Дело № 2-2892/2017 19 июля 2017 года

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Красносельский районный суд Санкт-Петербурга в составе:

председательствующего судьи Уланова А.Н.,

при секретаре Кочаряне Э.М., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО3 о возмещении ущерба, компенсации морального вреда, судебных расходов,

У С Т А Н О В И Л:

Истцы обратились в Красносельский районный суд Санкт-Петербурга с названным иском к ответчику, в котором просят взыскать возмещение ущерба в размере 30 000 рублей, расходы на реанимацию и кремацию животного в размере 1 250 рублей, компенсацию морального вреда в размере по 30 000 рублей в пользу каждого истца, расходы по оценке в размере 3 000 рублей, расходы на представителя в размере 60 000 рублей, расходы по государственной пошлине в размере 1 794 рублей.

В обоснование иска указали, что являлись владельцами собаки «померанский шпиц»; 5 ноября 2016 года во время прогулки на собаку истцов напала собака, принадлежащая ответчику. В результате нападения собака истцов умерла, несмотря на проведённые реанимационные мероприятия в ветеринарной клинике.

Указывая на то, что ущерб имуществу истцов причинён имуществом ответчика по неосторожности самого ответчика, истцы обосновывали взыскание ущерба.

При этом ссылались на сильную привязанность к собаке, теплые чувства к ней, указывали, что утрата животного нанесла им тяжёлые психологические травмы и привела к страданиям, в связи с чем, просят взыскать компенсацию морального вреда.

Истец ФИО2, представитель истцов – адвокат Надежницкий А.А., действующий на основании доверенности, явились в судебное заседание, на удовлетворении требований настаивали.

Ответчик, явившийся в судебное заседание, не отрицал самого факта нападения его собаки на собаку истцов, однако полагал, что вина за произошедшее лежит на обоих участниках, в связи с чем возражал против удовлетворения требований.

Выслушав явившихся в заседание лиц, изучив материалы настоящего гражданского дела, оценив представленные доказательства по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

Судом установлено, что собака по кличке «

<

...>» породы «померанский шпиц» на праве совместной собственности принадлежала ФИО2 и ФИО1 (л.д.5, 22-23, 35-38).

Согласно постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела от 11 ноября 2016 года, вынесенному и.о. дознавателя 54 отдела полиции УМВД России по Красносельскому району Санкт-Петербурга 5 ноября 2016 года собака породы «американский стаффорлширский терьер» напала на собаку истцов, при этом в названный момент времени собаку выгуливал её собственник – ФИО3 (л.д.27).

Ответчик в ходе рассмотрения дела судом не отрицал факт нападения собаки, равно как и факт того, что принадлежности животного (57, 71)

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. 

Пунктом 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года №1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что установленная статьей 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения ущерба, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Деликтная ответственность за причинение ущерба наступает при наличии ряда условий: подтверждения со стороны лица, требующего возмещения убытков, наличия состава правонарушения, наступления вреда и размера этого вреда, противоправности поведения причинителя вреда, причинно-следственной связи между противоправным поведением причинителя вреда и наступившими неблагоприятными последствиями. Отсутствие какого-либо одного из указанных элементов исключает возможность привлечения лица к деликтной ответственности.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что бремя доказывания наличия факта причинения и размер причиненного вреда, возложены на истца, а на ответчике лежит обязанность предоставить доказательства, подтверждающие отсутствие его вины в причинении ущерба. 

Суд отклоняет доводы стороны ответчика о том, что вину в произошедшем следует отнести на владельцев обоих собак, в том числе на истца, который своими действиями способствовал наступлению неблагоприятных последствий (часть 2 статьи 1083 Гражданского кодекса Российской Федерации), а именно, сорвал ошейник и поводок с собаки ответчика.

В соответствии со статьёй 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, содержание которой следует рассматривать в контексте пункта 3 статьи 123 Конституции Российской Федерации и статьи 12 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, закрепляющих принцип состязательности гражданского судопроизводства и принцип равноправия сторон, каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Ответчиком в материалы дела никаких доказательств наличия грубой неосторожности со стороны истцов не представлено, доводы о наличии таких доказательств в виде объяснения самого ответчика в материалах проверки КУСП 54/7693 суд отклоняет.

