Р Е Ш Е Н И Е

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Дело № 2-71/2019

20 февраля 2019 г.

г. Бодайбо

Бодайбинский городской суд Иркутской области в составе: 

судьи Ермакова Э.С., 

при секретаре Отбойщиковой Т.А.,

с участием: старшего помощника прокурора г. Бодайбо Пущиенко Л.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1, действующей от своего имени и в интересах несовершеннолетнего ФИО2, к Администрации муниципального образования г. Бодайбо и района о взыскании денежной компенсации морального вреда, 

у с т а н о в и л :

ФИО1, действуя от своего имени и в интересах несовершеннолетнего сына - ФИО2, *** года рождения, обратилась в Бодайбинский городской суд с исковым заявлением, в котором просит: 1) взыскать с Администрации г. Бодайбо и района в пользу несовершеннолетнего ФИО2 50 000 рублей денежной компенсации морального вреда, причиненного укусом безнадзорного животного; 2) взыскать с Администрации г. Бодайбо и района в пользу ФИО1 30 000 рублей денежной компенсации морального вреда.

В обоснование заявленных требований истица указала, что 18 ноября 2018 года около 16 часов на её несовершеннолетнего сына – ФИО2 в районе жилого ** в г. Бодайбо, напала безнадзорная собака, которая укусила его за правую руку и в область живота, укусив не менее 3-х раз. От этого ребенок упал на землю, а собака держала его зубами. Отогнать собаку помог прохожий. 

По факту полученных телесных повреждений, ФИО1 и ФИО2 обратились в приемный покой ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо», где были обработаны раны и даны рекомендации по дальнейшему лечению. Кроме того, хирургом была выдана справка, что сыну были причинены телесные повреждения от укуса собаки. В дальнейшем, по заключению судебно-медицинского эксперта от 23 ноября 2018 года № 284 установлено, что ФИО2 были причинены телесные повреждения в виде одной ссадины правового предплечья, расположенной на фоне подкожного кровоизлияния и двух ссадин передней поверхности живота справа, расположенных на фоне подкожных кровоизлияний, которые относятся к не причинившим вреда здоровью. 

Как далее мотивировала свое исковое заявление истица, в связи с этими укусами, их болезненность беспокоила ребенка, имелось незначительное кровотечение из ран, которые заживали около 2-х недель. Во время нападения несовершеннолетний пережил сильный нервный стресс и страх, полностью не восстановился, подавлен, боится оставаться один и возвращаться домой в вечернее время, испытывает страх перед собаками. Все это причинило ему нравственные страдания, которые оцениваются в 50 000 рублей. 

Со своей стороны, ФИО1 так же испытала стресс, связанный с состоянием здоровья ребенка, осознанием невозможности облегчить его состояние здоровья, облегчить его страдания, изменения привычного образа жизни в связи с необходимостью ухода за ребенком. Истица находит обоснованной и справедливой сумму денежной компенсации причиненного ей морального вреда в размере 30 000 рублей. 

ФИО1 полагает, что вред подлежит возмещению Администрацией г. Бодайбо и района, поскольку в соответствии с подпунктом 49 пункта 2, пункта 6 ст. 26.3 Федерального закона от 06 октября 1999 года № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации», Законом Иркутской области от 09 декабря 2013 года № 110-оз «О наделении органов местного самоуправления Иркутской области отдельными государственными полномочиями по организации и проведению мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных собак и кошек», ст. 3 Закона Иркутской области № 109-оз «Об организации и проведения в Иркутской области мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных», муниципальное образование города Бодайбо и района наделено отдельными областными государственными полномочиями по организации и проведению соответствующих мероприятий путем заключения контрактов для обеспечения государственных и муниципальных нужд, в том числе контрактов со специализированными организациями на выполнение работ (услуг) по содержанию безнадзорных собак. 

Непринятие надлежащих мер по заключению Администрацией г. Бодайбо и района соответствующих муниципальных контрактов привели к причинению вреда здоровью несовершеннолетнего ФИО2, в связи с чем, истица ФИО1 вынуждена обратиться в интересах своего сына и в своих интересах с требованием о денежной компенсации морального вреда. 

