УИД: 11RS0002-01-2024-004995-90

Дело № 2-475/2025 (№ 2-3866/2024)

РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Воркута 13 марта 2025 г.

Воркутинский городской суд Республики Коми в составе:

председательствующего судьи Комиссаровой Е.С.,

при секретаре Басаргиной О.И.,

с участием представителя ответчика АО «Воркутауголь» ФИО1,

прокурора Щербины Р.А., 

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО2 к акционерному обществу по добыче угля «Воркутауголь», Печорскому управлению Ростехнадзора, Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору о взыскании денежной компенсации морального вреда в связи с причинением вреда жизни, 

установил:

ФИО2 обратилась в суд с иском к акционерному обществу по добыче угля «Воркутауголь» (далее АО «Воркутауголь»), Печорскому управлению Ростехнадзора о взыскании денежной компенсации морального вреда в размере 3 000 000,00 руб., с каждого.

В обоснование заявленных требований истец указала, что 25 февраля 2016 г. произошёл групповой несчастный случай, в результате которого погиб её сын ФИО3, его смерть наступила во время исполнения им своих трудовых обязанностей, по причине неосторожности в результате нарушения работниками АО «Воркутауголь» требований промышленной безопасности опасного производственного объекта шахты «Северная» и ненадлежащего исполнения работниками АО «Воркутауголь» и Печорского управления Ростехнадзора должностных обязанностей, повлекших аварию на шахте «Северная», что установлено приговором суда от 22 февраля 2022 г. (т.1 л.д. 6-10).

Ответчик АО «Воркутауголь» представил возражения на иск, в которых просил в его удовлетворении отказать, поскольку как владелец источника повышенной опасности и как работодатель, в добровольном порядке произвёл истцу выплату компенсации морального вреда и иные выплаты, предусмотренные п.п. 8.1.3 и 8.1.4 Коллективного договора, с применением ст.ст. 151, 1099-1101 ГК РФ и заключённым соглашением, а также единовременное пособие на общую сумму 691 581,77 руб. При этом им произведены все расходы, связанные с погребением погибшего ФИО4 С момента гибели ФИО4 прошло более восьми лет, доказательств степени физических и нравственных страданий ею не представлено, оснований для дополнительной компенсации ей морального вреда не имеется, на момент гибели ФИО4 они проживали раздельно, она не находилась на иждивении сына, что свидетельствует об отсутствие у неё права, предусмотренного нормативно-правовыми актами на получение компенсаций. Заявленная в иске компенсация морального вреда 3 000 000,00 руб. необоснованно завышена, поэтому в случае взыскания её необходимо уменьшить до 400 000,00 руб. Кроме того, просил прекратить производство по делу, поскольку решением Воркутинского городского суда Республики Коми от 4 апреля 2017 г. ФИО2 было отказано в удовлетворении иска к АО «Воркутауголь» о взыскании компенсации морального вреда в связи со смертью ФИО4, данное решение вступило в законную силу 5 июня 2017 г. (т. 2 л.д. 106-110, 183-184).

Ответчик Печорское управление Ростехнадзора представил возражения на иск, в которых указал, что приговором суда в действиях ФИО5 не установлено действий, совершённых им в интересах своего работодателя и (или) по отношению непосредственно к погибшему ФИО4, управление не является работодателем ФИО5 и не может выступать ответчиком по данному делу, возмещение вреда истцу осуществляется за счёт средств казны Российской Федерации. Деятельность, связанную с повышенной опасностью для окружающих оно не осуществляет, источником повышенной опасности не владеет, в связи с чем, не может быть субъектом причинения вреда, эксплуатацию опасного производственного объекта не осуществляет и работодателем ФИО4 не является, следовательно, возмещение морального вреда, причинённого не работнику управления, не предусмотрено законодательством Российской Федерации (т. 2 л.д. 80-85).

Определением от 23 декабря 2024 г. судом к участию в деле в качестве соответчика привлечена Федеральная служба по экологическому, технологическому и атомному надзору (далее Ротехнадзор) (т. 1 л.д. 2).

