Судья Данилова Я.С. Дело № 22-977/2024

А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Новосибирск 04 марта 2024 года

Судья Новосибирского областного суда Бондаренко Е.В.,

при секретаре Лхасаранове Н.Ч.,

с участием:

государственного обвинителя Семеновой Е.С., 

осужденного ФИО1,

адвокатов Патерик А.О., Аличевой В.А.,

рассмотрев в судебном заседании апелляционное представление государственного обвинителя Овчинниковой А.А. и апелляционную жалобу адвоката Патерик А.О. в защиту осужденного ФИО1 на приговор Железнодорожного районного суда г. Новосибирска от 18 декабря 2023 года в отношении осужденных

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, 

<

адрес>, ранее судимого:

27.01.2015 по приговору Коченевского районного суда Новосибирской области по ст. 161 ч. 2 п. «г» УК РФ к 3 годам лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года 6 месяцев, условное осуждение по которому отменено и ДД.ММ.ГГГГ направлен для отбывания лишения свободы, освободившегося ДД.ММ.ГГГГ по отбытию наказания;

и

ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, гражданина 

<

адрес>, не судимого,

У С Т А Н О В И Л:

по настоящему приговору осуждены:

- ФИО1 по ст. 158 ч. 2 п. «а,в» УК РФ к 1 году 8 месяцам лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок наказания ФИО1 исчислен с даты вступления приговора в законную силу. Зачтено в срок отбытия наказания время содержания под стражей в период с ДД.ММ.ГГГГ до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за один день отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима.

- ФИО2 по ст. 158 ч. 2 п. «а,в» УК РФ к 1 году 6 месяцам лишения свободы.

На основании ст. 73 УК РФ лишение свободы постановлено считать условным с испытательным сроком 1 год 6 месяцев, с возложением обязанности не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного. 

Мера пресечения ФИО2 изменена на подписку о невыезде и надлежащем поведении, освобожден из-под стражи в зале суда.

Удовлетворены гражданские иски потерпевшей Х и Б. С ФИО1 и ФИО2 солидарно взыскано в возмещение ущерба в пользу Х 

<

данные изъяты> рублей, в пользу Б – 

<

данные изъяты> рублей. 

Разрешена судьба вещественных доказательств.

Как следует из приговора, ФИО2 и ФИО1 признаны виновными в том, что ДД.ММ.ГГГГ по предварительному сговору между собой, находясь у 

<

адрес>, тайно похитили имущество Х на общую сумму 

<

данные изъяты> рублей и Б на общую сумму 

<

данные изъяты> рублей, причинив потерпевшим значительный ущерб.

Действия осужденных ФИО2 и ФИО1 квалифицированы по ст. 158 ч. 2 п. «а,в» УК РФ как кража, то есть тайное хищение чужого имущества, совершенная группой лиц по предварительному сговору, с причинением значительного ущерба гражданину.

В судебном заседании подсудимый ФИО2 виновным себя признал в полном объеме, подсудимый ФИО3 виновным себя не признал, на основании ст. 51 Конституции РФ от дачи показаний отказался.

На приговор адвокатом Патерик А.О. в защиту осужденного ФИО1 подана апелляционная жалоба об отмене приговора, как незаконного, необоснованного и оправдании ФИО1, поскольку выводы суда о доказанности вины и квалификации действий осужденного ФИО1 не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, не подтверждены допустимыми доказательствами, основаны на предположениях и противоречивых показаниях осужденного ФИО2, достоверность которых вызывает сомнение.

Ссылаясь на положения ч. 3 ст. 35 УК РФ, считает, что квалифицирующий признак «группой лиц по предварительному сговору» не нашел своего подтверждения. 

В судебном заседании Азява пояснил, что кражу рюкзаков совместно с ФИО2 он не совершал, последний оговаривает его в совместном совершении преступления, подтвердил оглашенные показания со стадии предварительного следствия о том, что в преступный сговор с ФИО2 не вступал, ни о чем не договаривался, рюкзаки, а также ничего из них себе не брал, просто находился рядом.

Вопреки выводам суда, доводы ФИО1 об отсутствии у него умысла на хищение имущества потерпевших Х и Б ничем не опровергнуты.

Показания потерпевших Х, Б и свидетелей Х, Б1 не уличают ФИО1 в совершении данного преступления, поскольку они лишь свидетельствуют только о факте хищения у них имущества. 

Согласно видеозаписи, рюкзаки взял ФИО2. Полагает, что к показаниям осужденного ФИО2 о том, что он действовал по указанию ФИО3, необходимо отнестись критически, поскольку ФИО2 не создает впечатление безвольного человека, по физическим параметрам он вдвое превосходит Азяву, участвовал в боевых действиях. Суд необоснованно отверг показания ФИО1 и не мотивировал свое решение. 

