Председательствующий Довлатбекян Г.С. 

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 22А-451/2019

28 ноября 2019 г.

г. Ростов-на-Дону

Судебная коллегия по уголовным делам Южного окружного военного суда в составе председательствующего Жидкова С.В., при секретаре судебного заседания Потапенко А.С., с участием заместителя начальника отдела – помощника военного прокурора отдела Южного военного округа 

<

данные изъяты> юстиции Завгороднего В.В., военного прокурора № военной прокуратуры гарнизона войсковая часть – полевая почта № 

<

данные изъяты> юстиции Кудаева К.А. (далее – военный прокурор гарнизона), защитников Степаняна А.А. и Левшиной Н.Р. рассмотрела в судебном заседании материалы уголовного дела по апелляционному представлению военного прокурора гарнизона Кудаева К.А. на постановление Сочинского гарнизонного военного суда от 30 сентября 2019 г. о возвращении в порядке ст. 237 УПК РФ уголовного дела в отношении военнослужащего войсковой части – полевая почта № 

<

данные изъяты> Белозерцева Артура Васильевича, обвиняемого по ч. 1 ст. 334 УК РФ, для устранения препятствий его рассмотрения судом, а также апелляционным представлению указанного военного прокурора гарнизона и апелляционной жалобе врио руководителя 105 военного следственного отдела Следственного комитета РФ майора юстиции Дерюшкина О.Ю. (далее ВСО) на частное постановление Сочинского гарнизонного военного суда от 30 сентября 2019 г.

Заслушав доклад судьи Жидкова С.В., выступления военных прокуроров Кудаева К.А. и Завгороднего В.В. в поддержку доводов апелляционных представлений и жалобы врио руководителя № ВСО, возражения защитников Степаняна А.А., Левшиной Н.Р., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

Органами предварительного следствия Белозерцев обвиняется в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 334 УК РФ.

Постановлением Сочинского гарнизонного военного суда от 30 сентября 2019 г. данное уголовное дело возвращено прокурору на основании п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ ввиду составления обвинительного заключения с нарушениями требований УПК РФ, выразившимися в неясности даты возбуждения уголовного дела, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Одновременно судом вынесено частное постановление, которым обращено внимание военного прокурора Южного военного округа и руководителя военного следственного управления Следственного комитета РФ по Южному военному округу на допущенные военным прокурором гарнизона ФИО2, врио руководителя № военного следственного отдела ФИО3 и следователем по особо важным делам указанного ВСО ФИО1 нарушения требований УПК РФ при расследовании уголовного дела в отношении ФИО4. Данные нарушения закона, как указано в частном постановлении, связаны с отсутствием в материалах уголовного дела в отношении ФИО4 постановлений начальника органа дознания о возбуждении уголовного дела от 6 марта 2019 г., его отмене военным прокурором гарнизона от 14 марта 2019 г. и от 12 августа 2019 г. о возвращении указанным прокурором уголовного дела следователю ВСО для производства дополнительного следствия. Также в частном постановлении указывается на невнесение следователем ВСО в справку к обвинительному заключению первоначальной даты направления дела прокурору гарнизона дела с обвинительным заключением и нарушения порядка ведения делопроизводства в органах военной прокуратуры. 

В апелляционном представлении военный прокурор гарнизона ФИО2, считая судебное постановление о возвращении ему уголовного дела необоснованным, просит его отменить, направив дело для рассмотрения по существу в тот же суд, но в ином составе суда.

В обоснование, приводя собственный анализ материалов уголовного дела, требования УПК РФ и постановления Пленума Верховного Суда РФ от 22 декабря 2009 г. № 28 «О применении судами норм уголовно-процессуального законодательства, регулирующих подготовку уголовного дела к судебному разбирательству», военный прокурор гарнизона утверждает, что обвинительное заключение соответствует требованиям ст. 220 УПК РФ, а изложенные в судебном постановлении выводы об обратном и необходимости по этой причине возвращения уголовного дела прокурору являются необоснованными по следующим основаниям.

Вывод суда о неопределенности даты возбуждения уголовного дела является несостоятельным, поскольку постановление начальника органа дознания о возбуждении уголовного дела от 6 марта 2019 г. в отношении ФИО4 отменено постановлением военного прокурора гарнизона от 14 марта 2019 г. Единственным основанием для производства предварительного следствия является имеющееся в материалах уголовного дела вынесенное в тот же день, т.е. 14 марта 2019 г. постановление начальника того же органа дознания о возбуждении уголовного дела, которое является законным и обоснованным, что было ранее проверено судьей гарнизонного военного суда в порядке ст. 125 УПК РФ по жалобе защитника Степанян. Данное судебное постановление гарнизонного военного суда от 21 мая 2019 г. вступило в законную силу после проверки окружным военным судом в апелляционном порядке. 

