ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

ПРЕЗИДИУМА САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО 

ГОРОДСКОГО СУДА

№44г-238/2018

Санкт-Петербург

28 ноября 2018 г.

Президиум Санкт-Петербургского городского суда в составе:

председательствующего

Павлюченко М.А.

и членов президиума

ФИО1, ФИО2,

ФИО3 

при секретаре

ФИО4

рассмотрел в открытом судебном заседании гражданское дело №2-4/2018-194 по иску Акционерного общества "Страховая компания ГАЙДЕ" к ФИО5 о возмещении убытков в порядке регресса,

на основании кассационной жалобы АО "СК ГАЙДЕ" на решение мирового судьи судебного участка №194 Санкт-Петербурга от 11 января 2018 г. и на апелляционное определение Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 8 мая 2018 г., переданной для рассмотрения в судебном заседании президиума Санкт-Петербургского городского суда определением судьи от 6 ноября 2018 г.

Заслушав доклад судьи Рогачева И.А., президиум 

УСТАНОВИЛ:

АО "СК "ГАЙДЕ" обратилось в суд с требованием о взыскании с ФИО5 в порядке регресса суммы убытков (материального ущерба) в размере 15.300 руб., ссылаясь на следующие обстоятельства:

- в дорожно-транспортном происшествии, имевшем место 21.02.2016 на 130 км автодороги "Россия" в Конаковском районе Тверской области, был поврежден автомобиль "КИА CEED", принадлежащий Б.., вторым участником ДТП являлся ответчик ФИО5, управлявший автомобилем "ДАФ"; 

- оформление ДТП было произведено водителями без участия сотрудников полиции; 

- ПАО "Росгосстрах", у которого была застрахована гражданская ответственность Б. по договору ОСАГО, по обращению последнего в порядке прямого возмещения убытков произвело страховую выплату в его пользу в размере 15.300 руб. на основании извещения о ДТП, в котором было отражено нарушение правил дорожного движения со стороны ФИО5,

- АО "СК ГАЙДЕ", у которого была застрахована ответственность ФИО5 по договору ОСАГО, по обращению ПАО "Росгосстрах" возместило ему произведенную страховую выплату;

- у истца возникло право регрессного требования к ФИО5, поскольку тот в нарушение норм ст.14 Федерального закона от 25.04.2002 №40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" не направил своему страховщику экземпляр заполненного совместно с потерпевшим бланка извещения о ДТП.

Решением мирового судьи судебного участка №194 Санкт-Петербурга от 11.02.2018, оставленным без изменения апелляционным определением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 08.05.2018, в удовлетворении требования истца отказано.

В кассационной жалобе, направленной почтой 08.08.2018 и поступившей в Санкт-Петербургский городской суд 14.08.2018, АО "СК ГАЙДЕ" просит отменить вышеназванные судебные постановления, считая их не соответствующими нормам материального права, и удовлетворить исковые требования.

Дело истребовано определением судьи Санкт-Петербургского городского суда от 04.09.018, поступило 26.09.2018. Определением судьи от 06.11.2018 кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании президиума Санкт-Петербургского городского суда.

Дело рассмотрено президиумом в отсутствие сторон, а также представителя третьего лица – ПАО СК "Росгосстрах", надлежаще извещенных о времени и месте судебного заседания телефонограммами, а также судебными повестками, полученными ими лично, о причинах неявки не сообщивших.

В силу статьи 387 ГПК РФ основаниями для отмены или изменения судебных постановлений в кассационном порядке являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли на исход дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов.

Обсудив доводы кассационной жалобы, проверив материалы дела, президиум находит, что такие нарушения допущены судами первой и апелляционной инстанции.

