№1-9/2025

судья Никишов Д.В. дело №22-162/2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

27 февраля 2026 года г.Смоленск

Смоленский областной суд в составе:

председательствующего судьи Ткаченко Д.В.,

при помощнике судьи Самординой С.Е.,

с участием прокурора отдела прокуратуры Смоленской области Соваренко О.А.,

осужденной ФИО1,

адвоката Яниной И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании, посредством видео-конференц-связи, уголовное дело по апелляционным жалобам и дополнениям осужденной ФИО1 и ее адвокатов Яниной И.В. и Наумовой Г.А. на приговор Ленинского районного суда г.Смоленска суда от 15 июля 2025 года, заслушав доклад судьи Ткаченко Д.В., выступление осужденной ФИО1, адвоката Яниной И.В., в поддержание доводов апелляционных жалоб, мнение прокурора, суд

установил:

Приговором Ленинского районного суда г.Смоленска суда от 15 июля 2025 года

ФИО1, 

<

дата> года рождения, уроженка 

<

адрес>, 

<

данные изъяты>, ранее не судимая,

осуждена ч.1 ст.239 УК РФ к 2 годам лишения свободы, в силу ст.73 УК РФ условно, с испытательным сроком 2 года.

В силу ч. 5 ст. 73 УК РФ на осужденную возложены обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осуждённого; являться в специализированный государственный орган, осуществляющий контроль за поведением условно осуждённого, один раз в месяц в установленный срок для регистрации.

На основании п. 3 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, ст. 78 УК РФ ФИО1 освобождена от назначенного наказания в связи с истечением сроков давности уголовного преследования, мера пресечения - подписка о невыезде оставлена до вступления приговора суда в законную силу.

Решена судьба вещественных доказательств.

Приговором суда ФИО1 признана виновной в создании религиозного объединения, деятельность которого сопряжена с иным причинением вреда здоровью граждан, руководстве таким объединением.

Преступление совершено с 1 сентября 2012 года по 1 ноября 2017 года в г. Смоленске при обстоятельствах, изложенных в приговоре суда.

В апелляционной жалобе осужденная ФИО1 не согласна с приговором суда. Полагает, что в приговоре не отражено, какими доказательствами подтверждено наличие прямого умысла на причинение вреда здоровью граждан. Отмечает, что в качестве доказательства причинения вреда здоровью потерпевшим положены выводы судебно-психиатрических экспертиз (в отношении У. и Ц.), при этом во всех случаях говорится о вреде психическому здоровью. Наличие прямого умысла предполагает, что она должна была знать о том, что практикуемый метод может повлечь за собой причинение вреда здоровью; однако в судебном заседании потерпевшие не высказывались о причинении вреда здоровью; о наличии вреда психическому здоровью, возникшему в результате проводимых встреч, узнали только в ходе предварительного следствия, каких-либо видимых признаков ухудшения здоровья не отмечали; она специальными познаниями, с помощью которых можно определить возникновение психического расстройства либо ухудшение психического здоровья иных лиц, не обладает; сама длительное время практиковала метод 

