Судья Копылов Д.Э.

РЕШЕНИЕ

 № 7-97/2019

(дело № 5-80/2019)

3 сентября 2019 г. г. Ростов-на-Дону

Судья Северо-Кавказского окружного военного суда Опанасенко Валерий Сергеевич (

<

...>), при секретаре Семенюк Т.В., с участием лица, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении – С.А.ВА., рассмотрев дело об административном правонарушении по жалобе военнослужащего войсковой части № 

<

данные изъяты>

ФИО1, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в 

<

адрес>, женатого, имеющего малолетнего ребенка ДД.ММ.ГГГГ подвергавшегося административному наказанию 28 августа 2018 г. по ч. 2 ст. 12.9 КоАПРФ, проживающего по адресу: 

<

адрес>

на постановление судьи Крымского гарнизонного военного суда от 16 июля 2019 г. о назначении административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ,

УСТАНОВИЛ:

Как следует из материалов дела, водитель ФИО1 признан виновным в том, что ДД.ММ.ГГГГ на 

<

адрес>, управляя транспортным средством, в нарушение требований п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ отказался от выполнения законного требования уполномоченного должностного лица о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения, т.е. совершил правонарушение, предусмотренное ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ. В связи с этим ФИО1 назначено наказание в виде административного штрафа в размере 30000 руб. с лишением права управления транспортными средствами на срок 1 год 8 месяцев.

В жалобе, поданной в порядке пересмотра, ФИО1 просит постановление судьи ввиду незаконности и необоснованности отменить, производство по делу прекратить.

В обоснование автор жалобы, ссылаясь на нормы КоАП РФ и разъяснения Пленума Верховного Суда РФ, приводя собственный анализ доказательств по делу, утверждает, что дело не было рассмотрено судьей объективно, полно и всесторонне, а сделанные выводы не соответствуют имеющимся в деле доказательствам, которым надлежащая оценка не дана. Неустранимые сомнения в доказанности вины ФИО1 не истолкованы в его пользу.

Так, транспортным средством он не управлял, водителем применительно к составу вмененного административного правонарушения не являлся. Он лишь выполнил требование сотрудника ДПС и перегнал транспортное средство на несколько метров, предупредив последнего о нахождении в состоянии опьянения. При этом наличие такого требования подтверждается не только показаниями свидетелей ФИО5 и ФИО6 но и инспектора ДПС ФИО10 

Судья оставил без оценки то обстоятельство, что видеосъемка началась с момента движения транспортного средства, а не с дачи распоряжения о его «перепарковке». Между тем, данное обстоятельство свидетельствовало о том, что инспектор ДПС, будучи осведомленным о нахождении его в состоянии опьянения, намеренно заставил его управлять транспортным средством для составления административного материала.

В то же время, ссылка в обжалованном постановлении на имеющуюся в материалах дела видеозапись несостоятельна, поскольку при ее оценке судьей не учтены разъяснения, содержащиеся в п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 июня 2019 г. № 20 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях, предусмотренных главой 12 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях».

Также, по мнению ФИО1, в постановлении судьи в нарушении требований ст. 29.10 КоАП РФ не указаны обстоятельства, установленные при рассмотрении дела.

Судья заранее отдал предпочтение составленным сотрудником полиции процессуальным документам, что свидетельствует о нарушении принципа презумпции невиновности.

При этом показания свидетеля ФИО5, согласующиеся с его объяснениями по делу, судьей безосновательно отвергнуты.

В ходе рассмотрения жалобы ФИО1 также отметил, что судья необоснованно признал отягчающим наказание обстоятельством повторное совершение им однородного административного правонарушения, поскольку не учел, что автомобилем марки «

<

данные изъяты>», который зарегистрирован на ФИО1, управлял его брат и именно он совершил административные правонарушения, зафиксированные работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами.

Рассмотрев материалы дела и доводы жалобы, заслушав выступление ФИО1 нахожу, что выводы судьи соответствуют фактическим обстоятельствам содеянного ФИО1 и основаны на исследованных доказательствах, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывает. 

Нормы материального и процессуального права при разрешении дела применены правильно. Вопреки доводу жалобы, в описательно-мотивировочной части постановления приведены доказательства и установленные судьей на их основании фактические обстоятельства.