Соответствуют нормам материального права доводы кассационной жалобы АО "СК ГАЙДЕ" о том, что ввиду неисполнения ответчиком ФИО5 обязанности по направлению в адрес истца экземпляра извещения о дорожно-транспортном происшествии оценка действий водителей на предмет признания одного из них потерпевшим была возможна только на основании информации, содержащейся в извещении, представленном Б., которая указывает на вину в ДТП водителя ФИО5, при этом отсутствие прямого подтверждения вины этого водителя в извещении о ДТП не исключало определения виновника происшествия страховщиком на основе представленных ему материалов, с учетом действующих правил дорожного движения.

Пунктом 1 статьи 14 Федерального закона от 25.04.2002 N 40-ФЗ "Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств" (далее – ФЗ "Об ОСАГО") предусмотрено, что к страховщику, осуществившему страховое возмещение, переходит право требования потерпевшего к лицу, причинившему вред, в размере осуществленного потерпевшему страхового возмещения, если, в частности, указанное лицо в случае оформления документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции не направило страховщику, застраховавшему его гражданскую ответственность, экземпляр заполненного совместно с потерпевшим бланка извещения о дорожно-транспортном происшествии в течение пяти рабочих дней со дня дорожно-транспортного происшествия (подпункт "ж").

Судебные инстанции при рассмотрении дела правильно исходили из того, что по смыслу данного положения закона регрессное требование подлежит предъявлению к лицу, ответственному за вред, в связи с чем условием удовлетворения иска является установление того, что именно ответчик ФИО5 является причинителем вреда (виновником дорожно-транспортного происшествия).

Вместе с тем, отказывая в удовлетворении требования АО "СК ГАЙДЕ", суды на основе оценки содержания представленных документов пришли к выводу о том, что ими не подтверждается нарушение правил дорожного движения со стороны ФИО5 и признание им своей вины в ДТП, т.е. по существу установили, что составленные водителями на месте происшествия документы не давали оснований для осуществления страховой выплаты ни ПАО "Росгосстрах" (в пользу Б.), ни АО "СК ГАЙДЕ" (в пользу ПАО "Росгосстрах").

Однако этот вывод не соответствует правилам оценки доказательств, установленным ст.67 ГПК РФ, сделан также без учета порядка распределения бремени доказывания между владельцами транспортных средств – участниками ДТП, вытекающего из положений статей 1064 и 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Оформление документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции предусмотрено ст.11.1 ФЗ "Об ОСАГО" (введена Федеральным законом от 21.07.2014 №223-ФЗ).

В силу подпункта "в" пункта 1 указанной статьи (в редакции, действовавшей на момент ДТП 21.02.2016) одним из условий, совокупность которых позволяет применить такой порядок оформления документов о дорожно-транспортном происшествии, является то, что обстоятельства причинения вреда в связи с повреждением транспортных средств в результате дорожно-транспортного происшествия, характер и перечень видимых повреждений транспортных средств не вызывают разногласий участников происшествия и зафиксированы в извещении о дорожно-транспортном происшествии, бланк которого заполнен водителями причастных к дорожно-транспортному происшествию транспортных средств в соответствии с правилами обязательного страхования.

В соответствии с требованиями пункта 2 той же статьи в случае оформления документов о дорожно-транспортном происшествии без участия уполномоченных на то сотрудников полиции бланк извещения о дорожно-транспортном происшествии, заполненный в двух экземплярах водителями причастных к дорожно-транспортному происшествию транспортных средств, направляется этими водителями страховщикам, застраховавшим их гражданскую ответственность, в течение пяти рабочих дней со дня дорожно-транспортного происшествия. Потерпевший направляет страховщику, застраховавшему его гражданскую ответственность, свой экземпляр совместно заполненного бланка извещения о дорожно-транспортном происшествии вместе с заявлением о прямом возмещении убытков.

Несоблюдение вышеназванного требования образует, по смыслу подпункта "ж" пункта 1 ст.14 ФЗ "Об ОСАГО", основание для возникновения регрессного требования к причинителю вреда у страховщика, осуществившего страховое возмещение.

