дело № 2-3231/2020 

РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

19 ноября 2020 года г. Липецк 

Октябрьский районный суд г.Липецка в составе: 

председательствующего судьи Пешковой Ю.Н.,

при секретаре Лучкиной Е.С., 

с участием прокурора Коршуновой Н.А., 

а также с участием истцов ФИО1, ФИО2, ФИО3, представителя истцов адвоката Санчес В.П., представителя ответчика ФИО4,

рассмотрел в открытом судебном заседании в г. Липецке гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ПАО «МРСК Центра» - «Липецкэнерго» о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1, ФИО2, ФИО3 обратились в суд с иском к ПАО «МРСК Центра» - «Липецкэнерго» о взыскании компенсации морального вреда. Свои требования обосновали тем, что П.А.Ф. являвшийся мужем ФИО1, и отцом ФИО2, ФИО3, работал в ПАО «МРСК Центра» - «Липецкэнерго» электромонтером выездной бригады 4 разряда 8 лет 11 месяцев. 31.05.2020г. он погиб на работе. 15.07.2020г. составлен акт о несчастном случае формы №, в котором установлено, что 31.05.2020г. П.А.Ф. и Х.В.В. получили распоряжение выехать в 

<

адрес>. Приехали на КТП 10/0.04 кВ № 434 для замера напряжения в щите. П.А.Ф. токоизмерительными клещами померил напряжение по каждой фазе. Напряжение отсутствовало. Затем он подошел к подстанционному разъединителю и произвел отключение, посветил с помощью фонаря наверх и убедился, что три ножа разъединителя были разведены. В этом же убедился и Х.В.В. Затем П.А.Ф. открыл замок щита и начал открывать дверь щита. Произошел щелчок и вспышка, П.А.Ф. упал. Расследованием выявлено, что осмотр КТП 10/0.4 кВ № 434, запланированный на февраль2020г. до момента несчастного случая не проводился. На момент осмотра КТП 10/0.04 кВ № 4343 установлено шунтирование всех трех фаз разъединителя. Точную дату установки шунтов и лиц, причастных к установке шунтов комиссия установить не смогла, поскольку в 2019-2020 в Грязинском РЭС отсутствовал постоянный руководящий состав. Для устранения причин несчастного случая предложено провести осмотры трансформаторных подстанций на предмет наличия неучтенных шунтирующих перемычек и демонтировать выявленные шунтирующие перемычки. 

Смерть П.А.Ф. повлекла за собой тяжелые моральные последствия для его супруги и дочерей. ФИО1 состояла в браке с П.А.Ф. с 16.12.1989 года и до момента смерти мужа, 31 год. В браке у них родились дочери: Надежда, (дата) года рождения, и Людмила, (дата) года рождения. Семья жила в Киргизии, во время распада СССР вместе выживали, делили радости и невзгоды, впоследствии выехали из республики. В 2007г. по программе переселения поселились в Грязинском районе, заново обустраивались, П.А.Ф. почти достроил дом. Работал, один содержал семью, жена не работала, была домохозяйкой, растила дочерей, в последствии помогала растить внуков. Семья жила дружно, сплоченными испытаниями, выпавшими на их долю. П.А.Ф. был спокойным, выдержанным человеком, воспитывал дочерей никогда не ругался, все старался объяснить. Дочери прислушивались к его словам и жизненному опыту. Для жены и дочерей он был главным человеком в жизни – мужественный, сильный добрый, заботливый и внимательный. Отец посещал школьные родительские собрания, интересовался успехами девочек. Когда была материальная возможность брал детей на отдых. Девочки, благодаря воспитанию отца и материальной поддержке, получили высшее образование, отец оплатил дочерям свадьбы, помогал оплачивать ипотеку. Отец был очень рад рождению внуков. Несмотря на то, что дочери уже выросли и у каждой образовалась своя семья, все праздники отмечали у родителей и вместе с ними, приезжали к ним на выходные. В настоящее время ФИО1 вынуждена продать дом, поскольку жить одной в деревне не безопасно, дом требует постоянного ухода, физической работы, ремонта. П.А.Ф. погиб в 52 года. Смерть мужа и отца стала огромным шоком и трагедией для жены и дочерей, они потеряли опору, их психологическое и физическое здоровье пошатнулось. Они находятся в депрессии и растерянности, не представляют как жить дальше, на кого опереться материально и морально. 

Истцы просили взыскать в их пользу с ответчика компенсацию морального вреда: в пользу ФИО1 в размере 1500000 рублей, в пользу ФИО2 в размере 1000 000 рублей, в пользу ФИО3 в размере 1000 000 рублей. 

В судебном заседании истцы ФИО1, ФИО2, ФИО3 поддержали исковые требования в полном объеме, сославшись на доводы, изложенные в иске и письменных пояснениях. 

Представитель истцов по доверенности Санчес В.П. заявленные требования поддержала, суду объяснила, что в соответствии с положением об особенностях расследования несчастных случаев на производстве Приложение №2 к постановлению Минтруда РФ от 24.10.2002г. № 73, в случае установления факта грубой неосторожности застрахованного в п. 10 акта форма Н-1 указывается степень его вины в процентах, определенная лицами, проводившими расследование страхового случая, с учетом заключения профсоюзного или иного уполномоченного застрахованным представительного органа данной организации. В ст. 14 Федерального закона от 24.07.1998г. № 125 «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» также отражено, что степень вины застрахованного устанавливается комиссией по расследованию страхового случая в процентах и указывается в акте о несчастном случае на производстве или акте о профессиональном заболевании. Наличие грубой неосторожности устанавливается по специальному порядку, установленному федеральными законами и подзаконными актами. Грубая неосторожность устанавливается комиссией по расследованию и указывается в акте Н-1 в процентах. В п. 10. Акта о несчастном случае комиссия не установила грубую неосторожность П.А.Ф., соответственно доводы ответчика о необходимости снизить размер возмещения компенсации морального вреда именно в связи с грубой неосторожностью не основана на определенных нормами права доказательствах. Каких-либо других аргументов для снижения размера морального вреда ответчик не привел. Просила удовлетворить требования истцов в полном объеме. 

