Дело № 2-621/2017

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

07 февраля 2017 года город Иваново

Ленинский районный суд г.Иваново в составе 

председательствующего судьи Крючковой Ю.А.,

при секретаре ФИО8,

с участием истца – ФИО2 и её представителя – ФИО13, ответчика – ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Ленинского районного суда г.Иваново по адресу: 

<

...>, гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ :

ФИО2 обратилась в суд с иском к ФИО5 о компенсации морального вреда и расходов на погребение и просила суд взыскать в её пользу с ответчика компенсацию морального вреда в размере 100000 руб. и расходы на погребение в размере 22757,72 руб., а также судебные расходы.

Исковые требования истец мотивировала тем, что ДД.ММ.ГГГГ произошло ДТП, а именно наезд автомобиля Фольксваген Поло, государственный номер 

<

***>, принадлежащего ФИО5 на праве собственности, и под его же управлением, на пешехода ФИО9 – мать истицы, которая в результате полученных травм скончалась. Постановлением следователя отделения по расследованию ДТП СУ УМВД России по г.Иваново от ДД.ММ.ГГГГ. отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО5 по п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ, в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ. Вместе с тем, ответчик, являясь владельцем источника повышенной опасности, должен нести ответственность независимо от вины. В связи со смертью матери, истец испытала и испытывает нравственные страдания, компенсацию которых оценивает в 100000 руб. Кроме того, ею были понесены расходы по погребению ФИО9, размер которых составил 22757,72 руб.

Указанное исковое заявление было принято к производству суда, возбуждено гражданское дело.

В ходе рассмотрения дела к участию в деле в качестве соответчика было привлечено ПАО СК «Росгосстрах», поскольку одним из исковых требований истца являлось требование о возмещении расходов на погребение, при этом на момент ДТП гражданская ответственность ФИО5 при управлении автомобилем Фольксваген Поло, государственный номер №, была застрахована по договору ОСАГО – полису ССС № в ПАО СК «Росгосстрах».

После привлечения к участию в деле соответчика истец в порядке статьи 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ) изменила первоначально заявленные исковые требования и просила суд взыскать в её пользу с ФИО5 – компенсацию морального вреда в размере 100000 руб. и судебные расходы; с ПАО СК «Росгосстрах» - страховое возмещение в виде расходов на погребение в размере 22757,72 руб. 

Определением суда от 10.11.2016г. исковые требования ФИО2 к ПАО СК «Росгосстрах» о взыскании расходов на погребение в соответствии с частью 2 статьи 151 ГПК РФ были выделены в отдельное производство с возбуждением самостоятельного гражданского дела. 

Заочным решением суда от ДД.ММ.ГГГГ требования истца к ФИО5 были удовлетворены в полном объёме.

Определением суда от 25.01.2017г. указанное заочное решение было отменено, производство по делу возобновлено, дело назначено к рассмотрению на 07 февраля 2017 года.

В судебном заседании истица и её представитель ФИО13 исковые требования поддержали по изложенным в иске основаниям, полагали, что сумма заявленной ко взысканию компенсации морального вреда подлежит взысканию с ответчика в пользу истицы в полном объёме, поскольку истица перенесла моральные страдания в связи со смертью матери, а размер компенсации является умеренным. 

Ответчик в судебном заседании против удовлетворения исковых требований возражал, полагал, что размер заявленной истцом суммы компенсации морального вреда является завышенным и подлежит уменьшению в связи с тем, что единственной причиной ДТП послужила грубая неосторожность самой потерпевшей, что подтверждается материалами проверки по факту ДТП и показаниями очевидца ДТП – послушницы монастыря ФИО10, а также в связи с тяжёлым имущественным положением ответчика, осуществляющим постоянный уход за опекаемой им недееспособной родственницей, и не имеющим доходов по месту работы, поскольку ООО «ИТ ПЛЮС», директором которого он является, не осуществляет хозяйственной деятельности и имеет нулевой баланс. 

Заслушав объяснения истца и её представителя, ответчика, допросив свидетеля ФИО10, исследовав имеющиеся в материалах дела письменные доказательства, материал проверки КУСП № от ДД.ММ.ГГГГ., представленный отделением по расследованию ДТП Следственного управления УМВД России по 

<

адрес>, суд приходит к следующим выводам.

