрения дела путем направления судебных извещений, а также размещения информации о времени и месте проведения судебного заседания на официальном интернет-сайте суда (novouralsky.svd.sudrf.ru), в судебное заседание не явились. Третье лицо - Федеральное медико-биологическое агентство (ФМБА России), предоставило в суд письменные объяснения по делу. До судебного заседания от третьего лица - Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области поступили в суд письменные возражения на исковое заявление, а также ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие своего представителя.

Поскольку участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лица, участвующего в деле, но каждому гарантируется право на рассмотрение дела в разумные сроки, суд, руководствуясь ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с учетом мнения лиц, участвующих в деле, счел возможным рассмотреть дело в отсутствие третьих лиц.

Рассмотрев требования иска, заслушав пояснения сторон, исследовав представленные в материалах дела письменные доказательства, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

В соответствии с Конституцией Российской Федерации в Российской Федерации как социальном государстве охраняются труд и здоровье людей (ст. 7) и каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, и на охрану здоровья (ст. 37 ч. 3; ст. 41 ч. 1).

По смыслу названных положений государство обязано принимать все необходимые меры к тому, чтобы уменьшить негативные для здоровья работников последствия труда в условиях особой вредности, сложности, в том числе путем предоставления им дополнительных гарантий и компенсаций, к которым относится, в частности, и возможность уйти на пенсию по старости в более раннем возрасте и при меньшей продолжительности общего трудового стажа.

Согласно ст. 2 Трудового кодекса Российской Федерации исходя из общепризнанных принципов и норм международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, основными принципами правового регулирования трудовых отношений и иных непосредственно связанных с ними отношений признаются, в том числе и обеспечение права каждого работника на своевременную и в полном размере выплату справедливой заработной платы, обеспечивающей достойное человека существование для него самого и его семьи, и не ниже установленного федеральным законом минимального размера оплаты труда.

В соответствии со ст. 15 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения – это отношения, основанные на соглашении между работником и работодателем о личном выполнении работником за плату трудовой функции (работы по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретного вида поручаемой работнику работы), подчинении работника правилам внутреннего трудового распорядка при обеспечении работодателем условий труда, предусмотренных трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, трудовым договором.

Согласно ч. 1 ст. 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают между работником и работодателем на основании трудового договора, заключаемого ими в соответствии с этим кодексом.

В соответствии со ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы, а работодатель, в силу положений статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с названным Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

Согласно ст. 56 Трудового кодекса Российской Федерации трудовой договор - это соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя, соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у данного работодателя.

Изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме (ст. 72 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со ст. 72.2 Трудового кодекса Российской Федерации по соглашению сторон, заключаемому в письменной форме, работник может быть временно переведен на другую работу у того же работодателя на срок до одного года, а в случае, когда такой перевод осуществляется для замещения временно отсутствующего работника, за которым в соответствии с законом сохраняется место работы, - до выхода этого работника на работу. Если по окончании срока перевода прежняя работа работнику не предоставлена, а он не потребовал ее предоставления и продолжает работать, то условие соглашения о временном характере перевода утрачивает силу и перевод считается постоянным.

В силу ч. 1 ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата работнику устанавливается трудовым договором в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда.

Системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть 2 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации.

Исходя из вышеизложенных норм права, заработная плата работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и устанавливается трудовым договором в соответствии с действующей у работодателя системой оплаты труда. При этом системы оплаты труда и системы премирования устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами и должны соответствовать трудовому законодательству и иными нормативным правовым актам, содержащим нормы трудового права. Система оплаты труда включает помимо фиксированного размера оплаты труда (оклад, тарифные ставки), доплат и надбавок компенсационного характера доплаты и надбавки стимулирующего характера, к числу которых относится премия, являющаяся мерой поощрения работников за добросовестный и эффективный труд, применение которой относится к компетенции работодателя.

Условия оплаты труда, определенные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (часть 6 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

Заработная плата конкретного работника, согласно Трудовому кодексу Российской Федерации, устанавливается в трудовом договоре в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (часть первая статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации), которые разрабатываются на основе требований трудового законодательства (часть вторая статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации) и должны гарантировать каждому работнику определение его заработной платы с учетом закрепленных в законодательстве критериев, в том числе условий труда, при этом заработная плата работников, занятых на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда, должна устанавливаться в повышенном размере по сравнению с тарифными ставками, окладами (должностными окладами), установленными для идентичных видов работ, но с нормальными условиями труда (часть первая статьи 147 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с ч. 2 ст. 147 Трудового кодекса Российской Федерации минимальный размер повышения оплаты труда работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, составляет 4 процента тарифной ставки (оклада), установленной для различных видов работ с нормальными условиями труда. Конкретные размеры повышения оплаты труда устанавливаются работодателем с учетом мнения представительного органа работников в порядке, установленном статьей 372 названного Кодекса для принятия локальных нормативных актов, либо коллективным договором, трудовым договором (часть 3 статьи 147 Трудового кодекса Российской Федерации).

