УИД: 78RS0014-01-2023-009410-38

Дело №2-1667/2024 13 мая 2024 года

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Московский районный суд Санкт-Петербурга в составе

председательствующего судьи Лемеховой Т.Л.

при помощнике судьи Колодкине Е.Ю.

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску ФИО1 к ООО «ЛенПромМонтаж» об изменении формулировки основания и даты увольнения, взыскании выходного пособия, заработной платы за время вынужденного прогула, компенсации за неиспользованный отпуск, компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

Истец ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «ЛенПромМонтаж» и после изменения предмета иска просит:

- вместо первоначально заявленного требования об изменении формулировки причины увольнения на увольнение по собственному желанию обязать ответчика уволить по сокращению штата с выплатой выходного пособия за два месяца с даты вступления решения суда в законную силу, 

- изменить дату увольнения на дату вынесения решения,

- обязать выдать документы, связанные с работой, в том числе, приказ об увольнении, справку о заработной плате, о начисленных и фактически уплаченных страховых взносах,

- взыскать задолженность по заработной плате за период с 24.08.2023 по 31.08.2023, а также 2914,97 руб. в сутки по дату вынесения решения суда, заработную плату за время вынужденного прогула с 25.08.2023 из расчета 60 000 руб. после удержания НДФЛ, компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., а также компенсацию за фактическую потерю времени в размере 100 000 руб.

В обоснование указывал, что работал в организации ответчика с 04.08.2023 в должности 

<

данные изъяты> с окладом 60 000 руб., однако 24.08.2023его не допустили к рабочему месту с изъятием оргтехники, материалов, судебных дел и первичных документов бухгалтерского учета в целях подготовки договоров и претензий 23.08.2023. При этом, на следующий день на счет истца от ответчика поступила сумма в счет оплаты труда в связи с увольнением, хотя заявление об увольнении истцом не оформлялось. При изучении поступившей суммы истец также обнаружил, что она не включала в себя оплату за 24.08.2023, а также за привлечение к сверхурочной работе для участия в судебном заседании Арбитражного суда Оренбургской области по делу №А47-5578/2023 (в 7.00 час. МСК). 24.08.2023 истец обратился к ответчику с заявлением о выдаче копий документов, связанных с работой, однако ответчиком ему в этом было отказано. В отсутствие документов, связанных с работой, истец не имеет возможности трудоустроится на другую работу.

Представитель ответчика ООО «ЛенПромМонтаж» по доверенности ФИО2 в судебное заседание явился, против удовлетворения исковых требований возражал.

Истец ФИО1 в судебное заседание не явился, о причине неявки суду не сообщил, доказательств уважительности причины неявки не представил, об отложении разбирательства по делу не просил, извещен надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, о чем в деле имеется соответствующая расписка.

Учитывая изложенное, руководствуясь ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившегося истца.

Выслушав объяснения участников процесса, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Из материалов дела следует, что истец ФИО1 был принят на работу в организацию ответчика с 04.08.2023 на должность 

<

данные изъяты> в 

<

данные изъяты> с должностным окладом 27 586 руб., что подтверждается приказом о приеме на работу №6 от 04.08.2023, содержащим личную подпись истца в ознакомлении с данным приказом (л.д.58), личной карточкой работника (л.д.59-62) и не оспаривается ответчиком.

Приказом №10 от 23.08.2023 истец ФИО1 уволен 23.08.2023 по инициативе работника по п.3 ч.1 ст.77 Трудового кодекса Российской Федерации (далее – ТК РФ) (л.д.63).

Вместе тем, истец факт написания им заявления об увольнении по собственному желанию отрицает.

При этом, заявление ФИО1 об увольнении по собственному желанию ответчиком суду не представлено.