<

данные изъяты>, у нее какое-либо психическое расстройство в ходе проведения экспертизы диагностировано не было. Указывает, что согласно п.5 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утверждённых приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. N 194н, под вредом, причиненным здоровью человека, понимается нарушение анатомической целости и физиологической функции органов и тканей человека в результате воздействия физических, химических, биологических и психогенных факторов внешней среды; психическое расстройство должно находиться в причинно-следственной связи с причиненным вредом здоровью. Данных о том, что у потерпевших имелось нарушение анатомической целости и физиологической функции не имеется; данный вопрос экспертами был проигнорирован, ответ на него не дан. Обращает внимание на то, что судебно-психиатрические экспертизы являются повторными, и эксперты для обоснования выводов используют материалы ранее проведенных судебно-психиатрических экспертиз. Отмечает, что суд без достаточных оснований отклонил ходатайство о вызове для допроса эксперта; формально подошел к рассмотрению доводов о признании недопустимым заключения эксперта № 5/25-э от 18.03.2025 религиоведческой судебной экспертизы, что собрания, проводимые ФИО2 имеют признаки «религиозного объединения»; отсутствуют документы, дающие право эксперту Я. на ведение профессиональной деятельности по специальности «религиоведение»; в заключении нет времени и даты его проведения; эксперт ссылается на судебные решения, при этом данные решения и сведения об их вступлении в законную силу отсутствуют, нет ссылки на источник. Указывает, что в материалах уголовного дела отсутствуют какие-либо сведения на какой носитель была произведена видео и аудио запись разговоров между осужденной и потерпевшими; отсутствует первоисточник с записью - само аудио или видеозаписывающее устройство. Отмечает, что в документах не указано, каким аудио или видеозаписывающим устройством был оборудован потерпевший либо иное лицо, Ц. категорически отрицала тот факт, что она была оборудована техническим средством для видеозаписи; протокол или акт вручения потерпевшим технических средств отсутствует, нет сведений о лице, проводившем видеозапись. Ссылается на ч.2 ст.41 УПК РФ, и указывает, что постановление о передаче материалов проверки по подследственности от 03.11.2017 было составлено и подписано и.о. дознавателя Ч., однако, Ч. ранее участвовал в проведении ОРМ «наблюдение» с 29.05.17 по 01.09.2017 в качестве оперуполномоченного по ОВД ЦПЭ УМВД России по Смоленской области, о чём был составлен акт от 30.10.2017, а также им был составлен рапорт от 02.11.2017 об обнаружении признаков преступления, предусмотренного ч.1 ст.239 УК РФ в действиях ФИО1 Просит приговор суда отменить, вынести оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе, поданной в интересах ФИО1, адвокат Янина И.В. не согласна с приговором суда. Полагает, что при вынесении обжалуемого приговора не выполнены требования суда апелляционной инстанции, который отменил приговор от 17 декабря 2021 года. Отмечает, что по ходатайству стороны обвинения было проведено религиоведческое исследование кандидатом философских наук, доцентом кафедры истории и теологии Института истории и социальных наук РГПУ им.А.И.Герцена М. г.Санкт-Петербург; были даны заключения экспертами Я. и С. Указывает, что согласно их выводам, признаков религиозного объединения нет, совершение богослужений, других религиозных обрядов и церемоний так же отсутствуют; энергии и силы, механизм их воздействия на человека имеют отношение к дискурсу экстрасенсорики; обучение религии и религиозное воспитание своих последователей не проводится; непосредственного руководства или управления данным сообществом не проводилось, принуждения к встречам не отмечено, деньги вносились на добровольных началах для чаепития, группа не является религиозным объединением; для выявления наличия негативного влияния на жизнь и здоровье человека требуется заключение медицинского специалиста. Полагает, что данным выводам судом не дана надлежащая оценка, эксперт М. по ходатайству зашиты не вызван в судебное заседание для предупреждения его об уголовной ответственности. Суд еще раз назначил судебно-религиоведческую экспертизу вместо того, чтобы вызвать судебного эксперта для допроса и устранения несоответствий в судебном заседании, затем выбрал из всех экспертиз удобную для стороны обвинения и положил ее в основу приговора. Отмечает, что после возвращения уголовного дела для устранения недостатков, была назначена повторная комплексная судебная психолого-психиатрическая и судебно-медицинская экспертиза в отношении У. и Ц.; назначение повторной экспертизы в том же экспертном учреждении нарушило нормы п.4 ст. 389.28 и ч.3 ст. 389.19 УПК РФ. Указывает, что суд назначает повторную или дополнительную судебную экспертизу при наличии противоречий между заключениями экспертов, которые невозможно преодолеть в суде; однако такие обстоятельства не содержатся в ходатайстве государственного обвинения. Суд первой инстанции не указал, какие противоречия между заключениями экспертов имелись; оценивая экспертизы в отношении потерпевших пришел к выводу об их несостоятельности в части определения тяжести вреда здоровью, и сделал взаимоисключающий вывод о том, что он не нашел каких-либо существенных нарушений, что экспертизы проведены надлежащими экспертами, в соответствии с ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в РФ». Указывает, что не было разрешено ее ходатайство о проведении судебно-медицинской экспертизы потерпевшим в ООО «Центр персональной медицины» или в Российском центре судебно-медицинской экспертизы Министерства здравоохранения РФ. Ссылается на Приказ Министерства здравоохранения РФ от 12 января 2017 г. N 3н «Об утверждении Порядка проведения судебно-психиатрической, экспертизы», приводит выдержки из Приказа, и полагает, что проведенная ОГБУЗ «Смоленская областная клиническая психиатрическая больница» (

