УИД №

Дело № 2-2285/2021

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

26 июля 2021 года Кировский районный суд г. Перми в составе:

председательствующего судьи Аристовой Н.Л.,

при секретаре судебного заседания Накоховой В.Ю.,

с участием истца ФИО1, представителя истца ФИО2, по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к администрации г. Перми о признании права собственности на недвижимое имущество,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к администрации г. Перми о признании права собственности на имущество: баню (Лит. Г), площадью 17,1 кв.м.; сарай (Лит. Г1), площадью 15,4 кв.м.; деревянный забор длиной 107,2 м.; колодец, расположенные на земельном участке 

<

адрес>

В обоснование заявленных исковых требований указано, что мать истца, Д., умерла ДД.ММ.ГГГГ. Завещание не составила. Истец является наследником первой очереди по закону. Других наследников первой очереди не имеется. В браке мать истца не состояла, в свидетельстве о рождении истца в графе «отец» пропуск. В состав наследства входит часть домовладения № по 

<

адрес>, состоящая из бани, сарая, деревянного забора, колодца, находящегося на земельном участке 

<

адрес>. Согласно договора купли-продажи домовладения от 17.09.1968 мать истца Д. купила домовладение, состоящее из одноэтажного жилого дома, жилой площадью 13,2 кв.м., находящееся по 

<

адрес>, удостоверенного нотариусом Кировской Государственной нотариальной конторы Б. 17 сентября 1968 года, прошедшего регистрацию в БТИ при Пермском Горисполкоме и расположено на участке земли мерою 500 кв.м. по 

<

адрес>. В документах технической инвентаризации указанного домовладения от 27 декабря 1964 года имеется план земельного участка по 

<

адрес>, на котором отображено местоположение индивидуального жилого дома с надворными постройками и огорода. Земельный участок по 

<

адрес> является многоконтурным, так как на одной части земельного участка расположен индивидуальный жилой дом, через 

<

адрес> расположена вторая часть земельного участка данного домовладения, используемая под огород и на которой находится баня, сарай, колодец. Границы земельного участка обозначены деревянным забором. Также в карточку технической инвентаризации от 27 декабря 1964 года внесены сведения о сносе дома 20 июля 1977 года по 

<

адрес>. Учитывая тот факт, что индивидуальный жилой дом демонтирован, собственником домовладения использовалась только часть земельного участка и хозяйственные постройки, возведенные на данной части домовладения, используемой под огород. Первичная техническая инвентаризация домовладения проведена в 1964 году по заявлению бывшего собственника Н.. 29 сентября 1967 года указанное домовладение, согласно договору купли-продажи, переходит в собственность Н.1., который 17 сентября 1968 года продает домовладение матери истца Д. Именно Н.1. построены баня, сарай, колодец для удовлетворения собственных нужд на земельном участке, используемом под огород. Однако Н.1. не провел инвентаризацию данных строений и сооружений и не включил данные постройки в документы ранее существующего домовладения, а 17 сентября 1968 года продал домовладение по имеющейся у него технической инвентаризации от 27 декабря 1964 года. В течение установленного срока истец не обратилась к нотариусу с заявлением о принятии наследства. Однако в течение 6-месячного срока совершила действия, являющиеся фактическим принятием наследства. В частности, с 10 июня 1999 года вступила во владение следующим имуществом: баней (лит. Г), площадью 17.1 кв.м., сараем (лит. Г1), площадью 15,4 кв.м., забором 107,2 кв.м., колодцем (лит. Г2), находящимися по 

<

адрес> В течение 6 месяцев после смерти матери произвела ремонт в бане, заменила прогнившие доски пола, перекрыла крышу новым шифером на бане и сарае, сменила замки в бане и в сарае, частично поменяла столбы и доски забора, установила новую калитку. Таким образом, приняла меры по сохранению имущества, а также защиту его от посягательств или притязаний третьих лиц. 9 декабря 2019 года истец обращалась в Департамент ....... с заявлением об изменении / уточнении адреса, так как в настоящее время 