Возражая против исковых требований истца, ответчик указал, что заявление ФИО1 об увольнении по собственному желанию им утрачено, в подтверждение чего в материалы дела представлен акт №4 об утрате документов от 23.11.2023, согласно которому при подготовке к судебному разбирательству по трудовому спору с работником – 

<

данные изъяты> [так в документе] Е.А. (трудовой договор №17 от 04.08.2023) было обнаружено отсутствие трудового договора №17 от 04.08.2023 и заявления о прекращении трудового договора по инициативе работника от 23.08.2023. отсутствие документа предположительно возникло в связи с изменением места нахождения организации. Предприняты меры по розыску кадровых документов; по итогам служебного расследования до настоящего времени розыск документов результатов не дал (л.д.43).

Оценивая данный акт, суд относится к нему критически, поскольку из содержания приказа об увольнении также не следует, что в основание данного приказа было положено заявление ФИО1 о прекращении трудового договора по инициативе работника от 23.08.2023, что свидетельствует об отсутствии данного заявления на момент издания соответствующего приказа.

Кроме того, факт утраты работодателем заявления работника об увольнении по собственному желанию при оспаривании работником факта написания такого заявления не освобождает работодателя от обязанности доказать законность увольнения работника по данному основанию.

Свидетельские показания М. о том, что она видела заявление об увольнении, доказательством наличия данного заявления на момент увольнения ответчиком истца по п.3 ч.1 ст.77 ТК РФ признаны быть не могут, поскольку наличие волеизъявления работника на увольнение по собственному желанию подтверждается определенным средством доказывания – письменным заявлением работника об увольнении; кроме того, сам по себе факт того, что свидетель видела подготовленное истцом заявление об увольнении, не подтверждает, что данное заявление было им подано работодателю в установленном порядке, а оставление данного заявления на столе у главного бухгалтера – что впоследствии истец его не забрал, передумав увольняться. При этом суд учитывает, что свидетель М. непосредственно оформлением увольнения истца не занималась, поэтому видеть наличие или отсутствие письменного заявления истца об увольнении на момент издания приказа не могла. 

В силу ст.80 ТК РФ основанием для увольнения работника по собственному желанию является его личное письменное заявление.

Однако, поскольку доказательств написания ФИО1 заявления об увольнении по собственному желанию и его подачи работодателю ответчиком суду не представлено, суд приходит к выводу о том, что увольнение ФИО1 по инициативе работника без его волеизъявления на такое увольнение является незаконным.

Согласно ст.394 ТК РФ в случае признания увольнения незаконным орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, может по заявлению работника принять решение об изменении формулировки основания увольнения на увольнение по собственному желанию.

В случае признания формулировки основания и (или) причины увольнения неправильной или не соответствующей закону суд, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, обязан изменить ее и указать в решении основание и причину увольнения в точном соответствии с формулировками настоящего Кодекса или иного федерального закона со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи настоящего Кодекса или иного федерального закона.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в п.61 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации №2 от 17.03.2004г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если при разрешении спора о восстановлении на работе суд признает, что работодатель имел основание для расторжения трудового договора, но в приказе указал неправильную либо не соответствующую закону формулировку основания и (или) причины увольнения, суд в силу части 5 ст.394 ТК РФ обязан изменить ее и указать в решении причину и основание увольнения в точном соответствии с формулировкой Кодекса или иного федерального закона со ссылкой на соответствующие статью, часть статьи, пункт статьи Кодекса или иного федерального закона, исходя из фактических обстоятельств, послуживших основанием для увольнения.

Вместе с тем, содержание части 5 ст.394 ТК РФ позволяет суду изменить лишь формулировку основания увольнения и причины увольнения, но не предоставляет права изменять само основание увольнения, право выбора которого принадлежит работодателю.

Данный вывод согласуется с правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, содержащейся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 01.04.2019г. №18-КГ18-260.

Истец ФИО1 просит изменить формулировку основания увольнения с увольнения по собственному желанию на увольнение в связи с сокращением штата работников организации.

Вместе с тем, приведенное истцом изменение формулировки основания увольнения действующим трудовым законодательством не предусмотрено; требование истца сводится не к изменению формулировки основания увольнения, а к изменению самого основания увольнения, что не соответствует требованиям ст.394 ТК РФ.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 об обязании ответчика уволить его по сокращению штата работников организации удовлетворению не подлежат.