В апелляционном представлении государственный обвинитель Овчинникова А.А., не оспаривая обоснованность осуждения и правильность квалификации действий ФИО2 и ФИО1, просит об изменении приговора в связи с нарушением уголовного и уголовно-процессуального закона, повлекших назначение чрезмерно сурового наказания осужденному ФИО2 и чрезмерно мягкого наказания осужденному ФИО1.

По доводам автора представления суд необоснованно учел лишь частичное признание ФИО2 виновности в совершении преступления, поскольку в ходе судебного следствия до выступления сторон в прениях, ФИО2 уточнил свою позицию по уголовному делу, признал себя виновным в полном объеме, раскаялся в содеянном, подтвердив совместное с осужденным Азявой совершение преступления, в том числе о корыстном мотиве, и выразил согласие с размером ущерба в полном объеме. Допущенное нарушение повлекло назначение ФИО2 чрезмерно сурового наказания.

Кроме того, признавая в действиях Азявы обстоятельством, смягчающим его наказание, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в опознании себя на видеозаписи, суд не учел, что опознавая себя при просмотре видеозаписи с места преступления, Азява виновным себя не признавал, пытался ввести органы предварительного расследования в заблуждение относительно совершенных им действий, указывая о своей непричастности, о чем также пояснял в суде. Между тем, опознание им себя на видеозаписи само по себе об активном способствовании раскрытию и расследованию преступления не свидетельствует, поскольку факт наличия изображения Азявы на видео являлся очевидным и не нуждался в дополнительном подтверждении с его стороны, поскольку именно после просмотра видеозаписи на следствии сотрудниками правоохранительных органов были установлены Азява и ФИО2, совершившие указанное преступление совместно. 

Таким образом, у суда не имелось оснований и для того, чтобы расценивать указанные обстоятельства как активное способствование раскрытию и расследованию преступления, что повлекло назначение Азяве чрезмерно мягкого наказания.

Кроме того, принимая решение об удовлетворении исковых требований потерпевшей Х в размере 

<

данные изъяты> рублей, суд не учел то, что часть похищенного имущества (

<

данные изъяты>), потерпевшей возвращена. В ходе судебного следствия потерпевшая уточнила ранее заявленные исковые требования, и сумма исковых требований была снижена ею до 

<

данные изъяты> рублей.

На основании изложенного, просит внести в приговор изменения:

- указать в описательно-мотивировочной и резолютивной частях приговора о взыскании с подсудимых солидарно в счет возмещения ущерба потерпевшей Х 

<

данные изъяты> рублей;

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора из числа смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в опознание себя на видеозаписи, и усилить ФИО1 наказание;

- исключить указание на невозможность применения ФИО1 ч. 1 ст. 62 УК РФ в виду наличия отягчающего наказание обстоятельства;

- признать в качестве смягчающего наказание ФИО2 обстоятельства полное признание вины и смягчить наказание.

В судебном заседании осужденный ФИО1 и адвокат Патерик А.О. поддержали апелляционную жалобу об отмене приговора и оправдании ФИО1, возражая по доводам апелляционного представления в части ухудшающей положение осужденного ФИО1.

Адвокат Аличева В.А. поддержала доводы апелляционного представления в части улучающей положение осужденного ФИО2.

Государственный обвинитель Семенова Е.С., возражая по доводам апелляционной жалобы, поддержала доводы апелляционного представления об изменении приговора.

Выслушав участников судебного разбирательства, проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционной жалобы, судебная коллегия считает приговор суда подлежащим изменению по следующим основаниям. 

Виновность осужденного ФИО1 в тайном хищении по предварительному сговору с ФИО2 имущества Х и Б, при обстоятельствах, изложенных в приговоре, установлена и подтверждается совокупностью доказательств, собранных по делу, исследованных в судебном заседании, содержание которых подробно приведено в приговоре. 

Этим доказательствам судом дана надлежащая оценка.

Доводы стороны защиты о непричастности ФИО1 к совершению кражи чужого имущества по предварительному сговору с осужденным ФИО2 не соответствуют исследованным доказательствам, а потому обоснованно отвергнуты судом в приговоре с приведением убедительных мотивов принятого решения, не согласиться с которым у суда апелляционной инстанции оснований не имеется.

Эти доводы опровергаются собранными по делу с соблюдением процессуальных норм и исследованными судом доказательствами.