<

адрес> имеет земельный участок с кадастровым номером № и расположенный в границах участка индивидуальный жилой дом. В ответ на заявление истца Департамент ....... указал, что заявителями на получение муниципальной услуги «Осуществление адресации объектов недвижимости» являются граждане, юридические лица, индивидуальные предприниматели – собственники или владельцы объектов адресации либо их уполномоченные представители. Следовательно, адрес домовладения по 

<

адрес>, принадлежащего Д., в настоящее время изменить или уточнить не представляется возможным. После чего истец обратилась к кадастровому инженеру ООО «.......» З. для подтверждения того факта, что баня, сарай, забор, колодец, расположенные по 

<

адрес>, на земельном участке с кадастровым номером № являются частью домовладения по 

<

адрес>. Из полученного заключения кадастрового инженера ООО «.......» следует, что баня, сарай, забор, яма, находящиеся на земельном участке с кадастровым номером №, расположенный по 

<

адрес> являются частью домовладения № по 

<

адрес>, собственником которого являлась Д. За весь продолжительный период владения и пользования частью домовладения в виде бани, сарая, колодца и земельного участка (более 42 лет) ни со стороны государственных федеральных органов исполнительной власти, органов местного самоуправления, а также каких-либо третьих лиц претензий по использованию части домовладения и земельного участка не было. С 1999 года истец фактически открыто, добросовестно непрерывно владела имуществом, несла бремя его содержания (обрабатывала земельный участок, заключала договоры на ремонт имущества и прочее), в связи с чем полагает, что имеются основания для признания права собственности на спорное имущество.

Истец, ее представитель в судебном заседании на заявленных требованиях настаивали.

Ответчик администрация г. Перми в судебное заседании своего представителя не направил, извещен надлежащим образом, просил рассмотреть дело без участия его представителя. В представленных возражениях по иску указал, что администрация г.Перми с исковыми требованиями не согласна, считает их незаконными, необоснованными и не подлежащими удовлетворению. Требования о включении спорного имущества в состав наследства истцом не заявлены. Истец не приводит доказательств совершения действий, свидетельствующих о фактическом принятии наследства. В материалах дела отсутствуют доказательства того, что объекты по адресам: 

<

адрес> и 

<

адрес> принадлежали наследодателю (Д.) на каком-либо вещном праве. Учитывая, что спорные объекты не являются имуществом, принадлежащим наследодателю на законных основаниях, они не могут быть включены в наследственную массу. Согласно сведениям автоматизированной информационной системы обеспечения градостроительной деятельности разрешительная документация на строительство или реконструкцию объектов капитального строительства на земельных участках по адресам: 

<

адрес> и 

<

адрес> (№) отсутствует. Обращений с разрешением (уведомлением) о строительстве или реконструкции на данных участках в департамент градостроительства и архитектуры администрации города Перми не поступали. Поскольку наследодатель не обращался в установленном законом порядке за государственной регистрацией права собственности на спорные объекты как объекты недвижимости, то оснований для признания права собственности на спорные объекты за истцом не имеется. Таким образом, администрация города считает невозможным признание за истцом права собственности на спорные объекты, расположенные на земельном участке по 

<

адрес> с кадастровым номером №, поскольку отсутствуют доказательства о предоставлении земельного участка для строительства, а также отсутствуют правоустанавливающие документы на имущество и разрешение на возведение объектов с соблюдением градостроительных и строительных норм. Кроме того, в исковом заявлении указано, что домовладение по 

<

адрес>, в 1977 году было демонтировано. Таким образом, право собственности на домовладение по 

<

адрес> прекратилось с момента, когда дом был снесен. При разрешении вопроса о признании вещи недвижимостью, независимо от осуществления государственной регистрации права собственности на нее, следует устанавливать наличие у нее признаков, способных относить ее в силу природных свойств или на основании закона к недвижимым объектам. Спор по настоящему делу возник в отношении строений хозяйственного назначения – бани, колодца, сарая, деревянного забора. Из материалов дела следует, что спорные объекты не обладают признаками недвижимого имущества.