В судебном заседании истец – ФИО1 заявленные исковые требования поддержала.

Ответчик – Администрация г. Бодайбо и района в лице представителя ФИО3, действующей на основании доверенности от 18 января 2019 года № 1-15/5, исковые требования не признал.

Представитель ответчика ФИО3 поддержала ранее поданные письменные возражения по иску, согласно которым, в соответствии с Федеральным законом от 06 октября 2003 года № 131-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», органы местного самоуправления не наделены ни правом, ни обязанностью осуществлять деятельность по обращению с животными без их владельцев. Решение вопросов по организации проведения на территории субъекта Российской Федерации мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных относится к полномочиям органов государственной власти субъектов Российской Федерации (подпункт 49 пункта 2 ст. 26.3 Федерального закона от 06 октября 1999 года № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации»).

Законом Иркутской области от 09 декабря 2013 года № 110-ФЗ «О наделении органов местного самоуправления отдельными государственными полномочиями по организации и проведению в Иркутской области мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных собак и кошек», муниципальное образование г. Бодайбо и района наделено соответствующими полномочиями.

При этом органы местного самоуправления несут ответственность за осуществление отдельных государственных полномочий в пределах выделенных на эти цели материальных ресурсов. 

Постановлением Правительства Иркутской области от 21 октября 2016 года № 680-пп, утверждено «Положение об отдельных вопросах организации в Иркутской области мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных». 

Данным постановлением предусмотрено, что местом содержания безнадзорных собак и кошек являются специально оборудованные для этого здания (пункт 4); поступившие в места содержания собаки и кошки подлежат изолированному содержанию на срок в двадцать пять дней, в течение которых проводятся мероприятия по профилактике и лечению болезней, в том числе вакцинация против бешенства (пункт 7); в случае отказа востребования безнадзорных животных их собственниками, они подлежат стерилизации (кастрации) и биркованию, а по истечении пяти дней со дня стерилизации (кастрации) безнадзорных собак и кошек, осуществляется их возврат в места прежнего обитания вне границ детских и оздоровительных площадок, территорий образовательных организаций, организаций здравоохранения и общественного питания (пункт 20). 

Реализация указанных полномочий, как далее указано в постановлении Правительства Иркутской области от 21 октября 2016 года № 680-пп, осуществляется путем заключения контрактов с организациями путем проведения мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных в соответствии с техническим заданием. Во исполнение этих требований законодательства, такие контракты были заключены в 2017 году с индивидуальным предпринимателем Г., в 2018 году – с индивидуальным предпринимателем ИП С. 

Представитель ответчика полагает, что поскольку у Администрации г. Бодайбо и района отсутствует обязанность содержать отловленных животных в питомниках свыше установленного срока, ответственность за животных после выпуска их в среду обитания в месте отлова, на органе местного самоуправления не лежит, противоправность в их действиях отсутствует. 

Помимо этого, истицей не представлено доказательств того, что напавшая на её сына собака являлась безнадзорной, а не принадлежала конкретному владельцу. 

В ходе проведенной следственными органами проверки по заявлению ФИО1, постановлением следователя следственного комитета РФ по Иркутской области в возбуждении уголовного дела в отношении начальника отдела промышленной политики, ЖКХ, транспорта и связи Н. по признакам состава преступления, предусмотренного частью 1 ст. 293 УК РФ, было отказано.

Более того, истицей не обоснован размер денежной компенсации морального вреда, причиненного её несовершеннолетнему ребенку, который является завышенным. Заявление ФИО1 не содержит данных о наличии у неё каких-либо нравственных и физических страданий в связи с причинением вреда её ребенку. 

Как далее указал представитель Администрации г. Бодайбо и района, поскольку мероприятия по отлову и содержанию безнадзорных собак и кошек относятся к полномочиям органов государственной власти субъекта Российской Федерации, то надлежащим ответчиком по делу является Государственный ветеринарный надзор Иркутской области, то есть орган, уполномоченный Правительством Иркутской области в соответствии с частью 1 ст. 3 Закона Иркутской области от 09 декабря 2013 года № 109-оз «Об организации проведения в Иркутской области мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных», пунктом 1 Постановления Правительства Иркутской области от 29 декабря 2009 года № 395/174пп «О службе ветеринарии Иркутской области». 