Ответчик Ростехнадзор представил возражения на иск, просил в его удовлетворении отказать, а в случае удовлетворения максимально снизить размер компенсации морального вреда, поскольку ни Печорское управление Ростехнадзора, ни Ростехнадзор не являются эксплуатантами и владельцами источника повышенной опасности, их работники осуществляют постоянный государственный надзор в отношении этих источников, безопасные условия при ведении работ на опасном производственном объекте обеспечивает эксплуатирующая организация, смерть ФИО4 не находится в причинно-следственной связи с действиями (бездействием) работника Печорского управления Ростехнадзора ФИО5 (т. 2 л.д. 96-101).

Представитель ответчика АО «Воркутауголь» в судебное заседание явился, возражал против удовлетворения иска по основаниям, изложенным в возражениях, а в случае их удовлетворения просил снизить размер денежной компенсации морального вреда до 400 000,00 руб., поскольку с момента гибели ФИО4 прошёл значительный промежуток времени, при этом АО «Воркутауголь» приняты все возможные меры для возмещения морального вреда. Просил прекратить производство по делу, в связи с наличием вступившего в законную силу решения Воркутинского городского суда Республики Коми об отказе ФИО2 в удовлетворении иска к АО «Воркутауголь» о взыскании компенсации морального, причинённого смертью её сына ФИО4

Истец, ответчики Печорское управление Ростехнадзора, Ростехнадзор, третьи лица ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО5, ФИО13, ФИО14 о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились, истец, представители Ростехнадзора и Печорского управления Ростехнадзора просили о рассмотрении дела в их отсутствие (т. 1 л.д. 10, т. 2 л.д. 152-177, 85, 101, 193-194).

Дело рассмотрено в соответствии с ч.ч. 3, 5 ст. 167 ГПК РФ в отсутствие неявившихся лиц, участвующих в деле.

Выслушав возражения представителя ответчика АО «Воркутауголь», заключение прокурора, исследовав письменные доказательства, гражданское дело Воркутинского городского суда Республики Коми № 2-289/2017, карту амбулаторного больного ФИО2 ..., суд приходит к следующему.

В силу ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее ГК РФ), если гражданину причинён моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В соответствии с п. 1 ст. 1064 ГК РФ вред, причинённый личности гражданина подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим его. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

В п. 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» (далее постановление Пленума ВС РФ № 33) разъяснено, что в соответствии с действующим законодательством одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом. Например, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

На основании ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинён жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В силу п. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причинённый источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобождён судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным п.п. 2 и 3 ст. 1083 ГК РФ.

В соответствии с положениями ст. 1068 ГК РФ, если вред причинён работником юридического лица при исполнении им своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании заключённого трудового договора (служебного контракта), то ответственность за его возмещение возлагается на это юридическое лицо.

Как разъяснено в п.п. 20, 21, 46 постановления Пленума ВС РФ № 33, осуждение работника как непосредственного причинителя вреда не освобождает работодателя от обязанности компенсировать моральный вред, причинённый таким работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей; в случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве члены семьи работника имеют право на компенсацию работодателем, не обеспечившим работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причинённого нарушением принадлежащих им неимущественных прав и нематериальных благ; моральный вред, причинённый деятельностью, создающей повышенную опасность для окружающих, подлежит компенсации владельцем источника повышенной опасности, при разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причинённого повреждением здоровья работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинён в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника.

В соответствии со ст. 1069 ГК РФ вред, причинённый гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов либо должностных лиц этих органов подлежит возмещению за счёт казны Российской Федерации.

Моральный вред, причинённый гражданину в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов либо должностных лиц этих органов, подлежит компенсации за счёт казны Российской Федерации при установлении виновности этих органов власти, их должностных лиц в совершении незаконных действий (бездействии) за исключением случаев, установленных законом.