Статьёй 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) предусмотрено, что основания и размер компенсации морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и статьёй 151 ГК РФ.

В соответствии со статьёй 151 ГК РФ, если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинён вред.

Согласно правовой позиции, изложенной в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой близких родственников.

В силу положений статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причинённых потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учётом фактических обстоятельств, при которых был причинён моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно статье 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случае, когда вред причинён жизни гражданина источником повышенной опасности. 

В соответствии со статьёй 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причинённый источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Судом установлено, что ДД.ММ.ГГГГ примерно в 9:00 у 

<

адрес> произошло ДТП, выразившееся в наезде автомобиля Фольксваген Поло, государственный номер №, под управлением водителя ФИО5, на пешехода ФИО9, которая в результате полученных травм скончалась. 

Постановлением следователя отделения по расследованию ДТП СУ УМВД России по г.Иваново от ДД.ММ.ГГГГ. отказано в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО5 по п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ в связи с отсутствием в его действиях состава преступления, предусмотренного ч.3 ст.264 УК РФ. 

В судебном заседании установлено, что ФИО2 является дочерью погибшей ФИО9

Также судом установлено, что на момент происшествия собственником автомобиля Фольксваген Поло, государственный номер №, являлся ответчик.

Истец обратилась в суд с иском к ответчику о возмещении морального вреда, выразившегося в причинённых ей нравственных переживаниях в связи со смертью матери.

Суд считает, что истицей в судебном заседании представлены достаточные и убедительные доказательства причинения ей морального вреда в связи со смертью матери, выразившегося в нравственных переживаниях, чувстве горя в связи с невосполнимой утратой близкого человека в результате произошедшего ДТП. Пояснения истицы о перенесённых ею нравственных страданиях в связи со смертью матери, данные в ходе рассмотрения дела, суд считает достаточным основанием для установления факта причинения истцу морального вреда. 

Поскольку владельцем источника повышенной опасности – автомобиля, вследствие наезда которого скончалась мать истицы, является ответчик, обязанность по возмещению истице морального вреда должна быть возложена на ответчика.

При этом, учитывая, что вред причинён источником повышенной опасности, а также, что вред причинён жизни потерпевшего, обязанность по возмещению морального вреда в данном случае осуществляется независимо от вины ответчика в произошедшем ДТП. 

При определении размера подлежащей взысканию компенсации морального вреда, суд учитывает характер и объём причинённых истцу нравственных страданий, фактические обстоятельства причинения морального вреда, степень тяжести перенесённых истцом нравственных страданий, обстоятельства ДТП, в результате которого погибла мать истицы, требования разумности и справедливости. 

Проанализировав и оценив представленные по делу доказательства, суд приходит к выводу о том, что заявленная истицей сумма компенсации морального вреда в размере 100000 рублей соответствует указанным критериям, является разумной и справедливой.

Доводы ответчика о необходимости уменьшения размера его ответственности в порядке пунктов 2 и 3 статьи 1083 ГК РФ, судом отклоняются в силу следующего.

Согласно статье 1079 ГК РФ владелец источника повышенной опасности может быть освобождён судом от ответственности полностью или частично по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

В силу пункта 2 статьи 1083 ГК РФ при грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Согласно пункту 3 статьи 1083 ГК РФ суд может уменьшить размер возмещения вреда, причинённого гражданином, с учётом его имущественного положения, за исключением случаев, когда вред причинён действиями, совершёнными умышленно.

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце 3 пункта 17 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» вопрос о том, является ли допущенная потерпевшим неосторожность грубой, в каждом случае должен решаться с учётом фактических обстоятельств дела (характера деятельности, обстановки причинения вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего, его состояния и др.).

При этом обязанность по доказыванию наличия в действиях потерпевшего грубой неосторожности возлагается на причинителя вреда. Однако таких доказательств ответчиком суду не представлено.

Из характера действий пешехода ФИО9 не следует, что она допустила именно грубую неосторожность.

При грубой неосторожности нарушаются обычные, очевидные для всех требования, предъявляемые к лицу, осуществляющему определённую деятельность. При простой неосторожности не соблюдаются повышенные требования. 