<

адрес>) экспертиза не отвечает требованиям закона. Указывает, что с момента совершения преступления прошло более 5 лет, за это время потерпевшие бывали в разных психологических ситуациях, исследование спустя такое количество времени необъективно. Отмечает, что согласно разъяснений Министерства Здравоохранения РФ, при определении степени тяжести, причиненного здоровью человека вреда, повлекшего психическое расстройство, производится комиссионная (комплексная) судебно-медицинская экспертиза с участием врача судебно-психиатрического эксперта; психическое расстройство должно быть последствием причиненного вреда здоровью, что также подтверждается ответом ФГБУ «НМИЦ психиатрии и наркологии им. В.П.Сербского»; ФГБУ «Российский центр судебно-медицинской экспертизы Минздрава России» разъяснило, что нормы медицинских критериев, утвержденных приказом ФИО3 от 24.04.2008 № 194-н, следует применять буквально в строгом соответствии с текстом приказа. Адвокат не согласна с проведением экспертизы не в экспертном учреждении, а в больнице; после проведенной экспертизы были проведены исследования заключений №1570 и №1571 от 15.12.2022 в консультативно-диагностическом отделении ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В.П.Сербского» Минздрава РФ, оба заключения имеют ряд недостатков. Отмечает, что экспертиза проводилась более 4 месяцев, что является нарушением Порядка ведения учетной формы статистического учета и отчетности №100/у-03 «Заключение врача-судебно-психиатрического эксперта (комиссии экспертов)» (утв. приказом Минздава России от 26.10.2020 №1149н (далее Порядок); в заключениях указано, что эксперт И. является клиническим психологом, однако, согласно номенклатуре должностей Министерства здравоохранения Российской Федерации, проведение комплексных психолого-психиатрических экспертиз входит в должностные обязанности медицинского психолога; анамнестические части заключений №1571 и №1570 от 15.12.2022 в отношении Т. и У. представлены исключительно сведениями, излагаемыми подэкспертными, анализ судебно-следственной ситуации ограничивается в Заключениях единственной фразой из обвинительного постановления и практически дословным цитированием текста ранее проведенных экспертных исследований, не приведено в чем выражаются «новые болезненные проявления». Вопрос о конкретных нарушениях анатомической целостности и физиологической функции органов и тканей у Ц. был поставлен судом на разрешение экспертов, однако он оказался полностью проигнорирован. Согласно вывода психиатра ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им. В.П. Сербского» Минздрава РФ Б. заключение №1571 от 15.12.2022 в отношении Ц. не может рассматриваться как в полной мере соответствующее ст.8 Закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», целесообразно проведение повторной амбулаторной комплексной психолого-психиатрической экспертизы. В экспертизе №1570 от 15.12.2022 в отношении У. избирательно отображены ряд сведений, не содержится подтверждения проведения анализа материалов уголовного дела в полном объеме, описание формально, неполно, малоинформативно, содержит лишь отдельные квалифицирующие термины; из 11 заявленных психологом экспериментальных методик специалист приводит результаты только одной, отражающей состояние мнестической сферы подэкспертного; оценка остальных психических функций представлена в виде квалификационной терминологии, без описания результатов эксперимента; резолютивная часть исследования содержит противоречия между исследовательской частью и выводами; выводы лишены обоснования. Сомнения вызывает диагностика у У. 