При этом согласно пункту 7 ст.14.1 ФЗ "Об ОСАГО" страховщик, который застраховал гражданскую ответственность лица, причинившего вред, и возместил в счет страхового возмещения по договору обязательного страхования страховщику, осуществившему прямое возмещение убытков, возмещенный им потерпевшему вред, в предусмотренных статьей 14 этого Федерального закона случаях имеет право требования к лицу, причинившему вред, в размере возмещенного потерпевшему вреда.

Поскольку, исходя из приведенных выше положений статьи 11.1 ФЗ "Об ОСАГО", использование владельцами транспортных средств упрощенного порядка оформления документов о ДТП (без участия сотрудников полиции) само по себе предполагает, что между этими лицами отсутствуют разногласия в оценке обстоятельств происшествия, данное обстоятельство подлежит учету при оценке доказательственного значения таких документов, даже если в них не содержится прямого указания о нарушении правил дорожного движения одним из водителей, но отраженные в них фактические данные позволяют сделать вывод о таком нарушении.

Как следует из материалов дела, обратившись в ПАО "Росгосстрах" 25.02.2016 с заявлением о прямом возмещении убытков, Б. приложил к нему извещение о ДТП, заполненное им самим и ФИО5 (л.д.14, 15), в котором, помимо данных о водителях, содержалась следующая информация об обстоятельствах ДТП: 

- схема происшествия, на которой изображены расположенные в одной полосе друг за другом транспортные средства А (автомобиль "КИА") и В (автомобиль "ДАФ"), без указания направления их движения, данных о маневрировании, в том числе перестроении, а также без отражения взаимного расположения автомобилей в момент их контакта, 

- сведения о том, что каждый из автомобилей столкнулся с транспортным средством, двигавшимся в том же направлении по другой полосе (в другом ряду) – отметка в пунктах 11 левой и правой стороны извещения, без отметок в других пунктах, 

- сведения о повреждениях автомобиля "КИА": правое переднее крыло, зеркало заднего вида правое, бампер передний, правая дверь передняя.

Кроме того, в извещении о ДТП (на оборотной стороне) содержалось объяснение Б. об обстоятельствах происшествия, согласно которому он ехал по шоссе в крайнем левом ряду, увидел, как перестраивается фура, пытался остановиться, но всё равно получил удар в правую переднюю часть автомобиля (л.д.16).

Таким образом, содержание извещения имело противоречия: схема ДТП не соответствовала данным о движении автомобилей в одном направлении по разным полосам, письменные объяснения Б. не соответствовали ни схеме, ни вышеназванным данным.

Как видно из материалов дела, письмом ПАО "Росгосстрах" от марта 2016 г. Б. первоначально было отказано в удовлетворении его заявления о прямом возмещении убытков с указанием на ненадлежащее оформление извещения о ДТП (незаполненный пункт 8 лицевой стороны извещения, предназначенный для сведений о том, производилось ли оформление ДТП сотрудниками ГИБДД, а также пункт 14, предназначенный для указания повреждений автомобиля "ДАФ" - л.д.102-103).

После направления указанного сообщения водителями Б. и ФИО5 26.03.2016 было произведено дооформление извещения, представленного в ПАО "Росгосстрах", а именно сделаны дописки, удостоверенные подписями обоих водителей: указано стрелкой направление движения автомобилей, исходя из чего автомобиль "КИА" двигался впереди автомобиля "ДАФ", а также сделана запись "Повреждений нет" в графе 14 извещения в отношении автомобиля "ДАФ" (л.д.86).

На основании указанного исправленного извещения и акта осмотра поврежденного автомобиля "КИА" ПАО "Росгосстрах" 05.04.2016 было принято решение о страховой выплате (л.д.111-115).

Таким образом, на стадии рассмотрения страховщиками документов о страховом событии письменные объяснения Б. об обстоятельствах ДТП оценивались во взаимосвязи с данными о повреждениях его автомобиля, недостатки составленной водителями схемы ДТП и неполнота сделанных ими отметок в извещении относительно движения транспортных средств не исключали для страховщиков возможности сделать вывод об обстоятельствах ДТП на основе совокупности представленных материалов, при этом объяснения Б. и другие данные, из которых исходили страховщики, ФИО5 в ходе рассмотрения документов о страховом случае не опровергались, возражений относительно права Б. на получение страхового возмещения от его страховщика ответчиком не высказывалось.