В силу ч. 4 ст. 17 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ «О специальной оценке условий труда» в случае проведения внеплановой специальной оценки условий труда, предусмотренной пунктом 2 части 1 названной статьи, на период до утверждения отчета о ее проведении не допускается ухудшение положения работников, занятых на рабочих местах, в отношении которых проводится внеплановая специальная оценка условий труда, в части предоставляемых им гарантий и компенсаций за работу с вредными и (или) опасными условиями труда по сравнению с их положением до проведения специальной оценки условий труда, результаты которой получены с нарушением требований указанного Федерального закона (пункт 7).

Согласно абз. 11 ч. 2 ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечить проведение специальной оценки условий труда в соответствии с законодательством о специальной оценке условий труда. 

Как указано выше, порядок отнесения условий труда на рабочем месте к вредным (опасным) условиям труда регулируется Федеральным законом «О специальной оценке условий труда» от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ.

По результатам проведения специальной оценки условий труда устанавливаются классы (подклассы) условий труда на рабочих местах (ч. 2 ст. 3 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 426-ФЗ).

Организация рабочего места является обязанностью работодателя (часть 1 статьи 15, часть 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации). Под вводом в эксплуатацию вновь организованных рабочих мест Минтруд Российской Федерации предлагает понимать дату начала на этих рабочих местах штатного производственного процесса, который ранее работодателем в новом помещении не осуществлялся.

Судом установлено и следует из материалов дела, что истец ФИО2 на основании трудового договора от ХХХ года № ХХХ трудилась по основной ставке на должности операционной медицинской сестры операционного блока с ХХХ года по ХХХ года. 

Также из материалов дела следует, что в целях создания условий изолированного пребывания пациентов с диагнозом или подозрением на новую коронавирусной инфекцию в стационарных условиях приказом ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России от ХХХ года № ХХХ на базе инфекционного отделения по адресу ХХХ организованно отделение стационара для оказания медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией.

На основании дополнительного соглашения от ХХХ года № ХХХ ФИО2 с Х года переведена на должность медицинской сестры палатной отделения для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией стационара, о чём издан приказ о переводе работника на другую работу от ХХХ года № ХХХ

На основании дополнительного соглашения от ХХХ года № ХХХ ФИО2 с ХХХ года переведена на должность операционной медицинской сестры операционного блока стационара, о чем издан приказ от ХХХ года ХХХ.

На основании дополнительного соглашения от ХХХ года № ХХХ ФИО2 с Х года переведена на должность медицинской сестры палатной отделения для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией стационара, о чём издан приказ о переводе работника на другую работу от ХХХ года № ХХХ

На основании дополнительного соглашения от ХХХ года № ХХХ ФИО2 с ХХХ года переведена на должность операционной медицинской сестры операционного блока стационара, о чем издан приказ от ХХХ года № ХХХ.

На основании приказа от ХХХ года № ХХХ ФИО2 с ХХХ года переведена на должность медицинской сестры палатной отделения для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией стационара, где работала до ХХХ года

На основании дополнительного соглашения от ХХХ года № ХХХ ФИО2 с ХХХ года переведена на должность операционной медицинской сестры операционного блока стационара. ХХХ года трудовые отношения с ФИО2 прекращены на основании приказа от ХХХ года № ХХХ

Таким образом, установлено, что истец ФИО2 осуществляла трудовую деятельность в спорные периоды с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года в отделении по оказанию медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией на должности медицинской сестры палатной.

Судом установлено и следует из материалов дела, что в целях создания условий изолированного пребывания пациентов с диагнозом или подозрением на новую коронавирусную инфекцию в стационарных условиях приказом ЦМСЧ № 31 от ХХХ года № ХХХ на базе инфекционного отделения в здании по адресу ХХХ организовано отделение для оказания помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией на 60 коек.

Приказом начальника ЦМСЧ № 31 от 14.04.2023 года № 17 утверждено временное штатное расписание отделения для оказания медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией стационара, согласно которому в отделении вводится 28 ставок врачей, 44 ставки среднего медицинского персонала, 13 ставок младшего медицинского персонала, 10 ставок прочего персонала, итого 95 ставок.