<

данные изъяты>, которая носит неаргументированный, бездоказательный характер, не обосновано наличие прямой причинно-следственной связи между инкриминируемым подсудимой деянием и психическим расстройством потерпевшего. Отмечает, что заключения специалиста-психиатра №50/23-а от 07.04.2023 в отношении У. и заключение специалиста-психиатра №51/23-а в отношении Ц., проведенные в высшем психиатрическом экспертном учреждении России - ФГБУ «Национальный медицинский исследовательский центр психиатрии и наркологии им.В.П.Сербского» Минздрава РФ не взяты во внимание при вынесении приговора. Ссылается на судебную практику Верховного Суда РФ, Постановление № 47-УДП22-17-К6 где указано, что суду следует в случае оставления доводов защиты без внимания и без удовлетворения привести мотивы, по которым он пришел к выводу о том, что приговор в этой части основан на относимых, достоверных и допустимых доказательствах, в том числе указать на то, какие именно сведения, содержащиеся в этих доказательствах, опровергают доводы, приведенные стороной защиты. Суд не учел, что Р. себя потерпевшей не считает. Просит приговор суда отменить, вынести оправдательный приговор.

В апелляционной жалобе, поданной в защиту интересов осужденной ФИО1, адвокат Наумова Г.А. считает приговор суда незаконным, необоснованным, выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам уголовного дела, имеет место нарушения норм уголовно-процессуального закона, неправильного применения уголовного закона. Просит приговор суда отменить, вынести оправдательный приговор.

В возражениях на апелляционную жалобу осужденной заместитель прокурора Ленинского района г. Смоленска Мумжа О.В. считает приговор суда законным и обоснованным, просит приговор суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Подсудимая ФИО1 в судебном заседании вину в совершении преступления не признала, показала, что ее выписали из Областной больницы без диагноза, была оформлена 

<

данные изъяты>, в 2010 году узнала о методике 

<

данные изъяты>, стала применять ее на себе, ей стало становиться лучше. Она не рассказывала об этом, в интернет информации не давала, собраний в Смоленске не организовывала. У. ей позвонил сам, был у нее 6-7 раз, когда к ней приходили гости, она всегда готовила в чайнике чай с солью, это обычный казахский чай, кто хотел пил чай, кто хотел пил кофе, никакого не заставляла; про формулу У. узнал от неё, она никому не хотела причинить вреда, желала помочь У.. У. привел О., она была у неё два раза. Люди становились в поток, чтобы оздоровиться. У. и О. в её присутствии на солнце не смотрели, она их не заставляла, физическую боль им не причинила, манипуляции не осуществляла, не настаивала на отказе от приёма лекарств, никогда за это деньги не брала и не просила, специально встречи не организовывала. С Р. она дружила до своего заболевания, потом у Р. была похожая ситуация, и она позвонила Р. и сказала, что верит ли она о том, что человек сам себя способен восстановить. После чего Р. пришла к ней и сказала, что верит, ФИО2 все ей рассказала. 1 ноября 2017 года она вернулась из 

<

адрес>, к ней пришли У., О., Г. и ее сын А., В. и ее дочь Ф., пришел также Д..

Изучив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

В соответствии со ст.389.15 УПК РФ, основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке являются: несоответствие выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции; существенное нарушение уголовно-процессуального закона; неправильное применение уголовного закона; несправедливость приговора. Таковых по делу не имеется.

Органами следствия при производстве предварительного расследования, и судом при рассмотрении дела в судебном заседании, каких-либо нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, допущено не было. Дело расследовано и рассмотрено всесторонне, полно и объективно.

Выводы суда о виновности осужденной в совершении указанного преступления основаны на достаточной совокупности исследованных доказательств, проверенных и оцененных в судебном заседании с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, в соответствии со ст.88 УПК РФ, подробно и полно приведенных в приговоре суда.