Из разъяснений, данных в п.п. 37, 14, 22, 24 постановления Пленума ВС РФ № 33 следует, что суд вправе удовлетворить требование о компенсации морального вреда, причинённого незаконными действиями (бездействием) государственных органов и должностных лиц этих органов, нарушающими личные неимущественные права гражданина либо посягающими на принадлежащие ему нематериальные блага; под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесённое в результате нравственных страданий, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, беспомощности, разочарования, переживания в связи с утратой родственников, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции); моральный вред подлежит компенсации независимо от формы вины причинителя вреда (умысел, неосторожность). Вместе с тем при определении размера компенсации морального вреда суд учитывает форму и степень вины причинителя вреда; моральный вред компенсируется в денежной форме.

Таким образом, моральный вред это нравственные или физические страдания, причинённые действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. К числу таких нематериальных благ относится жизнь, здоровье (состояние физического, психического и социального благополучия человека), семейные и родственные связи. В случае причинения гражданину морального вреда (физических или нравственных страданий) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Право на компенсацию морального вреда возникает при наличии предусмотренных законом оснований и условий ответственности за причинение вреда, а именно физических или нравственных страданий потерпевшего, то есть морального вреда как последствия нарушения личных неимущественных прав или посягательства на иные нематериальные блага, неправомерного действия (бездействия) причинителя вреда, причинной связи между неправомерными действиями и моральным вредом, вины причинителя вреда.

ФИО3 работал в ОАО «Воркутауголь» в должности горнорабочего подземного 5 разряда на участке по добыче угля № 12 АО «Воркутауголь» с 15 января 2007 г. (т. 2 л.д. 112-121, 133).

Приговором Воркутинского городского суда Республики Коми от 22 февраля 2022 г. установлено, что шахта угольная «Северная», эксплуатируемая ОАО «Воркутауголь» (с 18 ноября 2014 г. - АО «Воркутауголь), является опасным производственным объектом I класса в соответствии со свидетельствами о регистрации в государственном реестре опасных производственных объектов, выданными 10 января 2014 г., 13 февраля 2015 г., 15 июня 2015 г., 1 февраля 2016 г. Печорским управлением Ростехнадзора, имеет регистрационный номер № А25-00451-0002, дата регистрации в реестре опасных производственных объектов 21 апреля 2005 г. 

В соответствии с совместными приказами ОАО «Воркутауголь» и Печорского управления Ростехнадзора от 16 января 2014 г., АО «Воркутауголь» и Печорского управления Ростехнадзора от 27 февраля и 17 декабря 2015 г. шахта «Северная» разрабатывала: пласты «Тройной» и «Мощный», опасные по внезапным выбросам; пласты «Мощный», «Четвертый» и «Пятый», опасные по горным ударам; пласты «Тройной», «Восьмой», «Нижнепромежуточный» и «Верхнепромежуточный», опасные по горным ударам. Также пласты, разрабатываемые шахтой «Северная», согласно протоколу испытаний от 5 мая 2014 г. являются опасными по взрывчатости угольной пыли. 

В ходе осуществления в лаве 412-з добычи угля 25 февраля 2016 г. во 2 смену, в условиях недостаточной вентиляции лавы из-за плохого состояния вентиляционного бремсберга 42-з пласта «Мощный» и применения в лаве схемы проветривания, противоречащей проекту, интенсивного выделения метана в районе 130-146 секций механизированной крепи из-за постоянного суфляра в выработанном пространстве, в лаве 412-з сформировалась взрывоопасная концентрация метана (более 5%). Около 14 час. 09 минут в этот же день (25 февраля 2016 г.) вследствие достижения предельного пролёта кровли, зависшей в выработанном пространстве лавы 412-з, произошло её неконтролируемое обрушение, что привело к выдавливанию метановоздушной смеси из недегазированного выработанного пространства в призабойное пространство лавы 412-з, в результате чего в лаву поступил дополнительный объём метана. Это привело к увеличению в лаве 412-з и прилегающих выработках объёма метановоздушной смеси с концентрацией метана более 5 %, являющейся взрывоопасной. Обрушение зависших блоков и консолей основной кровли площадью около 62700 м2 также спровоцировало газодинамические явления в виде интенсивного отжима угольного пласта и разрушения почвы с мгновенным выдавливанием пород почвы как в ВБ 42-з, так и в верхней части лавы 412-з, что привело к нарушению целостности находившегося в очистной выработке лавы 412-з под напряжением электрооборудования и кабельной продукции, повлекшему короткое замыкание, искрение и, как следствие, около 14 час. 09 мин. 25 февраля 2016 г. воспламенение и взрыв метановоздушной смеси. Образовавшаяся в результате взрыва взрывная волна стала распространяться по сети горных выработок, в том числе по очистной выработке лавы 412-з в сторону верхнего сопряжения, далее по ВБ 42-з и через вентиляционные сбойки на конвейерный бремсберг 32-з пласта «Мощный/Верхнепромежуточный», где она быстро потеряла интенсивность из-за обрушения кровли и завала ВБ 42-з, при этом были смертельно травмированы работники участка по добыче угля № 12, в том числе горнорабочий очистного забоя ФИО3, находившийся в лаве, труп которого не был извлечён из аварийных горных выработок шахты «Северная».