Как пояснила в судебном заседании представитель ответчика, в здании инфекционного отделения было сформировано совершенно новое отделение, технологические процессы оказания медицинской помощи, в котором существенно отличаются от условий труда в инфекционном отделении. Инфекционное отделение перемещено в другое здание, следовательно, с этого момента рабочие места инфекционного отделения стационара в здании по адресу: ХХХ являются вновь организованными.

Судом установлено, что с момента образования отделения для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией в период с ХХХ года и до ХХХ года ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России работа по специальной оценке условий труда (далее - СОУТ) не проводилась.

Как пояснила в судебном заседании представитель ответчика, провести специальную оценку условий труда на рабочих местах отделения для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией стационара непосредственно сразу после его создания ХХХ года препятствовало введение на территории России ограничительных мер, направленных на обеспечение санитарно-эпидемиологического благополучия населения в целях недопущения распространения коронавирусной инфекции COVID-19. С соблюдением требований безопасности представилось возможным провести специальную оценку условий труда только в инфекционном отделении стационара по адресу: ХХХ.

До истечения 12 месяцев с момента организации отделения ХХХ года ответчиком создана комиссия по проведению специальной оценки условий труда в отделении для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией. Между ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России и ООО «Центр охраны труда и промышленной экологии» ХХХ года заключён договор на проведение специальной оценки условий труда в отделении для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией.

Судом установлено, что специальная оценка условий труда на рабочих местах отделения по оказанию помощи пациентам с коронавирусной инфекцией завершена ХХХ года, о чём издан приказ начальника ЦМСЧ № ХХХ «О завершении специальной оценки условий труда».

Согласно приказу начальника ЦМСЧ № 31 от ХХХ года № ХХХ «О предоставлении гарантий и компенсаций работникам по результатам специальной оценки условий труда» гарантии и компенсации по результатам специальной оценки условий труда в виду необходимости уведомления работников об изменении условий трудового договора и заключения с ними дополнительных соглашений, предоставляются с ХХХ года.

Приказом начальника ЦМСЧ № 31 от ХХХ года № ХХХ «О сокращении отделений для оказания медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией в стационаре и поликлиниках ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России» с 11.07.2022 года сокращены рабочие места отделения для оказания медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией стационара ЦМСЧ № 31, расположенные по адресу ХХХ. Приказом начальника ЦМСЧ № 31 от ХХХ года № ХХ «Об изменении штатного расписания» с ХХХ года из штатного расписания ответчика исключено отделение: «Стационар. Отделение для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией». По причине ликвидации отделения для оказания медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией стационара и ликвидации рабочих мест в данном отделении действие карт специальной оценки рабочих мест в данном отделении прекращено.

Приказом начальника ЦМСЧ № 31 от ХХХ года № ХХХ с ХХХ года внесены изменения м штатное расписание и в состав инфекционного отделения введен пост для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией.

Вместе с тем судом установлено, что в соответствии с картами СОУТ от ХХХ года №№ ХХХ, ХХХ, ХХХ по должностям медицинской сестры палатной (посты №№ 1,2, 3) установлен итоговый класс (подкласс) условий труда - 3.3.

Кроме того, из письменного отзыва третьего лица - Отделения Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области, а также представленных документов, следует, что согласно сведениям из индивидуального лицевого счета застрахованного лица в спорные периоды с работодателем ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России в отношении ФИО2 за отчетный период ХХХ год, ХХХ год, ХХХ год, а именно, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года - предоставлены сведения с кодом 27-ГД (лечебная деятельность в городах, п. 20 ч. 1 ст. 30 Закона № 400-ФЗ, 1,00 (ставк).

Также третьим лицом указано, что дополнительный тариф страховых взносов работодателем ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России за период ХХХ год, ХХХ год, ХХХ год в отношении ФИО2 не уплачивался.

Доводы представителя ответчика о том, что по истец ФИО2 работала на рабочих местах, которые являлись вновь организованными и по этой причине не были оценены, в связи с чем, у работодателя не имелось оснований для установления ей гарантий и компенсаций за работу во вредных условиях труда, а рабочие места отделения для оказания медицинской помощи пациентам с короновирусной инфекцией следует считать оцененными с ХХХ года по ХХХ года, судом отклоняются ввиду следующего.