Исследовав материалы дела, заслушав объяснения участвующих в деле лиц, показания свидетелей, заключение прокурора и прения сторон, суд находит заявленные ФИО1 исковые требования от своего имени и в интересах несовершеннолетнего ФИО2 к Администрации г. Бодайбо и района о взыскании денежной компенсации морального вреда, подлежащими удовлетворению частично.

В соответствии со ст. 1064 Гражданского Кодекса Российской Федерации (ниже по тексту «ГК РФ») вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда (часть 1). Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда (часть 2).

Согласно ст. 151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. 

Компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (ст. 1101 ГК РФ).

В пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду необходимо выяснить, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора.

Как следует из материалов дела, 18 ноября 2018 года около 16 часов, в районе жилого дома, расположенного по адресу: **, несовершеннолетний ФИО2, *** года рождения, подвергся нападению безнадзорной собаки, в ходе которого, собака укусила несовершеннолетнего за правую руку и в область живота, укусив не менее трех раз.

Данные обстоятельства причинения телесных повреждений несовершеннолетнему ФИО2 со стороны безнадзорной собаки, о которых сообщила законный представитель истца, подтверждены исследованными по делу доказательствами. 

Так, согласно письменным объяснениям пострадавшего ФИО2, данными им при проведении проверки в рамках расследования заявления ФИО1 по признакам состава преступления, предусмотренного ст. 293 УК РФ (регистрационный *), 18 ноября 2018 года около 16 часов он направлялся к своему другу ФИО4, проживающему в ** в г. Бодайбо. При подходе к этому дому на него набросилась собака бело-серого цвета, схватила за правую руку, стала кусать. ФИО2 упал на землю, после чего собака отпустила его правую руку и укусила один раз за живот с правой стороны, от чего он испытал сильную боль. В этот момент собаку отогнал проходящий мимо человек.

Данные объяснения согласуются с показаниями допрошенного в судебном заседании свидетеля К., которая пояснила, что проживает в жилом доме, расположенном по адресу: **. В середине ноября 2018 года она, в дневное время, около 16 часов выходила из подъезда дома в сторону магазина «Алмаз», и увидела, как собака бело-серого окраса, без ошейника, повалила ребенка на землю, кусала его. Проходивший рядом человек отогнал данную собаку, а ребенок – ФИО2, который шел к её сыну, возвратился домой. 

Дополнительно свидетель К. пояснила, что в районе этого жилого ** обитает несколько собак, в том числе собака, напавшая на ФИО2. Данные собаки не имеют хозяев, являются безнадзорными. Одна из жительниц дома дает этим собакам пищу. В результате нападения этих собак пострадало несколько человек.

Наличие в районе этого жилого дома в середине ноября 2018 года нескольких собак, в том числе собаки бело-серого цвета, их агрессивного поведения, от которого пострадало несколько человек, подтвердили в судебном заседании свидетели Ф., Ш. 

По заключению судебно-медицинского эксперта от 23 ноября 2018 года № 284, проведенному в рамках проверки по заявлению ФИО1 о совершении преступления, установлено, что ФИО2 были причинены телесные повреждения в виде одной ссадины правового предплечья, расположенной на фоне подкожного кровоизлияния и двух ссадин передней поверхности живота справа, расположенных на фоне подкожных кровоизлияний, которые относятся к не причинившим вреда здоровью. Данные телесные повреждения возникли от воздействий (в общей сложности, трех) в перечисленные области тела твердого травмирующего предмета (предметов) с ограниченной контактной поверхностью, чем не исключено, могло быть воздействие свободных краев зубов собаки при укусе в область правого предплечья и при укусе за область живота справа, как указано самим ФИО2 (при таких условиях повреждения в области живота справа, учитывая их взаиморасположение, могли образоваться практически одновременно). Во время их причинения, ФИО2 мог находиться в любом положении (стоя, лежа, сидя) при обязательном условии доступности для воздействия травмирующего предмета (или предметов) перечисленных областей травматизации. Учитывая их морфологические характеристики и области локализации, данные повреждения имеют срок давности причинения не менее 3-5 суток назад к моменту поступления ФИО2 в Бодайбинский СМО при проведении экспертизы, что не исключает возможности их образования в срок, установленный в постановлении о её назначении, а именно в 18 ноября 2018 года около 16 часов.