В соответствии с п. 2.3.2 Правил дорожного движения РФ водитель транспортного средства обязан по требованию должностных лиц, которым предоставлено право государственного надзора и контроля за безопасностью дорожного движения и эксплуатации транспортного средства, проходить освидетельствование на состояние алкогольного опьянения и медицинское освидетельствование на состояние опьянения.

Направление ФИО1 на медицинское освидетельствование на состояние опьянения осуществлено должностным лицом Госавтоинспекции в пределах его компетенции, установленной ч. 2 ст. 27.12 КоАП РФ.

В силу ч. 1.1 ст. 27.12 КоАП РФ требование сотрудника полиции о прохождении медицинского освидетельствования на состояние опьянения признается законным при наличии достаточных оснований полагать, что водитель находится в состоянии опьянения. Поводом для направления этого водителя на медицинское освидетельствование на состояние опьянения является его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения либо его несогласие с результатами освидетельствования, а равно наличие достаточных оснований полагать, что лицо находится в состоянии опьянения, при отрицательном результате освидетельствования на состояние алкогольного опьянения.

Согласно п. 3 Правил освидетельствования лица, которое управляет транспортным средством, на состояние алкогольного опьянения и оформления его результатов, направления указанного лица на медицинское освидетельствование на состояние опьянения, медицинского освидетельствования этого лица на состояние опьянения и оформления его результатов, утвержденных постановлением Правительства РФ от 26 июня 2008 г. № 475, достаточными основаниями полагать, что водитель находится в состоянии опьянения, является наличие одного или нескольких следующих признаков: запах алкоголя изо рта, неустойчивость позы, нарушение речи, резкое изменение окраски кожных покровов лица, а также поведение, не соответствующее обстановке.

Как видно из протокола о направлении на медицинское освидетельствование на состояние опьянения (

<

данные изъяты>), составленного в отношении водителя ФИО1 в связи с наличием запаха алкоголя изо рта, неустойчивостью позы и нарушением речи, обстоятельством, послужившим законным основанием для направления ФИО1 на медицинское освидетельствование, явился его отказ от прохождения освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, заявленный сотруднику полиции.

Эти обстоятельства не оспариваются в жалобе и подтверждаются протоколами об административном правонарушении и об отстранении от управления транспортным средством, актом освидетельствования на состояние алкогольного опьянения, показаниями инспектора ДПС ФИО10, а также видеозаписью.

Протоколы процессуальных действий составлены согласно процедуре их оформления, установленной КоАП РФ, и с применением видеозаписи, достоверность и объективность их содержания сомнений не вызывает.

Меры обеспечения производства по делу об административном правонарушении применены к ФИО1 в соответствии с требованиями ст.27.12 КоАП РФ.

Версия ФИО1, подкрепленная в суде показаниями его знакомого ФИО5, о том, что инспектор ДПС, будучи предупрежденным ФИО1 о нахождении в состоянии алкогольного опьянения, потребовал от него лично переместить транспортное средство, правильно отвергнута судьей как противоречащая материалам дела и не заслуживающая доверия.

Так, инспектор ДПС ФИО10 в суде показал, что ФИО1 по его просьбе и без какого-либо принуждения переставил транспортное средство, о нахождении в состоянии опьянения при этом не заявлял. Признаки опьянения у ФИО1 были выявлены уже после этого, когда выяснялся вопрос об отсутствии регистрационных знаков на транспортном средстве последнего.

Из показаний свидетеля ФИО6, являвшейся очевидцем управления ФИО1 транспортным средством, следует, что она не слышала как ФИО1 перед выполнением просьбы сотрудника полиции сообщал о нахождении в состоянии опьянения.

Каких-либо оснований для признания недопустимыми доказательствами показаний свидетелей ФИО10 и ФИО6, как и оснований не доверять им, у судьи не имелось. Заинтересованность указанных свидетелей в исходе дела материалами дела не подтверждена. 

Об отсутствии незаконного воздействия на ФИО1 со стороны инспектора ДПС и добровольности выполнения им просьбы последнего о перестановке транспортного средства свидетельствует и приложенная к материалам дела видеозапись.

Из этого следует, что довод автора жалобы об оказании на него незаконного воздействия со стороны сотрудника полиции, является надуманным.

Ссылка автора жалобы на то, что он управлял транспортным средством всего лишь несколько метров на квалификацию его действий не влияет. 