Тот факт, что на рабочем месте истца своевременное не была проведена специальная оценка условий труда и аттестация рабочего места на предмет соблюдения требований охраны труда не опровергает доводы прокурора и истца о выполнении истцом во весь спорный период работы во вредных условиях труда с соответствующим классом вредности, поскольку в соответствии с картами СОУТ от ХХХ года №№ ХХХ, ХХХ, ХХХ по должностям медицинской сестры палатной (посты №№ 1,2, 3) установлен итоговый класс (подкласс) условий труда - 3.3. Кроме того, в течение всего спорного периода истцу предоставлялись гарантии, связанные с работой во вредных условиях труда, в том числе, дополнительные ежегодные оплачиваемые отпуска за работу во вредных условиях труда за фактически отработанное время, а представленные в материалы дела документы не содержат сведений о том, что ранее условия труда на рабочем месте истца были нормальными, оптимальными и не являлись вредными. Доказательств обратного материалы дела не содержат.

Истец в спорный период работала не в небольшой организации с неопасными видами деятельности, а являлась медицинским работником, осуществлявшим лечебную и иную деятельность по охране здоровья населения в учреждении здравоохранения. Указанный факт не оспаривался в ходе рассмотрения дела ответчиком.

Тот факт, что работодатель истца в спорный период не в достаточной степени исполнял обязанности, связанные с аттестацией рабочих мест и специальной оценкой условий труда на рабочих местах, фактически работодателем истца не оспаривался. Это обстоятельство не может являться основанием для лишения истца, работавшей во вредных условиях труда, оказывающих значительное влияние на ее здоровье, права на получение соответствующих компенсаций и досрочную пенсию.

Факт предоставления истцу в спорный период дополнительных ежегодных оплачиваемых отпусков за работу во вредных условиях труда за фактически отработанное время, лицами, участвующими в деле, не оспаривался, как и тот факт, что других оснований (кроме вредных условий труда) для предоставления такого отпуска истцу в спорный период, не имелось.

Отсутствие в выписке из индивидуального лицевого счета застрахованного лица ФИО2 кода льготной профессии за спорные периоды работы, не может служить достаточным основанием для отказа истцу в удовлетворении исковых требований в виду следующего.

В соответствии с п. 13 Порядка подтверждения периодов работы, дающей право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, утвержденного Приказом Министерства Здравоохранения и социального развития РФ № 258н от 31.03.2011 года, такие периоды, после регистрации гражданина в качестве застрахованного лица подтверждаются выпиской из индивидуального лицевого счета застрахованного лица, сформированной на основании сведений (индивидуального) Персонифицированного учета.

Согласно со ст. 6 Закона № 27-ФЗ от 01.04.1996 «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" (в редакциях соответствующих спорным периодам работы истца) в индивидуальном лицевом счете застрахованного лица указывается, кроме иных данных, также сведения о страховом стаже, связанном с особыми условиями труда.

Между тем в силу Закона «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» обязанность по предоставлению сведений в Пенсионный фонд РФ лежит на работодателе.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10.07.2007 № 9-П, обязанность по уплате страховых взносов на обязательное пенсионное страхование, за счет которых финансируется страховая и накопительная части трудовой пенсии, в Пенсионный фонд Российской Федерации в пользу граждан, работающих по трудовому договору, как лиц, на которых распространяется обязательное пенсионное страхование, Федеральным законом от 15 декабря 2001 года № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в Российской Федерации» возлагается на страхователя (работодателя), который обязан своевременно и в полном объеме производить соответствующие платежи.

Невыполнение страхователями требований ФЗ от 01.04.1996 № 27-ФЗ «Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования» и ФЗ от 15.12.2001 № 167-ФЗ «Об обязательном пенсионном страховании в РФ», неуплата страхователем в установленный срок или уплата не в полном объеме страховых взносов в Пенсионный фонд Российской Федерации в пользу работающих у него по трудовому договору застрахованных лиц в силу природы и предназначения обязательного пенсионного страхования, необходимости обеспечения прав этих лиц не должна препятствовать реализации ими права своевременно и в полном объеме получить трудовую пенсию. Соответствующие взносы должны быть уплачены, а их уплата - исходя из публично-правового характера отношений между государством и Пенсионным фондом Российской Федерации и особенностей отношений между государством, страхователями и застрахованными лицами - должна быть обеспечена, в том числе в порядке принудительного взыскания. В противном случае искажалось бы существо обязанности государства по гарантированию права застрахованных лиц на трудовую пенсию.

В связи с вышеизложенным отсутствие по вине работодателя в сведениях, предоставленных в Пенсионный фонд, кода об особых условиях труда в спорные периоды работы истца, не может повлечь для истца неблагоприятные последствия, поскольку обязанность указывать коды льготного характера труда лежит на работодателе. Надлежащее ведение документации, в том числе проставление кодов в индивидуальном лицевом счете застрахованного лица, является обязанностью не истца, а работодателя, с которым истец состоит в трудовых отношениях.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу о том, что истцом в оспариваемые периоды с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года осуществлялась работа во вредных условиях труда.