В судебном заседании представитель ответчика по доверенности ФИО4 исковые требования в указанном объеме не признала, сослалась на доводы, изложенные в письменных возражениях. Указала, что со стороны работодателя истцам предлагалась компенсация – ФИО1 в размере 300 000 рублей, дочерям ФИО2 и ФИО3 каждой по 200 000 рублей, либо обсудить иной размер компенсации с работодателем. Однако истцы наставали на своих требованиях. 31.05.2020г. в 22 часа 10 минут П.А.Ф., находясь при исполнении трудовых обязанностей, был смертельно травмирован. В акте о несчастном случае указано, что смерть П.А.Ф. наступила в результате поражения техническим электричеством. П.А.Ф., получив от старшего диспетчера распоряжение выехал к комплектной трансформаторной подстанции, расположенной по адресу 

<

адрес> для проверки КТП по жалобе об отсутствии электроэнергии в указанном селе. Приехав к КТП и приступив к выполнению работ в 22 часа 10 минут электромонтер 4 разряда П.А.Ф. попал под напряжение в КТП 10/0,4 кВ № 434. Причинами несчастного случая явилось: неисправность подстанционного разъединителя; самовольное проведение работ работником в действующих электроустановках, а также расширение объема задания, полученного от диспетчера; производство работ работником в действующей электроустановке КТП без оформления наряда-допуска или распоряжения; не выполнение работником перед производством работ технических мероприятий, обеспечивающих безопасность работ со снятием напряжения на ПР-10кВ КТП 10/0,04 № 434 не приняты меры, препятствующие самопроизвольному включению разъединителя, не применение работником средств индивидуальной защиты в полном объеме: не применение термостойкого подшлемника и термостойких перчаток, не применение индивидуального сигнализатора напряжения. Постановлением следователя по ОВД Грязинского межрайонного следственного отдела СУ СК РФ по Липецкой области от 31.07.2020г. отказано в возбуждении уголовного дела в отношении мастера А.И.А. и старшего мастера Ш.Д.С. в связи с отсутствием в их деяниях состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ. По мнению работодателя, причиной смерти П.А.Ф. явилось поражение техническим электричеством вследствие его собственного небрежного поведения, нарушение им правил охраны труда и трудового распорядка. При определении размера, подлежащего взысканию с филиала в пользу истцов в связи с гибелью при исполнении трудовых обязанностей работника необходимо учесть все обстоятельства, в том числе и вину потерпевшего, которым после отключения подстанционного разъединителя допущено нарушение техники безопасности: не выполнение работником перед производством работ технических мероприятий, обеспечивающих безопасность работ со снятием напряжения: на ПР-10кВ КТП 10/0,04кВ № 434 не приняты меры, препятствующие самопроизвольному включению разъединителя, на привод разъединителя не вывешен запрещающий плакат, не проверено отсутствие напряжения на токоведущих частях, которые должны быть заземлены, не установлены заземления, что и привело к трагическим последствиям, при соблюдении указанных мероприятий эти последствия возможно было избежать. Полагала, что размер компенсации должен быть уменьшен до сумм, которые предложены работодателем. Кроме того, просила учесть, что супруге погибшего выплачена компенсация за изготовление, установку памятника и ограды в размере 34 750 рублей.

Выслушав объяснения истцов, их представителя, представителя ответчика, допросив специалиста, выслушав заключение прокурора, полагавшего исковые требования подлежащими удовлетворению, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

Статьёй 2 Конституции Российской Федерации установлено, что человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства.

В Российской Федерации признаются и гарантируются права и свободы человека и гражданина согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации (часть 1 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Основные права и свободы человека неотчуждаемы и принадлежат каждому от рождения (часть 2 статьи 17 Конституции Российской Федерации).

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

К числу основных прав человека Конституцией Российской Федерации отнесено право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации).

Частью 3 статьи 37 Конституции Российской Федерации установлено, что каждый имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены.

Положения Конституции Российской Федерации о праве на труд согласуются и с международными правовыми актами, в которых раскрывается содержание права на труд.

Так, Всеобщая декларация прав человека (принята Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г.) предусматривает, что каждый человек имеет право на труд, на свободный выбор работы, на справедливые и благоприятные условия труда (пункт 1 статьи 23 названной декларации).

В статье 7 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах (принят 16 декабря 1966 г. Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-м пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН; документ вступил в силу для СССР с 3 января 1976 г.; Российская Федерация является участником указанного международного договора в качестве государства - продолжателя Союза ССР) говорится, что участвующие в настоящем пакте государства признают право каждого на справедливые и благоприятные условия труда, включая в том числе условия работы, отвечающие требованиям безопасности и гигиены.

Из приведённых положений Конституции Российской Федерации в их взаимосвязи с нормами международного права следует, что право на труд относится к числу фундаментальных неотчуждаемых прав человека, принадлежащих каждому от рождения. Реализация этого права предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав, в частности, права на условия труда, отвечающие требованиям безопасности.

В целях защиты прав и законных интересов лиц, работающих по трудовому договору, в Трудовом кодексе Российской Федерации введено правовое регулирование трудовых отношений, возлагающее на работодателя дополнительную ответственность за нарушение трудовых прав работника.

В силу положений абзацев четвертого и четырнадцатого части 1 статьи 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на рабочее место, соответствующее государственным нормативным требованиям охраны труда и условиям, предусмотренным коллективным договором, а также на возмещение вреда, причинённого ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном Трудовым кодексом Российской Федерации, иными федеральными законами.

Этим правам работника корреспондируют обязанности работодателя обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, осуществлять обязательное социальное страхование работников в порядке, установленном федеральными законами, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации (абзацы четвертый, пятнадцатый и шестнадцатый части 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации).

Обеспечение приоритета сохранения жизни и здоровья работников является одним из направлений государственной политики в области охраны труда (абзац второй части 1 статьи 210 Трудового кодекса Российской Федерации).