Одновременно, поскольку истец уволен по собственному желанию, а не в связи с сокращением численности или штата работников организации, на него не распространяются льготы и гарантии, предусмотренный для случаев увольнения по п.2 ч.1 ст.81 ТК РФ, в связи с чем правовых оснований для удовлетворения его требований об обязании ответчика выплатить ему выходное пособие за два месяца с даты вступления решения суда в законную силу не имеется.

Согласно ст.394 ТК РФ если в случаях, предусмотренных настоящей статьей, после признания увольнения незаконным суд выносит решение не о восстановлении работника, а об изменении формулировки основания увольнения, то дата увольнения должна быть изменена на дату вынесения решения судом. В случае, когда к моменту вынесения указанного решения работник после оспариваемого увольнения вступил в трудовые отношения с другим работодателем, дата увольнения должна быть изменена на дату, предшествующую дню начала работы у этого работодателя.

Истец просит изменить дату увольнения на дату вынесения решения суда по настоящему делу, при этом доказательств его трудоустройства по основному месту работы к другому работодателю после увольнения от ответчика суду не представлено, в связи с чем суд приходит к выводу о том, что требования истца об изменении даты увольнения с 23.08.2023 на дату вынесения решения суда – 13.05.2024 подлежат удовлетворению.

Доводы ответчика о том, что в период работы у ответчика истец работал в других организациях, в рассматриваемом случае не могут быть приняты судом во внимание, поскольку согласно объяснениям ответчика истец трудоустроился к другим работодателем не после увольнения, а в период работы у ответчика, следовательно, данное обстоятельство для решения вопроса об изменении даты увольнения из организации ответчика правового значения не имеет.

При этом, суд принимает во внимание, что действующее трудовое законодательство не содержит запрета на работу работника одновременно у нескольких работодателей; трудовой договор с истцом, содержащий подпись истца об ознакомлении и согласии с его условиями, ответчиком суду не представлен, иных доказательств того, что истец должен был работать у ответчика в офисе с 09.00 час. до 18.00 час., поэтому не имел возможности одновременно выполнять трудовую функцию у иного работодателя, ответчиком суду не представлено.

В силу ст.394 ТК РФ орган, рассматривающий индивидуальный трудовой спор, принимает решение о выплате работнику среднего заработка за все время вынужденного прогула или разницы в заработке за все время выполнения нижеоплачиваемой работы.

Учитывая изложенное, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию заработная плата за время вынужденного прогула за период с 24.08.2023 по 13.05.2024. 

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 62 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», средний заработок для оплаты времени вынужденного прогула определяется в порядке, предусмотренном ст.139 ТК РФ.

В соответствии со ст.139 ТК РФ для расчета средней заработной платы учитываются все предусмотренные системой оплаты труда виды выплат, применяемые у соответствующего работодателя независимо от источников этих выплат. При любом режиме работы расчет средней заработной платы работника производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 календарных месяцев, предшествующих периоду, в течение которого за работником сохраняется средняя заработная плата. При этом календарным месяцем считается период с 1-го по 30-е (31-е) число соответствующего месяца включительно (в феврале – по 28-е (29-е) число включительно).

Согласно ч.3 ст.139 ТК РФ расчет среднего заработка работника независимо от режима его работы производится исходя из фактически начисленной ему заработной платы и фактически отработанного им времени за 12 месяцев, предшествующих моменту выплаты.

Расчет среднего заработка при взыскании денежных сумм за время вынужденного прогула, исходя из пункта 9 Постановления Правительства РФ от 24.12.2007 года №922 «Об особенностях порядка исчисления заработной платы» производится путем умножения среднего дневного заработка на количество дней вынужденного прогула. Средний дневной заработок, исчисляется путем деления суммы заработной платы, фактически начисленной за отработанные дни в расчетном периоде, включая премии и вознаграждения, на количество фактически отработанных в этот период дней.