В соответствии со ст. 7 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации как социальном государстве охраняются труд и здоровье людей и каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, и на охрану здоровья (часть 3 статьи 37, часть 1 статьи 41).

По смыслу названных положений государство обязано принимать все необходимые меры к тому, чтобы уменьшить негативные для здоровья работников последствия труда в условиях особой вредности, сложности, в том числе путем предоставления им дополнительных гарантий и компенсаций, к которым относится, в частности, и возможность уйти на пенсию по старости в более раннем возрасте и при меньшей продолжительности общего трудового стажа.

Особенности организации работы медицинских организаций, структурных подразделений, в которых оказывается медицинская помощь пациентам с подтвержденным диагнозом новой коронавирусной инфекции COVID-19 (далее также - COVID-19) или с подозрением на COVID-19, в том числе в части оформления трудовых отношений с медицинскими работниками, занятыми оказанием такой медицинской помощи, и режима их рабочего времени, предусматриваются нормативными правовыми актами в сфере здравоохранения, принятыми в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения COVID-19 (постановление Правительства Российской Федерации от 02 июля 2020 года № 973 «Об особенностях организации оказания медицинской помощи при угрозе распространения заболеваний, представляющих опасность для окружающих»; распоряжение Правительства Российской Федерации от 24 апреля 2020 года № 1131-р «Об утверждении предварительного перечня медицинских организаций, которые перепрофилируются для оказания медицинской помощи пациентам с подтвержденным диагнозом новой коронавирусной инфекции COVID-19 или с подозрением на новую коронавирусную инфекцию COVID-19 в стационарных условиях по особому указанию»; приказ Минздрава России от 19 марта 2020 года № 198н «О временном порядке организации работы медицинских организаций в целях реализации мер по профилактике и снижению рисков распространения новой коронавирусной инфекции COVID-19»; письмо Минтруда России и Минздрава России от 24 апреля 2020 года № 14-0/10/B-3191/№ 16-3/И/2-5382 «Об оформлении трудовых отношений с медицинскими работниками, оказывающим медицинскую помощь пациентам с новой коронавирусной инфекцией COVID-19 в стационарных условиях»). В зависимости от штатного расписания и загрузки конкретного лечебного учреждения для работников, занятых оказанием медицинской помощи пациентам с подтвержденным диагнозом COVID-19 или с подозрением на COVID-19, может быть введена сменная работа (с продолжительностью смены по 6, 12 или 24 часа). При этом с учетом положений трудового законодательства графики сменности составляются исходя из установленной нормы рабочего времени за учетный период для конкретной категории работников и содержат информацию о продолжительности рабочего времени в течение смены, перерывах на отдых между сменами и порядке их чередования, а также о продолжительности еженедельного непрерывного отдыха (выходных днях).

В соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона "О страховых пенсиях" страховая пенсия назначается ранее достижения общеустановленного пенсионного возраста по состоянию на 31 декабря 2018 года (55 лет) женщинам - по достижении возраста 50 лет, если они проработали на работах с тяжелыми условиями труда не менее 10 лет и имеют страховой стаж не менее 20 лет; в случае, если указанные лица проработали на перечисленных работах не менее половины установленного срока и имеют требуемую продолжительность страхового стажа, страховая пенсия им назначается с уменьшением указанного возраста на один год за каждые 2 года такой работы.

Разделом XXIV "Учреждения здравоохранения и социального обеспечения" Списка № 2 производств, работ, профессий, должностей и показателей с вредными и тяжелыми условиями труда, занятость в которых дает право на пенсию по возрасту (по старости) на льготных условиях, утвержденного Постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 года № 10 "Об утверждении списков производств, работ, профессий, должностей и показателей, дающих право на льготное пенсионное обеспечение", подлежащего применению к спорным правоотношениям, право на досрочное назначение страховой пенсии в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 30 Федерального закона "О страховых пенсиях" установлено для среднего медицинского персонала и младшего медицинского персонала, непосредственно обслуживанию больных в туберкулезных и инфекционных учреждениях, отделениях, кабинетах.

По общим нормам периоды соответствующей работы, выполняемой постоянно в течение полного рабочего дня, засчитываются в стаж работы, дающей право на досрочное пенсионное обеспечение, в календарном порядке.

При этом в стаж включаются периоды получения пособия по государственному социальному страхованию в период временной нетрудоспособности, периоды ежегодных основного и дополнительных оплачиваемых отпусков.