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов (абзац второй части 2 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации).

Каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, а также гарантии и компенсации, установленные в соответствии с Трудовым кодексом Российской Федерации, коллективным договором, соглашением, локальным нормативным актом, трудовым договором, если он занят на работах с вредными и (или) опасными условиями труда (абзацы второй и тринадцатый части 1 статьи 219 Трудового кодекса Российской Федерации).

Моральный вред, причинённый работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора (часть 1 статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации).

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 2 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что неотчуждаемые права и свободы человека и другие нематериальные блага защищаются гражданским законодательством, если иное не вытекает из существа этих нематериальных благ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинён вред.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, определяющей общие основания гражданско-правовой ответственности за причинение вреда, вред, причинённый личности или имуществу гражданина, а также вред, причинённый имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинён не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Пунктом 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причинённый источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобождён судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 данного кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.) (абзац второй пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведённого нормативного правового регулирования следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве исходя из положений трудового законодательства, предусматривающих обязанности работодателя обеспечить работнику безопасные условия труда и возместить причиненный по вине работодателя вред, в том числе моральный, а также норм гражданского законодательства о праве на компенсацию морального вреда, члены семьи работника имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причинённого утратой родственника.

В силу пункта 1 статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 (статьи 1064-1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) и статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причинённым увечьем, иным повреждением здоровья, либо в связи с заболеванием, перенесённым в результате нравственных страданий, и др.

При рассмотрении требований о компенсации причинённого гражданину морального вреда необходимо учитывать, что размер компенсации зависит от характера и объёма причинённых истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворённого иска о возмещении материального ущерба, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесённых им страданий (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда»).

Как разъяснено в пункте 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», при рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических и нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. Наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учётом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В постановлении Европейского Суда по правам человека от 18 марта 2010 г. по делу «Максимов (Maksimov) против России» указано, что задача расчёта размера компенсации является сложной. Она особенно трудна в деле, предметом которого является личное страдание, физическое или нравственное. Не существует стандарта, позволяющего измерить в денежных средствах боль, физическое неудобство и нравственное страдание и тоску. Национальные суды всегда должны в своих решениях приводить достаточные мотивы, оправдывающие ту или иную сумму компенсации морального вреда, присуждаемую заявителю. В противном случае отсутствие мотивов, например, несоразмерно малой суммы компенсации, присуждённой заявителю, будет свидетельствовать о том, что суды не рассмотрели надлежащим образом требования заявителя и не смогли действовать в соответствии с принципом адекватного и эффективного устранения нарушения.

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда. Поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон (статьи 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации) устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. 

Из материалов дела следует, ПАО «Межрегиональная распределительная сетевая компания «Центра» зарегистрировано в качестве юридического лица, поставлено на налоговый учет, является действующим юридическим лицом, имеет филиал ПАО «МРСК Центра» - «Липецкэнерго» (

<

...> НЛМК, д. 33), что подтверждается соответствующими свидетельствами. 

В соответствии с Уставом ПАО «МРСК Центра», утвержденного решением годового Общего собрания акционеров ПАО «МРСК Центра» 31 мая 2018г. основными целями деятельности общества являются: получение обществом прибыли; осуществление эффективного и надежного функционирования объектов распределительного электросетевого комплекса; обеспечение устойчивого развития распределительного электросетевого комплекса; обеспечение надежного и качественного энергоснабжения потребителей (в части поставки и передачи электроэнергии).

В соответствии с Коллективным договором ПАО «МРСК Центра» на 2016-2018 годы, принятого Комиссией по регулированию социально-трудовых отношений 30.11.2015г. и одобренного решением Совета директоров 28.12.2015г., настоящий договор является правовым актом, регулирующим социально-трудовые отношения в обществе и устанавливающим права и обязанности сторон социального партнерства общества, а именно: работодателя, работников и их представителей. В разделе 5 коллективного договора определены требования к охране труда. Работодатель обеспечивает: соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда условия на каждом рабочем месте и объекте работ; обследование состояния охраны труда и соблюдение правил безопасного ведения работ, анализ условий труда и их улучшение, в соответствии с законодательством Российской Федерации, локальными нормативными документами ПАО «Россети» и ПАО «МРСК Центра» по охране труда (п.5.1.1, п. 5.1.5); выдачу, при наличии финансовой возможности у общества, сотрудникам на работах с вредными и (или) опасными условиями труда, а также на работах, выполняемых в особых температурных условиях, или связанных с загрязнением, специальной одежды, обуви и других средств индивидуальной защиты сверх установленных норм в порядке, определяемом Правительством РФ, типовыми нормами, а также работникам, работающим на вышеуказанных работах, чьи профессии не внесены в типовые нормы, средств индивидуальной защиты по перечню и нормам, определяемым договором. Перечень работников и нормы средств индивидуальной защиты определяются Приложением № 2 к договору (п. 5.1.23).

П.А.Ф. работал в ПАО «МРСК Центра» - «Липецкэнерго» с 14 июня 2011 года в должности электромонтер по эксплуатации распределительных сетей 3 разряда, бригада по эксплуатации ВЛ №5 (ФИО5), Грязинский район электрических сетей, подчиняется непосредственно мастеру; с 17.02.2017г. работал в должности электромонтера оперативно-выездной бригады 4 разряда, Грязинский район электрических сетей, оперативно-технологическая группа, подчиняется начальнику группы, 31.05.2020г. трудовой договор расторгнут в связи со смертью работника п. 6 ч. 1 ст. 83 ТК РФ, что подтверждается трудовым договором № от 14.06.2011г., дополнительными соглашениями к нему, копией трудовой книжки на имя П.А.Ф., приказами о приеме на работу, о переводе. 

В личной карточке работника П.А.Ф. в графе состав семьи указал – супруга ФИО1 (состоят в зарегистрированном браке). 