Как указывал сам ответчик, в рамках проверки опрошены только участники конфликта, иных доказательств не собрано об их наличии ответчик не сообщил суду.

Более того, ответчик указал, что свидетелей инцидента не имеется.

Объяснения участников процесса подлежат обязательной проверке судом (статья 68 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации), при этом ответчик имел возможность дать соответствующие пояснения непосредственно суду.

Поскольку из пояснений самого ответчика следует, что в материалах проверки КУСП не имеется иных доказательств кроме его объяснений, каких-либо дополнительных доказательств своей версии произошедшего ответчик суду не представил, то в силу невозможности проверить достоверность представленных пояснений, отсутствие каких-либо доказательств, подтверждающих состоятельность данных пояснений, суд отклоняет их в части указания на наличие вины самого потерпевшего.

В таких обстоятельствах в вопросах вины в событии 5 ноября 2016 года суд приходит к выводу о том, что ответчик не оспорил наличие своей вины в произошедшем.

Следовательно, в силу презумпции, установленной статьёй 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд полагает именно ответчика виновным в случившемся нападении на собаку истцов и причинённый ущерб.

Оценивая вопрос наличия причинно-следственной связи в нападении собаки ответчика на собаку истцов и наступившей смерти животного, суд принимает во внимание как пояснения сторон спора, которые подтверждали факт нападения, так и выписку из истории болезни, выданную ветеринарной клиникой «Дюша».

Согласно названной выписке (л.д.24) 5 ноября 2016 года поступила собака породы «померанский шпиц» по кличке «

<

...>», при поступлении животное имело множественные кусанные рваные, агональное состояние, острую кровопотерю.

При этом в выписке сказано, что собака поступила в 10 часов 10 минут.

При этом в постановлении по материалам КУСП указано, что нападение собаки ответчика на собаку истцов имело место в 9 часов 45 минут.

Совокупность данных обстоятельств, непродолжительный период времени между нападением и поступлением животного в клинику, позволяют суду с достоверностью установить, что причинённые раны собаке истцов и наступивший летальный исход находятся в непосредственной причинно-следственной связи с произошедшим событием.

Разрешая требования иска по размеру, суд принимает во внимание следующее.

Как следует из представленного отчета, подготовленного ООО «Стандарт Оценка», №0184С-01/17 от 24 января 2017 года стоимость права требования ущерба причинённого гибелью собаки породы «померанский шпиц» составит 30 000 рублей (л.д.6-16).

Суд находит отчет, представленный истцом, отвечающим формальным требованиям, предъявляемым к такому виду доказательств. 

Представленный отчёт полностью соответствует положениям статьи 11 Федерального закона от 29 июля 1998 года №135-ФЗ «Об оценочной деятельности в Российской Федерации», предъявляющие требования к содержанию отчета об оценке объекта оценки. 

Согласно указанной норме отчет об оценке объекта оценки (далее - отчет) не должен допускать неоднозначного толкования или вводить в заблуждение. В отчете в обязательном порядке указываются дата проведения оценки объекта оценки, используемые стандарты оценки, цели и задачи проведения оценки объекта оценки, а также приводятся иные сведения, которые необходимы для полного и недвусмысленного толкования результатов проведения оценки объекта оценки, отраженных в отчете.

Ответчик надлежащим образом представленный отчет не оспорил, ходатайств о проведении судебной экспертизы не заявлял. 

Проанализировав содержание отчета, предоставленного истцами, суд приходит к выводу о том, что он содержит подробное описание произведенных исследований, сделанные в результате их выводы и научно обоснованные ответы на вопросы, требующие специальных познаний, в обоснование сделанных выводов специалистом приведены соответствующие данные из имеющихся в распоряжении специалиста документов, основываются на исходных объективных данных, учитывая имеющуюся в совокупности документацию, а также на использованной при проведении исследования научной и методической литературе, в отчете указаны данные о квалификации специалиста, его образовании, стаже работы.