Пунктом 1 Постановления Правительства Российской Федерации от 6 августа 2020 года № 1191 «О порядке исчисления периодов работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с пунктами 1, 2 и 20 части 1 статьи 30 Федерального закона «О страховых пенсиях», медицинским работникам, оказывающим медицинскую помощь пациентам с новой коронавирусной инфекцией COVID-19 и подозрением на новую коронавирусную инфекцию COVID-19» установлено, что периоды работы медицинских работников, оказывающих в медицинских организациях и их структурных подразделениях медицинскую помощь пациентам с новой коронавирусной инфекцией COVID-19 и подозрением на новую коронавирусную инфекцию COVID-19, засчитываются в стаж соответствующей работы, дающей право на досрочное назначение страховой пенсии по старости в соответствии с пунктами 1, 2 и 20 части статьи 30 Закона № 400-Ф3, в следующем порядке: день работы медицинских работников по оказанию медицинской помощи пациентам с новой коронавирусной инфекцией COVID-19 в стационарных условиях - как 2 дня. В порядке, установленном данным постановлением, исчисляются периоды соответствующей работы, имевшей место с 1 января по 30 сентября 2020 года.

Из содержания указанного положения следует, что в данный период медицинским работником должна быть оказана медицинская помощь пациентам с новой коронавирусной инфекцией COVID-19 и подозрением на новую коронавирусную инфекцию COVID-19 фактически, поскольку в льготном порядке, установленном пунктом 1 Постановления № 1191, исчисляются периоды соответствующей работы, имевшей место.

В периоды работы истца с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года фактически рабочее место истца и ее должностные обязанности не менялись, трудовая функция истцом осуществлялась в том же здании, помещениях, в той же должности. Доказательств обратного суду не предоставлено. При этом представитель ответчика подтвердила, что с новой должностной инструкций работодатель истца не знакомил. Судом также установлено, что в своей трудовой деятельности в Отделении для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией медицинская сестра палатная, кроме других документов, руководствовалась должностной инструкцией медицинской сестры палатной. Должностная инструкция медицинской сестры палатной Отделения для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией работодателем была утверждена лишь ХХХ года, при этом, доказательств ознакомления с ней истца не имеется. Как пояснила в ходе судебного заседания истец, с указанной должностной инструкцией она не была ознакомлена.

С учетом изложенного, а также принимая во внимание, что должность истца «Медицинская сестра» поименована в Списке № 2 «Производств, работ, профессий, должностей и показателей с вредными и тяжелыми условиями труда, занятость в которых дает право на пенсию по возрасту (по старости) на льготных условиях, утвержденный постановлением Кабинета Министров СССР от 26 января 1991 года №10 «Об утверждении списков производств, работ, профессий, должностей и показателей, дающих право на льготное пенсионное обеспечение», отделение для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией было создано на базе инфекционного отделения стационара ФГБУЗ ЦМСЧ № 31, суд приходит к выводу о том, что факт отнесения спорных периодов работы истца с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года к стажу, который дает работнику право на льготное пенсионное обеспечение в соответствии с предъявленным к его зачету требованиями свидетельствует о необходимости уплаты работодателем страховых взносов по дополнительному тарифу, и предоставлении сведений в Пенсионный фонд об особом характере выполняемой истцом работы.

Согласно ст. 129 Трудового кодекса Российской Федерации заработная плата (оплата труда работника) – вознаграждение за труд в зависимости от квалификации работника, сложности, количества, качества и условий выполняемой работы, а также компенсационные выплаты (доплаты и надбавки компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, работу в особых климатических условиях и на территориях, подвергшихся радиоактивному загрязнению, и иные выплаты компенсационного характера) и стимулирующие выплаты (доплаты и надбавки стимулирующего характера, премии и иные поощрительные выплаты).

В соответствии с ч. 1 ст. 21 Трудового кодекса Российской федерации работник имеет право на своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, количеством и качеством выполненной работы.

В свою очередь согласно ч. 2 ст. 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан выплачивать в полном размере причитающуюся работникам заработную плату в сроки, установленные в соответствии с настоящим Кодексом, коллективным договором, правилами внутреннего трудового распорядка, трудовыми договорами.

В соответствии со ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации системы оплаты труда, включая размеры тарифных ставок, окладов (должностных окладов), доплат и надбавок компенсационного характера, в том числе за работу в условиях, отклоняющихся от нормальных, системы доплат и надбавок стимулирующего характера и системы премирования, устанавливаются коллективными договорами, соглашениями, локальными нормативными актами в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (ч. 2).