В должностной инструкции электромонтера оперативно-выездной бригады 4 разряда оперативно-технологической группы района электрических сетей филиала ПАО «МРСК Центра» - «Липецкэнерго» ДИ ЛП/Р-1/18-2/тп/01-2017 определено, что на работника возложено исполнение следующих должностных обязанностей: исполнение указаний непосредственного руководителя, старшего диспетчера, диспетчера ОТГ РЭС (п.4.1.3); соблюдение требований действующего законодательства и организационно-распорядительных и нормативных документов общества филиала (п. 4.1.7); немедленно докладывать диспетчеру соответствующего уровня управления о прибытии на объект с помощью средств связи, в течение дня при выполнении заданий, связанных с выездом с базы, периодически (не реже 1 раза в 1 час 30 минут), в обусловленное время докладывать о местонахождении и ходе выполнения задания (п. 4.1.11); ведение оперативных переговоров только по каналам связи, записываемы на специальные устройства регистрации переговоров (п. 4.1.15); соблюдение запрета самовольного выполнения работ, без оформления наряда-допуска, распоряжения, без разрешения вышестоящего персонала вплоть до расторжения трудового договора (п. 4.1.18). С должностной инструкцией П.А.Ф. ознакомлен 03.03.2017г., о чем имеется его роспись в листе ознакомления.

В ПАО «МРСК Центра» - «Липецкэнерго» утверждена инструкция по охране труда для электромонтера оперативно-выездной бригады ИОТ БП 18-ЛП/6 – 3/2018, которая является документом, устанавливающим для работников требования к безопасному выполнению работ. Знание инструкции обязательно для электромонтера оперативно-выездной бригады. Каждый работник обязан: соблюдать требования настоящей инструкции, инструкции по охране труда по совмещаемым профессиям и видам выполняемых работ, правил и норм по охране труда в соответствии с возложенными на него обязанностями, приказами и указаниями руководителя предприятия, выполнять только ту работу, которая определена заданием, нарядом (распоряжением) непосредственного руководителя. Соблюдать порядок, при котором не допускается выполнять распоряжения, противоречащие требованиям безопасности; соблюдать порядок обязательной носки спецодежды в течение всего времени нахождения на рабочем месте, территории предприятия; соблюдать порядок, при котором запрещено в том числе – самовольное выполнение работ, без оформления наряда, распоряжения, без разрешения вышестоящего персонала; выполнение работ без применения соответствующих средств защиты, спецодежды и спецобуви. Допуск к самостоятельной работе оформляется соответствующим распоряжением по структурному подразделению предприятия. Работник в процессе работы проходит: повторные инструктажи, внеплановые инструктажи, целевые инструктажи, проверку знаний. В листе ознакомления с данной инструкцией роспись П.А.Ф. имеется, также как и с последующими изменениями, вносимыми в нее. 

31 мая 2020 года в 22 часа 10 минут произошел несчастный случай по адресу: 

<

адрес>, в районе здания по 

<

адрес> распределительном устройстве 10 кВ КТП 10/0,04кВ № 434 при выполнении электромонтером оперативно-выездной бригады 4 разряда П.А.Ф. трудовых обязанностей, в результате которого он погиб.

КТП 10/0,04кВ № 434 постоянно запитана от ВЛ-10 кВ Двуречки, яч. № 01 ПС 110/10кВ «Двуречки» второго питания не имеет. КТП 10/0,04кВ № 434 с одним трансформатором 160 кВА принадлежит филиалу ПАО «МСРК Центра» - «Липецкэнерго», находится на балансе филиала и в эксплуатационной ответственности Грязинского района электрических сетей филиала ПАО «МРСК Центра» - «Липецкэнерго».

В соответствии с актом №1-2020 о несчастном случае на производстве от 31.05.2020г., утверждённым первым заместителем директора – главным инженером филиала ПАО «МРСК Центра» - «Липецкэнерго» (в том числе членом комиссии по расследованию несчастного случая) установлено, что 31.05.2020г. в 22 часа 10 минут старшему диспетчеру ОТГ Грязинского РЭС Б.С,Ю. поступило сообщение по сотовому телефону от электромонтера ОВБ 3 разряда Х.В.В. о том, что электромонтер ОВБ 4 разряда П.А.Ф. попал под напряжение в КТП 10/0,04кВ № 434. Старший диспетчер Б.С,Ю. незамедлительно вызвал бригаду машины скорой медицинской помощи на место происшествия. В 22 час 35 минут бригада СМП прибыла на место происшествия, производились реанимационные мероприятия, которые не принесли результата и в 22 часа 42 минуты констатирована смерть П.А.Ф.

Причинами несчастного случая явились:

- неисправность подстанционного разъединителя 10кВ КТП 10/0.4кВ №434 (шунтирование двух фаз разъединителя-) (п. 1.1.7 Правил технической эксплуатации электрических станций и сетей Российской Федерации, утвержденных приказом Минэнерго РФ от 19 июня 2003 г. № 229 (далее - ПТЭ)-«Работники энергообъектов обязаны:.. . содержать оборудование, здания и сооружения в состоянии эксплуатационной готовности»;

- самовольное проведение работ работником в действующих электроустановках, а также расширение объема задания, полученного от диспетчера Грязинского РЭС (п.4.2 Правил по охране труда при эксплуатации электроустановок, утвержденных приказом Минтруда России от 24.07.2013 № 328-н, с изменениями, утвержденными приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 19.02.2016г. №74н и приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от 15 ноября 2018 года №704н (далее - ПРТЭЭ) - «Не допускается самовольное проведение работ в действующих электроустановках, а также расширение рабочих мест и объема задания, определенных нарядом, распоряжением или утвержденным работодателем перечнем работ, выполняемых в порядке текущей эксплуатации»);

- производство работ работником в действующей электроустановке КТП 10/0,4кВ №434 без оформления наряда-допуска или распоряжения (п.4.1 ПРТЭЭ - «Работы в действующих электроустановках должны проводиться: по заданию на производство работы, оформленному на специальном бланке установленной формы и определяющему содержание, место работы, время ее начала и окончания, условия безопасного проведения, состав бригады и работников, ответственных за безопасное выполнение работы (далее - наряд-допуск, наряд), форма которого и указания по его заполнению предусмотрены приложением №7 к Правилам: по распоряжению: на основании перечня работ, выполняемых в порядке текущей эксплуатации»);