При этом, в силу п.6 названного постановления в случае если работник не имел фактически начисленной заработной платы или фактически отработанных дней за расчетный период или за период, превышающий расчетный период, либо этот период состоял из времени, исключаемого из расчетного периода в соответствии с пунктом 5 настоящего Положения, средний заработок определяется исходя из суммы заработной платы, фактически начисленной за предшествующий период, равный расчетному.

Согласно п.7 названного постановления в случае если работник не имел фактически начисленной заработной платы или фактически отработанных дней за расчетный период и до начала расчетного периода, средний заработок определяется исходя из размера заработной платы, фактически начисленной за фактически отработанные работником дни в месяце наступления случая, с которым связано сохранение среднего заработка.

Истец ФИО1 работал в организации ответчика с 04.08.2023 по 23.08.2023; в течение данного периода было 14 рабочих дней.

Доказательств того, что в указанные рабочие дни истец фактически не работал, ответчиком суду не представлено.

Согласно справке о доходах по форме 2-НДФЛ, а также представленным суду платежным поручениям истцу за отработанное время выплачена заработная плата на сумму 39 911,48 руб.

Таким образом, среднедневной заработок истца составляет (39 911,48 / 14 раб.дн.) = 2850,82 руб., следовательно, заработная плата за время вынужденного прогула за период с 24.08.2023 по 13.05.2024 подлежит взысканию с ответчика в пользу истца в размере (2850,82 * 174 раб.дн.) = 496 042,68 руб.

Оценивая доводы истца о том, что заработная плата за время вынужденного прогула должна быть исчислена из расчета 60 000 руб. после удержания НДФЛ, суд находит их необоснованными, поскольку доказательств выплаты истцу заработной платы в указанном размере суду не представлено.

Напротив, согласно приказу №6 от 04.08.2023 о приеме на работу истец принимался на работу на должность 

<

данные изъяты> с должностным окладом 27 586 руб.; с данным приказом истец ознакомлен в тот же день лично под роспись, при этом каких-либо замечаний при ознакомлении с этим приказом не привел (л.д.58).

Указанный в данном приказе должностной оклад соответствует должностному окладу, содержащемуся в штатном расписании (л.д.76-77, 74-75).

Аналогичный размер должностного оклада установлен для 

<

данные изъяты>, принятого на работу на эту же должность после увольнения истца, что подтверждается представленными суду приказом №16 от 07.11.2023 о приеме на работу на должность 

<

данные изъяты> ФИО2, а также заключенным с ним трудовым договором №22 от 07.11.2023.

При этом, написание истцом в заявлении о приеме на работу от 04.08.2023 о том, что он просит принять его на работу в ООО «ЛенПромМонтаж» на должность 

<

данные изъяты> с окладом 60 00 руб. (л.д.52), указанного выше вывода не опровергает, поскольку просьба работника к работодателю об установлении ему заработной платы в желаемом размере сама по себе не свидетельствует о том, что заработная плата такого работника при его приеме на работу будет составлять именно требуемую им сумму.

Разрешая требования ФИО1 о взыскании задолженности по заработной плате за период с 24.08.2023 по 31.08.2023, а также 2914,97 руб. в сутки по дату вынесения решения суда, суд находит их не подлежащими удовлетворению, поскольку в ходе настоящего судебного разбирательства установлено, что истец был уволен из организации ответчика 23.08.2023, при этом за период вынужденного прогула, включая период с 24.08.2023 по 31.08.2023, в его пользу с ответчика уже взыскан средний заработок исходя из определенного судом среднедневного заработка в сумме 2850,82 руб.

При этом, в части доводов истца о работе 24.08.2023 суд считает заслуживающими внимания доводы ответчика о том, что в судебном заседании Арбитражного суда Оренбургской области по делу №А47-5578/2023 истец участвовал в режиме онлайн, поэтому не представлял суду оригинал доверенности, воспользовавшись ранее загруженной в систему арбитражных судов сканированной копией доверенности; между тем, согласно показаниям свидетеля М., которая непосредственно занимается подготовкой доверенностей, 23.08.2023 ФИО1 при свидетеле доверенность порвал и выбросил ее в мусорное ведро, а иных доверенностей ему не выдавалось.