Как далее указано в заключении, данные телесные повреждения относятся к не причинившим вреда здоровью, поскольку, как сами по себе, так и в отдельности, так и в совокупности, не влекут расстройства здоровья либо стойкой утраты трудоспособности. 

Выводы данного заключения ответчиком не оспорены, ходатайств о проведении судебно-медицинской экспертизы в рамках настоящего дела ответчиком не заявлено. В этих условиях, суд признает данное заключение относимым и допустимым письменным доказательством по делу, подтверждающим характер, локализацию, механизм образования и тяжесть телесных повреждений. 

Это заключение согласуется и со справкой врача-хирурга ОГБУЗ «Районная больница г. Бодайбо» от 18 ноября 2018 года, которой установлен факт наличия у ФИО2, *** года рождения, ран от укуса и царапин от зубов собаки. 

Приведенные выше доказательства согласуются между собой, воссоздают событие причинения несовершеннолетнему ФИО2 телесных повреждений, описывают характер, механизм образования и локализацию полученных им травм, как полученных от укусов собаки 18 ноября 2018 года. 

При этом указанные выше объяснения пострадавшего, показания свидетелей, а так же постановление следователя Бодайбинского МСО СУ СК России по Иркутской области от 06 декабря 2018 года, вынесенное по результатам проверки заявления ФИО1, вопреки доводам Администрации г. Бодайбо и района, объективно подтверждают, что напавшая на пострадавшего собака не имела признаков, указывающих на наличие у неё собственника или иного владельца, обитала в районе доме жилого ** в г. Бодайбо. 

Эти доказательства ответчиком не опровергнуты путем представления иных доказательств по делу, свидетельствующих о принадлежности конкретному собственнику, не представлено. Именно на органы местного самоуправления пунктом 2 ст. 230 ГК РФ возложена обязанность устанавливать собственников безнадзорных животных.

В этих условиях, суд приходит к выводу о том, что полученные ФИО2 телесные повреждения были получены им в результате нападения и укусов безнадзорной собаки. 

В силу положений ст. 2 Закона РФ от 14 мая 1993 года № 4979-1 «О ветеринарии», а также ст. ст. 3 и 4 Федерального закона от 30 марта 1999 года № 52-ФЗ «О санитарно-эпидемиологическом благополучии населения», отношения в области ветеринарии в целях защиты животных от болезней, выпуска безопасных в ветеринарном отношении продуктов животноводства и защиты населения от болезней, общих для человека и животных, а также отношения, возникающие в области обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, как одного из основных условий реализации предусмотренных Конституцией Российской Федерации прав граждан на охрану здоровья и благоприятную окружающую среду, находятся в совместном ведении Российской Федерации и ее субъектов.

Подпунктом 49 пункта 2 ст. 26.3. Федерального закона от 06 октября 1999 года № 184-ФЗ «Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации» (в редакции Федерального закона от 30 марта 2015 года № 64-ФЗ, действующей на момент возникновения спорных правовых отношений сторон) к полномочиям отнесена организация проведения на территории субъекта Российской Федерации мероприятий по предупреждению и ликвидации болезней животных, их лечению, защите населения от болезней, общих для человека и животных, за исключением вопросов, решение которых отнесено к ведению Российской Федерации.

В силу пункта 9.5. Санитарно-эпидемиологических правил СП 3.1.7.2627-10 «Профилактика бешенства среди людей», утвержденных Постановлением Главного государственного санитарного врача РФ от 06 мая 2010 года № 54, регулирование численности безнадзорных животных производится путем их отлова и содержания в специальных питомниках. 