Локальные нормативные акты, устанавливающие системы оплаты труда, принимаются работодателем с учетом мнения представительного органа работников (ч. 4 ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

Условия оплаты труда, определенные коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами, не могут быть ухудшены по сравнению с установленными трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права (ч. 6 ст. 135 Трудового кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктами 1.1, 1.2.1, 1.2.2 Коллективного договора ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России он является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения в организации и устанавливающим взаимные обязательства сторон по регулированию социального партнерства организации. Нормы настоящего договора распространяются на всех работников, вне зависимости от их членства в профсоюзе (п. 1.5 Коллективного договора).

Заработная плата конкретного работника, согласно Трудовому кодексу Российской Федерации, устанавливается в трудовом договоре в соответствии с действующими у данного работодателя системами оплаты труда (часть первая статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации), которые разрабатываются на основе требований трудового законодательства (часть вторая статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации) и должны гарантировать каждому работнику определение его заработной платы с учетом закрепленных в законодательстве критериев, в том числе условий труда, при этом заработная плата работников, занятых на тяжелых работах, работах с вредными и (или) опасными и иными особыми условиями труда, должна устанавливаться в повышенном размере по сравнению с тарифными ставками, окладами (должностными окладами), установленными для идентичных видов работ, но с нормальными условиями труда (часть первая статьи 147 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно ч. 2 ст. 147 Трудового кодекса Российской Федерации минимальный размер повышения оплаты труда работникам, занятым на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, составляет 4 процента тарифной ставки (оклада), установленной для различных видов работ с нормальными условиями труда.

Конкретные размеры повышения оплаты труда устанавливаются работодателем с учетом мнения представительного органа работников в порядке, установленном статьей 372 настоящего Кодекса для принятия локальных нормативных актов, либо коллективным договором, трудовым договором (часть 3 статьи 147 Трудового кодекса Российской Федерации).

Суд учитывает, что отказ истцу в компенсационных выплатах за работу во вредных условиях труда по формальным основаниям, связанным с отсутствием карт СОУТ, ставит работника в неравное положение с иными работниками, в том числе работниками инфекционного отделения, которым такие гарантии предоставлялись: доплата за работу во вредных условиях, предоставление дополнительных отпусков, предоставление в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации сведений о наличии стажа на соответствующих видах работ, дающих право на досрочное назначение пенсии. Суд полагает, что факт издания и применения Постановления Правительства Российской Федерации № 1191 также свидетельствует о необходимости принятия дополнительных мер поддержки медицинских работников, оказывающих медицинскую помощь в отделении для оказания медицинской помощи пациентам с коронавирусной инфекцией.

В соответствии с Положением об оплате труда работников ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России, введённым в действие приказом начальника ЦМСЧ № 31 от ХХХ года № ХХХ, работники инфекционного отделения имеют право на повышение окладов на ХХХ% в связи с работой с опасными для здоровья и тяжелыми условиями труда (п. 1.3 Приложения № 7).

Пунктом 4.1.5.1 Коллективного договора установлено, что размеры и условия предоставления повышенной оплаты труда медицинских работников, занятых на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, устанавливаются в соответствии с Требованиями к системам оплаты труда медицинских работников государственных и муниципальных учреждений здравоохранения, утвержденными Правительством Российской Федерации. Повышение оплаты труда иных категорий работников производится по результатам СОУТ в следующих размерах (в % от должностного оклада (ставки): не менее ХХХ% - по подклассу 3.1, не менее - ХХХ% - по подклассу 3.2, не менее ХХХ% - по подклассу - 3.3, не менее ХХХ% - по подклассу 3.4, не менее ХХХ % - по подклассу 4.

Порядок отнесения условий труда на рабочем месте к вредным (опасным) условиям труда регулируется Федеральным законом «О специальной оценке условий труда» от 28.12.2013 года № 426-ФЗ.

Согласно расчету, произведенному стороной истца, на основании предоставленных расчетов ФГБУЗ ЦМСЧ № 31 ФМБА России по требованию прокуратуры, а также контрасчету произведенному ответчиком, истцу ФИО2 за период с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года не произведена выплата за работу с вредными условиями труда исходя из установленного класса 3.3 в размере ХХХ% от оклада в размере 12326 руб. 62 коп. Вышеуказанный расчет задолженности не оспорен, доказательства иного размера задолженности, равно как и ее отсутствия, суду не представлено.

В соответствии с пунктом 4.1.18 Коллективного договора заработная плата и иные начисления работникам выплачиваются каждые полмесяца: заработная плата за первую половину месяца 23 числа текущего месяца, за вторую половину месяца - 8 числа месяца, следующего за расчётным.

В соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации при нарушении работодателем установленного срока соответственно выплаты заработной платы, оплаты отпуска, выплат при увольнении и (или) других выплат, причитающихся работнику, работодатель обязан выплатить их с уплатой процентов (денежной компенсации) в размере не ниже одной сто пятидесятой действующей в это время ключевой ставки Центрального банка Российской Федерации от не выплаченных в срок сумм за каждый день задержки начиная со следующего дня после установленного срока выплаты по день фактического расчета включительно. При неполной выплате в установленный срок заработной платы и (или) других выплат, причитающихся работнику, размер процентов (денежной компенсации) исчисляется из фактически не выплаченных в срок сумм. Обязанность выплаты указанной денежной компенсации возникает независимо от наличия вины работодателя.

Поскольку в судебном заседании установлен факт нарушения ответчиком как работодателем сроков выплаты заработной платы, с него в пользу истца подлежит денежная компенсация в соответствии со ст. 236 Трудового кодекса Российской Федерации.

С учетом того, что требования истца о взыскании компенсационной выплаты за работу с вредными условиями труда за период с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года судом удовлетворены, требования о взыскании денежной компенсация за несвоевременную выплату заработной платы, рассчитанной по состоянию на ХХХ года в размере 11253 руб. 09 коп. также подлежат удовлетворению.

Разрешая требование истца о компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Согласно разъяснениям, данным Пленумом Верховного Суда Российской Федерации в п. 63 Постановления от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» суд в силу ст. ст. 21 (абз. 14 ч. 1) и 237 Трудового кодекса Российской Федерации вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав. В соответствии со статьей 237 Кодекса компенсация морального вреда возмещается в денежной форме в размере, определяемом по соглашению работника и работодателя, а в случае спора факт причинения работнику морального вреда и размер компенсации определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба. Размер компенсации морального вреда определяется судом исходя из конкретных обстоятельств каждого дела с учетом объема и характера, причиненных работнику нравственных или физических страданий, степени вины работодателя, иных заслуживающих внимания обстоятельств, а также требований разумности и справедливости (аналогичная позиция закреплена в ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как было установлено в судебном заседании, ответчиком допущены нарушения трудовых прав истца, что не могло не причинить истцу нравственные страдания.

При определении размера компенсации морального вреда, суд учитывает характер и степень вины ответчика, нарушение им требований трудового законодательства, степень нравственных страданий истца в связи с невыплатой компенсационной выплаты за работу с вредными условиями труда, длительность невыплаты, исходя из принципа разумности и справедливости, полагает возможным взыскать с ответчика в пользу истца 10000 руб. 00 коп.

В соответствии со ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика подлежит взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 7000 руб. 00 коп. (4000 руб. 00 коп. - за требования имущественного характера, 3000 руб. 00 коп. - за требования неимущественного характера).

Руководствуясь ст.ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд,

РЕШИЛ:

Иск Прокурора ЗАТО г. Новоуральск в интересах ФИО2 «Центральная медико-санитарная часть № 31 Федерального медико-биологического агентства» о защите трудовых прав работника – удовлетворить частично.

Обязать Федеральное государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Центральная медико-санитарная часть № 31 Федерального медико-биологического агентства» предоставить в Фонд пенсионного и социального страхования Российской Федерации по Свердловской области сведения для ведения индивидуального (персонифицированного) учета в системе обязательного пенсионного страхования о периодах работы ФИО2 с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года с указанием кода льготной профессии 27-2, 2260000А.

Обязать Федеральное государственное бюджетное учреждение здравоохранения «Центральная медико-санитарная часть № 31 Федерального медико-биологического агентства» начислить и уплатить дополнительный тариф страховых взносов в отношении ФИО2 за периоды с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Центральная медико-санитарная часть № 31 Федерального медико-биологического агентства» (ИНН ХХХ, КПП ХХХ) в пользу ФИО2 (паспорт ХХХ № ХХХ) компенсационную выплату за работу с вредными условиями труда за периоды с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года, с ХХХ года по ХХХ года в размере 12326 руб. 62 коп., денежную компенсацию за несвоевременную выплату в размере 11253 руб. 09 коп., компенсацию морального вреда в размере 10000 руб. 00 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с Федерального государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Центральная медико-санитарная часть № 31 Федерального медико-биологического агентства» (ИНН ХХХ, КПП ХХХ) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере 7000 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Свердловского областного суда, через Новоуральский городской суд Свердловской области в течение одного месяца со дня его принятия в окончательной форме.

Председательствующий И.А. Басанова

СОГЛАСОВАНО

СУДЬЯ И.А.БАСАНОВА