- не выполнение работником перед производством работ технических мероприятий, обеспечивающих безопасность работ со снятием напряжения: на ПР-10кВ КТП 10/0.4кВ №434 не приняты меры, препятствующие самопроизвольному включению разъединителя, на привод разъединителя не вывешен запрещающий плакат, не проверено отсутствие напряжения на токоведущих частях, которые должны быть заземлены, не установлены заземления (п. 16.1 ПОТЭЭ - «При подготовке рабочего места со снятием напряжения, при котором с токоведуших частей электроустановки, на которой будут проводиться работы, снято напряжение отключением коммутационных аппаратов, отсоединением шин, кабелей, проводов и приняты меры, препятствующие подаче напряжения на токоведущие части к месту работы, должны быть в указанном порядке выполнены следующие технические мероприятия: произведены необходимые отключения и приняты меры, препятствующие подаче напряжения на место работы вследствие ошибочного или самопроизвольного включения коммутационных аппаратов; на приводах ручного и на ключах дистанционного управления коммутационных аппаратов должны быть вывешены запрещающие плакаты: проверено отсутствие напряжения на токоведущих частях, которые должны быть заземлены для защиты людей от поражения электрическим током; установлено заземление; вывешены указательные плакаты «Заземлено», ограждены при необходимости рабочие места и оставшиеся под напряжением токоведущие части, вывешены предупреждающие и предписывающие плакаты»);

- не применение работником средств индивидуальной защиты в полном объеме: не применение термостойкого подшлемника и термостойких перчаток, не применение индивидуального сигнализатора напряжения (п. 1.12 инструкции по охране труда для электромонтера оперативно-выездной бригады ИОТ БП 18 - ЛП/6 - 3/2018 (далее - ИОТ ОВБ) - «Для защиты от поражения электрическим током необходимо применять электрозащитные средства: изолирующие штанги и клещи, указатели напряжения, диэлектрические перчатки, боты, галоши, ковры, подставки, изолирующие колпаки и накладки, ручной изолирующий инструмент, защитные ограждения, переносные заземления, плакаты и знаки безопасности. Работники, имеющие права оперативных переключений и единоличного осмотра электроустановок 6-20 кВ, производства работ на ВЛ 6-20 кВ обеспечиваются индивидуальными сигнализаторами напряжения. Должны проводиться постоянные проверки работоспособности индивидуальных сигнализаторов напряжения, в том числе руководителями и специалистами структурных подразделений. Выполнение работ на ВЛ 6-20 кВ, в т.ч. по осмотру оборудования 6-20 кВ распределительных электросетей, без применения исправных сигнализаторов напряжения запрещается. При выявлении неисправных сигнализаторов принимаются оперативные меры по обеспечению персонала исправными. При срабатывании индивидуального сигнализатора напряжения, прекратить выполнение работ (в т.ч. осмотр оборудования) и до выяснения и последующего устранения причин его срабатывания к работам не преступать» и п. 1.22 ИОТ ОВБ - «Кроме того, для защиты от воздействия опасных и вредных факторов необходимо применять выданные в соответствии с установленными правилами и нормами средства индивидуальной защиты, специальную одежду и обувь (таблица №1)»);

- ненадлежащий контроль со стороны контролирующего должностного лица работников, ответственных за исправную и безопасную эксплуатацию оборудования, за выполнением графиков осмотра оборудования ВЛ 0.4-10 кВ и ведением эксплуатационной документации (п. 1.5.3 Правил технической эксплуатации электрических станций и сетей Российской Федерации, утвержденных приказом Минэнерго РФ от 19 июня 2003г. № 229 (далее - ПТЭ) - «Постоянный контроль технического состояния оборудования производится оперативным и оперативно-ремонтным персоналом энергообъекта. Объем контроля устанавливается в соответствии с положениями нормативных документов. Порядок контроля устанавливается местными производственными и должностными инструкциями», п.1.5.4 ПТЭ - «Периодические осмотры оборудования, зданий и сооружений производятся лицами, контролирующими их безопасную эксплуатацию. Периодичность осмотров устанавливается техническим руководителем энергообъекта. Результаты осмотров должны фиксироваться в специальном журнале», п. 1.5.5 ПТЭ-«Лица, контролируюшие состояние и безопасную эксплуатацию оборудования, зданий и сооружений, обеспечивают соблюдение технических условий при эксплуатации энергообъектов, учет их состояния, расследование и учет отказов в работе энергоустановок и их элементов, ведение эксплуатационно-ремонтной документации», не эффективно работает такой элемент СУОТ как контроль функционирования СУОТ и мониторинг реализации процедур или нарушение установленных форм и методов контроля в Грязинском РЭС).

В указанном акте комиссией по расследованию несчастного случая установлен факт нарушения требований охраны труда погибшим П.А.Ф. - п. 4.1.3, п.4.1.7, п. 4.1.11, п. 4.1.15, п. 4.1.18 Должностной инструкции, п. 4.2 ПОТЭЭ, а также работниками ПАО «МРСК Центра» - «Липецкэнерго» электромонтером ОВБ 3 разряда Х.В.В. должностной инструкции (п.п.4.1.11, 4.1.15, 4.1.18,, п. 4.2 ПОТЭЭ), мастером Грязинского района электрических сетей филиала, назначенный лицом, ответственным за исправное состояние КТП 10/0,4кВ № 434 и подстанционного разъединителя КТП 10/0,04кВ № 434 (п.1.1.7 Правил технической эксплуатации электрических станций и сетей Российской Федерации, п. 2.1.8, п. 4.1.3, п. 4.1.13 Должностной инструкции мастера бригады по эксплуатации распределительных сетей РЭС, п. 5.4.15 ПТЭ в части не составления план-графика ликвидации травмоопасности), старшим мастером Грязинского района электрических сетей филиала Ш.Д.С. (п. 2.1.3 Должностной инструкции в части подготовки и выполнения графиков планово-предупредительных ремонтов и обслуживания оборудования ВЛ 0,4-10кВ и п. 5.4.15 ПТЭ в части невыполнения графиков обслуживания), заместителем главного инженера по эксплуатации – начальником управления высоковольтных сетей Р.С.Б. (занимавшего должность начальника управления распределительных сетей на момент несчастного случая 31.05.2020г.) (п. 3.3.13 положения об управлении распределительных сетей филиала в части отсутствия контроля за занесением результатов осмотров электрооборудования и ЛЭП во внутреннюю систему филиала «Липецкэнерго»).