По смыслу пункта 2 статьи 1083 ГК РФ грубая неосторожность предполагает предвидение потерпевшим большой вероятности наступления вредоносных последствий своего поведения и наличие легкомысленного расчёта, что они не наступят.

Как следует из постановления от №. об отказе в возбуждении уголовного дела, вынесенного по результатам проверки, проведённой по факту ДТП с участием водителя автомобиля Фольксваген Поло, государственный регистрационный знак №, - ФИО5 и пешехода ФИО9, с учётом выводов автотехнической экспертизы, изложенных в заключении № от №., предварительное следствие пришло к выводу о том, что действия водителя ФИО5 в данной дорожной ситуации соответствовали требованиям Правил дорожного движения РФ, а именно части 2 пункта 10.1 ПДД РФ, а причиной ДТП послужило нарушение пунктов 1.3, 1.5, 4.3, 4.5 ПДД РФ пешеходом ФИО9

При этом из имеющегося в материалах проверки заключения автотехнической экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ. следует, что к моменту начала торможения автомобиль Фольксваген Поло двигался со скоростью около 41,8 км/ч; в условиях данного происшествия, при заданных исходных данных о времени нахождения пешехода в опасной зоне (согласно которым место наезда на пешехода располагается на расстоянии 4,2 м от правого края проезжей части, которое пешеход в опасной для водителя зоне преодолевает за 1,4 секунды), водитель автомобиля Фольксваген Поло не располагал технической возможностью предотвратить наезд путём применения своевременного экстренного торможения, и даже при выполнении требований части 2 пункта 10.1 Правил дорожного движения, у него отсутствовала техническая возможность предотвратить наезд. Однако при этом эксперт указал, что определённое расчётами расстояние, на котором находился автомобиль Фольксваген Поло от места наезда в момент возникновения опасности, меньше расстояния, которое автомобиль преодолел в заторможенном состоянии, что свидетельствует о том, что либо водитель применил торможение ранее момента возникновения опасности, либо пешеход находился в опасной зоне больше чем 1,4 секунды. 

Из материалов проверки следует, что время нахождения пешехода ФИО9 в опасной зоне было определено следователем не в момент проведения первичных проверочных мероприятий по факту данного ДТП ДД.ММ.ГГГГ., а определялось дополнительно в ходе дополнительного осмотра места происшествия, проводившегося практически спустя месяц после происшествия, - ДД.ММ.ГГГГ., в ходе которого расстояние места наезда на пешехода определялось со слов водителя ФИО5, а продолжительность времени преодоления пешеходом расстояния в 4,2 м определялась путём замера с помощью секундомера времени преодоления данного расстояния статистом ФИО11, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, тогда как потерпевшая ФИО9 была ДД.ММ.ГГГГ года рождения, то есть фактически на 10 лет старше статиста (на момент ДТП ФИО9 было ДД.ММ.ГГГГ года, на момент осмотра места происшествия статисту ФИО11 было ДД.ММ.ГГГГ). 

При проведении первичных мероприятий на месте ДТП ДД.ММ.ГГГГ. указанные замеры не производились. Замеры с участием статиста, аналогичного возраста возрасту потерпевшей, также не производились. 

Повторная экспертиза с учётом дополнительно указанного экспертом обстоятельства, фактически свидетельствующего о недостоверности предоставленных ему исходных данных, следователем не назначалась. 

Кроме того, в заключении эксперт указал, что в рассматриваемой дорожной ситуации пешеход в своих действиях должен был руководствоваться пунктом 4.3 Правил дорожного движения, согласно которому пешеходы должны пересекать проезжую часть по пешеходным переходам, в том числе по подземным и надземным, а при их отсутствии – на перекрёстках по линии тротуаров или обочин; при отсутствии в зоне видимости перехода или перекрёстка разрешается переходить дорогу под прямым углом к краю проезжей части на участках без разделительной полосы и ограждений там, где она хорошо просматривается в обе стороны. 

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела, помимо указанного нарушения, в действиях ФИО9 имелись нарушения пунктов 1.3, 1.5, 4.5 ПДД РФ.