Пунктами 8.2. и 8.4.2.Санитарно-эпидемиологических правил и нормативов СанПиН 3.2.3215-14, установлено, что обеспечение органами местного самоуправления и юридическими лицами учета и регистрации собак, регулирование численности бродячих собак путем их отлова и содержания в специальных питомниках. При реализации региональных программ, комплексных планов санитарно-эпидемиологического благополучия населения организация и проведение указанных мероприятий относится к полномочиям органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации.

Законом Иркутской области от 9 декабря 2013 года № 109-ОЗ «Об организации проведения в Иркутской области мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных» в статье 2 определено, что безнадзорными собаками и кошками понимаются находящиеся в границах населенных пунктов собаки и кошки без сопровождающего их собственника, или уполномоченного собственником лица, или лица, в установленных гражданским законодательством случаях взявшего на себя обязанности по содержанию собаки и (или) кошки, а также бесхозяйные собаки и кошки (статья 2). 

Согласно ст. 3 указанного областного закона, безнадзорные собаки и кошки подлежат мониторингу исполнительным органом государственной власти Иркутской области, уполномоченным Правительством Иркутской области. Для выполнения задачи обеспечения санитарно-эпидемиологического благополучия населения, создания благоприятных и безопасных условий проживания граждан безнадзорные собаки и кошки подлежат отлову и содержанию в соответствии с законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд. 

Безнадзорные собаки и кошки, отловленные и поступившие в места содержания в соответствии с контрактами на выполнение работ (услуг) по отлову и содержанию безнадзорных собак и кошек, подлежат постановке на учет, обособленный от учета иных собак и кошек, находящихся в местах содержания, в порядке, установленном статьей 4 настоящего Закона.

Ст. 7 указанного закона определено, что финансирование расходов, связанных с организацией проведения мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных, осуществляется за счет средств областного бюджета в соответствии с бюджетным законодательством.

Законом Иркутской области от 09 декабря 2013 года № 110-ФЗ «О наделении органов местного самоуправления отдельными государственными полномочиями по организации и проведению в Иркутской области мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных собак и кошек» в статье 2 полномочия по организации проведения мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных собак и кошек в границах населенных пунктов Иркутской области, делегированы органам местного самоуправления, в частности муниципальному образованию г. Бодайбо и района. 

Постановлением Правительства Иркутской области от 21 октября 2016 года № 680-пп, утверждено «Положение об отдельных вопросах организации в Иркутской области мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных», которое в пункте 4 определяет место содержания безнадзорных собак и кошек в специально оборудованных для этого зданиях, а в пункте 7 - поступившие в места содержания собаки и кошки подлежат изолированному содержанию на срок в двадцать пять дней, в течение которых проводятся мероприятия по профилактике и лечению болезней, в том числе вакцинация против бешенства.

В случае отказа востребования безнадзорных животных их собственниками, они подлежат стерилизации (кастрации) и биркованию (пункт 19).

Приведенные выше положения нормативных документов свидетельствуют о том, что государственные полномочия по организации отлова безнадзорных животных на территории муниципального района г. Бодайбо и Бодайбинского района возложены на орган местного самоуправления – Администрацию г. Бодайбо и района, которая осуществляется в форме заключения контрактов для обеспечения государственных и муниципальных нужд в соответствии с действующим законодательством, за счет предоставляемых органами исполнительной власти субвенций.

Статьей 4 Закона Иркутской области от 09 декабря 2013 года № 110-ФЗ «О наделении органов местного самоуправления отдельными государственными полномочиями по организации и проведению в Иркутской области мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных собак и кошек» уполномоченный орган государственной власти при осуществлении органами местного самоуправления соответствующих государственных полномочий, наделен лишь методическими, контрольными функциями за реализацией ими организации отлова безнадзорных животных на территории муниципального района г. Бодайбо и Бодайбинского района.

В этих условиях, доводы Администрации г. Бодайбо и района о том, что надлежащим ответчиком по настоящему делу является Государственный ветеринарный надзор Иркутской области, несостоятельны. 