ФИО3 умер 25 февраля 2016 г. (т. 1 л.д. 13).

Приговором Воркутинского городского суда Республики Коми от 22 февраля 2022 г. установлено, что на основании приказа АО «Воркутауголь» о временном переводе на другую работу, заключённого между генеральным директором АО «Воркутауголь» и ФИО8 и дополнительного соглашения к трудовому договору ФИО8 временно с 16 по 29 февраля 2016 г. переведён на должность главного инженера «Шахта Северная»; на основании приказа АО «Воркутауголь» и дополнительного соглашения к трудовому договору ФИО9 с 14 сентября 2015 г. назначен на должность директора шахты руководства и аппарата при руководстве структурного подразделения «Шахта Северная» АО «Воркутауголь»; на основании приказа директора «Шахта Северная» и соглашения об изменении трудового договора ФИО10 с 1 апреля 2009 г. назначен на должность начальника участка вентиляции и техники безопасности (с 18 июля 2014 г. - участок аэрологической безопасности (вентиляции и техники безопасности)) технической службы «Шахта Северная» ОАО «Воркутауголь»; на основании приказа АО «Воркутауголь» и дополнительного соглашения к трудовому договору ФИО11 с 3 августа 2013 г. назначен на должность заместителя начальника участка по дегазации участка вентиляции и техники безопасности технической службы СП «Шахта Северная» ОАО «Воркутауголь»; на основании приказа ОАО «Воркутауголь» и дополнительного соглашения к трудовому договору ФИО12 с 1 ноября 2014 г. назначен на должность начальника участка по добыче угля № 12 «Шахта Северная»; на основании приказа АО «Воркутауголь» и дополнительного соглашения к трудовому договору ФИО14 с 6 ноября 2013 г. назначен на должность электрослесаря подземного 5 разряда участка вентиляции и техники безопасности технической службы СП «Шахта Северная» ОАО «Воркутауголь»; на основании приказа Печорского управления по технологическому и экологическому надзору Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору и дополнительного соглашения к служебному контракту ФИО5 с 1 июня 2009 г. назначен на должность главного государственного инспектора Воркутинского территориального отдела Печорского управления Ростехнадзора.

Смерть ФИО4 была причинена по неосторожности в результате нарушения работниками АО «Воркутауголь» ФИО10, ФИО8, ФИО15, ФИО11, ФИО9, ФИО14, ФИО16 требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, а также в результате ненадлежащего исполнения ФИО5 должностных обязанностей главного государственного инспектора ВТО, повлекших 25 февраля 2016 г. аварию в шахте «Северная»; ФИО10, ФИО8, ФИО15, ФИО11, ФИО9, ФИО14, ФИО16, ФИО6, ФИО7, ФИО13 признаны виновными в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 217 УК РФ, то есть в нарушении требований промышленной безопасности опасных производственных объектов, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека либо крупного ущерба, а также повлекшем по неосторожности смерть двух или более лиц, а ФИО5 – виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.3 ст.293 УК РФ, то есть неисполнении или ненадлежащем исполнении должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе либо обязанностей по должности, повлекшем по неосторожности смерть двух или более лиц (т. 1 л.д. 15-210).