Согласно акта судебно-медицинского исследования №, смерть П.А.Ф. наступила 31 мая 2020 года в результате поражения техническим электричеством – электрометки на ладонной поверхности средней фаланги 2-го пальца левой кисти, на передней поверхности живота справа, на внутренней поверхности правого предплечья в верхней трети. 

Из объяснений представителя ответчика и материалов расследования несчастного случая на производстве следует, что на основании приказа ПАО «МСРК Центра» - «Липецкэнерго» создана комиссия по расследованию несчастного случая. Расследование проводилось в период с 03 июня 2020 г. по 10 июля 2020г. Согласно заключения ООО «Центр Семейной Медицины» от 05.09.2019г. электромонтер ОВБ 4 разряда П.А.Ф. прошел периодический осмотр, психиатрическое освидетельствование 26.04.2019г., противопоказаний к работе медицинскими работниками не выявлено. П.А.Ф. врачебной комиссией признан годным к работе в должности электромонтера оперативно-выездной бригады 4 разряда. Из карты специальной оценки условий труда № электромонтера оперативно-выездной бригады 4 разряда следует, что на рабочем месте П.А.Ф. проведена в установленном порядке специальная оценка условий труда, класс условий труда 2.0. В период с 01.02.2015г. по 20.02.2015г. П.А.Ф. прошел обучение в КОУ «УЦ-Липецкэнерго» по профессии электромонтер оперативно-выездной бригады, о чем выдано соответствующее свидетельство №. 05.04.2016г. была разработана и утверждена программа индивидуальной подготовки по новой должности электромонтера оперативно-выездной бригады 4 разряда Грязинского РЭС П.А.Ф. (4 гр. по ЭБ). В соответствии с данной программой П.А.Ф. прошел обучение, стажировку, проверку знаний, дублирование по профессии электромонтер оперативно-выездной бригады 4 разряда и 03.10.2016г. был допущен к самостоятельной работе на основании распоряжения Грязинского РЭС от 30.09.2016г. № ЛП/Р10/376-Р «О допуске к самостоятельной работе П.А.Ф.» с предоставлением ему следующих прав работы в электроустановках «до» и «выше» 1000 В по всем распределительным сетям Грязинского РЭС.: быть производителем работ; быть наблюдающим; быть допускающим; быть контролирующим оперативные переключения; производство оперативных переключений и ведение оперативных переговоров; единоличного осмотра электроустановок. 25.07.2019г. П.А.Ф. прошел очередную проверку знаний, что следует из протокола № сроком действия до 23.07.2020г.. С учетом результатов которой на основании распоряжения Грязинского РЭС от 31.12.2019г. № ЛП/Р10/644-Р «О предоставлении прав при работах в электроустановках Грязинского РЭС и допуске соответствующих категорий работников к специальным работам» право на осуществление работ у П.А.Ф. не поменялось. Также с П.А.Ф. проводились в установленном порядке противоаварийные и противопожарные тренировки, например 08.04.2020г. на тему: «Отработка действий персонала ОТГ Грязинского РЭС в ходе определения места повреждения на ВЛ-6 кВ № 16 «Город-3» ПС 110/35/10/6 кВ «Гидрооборудование» и принятии мер по запитке потребителей электроэнергии»; специальная подготовка по ежемесячным программам с отрывом от выполнения основных функций (не реже одного раза в месяц и составляла от 5 до 20% его рабочего времени). Постоянно проводилась работа по проведению инструктажей по безопасности труда: вводный по охране труда и пожарной безопасности – 14.06.2011г.; первичный на рабочем месте – 08.04.2016г.; повторный – 12.05.2020г.; внеплановый – 27.05.2020г. в связи с произошедшими несчастными случаями в филиале ОАО «МРСК Урала» - Пермэнерго 15.05.2020г., в Псковском филиале ПАО «МРСК Северо-Запада» 18.05.2020г, филиале АО «Россети Тюмень» - Тюменские электрические сети 22.05.2020г. 

Электромонтер ОВБ 4 разряда П.А.Ф. был обеспечен согласно сезонности и нормам исправными средствами индивидуальной защиты и спецодеждой, в том числе от поражения электрическим током: костюм из термостойких материалов с постоянными защитными средствами; куртка-накидка из термостойких материалов с постоянными защитными свойствами; белье нательное хлопчатобумажное; перчатки трикотажные термостойкие; ботинки кожаные с защитным подноском для защиты от повышенных температур на термостойкой маслобензостойкой подошве; каска термостойкая с защитным щитком для лица с термостойкой окантовкой; подшлемник под каску термостойкий; боты диэлектрические; перчатки диэлектрические. Бригадный автомобиль, на котором прибыл 31.05.2020г. П.А.Ф. к КТП 10/0,4 кВ № 434 был укомплектован средствами защиты от поражения электрическим током: изолирующая штанга 10 кВ; изолирующая штанга 10 кВ универсальная; изолирующая штанга до 1 кВ; указатель напряжения 6-10 кВ для РУ; указатель напряжения до 1000 В для РУ и ВЛ; указатель напряжения 10кВ для проверки напряжения с земли с телескопической изолирующей штангой от КШЗ-10; указатель напряжения 0,4 кВ для проверки напряжения с земли с телескопической изолирующей штангой от КШЗ-0,4; сигнализатор напряжения индивидуальный касочный; указатель напряжения 10кВ для проверки совпадания фаз; прибор для проверки указателя высокого напряжения; переносное заземление для ВЛ-10 кВ; переносное заземление для ВЛ-0,4кВ; переносное заземление для ВЛ-10 КШЗ-10; переносное заземление для ВЛ-0,4 КШЗ-0,4; переносное заземление для РУ-10кВ; переносное заземление для РУ-0,4кВ; переносное заземление для ВЛИ-0,4 кВ; электроизмерительные клещи до 1000 В; диэлектрический ковер; наброс на ВЛ-0,4-10кВ; изолирующие накладки; комплект ручного изолирующего инструмента для электроустановок до 1000 В, стекловолоконная приставная лестница высотой 3м.