Суд, выслушав участников процесса, исследовав представленные доказательства, пришел к следующему. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности. В частности, гражданские права и обязанности возникают в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом.

Согласно пункту 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании договора купли-продажи, мены, дарения или иной сделки об отчуждении этого имущества.

Кроме того, в силу пункта 3 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях и в порядке, предусмотренных названным кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

Так, пунктом 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность).

Решением ....... районного суда г. Перми от 10 августа 2020 года по делу № ФИО1 в удовлетворении исковых требований к Администрации г. Перми о признании в порядке наследования права собственности на часть домовладения, состоящего из бани (Лит. Г), площадью 17,1 кв.м., сарая (Лит.Г1), площадью 15,4 кв.м., деревянного забора длиной 107,2 м, колодца, расположенных на земельном участке 

<

адрес>, отказано.

При рассмотрении указанного дела судом установлены следующие обстоятельства.

ДД.ММ.ГГГГ умерла Д.

Наследником первой очереди после смерти Д. является ФИО1 (дочь). 

Наследственное дело № к имуществу Д., умершей ДД.ММ.ГГГГ, уничтожено в связи с истечением срока хранения. 

Согласно свидетельству о праве на наследство по закону от 14 апреля 2000 года, выданному нотариусом Пермского городского нотариального округа П., наследницей имущества Д. является ее дочь ФИО1; наследственное имущество, на которое выдано настоящее свидетельство, состоит из: денежных средств в ....... на счетах наследодателя. 

В соответствии со справкой от 26 ноября 2019 года №, выданной ООО Управляющая компания «.......», на дату смерти Д. проживала совместно с дочерью - ФИО1 по 

<

адрес>, где была зарегистрирована в период с 13 октября 1998 года по 10 июня 1999 года.

Обстоятельства совместного проживания ФИО1 со своей матерью Д. на день смерти последней, обращения ФИО1 после смерти матери – Д. к нотариусу для вступления в наследство, заведение нотариусом наследственного дела к имуществу умершей Д. и в последствии выдача ФИО1 свидетельства о праве на наследство по закону на наследственное имущество в виде денежных средств на счетах наследодателя свидетельствуют о вступлении ФИО1 в установленном законом порядке в наследство после смерти своей матери Д., что в свою очередь означает принятие истцом всего причитающегося ей наследства, в чем бы оно ни заключалось и где бы ни находилось.

На основании договора от 17 сентября 1968 года, удостоверенного нотариусом Кировской Государственной нотариальной конторы Б. 17 сентября 1968 года и прошедшего регистрацию в БТИ при Пермском горисполкоме, Д. купила у Н.1. домовладение, состоящее из одноэтажного деревянного жилого дома, жилой площадью 13,2 кв.м., находящегося по 

<

адрес>, и расположенного на участке мерою 500 кв.м. 

Согласно штампу Городского бюро технической инвентаризации при Пермском горисполкоме на договоре от 17 сентября 1968 года, домовладение № по 

<

адрес> зарегистрировано на праве личной собственности за Д. 17 сентября 1968 года.

В соответствии с данными домовой книги по 

<

адрес>, Д. была зарегистрирована по указанному адресу с 04 ноября 1968 года по 02 июня 1977 года, ФИО1 была зарегистрирована - с 05 марта 1974 года по 28 июля 1977 года.