Вина ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст.239 УК РФ подтверждается:

- показаниями потерпевших Ц., У. и К., свидетелей Е., Г., З., Ш.,Ю., Н., Щ.;

- письменными материалами уголовного дела: заключением комиссии судебно-психиатрических экспертов №1570 от 15 декабря 2022 года (т.9 л.д.162-166), заключением комиссии судебно-психиатрических экспертов №1571 от 15 декабря 2022 года (т.9 л.д.168-172), заключением эксперта №2 от 06 октября 2018 года (т.2 л.д.48-102), заключением эксперта № 5/25-э религиоведческая судебная экспертиза от 18 марта 2025 года, протоколом осмотра жилища в случаях, не терпящих отлагательства от 01 ноября 2017 года (т.1 л.д.152-159), протоколом осмотра предметов (документов) от 22 декабря 2017 года с приложением (т.1 л.д.163-166, 167-176), протоколом осмотра предметов от 31 октября 2018 года (т.1 л.д.180-204), протоколом выемки от 1 марта 2018 года (т.1 л.д.221-223), протоколом осмотра предметов от 26 апреля 2018 года с фототаблицей (т.1 л.д.224-225, 226), протоколом осмотра и прослушивания фонограммы от 23 декабря 2017 года (т.1 л.д.51-56); вещественными доказательствами - оптические диски DVD-R №7106 и №7107; протоколом осмотра и прослушивания фонограммы от 25 декабря 2017 года (т.1 л.д.130-143); описанием файлов, находящихся на оптическом диске CD-R №121/5/16-6612c от 27/10/2018 (т.1 л.д.97-98); справкой-меморандумом аудиозаписей переговоров ФИО1 и её связей, полученные в результате проведения оперативно-розыскных мероприятий «прослушивание телефонных переговоров», рассекреченных Постановлением № 121/5/169-14969 от 30.10.2017 (т.1 л.д. 88-96); вещественным доказательством - оптический диск СD-R №121/5/16-6612с, рассекреченный Постановлением № 121/5/169-14969 от 30.10.2017; описанием аудиозаписи, находящейся на оптическом диске CD-R №121/11-487с от 09 ноября 2015 года (т.1 л.д.68-73); справкой ОГБУЗ «Смоленский областной клинический диспансер» №4283 от 06 августа 2018 года (т.3 л.д.10); справкой ОГБУЗ «Смоленский областной клинический диспансер» №4299 от 06 августа 2018 года (т.3 л.д.11); справкой ОГБУЗ «Смоленский областной клинический диспансер» №4350 от 06 августа 2018 года (т.3 л.д.12).

Показания потерпевших и свидетелей обвинения обоснованно положены судом в основу обвинительного приговора, как последовательные, согласующиеся между собой, подтверждающиеся иными доказательствами, исследованными в ходе судебного разбирательства и приведенными в приговоре суда, полученными в соответствии с требованиями уголовно - процессуального закона.

Причин для оговора ФИО1 потерпевшими и свидетелями обвинения нет, какая-либо их заинтересованность в исходе дела и искусственном создании доказательств отсутствует, признаков фальсификации органами предварительного расследования материалов уголовного дела не выявлено.

Постановленный в отношении ФИО1 обвинительный приговор соответствует требованиям уголовно-процессуального закона. В приговоре суда указаны обстоятельства, установленные судом первой инстанции, подробно приведены исследованные судом доказательства в подтверждение выводов суда о ее виновности, даны соответствующий анализ и оценка собранным по делу доказательствам, сформулированы выводы суда о квалификации действий подсудимой; указаны мотивы и основания, почему суд принял одни доказательства и отверг другие.

Судебное следствие проведено в соответствии с требованиями ст. ст. 273 - 291 УПК РФ с предоставлением возможности сторонам в равной степени реализовать свои процессуальные права, с соблюдением принципов состязательности и равноправия сторон, без существенных нарушений уголовно-процессуального закона. Из протокола судебного заседания следует, что в судебном заседании было обеспечено равенство сторон, которым суд, сохраняя объективность и беспристрастность, создал необходимые условия для всестороннего и полного исследования обстоятельств дела, представления и исследования доказательств.

Изложенные в жалобах доводы по существу сводятся к переоценке доказательств, которые судом исследованы и оценены по внутреннему убеждению, как это предусмотрено ст. 17 УПК РФ. Само по себе несогласие осужденной, избравшей данный способ реализации ее права на защиту от предъявленного обвинения и ее защитников, с данной судом оценкой доказательств не влияет на правильность выводов судов о ее виновности в содеянном, не свидетельствует об односторонней оценке доказательств и не является основанием для отмены или изменения обвинительного приговора.