Таким образом, в течение всего периода времени работы П.А.Ф. у ответчика, работодателем проводилась целенаправленная работа по обеспечению и постоянному контролю готовности П.А.Ф. к выполнению возложенных на него трудовых обязанностей, а также повышению его квалификации.

Допрошенный в судебном заседании в качестве специалиста сотрудник ПАО «МРСК Центра» - «Липецкэнерго» К.Д.А. суду объяснил, что занимает должность ведущего специалиста по охране труда службы охраны труда филиала ПАО «МСРК Центра» - «Липецкэнерго». В обществе утверждена инструкция по охране труда для электромонтера оперативно-выездной бригады. В филиале г. Липецка определен порядок, что все работы осуществляются только на основании наряда-допуска, необходимо получить задание на выполнение работ. При этом для выполнения работ должны быть защитные средства и приспособления. У каждого работника имеются спецодежда и специальные средства защиты. Электромонтер прибыв на место сообщает об этом в обязательном порядке диспетчеру. При подготовке работы должны быть соблюдены и выполнены организационные и технические мероприятия, которые направлены на безопасное выполнение работ, в том числе получение устного или и письменного распоряжения на работу, произведены необходимые отключения токоведущих частей, приняты меры, препятствующие подаче напряжения. Наряд-допуск выписывается заранее. Допуск к работам в электроустановках выше 1000 В это 4 группа. Первоначально необходимо произвести отключение электроустановки, при этом одеть на себя спецодежду + диэлектрические перчатки и боты. По прибытии на место перед началом производства работ с КТП старший бригады должен сообщить о своем прибытии диспетчеру, после чего следовать его инструкциям. Однако П.А.Ф. не убедившись в отсутствии напряжения в КТП, допустил с ней контакт, пытаясь самостоятельно провести ремонтные работы. Проводить ремонтные работы он имел право только в присутствии мастера. По инструкции он должен был соответствующим образом установить отсутствие напряжения в КТП, замерив его специальными приборами, которые имеются в бригадной машине и у сотрудников. В случае обнаружения напряжения в КТП необходимо было на общей подстанции отключить электропитание всей ветки электропередач, и только потом, вернувшись проводить на ней соответствующие работы. При этом он не надел каску с прибором, который издает звуковой сигнал о том, что имеется напряжение, а также диэлектрические перчатки. Кроме перчаток и каски есть еще ряд специальных приборов которыми можно установить отсутствие напряжения в КТП, они имеются в каждой бригадной машине. 

Также в судебном заседании 17.11.2020г. представитель ответчика по доверенности Я.М.В., занимающий должность заместителя главного инженера-начальника управления производственной безопасности и производственного контроля филиала ПАО «МРСК Центра» - «Липецкэнерго», объяснял, что работодателем принимаются достаточно серьезные меры по охране труда и безопасности работы сотрудников/работников филиала, поскольку работа электромонтеров связана с источником повышенной опасности – высоким напряжением. Причиной смерти П.А.Ф. явилось поражение техническим электричеством вследствие его небрежного поведения. В смене с 31.05.2020г. до 01.06.2020г. работали П.А.Ф. и Х.В.В., они работали в составе выездной бригады по обслуживанию КТП. Диспетчером Б.С,Ю. были проведены необходимые инструктажи по технике безопасности перед началом смены. Работники снабжены в полном объеме всеми средствами индивидуальной защиты, в том числе соответствующим костюмом, изоляционными перчатками и каской. В служебном автомобиле имелось все необходимое спецоборудование. Старшим в смене был П.А.Ф. 31.05.2020г. около 21 часа от диспетчера поступило сообщение о необходимости выездной бригаде прибыть в 

<

адрес>, откуда поступили жалобы об отсутствии электроэнергии. На служебном автомобиле П.А.Ф. и Х.В.В. направились в указанное село, при этом они должны постоянно находится на радиосвязи с диспетчером. Но в тот день была сильная гроза и связь пропадала. В 

<

адрес> они прибыли около 22 часов и проехали не к тому дому, из которого был осуществлен звонок об отсутствии электроэнергии, а сразу к КТП, расположенной у магазина. П.А.Ф. самостоятельно принял решение выяснить по какой причине КТП не работает и решил открыть КТП. Хотя в данном случае он должен был сообщить диспетчеру о своих действиях и дождаться мастера. П.А.Ф. взял из служебного автомобиля лестницу, при этом он не был в полном объеме одет в средства индивидуальной защиты, на нем не было специальной каски и изолирующих перчаток. Я.М.В. представлена аудиозапись с аудиорегистратора оперативных переговоров П.А.Ф. и диспетчера Б.С,Ю., а также образец наряда-допуска, который должен был быть использован в работе в обязательном порядке.

Также в ходе расследования несчастного случая было установлено, что причиной, приведшей к несчастному случаю, явилась неисправность подстанционного разъединителя КТП, которая своевременно не была выявлена и устранена мастером бригады № 5 по эксплуатации ЭВЛ Грязинского РЭС филиала ПАО «МРСК Центра» - «Липецкэнерго» А.И.А., факт выполнения которым указанной работы должен был контролировать старший мастер Грязинского РЭС Ш.Д.С.