В соответствии с пунктом 1.3 ПДД РФ участники дорожного движения обязаны знать и соблюдать относящиеся к ним требования Правил, сигналов светофоров, знаков и разметки, а также выполнять распоряжения регулировщиков, действующих в пределах предоставленных им прав и регулирующих дорожное движение установленными сигналами.

В силу пункта 1.5 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно пункту 4.5 ПДД РФ на нерегулируемых пешеходных переходах пешеходы могут выходить на проезжую часть (трамвайные пути) после того, как оценят расстояние до приближающихся транспортных средств, их скорость и убедятся, что переход будет для них безопасен. При переходе дороги вне пешеходного перехода пешеходы, кроме того, не должны создавать помех для движения транспортных средств и выходить из-за стоящего транспортного средства или иного препятствия, ограничивающего обзорность, не убедившись в отсутствии приближающихся транспортных средств.

Таким образом, из приведённых нормативных положений следует, что возможность пересечения пешеходом проезжей части вне пешеходного перехода не исключена, однако допускается при соблюдении пешеходом предусмотренных Правилами дорожного движения условий.

Кроме того, из материалов проверки (протокола осмотра места совершения административного правонарушения от ДД.ММ.ГГГГ., объяснения ФИО5 от 20.06.2015г., объяснения очевидца ДТП ФИО12 от ДД.ММ.ГГГГ.) следует, что потерпевшая ФИО9 пересекала проезжую часть в светлое время суток (утром выходного дня), в сухую погоду, при отсутствии автомобилей как впереди автомобиля ответчика в попутном с ним направлении, так и во встречном направлении, в условиях хорошей видимости, которую ничто не ограничивало.

При этом из объяснений водителя ФИО5 от ДД.ММ.ГГГГ. следует, что он видел, что и до ФИО9 дорогу переходили пешеходы, а также видел стоявшую на бордюре группу пешеходов, из объяснений от ДД.ММ.ГГГГ. очевидца ДТП ФИО12, двигавшейся попутно в соседней с автомобилем ответчика полосе движения сзади его автомобиля, следует, что дорожная обстановка и видимость позволили ей заранее увидеть пешехода, в дальнейшем выбежавшую на проезжую часть, в тот момент, когда она стояла на бордюре, и заранее снизить скорость движения до 30 км/ч.

К показаниям допрошенной в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО10, в том числе, утверждавшей о наличии встречного транспорта в момент пересечения дороги пешеходом ФИО9, суд относится критически, поскольку данные показания противоречат объяснению, данному ФИО5 20.06.2015г., согласно которому встречный транспорт отсутствовал, и материалам проверки, в том числе, указанному объяснению ответчика, из которых следует, что свидетелем ДТП являлась только водитель ФИО12, иные свидетели установлены не были, что не согласуется с показаниями, данными ФИО10, утверждавшей, что она находилась на месте ДТП с инспекторами ДПС. 

Кроме того, суд учитывает, что на момент происшествия ФИО9 было ДД.ММ.ГГГГ.

С учётом изложенных обстоятельств, несмотря на то, что материалами дела и материалами проверки подтверждается, что в действиях пешехода ФИО9 имелись нарушения пунктов 1.3, 1.5, 4.3 и 4.5 ПДД РФ, её действия не могут быть квалифицированы как грубая неосторожность, не содержит таких выводов и постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО5 Таким образом, вину ФИО9 суд квалифицирует в форме простой неосторожности.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.11.2016г. № 2454-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина ФИО3 на нарушение его конституционных прав положениями пункта 1 статьи 1079, пункта 2 статьи 1083 и статьи 1094 Гражданского кодекса Российской Федерации» как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации, наличие вины – общий принцип юридической ответственности во всех отраслях права и всякое исключение из него должно быть выражено прямо и недвусмысленно. В порядке исключения закон может предусматривать возмещение вреда гражданину независимо от вины причинителя вреда в целях обеспечения справедливости и достижения баланса конституционно защищаемых целей и ценностей, к каковым относятся право на жизнь (статья 20, часть 1, Конституции Российской Федерации) – источник других основных прав и свобод и высшая социальная ценность, а также право на охрану здоровья (статья 41, часть 1, Конституции Российской Федерации), без которого могут утратить значение многие другие блага (определения от 19 мая 2009 года №, от 4 октября 2012 года N 1833-О и др.). Так, в силу специальных правил статьи 1079 ГК Российской Федерации, направленных на защиту прав потерпевших в деликтных обязательствах (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 февраля 2008 года N 120-О-О, от 17 июля 2012 года N 1359-О и др.), владелец источника повышенной опасности отвечает за вред, причиненный его использованием, независимо от наличия своей вины в причинении вреда: осуществление деятельности, связанной с повышенной опасностью для окружающих, обязывает к особой осторожности и осмотрительности; такая обязанность обусловливает установление правил, возлагающих на владельца источника повышенной опасности повышенное бремя ответственности за причинение вреда по сравнению с лицами, деятельность которых с повышенной опасностью не связана. При этом простая неосторожность потерпевшего, как следует из пункта 1 статьи 1079 ГК Российской Федерации, если ею обусловлено причинение потерпевшему вреда, не только не освобождает владельца источника повышенной опасности от обязанности этот вред возместить, но не является основанием и для снижения размера возмещения: в силу пункта 2 статьи 1083 названного Кодекса таким основанием может быть лишь грубая неосторожность потерпевшего, которую причинитель должен доказать. 