Из материалов дела следует, что в 2018 году Администрацией г. Бодайбо и района в соответствии с законодательством Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, объявлялись электронные аукционы на оказание услуг по организации отлова безнадзорных животных на территории муниципального образования г. Бодайбо и района: 06 февраля 2018 года, 02 апреля 2018 года, 25 апреля 2018 года, 03 августа 2018 года, от 19 сентября 2018 года признанные не состоявшимися в виду отсутствия заявок. 

По результатам других торгов были заключены муниципальные контракты от 08 мая 2018 года с индивидуальным предпринимателем ИП С. на срок с 12 мая по 11 июня 2018 года, от 07 сентября 2018 года с индивидуальным предпринимателем ИП С. на период с 10 сентября 2018 года по 09 октября 2018 года. 

В дальнейшем электронные аукционы на реализацию полномочий по отлову безнадзорных собак и кошек после 19 сентября 2018 года не объявлялись, а соответствующие муниципальные контракты с соответствующими организациями не заключались.

Направление Администрацией г. Бодайбо и района письма индивидуальному предпринимателю ИП С. от 26 октября 2018 года * и отсутствие ответа на него, без проведения в порядке, установленном действующим законодательством о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, не может свидетельствовать о надлежащей реализации этим органом местного самоуправления государственных полномочий по организации отлова безнадзорных животных на территории муниципального района г. Бодайбо и Бодайбинского района в соответствии с требованиями Закона Иркутской области от 9 декабря 2013 года № 109-ОЗ «Об организации проведения в Иркутской области мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных». 

При этом суд исходит из того обстоятельства, что в таких торгах могут принять участие любые организации и индивидуальные предприниматели, а не только ИП ИП С.

Иных документов, свидетельствующих об объективной невозможности по проведению электронных аукционов, заключению контрактов для обеспечения государственных и муниципальных нужд в соответствии с действующим законодательством, в том числе в виду отсутствия предоставления со стороны органов исполнительной власти Иркутской области субвенций на эти цели, Администрацией г. Бодайбо и района суду в соответствии с требованиями ст. 56 ГПК РФ не представлено.

Ссылка ответчика на постановление следователя Бодайбинского МСО СУ СК России по Иркутской области от 06 декабря 2018 года, которым было отказано в возбуждении уголовного дела в отношении начальника отдела ОПП, ЖКХ, транспорта и связи Иркутской области Н., предусмотренного частью 1 ст. 293 УК РФ, то есть в халатности, поскольку, как установлено в ходе проверки, Администрацией г. Бодайбо и района предпринимались меры, направленные на организацию электронных торгов, заключение договоров на отлов безнадзорных собак в 2018 году, несостоятельна. 

Данное постановление органа предварительного следствия не имеет обязательной для суда силы, а установленные им обстоятельства оцениваются наряду с другими доказательствами по делу. Кроме того, предметом проверки являлось наличие или отсутствие состава преступления, предусмотренного частью 1 ст. 293 УК РФ, в действиях Н.. 

Между тем, исполнение государственных полномочий по отлову безнадзорных собак и кошек возложено приведенным выше законом Иркутской области на орган местного самоуправления муниципального района в целом.

Исследованные по делу доказательства, приведенные выше, объективно свидетельствуют о неисполнении Администрацией г. Бодайбо и района надлежащим образом в период с 09 октября 2018 года, то есть даты истечения срока действия заключенного с индивидуальным предпринимателем ИП С. муниципального контракта на отлов и содержание безнадзорных собак и кошек, государственных полномочий в этой области. 

Именно это бездействие ответчика состоит в причинной связи с нападением на ФИО2 18 ноября 2018 года в района ** в г. Бодайбо безнадзорной собаки, повлекшее причинение ему телесных повреждений. 

Не исключает такой причинной связи, вины в причинении вреда несовершеннолетнему и ссылка ответчика на положения пункта 20 действующего Постановления Правительства Иркутской области от 21 октября 2016 года № 680-пп, утверждено «Положение об отдельных вопросах организации в Иркутской области мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных» предусматривает срок пребывания невостребованных домашних животных в местах их содержания не более двадцати пяти дней, по истечении которых, животные подлежат стерилизации и биркованию, а в течение последующих пяти дней – возвращению в места прежнего обитания, вне границ детских и спортивных площадок, территорий образовательных организаций, организаций здравоохранения и общественного питания.