Постановлением следователя ОВД Грязинского межрайонного следственного управления Следственного комитета РФ по Липецкой области от 31 июля 2020 г. отказано в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 143 УК РФ по основанию п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в деяниях А.И.А. и Ш.Д.С. состава преступления.

С учетом изложенных выше обстоятельств, суд приходит к выводу, что в произошедшем несчастном случае имелась вина как самого погибшего П.А.Ф., которым не соблюдены требования должностной инструкции в части неисполнения указаний непосредственного руководителя, допущения нарушений организационно-распорядительной документации общества, отсутствия доклада диспетчеру о прибытии на объект с помощью средств связи, в части ведения переговоров не по каналам связи, записываемых на спецустройство регистрации переговоров, в части не соблюдения запрета на самовольное выполнение работ без оформления наряда-допуска, распоряжения без разрешения вышестоящего персонала, а также вина работодателя, которым не соблюден ряд требований Правил технической эксплуатации электрических станций и сетей Российской Федерации, ответственными лицами не соблюдены должностные инструкции.

Супруга П.А.Ф. – ФИО1 в письменной форме была уведомлена о работе комиссии о расследовании несчастного случая, участия в работе комиссии не принимала, акт о несчастном случае получила, о чем имеется ее роспись, акт № ей не оспорен. 

Как было указано выше, в соответствии с разъяснениями, данными в п. 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20.12.1994г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников. Таким образом, близкие родственники лица, смерть которого наступила в результате противоправных действий (бездействий) работодателя, вправе требовать от работодателя компенсации морального вреда за причиненные им нравственные и физические страдания.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации закрепленное в абзаце втором пункта 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение из общего порядка определения размера возмещения вреда, возникновению которого способствовала грубая неосторожность потерпевшего, предусматривающее, что при причинении вреда жизни и здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается, а также содержащееся в абзаце втором статьи 1100 Гражданского кодекса Российской Федерации положение о недопустимости отказа в компенсации морального вреда в случае, если вред причинен источником повышенной опасности жизни и здоровью гражданина, в том числе при отсутствии вины причинителя вреда, является мерой защиты признаваемых в Российской Федерации прав и свобод человека, в частности, права на жизнь, (статья 20, часть 1 Конституции Российской Федерации), права на охрану здоровья (статья 41, часть 1 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд учитывает то обстоятельство, что на момент гибели П.А.Ф. истец ФИО1, являющаяся супругой П.А.Ф., состояли в зарегистрированном браке с 16.12.1989 года, то есть на момент гибели П.А.Ф. 31 год, были зарегистрированы и проживали совместно по адресу: 

<

адрес>. ФИО1 не работает, ее возраст 

<

данные изъяты>, устройство на работу для нее может вызвать определенные трудности. В настоящий момент проживает у одной из дочерей в г.Липецке, так как не может находиться одна в доме. 

ФИО2 (до регистрации брака ФИО1) и ФИО3 (до регистрации брака ФИО1) являются дочерями П.А.Ф., что следует из представленных свидетельств о рождении № и №. Обе дочери состоят в зарегистрированных браках, что следует и свидетельств о заключении брака №, №. До заключения брака дочери проживали с родителями, с отцом находились в хороших отношениях, который для них был примером, помогал во всем, в том числе и материально, давал советы, принимал непосредственное участие в воспитании наравне с мамой. После того как они переехали от родителей в г. Липецк, в связи с образованием своих семей, они продолжали общаться и приезжать в выходные к родителям в деревню.

ФИО1, а также ФИО2, ФИО3, являясь супругой и дочерями П.А.Ф., в силу статьи 4 Семейного кодекса Российской Федерации относятся к числу близких родственников. Из их объяснений, данных в ходе судебного разбирательства следует, что они испытали нравственные переживания в связи с утратой мужа и отца, поскольку при жизни их связывали тесные семейные отношения.

Принимая во внимание, что гибель родственника и близкого человека сама по себе является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие родственников и членов семьи, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, а в случае истцов, которые лишились мужа и отца, являвшегося для них близким и любимым человеком, подобная утрата, безусловно, является тяжелейшим событием в жизни, неоспоримо причинившим нравственные страдания.

Поскольку моральный вред по своему характеру не предполагает возможности его точного выражения в деньгах и полного возмещения, предусмотренная законом денежная компенсация должна лишь отвечать признакам справедливого вознаграждения потерпевшего за перенесенные страдания.

С учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, действий самого П.А.Ф., учитывая, что в действиях ответчика ПАО «МСРК Центра» - «Липецкэнерго» также установлен факт нарушения ими как работодателем требований безопасности условий труда, учитывая, что ответчик оплатил расходы, связанные с установкой памятника и ограды, а также понес расходы на погребение, поминальный обед, в большей степени отвечает требованиям разумности и справедливости сумма компенсации морального вреда в размере 500 000 руб. в пользу истца ФИО1, в размере 400 000 рублей в пользу ФИО2, ФИО3 (в пользу каждого истца).

В соответствии со ст. 98 ГПК РФ и ст. 333.19 НК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в размере 900 рублей в доход бюджета г. Липецка.

На основании изложенного, и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1, ФИО2, ФИО3 к ПАО «МРСК Центра» - «Липецкэнерго» о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить.

Взыскать с Публичного акционерного общества «МРСК Центра» - «Липецкэнерго» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей. 

Взыскать с Публичного акционерного общества «МРСК Центра» - «Липецкэнерго» в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «МРСК Центра» - «Липецкэнерго» в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 400 000 рублей.

Взыскать с Публичного акционерного общества «МРСК Центра» - «Липецкэнерго» государственную пошлину в бюджет города Липецка в размере 900 рублей.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Липецкого областного суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г.Липецка в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда. 

Председательствующий Ю.Н.Пешкова. 

Мотивированное решение суда изготовлено с учетом положения ч. 3 ст. 107 ГПК РФ изготовлено 26.11.2020 года. 

Председательствующий Ю.Н.Пешкова.