Поскольку судом ранее сделан вывод о наличии вины ответчика в произошедшем, установлена причинно-следственная связь между событием и наступившим ущербом, то в порядке возмещения ущерба с ответчика в пользу истцов следует взыскать 30 000 рублей.

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под реальным ущербом понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Суд принимает во внимание, что для целей восстановления своего права, а именно сохранение жизни животному, истцы осуществили оплату реанимационных мероприятий, а впоследствии услуг кремации, в сумме 1 250 рублей, которые в счёт возмещения ущерба подлежат взысканию с ответчика.

В части требований о возмещении морального вреда, суд полагает их необоснованными в связи со следующим.

В соответствии со статьёй 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года №10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Таким образом, основанием для взыскания компенсации морального вреда, с учетом доводов иска, служит нарушение личного неимущественного права истцов со стороны ответчика.

Вместе с тем никакие личные неимущественные права истца не подвергались негативному воздействию.

Статьёй 137 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что к животным применяются общие правила об имуществе постольку, поскольку законом или иными правовыми актами не установлено иное.

При осуществлении прав не допускается жестокое обращение с животными, противоречащее принципам гуманности.

Собака истцов в правовом плане является имуществом, которому причинён ущерб, следовательно, требования иска направлены именно на защиту имущественных прав, что не предполагает возможности взыскание компенсации морального вреда в порядке, установленном статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суд также полагает возможным отметить, что наличие внутренней глубокой привязанности к собаке, её восприятие истцами как «члена семьи», не следует из материалов дела, никаких специальных исследований в названной области истцами не проведено и не представлено суду.

Кроме этого о необходимости проведения таких исследований истцы в порядке статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не заявляли.

Распределяя судебные расходы, суд принимает во внимание, что имущественные требования иска удовлетворены в полном объёме.

В порядке статей 94, 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации надлежит взыскать расходы истцов на оплату услуг по досудебной оценке в размере 3 000 рублей (л.д.17-19), подтвержденные материалами дела, поскольку указанные расходы находятся в непосредственной причинно-следственной связи между рассмотренным делом и указанными тратами, понесены истцами в рамках собирания доказательств. 

Согласно статье 100 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

По смыслу Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17 июля 2007 года №382-О-О не усматривается обязанности суда взыскивать судебные расходы в полном объеме. Конституционный Суд Российской Федерации указывает на возможность уменьшения размера сумм, взыскиваемых судом в возмещение расходов по оплате услуг представителя.

При определении размера указанных расходов суд учел сложность дела, конкретные обстоятельства рассмотренного дела, в том числе, количество и продолжительность судебных заседаний, в которых участвовал представитель, документы, которые были составлены представителем и доказательства, которые им представлены в судебные заседания, в связи с чем, с учетом принципа разумности, с ответчика в пользу истца в счет возмещения расходов на оплату услуг представителя подлежит взысканию 30 000 рублей.

Из положений части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации следует, что стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы, за исключением случаев, предусмотренных частью второй статьи 96 настоящего Кодекса. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано. 

Поскольку требования иска удовлетворены в части имущественных требований, в порядке статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, с ответчика в пользу истцов следует взыскать расходы по государственной пошлине в размере 1 137 рублей 50 копеек.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 56, 67, 194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО3 солидарно в пользу ФИО1, ФИО2 в счёт возмещения ущерба средства в размере 30 000 рублей, расходы на лечение и кремацию животного в размере 1 250 рублей, расходы по государственной пошлине в размере 1 137 рублей 50 копеек, расходы по оценке в размере 3 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 рублей, а всего взыскать 65 387 рублей 50 копеек.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1, ФИО2 отказать. 

Решение может быть обжаловано в Санкт-Петербургский городской суд в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Красносельский районный суд Санкт-Петербурга.

Судья: 

Решение суда в окончательной форме принято 21 июля 2017 года.