При этом, как следует из приговора, в причинно-следственной связи со смертью ФИО4 находятся действия либо бездействие ФИО10, ФИО8, ФИО15, ФИО5 ФИО11, ФИО9, ФИО14, ФИО16

Апелляционным постановлением Верховного суда Республики Коми от 7 ноября 2022 г. приговор Воркутинского городского суда Республики Коми от 22 февраля 2022 г. в отношении ФИО10, ФИО8, ФИО7, ФИО12, ФИО6, ФИО5, ФИО13, ФИО11, ФИО9, ФИО14 и ФИО16 изменён. Приговор в отношении ФИО16 отменён, уголовное преследование в отношении него прекращено, в связи со смертью; из объёма обвинения ФИО9 исключено указание о допущенных им нарушениях требований промышленной безопасности, связанных с применением на выемочном участке лавы 412-з пласта «Мощный» возвратноточной схемы проветривания с последовательным разбавлением метана с выдачей исходящей струи на массив (переднюю сбойку) вместо прямоточной с подсвежением и выдачей исходящей струи на заднюю сбойку; осуждённые ФИО10, ФИО8, ФИО7, ФИО12, ФИО6, ФИО5, ФИО13, ФИО11, ФИО9, ФИО14 освобождены от отбывания назначенного наказания, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования. В остальном приговор оставлен без изменения (т. 2 л.д. 2-57).

В силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ вступивший в законную силу приговор Воркутинского городского суда Республики Коми от 22 февраля 2022 г. по делу № 1-3/2022, с учётом изменений, внесённых в него судом апелляционной инстанции обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

На основании ст. 1100 ГК РФ, компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинён жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

ФИО3 состоял в трудовых отношениях с АО «Воркутауголь», 25 февраля 2016 г. находился на рабочем месте, где был смертельно травмирован в результате взрыва метанопылевоздушной смеси, следовательно, его смерть наступила в результате деятельности, создающей повышенную опасность, поскольку шахта «Северная» АО «Воркутауголь» является опасным производственным объектом I класса. 

Смерть ФИО4 находится в причинно-следственной связи действиями либо бездействием других работников АО «Воркутауголь» - ответчиков ФИО10, ФИО8, ФИО15, ФИО11, ФИО9, ФИО14, а также главного государственного инспектора Воркутинского отдела Печорского управления Ростехнадзора ФИО5 

При таких обстоятельствах, ответственность за вред, причинённый в результате гибели ФИО4, несёт АО «Воркутауголь» как владелец источника повышенной опасности – опасного производственного объекта шахты «Северная», не зависимо от вины причинителя вреда. 

Пунктом 5.6 Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации на период с 1 апреля 2013 г. по 31 марта 2016 г., утверждённого Российским независимым профсоюзом работников угольной промышленности, Общероссийским отраслевым объединением работодателей угольной промышленности предусмотрено, что в случае гибели работника в результате несчастного случая на производстве работодатель обеспечивает сверх установленного действующим законодательством Российской Федерации размера возмещения вреда в порядке, оговоренном в коллективном договоре, соглашении: единовременную выплату семье погибшего, проживавшей совместно с ним, в размере не менее трёхкратного среднемесячного заработка в счет возмещения морального вреда; единовременную выплату каждому члену семьи погибшего (умершего), находившемуся на его иждивении, в размере средней годовой заработной платы, исчисленной из заработной платы за последние три года, но не менее чем в размере, установленном действующим законодательством Российской Федерации.

В организациях, где действует договор дополнительного страхования от несчастных случаев, условия которого согласованы с соответствующим органом профсоюза, заключённый на средства работодателя, в случае гибели работника при обстоятельствах, подпадающих под действие этого договора, членам семьи погибшего страховой компанией выплачивается сумма в виде страхового возмещения. В этом случае выплаты, предусмотренные абз. 3-4настоящего пункта, не производятся. В случае, когда сумма, причитающаяся к возмещению членам семьи погибшего, рассчитанная в соответствии с абз. 3-4 настоящего пункта, превышает сумму страхового возмещения, работодатель производит доплату до расчётной суммы сверх суммы страхового возмещения.