Заключения экспертов, положенные судом в основу приговора, соответствуют требованиям ст.204 УПК РФ, оформлены надлежащим образом, не являются противоречивыми, согласуются с другими исследованными в судебном заседании доказательствами. Заключения экспертиз по делу, у суда сомнений в достоверности не вызывают. Учитывая соблюдение при составлении заключений требований главы 27 УПК РФ, отсутствие сомнений в компетентности экспертов, достоверности и обоснованности экспертных исследований и сделанных на их основании мотивированных выводов, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что суд первой инстанции обоснованно привел их наряду с другими доказательствами по делу в обоснование обвинительного приговора.

Каких-либо доводов, свидетельствующих об ограничении прав подсудимой ФИО4 при проведении экспертных исследований в апелляционных жалобах не приведено и судебной коллегией не установлено. Нарушений норм ч.3 ст. 195 и ст.198 УПК РФ, вопреки доводам апелляционных жалоб, отсутствуют, экспертизы были назначены в соответствии с нормами закона, стороны были ознакомлены с заключениями экспертиз, после ознакомления могли заявлять ходатайства, что ими было реализовано.

Доводы защиты о недопустимости проведенных по делу экспертиз на основании заключения специалиста-психиатра №50/23-а от 07.04.2023 в отношении У. и заключения специалиста-психиатра №51/23-а в отношении Ц., получили свою оценку судом первой инстанции, с которой суд апелляционной инстанции соглашается. Кроме того, в соответствии с УПК РФ и позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в Определении №1751-о от 27.06.2023, специалист как лицо, обладающее специальными знаниями, привлекается к участию в процессуальных действиях в порядке, установленном, Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации в том числе его статьями 58, 164, 168 и 270, для содействия в обнаружении, закреплении и изъятии предметов и документов, применении технических средств в исследовании материалов уголовного дела, для постановки вопросов эксперту, а также для разъяснения сторонам и суду вопросов, входящих в его профессиональную компетенцию. Никаких иных полномочий специалиста, в том числе по оценке экспертных заключений или проведению схожих с экспертизой исследований, этот Кодекс не предусматривает. Заключение специалиста не может подменять заключение эксперта, если оно требуется по делу.

Все ходатайства участников процесса, в том числе стороны защиты, были судом разрешены с соблюдением установленной ст. 256 УПК РФ процедуры разрешения ходатайств, мотивы принятых решений приведены, случаев немотивированного отказа в удовлетворении ходатайств судом не допускалось, что подтверждается протоколом судебного заседания, который соответствует требованиям ст. 259 УПК РФ. Несогласие стороны защиты с принятыми судом по их ходатайству решениями не свидетельствуют о нарушении права осужденной на защиту и основанием к отмене или изменению судебного решения не являются.

Суд первой инстанции, проверив все представленные доказательства, обоснованно признал допустимыми доказательствами результаты ОРМ, поскольку оперативно-розыскные мероприятия проведены в соответствии с требованиями ст.7 Федерального закона от 12.08.1995 № 144- ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности», на основании постановлений суда, а документы, составленные в ходе ОРМ, соответствуют предъявляемым требованиям и они были приобщены к материалам дела на законных основаниях. С данными выводами судебная коллегия соглашается.

Судом первой инстанции так же полно и объективно проверены порядок предоставления результатов ОРМ следователю, порядок возбуждения уголовного дела, получения всех вышеизложенных показаний свидетелей, протоколов следственных действий, заключений экспертов и других материалов, а также закрепления их в качестве доказательств. Суд апелляционной инстанции соглашается с выводами суда об отсутствии грубых нарушений требований уголовно-процессуального закон, влекущих признание доказательств, о которых в своих жалобах упоминает сторона защиты недопустимыми.

Действия осужденной правильно квалифицированы по ч.1 ст.239 УК РФ, как создание религиозного объединения, деятельность которого сопряжена с иным причинением вреда здоровью граждан, руководство таким объединением.