В соответствии с данными технической инвентаризации домовладения по 

<

адрес>, от 27 декабря 1964 года (даты последующей инвентаризации: 15 марта 1965 года, 13 и 19 июля 1966 года), на плане земельного участка по 

<

адрес> отображено местоположение индивидуального жилого дома с надворными постройками и огорода: земельный участок по 

<

адрес> имеет две раздельные части, расположенные по разные стороны 

<

адрес>, на одной части земельного участка расположен индивидуальный жилой дом и двор, на второй части земельного участка через 

<

адрес> расположен огород. 

Из раздела II «Экспликация земельного участка» технической инвентаризации домовладения следует, что площадь земельного участка, на котором расположено домовладение по 

<

адрес>, по документам составляет 500 кв.м., фактически – 594 кв.м., в том числе: застроенная – 34 кв.м., незастроенная 560 кв.м. (под двором – 44 кв.м., под огородом – 516 кв.м.).

В соответствии с данными технической инвентаризации основных строений от 27 декабря 1964 года (даты последующей инвентаризации: 15 марта 1965 года, 13 и 19 июля 1966 года), по 

<

адрес>, располагался жилой дом (лит. А), с холодным пристроем (лит. а) и уборной (лит. а1); 20 июля 1977 года дом снесен. 

Согласно имеющейся в инвентарном и правовом деле на домовладение в 

<

адрес>, справке Одела коммунального хозяйства Исполнительного комитета ....... районного Совета депутатов трудящихся Пермской области от июля 1977 года №, Коммунальным отделом ....... райисполкома взят на учет земельный участок площадью 500 кв.м. от Д., проживающей по 

<

адрес>. 

В соответствии со ст. 105 Гражданского кодекса РСФСР (утв. ВС РСФСР 11 июня 1964 года, действовавшего на момент приобретения Д. домовладения по 

<

адрес>, и на момент сноса жилого дома по указанному адресу) в личной собственности граждан могли находиться предметы обихода, личного потребления, удобства и подсобного домашнего хозяйства, жилой дом и трудовые сбережения.

Согласно ст. 106 Гражданского кодекса РСФСР (от 1964 года), в личной собственности гражданина мог находиться один жилой дом (или часть его).

Статьи 107 и 108 Гражданского кодекса РСФСР (от 1964 года) предусматривали такие основания для прекращения права личной собственности граждан на жилые помещения как: прекращение права личной собственности на жилые дома сверх одного и прекращение права личной собственности на жилой дом при наличии жилого помещения в доме государственного или общественного жилищного фонда либо в доме жилищно-строительного кооператива.

Снос в 1977 году в связи с ветхостью принадлежавшего матери истца, Д., жилого дома по 

<

адрес>, был также связан с существовавшим в то время запретом владеть более чем одним жилым помещением. Поскольку в тот период матери истца было предоставлено еще одно жилое помещение – комната в благоустроенном жилом доме, то администрация г.Перми обязала Д. снести жилой дом по 

<

адрес>. 

В соответствии с действующим гражданским законодательством право собственности прекращается при отчуждении собственником своего имущества другим лицам, отказе собственника от права собственности, гибели или уничтожении имущества и при утрате права собственности на имущество в иных случаях, предусмотренных законом (п. 1 ст. 235 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судом установлено, что в связи со сносом в 1977 году жилого дома по 

<

адрес>, право собственности матери истца, Д., на указанный индивидуальный жилой дом было прекращено. 

По сведениям ГБУ Пермского края Центр технической инвентаризации Пермского края от 21 апреля 2020 года Д. не имеет недвижимого имущества, принадлежащего ей на праве собственности. 

После сноса в 1977 году индивидуального жилого дома по 

<

адрес>, администрацией г.Перми на этой части земельного участка был сформирован новый земельный участок, который был предоставлен другим гражданам; вторая часть земельного участка домовладения, занятая огородом, баней, сараем, колодцем и забором, также имевшая 

<

адрес>, продолжала использоваться Д., а затем ее дочерью – ФИО1 В дальнейшем этой части участка был присвоен новый 

<

адрес>. До смерти матери истец совместно с ней пользовалась указанным выше земельным участком, совместно с ней проживала там по полгода; после смерти матери истец продолжает пользоваться этим земельным участком и расположенными на нем баней, колодцем, сараем, забором, произвела ремонт указанных строений. Баня, колодец, сарай и забор были построены предыдущим собственником домовладения Н.1., который их инвентаризацию не проводил. В связи с этим на момент продажи Н.1. в 1968 году домовладения Д. указанные строения и сооружения не были включены в техническую инвентаризацию домовладения от 1964 года. 