Показания свидетеля в данной части, какими-либо допустимыми и достаточными доказательствами не опровергнуты, оригинал доверенности истцом суду не представлен; свидетель предупреждена об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, доказательств того, что в силу заинтересованности в исходе дела она дала заведомо ложные показания, то есть совершила уголовно наказуемое деяние, суду не представлено, а сам по себе факт заинтересованности в исходе дела об этом не свидетельствует.

Как следует из представленных ответчиком Единой формы для ведения индивидуального (персонифицированного) учета, уведомления о доставке и протокола проверки электронного документа и протокола проверки отчетности, сведения об увольнении ФИО1 23.08.2023 в систему Пенсионного фонда были направлены ответчиком непосредственно 23.08.2023 (л.д.88, 89, 90, 91).

Представленная истцом расписка главного бухгалтера С. о том, что она приняла от истца ключ от входа в офисные помещения 24.08.2023 (л.д.33), по мнению суда, указанного вывода не опровергает, поскольку дата увольнения работника от сдачи ключей от офисного помещения не зависит.

Таким образом, увольнение работодателем истца имело место именно 23.08.2023, в день издания приказа об увольнении, а не 24.08.2023.

С учетом изложенного не имеют правового значения доводы истца о его сверхурочной работе 24.08.2023 в виде участия в судебном заседании Арбитражного суда Оренбургской области по делу №А47-5578/2023.

Кроме того, суд учитывает, что в силу ст.99 ТК РФ сверхурочной работой признается работа, выполняемая работником по инициативе работодателя за пределами установленной для работника продолжительности рабочего времени: ежедневной работы (смены), а при суммированном учете рабочего времени – сверх нормального числа рабочих часов за учетный период.

Таким образом, даже в случае выполнения истцом трудовой функции 24.08.2023 сам по себе факт его участия в судебном заседании с 07.00 час. не мог быть признан выполнением сверхурочной работы, поскольку в случае окончания рабочего времени в день такого судебного заседания на 2 часа раньше установленного времени окончания рабочего дня нормальная продолжительного рабочего времени установленной ежедневной работы (смены) не превышает.

Между тем, на выполнение работы 24.08.2023 с 07.00 час. до установленного окончания рабочего дня истец ФИО1 не ссылался, доказательств этому не представлял. 

Разрешая требования ФИО1 об обязании ответчика выдать документы, связанные с работой, в том числе, приказ об увольнении, справку о заработной плате, о начисленных и фактически уплаченных страховых взносах, суд учитывает, что данная обязанность работодателя прямо предусмотрена ст.62 ТК РФ, согласно которой по письменному заявлению работника работодатель обязан не позднее трех рабочих дней со дня подачи этого заявления выдать работнику трудовую книжку (за исключением случаев, если в соответствии с настоящим Кодексом, иным федеральным законом трудовая книжка на работника не ведется) в целях его обязательного социального страхования (обеспечения), копии документов, связанных с работой (копии приказа о приеме на работу, приказов о переводах на другую работу, приказа об увольнении с работы; выписки из трудовой книжки (за исключением случаев, если в соответствии с настоящим Кодексом, иным федеральным законом трудовая книжка на работника не ведется); справки о заработной плате, о начисленных и фактически уплаченных страховых взносах, о периоде работы у данного работодателя и другое).

Из материалов дела следует, что истец обратился к ответчику с письменным заявлением о выдаче ему документов, связанных с работой, 24.08.2023 (л.д.32), а затем повторно 13.09.2023 (л.д.31).

При этом, по письменному заявлению истца от 24.08.2023 документы ответчиком выданы не были, что не отрицалось представителем ответчика в ходе рассмотрения дела по существу.