Наказание ФИО1 назначено в соответствии с требованиями главы 10 Общей части УК РФ, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о его личности, конкретных обстоятельств дела, а именно: умышленного преступления, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, на учетах в ОГУЗ «СОНД» и ОГУЗ «СОПКД» не состоит, ранее не судима, имеет благодарственные письма и почётные грамоты с предыдущего места работы, является 

<

данные изъяты>, имеет ряд заболеваний; при отсутствии отягчающих наказание обстоятельств; при наличии обстоятельств, смягчающих наказание: состояние здоровья виновной, нахождение 

<

данные изъяты>.

Суд правильно признал ФИО1 вменяемой как на момент совершения преступления, так и в настоящее время, с чем соглашается и суд апелляционной инстанции.

Таким образом, все заслуживающие внимания обстоятельства, известные суду на момент постановления приговора, были надлежащим образом учтены при решении вопроса о виде, размере наказания, которое является справедливым, соразмерным содеянному, соответствующим личности ФИО1

Оснований для применения положений ст.64 УК РФ суд обоснованно не усмотрел, поскольку отсутствуют исключительные обстоятельства, связанные с целью и мотивами преступления, ролью виновного, другие обстоятельства, существенно уменьшающие степень общественной опасности содеянного.

Оснований для изменения категорий преступлений на менее тяжкую в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ, исходя из фактических обстоятельств преступления, степени общественной опасности и личности осужденной, не имеется.

Суд первой инстанции учел индивидуализировал ответственность, исходя из установленных и доказанных обстоятельств.

Более того, судебная коллегия приходит к выводу о том, что назначенное ФИО2 наказание нельзя признать чрезмерно суровым, оно законно и справедливо, вид и размер наказания назначены в соответствии с требованиями УК РФ. Наказание соответствует целям, указанным в ст. 43 УК РФ, а также соответствует задачам защиты прав и законных интересов личности, общества и государства.

Суд обоснованно принял решение об освобождении ФИО5 от назначенного наказания, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования на основании п.3 ч.1 ст.24 УПК, ст.78 УК РФ.

Вместе с тем, суд апелляционной инстанции полагает необходимым исключить из описательно-мотивировочной части приговора ошибочную ссылку суда о совершении ФИО1 преступления небольшой тяжести, указав что ею совершено преступление средней тяжести, поскольку преступление было окончено 01.11.2017, то есть в период действия УК РФ в редакции Федерального закона от 20.07.2012 N 121-ФЗ, которым указанное преступление отнесено к категории средней тяжести. Указанные изменения не влекут ухудшение положение ФИО5, поскольку не влекут изменения в части освобождении ФИО5 от назначенного наказания, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

Нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, судом не допущено.

Руководствуясь ст.ст. 389.13, 389.15, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Ленинского районного суда г.Смоленска суда от 15 июля 2025 года в отношении ФИО1 изменить:

Исключить из описательно-мотивировочной части приговора ошибочную ссылку о совершении ФИО1 преступления небольшой тяжести, указав что ею совершено преступление средней тяжести.

В остальной части приговор суда оставить без изменения, а апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в кассационном порядке, установленном гл.47.1 УПК РФ, во Второй кассационный суд общей юрисдикции. Кассационные жалоба, представление, подаются через суд первой инстанции, постановивший приговор, в течение шести месяцев со дня вступления в законную силу судебного решения, в случае же пропуска указанного срока или отказа в его восстановлении - путем подачи кассационной жалобы непосредственно в суд кассационной инстанции.

О своем участии в рассмотрении уголовного дела судом кассационной инстанции осужденная вправе ходатайствовать в кассационной жалобе, либо в течение трех суток со дня вручения ей извещения о дате, времени и месте заседания суда кассационной инстанции, если дело было передано в суд кассационной инстанции по кассационному представлению прокурора или кассационной жалобе другого лица.

Председательствующий: подпись Д.В. Ткаченко

Копия верна:

Судья Смоленского областного суда: Д.В. Ткаченко