С учётом изложенного, вопреки доводам, приведённым ответчиком, суд не находит оснований для применения в данном деле положений пункта 2 статьи 1083 ГК РФ и снижения заявленного истицей размера компенсации морального вреда.

Кроме того, суд не усматривает оснований для уменьшения размера компенсации морального вреда и в порядке пункта 3 статьи 1083 ГК РФ, поскольку допустимых и достоверных доказательств своего тяжёлого материального положения, в связи с которым возможно было бы такое уменьшение, ответчиком суду не представлено.

Ссылки ответчика на то, что согласно Распоряжению Территориального управления социальной защиты населения по г.Иваново от ДД.ММ.ГГГГ. № с ДД.ММ.ГГГГ. он является опекуном недееспособной родственницы – ФИО4, которая требует регулярного ухода, в том числе и материальной поддержки, поскольку суммарная сумма причитающихся ей пенсионных выплат согласно справке Управления ПФР в г.о.ФИО1, ФИО6 и Ивановском муниципальном районе Ивановской области от ДД.ММ.ГГГГ. составляет 7606,15 рублей, является недостаточной для обеспечения её жизненных потребностей, а также на отсутствие доходов у ООО «ИТ ПЛЮС», директором которого является ответчик, являются недостаточными для вывода о тяжёлом имущественном положении ответчика.

Иных доказательств в подтверждение указанного довода ответчиком суду не представлено.

С учётом изложенных обстоятельств, проанализировав и оценив представленные по делу доказательства с точки зрения относимости, допустимости и достоверности каждого доказательства в отдельности, а также достаточности и взаимной связи доказательств в их совокупности, суд приходит к выводу о том, что заявленная истицей сумма компенсации морального вреда в размере 100000 рублей соответствует принципам конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, провозглашённым в статьях 21, 53 Конституции Российской Федерации, отвечает требованиям разумности и справедливости, позволяющим, с одной стороны, максимально возместить причинённый моральный вред, с другой – не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжёлое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение вреда.

При таких обстоятельствах, оснований для снижения размера компенсации морального вреда суд не находит и приходит к выводу о необходимости удовлетворения заявленных истицей требований в полном объёме.

Таким образом, с ответчика в пользу истицы подлежит взысканию компенсация морального вреда в размере 100000 рублей.

Помимо этого, в связи с обоснованностью заявленного иска на основании статьи 98 ГПК РФ с ответчика в пользу истицы подлежит взысканию 300 рублей в счёт возмещения расходов по оплате государственной пошлины, уплаченной ею в бюджет городского округа Иваново при подаче иска в суд. 

На основании изложенного, руководствуясь статьями 98, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ :

Исковые требования ФИО2 к ФИО5 удовлетворить. 

Взыскать с ФИО5 в пользу ФИО2 компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей 00 копеек, 300 рублей 00 копеек – в возмещение расходов по оплате государственной пошлины, а всего взыскать 100300 (сто тысяч триста) рублей 00 копеек. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Ленинский районный суд г.Иваново в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий Ю.А.Крючкова

Решение в окончательной форме составлено 13.02.2017г.