Судом установлено обстоятельство нахождения бани, сарая, колодца и забора на земельном участке домовладения по 

<

адрес>, на момент приобретения Д. индивидуального жилого дома по указанному адресу, а также обстоятельство пользования Д. и ее дочерью ФИО1 указанными строениями и земельным участком с момента приобретения матерью истца данного домовладения.

Судом также установлено, что указанная вторая часть земельного участка, входящего в домовладение по 

<

адрес>, в настоящее время состоит на кадастровом учете с кадастровым номером № и имеет 

<

адрес>, расположен другой земельный участок с кадастровым номером №. 

По данным Единого государственного реестра недвижимости 14 марта 2007 года на кадастровый учет поставлен земельный участок, площадью 603 кв.м., с кадастровым номером № расположенный по 

<

адрес>, категория земель: земли населенных пунктов, статус объекта: ранее учтенный. 

Земельному участку площадью 603 кв.м. по 

<

адрес>, категория земель: земли населенных пунктов, виды разрешенного использования: под жилой дом, кадастровый № присвоен 10 июня 1998 года; местоположение границ земельного участка не установлено в соответствии с требованиями земельного законодательства (сведения о земельном участке внесены в государственный реестр недвижимости без графических данных); права на указанный земельный участок не зарегистрированы. 

По 

<

адрес> также находится земельный участок площадью 585 кв.м. с кадастровым номером №, дата присвоения кадастрового номера 12 декабря 2005 года, категория земель: земли населенных пунктов, виды разрешенного использования: для объектов жилой застройки, правообладатель П.1. (с 16 октября 2008 года).

Право собственности ФИО3 на указанный земельный участок также подтверждается свидетельством о праве собственности от 16 октября 2008 года. 

По 

<

адрес>, находится земельный участок площадью 1517 +/- 14 кв.м. с кадастровым номером №, дата присвоения кадастрового номера 10 июня 1998 года, категория земель: земли населенных пунктов, виды разрешенного использования: для индивидуального жилищного строительства, правообладатель З.1. (с 08 октября 2015 года).

Земельный участок с кадастровым номером № по 

<

адрес>, является смежным с земельным участком с кадастровым номером №, имеющим такой же адрес. 

09 декабря 2019 года ФИО1 обратилась в Департамент ....... с заявлением об изменении адреса земельного участка с кадастровым номером №

В ответе на указанное обращение Департамент ....... указал, что в соответствии с адресным реестром города Перми в 

<

адрес> существуют 

<

адрес> и ул.Угличская. Переименование 

<

адрес> в 

<

адрес> не осуществлялось. Также в соответствии с адресным реестром г. Перми в 

<

адрес> зарегистрированы адреса: 

<

адрес> и 

<

адрес>, по которым числятся различные здания. Адреса существуют согласно сложившейся застройке. Объекты недвижимости по указанным адресам процедуру адресации не проходили. Документами о присвоении данных адресов департамент не располагает. Согласно представленным координатам земельный участок с кадастровым номером № расположен юго-восточнее здания по 

<

адрес>. Данный земельный участок процедуру адресации не проходил. Заявителями на получение муниципальной услуги «Осуществление адресации объектов недвижимости» могут являться граждане – собственники или владельцы объектов адресации. 