Так, наличие предварительного сговора на кражу чужого имущества между ФИО1 и ФИО2, подтверждается показаниями ФИО2, подробно приведенными в приговоре, согласно которым они вместе с Азявой прошли на аллею, где Азява увидел, что на одной из скамеек лежат без просмотра рюкзаки, рядом никого не было. Азява предложил ему подойти и посмотреть, что в них. После чего он и Азява раскрывали и смотрели содержимое рюкзаков. Затем Азява показал на два рюкзака и сказал ему их взять. Он взял два рюкзака и они пошли в сторону гаражей. Находясь у гаражей, Азява вытряхнул содержимое рюкзаков, из одного рюкзака выпал старый мобильный телефон, который Азява поднял и положил во внутренний карман куртки, которая была надета на нем. После того как Азява все переложил, отдал рюкзак ему, куда он положил свои личные вещи, а второй рюкзак остался у гаражей в кустах (т.1 л.д. 154-157, 161-163, 182-185).

Вышеприведенные показания ФИО2 суд первой инстанции обоснованно признал достоверными, поскольку основания для оговора ФИО1 судом не установлены и, по убеждению суда апелляционной инстанции, такие основания объективно отсутствуют.

Кроме того, признавая его показания достоверными, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что именно эти показания объективно подтверждаются другими доказательствами по делу, а именно, соответствуют содержанию видеозаписи с камер видеонаблюдения, установленных в магазине, на которых зафиксирован момент хищения ФИО2 совместно ФИО1 рюкзаков со скамейки, в связи с чем, суд первой инстанции обоснованно признал показания ФИО2 достоверными.

Согласно видеозаписи ФИО1 и ФИО2 остановились возле одной из скамеек, на которой лежат рюкзаки и стали осматривать их содержимое, после этого ФИО2 берет в руки рюкзак, и они вместе уходят (т.1 л.д.213-215, 216-219). 

Кроме того, наличие между ФИО1 и ФИО2 предварительного сговора на совершение кражи, подтверждается показаниями самого осужденного ФИО1 в той части, в которой он изобличал себя, и не оспаривал, что они вдвоем подошли к лавочке, на которой без присмотра лежали рюкзаки, он посмотрел содержимое одного красного рюкзака, внутри лежали штаны камуфляжного цвета, ФИО2 взял с собой два рюкзака, и они пошли по дворам, где ФИО2 переложил вещи из одного рюкзака в другой, рюкзак выкинул в кусты (т.1 л.д.95-97, 103-105).

Анализируя собранные по делу доказательства в их совокупности, судом правильно установлено, что ФИО1 и ФИО2, имея умысел на тайное хищение чужого имущества, вступили друг с другом в преступный сговор, о чем свидетельствуют их совместные и согласованные действия по изъятию и распоряжению чужим имуществом: оба проверяли содержимое рюкзаков, после чего ФИО2 по указанию Азявы взял два рюкзака и оба с места преступления скрылись, а похищенным распорядились по своему усмотрению. 

Таким образом, квалифицирующий признак совершения кражи в составе группы лиц – ФИО1 и ФИО2 по предварительному сговору между собой нашел свое полное подтверждение и действиям ФИО1 и ФИО2 в содеянном ими по ст. 158 ч. 2 п. «а, в» УК РФ судом дана правильная юридическая оценка.

С учетом изложенного, оснований для изменения приговора, оправдания осужденного ФИО1 и удовлетворения апелляционной жалобы адвоката, не имеется.

Вместе тем, заслуживают внимания доводы апелляционного представления о неправильном применении судом уголовного закона, в связи с чем, приговор суда подлежит изменению.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в п. 30 постановления 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами Российской Федерации уголовного наказания», активное способствование раскрытию и расследованию преступления следует учитывать в качестве смягчающего, если лицо о своей роли в преступлении представило органам дознания или следствия информацию имеющую значение для раскрытия и расследования преступления.

По смыслу закона активное способствование раскрытию и расследованию преступления состоит в добровольных и активных действиях виновного, направленных на сотрудничество со следствием, и может выражаться, например, в предоставлении правоохранительным органам информации об обстоятельствах преступления ранее неизвестной, которая способствует расследованию. При этом данные действия должны быть совершены добровольно, а не под воздействием улик, и направлены на сотрудничество с правоохранительными органами.

Как следует из материалов уголовного дела, суд признал как смягчающее наказание ФИО1 обстоятельство, активное способствование раскрытию и расследованию преступления (выразившееся в опознании себя на видеозаписи). 

Однако с данным выводом суда согласиться нельзя, поскольку каких-либо активных действий, направленных на оказание органу расследования помощи в раскрытии и расследовании преступления материалы дела не содержат. 

Как обоснованно указано автором апелляционного представления, опознавая себя при просмотре видеозаписи с места преступления, Азява виновным себя не признавал, пытался ввести органы предварительного расследования в заблуждение относительно совершенных им действий, указывая о своей непричастности, о чем также пояснял в суде. Кроме того, опознание им себя на видеозаписи само по себе об активном способствовании раскрытию и расследованию преступления не свидетельствует, поскольку факт наличия изображения Азявы на видео являлся очевидным и не нуждался в дополнительном подтверждении с его стороны, а причастность Азявы и ФИО2, как лиц, совместно совершивших преступление, была самостоятельно установлена сотрудниками правоохранительных органов после изъятия и просмотра видеозаписи.