Доказательств того, что животное, напавшее на ФИО2 18 ноября 2018 года, было отловлено в рамках выполнения мероприятий, предусмотренных действующим законодательством, по отлову и содержанию безнадзорных собак, проходило соответствующую стерилизацию, биркование и было выпущено в место прежнего обитания, Администрацией г. Бодайбо и района не представлено.

Кроме того, в круг полномочий органов государственной власти субъекта Российской Федерации наряду с решением вопросов организации проведения на территории субъекта Российской Федерации мероприятий по предупреждению и ликвидации болезней животных, их лечению, защите населения от болезней, общих для человека и животных, после внесения в подпункт 49 пункта 2 указанной статьи изменений Федеральным законом от 30 марта 2015 года № 64-ФЗ включена также организация проведения мероприятий по отлову и содержанию безнадзорных животных.

По смыслу приведенной нормы, федеральный законодатель предусмотрел решение вопроса регулирования численности безнадзорных животных, как источника болезней, путем проведения мероприятия, состоящего как из отлова, так и содержания таких животных, что исключает иное правовое регулирование на региональном уровне общественных отношений в названной сфере, в том числе предусматривающее вместо содержания безнадзорных животных их возврат в прежнюю среду обитания (Апелляционное определение Верховного Суда РФ от 31 января 2018 года № 44-АПН17-29).

Оценивая исследованные по делу доказательства по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд признает их относимыми, допустимыми, достоверными и в совокупности достаточными для вывода о наличии в действиях Администрации г. Бодайбо и района противоправности и вины, выразившейся в бездействии по исполнению возложенных на этот орган местного самоуправления государственным полномочий по отлову и содержанию безнадзорных собак, причинной связи между этим бездействием и нападением на несовершеннолетнего ФИО2 безнадзорной собаки, повлекшим нанесение ему укусов и причинения морального вреда.

В силу абзаца 2 пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда.

Согласно пункту 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» (с изменениями от 25 октября 1996 г., 15 января 1998 г., 6 февраля 2007 г.), размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

В результате произошедшего нападения безнадзорной собаки, несовершеннолетний ФИО2 испытал острую физическую боль, страх, шок и стресс от агрессивного поведения животного, чувство беспомощности в произошедшей ситуации. Усугубляет данную ситуацию малолетний возраст пострадавшего.

Вместе с тем, по заключению судебно-медицинского эксперта от 23 ноября 2018 года № 284, проведенному в рамках проведения проверки по заявлению ФИО1, установлено, что причиненные в результате этого нападения телесные повреждения ФИО2 не повлекли расстройства здоровья либо стойкой утраты трудоспособности. 

Согласно заключению по результатам психологического обследования ФИО2, проведенному психологом МБОУ «СОШ № 1» Ч., несовершеннолетний испытал временный шок от агрессивного поведения животного, страх, как психофизический процесс у ребенка не закрепился. Данное состояние как процесс у ребенка имеет завершенную стадию, что не влечет вреда его здоровью.

Данное заключение, представленное истицей, участвующими в деле лицами не оспорено и не опровергнуто. Ходатайство о проведении соответствующей экспертизы состояния несовершеннолетнего не заявлено. 

Доказательств того, что полученные ФИО2 телесные повреждения повлекли иные последствия для физического и психического здоровья несовершеннолетнего пострадавшего и эти последствия переживались и переживаются длительное время, в частности в виде продолжении лечения либо получении реабилитационных восстановительных процедур, консультации врачей соответствующего профиля, истица суду не представила. 

Принимая во внимание характер, степень и тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, индивидуальные особенности потерпевшего, его возраст, степень вины причинителя вреда, выразившуюся в ненадлежащем исполнении возложенных на него государственных полномочий по отлову и содержанию безнадзорных собак, учитывая требования разумности и справедливости, суд находит возможным определить подлежащий взысканию с Администрации г. Бодайбо и района в пользу ФИО2 размер компенсации морального вреда в размере 15 000 рублей.