Доводы представителя ответчика о том, что истец просил выдать ему документы, подтверждающие факт трудовых отношений в качестве 

<

данные изъяты>, тогда как должность истца имела наименование «

<

данные изъяты>», поэтому правовые основания для удовлетворения заявления истца от 24.08.2023 у работодателя отсутствовали, не могут быть признаны обоснованными, поскольку неверное указание истцом занимаемой должности объективно не препятствовало ответчику установить, является ли истец его работником, а также предоставить истцу документы по занимаемой им должности.

Невыдача истцу документов, связанных с работой, в установленный трехдневный срок по заявлению от 24.08.2023 противоречит положениям ст.62 ТК РФ и является неправомерной.

Вместе с тем, суд учитывает, что по заявлению ФИО1 от 13.09.2023 требуемые им документы выданы работодателем в полном объеме, что не оспаривалось истцом в ходе настоящего судебного разбирательства.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что требования истца об обязании выдать ему документы, связанные с работой, удовлетворению не подлежат, поскольку в настоящее время добровольно удовлетворены работодателем.

Согласно ст.237 ТК РФ моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба

Поскольку нарушение трудовых прав истца, выразившееся в незаконном увольнении, а также несвоевременной выдаче документов, связанных с работой, нашло свое подтверждение в ходе судебного разбирательства, его требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

Вместе с тем, учитывая характер и степень вины ответчика в допущенном нарушении трудовых прав истца, характер допущенных ответчиком нарушений, обстоятельства указанных нарушений, длительность нарушения прав истца и иные значимые для дела обстоятельства, включая индивидуальные особенности истца, суд полагает требуемую истцом сумму компенсации морального вреда в размере 200 000 руб. завышенной и подлежащей снижению до 5000 руб., что при установленных в ходе настоящего судебного разбирательства обстоятельствах в большей степени отвечает требованиям разумности и справедливости.

Согласно ст.99 ГПК РФ со стороны, недобросовестно заявившей неосновательный иск или спор относительно иска либо систематически противодействовавшей правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела, суд может взыскать в пользу другой стороны компенсацию за фактическую потерю времени. Размер компенсации определяется судом в разумных пределах и с учетом конкретных обстоятельств.

Истец ФИО1 просит взыскать с ответчика компенсацию за фактическую потерю времени.

Вместе с тем, объективных доказательств систематического противодействия правильному и своевременному рассмотрению и разрешению дела со стороны ответчика истцовой стороной суду не представлено и судом не добыто; факта такого противодействия со стороны ответчика судом в ходе настоящего судебного разбирательства не установлено.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что в удовлетворении ходатайства истца о взыскании с ответчика компенсации за фактическую потерю времени надлежит отказать.

Согласно ст.103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Учитывая изложенное, принимая во внимание положения ч.3 ст.56, ч.2 ст.61.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации, ст.ст.333.19, 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, с ООО «ЛенПромМонтаж» в доход бюджета Санкт-Петербурга подлежит взысканию государственная пошлина, исчисленная по правилам ст.ст. 333.19, 333.20 Налогового кодекса Российской Федерации, в размере (300 + 300 + (5200 + 1% * (496 042,68 – 200 000))) = 5800 руб.

На основании изложенного, руководствуясь ст.199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 – удовлетворить частично.

Изменить дату увольнения ФИО1 на 13 мая 2024 года.

Взыскать с ООО «ЛенПромМонтаж» в пользу ФИО1 заработную плату за время вынужденного прогула в размере 496 042 (четыреста девяносто шесть тысяч сорок два) руб. 68 коп., компенсацию морального вреда в размере 5000 (пять тысяч) руб.

В остальной части иска – отказать.

Взыскать с ООО «ЛенПромМонтаж» в доход бюджета Санкт-Петербурга государственную пошлину в размере 5800 (пять тысяч восемьсот) руб.

На решение может быть подана апелляционная жалоба в Санкт-Петербургский городской суд через Московский районный суд Санкт-Петербурга в течение одного месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Т.Л. Лемехова

Мотивированное решение изготовлено 24.05.2024.