В соответствии с п. 5.7 Отраслевого соглашения по угольной промышленности Российской Федерации в случае гибели работника в организации по добыче угля в результате несчастного случая на производстве при техногенной аварии помимо выплат, установленных действующим законодательством Российской Федерации и соглашением, осуществляется единовременная выплата семье погибшего, проживавшей совместно с ним, в счёт возмещения морального вреда, в размере одного миллиона рублей.

Если коллективным договором, территориальным соглашением и/или иным соглашением о социальном сотрудничестве с органом исполнительной власти и/или органом местного самоуправления субъекта Российской Федерации предусмотрены дополнительные выплаты в случае гибели работника на уровне равном или выше установленных настоящим пунктом, то выплаты, предусмотренные абз. 1 настоящего пункта, не производятся.

В случае, когда сумма, причитающаяся по коллективным договорам, территориальным соглашениям и/или иным соглашениям о социальном сотрудничестве с органом исполнительной власти и/или органом местного самоуправления субъекта Российской Федерации, ниже суммы, указанной в абз. 1 настоящего пункта, Работодатель производит доплату до суммы, предусмотренной в абз. 1 настоящего пункта.

Пунктом 8.1.3.3 Коллективного договора установлена единовременная выплата каждому члену семьи погибшего, находившемуся на его иждивении, в размере средней годовой заработной платы, исчисленной из заработной платы за последние три года, но не менее, чем в размере, установленном действующим законодательством РФ. 

В соответствии с п. 8.1.4 Коллективного соглашения установлено, что в случае гибели работника при исполнении им трудовых обязанностей в результате катастрофы природного или техногенного характера (внезапный выброс угля и газа метана, эндогенный пожар, вспышка и взрыв газа метана и угольной пыли, прорыв в горные выработки воды и глины, горный удар, толчок и другое), а также производственной аварии, семье погибшего, проживавшей совместно с работником, помимо вышеперечисленных выплат выплачивается дополнительно компенсация причиненного морального вреда в размере одного миллиона рублей. 

На основании п.п. 8.1.3.2, 8.1.3.3 Коллективного договора ОАО «Воркутауголь» на 2014-2016 гг. ФИО2 выплачена компенсация морального вреда в размере 666 666,67 руб. и произведена оплата проезда в размере 24 915,10 руб. (т. 2 л.д. 122-125, 130-132). 

По уголовным делам о преступлениях, последствием которых явилась смерть лица, пострадавшего от преступления, права потерпевшего, в силу ч. 8 ст. 42 УПК РФ, переходят к одному из близких родственников погибшего. 

ФИО2 является матерью ФИО4 (т. 1 л.д. 12, т. 2 л.д. 205).

В период с 1 января 2016 г. по 31 декабря 2017 г. ФИО2 на лечении в ГБУЗ «ВБСМП» не находилась, с 2019 г. по настоящее время скорая медицинская помощь к данному пациенту не выезжала (л.д. 190, 191-192). 

Положениями ст. 15 Федерального закона Российской Федерации от 21 июля 1997 г. № 116-ФЗ «О промышленной безопасности опасных производственных объектов» установлено, что обязательное страхование гражданской ответственности за причинение вреда в результате аварии или инцидента на опасном производственном объекте осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте.

Согласно п. 4 ст. 2 Федеральному закону от 27 июля 2010 г. № 225-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельца опасного объекта за причинение вреда в результате аварии на опасном объекте» установлена обязанность владельца опасного объекта за свой счёт страховать в качестве страхователя имущественные интересы, связанные с обязанностью возместить вред, причинённый потерпевшим, путём заключения договора обязательного страхования со страховщиком в течение всего срока эксплуатации опасного объекта. При этом, под владельцем опасного объекта понимается в том числе юридическое лицо, владеющее опасным объектом на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании и осуществляющее эксплуатацию опасного объекта.

Таким образом, гражданско-правовая ответственность возлагается на работодателя АО «Воркутауголь».