В техническом паспорте домовладения по 

<

адрес>, составленном 18 декабря 2019 года указано о нахождении на земельном участке площадью 663 кв.м. (по фактическому пользованию) нежилого строения (бани) площадью 17,1 кв.м., год постройки – 1967 (лит. Г), сарая площадью 15,4 кв.м. (лит. Г1), колодца площадью 7 кв.м. (лит. Г2), забора длиной 107,2 кв.м. (лит. 1).

Согласно заключению кадастрового инженера ООО «.......» З. от 30 декабря 2019 года, земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по 

<

адрес>, является частью домовладения № по 

<

адрес>, указанной в технической инвентаризации домовладений от 27 декабря 1964 года, собственником которого являлась Д.

Из указанного заключения следует, что в декабре 2019 года инженером-геодезистом ООО «Континент» проведена геодезическая съемка земельного участка с кадастровым номером 59:01:1717027:5 по фактическому использованию и определены координаты поворотных границ участка. Местоположение границ земельного участка на местности по всему периметру закреплено объектами искусственного происхождения – деревянный забор.

В документах технической инвентаризации (от 27 декабря 1964 года) приобретенного Д. по договору купли-продажи от 17 сентября 1968 года домовладения, состоящего из одноэтажного деревянного жилого дома жилой площадью – 13,2 кв.м., находящегося по 

<

адрес>, и расположенного на участке земли мерою 500 кв.м. имеется план земельного участка по 

<

адрес> в масштабе 1:500, на котором отображено местоположение индивидуального жилого дома с надворными постройками и огорода. Земельный участок по 

<

адрес> является многоконтурным, так как на одной части земельного участка расположен индивидуальный жилой дом, через 

<

адрес> расположена вторая часть земельного участка данного домовладения, используемая под огород. 

Также в карточку технической инвентаризации от 27 декабря 1964 года внесены сведения о сносе дома 20 июля 1977 года по 

<

адрес>. 

В техническом паспорте домовладения по 

<

адрес>, составленном 18 декабря 2019 года, указаны объекты недвижимости – нежилое строение (баня) площадью 17,1 кв.м. год постройки 1967 г. (лит. Г), сарай площадью 15,4 кв.м. (лит. Г1) и деревянный забор протяженностью 107,2 метра. Согласно фрагмента карты адресного реестра г. Перми относительно земельного участка с кадастровым номером № (согласно представленных заявителем координат земельного участка и зданий по 

<

адрес>, подтверждается местоположение части домовладения (используемого ранее как огород) по 

<

адрес> №, указанной в технической инвентаризации домовладений от 27 декабря 1964 года и используемой К.Г.АБ. 

Планово-картографическим материалом, представленным Управлением Росреестра по Пермскому краю от 18 февраля 2019 года подтверждается существование уточняемого земельного участка с кадастровым номером № и расположенных в его границах хозяйственных построек (см. технический паспорт от 18 декабря 2019 года) на местности более 15 лет, то есть на момент проведения аэрофотосъемки в 1998 году. 

При рассмотрении дела № суд пришел к выводу, что на момент приобретения Д. в 1968 году домовладения по 

<

адрес>, земельный участок под данным домовладением являлся многоконтурным (состоял из двух раздельных частей), обе части земельного участка имели один 

<

адрес>; на одной из частей указанного земельного участка, располагался огород и строения: баня, сарай, колодец и забор. В настоящее время данная часть земельного участка состоит на государственном кадастровом учете с кадастровым номером № и имеет 

<

адрес>. После смерти в 1999 году Д. указанным земельным участком (частью земельного участка домовладения № по 

<

адрес>, указанной в технической инвентаризации домовладений от 27 декабря 1964 года, собственником которого являлась Д.), а также расположенными на нем огородом и строениями: баней, сараем, колодцем и забором пользуется ее дочь – ФИО1 Согласно техническому паспорту домовладения по 

<

адрес>, составленному 18 декабря 2019 года, указанные объекты недвижимости (строения) имеют следующее описание: нежилое строение (баня) площадью 17,1 кв.м. год постройки 1967 г. (лит. Г), сарай площадью 15,4 кв.м. (лит. Г1), колодец глубиной 7 м. и забор длиной 107,2 м. В документы технической инвентаризации от 1964 года указанные строения на момент приобретения Д. в 1968 году домовладения не были включены. При жизни мать истца техническую инвентаризацию указанных строений (сооружений) и право собственности на них не оформляла.