При таких обстоятельствах данное смягчающее ФИО1 наказание обстоятельство подлежит исключению из приговора, в связи с чем, подлежит исключению и ссылка суда на то, что наличие отягчающего обстоятельства исключает возможность применения Азяве ч. 1 ст. 62 УК РФ ввиду неактуальности указания на это.

Кроме того, как обоснованно указано в апелляционном представлении, суд необоснованно учел лишь частичное признание осужденным ФИО2 виновности в совершении преступления, поскольку в ходе судебного следствия до выступления сторон в прениях, ФИО2 уточнил свою позицию по уголовному делу, признал себя виновным в полном объеме, раскаялся в содеянном, подтвердив совместное с осужденным Азявой совершение преступления, в том числе о корыстном мотиве, и выразил согласие с размером ущерба в полном объеме. 

В связи с чем, полное признание им своей вины необходимо признать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание ФИО2.

Несмотря на вносимые изменения, суд апелляционной инстанции считает, что наказание осужденным ФИО1 и ФИО2 назначено справедливое, соразмерно содеянному ими, с соблюдением требования ст. 60 УК РФ и с учетом целей наказания, установленных ч. 2 ст. 43 УК РФ, в связи с чем, доводы автора апелляционного представления о необходимости усиления наказания осужденному ФИО1 и смягчении наказания осужденному ФИО2, удовлетворению не подлежат.

Вместе с тем, назначая осужденному ФИО2 условное наказание с применением ст. 73 УК РФ, с возложением на него обязанности не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, суд первой инстанции не учел, что осужденный ФИО2 является гражданином иностранного государства и постоянного места жительства, как и регистрации на территории РФ не имеет. 

Следовательно, возложив на осужденного исполнение обязанностей, предусмотренных ч. 5 ст. 73 УК РФ, суд не учел фактическую возможность исполнения такого решения с учетом требований закона и международного договора РФ, в то время как необходимо учитывать, что такое решение должно быть исполнимым в соответствии с законодательством РФ и/или нормами международного права.

При таких обстоятельствах решение суда о возложении на условно осужденного ФИО2 вышеуказанной обязанности законным и обоснованным признано быть не может, а потому соответствующее указание суда подлежит исключению из резолютивной части приговора.

Кроме того, принимая решение об удовлетворении исковых требований потерпевшей Х в размере 

<

данные изъяты> рублей, суд не учел, что часть похищенного имущества, а именно, рюкзак, стоимостью 6.000 рублей, потерпевшей возвращен. В ходе судебного следствия потерпевшая уточнила ранее заявленные исковые требования и просила взыскать с осужденных 

<

данные изъяты> рублей. 

В связи с чем, сумма взыскания с осужденных ФИО2 и ФИО1 солидарно в пользу потерпевшей Х в счет возмещения материального ущерба подлежит снижению до 13.000 рублей.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, при судебном рассмотрении не допущено. 

Руководствуясь ст. 389-20, 389-28 УПК РФ, судья, 

П О С Т А Н О В И Л:

приговор Железнодорожного районного суда г. Новосибирска от 18 декабря 2023 года в отношении осужденных ФИО2 и ФИО1 изменить:

- считать в качестве обстоятельства, смягчающего наказание осужденного ФИО2 полное признание вины;

- исключить из описательно-мотивировочной части приговора указание на признание смягчающим наказание ФИО1 обстоятельством - активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившееся в опознании себя на видеозаписи, и о невозможности применения ФИО1 ч. 1 ст. 62 УК РФ при наличии отягчающего наказание обстоятельства ввиду отсутствия обстоятельств, предусмотренных ч. 1 ст. 62 УК РФ;

- исключить из резолютивной части приговора указание суда на возложение на условно осужденного ФИО2 в период испытательного срока обязанности – не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного. 

Снизить сумму взыскания с осужденных ФИО2 и ФИО1 солидарно в пользу потерпевшей Х в счет возмещения материального ущерба до 

<

данные изъяты> рублей.

В остальном этот же приговор оставить без изменения.

Апелляционное представление государственного обвинителя Овчинниковой А.А. удовлетворить частично, а апелляционную жалобу адвоката Патерик А.О. оставить без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в восьмой кассационный суд общей юрисдикции в порядке, установленном главой 47-1 УПК РФ, при этом кассационные жалобы, представление, подлежащие рассмотрению, в порядке, предусмотренном статьями 401.7 и 401.8 УПК РФ, могут быть поданы в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу приговора, а для осужденного, содержащегося под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу.

Осужденные вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции.

Судья: Е.В. Бондаренко