Автор апелляционного представления также утверждает о том, что из обжалуемого судебного постановления не усматривается, документация какой военной прокуратуры исследовалась судом и каким образом несоответствие номеров входящей и исходящей корреспонденции в журналах учета повлияла на вывод суда о существенном нарушении УПК РФ, препятствующем рассмотрению уголовного дела по существу предъявленного ФИО4 обвинения.

Направление им, как военным прокурором гарнизона, материалов проведенной органом дознания доследственной проверки начальнику органа дознания с отменой постановления последнего от 6 марта 2109 г. о возбуждении уголовного дела, а не следователю ВСО, не является основанием для возвращения дела прокурору в порядке ст. 237 УПК РФ, поскольку начальник органа дознания в соответствии с ч. 1 ст. 146 УПК РФ имел полномочия для принятия решения о возбуждении уголовного дела в отношении подчиненного ему военнослужащего ФИО4, совершившего преступление на территории воинской части, и их направлении с постановлением о возбуждении уголовного дела по подследственности в ВСО. 

В данном случае, как полагает автор апелляционного представления, требования ст. 151 УПК РФ не были нарушены, поскольку после отмены им 14 марта 2019 г. постановления начальника органа дознания от 6 марта 2109 г. о возбуждении уголовного в отношении ФИО4, данным органом 14 марта 2109 г. на основании имеющихся материалов доследственной проверки было вновь возбуждено в тот же день уголовное дело в отношении ФИО4 и передано по подследственности в военный следственный отдел для производства предварительного расследования. 

Учитывая, что вышеизложенные обстоятельства расследования уголовного дела в отношении ФИО4 были установлены в подготовительной части судебного заседания, автор апелляционного представления считает, что в ходе судебного заседания суд устранил имеющиеся, по его мнению, препятствия для рассмотрения уголовного дела по существу предъявленного ФИО4 обвинения, истребовав и приобщив не имеющие юридического значения копии отсутствовавших процессуальных документов, в связи с чем препятствий для рассмотрения дела по существу обвинения и вынесения судом итогового решения не имелось.

В апелляционном представлении на частное постановление гарнизонного военного суда военный прокурор гарнизона ФИО2, считая его необоснованным и незаконным, просит его отменить.

В обоснование прокурор обращает внимание, что в УПК РФ не определен перечень документов, которые в обязательном порядке должны находиться в материалах уголовного дела, а отсутствие в нем отмененного им 14 марта 2019 г. постановления начальника органа дознания о возбуждении уголовного дела от 6 марта 2019 г., не влияет на законность возбуждения тем же начальником органа дознания уголовного дела в отношении подчиненного ФИО4 и не нарушает прав потерпевшего. Данные обстоятельства могут быть связанны только с соблюдением прав обвиняемого, которые также не были нарушены, поскольку копии указанных процессуальных документов ему были своевременно вручены. 

Отсутствие в материалах дела постановления военного прокурора гарнизона от 12 августа 2019 г. о возвращении следователю уголовного дела для производства дополнительного следствия также не влияет на существо предъявленного ФИО4 обвинения, не нарушает его прав и прав потерпевшего, поскольку данное постановление было направлено указанным лицам. При этом пересоставление следователем обвинительного заключения и направление после этого уголовного дела прокурору было осуществлено в установленные законом процессуальные сроки проведения предварительного следствия. Неточности в указании следователем дат составления обвинительного заключения и срока следствия, приведенные в справке к данному документу, обусловлены невнимательностью последнего при подготовке материалов уголовного дела, а расхождения входящих и исходящих номеров в сопроводительных документах к процессуальным документам военной прокуратуры с номерами, указанными в книгах учета, обусловлены техническими ошибками, которые не свидетельствуют о нарушении уголовно-процессуального закона.

Учитывая изложенное, прокурор полагает, что недостатки ведения несекретного делопроизводства, а также отсутствие в материалах уголовного дела процессуальных документов, не имеющих доказательственного значения, не являются существенным нарушением уголовно-процессуального закона и не свидетельствовать о нарушении либо стеснении в реализации прав участников уголовного судопроизводства.