На день смерти матери истца - Д. спорные строения: баня, сарай, колодец и забор, на праве собственности ей не принадлежали.

Установив, что спорные строения (сооружения): баня, сарай, колодец и забор, на момент открытия наследства после смерти Д. являлись самовольно возведенными строениями, суд пришел к выводу о том, что спорные строения (сооружения): баня (Лит.Г), площадью 17,1 кв.м., сарай (Лит.Г1), площадью 15,4 кв.м., забор длиной 107,2 м., колодец, расположенные на земельном участке с кадастровым номером № по 

<

адрес> не могут входить в состав наследства, открывшегося после смерти наследодателя Д., наследником которой является истец ФИО1, в связи с чем отказал в признании за ФИО1 в порядке наследования право собственности на часть домовладения, состоящего из бани (Лит.Г), площадью 17,1 кв.м., сарая (Лит.Г1), площадью 15,4 кв.м., деревянного забора длиной 107,2 м., колодца, расположенных на земельном участке с кадастровым номером № по 

<

адрес>. Правом собственности на земельный участок, на котором расположены спорные строения (сооружения), на день смерти наследодатель Д. не обладала, доказательств перехода к ФИО1 в порядке наследования права собственности или права пожизненного наследуемого владения указанным земельным участком материалы дела не содержат, истцом не представлено. 

Предметом настоящего рассмотрения являются требования истца о признании права собственности на спорные объекты в силу приобретательной давности.

Факт длительного использования земельного участка по 

<

адрес> (более 50 лет), расположении на данном земельном участке спорных строений: бани, колодца, сарая, туалета, принятии мер по сохранности имущества (ремонт забора, содержание в хорошем состоянии бани, ремонт крыши, полов, оплата за электроэнергию) подтвердили при рассмотрении настоящего дела свидетели С., Б.1. 

Истцом в материалы дела представлены чеки, подтверждающие оплату за электроэнергию по 

<

адрес>.

В материалы дела представлена справка кадастрового инженера Б.2. от 28 июня 2021 года №, из которой следует, что существующее строение баня и колодец являются объектами недвижимости.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 15 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» (далее - постановление N 10/22 от 29 апреля 2010 г.), при разрешении споров, связанных с возникновением права собственности в силу приобретательной давности, судам необходимо учитывать следующее:

давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности;

давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества;

давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности. Не наступает перерыв давностного владения также в том случае, если новый владелец имущества является сингулярным или универсальным правопреемником предыдущего владельца (пункт 3 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации);

владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Из указанных выше положений закона и разъяснений пленумов следует, что приобретательная давность является самостоятельным законным основанием возникновения права собственности на вещь при условии добросовестности, открытости, непрерывности и установленной законом длительности такого владения.

При этом в пункте 16 постановления № 10/22 от 29 апреля 2010 г. также разъяснено, что по смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Согласно абзацу первому пункта 19 этого же Постановления возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

Из указанного следует, что давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто, как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Как указано в п. 16 постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 29 апреля 2010 г. № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», по смыслу ст. ст. 225 и 234 ГК РФ право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

Как установлено ....... районным судом г. Перми при рассмотрении гражданского дела № право собственности на спорные строения (сооружения): баня (Лит.Г), площадью 17,1 кв.м., сарай (Лит.Г1), площадью 15,4 кв.м., забор длиной 107,2 м., колодец, расположенные на земельном участке с кадастровым номером № по 

<

адрес>, не перешло в порядке универсального правопреемства к ФИО1 после смерти ее матери Д., поскольку спорные строения являлись на момент смерти самовольно возведенными. 