Как разъяснено в п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 28 мая 2019 г. № 13 «О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации, связанных с исполнением судебных актов по обращению взыскания на средства бюджетов бюджетной системы Российской Федерации», исполнение судебных актов по искам к Российской Федерации о возмещении вреда, причинённого гражданину или юридическому лицу незаконными действиями (бездействием) государственных органов Российской Федерации или их должностных лиц (ст.ст. 1069, 1070 ГК РФ), возложено на Минфин России и осуществляется за счёт казны Российской Федерации (п. 1 ст. 242.2 БК РФ). Субъектом, обязанным возместить вред по правилам ст. 1069 ГК РФ, и, соответственно, ответчиком по указанным искам является Российская Федерация, от имени которой в суде выступает главный распорядитель бюджетных средств по ведомственной принадлежности тех государственных органов (должностных лиц), в результате незаконных действий (бездействия) которых физическому или юридическому лицу причинён вред (п. 3 ст. 125 ГК РФ, ст. 6, подп. 1 п. 3 ст. 158 БК РФ).

Как следует из п. 1 Положения о Печорском управлении Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору», утверждённого приказом Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от 29 августа 2022 г. № 279, Печорское управление Ростехнадзора, является территориальным органом межрегионального уровня, осуществляющим функции Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору в установленной сфере деятельности на территориях, в том числе Республики Коми.

Пунктом 5.5 постановления Правительства Российской Федерации от 30 июля 2004 г. № 401 «О Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору» определено, что Федеральная служба по экологическому, технологическому и атомному надзору осуществляет функции главного распорядителя и получателя средств федерального бюджета, предусмотренных на содержание Службы и реализацию возложенных на Службу функций.

При таких обстоятельствах, надлежащим ответчиком по заявленному иску, наряду с АО «Воркутауголь» является Федеральная служба по экологическому, технологическому и атомному надзору, а не её территориальный орган Печорское управление Ростехнадзора.

Оснований для освобождения АО «Воркутауголь» и Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору от ответственности, предусмотренных п.п. 2, 3 ст. 1083 ГК РФ, судом не установлено.

При определении размера компенсации морального вреда суд не учитывает суммы выплаченные АО «Воркутауголь» в пользу истца в порядке, предусмотренном Коллективным договором ОАО «Воркутауголь» на 2014-2016 гг., поскольку основания для произведённых выплат были иные.

При этом суд принимает во внимание разъяснения, данные в п. 24 постановления Пленума ВС РФ № 33 о том, что факт получения потерпевшим добровольно предоставленной причинителем вреда компенсации как в денежной, так и в иной форме, как и сделанное потерпевшим в рамках уголовного судопроизводства заявление о полной компенсации причинённого ему морального вреда, не исключает возможности взыскания компенсации морального вреда в порядке гражданского судопроизводства. Суд вправе взыскать компенсацию морального вреда в пользу потерпевшего, которому во внесудебном порядке была выплачена (предоставлена в неденежной форме) компенсация, если, исходя из обстоятельств дела, с учётом положений ст.ст. 151, 1101 ГК РФ придёт к выводу о том, что компенсация, полученная потерпевшим, не позволяет в полном объёме компенсировать причинённые ему физические или нравственные страдания.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суд исходит из того, что истец испытывает моральные страдания в связи с утратой сына ФИО4, погибшего при исполнении своих трудовых обязанностей, в результате виновных действий работников АО «Воркутауголь» и должностного лица Печорского управления Ростехнадзора, что является для истца невосполнимой утратой, смертью сына нарушена целостность семьи и семейных связей, в связи со смертью она испытала сильный эмоциональный стресс, с учётом фактических обстоятельств дела, в результате которых наступила смерть её сына, с ответчиков в её пользу подлежит взысканию денежная компенсация морального вреда. 

В соответствии со ст. 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие моральный вред отвечают перед потерпевшим солидарно. По заявлению потерпевшего и в его интересах суд вправе возложить на лиц, совместно причинивших вред, ответственность в долях, определив их применительно к правилам, предусмотренным п. 2 ст. 1081 настоящего Кодекса.

Из разъяснений, данных в п. 34 постановления Пленума ВС РФ № 33 следует, что суд вправе возложить на таких лиц ответственность в долях только по заявлению потерпевшего и в его интересах.