В остальной части исковых требований о взыскании с Администрации г. Бодайбо и района компенсации морального вреда, причиненного ФИО2, должно быть отказано. 

Разрешая требования о компенсации морального вреда в пользу самой ФИО1 в связи с причинением вреда здоровью её несовершеннолетнего сына, суд, применительно к абзацу 3 пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1, суд учитывает обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этому лицу физических или нравственных страданий, что влияет на определение размера компенсации этого вреда. Принимает суд во внимание и то, что наличие факта родственных отношений само по себе не является достаточным основанием для компенсации морального вреда.

Исходя из установленных по делу обстоятельств, суд принимает во внимание особую, близкую родственную связь матери с ребенком, переживанием за его жизнь и здоровье. При этих условиях, нападение безнадзорной собаки на несовершеннолетнего ФИО2, укусы этой собакой ребенка, являлись обстоятельством, вызывающим беспокойство за его здоровье со стороны ФИО1, возможных более тяжких последствий, связанных с занесением опасной для человека инфекцией, возможными последствиями для его психического здоровья. 

О наличии таких переживаний, стресса у ФИО1, показали допрошенные в судебном заседании свидетели П. – супруг истицы, С. – коллега по работе.

При оценке степени компенсации нравственных страданий суд учитывает и то, что данное нападение не повлекло для несовершеннолетнего расстройства физического и нравственного вреда здоровью, иных значимых последствий, которые бы переживались длительное время.

Не представлено истицей и доказательств того, что в результате указанных переживаний, у неё так же имело место расстройство здоровья, иные последствия, указывающие на повышенную степень её нравственных страданий. 

С учетом характера и степени нравственных страданий, обусловленных близкой родственной связью с между ФИО5 и ФИО2, приведенных выше фактических обстоятельств, при которых ФИО5 был причинен моральный вред, индивидуальные особенности потерпевшей, степень вины причинителя вреда, выразившуюся в ненадлежащем исполнении возложенных на него государственных полномочий по отлову и содержанию безнадзорных собак, учитывая требования разумности и справедливости, суд находит возможным определить размер подлежащего взысканию с Администрации г. Бодайбо и района в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 2 000 рублей.

В остальной части исковых требований о взыскании с Администрации г. Бодайбо и района компенсации морального вреда, ФИО1 следует отказать.

На основании ст. 98 ГПК РФ с Администрации г. Бодайбо и района в пользу ФИО1 подлежат взысканию расходы по уплаченной государственной пошлине по иску в сумме 300 рублей, подтвержденные квитанцией ПАО Сбербанк от 11 января 2019 года.

При этом суд учитывает, что действующее процессуальное законодательство не содержит исключений для возмещения судебных расходов стороне, в пользу которой состоялось решение, и в том случае, когда другая сторона в силу закона освобождена от уплаты государственной пошлины. Налоговое законодательство не предусматривает возможность возмещения таких расходов истцу за счет средств бюджета. 

Руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, 

Р Е Ш И Л :

Иск ФИО1 действующей от своего имени и в интересах несовершеннолетнего ФИО2 к Администрации муниципального образования г. Бодайбо и района о взыскании денежной компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Администрации муниципального образования г. Бодайбо и района в пользу ФИО2 в лице законного представителя ФИО1 15 000 рублей (Пятнадцать тысяч рублей) денежной компенсации морального вреда, причиненного укусом безнадзорного животного. 

Взыскать с Администрации муниципального образования г. Бодайбо и района в пользу ФИО1 2 000 рублей (Две тысячи рублей) денежной компенсации морального вреда и 300 рублей (Триста рублей) расходов по уплаченной государственной пошлины по иску, а всего 2 300 рублей (Две тысячи триста рублей).

В остальной части исковых требований к Администрации муниципального образования г. Бодайбо и района о взыскании денежной компенсации морального вреда ФИО1, действующий от своего имени и в интересах несовершеннолетнего ФИО2, отказать.

Решением может быть обжаловано в Иркутский областной суд в течение одного месяца через Бодайбинский городской суд. 

Судья: Э.С. Ермаков