В 1977 году в связи с ветхостью принадлежавшего матери истца - Д. жилого дома по 

<

адрес>, указанный жилой дом был снесен.

Снос в 1977 году жилого дома по 

<

адрес>, был также связан с существовавшим в то время запретом владеть более чем одним жилым помещением. Поскольку в тот период матери истца было предоставлено еще одно жилое помещение – комната в благоустроенном жилом доме, то администрация г.Перми обязала Д. снести жилой дом по 

<

адрес>. В связи со сносом в 1977 году жилого дома по 

<

адрес>, право собственности матери истца - Д. на указанный индивидуальный жилой дом было прекращено.

В соответствии со ст. 105 Гражданского кодекса РСФСР (утв. ВС РСФСР 11 июня 1964 года, действовавшего на момент приобретения Д. домовладения по 

<

адрес>, и на момент сноса жилого дома по указанному адресу) в личной собственности граждан могли находиться предметы обихода, личного потребления, удобства и подсобного домашнего хозяйства, жилой дом и трудовые сбережения.

Согласно ст.106 Гражданского кодекса РСФСР (от 1964 года), в личной собственности гражданина мог находиться один жилой дом (или часть его).

Статьи 107 и 108 Гражданского кодекса РСФСР (от 1964 года) предусматривали такие основания для прекращения права личной собственности граждан на жилые помещения как: прекращение права личной собственности на жилые дома сверх одного и прекращение права личной собственности на жилой дом при наличии жилого помещения в доме государственного или общественного жилищного фонда либо в доме жилищно-строительного кооператива.

В соответствии со ст. 139 Гражданского кодекса РСФСР принадлежность, то есть вещь, назначенная служить главной вещи и связанная с ней общим хозяйственным назначением, следует судьбе главной вещи, если законом или договором не установлено иное.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что право пользования спорными строениями, следующими судьбе главной вещи – жилого дома, было прекращено в силу закона вместе с прекращением права собственности на жилой дом, в силу положений действующей в то время норме ст. 139 Гражданского кодекса РСФСР. 

Из пояснений истца в предварительном судебном заседании следует, что жилой дом пришел в негодность, матери предложили ветхое жилье снести и предоставили комнату на 

<

адрес> снесли. В земельном отделе им устно разрешили пользоваться земельным участком. 

Анализируя изложенное, руководствуясь положениями ст. 218, 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в пунктах 15, 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 года № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», суд приходит к выводу о недоказанности истцом совокупности условий, необходимой для признания права собственности на имущество в силу приобретательной давности, а именно факта добросовестного владения спорным имуществом.

В данном случае отсутствует такое необходимое условие, как добросовестность, поскольку истец знала об отсутствии правовых оснований пользования спорными сооружениями на момент сноса жилого дома (в земельном комитете устно разрешили пользоваться земельным участком), о самом факте сноса жилого дома истцу было известно, снос основного строения – жилого дома прекращает права на спорные придомовые постройки, при этом, как установлено вступившим в законную силу решением ....... районного суда г. Перми от 10 августа 2020 года по делу №, сами спорные строения являются самовольно возведенными.

Таким образом, оснований для удовлетворения заявленных исковых требований не имеется.

Руководствуясь ст. ст. 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Администрации г. Перми о признании в порядке приобретательной давности права собственности на имущество: баню (Лит. Г), площадью 17,1 кв.м., сарай (Лит. Г1), площадью 15,4 кв.м.; деревянный забор, длиной 107,2 кв.м., колодец, расположенные на земельном участке с кадастровым номером № по 

<

адрес> отказать.

Решение в течение месяца со дня принятия в окончательной форме может быть обжаловано в апелляционном порядке в Пермский краевой суд через Кировский районный суд г. Перми.

Судья Н.Л. Аристова