В п. 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.11.2017 № 49 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде» разъясняется, что о совместном характере действий по причинению вреда могут свидетельствовать их согласованность, скоординированность и направленность на реализацию общего для всех действующих лиц намерения.

Из приговора суда и установленных по делу обстоятельств не следует, что действия (бездействие) работников АО «Воркутауголь» и Ростехнадзора, повлекшие гибель ФИО4 носили согласованный, скоординированный характер, были направлены на реализацию общего намерения, в связи с чем, возмещение морального вреда следует возложить на ответчиков в долях.

Таким образом, поскольку истцом не указано какие физические и нравственные страдания она испытывала и испытывает, а также не представлено доказательств степени её моральных и нравственных страданий (получения от сына финансовой помощи, обращения за медицинской помощью после гибели сына и др.), исходя из существа и объёма действий (бездействий), совершённых работниками каждого ответчика, зафиксированных в приговоре, руководствуясь принципами разумности и справедливости, учитывая возражения ответчиков о том, что с момента гибели ФИО4 прошёл значительный промежуток времени (более 8 лет), на момент гибели ФИО3 состоял в браке, жил отдельной семьёй, а также действия ответчика АО «Воркутауголь» принятые с целью сглаживания остроты переживаний истца (путём выплаты денежной компенсации морального вреда, единовременных пособий), суд полагает возможным снизить заявленный истцом размер компенсации морального вреда и взыскать в пользу истца денежную компенсацию морального вреда с АО «Воркутауголь» в размере 500 000,00 руб., с Ростехнадзора за счёт казны Российской Федерации в размере 200 000,00 руб.

Довод ответчика АО «Воркутауголь» о том, что иск в предъявленной к нему части, подлежит прекращению, в связи с наличием вступившего в законную силу решения Воркутинского городского суда Республики Коми от 4 апреля 2017 г. по иску ФИО2 к нему о взыскании компенсации морального вреда, которым в его удовлетворении отказано, суд не принимает во внимание, поскольку, в настоящем иске указаны новые обстоятельства, в том числе об установлении вины работников АО «Воркутауголь» в причинении смерти ФИО4, которые не были заявлены в иске при рассмотрении гражданского дела № 2-289/2017, при этом, учитывая степень наступивших последствий для истца, выплаченная ответчиком в счёт компенсации морального вреда сумма компенсации морального вреда в размере 666 666,67 руб. не отвечает требованиям разумности и справедливости, следовательно, подлежащая взысканию денежная компенсация морального вреда в размере 500 000,00 руб. с учётом выплаченной компенсации отвечает требованиям разумности и справедливости.

На основании ст. 103 ГПК РФ, пп. 4 п. 1 ст. 333.35 НК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец при подаче иска был освобождён, подлежит взысканию в бюджет муниципального округа «Воркута» Республики Коми с ответчика АО «Воркутауголь» не освобождённого от её уплаты.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО2 (паспорт 

<

...>) к акционерному обществу по добыче угля «Воркутауголь» (ИНН 

<

***>), Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору удовлетворить частично.

Взыскать с акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» в пользу ФИО2 денежную компенсацию морального вреда в размере 500 000 (пятьсот тысяч) рублей 00 копеек.

Взыскать с Российской Федерации в лице Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору за счёт казны Российской Федерации в пользу ФИО2 денежную компенсацию морального вреда в размере 200 000 (двести тысяч) рублей 00 копеек.

В удовлетворении остальной части иска ФИО2 к акционерному обществу по добыче угля «Воркутауголь», Федеральной службе по экологическому, технологическому и атомному надзору, а также в удовлетворении иска к Печорскому управлению Ростехнадзора - отказать.

Взыскать с акционерного общества по добыче угля «Воркутауголь» в бюджет муниципального округа «Воркута» Республики Коми государственную пошлину в размере 3 000 (три тысячи) рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в Верховный суд Республики Коми путём подачи апелляционной жалобы, представления через Воркутинский городской суд Республики Коми в течение месяца со дня его принятия в окончательной форме (17 марта 2025 г.). 

Председательствующий Е.С.Комиссарова