Согласно п. 1.2 Правил дорожного движения РФ водителем является лицо, управляющее каким-либо транспортным средством.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 2 вышеуказанного постановления Пленума Верховного Суда РФ, управление транспортным средством представляет собой целенаправленное воздействие на него лица, в результате которого транспортное средство перемещается в пространстве.

Учитывая изложенное, вывод судьи гарнизонного военного суда о том, что ФИО1 являлся водителем, на которого распространялось требование п.2.3.2 Правил дорожного движения РФ, следует признать правильным. 

Довод жалобы о том, что при вынесении постановления судья необоснованно сослался на видеозапись, является несостоятельным.

Каких-либо сведений, указывающих на недопустимость видеозаписи, материалы дела не содержат. Обстоятельства того, что данная видеозапись состоит из нескольких частей, не свидетельствуют о ее недопустимости, поскольку фрагменты видеозаписи являются последовательными, и предусмотренные ч. 2 ст.27.12 КоАП РФ сведения на них зафиксированы.

Утверждение же автора жалобы о наличии провокации со стороны инспектора ДПС направлено на переоценку представленных в гарнизонный военный суд доказательств, не опровергает выводы судьи, в связи с чем подлежит отклонению как необоснованное.

Исходя из вышеприведенных фактических обстоятельств по делу, ссылку в жалобе на наличие неустранимых сомнений в доказанности вины ФИО1 в совершении вмененного административного правонарушения, нельзя признать состоятельной.

Таким образом, обстоятельства, подлежащие доказыванию по делу об административном правонарушении, установлены судьей в достаточном объеме и получили должную оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ, а изложенный в обжалуемом постановлении вывод о наличии в действиях ФИО1 события и состава правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 12.26 КоАП РФ, является обоснованным и мотивированным.

Согласно п. 2 ч. 1 ст. 4.3 КоАП РФ, в качестве обстоятельства, отягчающего административную ответственность, необходимо учитывать повторное совершение однородного административного правонарушения, если за совершение первого административного правонарушения лицо уже подвергалось административному наказанию, по которому не истек предусмотренный ст. 4.6 КоАП РФ годичный срок со дня окончания исполнения постановления о назначении административного наказания.

Вывод судьи гарнизонного военного суда о наличии по делу указанного отягчающего административную ответственность обстоятельства подтверждается списком правонарушений (

<

данные изъяты>). Согласно данному списку 12 июля 2018 г. в отношении ФИО1 вынесено постановление о привлечении к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.9 КоАП РФ, которое вступило в законную силу 28 августа 2018 г.

В соответствии с ч. 2 ст. 2.6.1 КоАП РФ собственник (владелец) транспортного средства освобождается от административной ответственности, если в ходе рассмотрения жалобы на постановление по делу об административном правонарушении, вынесенное в соответствии с ч. 3 ст.28.6 КоАП РФ, будут подтверждены содержащиеся в ней данные о том, что в момент фиксации административного правонарушения транспортное средство находилось в пользовании другого лица.

Между тем, сведений об обжаловании ФИО1 в установленном законом порядке постановления от 12 июля 2018 г. о привлечении его к административной ответственности по ч. 2 ст. 12.9 КоАП РФ в материалах дела не содержится, в жалобе не приведено и ФИО1 не представлено. Всвязи с этим довод ФИО1 о несовершении им указанного административного правонарушения, ввиду нахождения транспортного средства в момент фиксации административного правонарушения в пользовании другого лица, является беспредметным, так как не подлежит оценке в рамках производства по настоящему делу. 

Таким образом, поскольку годичный срок с момента уплаты штрафа за совершение вышеуказанного административного правонарушения в области дорожного движения не истек, судья обоснованно признал обстоятельством, отягчающим административную ответственность, повторное совершение ФИО1 однородного административного правонарушения.

Учитывая изложенное, назначенное Сарайкину административное наказание соответствует тяжести содеянного, данным о личности виновного и определено с учетом обстоятельства, отягчающего административную ответственность, в пределах санкции ч. 1 ст.12.26 КоАП РФ.

Нарушений, которые могли бы дать основания для вывода о необходимости отмены или изменения судебного постановления, из дела не усматривается.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 30.6 и 30.7 КоАП РФ, судья

РЕШИЛ:

Постановление судьи Крымского гарнизонного военного суда от 16 июля 2019 г. о назначении ФИО1 административного наказания за совершение правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 12.26 КоАП РФ, оставить без изменения, а его жалобу – без удовлетворения.

Судья В.С. Опанасенко