Более того, в материалах дела вообще отсутствует копия того экземпляра извещения о ДТП, который должен был остаться у ответчика и мог бы содержать его собственные объяснения относительно обстоятельств ДТП, что полностью согласуется с доводами истца о том, что ему не был направлен соответствующий экземпляр извещения. 

Как следует из материалов дела, оно было рассмотрено судом первой инстанции с участием ответчика ФИО5, который не признал исковые требования, пояснил, что не виноват в ДТП; когда он начал совершать маневр, то машин не было, уже потом ему по рации сообщили, что "под него подлез другой автомобиль"; в случае контакта автомобилей повреждения автомобиля истца были бы серьезнее, при этом на транспортном средстве ответчика никаких повреждений не было; виновником ДТП считает второго водителя, так как им не была соблюдена дистанция и скоростной режим (л.д.121). 

Однако позиция ответчика вступает в противоречие с тем фактом, что водителями был использован упрощенный порядок оформления документов о ДТП, предполагающий, как указано выше, что между ними отсутствуют разногласия относительно обстоятельств происшествия, при этом в процессе рассмотрения заявления о страховом случае он соответствующих возражений не высказывал, т.е. не сообщил о наличии разногласий, и сам обязанность по оформлению и направлению страховщику своего экземпляра извещения не исполнил; каких-либо объяснений о причинах неисполнения данной обязанности ФИО5 в ходе судебного разбирательства не дал.

В свою очередь, поскольку в ситуации столкновения транспортных средств каждое из них, являясь источниками повышенной опасности, оказывает вредоносное воздействие на другое, то с учетом правил пункта 3 ст.1079 и ст.1064 ГК РФ каждый из владельцев автомобилей может рассматриваться как причинитель вреда, чья вина предполагается и должна опровергаться этим лицом. 

В данном случае ФИО5, подтвердив ранее факт участия в ДТП путем составления извещения совместно с Б. не представил никаких доказательств в опровержение сведений об обстоятельствах ДТП, из которых исходили страховщики.

К тому же, ставя в ходе судебного разбирательства под сомнение возможность контакта между транспортными средствами, ФИО5 вместе с тем указал, что маневрировал и что получил по рации сообщение об имевшем место происшествии, однако эти данные судами также не оценены.

Кроме того, пунктом 22 ст.12 ФЗ "Об ОСАГО" (в редакции, действовавшей на момент ДТП) предусмотрено, что в случае, если степень вины участников дорожно-транспортного происшествия судом не установлена, застраховавшие их гражданскую ответственность страховщики несут установленную настоящим Федеральным законом обязанность по возмещению вреда, причиненного в результате такого дорожно-транспортного происшествия, в равных долях. Каких-либо положений, которые исключали бы применение данной нормы в случае оформления документов о ДТП в порядке, предусмотренном ст.11.1 ФЗ "Об ОСАГО", этот Закон не содержит.

Следовательно, даже в случае недоказанности вины водителей, при наличии оснований регрессной ответственности одного из них не исключается определение объема ответственности по указанным выше правилам.

Таким образом, судебными инстанциями неправильно применены нормы материального права, в связи с этим неверно определены и не оценены юридически значимые обстоятельства, от которых зависело разрешение спора, в связи с чем принятые судебные постановления подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Руководствуясь статьями 387-390 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, президиум

П О С Т А Н О В И Л:

Решение мирового судьи судебного участка №194 Санкт-Петербурга от 11 января 2018 г. и апелляционное определение Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 8 мая 2018 г. отменить, дело направить во Фрунзенский районный суд Санкт-Петербурга для разрешения вопроса о его передаче на новое рассмотрение другому мировому судье.

Председательствующий М.А.Павлюченко