Врио руководителя № ВСО 

<

данные изъяты> юстиции ФИО3 в обоснование апелляционной жалобы, приведя собственный анализ п. 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 марта 2004 г. № 1 «О применении судами норм Уголовно-процессуального закона РФ» также утверждает, что обвинительное заключение по делу не содержит нарушений, которые исключали бы возможность принятия судом итогового решения по делу, а в частном постановлении суд необоснованно указал о нарушении следственным органом положений ч. 1 ст. 215 и ч. 1 ст. 217 УПК РФ, поскольку после выполнения ДД.ММ.ГГГГ г. вышеуказанных процессуальных действий новых следственных действий со сторонами не производилось, а принимались только процессуальные решения, о которых участники уголовного судопроизводства были своевременно уведомлены, в том числе путем направления письменных извещений.

В возражениях на апелляционное представление военного прокурора гарнизона ФИО2 на постановление суда о возвращении последнему уголовного дела защитник Степанян просит судебное постановление оставить без изменения, а апелляционное представление – без удовлетворения. 

Рассмотрев материалы уголовного дела, проверив доводы апелляционных представлений и жалобы, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Согласно ч. 4 ст. 7 УПК РФ постановления суда должны быть законными, обоснованными и мотивированными. Таковыми признаются решения, постановленные в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и основанные на правильном применении уголовного закона.

Обжалуемые судебные постановления не соответствуют указанным требованиям закона.

В соответствии с п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда РФ, изложенной в Постановлении № 18-П от 8 декабря 2003 г., существенными нарушениями УПК РФ, препятствующими рассмотрению уголовного дела судом, являются такие нарушения, допущенные на досудебной стадии уголовного судопроизводства, которые суд не может устранить самостоятельно ввиду лишения или стеснения гарантируемых законом прав участников данного производства, исключают возможность постановления законного и обоснованного приговора или иного итогового решения, т.е. фактически не позволяют суду реализовать возложенную на него Конституцией РФ функцию осуществления правосудия.

Как видно из материалов уголовного дела, таких нарушений закона на досудебной стадии органами предварительного следствия и прокуратуры не допущено.

Так, в обвинительном заключении в соответствии с требованиями ст. 220 УПК РФ приведено существо предъявленного ФИО4 обвинения по ч.1 ст. 334 УК РФ, с указанием места, времени совершения преступления, способа, мотива и наступивших для потерпевшего последствий, приведен перечень доказательств, подтверждающих обвинение, и краткое изложение их содержания.

Кроме того, по смыслу п. 1 ч. 1 ст. 237 УПК РФ во взаимосвязи с пп. 2 - 5 ч. 1 той же статьи, а также со ст. 215, 220, 221 и 226 УПК РФ и вышеуказанной позиции Конституционного суда РФ, возвращение дела прокурору ввиду нарушения требований уголовно-процессуального закона при его составлении следователем может иметь место, если это необходимо для защиты прав и законных интересов участников уголовного судопроизводства при подтверждении сделанного в судебном заседании заявления обвиняемого или потерпевшего или их представителей о допущенных на досудебных стадиях нарушениях, которые невозможно устранить в ходе судебного разбирательства. При этом основанием для возвращения дела прокурору ввиду несоответствия обвинительного заключения требованиям УПК РФ во всяком случае являются такие нарушения, допущенные дознавателем, следователем или прокурором, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения, т.е. фактически не позволяет суду реализовать возложенную на него функцию по вынесению законного, обоснованного и справедливого итогового решения по делу.

Применительно к конкретным обстоятельствам, выявленным по уголовному делу в отношении ФИО4, вышеуказанные требования уголовно-процессуального закона судом первой инстанции истолкованы неверно, что повлекло их неправильное применение и ошибочному выводу о необходимости возвращения уголовного дела прокурору.

Так, в соответствии со ст. 151 УПК РФ по преступлению, предусмотренному ч. 1 ст. 334 УК РФ, предварительное следствие производится следователями Следственного комитета РФ. 

Согласно оспариваемому постановлению суда о возвращении уголовного дела прокурору, препятствием, исключающим возможность постановления приговора или иного итогового судебного решения на основе обвинительного заключения явилась, в том числе, передача материалов прокурором уголовного дела не следователю, а направление их начальнику органа дознания.

Между тем, согласно ч. 4 ст. 146 УПК РФ, если прокурор признает постановление о возбуждении уголовного дела незаконным или необоснованным, он вправе в срок не позднее № 

<

данные изъяты> с момента получения материалов, послуживших основанием для возбуждения уголовного дела, отменить постановление о возбуждении уголовного дела, о чем выносит мотивированное постановление, копию которого незамедлительно направляет должностному лицу, возбудившему уголовное дело. О принятом решении руководитель следственного органа, следователь, дознаватель незамедлительно уведомляют заявителя, а также лицо, в отношении которого возбуждено уголовное дело.

Как усматривается из материалов уголовного дела и установлено судом первой инстанции, постановлением начальника органа дознания – врио командира войсковой части № от 6 марта 2019 г. в отношении ФИО4 возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 334 УК РФ, которое было направленно военному прокурору (т. № л.д. №-№).

Постановлением военного прокурора от 14 марта 2019 г. указанное постановление отменено и направлено вместе с материалами уголовного дела должностному лицу его возбудившего, т.е. начальнику органа дознания – врио командира войсковой части № (т. № л.д. №).

Постановлением начальника органа дознания – врио командира войсковой части № от 14 марта 2019 г. в отношении ФИО4 вновь возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 334 УК РФ (т. № л.д. №), которое вступившим в законную силу постановлением судьи Сочинского гарнизонного военного суда от 21 мая 2019 г. признано законным и обоснованным.

Кроме того, в тот же день, т.е. 14 марта 2019 г. начальник органа дознания в рамках полномочий, предоставленных п. 4 ч. 2 ст. 157 УПК РФ, направил материалы данного уголовного дела руководителю № ВСО для организации дальнейшего расследования (т. № л.д. №). Постановлением старшего следователя-криминалиста указанного ВСО от ДД.ММ.ГГГГ г. названное уголовное дела принято к производству (т. № л.д. №).

При таких обстоятельствах расследования уголовного дела, судебная коллегия считает не соответствующим УПК РФ вывод суда первой инстанции о невозможности постановления приговора или иного итогового судебного решения по делу на том основании, что военным прокурором после отмены постановления органа дознания от 6 марта 2019 г. о возбуждении уголовного дела материалы были направлены в указанный орган, а не следователю. 

Далее, согласно оспариваемому выводу суда первой инстанции препятствием для рассмотрения дела явились два аналогичных по содержанию постановления органа дознания о возбуждении в отношении ФИО4 уголовного дела – от 6 и 14 марта 2019 г., что якобы вносит неясность в дату возбуждения уголовного дела и создает, том числе, правовые основания для процессуальных действий, связанных с поиском и собиранием доказательств, формулированием обвинения, продлением сроков следствия.

Между тем, как указано выше, постановление начальника органа дознания – врио командира войсковой части – полевая почта № о возбуждении уголовного дела в отношении ФИО4 от 6 марта 2019 г. было отменено постановлением военного прокурора от 14 марта 2019 г. (т. № л.д. №).

Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что в ходе начатого им рассмотрения уголовного дела установлена неясность в дате возбуждения уголовного дела, препятствующая вынесению итогового решения, нельзя признать состоятельным. 

С учетом изложенного, вывод суда о существенных нарушениях уголовно-процессуального закона, допущенных в ходе расследования дела и при составлении обвинительного заключения, как не основанный на требованиях указанного закона, нельзя признать обоснованными, а решение о возвращении уголовного дела прокурору по данному основанию подлежит отмене ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона.

В связи с отменой судебного постановления о возвращении уголовного дела прокурору также подлежит отмене как связанное с ним частное постановление, вынесенное в адрес должностных лиц военной прокуратуры Южного военного округа и военного следственного управления Следственного комитета РФ по Южному военному округу.

На основании изложенного, руководствуясь п. 2 ст. 38915, ст. 38917, ч. 4 ст. 38919, п. 4 ч. 1 ст. 38920, ст. 38922, 38928 и 38933 УПК РФ, судебная коллегия

ПОСТАНОВИЛА:

Постановление Сочинского гарнизонного военного суда от 30 сентября 2019 г. о возвращении прокурору уголовного дела в отношении ФИО4, обвиняемого по ч. 1 ст. 334 УК РФ, в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, отменить.

Передать уголовное дело на новое судебное разбирательство со стадии судебного разбирательства в тот же суд, но иным составом суда.

Меру процессуального принуждения в виде обязательстве о явке в отношении ФИО4 оставить без изменения.

Частное постановление Сочинского гарнизонного военного суда от 30 сентября 2019 г., вынесенное в адрес военного прокурора Южного военного округа и руководителя военного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Южному военному округу, ввиду существенного нарушения уголовно-процессуального закона – отменить. 

Председательствующий